Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Конспект'
Допустим, цены на велосипеды, молоко, хлеб и мыло обгоняли общий рост цен. Цены этих товаров выросли еще в 2 раза в течении месяца. Экономическая теор...полностью>>
'Документ'
За 20 лет независимости Казахстан обрел свое место в мировом сообществе, встал в один ряд с признанными авторитетами мировой политики, стал составной ...полностью>>
'Документ'
«Ты - богиня! Как сводить мужчин с ума» - это больше, чем просто книга об отношениях. Это книга о том, как расширить возможности женщин любого возраст...полностью>>
'Документ'
ука пшеничная хлебопекарная Бумажные пакеты Высший сорт пакетов по 1 кг Высший сорт 4 пакета по кг Полипропиленовые мешки Высший сорт Мешок 50 кг Высш...полностью>>

Главная > Литература

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

30

смысла могут стать важны любые "мелочи", на которые обычно обращают мало внимания. Часто ли вы смотрите, например, на дату написания стихотворения?..

Поучимся понимать, как "формальные" и будто бы вто­ростепенные элементы текста участвуют в создании его смысла.

Задание 4

Прочитайте стихотворение Анны Ахматовой.

Не бывать тебе в живых,

Со снегу не встать.

Двадцать восемь штыковых,

Огнестрельных пять.

Горькую обновушку

Другу шила я.

Любит, любит кровушку

Русская земля.

Когда А. Ахматова впервые опубликовала это стихотво­рение, то она поставила под ним дату - 1914 год. На са­мом же деле стихи написаны 19 августа 1921 года.

Что вы знаете об августе 1921 года в жизни Ахматовой? За­чем Ахматова изменила дату при публикации стихотворения?

Меняется ли смысл стихотворения от того, какая дата стоит под текстом? Входит ли в содержание стихов информация о годе написания?

Ответ

3 августа 1921 года был арестован Николай Гумилев - первый муж А. Ахматовой - по обвинению "в заговоре". Очевидно, Ахматова не питала никаких надежд на благо­получный исход дела... Гумилев был расстрелян 24 ав­густа. Стихи же, заметьте, написаны 19-го, до его гибели.

Зачем же Ахматова изменила дату при публикации? Она

31

сделала это специально, чтобы обмануть власти: чтобы ее стихи не смогли соотнести с арестом Гумилева, а поду­мали, что они обращены к павшим в сражениях первой мировой войны, то есть - "про тяжелую жизнь до рево­люции".

Задание 5

В искусстве содержанием становится все, всякий элемент формы. Поэты не устают искать новые возможности выражения смысла - необычные, яркие, запоминающиеся. А что прежде всего "бросается в глаза", когда мы открываем книгу стихов? - Конечно, вид и расположение строк: двусти­шия или четверостишия, длинные строки или короткие, "лесенка" (как у В. Маяковского) или что-то совсем не­обычное... Еще в XVII веке Симеон Полоцкий - один из зачинателей русской поэзии и драматургии - писал стихи в форме креста, в "Алисе в Стране Чудес" вы, может быть, обратили внимание на стихи "Про хвост" в виде мышиного хвоста... Зрительная форма стиха - не фокус, а еще одна возможность передать, прояснить нужный поэту смысл.

Прочитайте стихотворение поэта XIX века А. Апухтина.

Проложен жизни путь бесплодными степями,

И глушь, и мрак... ни хаты, ни куста...

Спит сердце; скованы цепями

И разум, и уста,

И даль пред нами

Пуста.

И вдруг покажется не так тяжка дорога,

Захочется и петь, и мыслить вновь,

На небе звезд горит так много,

Так бурно льется кровь...

Мечты, тревога.

Любовь!

32

О, где же те мечты? Где радости, печали,

Светившие нам ярко столько лет?

От их огней в туманной дали

Чуть виден слабый свет...

И те пропали...

Их нет.

Как вы думаете, для чего поэту потребовалась такая необычная, сразу бросающаяся в глаза форма расположения строчек? Как бы вы назвали эту фигуру? Напоминает ли она вам что-нибудь? Влияет ли форма стихотворения на его смысл?

Ответ

Можно предположить, что А.Н. Апухтин расположил строчки своего стихотворения конусом для того, чтобы эта форма напомнила читателю воронку, в которую нали­вают много, а выходит мало, или песочные часы, через узкое отверстие которых сыплется не песок, а само Время...

В тексте эти смыслы выражены очень слабо: словами пуста (даль), пропали (мечты), их нет. Согласитесь, что слова эти - очень общие, то есть "никакие", читатель может и не воспринять всей их важности для понимания смысла стихотворения. Поэт, очевидно, и сам это чув­ствует - и помогает читателю, создавая зрительный образ воронки или песочных часов.

Наши объяснения - не окончательная и не единственно возможная трактовка этого стихотворения. Вы можете предложить свою, поспорив с нами или уточнив наши наблюдения. Но в любом случае: за­метьте, как важно для понимания смысла уметь "чи­тать" форму.

33

Увидеть, услышать

Вам уже хорошо известно, что писатель всегда рассчи­тывает на сотворчество своего читателя. Причем сотвор­чество, то есть совместное творчество, бывает разных ви­дов. Иногда писатель оставляет как бы "пустые места" в смысле текста (они, как мы уже говорили, называются "скважинами"), а читатель должен их восстановить, то есть подумать, что-то вспомнить... Иногда автор строит текст так, чтобы читатель мог дать полную волю своим собственным ассоциациям... Иногда - наоборот: для по­нимания смысла текста нужно как можно четче разо­браться в "нотах" авторской партитуры и "сыграть" строго по ним...

Есть еще одна разновидность "сотрудничества" писателя и читателя, их сотворчества: поэт предлагает нам уви­деть стихотворение как картину, в буквальном смысле этого слова. А. Фет, например, даже подсказывает (не только героине, но и читателю), куда им смотреть:

Какая холодная осень!

Надень свою шаль и капот:

Смотри: из-за дремлющих сосен

Как будто пожар восстает.

Стихотворения (или отдельные строфы) такого типа нельзя читать быстро. Каждый образ должен появиться "на мысленном экране", а все стихотворение - как бы превратиться в фильм...

Попробуйте проделать такой эксперимент. Одно и то же стихотворение прочтите перед достаточно большой ауди­торией, в первом случае - представляя все, что вы чи­таете, в виде наглядных картин, а в другой раз - просто читая "с выражением". Посмотрите, когда вас будут вни­мательнее слушать.

Зрительное восприятие текста при чтении - не единственная возможность понять произведение. Можно подключать не только зрение, но и другие органы чувств. Приведем пример.

34

В прозе О. Мандельштама Армения выглядит так: кротовое поле, как будто с издевательской целью засеянное каменными зубьями, ... красная пыль Араратской долины. Увидели картинку? Теперь читайте дальше: ...кругом глазам не хватает соли. Ищешь формы и краски, и все это опресноки... Как это понимать? Опресноки - очевидно, это слово связано со смыслом "пресный". Пресный - это вкусовые ощущения, это как раз и значит "не хватает соли". Но почему глазам?

Надежда Мандельштам, жена поэта, комментируя эти строчки, объясняет: "Любопытно, что речь идет о зри­тельных ощущениях, а соли приписана та роль, которую она играет во вкусовых". И дальше: "Это не перенос ощущений, а скорее нечто вроде синтеза. Вероятно, и в стихах и в прозе можно обнаружить, как одно из чувств вызывает к действию остальные. Настороженность внутреннего слуха пробуждает осязание, зрительные ощущения пробуждают обоняние... Весь чувственный аппарат отвечает на любое раздражение совместным откликом".

Уверяем вас, что читателю - ничуть не меньше, чем поэту! - требуется такой "совместный отклик" всех чувств.

Задание 6

Включение зрительных, слуховых и других ощущений может оказаться прямо необходимым для понимания идеи текста. Разберем такой случай.

В рассказе Л.Н. Толстого "Кавказский пленник" герои попадают в плен к татарам.

Прочитайте отрывок из повести, в котором рассказывается, что было после того, как Жилина взяли в плен.

Сел татарин с красной бородой на лошадь, а другие под­садили Жилина к нему на седло; а чтобы не упал, притя­нули его ремнем за пояс к татарину и повезли в горы.

35

Сидит Жилин за татарином, покачивается, тычется лицом в татарскую спину. Только и видит перед собой здоровенную татарскую спину, да шею жилистую, да бритый затылок из-под шапки синеется. Голова у Жилина раз­бита, кровь запеклась над глазами. И нельзя ему ни по­правиться на лошади, ни кровь обтереть. Руки так за­кручены, что в ключицах ломит.

Ехали они долго с горы на гору, переехали вброд реку, выехали на дорогу и поехали лощиной.

Хотел Жилин примечать дорогу, куда его везут, но глаза замазаны кровью, а повернуться нельзя.

Стало смеркаться. Переехали еще речку, стали подни­маться по каменной горе, запахло дымом, забрехали собаки.

Приехали в аул.

В тексте прямо сказано: Хотел Жилин примечать дорогу,... но... Значит ли это, что его намерение не удалось? Что хотел, но не смог?

Можно ли утверждать, что Жилин с самого первого момента своего плена стал готовиться к побегу? Как это доказать? По­смотрите, с чьей точки зрения дано описание дороги.

Ответ

Доказательства того, что Жилин готовился к побегу с самого первого момента плена, - в том, что он все-таки заметил (!) дорогу, по которой его везли. Описание дороги дается с точки зрения Жилина. Он ее не видит, но чувствует: ведь по каменной горе лошади идут иначе, чем по лощине... Можно доказать, что Жилин запоминал дорогу по слуховым ощущениям. Несмотря на то, что глаза замазаны кровью, а повернуться нельзя, он заметил многое. На время "влезем в его шкуру" и посмотрим, какие выводы он мог делать, воспринимая дорогу: Стало смеркаться (Согласитесь, это можно заметить и с закрытыми глазами.) Переехали еще речку (Значит, в той стороне, куда ему бежать, будет две речки), стали

36

подниматься по каменной горе (Течки будут в долине, а эта гора (скорее всего) отличается от предыдущих, камней больше), запахло дымом (Близко жилье? Или просто пастухи у костра?), забрехали собаки (Наверное, при­ехали в аул.) Приехали в аул.

Таким образом, прочитав текст "ощущениями Жилина", мы увидели, что он начал готовиться к побегу с самого первого момента своего плена. Л.Н. Толстой мог дать описание дороги и "объективно", но выбрал именно такой вариант, чтобы мы почувствовали, как много примет дороги заметил Жилин.

Заглавие

Заглавие - это первое, с чем встречается читатель, с чего начинается у него знакомство с книгой. Когда-то давно, в XVI—XVIII веках, заглавия строились так, чтобы кратко передать содержание всего произведения. Вот пример. Книга Даниеля Дефо, которую мы привыкли называть "Приключения Робинзона Крузо" или просто "Робинзон Крузо", на самом деле имеет гораздо более длинное заглавие: "Жизнь, необыкновенные и удиви­тельные приключения Робинзона Крузо, моряка из Йорка, прожившего двадцать восемь лет в полном одино­честве на необитаемом острове, у берегов Америки, близ устья великой реки Ориноко, куда он был выброшен кораблекрушением, во время которого весь экипаж корабля, кроме него, погиб, с изложением его неожиданного освобождения пиратами. Написано им самим".

Длинные и обстоятельные заглавия были очень похожи на то, что мы сейчас называем аннотацией1: "Обстоятельное и верное описание добрых и злых дел российского мошенника, вора и разбойника и бывшего московского

_________

1 Аннотация — краткое изложение содержания книги, статьи и т.п.

37

сыщика Ваньки Каина, всей его жизни и странных по­хождений, сочиненное М.К. в Москве 1775 года" (СПб., 1779). Коротко эту книгу принято называть "Ванька Каин", ее автор - Матвей Комаров. В прошлом веке был широко известен "Письмовник" Николая Курганова. Настоящее заглавие первого издания этого учебного посо­бия - "Российская универсальная грамматика, или Всеоб­щее письмословие, предлагающее легчайший способ осно­вательного учения русскому языку с седмью присово-куплениями разных учебных и полезнозабавных вещей" (СПб., 1769).

Функцией заглавия было подготавливать читателя к тому, о чем пойдет речь. Во многих изданиях так же строились и названия глав. Например, в книге Франсуа Рабле, которая называется "Повесть о преужасной жизни великого Гаргантюа, отца Пантагрюэля, некогда сочиненная магистром Алькофрибасом Назье, извлекателем квинтэссенции. Книга, полная пантагрюэлизма" (коротко, как вы уже догадались, — "Гаргантюа и Пантагрюэль"), главы называются: "О том, как Гаргантюа отплатил парижанам за оказанный ему прием и как он унес большие колокола с собора Богоматери", "О том, как Пикрохолова разведка наткнулась на Гаргантюа, и о том, как монах убил военачальника Улепета, а затем попал к неприятелю в плен" и т.п. Б. Заходер в своем пересказе "Алисы в Стране Чудес" Л. Кэрролла иронически напоминает нам о тра­диции прежних длинных заглавий: "Глава никакая, из которой тем не менее можно кое-что узнать", "Глава седь­мая, в которой пьют чай как ненормальные".

Постепенно, с развитием литературы как искусства слова, заглавия сокращались, и теперь они сообщают о со­держании книги в одном-двух словах: "Дубровский", "От­цы и дети", "Преступление и наказание", "Обрыв", "Вой­на и мир", "Гранатовый браслет", "Митина любовь", "Поэма без героя". Может быть, заглавия стали простой формальностью? Нет. Писатели, зная, что читатель всегда обращает внимание на эту часть текста и ждет от нее

38

определенной информации, стали использовать возможности заголовков не "в длину", а, так сказать, "в глубину": помещать в название книги второстепенные детали, делать заглавие метафорой или символом, намекать в нем на предшественников - вообще всячески подчерки­вать его смысловую нагрузку.

Заглавие - это элемент текста, причем совершенно особый, "выдвинутый", оно занимает отдельную строчку и обычно отличается шрифтом. Заглавие невозможно не заметить - как красивую шапку, например. Но, как образно писал С. Кржижановский, заглавие - "это не шапка, а голова, которую извне к телу не приладишь". Писатели всегда очень серьезно относятся к названиям своих произведений, бывает, по многу раз их пере­делывают (вы наверняка знаете выражение "муки заго­ловка"). Сменить заглавие - значит изменить в тексте что-то очень важное...

По одному только заглавию можно узнать автора или напра­вление, к которому он принадлежит: название "Дохлая луна" могли дать сборнику только хулиганствующие футуристы, но никак не А. Ахматова, Н. Гумилев или Андрей Белый.

Без заглавия бывает совершенно непонятно, о чем идет речь в том или ином стихотворении. Вот пример1. Это на­чало стихотворения Б. Слуцкого:

С ног не сшибла. Черкнула пером,

Словно ласточка, словно птица.

И - не вырубишь топором.

Не забудешь и не простишь.

И какое-то новое семя

Осторожно в душе растишь.

Кто... "с ног не сшибла"? Оказывается, Чужая строка. Так называется стихотворение. Прочитавший заглавие со­вершенно иными глазами воспринимает начало стихотво­рения, согласны?

________

1 В этой "Подсказке" использованы материалы исследований

Е.В.Джанджаковой.

39

Как вы уже знаете, в поэзии все факты языка и любые "мелочи" формы становятся значимыми. Это относится и к заглавию - и даже в том случае, если его... нет. Отсут­ствие заглавия - это своего рода сигнал: "Внимание, сейчас вы будете читать стихотворение, в котором так много разных ассоциаций, что их нельзя выразить каким-то одним словом..." Отсутствие заглавия говорит о том, что ожидается текст, насыщенный ассоциациями, неуловимыми для определения.

Вопрос для любознательных: а бывают ли произведения без заглавия в прозе?

Заглавия могут настраивать читателя на разный уровень восприятия. Если стихотворение А. Тарковского назы­вается, например, "Эвридика", то читатель невольно на­страивается на мифологический сюжет; заглавия (этого же поэта) "Первые свидания", "Камень на пути", "Оливы" создают эффект скрытой цитаты, какого-то культурного шифра, не разгаданного читателем намека... Заглавия, бывает, предупреждают, что тексты обращены к подго­товленному, иногда даже элитарному читателю...

И наоборот, есть заглавия подчеркнуто непоэтические, нетипичные для традиционной поэтической речи. "На дебаркадере" В. Кузнецова, "Электросварщики" В. Сосноры, "Кассирша" Е. Евтушенко, "Моя любимая стирала" Е. Ви­нокурова. В стихотворениях с подобными заглавиями читатель настраивается на понимание следующего текста как единичного, изолированного от других, не включен­ного в условную "высокую" "поэтическую" традицию, а рассказывающего о нашей жизни, о конкретном времени, месте, профессии и т.п. Стихи с такими заглавиями как бы (подчеркиваем: как бы) более демократичны, дос­тупны любому "простому" читателю.

Третий тип заглавий - заглавия непонятные в буквальном смысле этого слова, необычные с собственно языковой точки зрения. Ну в самом деле: что такое "Осенебри"? "Треугольная груша"? "Аксиома стрекозы"? "Длинноного"? "Скрымтымным"? (Все примеры - из

40

поэтических произведений А. Вознесенского.) Это загла­вия-зазывалы, они интригуют, работают как реклама:

приглашают читателя разгадать свой смысл, для чего, конечно, нужно дочитать стихотворение до конца.

Отношения заглавия с текстом могут быть самыми разнообразными. Но сейчас мы разберем только два — правда, основных - типа этих отношений.

Текст может подтверждать заданные загла­вием ассоциации, ореолы и смыслы - так чаще всего и бывает, несмотря на то, что сами ожидания не очень конкретны. Попробуйте, например, сформулиро­вать, чего вы ждете от стихотворений с заглавием "Два голоса" (Ф. Тютчев), "Воспоминание" (К. Батюшков) или "Вослед" (М. Волошин). Согласитесь, что больше пищи для ожиданий дают имена авторов, а не заглавия стихо­творений. И тем не менее в стихотворении Ф. Тютчева - два голоса, а не пять, а стихи Е. Баратынского "Разлука" -именно о разлуке: "Расстались мы; на миг очарованьем, На краткий миг была мне жизнь моя..." Стихотворение М. Лермонтова "Пророк" будет продолжать тему "Проро­ка" пушкинского... Попробуйте, читая художественные произведения, специально спрашивать себя, подтвер­ждаются ли ожидания, с которыми вы приступали к чтению, познакомившись первоначально только с за­главием.

Можно и "поиграть". Найдите в библиотеке книги неизвестных вам авторов. Читайте заглавия, форму­лируйте свои ожидания, а потом проверяйте, так ли это, по аннотации, которая есть на обороте титульного листа каждой книги. То же самое можно делать - по оглавлениям книг - с заголовками непрочитанных рассказов и стихотворений. И если вы попробуете так "поиграть", то вам обязательно встретятся произ­ведения, где в заголовке - одно, а в тексте - совсем дру­гое.

Вот, например, "Тайна" - заголовок стихотворения И. Пивоваровой. Такое заглавие многое обещает... Читаем:

41

Я тебе

Открою тайну,

Никому

Не говори!

Если рано

Ты проснешься,

Если встанешь

До зари,

Если тихо

Выпьешь чаю,

Если выйдешь

Из дверей,

Если ты

Пойдешь направо,

А потом

Чуть-чуть левей,

Обогнешь

Большой колодец,

Обойдешь

Засохший пруд...

Там, у старой

Водокачки,

Под забором

Две собачки

Громко косточку

Грызут!

...Сбылись ли ожидания, которые были у вас в начале чтения: "Я тебе открою тайну, никому не говори!"? Что вы будете делать с такой "тайной"?

Не только детские и не только смешные стихи умеют "обманывать" своими заглавиями. Например, стихотворе­ние И. Бунина называется "Хризантемы". Оно о цветах? Не совсем:

На окне, серебряном от инея,

За ночь хризантемы расцвели.

Заглавие оказалось метафорой-загадкой, а сами стихи - отгадкой: хризантемы - это морозные узоры на стеклах окон, похожие на цветы.

Второй тип отношений заглавия с текстом, который мы только что видели в стихотворении И. Пивоваровой, называется эффект обманутого ожидания (подроб­нее см. с. 107).

С разными типами отношений заглавия и текста вы по­знакомитесь, выполняя задания, помещенные во второй части книги.

42



Похожие документы:

  1. А. Н. Толстой. (Русские писатели о литературном труде. Л., 1956, т. IV, с. 491) Композиция художественного произведения понимается различно

    Документ
    ... научить понимать художественный текст. – Русский язык, 1999, №15. 50.Граник Г.Г. и другие. Литература. Учимся понимать художественный текст. Задачник ...
  2. Учимся читать, понимать и создавать художественный текст

    Урок
    Тема урока. Учимся читать, понимать и создавать художественный текст. «Крохотки» А.И.Солженицына. ... уроков литературы вы, ребята, учитесь понимать прочитанное, и не всегда за ... Установка. Внимание к слову (художественные приемы: олицетворение, антитеза, ...
  3. Рабочая программа по литературному чтению для 3 класса на 2011-2012 уч год

    Рабочая программа
    ... . Литература: Е.И.Матвеева Литературное чтение. Учим младших школьников понимать художественный текст. 1-4 кл., М., «Эксмо», 2006. ... Е.И.Матвеева Литературное чтение. Учим младших ...
  4. Метапредметный курс «час чтения» Авторы : Сторожева Татьяна Юрьевна, учитель высшей категории

    Основная образовательная программа
    ... . – М.: Педагогика, 1991. Граник Г.Г. Литература. Учимся понимать художественный текст: задачник-практикум. 8-11 кл. / Г.Г. Граник ... М.: 2001. Граник Г.Г. Путешествие в страну книги. Учимся понимать текст: в 4 частях. Для младших школьников /Г.Г. Граник ...
  5. Филологический анализ художественного текста как способ организации образовательного пространства выпускников школы

    Документ
    ... понимать художественное произведение в смысловом, эстетическом и нравственном единстве призван филологический анализ текста художественного ... раскрытии тайны слова через художественный текст. 3. Коммуникативные УУД. -Учить обучающихся выражать свои ...

Другие похожие документы..