Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Эпиграфом к своей статье «Красота в природе» Вл. Соловьев выбрал известное высказывание Ф. Достоевского: «Красота спасет мир». И привел такую формулу:...полностью>>
'Документ'
и , именуемое в дальнейшем «ПОКУПАТЕЛЬ», в лице , действующего на основании , с другой стороны, составили настоящий акт приема-передачи к Договору № о...полностью>>
'Конкурс'
Внутренний конкурс среди государственных служащих Министерства финансов Республики Казахстан для занятия вакантной административной государственной до...полностью>>
'Документ'
Организационный комитет приглашает Вас принять участие в работе Второй Международной научной конференции «Сохранение биоразнообразия тропических и суб...полностью>>

Главная > Контрольные вопросы

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

Если снова обратиться к рис. 1, то обнаружится, что на ли­нии ВС положение дел оказывается еще более сложным и запу­танным, чем на линии АС. И действительно, где на этой линии кончается духовная сфера и начинается мир политического?

Попытаемся объяснить это на конкретном примере. В каче­стве центрального субъекта мира политического выступает че­ловек. Однако человек является существом не только социаль­ным, политическим и экономическим, но и одновременно духовным, социокультурным, политико-культурным, мораль­но-этическим и др. Было бы напрасным трудом пытаться прове­сти некие линии разграничения между различными ипостасями, в которых одновременно выступает человек. Очевидно, что, об­ращаясь к человеку, политология вторгается в сферу интересов философии, этики, культурологии, антропологии, психологии, а эти последние в свою очередь — в сферу интересов самой по­литологии. На пересечении этих сфер мы и вправе вести разго­вор о политической философии, политической антропологии, политической психологии, политической этике, политической куль­туре как особых областях исследования и, с определенными оговорками, как о самостоятельных дисциплинах или разделах политической науки.

Политическая философия представляет собой отрасль или под­раздел философии, имеющие своим объектом изучения и трак­товки сферу политического. Ее задача — установление добра и зла, справедливого и несправедливого, совершенного и несовершен­ного, подлежащего сохранению или изменению, одобрению или осуждению и т.д. в политике. Если философия призвана постичь природу вещей вообще, то цель политической философии — по­нимание природы политических вещей. Этот аспект более подроб­но будет рассмотрен при анализе мировоззренческого измерения политики.

Политическая психология призвана изучать роль устано­вок, ориентации, убеждений, ожиданий, мотиваций, восприятии в политическом поведении людей. Особенно широко исследова­ния такого рода используются при изучении общественного мне­ния, политической социализации, политического конфликта и сотрудничества, электорального поведения, политических ус­тановок и т.д. Зачинателем политической психологии считает­ся Г.Ласуэлл, который в 1930 г. опубликовал книгу «Психоло­гия и политика», а в 1950 г. в соавторстве с А.Капланом — «Власть и общество». Особое развитие она получила с развертыванием по­сле Второй мировой войны так называемой бихевиористской революции (об этом см. ниже).

Под политической антропологией традиционно понимается дисциплина, занимающаяся системами и институтами управле­ния этнических сообществ, в особенности в развивающихся и примитивных обществах. Она интересуется связями полити­ческого поведения с более широкой культурой группы, коллек­тива, сообщества. Политико-антропологические исследования позволили сравнить разнообразные политические системы и вы­явить этнические факторы в политическом поведении людей.

Методология и методы политических исследований

Политология, как и любая научная дисциплина, имеет свои собственные методологию и методы исследования, а также язык и понятийный аппарат. Их разработка и внедрение стали частью процесса профессионализации и институционализации политической науки. Особенно большой вклад в этом отношении был внесен в период после Второй мировой войны.

Методология представляет собой определенный способ виде­ния и организации исследования, систему аналитических мето­дов и приемов, проверки и оценки, концептуального и идейно­го арсенала, в совокупности составляющих общий подход к решению стоящих перед данной наукой проблем. Она вклю­чает правила и критерии интерпретации фактов, равно как ис­следовательские планы, приемы сбора данных и т.д. Методоло­гия тесно связана с общемировоззренческой системой, которая, в свою очередь, является частью господствующей в данный пе­риод общественно-политической парадигмы. Ее нередко связы­вают с конкретными течениями политико-философской и идей­но-политической мысли, полагая, что каждое из них имеет собственную методологию. Например, говорят о марксистской, позитивистской, неопозитивистской, структурно-функциональной методологиях. Но тем не менее каждая научная дисципли­на, в том числе политическая наука, имеет собственную методо­логию и инструментарий анализа, без соблюдения которых нельзя говорить о действительно объективном изучении предме­та этой дисциплины.

Общественно-политические реальности слагаются из действий людей и характеризуются динамизмом и постоянной изменчи­востью, случайность, событийность, вероятность и необрати­мость составляют их сущностные характеристики. Сущностная характеристика политики — не покой, а движение, и в центре внимания политической науки находится политический про­цесс. Поэтому прав Ж. Бордо, который говорил, что «политика не дает себя сфотографировать». А это означает, что здесь мно­гие феномены, события, процессы настолько эфемерны и быст­ротечны, что зачастую исследователь не в состоянии поспевать за ними, тем более найти в этом калейдоскопическом водоворо­те не то что истину, но и просто элементарные причинно-след­ственные связи.

Политика имеет дело с пониманием и толкованием человече­ских целей, а там, где речь идет о целях, непременно присутст­вуют ценности. Без проникновения в сферу целей и идеалов не мо­жет быть речи и об адекватном изучении мира политического. Общественно-политические реальности невозможно вычислить в количественных терминах и втиснуть в прокрустово ложе каких бы то ни было формул и определений. Социальный и политичес­кий факты нельзя отделить от ценности, ценностные соображения должны быть соотнесены со знанием фактов. Задача политолога состоит в том, чтобы выявить пути достижения наибольшего сов­падения между миром сущего и миром должного. Поэтому поли­тическая наука не может быть ценностно нейтральной.

Законы общественно-политического развития, которые зна­чительно менее устойчивы, нежели естественные законы, прояв­ляются в разных институциональных, ценностно-нормативных, интеллектуальных условиях, раскладе социальных и политиче­ских сил, стечении обстоятельств и т.д. по-разному. Каждая кон­кретная общественно-историческая данность имеет собственные социальные и политические реальности и собственную систему приоритетов, предпочтений, ценностей. Будучи переменными образованиями или величинами, они находятся в состоянии по­стоянного изменения и обновления. Из этого можно сделать вы­вод, что исследование мира политического предполагает не толь­ко установление объективных причинно-следственных связей, но также признание правомерности суждений о вероятностной сущности общественно-политических процессов.

Более того, в современных реальностях в результате научно-технического прогресса стирается грань между реальным, веро­ятным и возможным. Возрастает роль вероятностных, событий­ных начал, динамизма и неустойчивости, необратимости и индетерминизма. К тому же в политике основополагающее зна­чение имеют человеческий выбор, потребности, интересы и це­ли людей. Все это оставляет место для различных путей и направ­лений ее развития и соответственно различных интерпретаций мира политического и тенденций его развития. Разумеется, мы можем выразить и измерить в количественных терминах резуль­таты выборов, их стоимость в долларах или рублях, динамику численности сторонников тех или иных партий и т.д. Но такие важные категории, как «благосостояние», «свобода», «равенст­во», «справедливость» невозможно выразить в каких бы то ни было количественных терминах. Здесь политический анализ требует воображения, своего рода способности «мысленного экс­перимента» по принципу «что было бы, если бы произошло то-то или если бы было предпринято то-то».

Поэтому очевидно, что политический анализ не может осно­вываться на одних только фактах, поскольку конкретные фак­ты приобретают значимость лишь в той мере, в какой их мож­но соотносить с целым, обеспечивающим теоретически обоснованный контекст для интерпретации фактов. В определен­ном смысле невозможно рассматривать политические институ­ты в отрыве от политической мысли, поскольку мысль и дейст­вие пронизывают друг друга. Задача политолога состоит в достижении самого тесного взаимодействия теории и эмпири­ческого начала, рефлексии и действия, интерпретации и прак­тической вовлеченности.

В социальной и политической сферах речь идет не только об объяснении вещей, но и об адекватном их понимании в смысле постижения. Объяснить социальный феномен — значит прежде всего «описать его», разложить на составные элементы, сосчи­тать, измерить, расставить в причинно-следственной последова­тельности, определить основные векторы его развития и т.д. Понимание же предполагает выявление глубинных движущих мо­тивов общественно-политических феноменов. Поэтому очевидно, что исследователь-гуманитарий вносит свой жизненный опыт в трак­товку изучаемых им явлений. Исследование человеческих дея­ний, познание истины в сфере человеческой культуры требуют внутреннего постижения, достигаемого с помощью иных средств, нежели наука, которая изучает неодушевленные предметы. Здесь воображение и научное знание действуют рука об руку. В этом смысле функции художника и ученого совпадают.

Можно сказать, что политический анализ — это не только на­учное исследование, но и в некотором роде искусство, требующее реконструкции не только рациональных, поддающихся количе­ственному исчислению, калькуляции мотивов, интересов людей, но также их иррациональных, подсознательных, неосознанных побуждений, которые не поддаются квантификации и математизации, другим методам естественных наук и требуют воображе­ния, интуиции, психологического проникновения и т.д. Поэто­му изображение мира политики в целом можно представить не как фотографирование, а как создание художественного портре­та. То, как художник изображает, это не точная фотография, а кон­цепция характера, его видение изображаемого объекта. Подобным же образом мир, который мы рисуем в наших политических рассуждениях, постигается, а не только воспринимается. В нашем изображении политической реальности мы скорее представляем наши политические доводы, нежели воспроизводим политичес­кую практику. Это по своей сущности субъективный образ. До­воды, образ, оценка — часть мира политики, так же как порт­рет, созданный художником, является частью мира последнего.

С методологией тесно связаны методы, которые включают про­цедуры и процессы, технические приемы и средства исследова­ния, анализа, проверки и оценки данных. Известный германский философ К. Ясперс не случайно настаивал на том, что всякая под­линная наука представляет собой знание, включающее знание о ме­тодах и границах этой науки.

Метод исследования (от греч. methodos — учение, теория, путь исследования или познания) — совокупность средств и при­емов, используемых исследователем при решении интересующих его проблем — от постановки задачи до интерпретации результа­тов. Метод исследования каждой научной дисциплины тесней­шим образом связан с ее методологией, которая диктует конкретные технические приемы, средства, инструментарий исследования.

Первоначально политическая наука обходилась довольно ог­раниченным исследовательским инструментарием, призванным анализировать прежде всего институциональные, нормативно-правовые, государственно-властные аспекты мира политического. Ар­сенал приемов и методов политических исследований существен­но расширился в 50-е годы, когда почти одновременно мировая политология обогатилась целым комплексом новых методологи­ческих подходов. Среди них следует назвать прежде всего бихе­виористский, системный, политико-культурный, сравнитель­ный и междисциплинарный типы анализа. В политической науке во все более растущей степени стали использовать мето­ды и приемы, заимствованные из культурной антропологии, со­циальной психологии, социологии и ряда естественных наук. В ито­ге политическая наука получила возможности для более всестороннего исследования массовых социально-политических движений, процессов и явлений.

В качестве метода могут выступать разного рода операции и приемы сбора, систематизации и классификации эмпиричес­ких фактов и материалов, которые во многом определяются ис­пользуемым исследователем методологическим подходом. Суще­ствует целый комплекс методов, имеющих для социальных и гуманитарных наук общенаучный характер. К ним относят­ся, в частности, сбор и обработка данных, квантификация, обобщение и систематизация, сравнение, анализ и синтез, дедукция и индукция, классификация или типологизация и т.д. Они базируются на посылке о единообразии, повторяемости и исчислимости элементов, составляющих в совокупности политические феномены.

Среди перечисленных методов значительное место занимают приемы квантификации, т.е. расчленение анализируемого мате­риала на то или иное количество элементов, которые легко мож­но количественно измерить и сопоставить как друг с другом, так и с другими элементами, чтобы выявить их истинную значимость для определения сущности и особенностей развития исследуемо­го феномена. Этот прием особенно эффективен при анализе ре­зультатов опросов общественного мнения, голосования на выбо­рах в те или иные органы власти и разного рода других явлений массового характера. В тесной связи с ним используются приемы опроса, интервьюирования, шкалирования. Квантификапия про­сто незаменима при так называемом контентанализе, построенном на выявлении и количественной обработке содержания различ­ных источников информации, в частности программ политиче­ских партий и движений, межгосударственных договоров, средств массовой информации и т.д.

В основе бихевиористского анализа лежит позитивистский подход, базирующийся на посылке о единообразии, повторяемо­сти и исчислимости элементов, составляющих в совокупности политические феномены. Этот тип анализа утвердился сначала в социальных и гуманитарных науках США, а затем и в других странах Запада в ходе так называемой бихевиористской или бихевиоральной революции, развернувшейся там в 50-е годы.

Бихевиористский подход концентрирует внимание прежде все­го на поведении отдельного индивида, группы, разного рода со­циальных, культурных, профессиональных и иных общностей. В политической науке он призван определить реальные параме­тры и причины политического поведения на массовом уровне и, соответственно, политических процессов и функционирования политических систем. Если традиционная политическая наука де­лала ударение на формально-юридическом анализе государствен­но-правовых и политических институтов, формальной структуре политической организации общества, то объектом анализа бихевистского анализа являются различные аспекты поведения лю­дей как участников политического процесса.

Для бихевиористского анализа характерно широкое использо­вание междисциплинарных методов, в частности математических и статистических и связанной с ними квантификации, а также при­емов, заимствованных из культурной антропологии, социальной психологии, социологии и т.д. Это дало возможность для более все­стороннего исследования массовых движений и широких социальных процессов, которые традиционной политологией либо отодви­гались на задний план, либо вовсе игнорировались.

В рамках бихевиористского анализа важнейшим инструмен­том выявления соотношения и состояния общественных умо­настроений, ориентации, установок, позиций широких масс людей по важнейшим политическим вопросам стали опросы об­щественного мнения. Развитие методологии опросов в совокупности с другими исследовательскими приемами и инстру­ментами бихевиоризма и неопозитивизма позволило выяснить многие вопросы о том, существуют ли особые признаки, при­сущие исключительно той или иной нации, и особые субкуль­туры, и если да, то в каком плане и в какой степени; имеют ли четкие ориентации в отношении политики социальные классы, функциональные группы и элиты, и какую роль в формирова­нии этих ориентации играет политическая социализация. Следует отметить, что западная политология добилась внуши­тельных успехов в исследовании процессов и механизмов функ­ционирования политических систем, институтов, партий, раз­личных ветвей, уровней и органов власти, политического и избирательного процесса, поведения избирателей, результа­тов голосований и т.д.

Важной особенностью бихевиоризма как одного из вариантов неопозитивизма является постулат о недопустимости в полито­логическом исследовании ценностного подхода. Его привержен­цы считают единственно верными лишь факты, которые либо экс­периментально подтверждены, либо получены с помощью формально-логических или математически формализованных методов естественных наук. По их мнению, политологи должны вывести за скобки морально-этические и ценностные вопросы и за­ниматься преимущественно описанием и анализом поведения уча­стников политического процесса; политическую науку следует от­делить от философии и теории, поставив при этом во главу угла фактологическое исследование.

Тем самым ненаучные выводы отвергаются как умозаключе­ния ценностного, мировоззренческого, идеологического характе­ра. Тезисы вроде «свобода предпочтительнее равенства», «госу­дарственное состояние лучше анархии» и т.д., предполагающие занятие говорящим определенной позиции, неприемлемы для пози­тивизма и бихевиоризма, поскольку их нельзя квантифицировать и верифицировать математическими или иными сциентистскими методами. Своего апогея этот подход, особенно в американской политической науке, получил в 50—60-х годах, когда бы­ло объявлено о смерти политической философии в качестве предмета академических исследований и конце идеологии.

Но в целом, при всей разработанности исследовательского ап­парата бихевиоризм оказался не способен охватить и раскрыть политические феномены и процессы во всей их полноте и мно­гообразии. Обнаружилось, что, оставаясь на почве исключи­тельно эмпирических фактов, абстрагируясь от ценностей, норм, теоретического и идеального начала, невозможно раскрывать ре­альное содержание политических феноменов. Как указывали несколько позже сами приверженцы бихевиоризма, он «породил значительное число псевдонаучных опытов», которые выпячи­вают форму, а не сущность исследуемой проблемы. Поэтому не­удивительно, что в 70-х годах многие западные политологи ста­ли говорить о «смерти» позитивизма и бихевиоризма, о том, что они стали «реликтами прошлого». Результатом подобных умона­строений явились появление в социальных и гуманитарных науках Запада новейших течений постбихевиоризма и постпози­тивизма, возрождение интереса к политической теории и фило­софии, ценностным и идеальным началам в политике.

Разработанный в 30-х годах представителями естественных наук системный анализ стал достоянием социальных и гумани­тарных наук в 50-х годах. Здесь следует назвать прежде всего ра боту физиолога У. Кэннона «Мудрость тела», опубликованную еще в 1932 г. и сыгравшую большую роль во внедрении систем­ного анализа в социальные науки. Важное значение имели ис­следования Л. Берталанфи по биологии и общему системному ана­лизу. Политологи же, хотя прямо не обращались к этим работам, тем не менее не могли не испытать их влияние через широко из­вестные работы Т. Парсонса, Дж. Хоманса, Р. Мертона и других исследователей, которые в 40— 50-х годах стали широко ис­пользовать достижения системников в социологии и экономиче­ской науке. Именно благодаря этим достижениям им удалось раз­работать теорию структурно-функционального анализа, ставшую одним из важнейших методологических подходов в изучении об­щества после Второй мировой войны.



Похожие документы:

  1. Рабочая программа дисциплины «Теория государства и права» для образовательной программы «Юриспруденция» направления подготовки 40. 03. 01 «Юриспруденция»

    Рабочая программа
    ... развития в России и СНГ. М., 2001. Дахин В.Н. Политические аспекты глобализации // Россия в ... права и государства, - М., Изд-во Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации, 2000. Мальцев Г.В. Развитие права: к ...
  2. Курс лекций Издательство Томского политехнического университета Томск 2008

    Документ
    ... При этом верхние сословия – боярство и дворянство были обязаны нести государственную и военную службу ... Академии ... президента. – М., 1995. Зюганов Г.А. Россия и современный мир. – М., 1995. Конституция Российской Федерации ... № 2. Дахин В. Социальные ...
  3. Н. В. Загладин Всемирная история. XX век

    Документ
    ... использованы материалы, представленные Дахиным В.Н., Загладиной Х.Т., ... Какие государственные деятели и при каких ... считал, Академией художеств. ... (коммунальные службы, младший ... осуждение переворота президентом Российской Федерации Б.Н. Ельциным ...

Другие похожие документы..