Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
каждая из двух сумм находится в интервале 0 12, поэтому записывается одной шестнадцатеричной цифрой, так что результат работы автомата всегда состоит ...полностью>>
'Документ'
Вам предлагается рассмотреть ситуацию (кейс «Хлебозавод»), содержащую примеры из реальной деловой жизни организации и предложить варианты экономически...полностью>>
'Исследование'
Движение небесных тел под действием сил тяготения. Космические скорости и форма орбит. Возмущения в движении планет. Приливы. Определение масс небесны...полностью>>
'Документ'
(полное название, почтовый и телеграфный адрес, номер телефона, факса, ФИО, должность и телефон ответственного лица, полные реквизиты, включая ИНН, ОГ...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

1

Смотреть полностью

Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru

Е. В. Емельянова

Кризис

в созависимых

отношениях.

Принципы и алгоритмы консультирования

РЕЧЬ

Санкт-Петербург 2004

ББК 88.492 Е60

Емельянова Е. В.

Е60 Кризис в созависимых отношениях. Принципы и алгоритмы консультирования. — СПб.: Речь, 2004. — 368 с.

ISBN 5-9268-0321-7

В книге подробно описаны принципы консультативной работы с клиента­ми, вовлеченными в созависимые отношения, — модели и алгоритмы работы, личностные особенности клиентов и специфика работы с ними, уровни и прин­ципы консультативного сопровождения.

Книга содержит много разнообразного теоретического и практического ма­териала и будет полезна для психологов, консультантов, психотерапевтов, со­циальных работников, а также для всех тех, кто столкнулся с проблемой созави-симости в своей жизни.

ББК 88.492

ISBN 5-9268-0321-7

© Издательство «Речь», 2004.

© Е. В. Емельянова, 2004.

© П. В. Борозенец, оформление, 2004.

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВСТУПЛЕНИЕ.

Запрос на изменение члена семьи. Что с этим делать?..............................9

Немного благодарностей....................................................................13

ЧАСТЬ 1. СОЗАВИСИМОСТЬ И СЕМЬЯ.........................................................15

ГЛАВА 1. Эмоциональная созависимость.............................................................17

ГЛАВА 2. Взаимодействие психологических территорий......................................19

ГЛАВА 3. О глубинной сущности созависимости..................................................23

ГЛАВА 4. Формы созависимых отношений...........................................................26

ГЛАВА 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые

отношения........................................................................................31

Портрет человека с комплексом самоуничижения...........................31

Портрет человека с комплексом мученичества.................................37

Портрет человека с садистскими наклонностями.............................46

Портрет человека с комплексом нарциссизма..................................58

Портрет человека с ненасытной жаждой любви................................64

Дети, выросшие в семье с созависимыми отношениями..................68

ГЛАВА 6.

Злокачественная созависимость...........................................................70

Наркотическая созависимость...........................................................70

Треугольник «спасательства».........................................................71

Созависимость с сектой......................................................................73

ГЛАВА 7. Зрелые отношения любви и зрелая забота............................................79

ЧАСТЬ 2. ИНДИВИДУАЛЬНАЯ КОНСУЛЬТАТИВНАЯ

РАБОТА С СОЗАВИСИМЫМИ КЛИЕНТАМИ...........................87

Оглавление

ГЛАВА 1. Определение границ консультирования.................................................89

ГЛАВА 2. Условия успешности консультативного сопровождения созависимых

клиентов...........................................................................................93

Степень разделения ответственности за решение проблемы...........93

Степень готовности решать свою часть проблемы..........................106

Степень глубины и жесткость причин, создавших условия для

развития зависимости..................................................................117

Степень развития злокачественной созависимости и особенности

работы психолога на различных стадиях....................................120

1. Социальная стадия...................................................................123

2. Психическая зависимость........................................................125

3. Физическая зависимость..........................................................126

4. Необратимая степень зависимости.........................................127

ГЛАВА 3.

Информационный уровень консультирования.....................................128

Общие направления профилактики возникновения

наркозависимости........................................................................132

ГЛАВА 4.

Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса.............134

Кризис и кризисная интервенция....................................................134

Сущность кризиса.............................................................................136

Стадии кризиса..................................................................................137

Кризисная интервенция...................................................................138

Этап 1. Установление контакта....................................................139

Этап 2. Сбор информации...........................................................139

Этап 3. Формулирование проблемы............................................140

Этап 4. Исследование возможностей..........................................141

Этап 5. Поиск альтернатив..........................................................141

Этап 6. Контракт..........................................................................142

Этап 7. Заключительный..............................................................143

Методы снижения кризисного напряжения....................................144

Релаксационная визуализация....................................................144

Трансформация образа (метод В. Стюарт) в сочетании

с фокусированием (метод Ю. Джендлина).............................145

Метод двойной диссоциации (НЛП)..........................................146

Сопровождение клиентов при переживании утраты.......................147

Клиническое описание острого горя..........................................148

Оглавление

Процесс скорби (Модель Э. Кюблер-Росс)................................149

1. Отрицание............................................................................150

2. Озлобленность.....................................................................150

3. Компромисс.........................................................................150

4. Депрессия.............................................................................151

5. Адаптация: развитие новой идентичности.........................151

Осложненное горе........................................................................154

Отсрочка реакции....................................................................154

Отсутствие скорбных чувств и появление соматических

заболеваний........................................................................154

Горе с искаженными реакциями.............................................155

Если работа горя не идет..............................................................155

ГЛАВА 5.

Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора..................159

Вездесущность выбора и решения....................................................159

Этапы развития проблемы................................................................161

Общая схема консультативного сопровождения при принятии

решения. Этапы решения проблемы ..........................................164

Знакомство, установление контакта...........................................164

Сбор информации, исследование проблемы..............................165

Основные условия исследования проблемы...............................171

Целеполагание..............................................................................173

Консультирование клиента, который не знает,

чего он хочет.......................................................................182

Консультирование клиента, который предъявляет

неприемлемые цели...........................................................187

Выработка решений.....................................................................188

Проверка решений.......................................................................191

Обобщение....................................................................................194

Решение и выбор в ситуации фрустрации .......................................198

Когнитивное информационное искажение...........................200

Суррогатный заменитель........................................................200

Делегирование решения..........................................................201

Уход в заболевание..................................................................201

Уход в беспомощность и вину.................................................201

Блокирование желаний...........................................................202

Методы активации решения ............................................................205

Техники краткосрочной позитивной психотерапии...................205

«Волшебная палочка»..............................................................205

«Маленькие кирпичики большой стены»..............................205

Оглавление

«Линия проблемы»..................................................................205

«Ступени достижений» ...........................................................206

«Нить Ариадны»......................................................................206

«Проверка будущим»...............................................................207

«Чувство динамики»................................................................207

«Незамеченный ресурс»..........................................................207

«Сплетня о проблеме».............................................................207

«Театр в табакерке»..................................................................208

«Проблема как друг»................................................................208

«Совет другу»...........................................................................208

«Вторая сторона медали»........................................................208

«Использование случайности»................................................208

Изменение ошибочных установок

(когнитивный подход).............................................................209

Блокировка «Я вообще невезучий. Мне никогда не везет» ... 209 Блокировка «В детстве я находился в таких условиях, что сейчас я стал слабым и беспомощным» =

«Такой уж у меня характер»...............................................210

Блокировка «Я не виноват в возникновении проблемы,

поэтому и решать ее должен кто-нибудь, но не я»............210

Блокировка «Я не могу принимать решения, потому что я могу чего-то не знать. Вы специалист, вот и

предоставьте мне готовые рекомендации»........................211

Блокировка «Я не имею права ошибаться» = «Я должен

быть всегда прав»................................................................211

Развенчание долженствований...............................................212

Упражнение для развития гибкости восприятия

и оценивания......................................................................217

Блокировка «Я не должен слишком напрягаться для того, чтобы получать то, что хочу, — даже зная, что это принесет мне пользу. Работать для своего собственного счастья слишком тяжело. Я хочу получить его

немедленно и без усилий»..................................................226

Нерациональный путь решения проблемы......................................229

Метафора......................................................................................230

Фокусирование.............................................................................234

Визуализация проблемы..............................................................237

Образы и решение........................................................................241

Принцип конфронтации.........................................................241

Принцип трансформации.......................................................242

Принцип кормления...............................................................242

6

Оглавление

Принцип примирения.............................................................243

ГЛАВА 6.

Уровень получения коммуникативных навыков и умений....................246

Вопрос о возможности влияния на члена семьи.............................246

Алгоритм ситуационного анализа....................................................251

Фаза выявления............................................................................251

Фаза исправления ........................................................................253

Модели оптимального поведения с наркозависимым....................254

Обсуждение вопроса о возможности насилия над наркоманом.....258

ГЛАВА 7.

Психотерапия созависимости.............................................................260

Психологическое консультирование и немедицинская

психотерапия: понятие и границы..........................................260

Опустошенное «Я» и сущность психотерапии.................................264

Специфические реакции контрпереноса при работе

с созависимыми............................................................................271

Тестирование консультанта клиентом........................................280

Тестирование пассивной позицией........................................281

Тестирование со сменой пассивной позиции

на активную........................................................................283

Если консультант не проходит тесты клиента........................286

Бессознательная зависимость клиента...................................287

Расшифровка переноса................................................................289

Контрпереносные реакции консультанта...................................291

Психотерапевтический контейнер как условие безопасности

клиента..........................................................................................296

Сопротивление изменениям.............................................................298

Сущность сопротивления............................................................298

Проявления сопротивления........................................................302

Что делать с сопротивлением клиента?......................................303

Отслеживание..........................................................................304

Разъяснение эффектов сопротивления..................................304

Разъяснение неслучайности....................................................305

Демонстрация альтернатив.....................................................305

Разъяснение функций сопротивления...................................306

Освобождение и перемещение ...............................................306

Пентаграмма психотерапии созависимости....................................308

Краткий обзор содержания и возможных методов работы

в полюсах пентаграммы..............................................................314

Тело...............................................................................................320

Оглавление

Экзистенциальные позиции........................................................323

Аффективный полюс...................................................................326

Межличностные отношения.......................................................329

Субличности в структуре Я — Сверх-Я.......................................330

Работа с Внутренним Ребенком — «Воспитание любовью».... 331 Работа с Внутренним Критиком — «Советчик вместо

тирана»................................................................................333

Работа с амбивалентными состояниями как с субличност­ным конфликтом................................................................334

Тренинг удовольствия.............................................................334

Работа с субличностью «Жертва»............................................335

Актуализация собственного позитивного опыта, возвращение заброшенных интересов и целей.......................................336

ГЛАВА 8. Использование психологических упражнений в индивидуальном

консультативном сопровождении созависимых клиентов..............337

Терапия — упражнения — тренинг...................................................337

Методические основы разработки ИПТ..........................................341

Разработка ИПТ...........................................................................341

Методы проведения ИПТ............................................................348

Опробирование ИПТ...................................................................350

ПРИЛОЖЕНИЕ. Жесткая любовь. Методика сопровождения созависимых,

разработанная английской организацией «Родители наркоманов» .. 352

Чувство вины.....................................................................................352

Гнев.....................................................................................................353

Вредящая защита своего ребенка.....................................................353

Награды за плохое поведение...........................................................353

Уходит любовь...................................................................................354

Нужна жесткая любовь......................................................................354

12 шагов жесткой любви...................................................................355

Литература.........................................................................................366

Вступление.

ЗАПРОС НА ИЗМЕНЕНИЕ

ЧЛЕНА СЕМЬИ.

ЧТО С ЭТИМ ДЕЛАТЬ?

В практике любого консультирующего психолога нередки обраще­ния, когда кто-то из супругов (чаще жена) или родители просят о по­мощи в «исправлении» своего дорогого и любимого, но совершенно отбившегося от рук домочадца. Они описывают ужасы семейной жиз­ни, перечисляют многочисленные «меры воздействия», уже испробо­ванные ими и не давшие никакого результата. И их основной запрос можно сформулировать следующим образом: «Помогите сделать его (ее) хорошим (а именно: таким, каким он меня будет устраивать), и все остальные проблемы разрешатся сами собой».

Такие клиенты, как правило, считают себя вполне благополучны­ми. Мысль о том, что им самим необходима психологическая помощь, почти всегда кажется абсурдной. Они готовы отдать все имеющиеся средства и силы, чтобы изменить неудобного члена семьи. Но един­ственное, к чему они совершенно не готовы, — это к работе над собой и сложившимися взаимоотношениями.

Предложение пройти курс супружеской или семейной психотера­пии, к сожалению, чаще всего отвергается. Объяснения отказов весь­ма стереотипны: «Он (она) не пойдет, потому что:

• ему (ей) некогда,

• считает всю эту психологию ерундой,

• не верит, что это поможет,

• не считает, что у него есть проблемы,

• будет злиться, что я «выношу сор из избы».

Затем идет контрпредложение: «Научите меня, как на него (нее) повлиять, и я все сделаю, как вы скажете». Бывают и более жесткие требования: «Я приведу его (ее) к вам, и вы повлияйте на него (нее) так-то и так-то».

Конечно, подобные запросы заведомо невыполнимы и проти­воречат этике психологической помощи. Но практически во всех

Вступление

подобных случаях перед психологом находится действительно глу­боко несчастный человек, исстрадавшийся, иногда плачущий и дей­ствительно нуждающийся в помощи. Он абсолютно неграмотен в психологических вопросах, а из журнальных и газетных статеек вынес представление о том, что психолог, познакомившись с про­блемой, способен предложить целый список готовых советов напо­добие рецептов. Другой, не менее распространенный вариант — специалист наделен волшебными свойствами: «повоздействовал», и все проблемы исчезли.

Что же делать? Отказать, объяснив, что возможны только совмест­ные изменения? Но «проблемный» член семьи часто действительно ведет отнюдь не конструктивный образ жизни, совершенно не желая ни считаться с остальными, ни меняться. Да и обратившийся, в луч­шем случае, обвинит вас в бездушии, черствости и непрофессиона­лизме и пойдет кочевать от специалиста к специалисту, а в худшем — останется наедине со своим отчаянием, окунется в депрессию или про­должит свои попытки по исправлению другого, меняя просто неэф­фективные методы на деструктивные. К тому же, вряд ли такой чело­век когда-нибудь еще решится обратиться к психологу.

Согласиться и начать раздавать рекомендации по манипулирова­нию близкими людьми? А как же профессиональная этика? Да и дело-то заранее провальное, поскольку никто не станет меняться против своей воли, разве только под воздействием жестокого насилия.

А может быть, здесь уместны более тонкие шаги, более гибкое по­ведение психолога? Возможно ли индивидуальное консультирование одного из членов семьи по вопросам семейных или супружеских от­ношений, и если да, то насколько оно будет эффективным? Что будет происходить с семьей в результате такого консультативного сопровож­дения?

Ответов на последний вопрос может быть только три:

1) все останется по-прежнему;

2) семья развалится, так как один член семьи, изменившись в ре­зультате общения с психологом, разрушит всю семейную систе­му и примет самостоятельное решение, что больше не в силах поддерживать отношения, которые его не устраивают;

3) отношения в семье улучшатся, так как консультирующийся член семьи будет постепенно менять свои требования, свои реакции на поведение других домочадцев; его поведение станет более осознанным, более терпимым, в нем будет больше стремления к пониманию и меньше желания властвовать, контролировать, доминировать.

10

Вступление

Можем ли мы заранее спрогнозировать, какой из трех результатов мы получим? Конечно, нет. Но мы можем предложить человеку ра­зобраться в его семейных или супружеских отношениях, чтобы понять, в каком направлении и что именно необходимо предпринимать, что­бы разрешить существующие проблемы. Обычно на такое предложе­ние соглашаются все. А затем уже, в процессе анализа, консультанту необходимо постепенно и доброжелательно, но все более настойчиво обращать внимание на роль самого консультирующегося в возникно­вении и развитии сложившихся отношений.

А дальше ситуация снова распадается на несколько векторов. Че­ловек, даже не вполне еще осознавший, а скорее, почувствовавший, что без собственных изменений ему не обойтись, может:

1) прервать контакты с психологом, поскольку не готов к измене­ниям;

2) продолжать упорно стремиться изменить другого;

3) захотеть освоить более конструктивные модели поведения, не касаясь более глубоких психологических слоев, таких как сце­нарное взаимодействие, защиты, страхи и т. п.;

4) принять решение проанализировать и осознать глубинные мо­тивы своих поступков, стремлений и реакций и проявить готов­ность к серьезным изменениям.

Конечно, последний вариант всегда больше нравится психологам, поскольку дает возможность для серьезного, творческого и благодатно­го психотерапевтического взаимодействия. Но именно в этом случае наиболее остро встает необходимость предупредить клиента, что реше­ние изменить супружеские или семейные взаимоотношения в индиви­дуальном порядке может привести к самым разным последствиям.

Третий вариант тоже небезнадежен, поскольку конструктивные на­выки коммуникации сами по себе могут принести пользу в смягчении семейных отношений.

А вот второй возвращает к исходной позиции, чем чрезвычайно раз­дражает консультантов и ведет их к эмоциональному выгоранию. Впро­чем, первый вариант также не способствует профессиональному удов­летворению. Кроме того, если первый и второй варианты встречаются довольно часто, то четвертый — самый желанный — к сожалению, зна­чительно реже.

Что же происходит? Почему люди, обратившиеся за помощью, из­бегают вполне реального и, пожалуй, наиболее эффективного спосо­ба улучшить качество своей жизни? И здесь можно выделить несколь­ко причин.

11

Вступление

Во-первых, менять себя вообще тяжело, а тем более, когда речь идет практически об изменении всего стиля жизни.

Во-вторых, для того, чтобы перейти от позиции «изменить друго­го» к позиции «изменить себя», требуется много времени, и сам по себе этот шаг — уже большая терапевтическая победа, поскольку, чтобы сделать его, человеку нужно взять на себя ответственность за свою жизнь и отказаться от мифа о всемогуществе — мифа, который защи­щает от экзистенциальной тревоги.

В-третьих, психологи слишком нетерпеливо и слишком настойчи­во призывают человека к изменениям. По сути, они делают то же са­мое, что и обратившийся за помощью в изменении другого, и встреча­ют аналогичное сопротивление.

В-четвертых, люди, которые ради «хороших» отношений стремят­ся изменить другого, как правило, строят созависимые отношения, и самостоятельность, отдельность и уникальность личности, незави­симость и суверенитет психологической территории — для них кате­гории непонятные, неизведанные, но по интуитивному ощущению опасные.

В-пятых, «созависимые» люди — это всегда «трудные» клиенты, по­скольку и с психологом они стремятся создать созависимые отноше­ния, часто манипулируют им, делая это осознанно или неосознанно. При этом они чрезвычайно ранимы и болезненно зависимы от мне­ния консультанта, любое неосторожное слово может быть воспринято ими как осуждение или обвинение, истолковано как враждебность по отношению к себе и послужить причиной разрыва отношений с пси­хологом.

И, наконец, сами консультанты нередко переживают весьма не­приятные реакции контрпереноса, общаясь с созависимыми клиен­тами. Раздражение, нетерпение, скука, чувство беспомощности зас­тавляют их сворачивать консультативный процесс и стремиться из­бавиться от набившего оскомину клиента. Либо, наоборот, они впадают в излишнее сострадание и ввязываются в бесперспективные и эмоционально тяжелые отношения, отягощенные неведомо отку­да взявшимся чувством сверхответственности за дальнейшую судьбу клиента. Разумеется, через некоторое время такие отношения хочет­ся разорвать.

Так что причин для неудач действительно много. Однако если мы будем перечислять только то, что мешает нам, мы почувствуем себя беспомощными и, пожалуй, впадем в депрессию. Более оптимистич­ным представляется иначе поставленный вопрос: что мы можем сде­лать в таких обстоятельствах?

12

Вступление

Ответу на этот вопрос и посвящена данная книга. В ней я постара­лась:

• систематизировать самые распространенные формы созави-симых отношений, рассматривая их не столько с научной, сколько с практической точки зрения;

• выстроить в некий алгоритм возможную систему консульта­тивного сопровождения созависимых клиентов, который по­может заодно сориентироваться в необходимом профессио­нальном «комплекте» навыков и умений, необходимых для работы;

• детально рассмотреть базисные, ключевые моменты кон­сультативного сопровождения клиентов с привлечением ана­лиза консультативных диалогов в качестве иллюстрации к ме­тодическому материалу.

НЕМНОГО БЛАГОДАРНОСТЕЙ

Прежде всего, я благодарна своим «трудным» клиентам, которые позволили мне получить богатый профессиональный опыт и, как лак­мусовая бумажка, проявили мои собственные проблемы, которые, став доступными сознанию, обрели возможность их разрешения.

Я благодарна моим коллегам, которые обращались ко мне за су-первизорской помощью при работе с созависимыми клиентами. Ана­лиз их консультаций помог мне систематизировать и мой собствен­ный опыт.

Я благодарна директору издательства «Речь», Леониду Янковско­му, который поверил в то, что эта книга будет полезна многим кон­сультирующим психологам, и взял на себя риск ее издания, а мне при­дал веры в собственные возможности.

13

Глава 1.

ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ СОЗАВИСИМОСТЬ

Традиционно созависимость в семье понимается как зависимость супруга, детей или родителей от члена семьи, пристрастившегося к нар­котикам или алкоголю (которого называют зависимым). Однако это только частный случай созависимых отношений. В широком смысле слова, созависимость — это эмоциональная зависимость одного чело­века от значимого для него Другого.

Исходя из последнего определения, мы можем сделать вывод, что любые значимые отношения рождают определенную долю эмоцио­нальной созависимости, поскольку, впуская в свою жизнь близких людей, мы обязательно реагируем на их эмоциональное состояние, так или иначе приспосабливаемся к их образу жизни, вкусам, привычкам, потребностям. И это действительно так. Однако в так называемых «здо­ровых», или зрелых, отношениях всегда остается достаточно большое пространство для удовлетворения своих собственных потребностей, для достижения собственных целей и индивидуального роста личнос­ти, которая, как известно, сохраняет здоровье и жизнеспособность исключительно в процессе развития.

В отношениях же, которые мы называем созависимыми, простран­ства для свободного развития личности практически не остается. Жизнь человека полностью поглощена значимым Другим. И в таких случаях он живет не своей, а Его жизнью. Созависимый человек пере­стает отличать собственные потребности и цели от целей и потребно­стей любимого. У него нет собственного развития: его мысли, чувства, поступки, способы взаимодействия и решения двигаются по замкну­тому кругу, циклично и неотвратимо возвращая человека к повторе­нию одних и тех же ошибок, проблем и неудач.

Выражаясь схематично, психологическая территория одного чело­века, поглощенная психологической территорией другого, практичес­ки прекращает свое суверенное существование. Вот почему на вопро­сы психолога созависимым клиентам «Что вы хотите иметь вместо дан­ной ситуации?», «Что для вас важно в ваших отношениях?» они отвечают: «Я хочу, чтобы он приходил домой вовремя», «Я хочу, чтобы

17

Часть 1. Созависимость и семья

она перестала раздражаться по пустякам», «Мне важно, чтобы он был внимательнее к нашим детям» и т. п.

Приведенная ниже схема (рис. 1) наглядно показывает взаимодей­ствие психологических территорий в различных отношениях.

Рис. 1. Взаимодействие психологических территорий (степень взаимного поглощения)

18

Глава 2.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ

ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ

ТЕРРИТОРИЙ

При взаимодействии людей друг с другом их психологические тер­ритории (или границы территорий) приходят в соприкосновение: они могут пересекаться, подвергаться оккупации, уважаться или насиль­ственно ограничиваться.

Психологическая территория, как мы здесь будем ее понимать, — это сочетание нескольких факторов:

• система представлений о себе (какой Я, что во мне хорошо и что плохо, какими качествами Я обладаю, оценка своей вне­шности и т. д.);

• представления о своем месте в мире, социуме;

• система правил и принципов, по которым строится взаимо­действие с социальной средой;

• способы и стиль взаимодействия с другими людьми;

• потребности, желания, стремления, цели и представление о способах их достижения;

• система экзистенциальных установок, касающихся смысла жизни и смысла происходящих событий, ответственности и вины, любви и одиночества, зависимости и свободы, соб­ственной возможности (или невозможности) принимать ре­шения и делать выбор, творчества и ограничивающих должен­ствований;

• представление о собственных возможностях;

• право создавать идеи и выбирать способ их реализации;

• обладание некоторой физической территорией, то есть вещами, предметами, объектами, которые именуются словом «мой» (на­пример, стол, диван, комната, дом, одежда, рабочее место и т. д.).

Психологические территории разных людей могут являться в той или иной степени устойчивым образованием и иметь более или менее жесткие границы, нарушение которых всегда вызывает негативную

19

Часть I. Созависимость и семья

реакцию — от легкого дискомфорта до болезненных переживаний. Такая реакция, в свою очередь, может стимулировать возникновение самых разнообразных форм защиты, вплоть до ответной агрессии. В любом случае, собственные границы всегда стремятся сохранить, за­щитить, отстоять.

Нарушением границ психологической территории мы будем называть воздействие одного человека на другого с той или иной степенью насиль-ственности (то есть без получения согласия) с целью изменить по своему усмотрению принадлежащую человеку систему представлений о себе, сво­их возможностях, ресурсах и своем месте в мире, заставить изменить пра­вила и принципы, навязать чуждые цели и способы их достижения и т. д., а также самовольное использование и присвоение физической террито­рии другого человека или его предметов физического мира.

Под оккупацией психологической территории другого человека мы будем иметь в виду то же воздействие, что и при нарушении границ, но осуществляемое во всех сферах жизни человека и с гораздо боль­шей степенью интенсивности.

Прежде чем перейти к исследованию взаимодействия психологи­ческих территорий взрослых людей, рассмотрим общую схему разви­тия психологической территории ребенка в родительской семье.

Эмбрион

Нет своей психологической территории. Полное включение в материнс­кое тело и состояние. Ответственность за развитие и вся инициатива лежит на матери. Полная зависимость от материнского организма

Грудной период, младенчество (0-1 год)

Тело отделилось, но сохраняется абсолютная зависимость физического и психологического развития от матери. Ответственность за это развитие це­ликом лежит на

Раннее детство (1 -3 года)

Уже появились самостоятельные желания, выражено стремление к по­знанию, потребность в освоении различных навыков чрезвычайно велика. У ре­бенка начинает развиваться воля. Ответственность за развитие и жизнь ре­бенка лежит на матери, но он уже может активно выражать свои потребности и даже требовать их удовлетворения. Подавление инициативы и самостоя­тельности, сверхконтроль или излишняя опека в этом возрасте обусловлива­ют развитие невроза характера

Детство (3-6 лет)

Появляется свое «Я», свои вещи, понимание того, что является «моим»; ребенок демонстрирует стремление к познанию, развитию, изучению собствен­ных возможностей; отличается специфическими особенностями оригиналь­ного мышления, пока не ограниченного нормами и предписаниями. Развива­ется желание, с одной стороны, отстоять свои границы, а с другой - расши­рить свою психологическую территорию. В тоже время велика зависимость

20

Глава 2. Взаимодействие психологических территорий

от родителей. Если в этом возрасте родители не считаются с психологически­ми границами ребенка или, наоборот, совершенно лишают его всякой психо­логической опеки, то впоследствии ребенок:

а) не умеет определять психологические границы, считаться с чужими и за­щищать свои: постоянно вторгается в чужую сферу и получает болезнен­ный отпор; не умеет постоять за себя и страдает от постоянного насилия над своей личностью и сущностью, навязывания чуждой, нежелательной деятельности и целей; имеет трудности самоидентификации: с трудом представляет, кто он, каковы его цели, желания, каков смысл всей его деятельности; развивается стремление создавать зависимые отношения.

б) наращивает мощные негибкие границы, стремится к самоизоляции, пе­реживает страх неудачи, страх конкуренции, страх успеха; за счет этого нарушаются социальные связи; отсутствует способность к построению близких отношений, возникает чувство одиночества, затруднены сотруд­ничество и способность к командному взаимодействию

Старший детский возраст (6-11 лет)

Психологическая территория расширяется. Психологические границы при­обретают четкие очертания. Появляются свои «тайны», четко выраженное стрем­ление к приобретению новых качеств, умений, знаний. Увеличивается желание взаимодействовать со сверстниками, подражание, проявляются склонности, ин­тересы, дарования. Возрастает стремление к самостоятельности, но при благо­приятных обстоятельствах забота родителей и их опека воспринимается вполне терпимо: ощущение опоры на родителей воспринимается как комфортное, рас­ширение границ пока еще производится довольно осторожно, и ребенок легко поддается стремлению родителей владеть его территорией. Но если родители негибки, то актуализируется первая борьба за психологическую территорию. Агрессивность и жестокость родителей, в особенности, если успех в этой битве оказывается на их стороне, влечет за собой потерю доверия и внутреннее от­странение ребенка: он «отодвигается внутри», чтобы иметь больше свободы, хотя бы внутренней, в присутствии родителей оставаясь замкнутым - и все про­исходящее с ним становится тайной для взрослых

Ранний подростковый возраст (11-13 лет)

Начало периода самоидентификации, самоопределения. Социальное ок­ружение постепенно вытесняет авторитет родителей. Происходит внутреннее отсоединение от родительских ценностей и попытка примерить на себя совер­шенно другие ценности, цели, смыслы, задачи. Если родители продолжают пре­тендовать на всю психологическую территорию своего ребенка (а они претен­дуют!) то начинается острая борьба «за свободу». Основная трудность: проти­воречие между желанием свободы и независимости и практической и полной зависимостью от родителей в материальном плане и в плане возможностей для разрешения серьезных проблем. Основная слабость: свобода подростком при­нимается отдельно от ответственности. Ответственность отдается родителям

I

Подростковый возраст (13-16 лет)

Тенденции предыдущего этапа усиливаются. Родители постепенно сдают позиции и отступают с территории подростка. Идет борьба за каждый «санти­метр». Подросток борется все более жестко, а иногда и жестоко. Но зависи­мость от родителей остается: сохраняются материальная зависимость, созна­тельное использование возможностей родителей, зависимость от моделей по-

21

Часть I. Созависимость и семья

ведения и системы ценностей родительской семьи. Частный случай - активное противостояние с желанием отстоять полярные противоположности только по­тому, что они «иные», отличные от родительских, и в этом тоже проявляется зависимость от семьи. Продолжается развитие самоидентификации и самооп­ределения. Характерны размышления над дальнейшей жизнью, выбором на­правлений деятельности в будущем (профессиональное самоопределение)

Юность (17-19 лет)

Если к этому периоду не определены разумные границы, борьба дости­гает своего апогея. Обособление продолжается. Обычно в конце этого перио­да родители сдают свои психологические позиции, даже если продолжают поддерживать тинейджера материально. В то же время ему передается боль­ше ответственности за свои поступки. Часто родители осознанно или неосоз­нанно культивируют зависимость подростка, оставляя за собой стирку, убор­ку, готовку, решение различных проблем, спасение из всевозможных бед и т. п. Но в ответ они требуют послушания. Напрасно! Юноша не чувствует особой благодарности к родителям за решение своих проблем: для него это в поряд­ке вещей. Он считает по привычке, что это обязанность родителей. Несмотря на то, что большинство решений принимаются им самостоятельно и не соот­носится с желаниями родителей, по-прежнему слишком часто ответственность за негативные результаты своей жизнедеятельности оставляется родителям. Однако эта тенденция в случае нормального развития постепенно идет на убыль. Теперь уже родители отстаивают свою психологическую территорию от тинейджера, который лишает их власти и возможности контроля, но не из­бегает, а, напротив, желает заботы о себе

Молодость

В здоровых отношениях устанавливается партнерство суверенных тер­риторий, которые свободны в своем развитии и могут оказывать взаимную помощь и поддержку, но в пределах, не препятствующих осуществлению по­требностей каждого. Сохраняется область взаимодействия, на территории которого устанавливаются взаимовыгодные правила, в остальном - происхо­дит совершенно свободное и ответственное самоопределение. Если на пре­дыдущих этапах развитие личности подавлялось, этот уровень развития лич­ности не наступает

Блокирование развития личности может наступить практически на любом этапе. Это означает, что человек, становясь взрослым, оказы­вается не в состоянии строить ответственные и суверенные взаимоот­ношения с окружающими. Напротив, у него развивается склонность к созависимым отношениям, тенденция «уходить» от самостоятельного решения проблем или, наоборот, сверхответственность как частный случай попытки нейтрализовать тревожность и чувство собственной ничтожности через стремление к контролю.

Что же происходит? Каким образом человек, обладающий всеми не­обходимыми ресурсами для того, чтобы стать зрелой и независимой лич­ностью, оказывается в тисках потребности «употреблять» других людей для достижения собственных целей? Об этом — в следующей главе.

22

Глава 3.

О ГЛУБИННОЙ СУЩНОСТИ СОЗАВИСИМОСТИ

В тот период, когда я размышляла о наиболее точной, лаконичной и образной метафоре, передающей сущность созависмых отношений, я познакомилась с идеей М. М. Решетникова о «клеточной структуре» депрессии.

Исходя из представлений о психической структуре человека, со­стоящей из «Оно», «Я» и «Сверх-Я», М. М. Решетников описывает глу­бинную сущность депрессии следующим образом: «Мы знаем, что Оно — не структурировано, бесформенно, является представитель­ством сферы инстинктов (большей частью асоциальных), в нем нет причинно-следственных отношений, понятий и пространства, и вре­мени (все «существует» в неопределенном времени) и его деятельность подчинена только одному принципу — удовольствия (и удовлетворе­ния потребностей, «несмотря ни на что!»). Оно контактирует с реаль­ностью только через Я, которое в отношении Оно является своеобраз­ной «оболочкой».

Основной функцией Я, которая развивается из Оно (при «катализе» родительской любовью) является тестирование реальности и взаимо­действие с реальностью. Я социализирует (в том числе сублимирует) тре­бования Оно и делает их приемлемыми для личности и ее Сверх-Я.

Сверх-Я развивается частично из Я, а частично путем интроекции ро­дительских и других социальных запретов, моральных норм и установок.

То есть в норме мы могли бы представить эту гипотетическую струк­туру личности в виде «клетки», где в центре находится «ядро» — Оно, окруженное «оболочкой» Я (и внутри этой оболочки есть какое-то «со­держимое» — содержание Я), а поверх этой оболочки — еще одна «обо­лочка» Сверх-Я со своим содержимым (содержание Сверх-Я).

Если Я было исходно «сломано» в детстве или даже просто «над­ломлено», то, во-первых, в нем нет «содержимого», а если оно даже было, это содержимое (содержание Я) «растеклось» под «оболочкой» Сверх-Я и смешалось с содержанием последнего (которое является более «вязким» и более мощным, в любом случае — у нормально со­циализированной личности — доминирующим).

23

Часть 1. Созависимость и семья

Что происходит? Так как Я фактически отсутствует (или присут­ствует кое-где в виде фрагментов, при этом Я все равно оказывается «опустошенным»), то Оно напрямую контактирует со Сверх-Я, кото­рое не принимает и жестоко осуждает потребности Оно, диктуемые принципом удовольствия и никак не соотносимые с реальностью (так как они не трансформированы — с помощью Я — даже в сколько-ни­будь социально приемлемые формы).

Во-вторых, так как Я было «сломано» в раннем детстве, то из него не могло развиться нормальное собственное Сверх-Я (у большинства из нас — всегда более «покладистое», чем его социальный прототип), по­этому единственная «наружная оболочка» представлена почти полнос­тью родительскими запретами (и оценками) и самыми жесткими ва­риантами моральных норм и социальных установок (то есть Сверх-Я вынуждено в определенной степени искусственно и насильственно иден­тифицировать Я и Оно — именно поэтому пациенты бесконечно обвиня­ют себя во всех смертных фехах, к большей части которых они никогда не имели отношения: при таком-то Сверх-Я это просто невозможно!).

В итоге фрагментарное Я (не имеющее собственного содержания) не просто мечется, а «зажато» между властными побуждениями (стрем­лением к удовольствию) Оно и не менее жесткими требованиями сверх-моралитета Сверх-Я (и ему, этому Я, не до общения с внешним ми­ром) . Это Я опустошено и ожесточено, весь его запрос к внешнему миру большей частью обусловлен потребностью любви, любви безбрежной, такой, как ему представляется и которая вряд ли возможна — как в терапии, так и вне ее). А значит, исходно терапия должна строиться на восстановлении (или даже воссоздании) адекватного Я пациента, спо­собного к адекватному тестированию реальности и адекватной оцен­ке того, что можно получить от этой реальности (одновременно с по­стоянством усилий терапевта по интроекции его терапевтического Сверх-Я взамен «извращенно-жестокого» родительского)»1.

Итак, используемые здесь понятия «обладание утратой», «сломан­ное Я», «фрагментарное Я», «опустошенное Я» — именно то, что ха­рактеризует людей, строящих созависимые отношения! Каждый из них испытывал совершенно естественную для ребенка зависимость от от­ношения к нему своих родителей или тех, кто их замещал. Каждый из них пережил основной, наиважнейший дефицит — дефицит любви. Слишком холодное и отчужденное, слишком контролирующее и до­минирующее, слишком критическое и уничижительное или слишком непоследовательное отношение родителей надломило хрупкое Я, ко-

1 Решетников М. М. Психодинамика и психотерапия депрессий. СПб., 2003. С. 58-60.

24

Глава 3. О глубинной сущности созависимости

торое начало образовываться на основании той обратной связи, кото­рую маленький ребенок получал в связи со своими самопроявления­ми. Система представлений о себе, еще не закончив формироваться, уже была повреждена или опустошена. Каждый человек, развивающий­ся таким образом, «обладает утратой» и поэтому вечно ищет любви, которая была необходима и которую он так и не смог получить.

I

Рис. 2. Структура личности: Ид, Эго, Суперэго

Итак, Я, как система представлений о себе, как структура, которая призвана к построению реальной картины мира, определению места человека в этом мире и необходимая для урегулирования инстинктов, потребностей и желаний с реальными возможностями, оказывается нарушено. Но жизнь без него практически невозможна.

Что же происходит дальше? Человек с опустошенным Я стремится его заполнить с помощью тех людей, с которыми он вступает в значи­мые отношения. Ему необходима эта прослойка, которая позволяет достичь более или менее комфортного ощущения себя в окружающем мире. И поскольку его собственное Я когда-то было нарушено и опус­тошено в результате отношений с близкими людьми, в любви которых он нуждался, теперь он стремится восстановить и заполнить его также с помощью отношений, предполагающих любовь.

Тревожность, неустойчивость, амбивалентность чувств, которые он испытывает благодаря непрерывному внутреннему конфликту между потребностью получить любовь и уверенностью, что он ее не стоит, делает его стремление к получению любви Другого и наполнению им своего Я главной и навязчивой целью его существования. Пустота его Я стремится к заполнению, иначе оно будет раздавлено внешним или внутренним давлением. В экзистенциальном смысле для его облада­теля это по истине вопрос жизни и смерти.

25

Глава 4.

ФОРМЫ СОЗАВИСИМЫХ ОТНОШЕНИЙ

Каким же образом используется партнер для заполнения пустую­щей оболочки Я? Таких способов достаточно много, но все они могут быть сведены к четырем основным. Мы рассмотрим их, опираясь на обе метафоры, передающие сущность созависимых отношений, то есть используя понятие о взаимодействии психологических территорий и о «клеточной структуре» созависимости.

1. Любовь через отказ от собственного суверенитета и растворение своей психологической территории в территории партнера.

Он

Я

«Я — часть Его. Он — лучше, умнее, инте­реснее, значительнее, чем я. Это счастье, что он по­зволил быть частью Него. Я живу для того, чтоб быть рядом с ним. Я существую для того, чтобы выпол­нять его желания. Он — моя жизнь. Без Него я — ни­кто, без Него меня нет».

Человек, отказавшийся от своего суверенитета, живет интересами партнера. Он инкорпорирует его взгляды, вкусы, систему ценностей, то есть усваивает их без критики и осмысления. Он также перенимает от партнера систему представлений о себе.

В данном случае партнер играет роль Родителя, отношением кото­рого и заполняется пустующая оболочка. Тирания собственного Сверх-Я отступает перед вновь инкорпорированным образом Внутреннего Контролера, который полностью копирует партнера.

Ответственность за свою жизнь полностью передается значимо­му Другому. Вместе с ней человек отказывается от своих желаний, целей, стремлений. Партнер используется им как материнская утро­ба: как среда обитания, как источник всего необходимого, как спо­соб выживать.

2. Любовь через поглощение психологической территории партнера, через лишение его суверенитета.

I

26

Глава 4. Формы созависимых отношений

Я

Он

«Без меня Он не сможет жить. Без меня Он не сможет справиться с проблемами. Я сильнее, умнее, активнее. Я знаю, как надо. Я живу для Него. Я живу, чтобы у Него все было хорошо».

В данном случае роль Родителя играет сам ищущий любви и запол­нения. Каков должен быть человек, который любит своего ребенка (то есть делает то, чего так и не получил человек, «обладающий утратой»)? Этот образ складывается из эклектических представлений о любви и заботе, порой несовместимых между собой.

Поведение человека в этом случае управляется его собственным Сверх-Я с помощью долженствований и бывает удовлетворено только в случае, когда роль контролирующего опекуна выполняется им иде­ально.

Ответственность за жизнь партнера полностью принимается на себя. Собственные желания, цели, стремления осознаются только че­рез призму их полезности для партнера. Последнего контролируют и руководят им так же, как это делают по отношению к ребенку. Любая самостоятельность партнера опасна, поскольку может разрушить со­оруженное Я. Дабы подтвердить эту систему представлений о себе, партнер должен всем своим поведением оправдать необходимость та­кого контроля, воспитания и заботы, исполняя роль опекаемого ре­бенка.

3. Любовь через абсолютное владение и разрушение психологической территории объекта любви.

я

Щ

«Я абсолютен, а Он— ничтожен. Я— властелин, Он — раб. Он должен абсолютно подчиняться мне. Я должен быть уверен, что смогу сделать с Ним все, что угодно. Полная власть — это власть над вещью. Он — моя вещь».

I

В данном варианте человек может действовать двумя способами.

1. Желая наполнить собственное Я, он проецирует это желание на партнера. И вместо того, чтобы стремиться восполнить собственную пустоту, начинает заполнять партнера собственными представления­ми о своем Идеальном Я. Но структура Я партнера занята. Поэтому ее надо разрушить, опустошить, чтобы появилась возможность увидеть в партнере возможного себя. Он может делать это жестко и жестоко или

27

Часть 1. Созависимость и семья

4

исподволь и манипулятивно. Этот способ может являться крайним выражением любви через поглощение, когда партнер не только по­глощается, но и разрушается.

2. Человек уже не способен ни наполнить собственное Я, ни даже пытаться созидать свое Идеальное Я в партнере. Он способен только разрушать, то есть делать то, что когда-то сделали с ним. И разрушая, он испытывает некоторое удовлетворение, поскольку разрушенная личность партнера со всей очевидностью свидетельствует о том, что: во-первых, он не единственный, кто пережил такие страдания, во вто­рых, он имеет власть и, значит, может контролировать окружающее, в-третьих, разрушая партнера, но при этому удерживая его около себя, он получает представление о себе как о человеке сильном, самостоя­тельном и значимом, поскольку партнер продолжает слушаться его и демонстрировать свою покорность и любовь.

Карающее Сверх-Я слишком агрессивно, поэтому его критикую­щие «посылы» вытесняются из сознания, а затем перенаправляются на партнера.

Ответственность за жизнь партнера декларируется, но на самом деле не осуществляется: партнер только используется. На нем ежедневно проверяется собственная способность властвовать, контролировать, управлять не только поступками, но и чувствами.

4. Любовь через отражение в значимом Другом.

Я

Он

«Любовь к Нему — это обуза. Но я должен получать свидетельства того, что я — необыкновенный чело­век. Он должен восхищаться мной и выражать мне свою любовь. Он должен стремиться удовлетворять все мои желания. Он должен каждый день добивать­ся моего расположения. Он должен доказать, что я лучше других и достоин любви».

На партнера перекладывается ответственность за собственное бла­гополучие. Ему предписывается определенное поведение, которое обеспечит заполнение опустошенного Я его любовью, его отношени­ем. Значимый Другой должен всячески показывать, что имеет дело с человеком, который соответствует стандартам Идеального Я.

Партнер является зеркалом, к которому постоянно обращаются с вопросом: «Свет мой, зеркальце, скажи, кто на свете всех милее, всех красивей и умнее?» По сути, это «зеркало» должно, видя перед собой пустоту, отражать портрет Идеального Я и при этом сопровождать это отражение словами любви и действиями, доказывающими предан-

28

Глава 4. Формы созависимых отношений

ность. Если партнер перестал служить таким «зеркалом», то возможно четыре варианта дальнейших действий.

1. Партнер, который не ведет себя в соответствии с ожиданиями (то есть не сообщает жаждущему любви о его превосходстве, мно­гогранности и глубине) может быть покинут ради поиска ново­го «зеркала»;

2. Переживание недостатка «стараний» партнера стимулирует либо поиск одновременно развивающихся нескольких отношений, либо постоянную смену партнеров (чаще противоположного пола), которые могли бы взять на себя функцию заполнения пустующего Я;

3. На партнера, который не осуществляет постоянное наполнение Я, страждущего доказательствами его полноты и ценности, уси­ливается давление с помощью различных манипуляций. Могут быть использованы взывание к жалости, демонстрация беспо­мощности, призывы к справедливости, шантаж или прямые мольбы о любви, уверения (весьма правдивые), что без его по­стоянного внимания и признаний в любви он не сможет жить;

4. Предпринимаются попытки заслужить любовь и внимание парт­нера ценой любых жертв и унижений.

Сверх-Я в данном случае относительно лояльно по сравнению с дру­гими вариантами. Оно не столько карает, сколько бесстрастно холод­но. В нем меньше долженствований, но зато много ядовитой критич­ности. Оно наполнено уничтожающим презрением, спастись от кото­рого можно только заглушив голос Сверх-Я восхищением и знаками обожания окружающих.

Во всех рассмотренных способах взаимодействия любовь является способом компенсировать собственную недостаточность, а партнер — объектом, который призван дополнить эту недостаточность до целос­тного Я. Задача невыполнимая, поскольку ощущение целостности может быть устойчивым только в результате развития внутриличност-ных ресурсов. В противном случае потребность в подтверждении сво­ей целостности и значимости со стороны других людей становится ненасыщаемой.

Именно ненасыщаемость является отличительной чертой созвиси-мых отношений. Любой человек испытывает потребность в любви, уважении, значимости, контроле. Эти потребности являются базовы­ми и позволяют выживать. Но в норме они могут быть насыщены на определенное время или их удовлетворение может быть отложено без особого вреда. В случае же опустошенного Я потребность в непрерыв-

29

Часть 1. Созависимость и семья

ном насыщении никогда не иссякает, поскольку такое Я не способно поддерживать свою структуру самостоятельно.

Без непрерывной подпитки с помощью значимых Других оно не­медленно вновь становится пустым, что отражается в высокой степе­ни тревожности. Именно поэтому созависимые люди, каким бы спо­собом они ни добывали се бе ощущение целостности, не могут пере­живать одиночество — оно подобно смерти. Для них непереносима неопределенность в отношениях — им нужны гарантии того, что их Я будет непрерывно поддерживаться. И при этом они никогда не быва­ют удовлетворены.

Созависимые люди обладают еще одним, общим для них свойством: они обесценивают самого партнера, который по-настоящему полю­бил их, или обесценивают его чувство. Ход их изощренной логики может идти по трем направлениям.

1. Этот человек говорит, что любит меня. Но это не может быть правдой, потому что меня любить нельзя. Значит, все, что он делает и говорит — просто ложь. А его цель — усыпить мою бди­тельность и использовать меня.

2. Этот человек говорит, что любит меня и, похоже, что он говорит правду. Но он ошибается. Он любит не меня, а тот образ, кото­рый я создал. Или он просто не разобрался во мне. Если бы он знал, какой я на самом деле, он отвернулся бы от меня с презре­нием.

3. Этот человек говорит, что любит меня, и, по всей видимости, он говорит правду. Но это означает только то, что он такой же, как и я, неполноценный человек, недостойный любви. Если бы он был «настоящим», он никогда не смог бы полюбить меня, пото­му что меня по-настоящему хороший человек любить не может.

Естественно, что при таком восприятии любви по отношению к себе, подобные люди просто не в состоянии испытать удовлетворения даже от истинного чувства.

Глава 5.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПОРТРЕТЫ ЛЮДЕЙ, СОЗДАЮЩИХ СОЗАВИСИМЫЕ ОТНОШЕНИЯ

Несомненно, любая типология приблизительна и условна. Доволь­но редко можно встретить людей, точно отражающих описанные типы. И все-таки психологические портреты позволяют лучше сориентиро­ваться во внутреннем мире человека, быстрее увидеть скрытые «зве­нья», построить предположения и проверить их. Каждый тип созави-симого человека является обладателем соответствующего комплекса, выросшего на месте «надлома» его Я в связи с дефицитом любви. В свою очередь, каждый комплекс предполагает и определенный спо­соб заполнения Я. Эти комплексы таковы: самоуничижение, мучени­чество, садистские наклонности, нарциссизм и ненасытная жажда любви.

ПОРТРЕТ ЧЕЛОВЕКА

С КОМПЛЕКСОМ САМОУНИЧИЖЕНИЯ

Человек с комплексом самоуничижения всегда старается держать­ся в тени — так ему спокойнее. Он уже давно убежден: что бы он ни делал, это обязательно получится плохо, он просто не способен оп­равдать ожидания других людей, ему не дано достигать успеха, самый лучший способ не вызывать раздражения окружающих — это помень­ше путаться у них под ногами.

Часто такой человек может выглядеть неряшливо или, по край­ней мере, невзрачно. Его одежда и прическа как будто просят: «Не обращайте на меня внимания. Я просто не стою этого». Он никогда не стремится занять какую-нибудь заметную должность. У него нет этого не только в планах, но и желания такого он никогда не испы-

31

Часть I Созависимость и семья

тывал. Он соглашается с любыми, даже с самыми плохими условия­ми, и не требует большего, поскольку не считает себя достойным луч­шей жизни.

Иногда такие люди могут погрязать в нищете и разрушать себя ал­коголем и наркотиками. В ряде случаев они могут вести вполне дос­тойный образ жизни, много трудиться и даже достигать определенных успехов. Но больших достижений они боятся. Однажды достигнутые результаты влекут за собой соответствующие ожидания окружающих, а это пугает. Такой человек вовсе не считает успехи собственной заслу­гой. «Это всего лишь дело случая, — думает он. — И такого может до­стичь буквально каждый. Но второй раз у меня может просто ничего не получиться. Я только разочарую людей». И он старательно убежда­ет всех, кто отмечает его достижения, в том, что от него практически ничего не зависело. Просто случайное стечение обстоятельств. В даль­нейшем он еще более тщательно следит, чтобы какой-либо успех слу­чайно не свалился на его голову. Человек с комплексом самоуничиже­ния не берет на себя ответственность даже за свои достоинства. Это слишком беспокойно и даже опасно.

Поскольку такой человек не уверен в себе, своих силах и способно­стях, он не решается самостоятельно принимать решения и предпри­нимать что-либо важное без подсказки со стороны какого-либо авто­ритетного лица. Он предпочитает передавать ответственность за себя и свою жизнь кому-нибудь, по его мнению, более компетентному. Из­бегая ответственности, он избегает и свободы выбора, тем самым час­то вынуждая себя жить не в соответствии с собственными потребнос­тями, а выполняя волю и предпочтения других людей.

Такое отношение к себе и своим делам не проходит бесследно. По­требности человека с комплексом самоуничижения не перестают су­ществовать, они только подавляются и глубоко скрываются от соб­ственного сознания. И хроническая неудовлетворенность жизнью — естественное следствие подобного вытеснения. Неверие в свои силы и самоограничения, вызванные этим, глубоко огорчают. Не удивитель­но, что у таких людей развивается депрессивный стиль мышления: ведь вспоминая прошлое, они видят одни промахи и неудачи; думая о бу­дущем, они предсказывают себе одни провалы. Оценивая себя, они навешивают на себя самые уничижительные ярлыки.

Как это ни странно, человек с комплексом самоуничижения может быть чрезвычайно внимателен к своей внешности. Он глубоко пере­живает любой, даже незаметный глазу постороннего изъян, а уж тем более явные отклонения от... эталона красоты. И это — одно из прояв­лений внутреннего конфликта.

32

Глава 5 Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

На самом деле, при всей своей внешней скромности и демонстри­руемой непритязательности такие люди имеют высокий уровень пре­тензий к тому, каким должен быть «достойный» человек. Именно раз­ница между образом Идеального Я и восприятием себя реального яв­ляется причиной столь печального комплекса.

Человек с комплексом самоуничижения выглядит скромным и го­товым угождать всем, кто его окружает. Но в действительности он пол­ностью сконцентрирован на самом себе. Его голова постоянно занята мыслями о том, как он выглядит в глазах других людей, что он сделал неправильно, в чем виноват. Он заботится прежде всего о себе, когда стремится услужить — он должен выглядеть «хорошим», «милым», скромным. Он не должен раздражать, не должен выделяться на фоне окружающих, должен быть удобным для всех.

Он постоянно сравнивает себя с окружающими, и, конечно, не в свою пользу. А ведь в соответствии с идеальным образом он должен быть лучше них! И это сравнение заставляет его постоянно извинять­ся. Он предпочитает предупредить людей о собственной несостоятель­ности, чем переживать впоследствии их разочарование. Кроме того, предупредив, он показывает себя человеком самокритичным, совест­ливым и скромным.

Самоуничижающийся человек чрезвычайно зависим от мнения ок­ружающих людей. Поэтому любая критика с их стороны для него не­выносима. И в этом выражается еще одно противоречие. Критикуя открыто самого себя, он чувствует боль и гнев, если с его словами со­глашаются. Попробуйте сказать ему, что вы согласны с тем, что он никуда не годится и ни на что не способен, и он затаит враждебные чувства по отношению к вам. Не для того он ругает себя, чтобы вы с ним согласились, а для того, чтобы вы возразили ему, и таким образом он получил, наконец, подтверждение собственной значимости.

Тайная мстительность и враждебность вовсе не чужды самоуничи­жению. Слишком много человек терпит ограничений, наблюдая, как другие смело идут вперед. Слишком убедителен он бывает, доказывая свою ничтожность. И в результате многие начинают относиться к нему в соответствии с его поведением. А это обидно.

Но обида и враждебность тут же сливаются в жуткой какофонии с чувством стыда и вины. Внутренний конфликт состоит в том, что в глубине души самоуничижающийся человек уверен, что заслуживает презрения, и одновременно он хотел бы выглядеть лучше других.

Будучи не в состоянии принимать самого себя таким, каков он есть, человек с комплексом самоуничижения не способен поверить, что другие, узнавшие все его недостатки, могут отнестись к нему с друж-

2 Зак 1656

33

Часть 1. Созависимость и семья

бой и принятием. Он перестает воспринимать любые положительные чувства других людей. Комплимент он воспринимает как саркастичес­кое замечание, выражение симпатии — как снисходительную жалость. Если кто-то хочет его видеть — это потому, что он от него что-нибудь хочет. Если другие люди выражают ему свое расположение, то только потому, что они плохо его знают, или потому, что он может быть им чем-то полезен, или потому, что они сами ничего не стоят. Если кто-то не поздоровался с ним на улице — это пренебрежение, если задержал­ся — это неуважение, если добродушно подшутил — это явное стрем­ление его унизить. При этом сам человек не осознает происходящие в нем искажения: он уверен, что полностью прав.

Что же служит причиной для развития такого тяжелого комплекса?

Прежде всего — завышенные требования со стороны родителей, оправдать которые ребенок явно не способен.

Следующая причина — постоянные сравнения с другими детьми, которые делают родители и которые оказываются не в пользу ребенка. Понятно, что мама и папа, вероятно, желали таким образом стимули­ровать у своего чадушки стремление совершенствоваться и достигать успехов. Но получили они как раз обратное: ребенок понял, что он просто не может соответствовать столь высоким требованиям. В даль­нейшем он сам к себе начинает предъявлять подобные требования, сам себя критикует и сравнивает с другими людьми не в свою пользу. А по­ка он твердо усваивает, что если он ничего не делает, то получает го­раздо меньше критических замечаний, чем когда начинает делать и при этом ошибается.

С другой стороны, слишком требовательные родители никогда не бывают полностью удовлетворены действиями ребенка. Посте­пенно у него развивается страх провала. Это еще больше сковывает его и приводит к новым неудачам. Предвидение одних только не­удач окончательно рождает в нем убеждение, что безынициатив­ность и апатия — самый безопасный способ поведения. По край­ней мере, это не приводит к разочарованию. Но ему жизненно важ­но получить любовь. Поэтому свою неловкость и неумелость ребенок старается компенсировать ласковостью, послушанием и / или незаметностью. А если ему все-таки приходится что-то делать, он заранее извиняется за свою неполноценность, как бы предуп­реждая разочарование.

Однако низкое самомнение ребенка вовсе не означает, что он дей­ствительно никуда не годится. Часто самоуничижение разъедает душу весьма талантливых людей. Поэтому успехи все-таки периодически до­стигаются, несмотря на все блокирующие обстоятельства. Но любое

34

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

—,-------------------------------------------------------------------------------------------------------------

достижение ребенка вызывает только одну реакцию его родителей: «Ну вот, можешь, когда хочешь!». Теперь от него ожидают еще большего. По существу, от него хотят безупречности и совершенства. Планка тре­бований поднимается. Угроза провала увеличивается. Так в ребенке развивается страх успеха. Он предпочитает подавить свои способнос­ти, чтобы даже нечаянно не вызвать пугающие его ожидания.

4. Кто-то из родителей передает ребенку собственный комплекс са­моуничижения. Он говорит: «Не высовывайся! Куда нам! Есть много людей, которые умнее и лучше во всех отношениях. И они не любят таких, как мы. Чем меньше тебя замечают, тем безопаснее находиться среди людей».

Постоянное подавление собственной энергии и стремление быть незаметным постепенно сказывается на всем облике человека, а затем и на всей его судьбе.

Итак, подытожим все вышеизложенное.

Родительские посылы:

□ «Ты должен соответствовать нашим ожиданиям!»

□ «Ты должен быть лучше других».

□ «Чтобы выглядеть лучше других, ты должен раньше других на­учиться многому такому, что они не умеют. Причем делать это ты должен в совершенстве».

□ «Если ты не соответствуешь нашим требованиям, то ты ничто­жество».

П «Если ты не соответствуешь нашим ожиданиям, ты расстраива­ешь нас, и ты недостоин нашей любви».

О «Не высовывайся, чтобы над тобой не смеялись. Ты не достоин уважительного отношения, ты ничтожество».

Выводы ребенка:

О «Раз я не могу выполнять то, что они от меня требуют, значит, я неполноценный».

□ «Любят только умных, умелых, успешных людей». О «Мне очень нужна любовь, но я ее недостоин».

□ «Мне очень нужна любовь, и я постараюсь, по крайней мере, поменьше раздражать родителей. Для этого я буду милым и пре­дупредительным. И я постараюсь предупреждать их заранее о возможности моих неудач, чтобы они меньше сердились».

О «Чем реже я что-либо делаю, тем меньше на меня сердятся. По­этому нужно поменьше проявлять инициативу и свести все дела к минимуму».

35

Часть 1. Созависимость и семья

П «Нужно тщательно следить, чтобы мои успехи не были слиш­ком заметными. Все равно, это — дело случая. Но потом я обя­зательно еще больше разочарую родителей = Меня еще меньше будут любить».

Результаты:

П Эгоцентризм («зацикленность» на себе).

□ Неуверенность в себе.

□ Застенчивость.

□ Высокий уровень требований к себе.

□ Стремление привлечь симпатию окружающих посредством жа­лости к себе.

□ Постоянное чувство вины и стыда. О Страх неудачи.

О Страх успеха. О Обидчивость.

□ Тайная мстительность.

□ Болезненное восприятие критики.

□ Избегание конфликтных ситуаций, даже в ущерб себе.

□ Невозможность выразить свое мнение, постоять за себя.

□ Хроническая неудовлетворенность жизнью.

□ Стремление передать ответственность за важные решения и свою судьбу другим людям.

□ Склонность выбирать доминирующих партнеров, руководящих его жизнью.

□ Склонность выбирать критикующих и унижающих его партне­ров (выполняется модель родительской семьи).

□ Склонность к депрессии.

Какое все это имеет отношение к созависимым отношениям? Са­мое прямое. Человек с комплексом самоуничижения строит свои от­ношения со значимыми людьми по принципу «Любовь через отказ от собственного суверенитета и растворение своей психологической тер­ритории в территории партнера».

Он успокаивает собственную тревожность и максимально избегает страха неудачи и страха успеха, если передает ответственность за свою жизнь значимому Другому. Ему проще не испытывать своих желаний, не иметь собственных целей и стремлений, поскольку они предпола­гают определенную деятельность и достижение результата, который подлежит оценке. Сильный, активный, властный партнер, который готов распоряжаться его жизнью и диктовать свои условия, максималь-

36

Глава 5 Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

но соответствует самоуничижающемуся человеку. Он готов растворять­ся и угождать, он привык слушаться и быть незаметным. Да и критика доминирующего партнера хотя и больно ранит, но вполне привычна. Мало того, она ему необходима, поскольку постоянно возвращает его в привычную атмосферу его детства и подтверждает субъективное чув­ство верности его выбора: при таком количестве собственных «недо­статков» ему просто не выжить без неустанного руководства близкого человека. Он чувствует себя абсолютно зависимым, но эта зависи­мость — единственно возможный для него способ существования.

Соответственно, партнер должен обладать всеми качествами, по­зволяющими ему занимать доминирующую позицию. Мы можем пред­положить, что при длительном и близком общении со зрелой личнос­тью, доброжелательном отношении человека, заботящегося о развитии своего избранника, самоуничижение постепенно могло бы уступить место вере в собственные силы и самоуважению. Но в реальной жизни взаимодействие с таким партнером предполагает длительный период дискомфорта и тревожности. Так что каждый день самоуничижающий­ся человек будет стремиться подтвердить свою ничтожность, что, в свою очередь, невыносимо для зрелой личности, привыкшей разде­лять ответственность, уважать свободу решений и стремление к раз­витию. Такие люди настолько неудобны друг для друга, что их дли­тельный союз практически невозможен без специальной терапевти­ческой проработки.

Впрочем, самоуничижающийся человек редко ошибается в выбо­ре. Он чувствует влечение именно к доминирующим людям, а те видят в нем благодатную почву для удовлетворения своих потребностей во власти и контроле.

ПОРТРЕТ ЧЕЛОВЕКА

С КОМПЛЕКСОМ МУЧЕНИЧЕСТВА

Основная черта мучеников — это несгибаемая уверенность в том, что они жертвы, и кто-то (но только не они) виноват в их страданиях.

Свои истоки мученичество берет в раннем детстве. Маленькому ре­бенку больше всего на свете нужна любовь и забота. Для него она — объективно существующий способ выживания. А стремление вы­жить — основная, врожденная потребность всего живого.

37

Часть I. Созависимость и семья

В то же время, ему постоянно внушали, что он должен «заработать» любовь родителей, заплатить за то беспокойство, которое он причи­нил родителям самим фактом своего существования. Ведь ночей не спали, а сколько хлопот, сколько труда, одна стирка пеленок доводила до безумия. А когда болел, сколько жертв пришлось принести! И во­обще: после родов здоровье так и не поправилось. Словом, ребенок начинает понимать, что для него многим пожертвовали и он должен, так сказать, компенсировать.

С другой стороны, что он ни делает — мама и папа никогда не бы­вают довольны. А пока он «плохой», любить его не за что. Если он за­болеет, родители будут ухаживать за ним, но и «счет» ему предъявят немалый. Постепенно озлобляясь, ребенок начинает чувствовать себя жертвой и тоже хочет получить расплату.

Отношение родителей является почвой для мученичества. Вот «хими­ческий состав» такой почвы:

□ Отсутствие выражения родительской любви.

□ Противоположные реакции родителей (гнев, умиление, равно­душие) при одних и тех же проявлениях ребенка.

□ Раздражительность родителей, неясность причины их раздра­жения.

□ Насильственные методы воспитания (жестокие наказания, уни­жения, побои).

□ «Ты недостаточно хорош, чтобы мы тебя любили. Ты должен за­служить нашу любовь».

□ «Мы так многим для тебя жертвуем, что ты должен заплатить за это: ты должен соответствовать нашим ожиданиям».

□ «От тебя одно беспокойство, ты — источник наших страданий и лишений, ты не оправдываешь наших ожиданий».

□ «Ты не должен злиться, раздражаться или плакать — ты должен испытывать только те чувства, которые нам нравятся».

□ «Ты в ответе за мое здоровье» — «Я поплатилась своим здоровь­ем, когда рожала тебя» («Я тебя рожала, ночей не спала, а ты...»).

□ «Ты в ответе за то, что мы чувствуем, и виноват в наших неуда­чах» — «Если бы не ты, я бы могла (мог)..., у меня была бы дру­гая жизнь».

□ «Если ты не будешь соответствовать моим ожиданиям, я накажу тебя: ты увидишь, как я страдаю — ты тоже будешь страдать от чувства вины».

□ «Не вздумай быть самостоятельным: я не прощу тебе своей не­нужности».

38

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

—■ ' ' — ■■■■■■——'■■ "■■ ■ ' .....■-■■■■ ' ■■ '■"

Под влиянием подобных родительских посылов в ребенке начина­ет формироваться соответствующее отношение к себе и к окружаю­щему миру. Другими словами, мученичество пускает свои корни.

Выводы ребенка:

□ «Мне жизненно важно иметь любовь. Я должен ее получить». О «Я не понимаю, что они от меня хотят».

О «Со мной что-то не так: я причиняю одни беспокойства».

□ «Меня нельзя любить: я недостоин любви».

□ «Я не в состоянии соответствовать всем ожиданиям» = «Я ни­когда не получу любовь».

□ «Я не должен сердиться или плакать, но я сержусь и плачу. Зна­чит, я плохой».

□ «Я почти никогда не оправдываю ожиданий, значит, я плохой, я ничтожество».

□ «Когда мама (папа) страдает, она добивается большего внима­ния, чем я, когда стараюсь соответствовать ожиданиям».

CD «Любят только тех, кто исполняет желания, удовлетворяет по­требности — любовь заслуживают своей необходимостью и по­лезностью».

□ «Я должен платить за любовь, и мне должны платить за любовь». О «Я не могу заставить вас любить меня, но я могу заставить вас

страдать: вы будете видеть, как я страдаю, и будете испытывать чувство вины».

О «Я всемогущ: от меня зависит жизнь, успешность, здоровье дру­гих людей».

О «Если я скрою, какой я, то они могут подумать, что я хороший, и полюбят меня».

□ «Я совершенно беспомощен, я ничтожен, но никто не должен знать об этом».

□ «Окружающие в любой момент могут сделать мне больно или догадаться, что я ничтожество — я должен контролировать их».

□ «Если я один, значит, меня никто не любит, значит, я действи­тельно полное ничтожество. Чтобы они не покинули меня, я дол­жен сделать так, чтобы они не смогли обходиться без меня».

Пожалуй, вполне логичные выводы из противоречивого опыта вза­имоотношений с родителями. Проходят годы, и вот перед нами чело­век, мучимый неутоленной жаждой любви ближних, страдающий от чувства собственной ничтожности, в то же время стремящийся пока­зать окружающим, что достоин любви, и вечно боящийся «разоблаче-

39

Часть 1. Созависимость и семья

ния», поскольку глубоко в его душе живет убеждение, что он крадет любовь незаконно. Проецируя свое отношение к себе на окружающих, мученик подозревает их в тайной враждебности, и в ответ на свою про­екцию становится враждебным. Он может быть мстительным и стре­мящимся к любви, заботливым и тайно наказывающим одновремен­но. Он стремится сделать любимых людей зависимыми от себя, но сам зависит от них в еще большей степени: он готов все терпеть, перено­сить унижения и обиды, только бы его не бросили, только бы не чув­ствовать себя одиноким.

Контролируя каждый шаг близких людей, мученик чувствует себя спокойней и уверенней оттого, что так они никуда не денутся. Для него быть долго одному, тем более жить в одиночестве — подобно смерти. Человек, чувствующий себя ничтожеством (даже если он не осознает этого) наполняет свои мысли, чувства, всю жизнь другими людьми. Если он остается в одиночестве, он немедленно стремится наполнить себя кем-либо. Он даже не в состоянии пережить период выбора парт­нера и останавливается на первом, кто «попался под руку», чтобы вновь наполнить себя заботами о нем (а значит, и властью над ним). Разуме­ется, на такую роль соглашаются лишь люди, которые готовы перело­жить ответственность на чужие плечи. Поэтому совершенно не слу­чайно, что мученики выбирают безответственных партнеров, которые идеально позволяют осуществить их потребность в превосходстве.

Чувство превосходства, внимание и благодарность окружающих не­обходимы мученику, как воздух, потому что его самооценка зависит от их мнения о нем. Так он убеждается, что выглядит в глазах других дос­тойным любви. Вот почему любая забота мученика — это забота, по существу, корыстная, хотя корысть эта связана с неудовлетворенной жаждой любви. А она и не может быть удовлетворена, потому что му­ченик не верит, что его действительно можно любить. Он часто подо­зревает, что окружающие лишь притворяются, говоря об этом. При­творяются, только чтобы использовать его для получения заботы.

Но и он желает получить сполна за свои труды. На нем лежит целая куча обязанностей, он выматывается и устает, зато он сделает так, что­бы все знали, какие жертвы принесены им во имя других.

Мученик наполнен гневом, который он может подавлять в себе, пока он не находит выхода в эмоциональном срыве, депрессии или заболеваниях. Собственно, он не упускает случая, чтобы наказать тех, о ком заботится, если они не проявляют к нему должного внимания и любви. А они и не проявляют, поскольку:

• во-первых, мученик выбирает партнеров или воспитывает де­тей, которые привыкли потреблять, не давая ничего взамен;

40

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

• во-вторых, мученик сам берет на себя решение проблем ближ­них, а затем сердится на них за то, что те не решают пробле­мы самостоятельно;

• в-третьих, если бы ближние решали проблемы самостоятель­но, мученик почувствовал бы себя отвергнутым, незаслуженно обиженным недоверием, и снова имел бы право сердиться.

В общем, у мученика всегда найдется причина для обиды. И это — еще одна его характерная черта. Простить — значит понять и принять человека таким, каков он есть, а затем сделать выбор, находиться ли с ним в близких отношениях или жить на расстоянии, не общаясь. Но мученик не может сделать ни того, ни другого. Он всегда хочет переде­лать другого человека. И это стремление есть смещение собственного стремления к недостижимому совершенству. Однако ему легче взять­ся за изменение другого, чем себя. Своим оружием он может считать любовь, власть, стремление к совершенству, но, по сути дела, все это нужно только ему самому для того, чтобы постоянно чувствовать соб­ственную значимость. Однако это стремление никогда не бывает удов­летворено:

• во-первых, ему постоянно кажется, что его труды и старания недостаточно оценили;

• во-вторых, где-то там, в глубине души, он понимает, что во­все не такой добрый, каким хотел бы казаться, и этот внут­ренний конфликт порождает тревожность и угнетенное со­стояние;

• в-третьих, та осознанная и неосознанная враждебность, ко­торая наполняет душу мученика, очень не вяжется с его ро­лью жертвы, и такое противоречие разрушает самоуважение;

• а в-четвертых, он действительно устает, выматывается и стра­дает, и все это отнимает огромное количество энергии; рано или поздно он чувствует тщетность всех своих усилий и тяже­ло переживает беспомощность.

Результаты:

□ Страх одиночества.

□ Навязчивое стремление к любви, зависимым отношениям. П Стремление к превосходству.

□ Стремление к доминированию, власти (открытой или тайной) и контролю.

□ Самоуничижение.

□ Высокомерие.

41

Часть 1. Созависимость и семья

П Периодические вспышки раздражительности и гнева.

□ Постоянное чувство вины.

□ Склонность к депрессии.

□ Тайная мстительность. О Обидчивость.

О Тайное презрение к себе.

□ Проецирование своего самоотношения на окружающих и за­тем — страдание от чувства недостаточной «ценимости» ими.

□ Подозрение, что окружающие не любят, а только используют и не платят благодарностью.

□ Готовность терпеть унижения ради того, чтобы не остаться в оди­ночестве.

□ Подмена ответственности: «От меня зависят их судьбы» / «Они в ответе за мои несчастья».

□ Построение взаимозависимых отношений. Близкие должны быть в достаточной степени беспомощными, чтобы мученик чувствовал свою значимость и незаменимость. Мученик для это­го готов вывернуться наизнанку. С этой целью он интуитивно выбирает партнеров, которые склонны сваливать ответствен­ность за свою жизнь на других. Однако это выматывает и самого мученика.

□ Потребность жаловаться тем, от кого не зависят изменения, ради сочувствия, ради желания, чтобы все знали, какие жертвы муче­нику приходится приносить.

□ Мстительные мысли и желания. Поступки, слова, вызывающие у окружающих чувство вины перед мучеником. Тайное причи­нение душевных страданий тем, кто не выражает достаточной благодарности мученику (последней, как уже говорилось, ни­когда не бывает достаточно). Ведь страдания из-за него тоже подтверждают его значимость и высшую власть — власть над чувствами!

□ Болезненное восприятие критики. Критика воспринимается особенно болезненно, потому что в глубине души мученик ей верит, а это значит, он не настолько хорош и значим, насколько он хочет казаться. Критика вызывает панический страх, а затем уже защитную ярость, потому что критикующий как будто бы догадался о том, что мученик тщательно скрывает. И к тому же он целиком зависит от мнения окружающих. Все, что он дела­ет, — это только для того, чтобы «заработать» любовь. Критика же в понимании мученика лишает его права на любовь. Это для него равносильно психологической смерти.

42

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

О Частые конфликты, обиды. Страхи, гнев, боязнь критики и не­уемная потребность получать одобрение людей лишает мучени­ка способности объективно рассматривать конфликтные ситуа­ции, открыто признавать себя неправым, понимать и принимать желание окружающих также чувствовать себя значимыми, сво­бодными, иметь собственное мнение. Собственные болезнен­ные чувства оглушают и ослепляют мученика и заставляют яро­стно сражаться даже там, где спор может быть разрешен простым вниманием к сути конфликта и к потребностям его участников.

D Сниженный фон настроения, чувство угнетения, усталости, деп­рессия.

□ Несмотря на явную невротизацию характера при развитии му­ченичества, этот комплекс позволяет осуществить почти все ба­зовые потребности, описанные Маслоу, что делает его чрезвы­чайно устойчивым психическим образованием.

Самоактуализация

Уважение, признание, статус

Любовь, дружба, забота, принадлежность

Безопасность, стабильность, защищенность

Физиологические потребности

Рис. 3. Иерархия базовых потребностей по А. Маслоу

1. Основные физиологические потребности. Это базисные потребно­сти в пище, воде, тепле, жилище, отдыхе, сексуальной разрядке, про­должении рода и т. п., обеспечивающие выживание человека.

У мученика стремление удовлетворить данные потребности ничем не отличается от других людей.

2. Потребность в безопасности и стабильности (в защищенности). Эта потребность отражает стремление человека обеспечить удовлет­ворение физиологических потребностей на постоянной основе, сохра­нение определенного уровня жизни, контроля событий своей жизни. Безопасность своего существования человек рассматривает через пред­сказуемость событий, стабильность, постоянство своего социального окружения и стабильность отношений между членами семьи и за ее

43

Часть 1. Созависимость и семья

пределами. Сюда относятся все те аспекты в жизни человека, которые дают ему уверенность в завтрашнем дне.

У мученика стремление к контролю чрезвычайно развито, причем он стремится контролировать не только свою жизнь, но и жизни окру­жающих его людей.

3. Потребность в принадлежности (потребность в любви и заботе). Люди нуждаются в эмоциональной привязанности, любви, поддерж­ке. Создание обстановки, при которой у человека формируются поло­жительный образ семьи и себя в ней, ощущение себя принятым семь­ей и микроклимат заботы друг о друге, способствует удовлетворению данных потребностей.

Чрезмерно окружая близких своей заботой и тем самым делая их беспомощными, мученик «зарабатывает» их привязанность и любовь, которая удовлетворяет его только в том случае, если эти люди прояв­ляют явную зависимость от него.

4. Потребность в общественном признании (статусе), уважении. Это — потребность человека в позитивной оценке обществом его ин­дивидуальности, обретении определенного социального положения. Какого бы единства ни достигала группа коллег, семья, группа друзей, каждый тем не менее стремится быть индивидуальностью, быть ис­ключительным, особенным и ценимым другими людьми.

Страдая, жертвуя, спасая и контролируя, мученик чувствует, что до­стоин уважения. Это подтверждается тем, что часто его действия соци­ально одобряются. «Он такой добрый, заботливый человек! Все для дру­гих! О себе совсем не думает!» — такая похвала (высказанная или под­разумеваемая) позволяет мученику чувствовать себя значимым.

5. Потребность в самореализации. «Человек всегда хочет быть пер­воклассным или настолько хорошим, насколько он может быть»2. Бо­лее широко эта потребность понимается как потребность в творчестве. Каждый человек стремится реализовать свой потенциал, постоянно самосовершенствоваться, найти свое место в жизни.

Неусыпная забота о других становится смыслом жизни мученика. Сам он не осознает истинную причину своих поступков. Но подоб­ный стиль жизни действительно требует от него актуализации твор­ческих возможностей, смелости, решительности, достижения опреде­ленных результатов своей деятельности. Так что ему присуще и удов­летворение потребности в самоактуализации.

Базовые потребности и их удовлетворение сами по себе не имеют никакого отношения к невротизации личности. Комплекс мучениче-

! МаслоуА. Самоактуализация // Психология личности. Тексты. М., 1982. С. 12.

44

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

ства (впрочем, как и любой другой) развивается в условиях, когда че­ловек по каким-то причинам не видит для себя возможности прямого и открытого их удовлетворения и прибегает к защитным формам по­ведения.

Однако было бы ошибкой считать, что такой опосредованный путь получения жизненно необходимых ценностей является осознанным вы­бором мученика. Как правило, он видит причины своих осложнений в ближайшем окружении и в «несчастной судьбе», искренне полагая, что выполняет лучшее из возможных предназначений, полностью отдавая себя «служению людям». В этом он видит смысл своей жизни. А так как подобная позиция социально одобряется и находит сочувствие окруже­ния, то критический взгляд на свою деструктивную роль в создании ог­раничивающих развитие личности отношений становится для мучени­ка практически невозможным. Стремление к контролю выглядит в его глазах как потребность любить. И он не замечает, что его забота являет­ся оккупацией психологической территорией ближайших людей.

Любовь мученика, по существу, является настоятельной потребнос­тью в растворении себя в Другом и одновременно в поглощении Друго­го. Ему чуждо понятие суверенности близкого человека, особенно если это его супруг или ребенок. Зависимые отношения — единственно воз­можное условие, в которых мученик ощущает наибольший комфорт, поскольку только тогда он чувствует себя максимально защищенным от переживания собственной ничтожности и страха одиночества.

Мученик не видит возможности для самореализации рядом с пси­хологически зрелым партнером и поэтому его всегда влечет к людям, личностное развитие которых по каким-то причинам остановилось на уровне детского или подросткового возраста3.

Недостаточное чувство самоценности, непринятие себя в сочета­нии с настоятельной потребностью получать любовь неотвратимо при­водят к желанию постоянно доказывать свою нужность, абсолютную необходимость для значимых людей. И ничто не дает для этого боль­шей возможности, как окружение себя людьми, не желающими (или не умеющими) принимать на себя ответственность.

Дети мучеников вырастают под неусыпным контролем и опекой. Они либо привыкают к этому и тогда становятся совершенно бес­помощными и безответственными, легко поддающимися чужому вли-

3 Уровень личностной зрелости не следует путать с интеллектуальным развитием человека, его возрастом и внешней успешностью в социальной жизни. Существует не­мало людей, строящих свои отношения по принципам детской или подростковой зави­симости от значимых взрослых.

45

Часть I. Созависимость и семья

янию, либо в определенном возрасте, чаще всего, подростковом, стре­мятся вырваться из-под опеки и контроля и бунтуют, совершая асоци­альные поступки. При этом они остаются безответственными, посколь­ку просто не имеют представления о том, что значит отвечать за свои действия. Эти дети, как правило, не знакомы с самоуважением, по­скольку им не у кого было этому научиться, уважение к себе они под­меняют гонором, требовательностью, тщеславием и тревожным с а-молюбованием.

С другой стороны, попустительство, к которому иногда прибегают мученики, уставая от неусыпной «битвы за власть», в конечном итоге не делают их близких ни по-настоящему свободными, ни ответствен­ными. Люди, прожившие большую часть своей жизни под чьей-то опе­кой, уже не могут без нее обходиться. И потому очень быстро находят замену — среди неформальных лидеров на улице (если это касается подростков), у других партнеров (если это касается супругов).

Мученик строит свои отношения со значимыми людьми по прин­ципу «Любовь через поглощение психологической территории парт­нера, через лишение его суверенитета».

ПОРТРЕТ ЧЕЛОВЕКА С САДИСТСКИМИ НАКЛОННОСТЯМИ

Главное в садистских наклонностях — это стремление к абсолют­ной власти. Привычное понимание садизма как причинение физичес­ких страданий кому-либо — всего лишь один из способов достижения этой власти. Чтобы стать абсолютным повелителем, необходимо дру­гого человека сделать абсолютно беспомощным, покорным, то есть превратить в свою живую вещь, сломив его дух. Достигается это по­средством унижения и порабощения.

Существует три способа достижения абсолютной власти.

Первый способ — поставить других людей в зависимость от себя и приобрести полную и неограниченную власть над ними, позволяю­щую их «лепить как глину», внушая: «Я твой создатель», «Ты станешь таким, каким я хочу тебя видеть», «Ты — тот, кто создан мной, ты есть детище моего таланта, моих трудов. Без меня ты никто».

Второй способ — не только иметь абсолютную власть над другими, но и эксплуатировать их, использовать. Это стремление может отно-

46

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

ситься не только к материальному миру, но и к моральным качествам, которыми обладает другой человек.

Третий способ — причинять другим людям страдания и смотреть, как они мучаются. Страдание может быть и физическим, но чаще речь идет о причинении душевных страданий. Нет большей власти над че­ловеком, чем власть причинять боль и страдания тому, кто не в состо­янии себя защитить.

Карен Хорни перечисляет типичные садистские установки, по на­личию которых можно определить, что в человеке в той или иной мере присутствуют садистские наклонности. Здесь мы приводим их крат­кий обзор.

1. «Воспитание» жертвы. Человек садистского типа хочет порабо­щения других людей. Ему нужен партнер, не имеющий своих жела­ний, чувств, целей и какой-либо инициативы. Соответственно, у него не может быть претензий по отношению к своему «хозяину». Взаимо­отношения такого «хозяина» и его жертвы сводятся, по сути, к «вос­питанию»: «Твои родители не позаботились о твоем настоящем вос­питании. Они тебя баловали, распускали. Теперь я буду воспитывать тебя правильно». Отношения с собственным ребенком строятся еще более жестко — он абсолютный раб. Иногда ему позволяется радовать­ся, но только тогда, когда источником радости является сам «власти­тель». «Воспитание», будь то партнер или ребенок, проходит по прин­ципу «чем больше критики, тем лучше». Похвалить — означает дать почувствовать другому, что он чем-то приблизился к «повелителю». Поэтому похвала полностью исключена из воспитательных мер. Даже если такое случается, то затем следует еще более уничижающая кри­тика, чтобы жертва не вообразила, будто она на самом деле чего-то стоит.

Чем более наделен подчиненный человек какими-либо ценными качествами, чем очевиднее они, тем более жесткой будет критика. Са­дист всегда чувствует, в чем именно не уверена его жертва, что именно ей особенно дорого. Поэтому критике подвергаются как раз эти свой­ства, особенности, умения и черты.

Действительно, садист вовсе не озабочен судьбой другого. Да и своя судьба не настолько ему дорога, как ощущение власти. «Он будет пре­небрегать своей карьерой, отказываться от удовольствий или много­образных встреч с другими людьми, но не допустит ни малейшего про­явления независимости своего партнера»4.

4 Хорни К. Наши внутренние конфликты // Собрание сочинений: В 3-х т. Т. 3. М., 1997. С. 187.

47

Часть 1. Созависимость и семы

2. Игра на чувствах жертвы. Что может свидетельствовать о власти больше, чем возможность влиять на чувства, то есть на глубокие про­цессы, которыми и сам человек не всегда может управлять? Люди сади­стского типа чрезвычайно чутки в отношении реакции партнера и по­тому стремятся вызвать те, которые хотят видеть в данный момент. Они способны своими действиями породить бурную радость или погрузить в отчаяние, вызвать эротические желания или охлаждение. Такой чело­век знает, как добиться подобных реакций, и наслаждается своей влас­тью. При этом он бдительно следит, чтобы его партнер испытывал имен­но те реакции, которые он вызывает. Недопустимо, чтобы партнер ис­пытывал удовольствие или радость от действий других людей. Это своеволие будет немедленно пресечено: либо источник радости будет опорочен тем или иным способом, либо партнеру будет уже не до радо­сти, потому что его постараются ввергнуть в пучину страданий.

Впрочем, и страдать из-за других людей или по собственной ини­циативе недопустимо. Если такое случится, то садист постарается, что­бы новые страдания, вызванные им самим, отвлекли его жертву от «по­сторонних» чувств. Хотя садист вполне может и утешить жертву, стра­дающую по «постороннему» поводу. Причем, он не пожалеет ни сил, ни средств для этого. И в большинстве случаев он добьется своего: че­ловек с благодарностью примет его помощь и, возможно, почувство­вав такую мощную поддержку, перестанет страдать. Но и в этом тоже садист будет видеть проявление своей абсолютной власти. Ведь ему нужны не столько сами страдания, ему нужно властвовать над душой человека.

Чаще всего подобная игра с чувствами происходит бессознательно. Человек с садистскими наклонностями чувствует непреодолимое раз­дражение или непреодолимое желание вести себя так или иначе. Вряд ли он сам смог бы объяснить истинную причину своих чувств и по­ступков. Скорее всего, он просто их рационализирует. Впрочем, как говорила К. Хорни, любой невротик краем сознания догадывается о том, что он делает на самом деле. Догадывается, но не может отказать­ся от деструктивного стиля поведения, поскольку Другой ему неведом или кажется слишком опасным.

3. Эксплуатация жертвы. Сама по себе эксплуатация может быть не связана с садистскими наклонностями, а совершаться только ради выгоды. В садистской же эксплуатации самая главная выгода — это ощущение власти, независимо от того, присутствует ли при этом ка­кой-либо иной выигрыш.

Требования к партнеру постоянно возрастают, но что бы он ни де­лал, как бы ни старался, он не добьется благодарности. Мало того,

48

ill

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

любые его старания будут раскритикованы, и ему будут предъявлены обвинения в плохом обращении. Разумеется, такое «плохое» обраще­ние партнер должен искупить еще большим старанием угодить. И, ко­нечно же, это ему никогда не удастся. Самое главное для садиста — это показать партнеру, что он никогда не будет достоин его. А то, что лежит еще глубже — это отчаянное желание, чтобы партнер наполнил его жизнь всем необходимым (удовлетворение основных потребнос­тей, обеспечение карьеры, получение любви и заботы, безграничной преданности и безграничного терпения, сексуального удовлетворения, комфорта, престижа и т. п.), потому что сам садист не чувствует себя способным на это. Но как раз последнее тщательно скрыто и от партне­ра, и от самого себя. Садист видит только один путь получения удовлет­ворения от жизни посредством партнера — это абсолютное владение им не ради него самого, а как средством достижения необходимого.

4. Фрустрирование жертвы. Еще одна характерная особенность — стремление разрушать планы, надежды, препятствовать осуществле­нию желаний других людей. Главное для человека с садистскими на­клонностями — во всем действовать наперекор другим: убивать их ра­дость и разочаровывать в их надеждах. Он готов причинить вред себе, лишь бы не допустить ликования партнера при достижении успеха. Он сорвет удачу партнера, даже если она выгодна и ему самому. Все, что доставляет удовольствие другому человеку, должно быть немедленно устранено. «Если партнер с нетерпением ждет встречи с ним, он скло­нен быть угрюмым. Если партнер хочет половой близости, он будет холоден. Для этого ему даже ничего не требуется делать специально. Он действует угнетающе просто тем, что излучает мрачное настрое­ние»5. Если же кому-то нравится сам процесс труда, то в него немед­ленно вносится нечто, что сделает его неприятным.

Кстати, консультанты, работая с клиентами садистского типа, не­пременно почувствуют на себе эту особенность: как только такой кли­ент почувствует, что работа с ним доставляет хотя бы малейшее удов­летворение (например, если психолог отметил прогресс в терапии), он немедленно уничтожит его, изощренно ставя специалиста в тупик, вызывая в нем состояние растерянности, раздражения, провоцируя неосторожные выражения или агрессивное защитное поведение, что­бы затем указать на профессиональную несостоятельность.

5. Третирование и унижение жертвы. Человек садистского типа всегда чувствует наиболее чувствительные струны других людей. Он

s Хорни К. Наши внутренние конфликты // Собрание сочинений: В 3-х т. Т. 3. М., 1997. С. 190.

49

Часть 1. Созависимость и семья

быстро отмечает недостатки. Но самое главное, он видит, какие из них наиболее болезненны или крайне тщательно скрываются их но­сителем. Именно они и подвергаются наиболее жесткой и болез­ненной критике. Но и те качества, которые садист тайно признает как положительные, будут немедленно обесценены для того, чтобы партнер:

а) не смел равняться с ним в достоинствах;

б) не смог стать лучше ни в своих, ни в его глазах.

Например, открытый человек будет обвинен в хитрости, лживости и манипулятивном поведении; человек, умеющий отстраненно ана­лизировать ситуацию, окажется бездушным и механистичным эгоис­том и т. д.

Садист часто проецирует собственные недостатки и возводит напрас­лину на других людей. Например, расстроенному его же действиями человеку он может сочувственно высказать опасения по поводу эмоци­ональной неустойчивости и порекомендовать обратиться к врачу.

Человек с садистскими наклонностями всегда передает ответствен­ность за свои поступки партнеру-жертве: это он «доводит», «вынужда­ет» действовать жестко; если бы не партнер, то садист мог бы выгля­деть белым и пушистым. Садист верит в эти объяснения, и у него появляется еще один повод наказывать жертву — за то, что из-за про­воцирующего поведения партнера садист не может выглядеть спокой­ным и уравновешенным, добрым, достойным восхищения. Ему при­ходится брать на себя грязную работу по установлению справедливо­сти и перевоспитанию партнера.

6. Мстительность. Человек с садистскими наклонностями на уров­не сознания уверен в своей непогрешимости. Но все его отношения с людьми строятся на основании проекций. Он видит других людей именно такими, каким он считает самого себя. Однако приписывае­мое им резко отрицательное отношение к себе, ощущение себя абсо­лютным ничтожеством полностью вытеснено из сознания. Агрессив­ные чувства в сочетании с презрением к себе просто не дали бы подоб­ному человеку выжить. Поэтому-то он и видит только то, что его окружают люди, достойные презрения, но при этом еще враждебные, готовые в любую минуту унизить его, лишить воли, отнять все. Един­ственное, что может защитить его, — это собственная сила, решитель­ность и абсолютная власть.

Вот почему садист лишен всякого сочувствия. Люди вокруг достой­ны только презрения и наказания. Предвосхитить возможную агрес­сию — цель садиста. А в том, что любой человек вынашивает враждеб­ные цели, садист уверен. Поэтому ему необходимо мстить.

50

t

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

Собственная мстительность лишь незначительно касается созна­ния садиста. То, что он делает, кажется ему единственно верным путем достижения справедливости.

На пути человека с садистскими наклонностями встречается немало людей, которые противостоят его стремлению к абсолютной власти. Они проявляют свою независимость, самостоятельность. Они могут быть смелыми или же освобождаться от власти садиста манипулятивным пу­тем. Неподчинение приводит садиста в ярость. За этой яростью стоит мощнейший страх: отпустить «на волю» такого человека — все равно что признать себя побежденным. Но тогда это будет означать, что он не абсолютный властитель, что им тоже можно манипулировать, унижать, втаптывать в грязь. И это настолько знакомо, настолько непереносимо, что садист способен на отчаянные шаги мести.

Таковы основные черты человека с садистскими наклонностями. К этому надо добавить, что любые проявления садизма сопровожда­ются эмоциональным «раскручиванием» ситуации. Нервные встряс­ки обязательны для садиста. Жажда нервного возбуждения и волне­ния заставляет его делать «истории» из самых обычных ситуаций. «Уравновешенный человек не нуждается в нервных встрясках такого рода. Чем более зрелый человек, тем менее он к ним стремится. Но эмоциональная жизнь человека садистского типа пуста. У него заду­шены почти все чувства, кроме гнева и триумфа. Он настолько мертв, что нуждается в сильнодействующих средствах, чтобы почувствовать себя живым»6. Лишаясь власти над людьми, он чувствует себя жалким и беспомощным.

Люди с садистскими наклонностями совсем не редкость в нашем обществе. Описанные черты могут выглядеть устрашающе, но такое прямое и резкое их выражение можно увидеть только при сильной невротизации. В большинстве же случаев садистские наклонности за­вуалированы в соответствии с типом человека.

Уступчивый тип порабощает партнера под маской любви. Он при­крывается беспомощностью, болезнью, вынуждая партнера делать все за него. Поскольку он не выносит одиночества, партнер должен быть все время с ним. Свои упреки он выражает косвенно, демонстрируя, как люди заставляют его страдать.

Агрессивный тип выражает свои наклонности открыто. Он демон­стрирует недовольство, презрение и свои требования, но при этом счи­тает свое поведение полностью оправданным.

6 Хорни К. Наши внутренние конфликты // Собрание сочинений: В 3-х т. Т. 3. М., 1997. С. 200.

51

Часть 1. Созависимость и семья

Отчужденный человек не проявляет свои садистские наклонности открыто. Он лишает других покоя своей готовностью уйти, делая вид, что они стесняют или беспокоят его, и получая тайное наслаждение от того, что из-за него они ставят себя в глупое положение.

Но возможны и такие случаи, когда садистские импульсы совер­шенно не осознаются. Они оказываются полностью скрытыми насло­ениями сверхдоброты и сверхзаботливости.

К. Хорни дает следующее описание «скрытого садизма»: «Он при­ложит все силы, чтобы только не допустить ничего, что могло бы ос­корбить их чувства. Он будет интуитивно находить слова, чтобы ска­зать что-либо приятное, например, одобрительное замечание, кото­рое поднимет уверенность в себе. Он склонен автоматически во всем винить себя. Если он должен сделать критическое замечание, он сде­лает в максимально возможной мягкой форме. Даже если его явно ос­корбляют, он выскажет свое «понимание» состояния человека. Но в то же время он остается сверхчувствительным к унижению и мучительно от этого страдает.

Он будет избегать всего, что напоминает самоутверждение, агрес­сию или враждебные проявления. Он может впасть в крайность, противоположную порабощению других людей, и быть неспособным отдать никакое распоряжение. Он сверхосторожен в оказании влия­ния или высказывании совета. Но у него начинаются головные боли, или рези в желудке, или еще какой-нибудь болезненный симптом, когда дела идут не так, как он хочет. У него развиваются самоуничи­жительные наклонности, он не осмеливается выразить никакое жела­ние, он склонен считать ожидания или требования других людей бо­лее оправданными и важными, чем свои. Но в то же время он презира­ет себя за ненапористость. И когда его начинают эксплуатировать, он оказывается в тисках неразрешимого внутреннего конфликта и может отреагировать депрессией или другим болезненным симптомом.

Садистская игра на чувствах при глубоком вытеснении и запрете уступает место ощущению, что человек бессилен кого-либо привлечь к себе. Он может быть просто уверен в том, что он непривлекателен для противоположного пола, вопреки веским свидетельствам обрат­ного.

Возникающая в результате картина личности обманчива и с тру­дом поддается оценке. Ее сходство с уступчивым типом, склонным к стремлению к любви, самоуничижению, мазохизму поразительно...

...Однако в этой картине имеются определенные элементы, кото­рые опытному наблюдателю укажут на наличие садистских наклонно­стей.

52

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

-—.-------■--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Обычно имеется заметное, хотя и бессознательное презрение к дру­гим людям, внешне приписываемое их не очень высоким моральным принципам.

Один и тот же человек может мириться с направленным на него садистским поведением, проявляя явно безграничное терпение, а в другое время обнаружит крайнюю чувствительность к малейшему при­знаку давления, эксплуатации и унижения.

Такой человек в каждой мелочи усматривает для себя обиду и ос­корбление.

Поскольку его выводит из себя собственная слабость, его действи­тельно часто привлекают к себе люди открыто садистского типа, вы­зывая у него одновременно и восхищение, и отвращение, так же как и те, в свою очередь, чувствуя в нем добровольную жертву, тянутся к нему. Так он попадает в ситуацию эксплуатации, пресекания надежд и унижения. Однако он не получает от дурного обращения никакого удовольствия, а страдает от него. Это дает ему возможность пережи­вать собственные садистские импульсы с помощью кого-то другого, избегая необходимости смотреть в лицо собственному садизму. Он может чувствовать себя невинным и жертвой, но в то же время наде­яться на то, что когда-нибудь возьмет верх над партнером-садистом и испытает торжество победы над ним. А пока он тихо и незаметно провоцирует ситуации, в которых его партнер выглядит не лучшим образом»7.

Что же способствует развитию садистских наклонностей?

Садистский характер может передаваться как модель жизни от ма­тери или от отца, если они обладали садистскими наклонностями, или сложиться в процессе воспитания. Но в любом случае — это результат глубокого душевного одиночества и чувства неуверенности в мире, который воспринимается как враждебный и опасный.

Условия, создающие предпосылки к развитию садистских наклонностей:

□ Ощущение эмоциональной покинутости, рождающейся у ребен­ка в самом раннем возрасте. Неважно, каковы причины, по ко­торым родители не смогли обеспечить ребенку чувство эмоцио­нальной причастности. Они могли много работать или много болеть, или находиться в заключении, или просто быть отчуж­денными по отношению к ребенку. Однако самого по себе ощу­щения покинутости недостаточно для развития склонности к

7 Хорни К. Наши внутренние конфликты // Собрание сочинений: В 3-хт Т. 3. М., 1997. С. 205-207

53

Часть I Созависимость и семья

садистским наклонностям. Для этого нужна вторая составляю­щая — оскорбления и проявления жестокости по отношению к ребенку.

□ Эмоциональное или физическое оскорбление, наказание или надругательство. Причем наказание должно быть значительно более суровым, нежели того заслуживает ребенок за совершен­ные им проступки. Подобное наказание больше походит на рас­праву. Иногда ребенка наказывают за то, чего он не совершал, а иногда и без повода — просто под руку попался. Наказание мо­жет носить физический характер, но часто это бывают изощрен­ные издевательства и унижения, нацеленные на причинение душевной боли.

О Психические отклонения кого-либо из родителей, в результате которых ребенок получает оба компонента: эмоциональную по­кинутость и жестокое обращение.

□ Алкоголизм и наркотическая зависимость родителей, чье пове­дение в состоянии наркотического опьянения часто носит ха­рактер немотивированной агрессии.

□ Атмосфера непредсказуемости, невозможности понять, за что можно получить наказание и как этого избежать.

О Эмоциональная неуравновешенность родителей. За один и тот же поступок ребенок в одном случае может быть жестоко нака­зан, в другом случае вызвать прилив нежности и умиления, в третьем — равнодушие.

Родительские посылы:

□ «Ты — никто и ничто. Ты — моя собственность, на которую я обращаю внимание, когда хочу, и не интересуюсь, когда она мне не нужна».

□ «Ты — моя собственность, и я делаю с тобой все, что хочу».

□ «Я тебя породил, я имею право на твою жизнь». О «Твое дело не понимать, а подчиняться».

□ «Ты тот, кто во всем виноват».

Выводы ребенка:

□ «Я настолько плох, что меня невозможно любить».

G «Я такой плохой, что должен быть наказан, чтобы я ни делал».

□ «Я не могу контролировать свою жизнь. Жизнь опасна и непред­сказуема».

□ «Единственное, что я могу точно предсказать, это то, что наказа­ние неминуемо. Это — единственная постоянная вещь в жизни».

54

Глава 5 Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

Q «На меня обращают внимание только тогда, когда хотят нака­зать. Совершать поступки, за которые наказывают — единствен­ный способ обратить на себя внимание».

О «Люди, окружающие меня — источник опасности».

□ «Люди не стоят уважения и любви».

□ «Меня наказывают, и я могу наказывать».

□ «Для оскорблений, унижений и надругательств не нужны спе­циальные причины».

□ «Чтобы выжить, надо бороться».

□ «Чтобы выжить, надо контролировать действия, мысли и чув­ства других людей».

О «Чтобы выжить, надо заставить бояться себя».

□ «Чтобы избежать боли и агрессии от других, надо опередить их, чтобы они боялись меня».

О «Надо заставить других людей подчиняться мне, тогда они не смогут причинить мне страдания».

□ «Насилие — единственный способ существования».

О «Я хорошо понимаю состояние людей, только когда они страда­ют. Если я заставлю других страдать, они станут мне понятны».

□ «Жизнь стоит дешево».

Конечно, такие выводы делаются бессознательно и не на языке ло­гики, а скорее на уровне чувств, ощущений. Но они начинают воздей­ствовать на жизнь человека, как заложенная программа.

Результаты:

□ Нарушенное представление о связи причины и следствия.

□ Высокая тревожность.

□ Проецирование негативного самоотношения на окружающих.

□ Импульсивность, неспособность управлять своими поступками.

□ Эмоциональная нестабильность.

□ Отсутствие твердых установок, принципов.

П Стремление к доминированию и тотальному контролю.

П Сочетание высокой сознательной оценки (и даже сверхкомпен­саторной переоценки) себя и глубокого бессознательного нега­тивного отношения к себе.

О Высокая чувствительность к душевной боли.

П Обидчивость.

□ Мстительность.

О Агрессивность, склонность к совершению насилия. П Стремление к «поглощению» значимого Другого через жесткое принуждение.

55

Часть 1 Созависимость и семья

О Потребность причинять страдания близким людям, чтобы по­лучить свидетельства своей значимости для них.

О Бессознательное стремление «лепить» из других людей представ­ление о недостижимом собственном Идеальном Я.

□ Склонность к различным злоупотреблениям — наркотикам, ал­коголю, сексу, азартным играм, кутежам, которые используют­ся как средство снижения постоянной тревожности.

□ Тенденция создавать созависимые отношения.

□ Склонность к саморазрушительному образу жизни.

Необходимо отметить, что на подсознательном уровне склонность к насилию присутствует в каждом человеке. В этом нет ничего проти­воестественного. У подавляющего большинства людей эта подсозна­тельная готовность к разрушению мирно дремлет до тех пор, пока ее не разбудят какие-либо экстремальные условия. Ярким примером тому могут служить многочисленные случаи появления садистских наклон­ностей у бывших участников военных действий.

Наиболее подходящим для человека с садистскими наклонностя­ми будет, по всей видимости, самоуничижающийся партнер. Такие пары действительно встречаются, и при таком сочетании отношения, которые строятся ими, принимают поистине страшные формы.

Дело в том, что для удовлетворения садистских наклонностей не­достаточно прямого и полного подчинения. Именно достигая подоб­ного поведения партнера, садист теряет к нему всякий интерес. Для него важен сам процесс разрушения любой самостоятельности, любо­го проявления независимости и суверенности личности. Ведь именно в этом процессе он проверяет и подтверждает свою абсолютную власть и свою способность влиять на чувства и мысли другого. Только душев­ные страдания человека, отстаивавшего свое стремление к свободе и самоопределению, но уже подавленного и побежденного, рождают в садисте необыкновенный прилив энергии и чувство своей абсолют­ной власти. Он испытывает удовольствие и удовлетворение, которое может быть сравнимо только с удовольствием оргазма. При этом он переживает нежность к побежденному человеку как к источнику по­добного удовлетворения. Кстати, бурный, наполненный сильными ощущениями половой акт часто является заключительным действием после очередного процесса подавления. Именно страстные пережи­вания любви после страдания являются тем «крючком», на котором прочно и долго держится привязанность его жертв.

Однако самоуничижающийся человек не оказывает должного со­противления садисту, и процесс подавления не приносит нужного удов-

56

Глава 5 Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

летворения. Чтобы получить его, агрессивно доминирующий партнер увеличивает силу своего давления и неудовлетворенный психологи­ческой борьбой переходит к мерам физического насилия. Любой, даже самоуничижающийся, человек стремится сохранить целостность сво­его тела и саму жизнь, поэтому он невольно начинает сопротивляться. А это как раз то, что и нужно его властителю. Таким образом, стремле­ние уступать и подчиняться приводит к увеличению страданий, с од­ной стороны, и к чрезвычайно опасным формам воздействия — с дру­гой.

И тем не менее взаимодействие с самоуничижающимся челове­ком — лишь частный случай партнерства с садистом. В зависимости от степени развития комплекса садист может действовать как прямой агрессор и как мягкий, заботливый человек, достигая своих целей окольным путем.

В сущности, любой способ строить созависимые отношения, дове­денный до крайности, сводится к тому, что психологическая террито­рия партнера оккупируется, а партнер опустошается и подчиняется (если, конечно, он не покидает оккупанта на более ранних этапах от­ношений). Соответственно и отношения он может строить с людьми, совсем не склонными самоуничижаться. Тем большее удовлетворение он может достигать, преуспевая в своих целях.

Так что садиста больше привлекают люди наполненные, имеющие живую и упругую оболочку Я, которую и необходимо сломать. Однако достаточно долго находиться в близких отношениях с подобным че­ловеком могут только люди, чье Я надломлено, и которые могут обра­щение с собой садиста хотя бы отчасти признать соответствующим тому, что они сами о себе думают. И в этом противоречии скрывается причина постоянной неудовлетворенности садиста отношениями люб­ви и его потребность находить новые жертвы.

Тем не менее человек садистского типа не хочет погубить того че­ловека, к которому он привязан. Ему нужен принадлежащий ему парт­нер, поскольку его ощущение собственной силы основано только на том, что он является чьим-то владыкой. Поэтому, как только он пони­мает, что жертва готова «сорваться с крючка» и близка к тому, чтобы покинуть его, он отступает, и выражает своей жертве свою любовь и заботу, стараясь этим как можно крепче привязать ее к себе. Мучитель зависим от своей жертвы, хотя эта зависимость может быть совершен­но неосознанной. Например, муж может самым садистским образом издеваться над своей женой и при этом ежедневно повторять ей, что °на может уйти в любой момент, что он будет только рад этому. Если же она действительно соберется покинуть его, он будет в отчаянии,

57

Часть I. Созависимость и семья

подавленности и начнет умолять ее остаться, пытаясь убедить, что не может жить без нее. Но стоит ей остаться, игра начнется сначала, и так без конца.

Во многих тысячах личных взаимоотношений этот цикл повторя­ется снова и снова. Садист покупает нужного ему человека подарка­ми, похвалами, уверениями в любви, блеском и остроумием в разгово­рах, демонстрацией своей заботы. Он может дать ему все, кроме одно­го: права на свободу и независимость.

Очень часто такие отношения наблюдаются между родителями и детьми. Здесь отношения господства и собственничества выступают, как правило, под видом заботы и стремления родителей защитить сво­его ребенка. Он может иметь все, что хочет, но лишь при том условии, что не захочет выбраться из клетки. В результате у выросшего ребенка часто развивается глубокий страх перед любовью, потому что для него любовь означает рабскую неволю.

Человек с садистскими наклонностями бдительно следит за тем, чтобы его жертва боялась покинуть его. Он внушает ей мысль о своей сверхзначимости для нее во всех сферах жизни, говорит о том, что все его действия нацелены на заботу о ней (здесь местоимения «он» и «она» имеют отношение к мучителю и жертве, роли которых в равной степе­ни могут играть и мужчины, и женщины).

Мы уже говорили, что терпеть достаточно долго подобные отно­шения может только человек, который боится быть покинутым или чувствует себя беспомощным. Таким образом, взаимная зависимость возникает на основе предрасполагающей готовности строить созави-симые отношения обоих партнеров. Дальнейший же деформирующий характер их взаимодействия только усугубляет эту склонность.

ПОРТРЕТ ЧЕЛОВЕКА С КОМПЛЕКСОМ НАРЦИССИЗМА

Еще один способ создавать созависимые отношения — это исполь­зование других людей в качестве зеркала для отражения образа не­обыкновенного человека. Партнер в таких отношениях призван выра­жать восхищение и любовь. Он должен стремиться удовлетворять все желания, ежедневно добиваться расположения и — в случае успеха — испытывать счастье.

58

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

____■—■——----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

На партнера перекладывается ответственность за собственное бла­гополучие. Он же используется и как источник ощущения благополу­чия. Будучи «зеркалом» и не отвечая в соответствии с ожиданиями фразой из небезызвестной сказки, партнер может быть покинут. Но, с другой стороны, необходимость видеть в отражении свое Идеальное Я заставляет человека с комплексом нарциссизма соответствовать... соб­ственным сверхожиданиям от себя и добиваться всеми возможными средствами жизненно необходимого ответа «зеркальца»: «Ты, конеч­но, всех милее, всех красивей и умнее».

Как правило, подобными нарциссами становятся люди, жившие в чрезмерной опеке родителей, считавших себя заботливыми и любя­щими, но на самом деле использовавших ребенка для удовлетворения своего тщеславия. Они плохо понимали свое дитя, но были уверены, что сами выглядят образцовыми отцами и матерями. Их мерой воспи­тания были сверхопека и чрезмерная похвала, но при этом ребенок ощущал и предъявляемые к нему высокие требования. Не интересуясь истинными переживаниями своего сына или дочери, такие родители ярко демонстрировали и свою уверенность в их особой талантливости и ждали соответствующих результатов.

Если родители с детства предупреждали малейшие желания своего ребенка, так что он даже не успевал как следует что-либо пожелать, впоследствии он уже не очень понимает, чего на самом деле хочет он, а что является желанием его родителей. Ребенку давалось так много, что он не испытывал никакой радости от всего того, что ему предоставля­лось. Тем более что он осознавал: все это не просто так, все это — вклад в его будущие достижения, а значит, его долг перед родителями неук­лонно растет. От него ожидается так много, его считают таким способ­ным, но он не чувствует себя таковым на самом деле. Тем не менее он должен оправдывать ожидания. Все, что он начинает делать, должно быть сделано непременно великолепно. И это пугает — ведь может и не получиться. А родители, спеша на помощь своему ребенку, всегда активно принимались ему помогать. При этом они так усердствовали, что порой делали за него даже то, с чем он вполне мог справиться и сам. Поэтому ребенок так и не научился преодолевать трудности и са­мостоятельно доводить дело до конца.

Результаты его труда родители с гордостью представляли своим знакомым со словами похвалы и восхищения, будто призывая других восхищаться вместе с ними. Эти знакомые могли и восхищаться, что­бы сделать приятное родителям. Тем не менее когда такой ребенок находился в среде своего детского окружения, он находил совсем дру- оценку своим делам и самому себе. Оказывается, что другие люди

59

Часть 1. Созависимостъ и семья

вовсе не такого высокого мнения о нем. Это пугало. А родители, стре­мясь защитить своего ребенка, могли внушать ему, что можно поло­житься только на своих любящих родителей и ни на кого больше, что вокруг много враждебных людей и с ними нужно быть очень осторож­ными, тем самым еще больше привязывая ребенка к себе и делая его зависимым от себя.

Ограждая своего ребенка от неверных шагов и мук сомнения, ро­дители принимали решения за ребенка. Они все предвидели и заранее прокладывали ребенку комфортную «дорожку» для достижения ими же намеченного результата. Поэтому такой сверхопекаемый ребенок, вырастая, так и не обучился выбирать, решать, принимать ответствен­ность, преодолевать трудности. Оказываясь в ситуации выбора, уже будучи взрослым, он испытывает нерешительность и беспомощность. Ему трудно определить, чего он действительно хочет, он не может адек­ватно оценить свои возможности, самостоятельно преодолевать пре­пятствия. Но зато он может жить только в условиях нескончаемой под­держки, похвалы и восхищения.

Взаимоотношения любви и партнерства для такого человека чрез­вычайно затруднены. Прежде всего, для него быть любимым — озна­чает снова соответствовать завышенным ожиданиям, скрывать свое несовершенство и ощущение глубокой ничтожности по сравнению с тем образом, который он должен предъявлять окружающим. Делать все это рядом с близким и любящим человеком чрезвычайно сложно. Но, с другой стороны, он должен получать похвалу, восхищение, до­казательства своей ценности именно от близких людей, поскольку более далекое и равнодушное окружение склонно как раз к обратно­му — обижать, не замечать, недооценивать и критиковать.

Так как бывший «перелюбленный» ребенок плохо знает свои по­требности, пассивен, неуверен в себе, не привык брать на себя ответ­ственность за свои поступки, принимать серьезные жизненные реше­ния, то нужен человек, который возьмет на себя этот груз. Такой парт­нер будет подсказывать, что ему надо и как это получить, а заодно возьмет на себя часть работы по достижению поставленной цели.

При всем том, он должен непрерывно расточать комплименты и воздавать дань талантам, объясняться в любви и демонстрировать свою преданность. На самом деле, нарциссичный человек настолько не уве­рен в том, что похвалы соответствуют истине, что должен слышать их постоянно для поддержания своего равновесия. Если нарцисс не по­лучает постоянно похвалу, признания и одобрение, он чувствует себя обездоленным и отверженным, и это вызывает в нем сильнейшую тре­вогу.

60

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

_____-—■----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Эти обстоятельства заставляют изнеженно-обездоленного челове­ка одновременно стремиться к созданию близких отношений и боять­ся их. К тому же он не привык активно привлекать к себе внимание и сообщать о своих желаниях. Окружающие должны сами заметить его, самостоятельно догадаться, чего он хочет, и сделать все возможное, чтобы их отношения сложились.

С другой стороны, нарциссы обучены соответствовать ожиданиям близких людей. Поэтому, как только у них начинают возникать парт­нерские отношения, они начинают стремиться к тому, чтобы выгля­деть в глазах партнера «хорошими». Они скрывают свои истинные чув­ства и выражают только то, что по их представлению ожидает партнер. Они демонстрируют партнеру свои достижения и умения, будто убеж­дают, что тот выбрал качественный «товар».

Делается все это далеко не бескорыстно. От партнера ожидается по­добное же поведение. Главное — он должен взять на себя функцию «волшебного зеркальца». Кроме того, партнер и сам должен обладать качествами и достижениями, которые будет не стыдно демонстриро­вать окружающим. Разумеется, то, что отношения по существу явля­ются сделкой, тоже не обговаривается (как и во всех остальных фор­мах созависимых отношений).

При такой сложности в подборе партнера любой подходящий че­ловек приобретает сверхзначимость для нарцисса и, как следствие, возникает эмоциональная сверхзависимость.

Требование непрерывного восхищения собой сочетается со стрем­лением и в партнере видеть только то, что устраивает нарцисса, и не замечать многих деструктивных сигналов и его негативных качеств. Способность и необходимость видеть только желаемое (вот уж воис­тину даже такое замечательное качество становится деструктивным, если оно не является свободным выбором, а превращается в навязчи­вую необходимость) заставляет нарцисса не только не замечать нега­тивные проявления партнера, но и вытеснять собственные чувства, которые возникают как реакция на деструктивные взаимоотношения. Это, в свою очередь, оказывает разрушающее влияние на состояние здоровья такого человека: от головных болей, болей в желудке, спине и т. п. и до глубокой депрессии.

Кстати, депрессия — очень распространенное явление среди нар­циссов, поскольку постоянное подавление собственных чувств, силь­нейшая зависимость от оценок других людей, неумение брать на себя ответственность и смутное представление об истинной структуре соб­ственного Я неизбывно ведет к бессилию, беспомощности и апатии, то есть к самому эпицентру депрессии. Это состояние (впрочем, как и

61

Часть 1. Созависимость и семья

любое соматическое заболевание сложного и трудноизлечимого харак­тера), несмотря на свою тяжесть, имеет достаточно мощную вторич­ную выгоду для нарциссов — наконец-то они могут ничего не доби­ваться, ничего не изображать, ничему не соответствовать. Ведь теперь у них есть прекрасное объективное оправдание, при котором, к тому же, они получают право на дополнительное внимание и опеку.

Другим средством снижения тревоги и хронического напряжения могут стать наркотики, алкоголь, азартные игры, переедание, психо­тропные препараты.

Итак, родительские посылы, которые могут привести к нарциссизму:

□ «Ты необычный ребенок, и поэтому должен многого добиться».

□ «Ты необыкновенный ребенок и, конечно, лучше остальных де­тей, которые тебя окружают».

О «Ты не должен слишком затруднять себя, ты всегда должен рас­считывать на мою помощь».

□ «Ты не должен ни о чем беспокоиться. Я окружу тебя такой за­ботой, что тебе не придется переживать никаких неудобств».

□ «Ты — самое главное в моей жизни. Все, что есть у меня, я отдам тебе, лишь бы тебе было хорошо».

□ «Что бы ты ни делал, я всегда помогу тебе и выполню все то, что доставляет тебе слишком большие трудности».

□ «Мир слишком грязен и опасен, и ты нуждаешься в защите от него».

□ «По-настоящему ты можешь рассчитывать только на любящих тебя родителей».

□ «Ты всегдадолжен выглядеть хорошо в глазах других людей, что­бы ни происходило».

□ «Ты должен быть таким, каким я мечтаю тебя видеть и каким я когда-то не смог стать».

□ «Ты должен стать таким, чтобы я мог гордиться тобой перед дру­гими людьми».

□ «Тебя недостойны обычные люди. Тебя достойна любовь только необыкновенных людей, которые доказали свою неординар­ность».

□ «Ты должен добиваться успехов и показать всем, что ты неорди­нарный человек».

Выводы ребенка:

□ «Я должен выглядеть хорошим, умным, талантливым и успеш­ным».

62

11

Глава 5 Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

□ «На самом деле я не чувствую себя таким, каким меня хотят ви­деть. Но я должен соответствовать ожиданиям, поэтому я буду притворяться».

О «Я должен выглядеть так, чтобы родители не разочаровались во мне».

□ «Я не знаю, чего я хочу».

О «Все, что я захочу, должно быть у меня».

□ «Чем меньше я проявляю инициативы, тем меньше вероятность, что я сделаю ошибку, и тем меньше вероятность, что все обна­ружат, что я вовсе не совершенен».

□ «Когда меня любят, я не могу быть самим собой, а должен оп­равдывать ожидания любящего».

□ «Если меня никто не хвалит, значит, они догадались, что я вовсе не совершенство».

□ «Я должен испытывать только правильные чувства, чтобы они видели, что я действительно хороший».

О «Иногда я испытываю плохие чувства. Если я проявлю их, они могут разочароваться во мне. Надо скрывать свои чув­ства».

□ «Хороший человек тот, кто чего-то достигает. Я должен дости­гать вершин».

□ «Не важно, каким путем достигнут успех, главное, чтобы все видели мои достижения».

□ «Не надо достигать слишком больших успехов, потому что впо­следствии от меня будут ожидать еще больших достижений, а я не смогу оправдать ожиданий».

Результаты:

□ Низкая самооценка.

□ Тревожность.

О Компенсаторное высокомерие.

□ Страх провала. СИ Страх успеха.

□ Потребность быть всегда правым. П Трудности в принятии решений.

□ Отсоединение от собственных чувств.

□ Потребность в непрерывном восхищении. П Страх близости.

П Страх быть отвергнутым и покинутым.

□ Зависимость от мнения окружающих. О Апатия, безынициативность.

63

Часть I. Созависимость и семья

ПОРТРЕТ ЧЕЛОВЕКА С НЕНАСЫТНОЙ ЖАЖДОЙ ЛЮБВИ

Еще один комплекс, который ведет к созданию созависимых отно­шений, — это невротическая потребность в любви, детально описан­ная К. Хорни в работе «Невротическая личность нашего времени». Вза­имодействие с партнером носитель данного комплекса строит по тому же принципу, что и нарцисс, а именно: «любовь через собственное от­ражение в другом», — однако само происхождение комплекса и его проявления имеют значительные отличия.

Все люди хотят, чтобы их любили. Потребность в любви относится к базовым человеческим потребностям, и потому без ее удовлетворе­ния человечество просто не смогло бы существовать. Для ребенка лю­бовь матери — это в буквальном смысле условие выживания.

Чем же отличается нормальная потребность в любви от невроти­ческой? К. Хорни перечисляет несколько признаков.

1. Навязчивый характер. Переживание отсутствия любви для взрос­лого человека не имеет катастрофического характера. Он может быть успешен, радоваться, получать удовольствие и даже чувствовать себя счастливым и тогда, когда не чувствует себя любимым. При невроти­ческой потребности человек не может жить без получения свидетельств любви. Человек настолько зависим от проявления к нему, по крайней мере, симпатии, что может всерьез расстроиться из-за неприветливо­го тона в разговоре с малознакомым человеком.

2. Неспособность быть одному, страх одиночества. Как только чело­век, потребность в любви которого носит невротический характер, ока­зывается в одиночестве, он испытывает достаточно сильную тревож­ность. Он старается, чтобы все время кто-нибудь был рядом с ним. Так, жена может по несколько раз в день звонить мужу на работу, об­суждая с ним несущественные вопросы и требуя внимания. Постоян­ное внимание партнера или детей обладает сверзначимостью. Поэто­му если партнер выражает недовольство слишком «плотным» и час­тым общением, отрывающим его от собственных занятий, жаждущий любви чувствует себя на грани катастрофы.

Расставаясь со своим партнером, он не способен ждать, когда на его горизонте появится подходящий человек, и останавливает свой выбор на первом попавшемся кандидате, который может совершенно не подходить по своим качествам. Главное, чтобы он соглашался быть рядом.

64

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

Поскольку при таком страхе одиночества любой партнер приобре­тает сверхценность, жаждущие любви готовы платить за нее чем угод­но, вплоть до унижений и отказа от собственных интересов. Естествен­но, что в таком случае они не получают удовлетворения от отноше­ний, но и не находят в себе сил разорвать их, не желая вновь оказаться в одиночестве, что для них еще более непереносимо.

3. Манипулятивные способы получения внимания и любви. Невроти­ческая потребность в любви прибегает к следующим манипулятивным способам ее получения:

• подкуп («Если ты будешь любить меня, я для тебя сделаю все, что ты захочешь»);

• демонстрация беспомощности («Ты не можешь лишить меня своего внимания, ведь я без тебя просто погибну»);

• призыв к справедливости («Я столько делаю для тебя! Ты про­сто обязан отплатить мне своим вниманием и любовью» или «Я бы на твоем месте проявил больше внимания к человеку, который...»);

• угрозы, шантаж («Если ты настолько невнимателен ко мне, ты не получишь сексуального удовлетворения сегодня», «Если ты покинешь меня, я убью себя»).

4. Ненасыщаемость. Невротическую потребность в любви невоз­можно насытить. Жаждущий любви никогда не бывает удовлетворен количеством и качеством проявленного в его адрес внимания. Посколь­ку сам он не уверен в собственной ценности для партнера, ему нужны постоянные подтверждения своей значимости в глазах близкого чело­века. Бесконечные требования внимания приводят к прямо противо­положному результату: партнер начинает отдаляться и, стремясь от­дохнуть от непомерных требований, все чаще оставляет страждущего любви в одиночестве или демонстрирует ему свою холодность.

5. Требования абсолютной любви. Невротическая потребность в люб­ви оборачивается требованиями абсолютной любви, которые заклю­чаются в следующем.

О «Меня должны любить, несмотря на самое неприятное и вызы­вающее поведение; а если меня не любят, когда я веду себя вызы­вающе, значит, любили не меня, а удобную жизнь рядом со мной».

□ «Меня должны любить, не требуя ничего взамен; иначе это не любовь, а извлечение выгоды из общения со мной».

□ «Если человек меня любит, он должен приносить мне жертвы; если человек ничем не жертвует ради меня, то он не любит меня» (жертвами могут быть деньги, время, убеждения, личные цели, привычки, характер).

Зак i656

65

Часть I. Созависимость и семья

6. Постоянная ревность к партнеру. Невротическая потребность в любви сопровождается постоянной ревностью к партнеру. Эта ревность возникает не только при реальной опасности утраты любви, чаще все­го — в обстоятельствах, когда партнер увлеченно занимается другим делом, восхищен другим человеком, уделяет время общению с окру­жающими его людьми. Ожидается, что все внимание партнера долж­но принадлежать только жаждущему любви. Только он может быть абсолютным владельцем и распорядителем его времени, интересов и симпатий.

7. Болезненное восприятие отказа и возражений. Испытывая невро­тическую потребность в любви, такие люди чрезвычайно болезненно относятся к любому возражению или отказу. Необходимость ждать ответа или встречи, желание партнера уделить время самому себе или другим людям отзывается в нем почти невыносимой болью и в его по­нимании является свидетельством собственной незначимости и отвер­жения. При таких обстоятельствах неизбежно накопление большого количества обид. Однако гнев и обиды в адрес партнера сочетаются с невозможностью разорвать с ним отношения. Поскольку жаждущий любви никогда не бывает удовлетворен количеством и качеством про­явленного в его адрес внимания, за которое он платит высокую цену, отказавшись от собственных интересов, подчиняясь и ломая себя, он постоянно чувствует себя обманутым. Негативные эмоции могут дол­го скрываться, но затем обязательно проявятся прямым или косвен­ным путем.

Основным условием для развития ненасытной жажды любви явля­ется чрезмерная привязанность ребенка к одному из родителей, от которой он не освобождается и во взрослом возрасте. Он может ссо­риться с матерью или отцом, может желать от них избавиться или по­ступать наперекор их воле. И не потому, что так будет лучше, а потому что так будет по-другому. Но и в этом он остается зависимым от роди­телей.

Избавившись, по его мнению, от своей детской зависимости, он продолжает строить свои отношения с партнерами по той же самой схеме.

Люди с подобной историей отношений продолжают оставаться детьми, и поэтому рядом с собой они хотят видеть супруга-родителя. Что же произошло в их жизни? Отчего им так и не удалось повзрос­леть?

Один из вариантов — безжалостно-поглощающее отношение ро­дителей (чаще матери) к своему ребенку. Такая мать стремится удер­жать ребенка около себя. Он не должен уметь быть свободным и неза-

66

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

___________________________________________________________________

висимым. И поэтому она до такой степени окружает его заботой и кон­тролирует каждый его шаг, что у него просто нет никакой возможнос­ти стать взрослым.

Другой вариант развития ненасытной жажды любви — это холод­но-вежливые взаимоотношения в семье, когда родители не любят друг друга, но очень стараются не ссориться и не показывать открыто ка­ких-либо признаков неудовлетворения. В этой атмосфере ребенок чув­ствует себя неуверенно: он не знает, что чувствуют и думают его роди­тели. Зато он ощущает холодность, когда ему демонстрируют любовь. В то время как ребенок чувствует недовольство, напряжение и отчуж­денность, ему пытаются внушить, что в семье царят мир и покой. То, что ему говорят, не совпадает с тем, что он видит и переживает, и это влечет за собой развитие сильного беспокойства, которое усиливается еще тем, что за внешним выражением внимания ребенок не чувствует любви и со свойственным детству эгоцентризмом и некритичностью решает, что это именно он является причиной холодности, сдержива­емого раздражения и отчуждения. После этого ему только остается сделать вывод, что он не сумел заслужить желаемую любовь.

Развившееся беспокойство можно успокоить только одним — по­лучить любовь во что бы то ни стало. Не зная, как это сделать, он стре­мится привлечь к себе внимание любой ценой. Отныне его основная цель — обратить на себя благосклонный взгляд родителей, получить доказательства того, что он им не безразличен.

Следующий вариант: ребенок сначала получает достаточно много любви и внимания, но потом по каким-либо причинам ситуация из­меняется, и ребенку начинают уделять значительно меньше внимания и любви (или совсем не уделяют), но зато предъявляют высокие тре­бования. Такое может случиться, например, когда рождается новый ребенок, и все внимание родителей направляется на него. Старшему же постоянно напоминают, что он теперь уже большой и не должен требовать прежней заботы и теплоты. Или: у родителей могут изме­ниться различного рода обстоятельства, вследствие чего они слишком заняты и устают настолько, что на ребенка у них не остается ни сил, ни времени.

При любом варианте развития жаждущие любви — это «недолюб­ленные» люди, которые вновь и вновь стремятся «исправить» ход со­бытий, вырваться из замкнутого круга недополучения любви. Но по­скольку они знают только путь, при котором после получения «вытре­бованных» ласк и внимания снова их теряют, то они создают именно такие ситуации и отношения, в которых потеря любви практически неизбежна.

67

Часть I. Созависимость и семья

Итак, мы рассмотрели типы людей, которые создают различные фор­мы созависимых отношений. Нельзя не увидеть, что общим для всех них является то, что способ отношения человека к другим людям всегда представляет собой отражение его истинного отношения к себе. Чело­век, не знающий любви, не может узнать любовь в других и не умеет любить сам. Ему просто негде было этому научиться.

ДЕТИ, ВЫРОСШИЕ В СЕМЬЕ

С СОЗАВИСИМЫМИ ОТНОШЕНИЯМИ

Стоит ли говорить, что дети супружеских пар, основанных на соза-висимости, получают опыт, жизненный сценарий и модели поведения созависимых отношений.

Детям из таких семей обычно присущи общие характерные черты:

• они боятся быть искренними и поэтому всегда находятся «в маске»;

• они не уважают себя и не ценят;

• не веря в собственные силы, они стремятся избавиться от от­ветственности, или же у них развивается сверхответствен­ность;

• они считают, что должны удовлетворять потребности родите­лей, и при этом ожидают, что их потребности будут удовлет­ворены другими людьми;

• они учатся извлекать выгоды из деструктивных отношений и обучаются манипулятивному поведению;

• они пытаются подчинить себе других, открыто доминируя или манипулируя;

• они не умеют дифференцировать свои чувства и не понима­ют их происхождения;

• они наполнены страхом, тревожны и не уверены в себе;

• если они подвергаются мучениям, то сами могут впоследствии мучить себя и других людей;

• им свойственно переживание собственной ненужности, ник­чемности и беспомощности, чувство одиночества;

• они никому не доверяют и не уважают окружающих;

• они раздражительны, депрессивны и

• они не умеют строить отношения с другими людьми.

Глава 5. Психологические портреты людей, создающих созависимые отношения

Среди таких людей широко распространен комплекс «вины выжив­шего». Человек, страдающий от чувства «вины выжившего», часто упус­кает благополучные возможности, предоставляемые ему жизнью, а ес­ли пользуется ими, то находит какой-нибудь способ наказать себя за

это.

Этот комплекс свойственен людям, которые выросли в созависи-мых семьях и которые не могут себе позволить быть счастливее и ус­пешнее своих родителей. Сам человек может и не осознавать «вины выжившего», но она может влиять на всю его жизнь.

«Вина выжившего» может проявляться в различных симптомах8. D Страдающий от нее человек может сгорать от зависти к тем, кто имеет больше, чем он. Испытывая столь сильное чувство, он отождествляет себя с родителями, братьями и сестрами, кото­рые (как он считает) завидуют ему.

□ Его может мучить чувство стыда за то, что он неприятный, не­лепый или извращенный человек.

□ Он может портить свои отношения с брачным партнером, что­бы они не были лучше, чем отношения его родителей друг с дру­гом.

□ Если его родители были неспособны получать удовольствие от своих детей, он может не позволять этого и себе.

□ Если один из его родителей рано умер, он может бояться смерти в том же возрасте; и именно в этом возрасте он может спрово­цировать болезнь или кризисную ситуацию.

□ Если у брата или сестры не сложилась карьера, он может испы­тывать депрессию или тревогу, когда сам добивается успехов в своей работе.

Ребенок, выросший в несчастливой семье, может считать неблаго­получие в жизни само собой разумеющимся. Он может и не догады­ваться, что, даже став самостоятельным и покинув родительский дом, поддерживает уровень несчастья, соответствующий тому, к которому он привык в детстве. Однако со временем он постепенно может на­чать замечать, что его состояние ухудшается после собственных успе­хов или неудач близких друзей или родственников. Еще позднее он может осознать, что чувствует вину перед членами своей семьи и счи­тает свои победы и успехи чем-то нечестным перед своей семьей. Чув­ство «вины выжившего» может быть одновременно и крайне сильным, и почти неуловимым.

* Вайсе Д. Как работает психотерапия. М., 1998.

69

Глава 6.

ЗЛОКАЧЕСТВЕННАЯ СОЗАВИСИМОСТЬ

Люди, склонные создавать созависимые отношения, к сожалению, часто — и даже очень часто — связывают свою жизнь с партнерами, которые, в свою очередь, зависимы от алкоголя, наркотиков, азарт­ных игр и т. п. И это вовсе не удивительно: партнеры соответствуют всем «изломам» их характеров, и, точно рисунок, составленный из паз-лов, взаимодополняют невротические потребности, составляя единую картину взаимозависимости. Их объединяют отсутствие самоуваже­ния и ответственности, смутные представления об истинной любви и далеко не зрелые отношения. А это как раз та самая пустующая нива, на которой расцветают все пороки, известные человечеству.

НАРКОТИЧЕСКАЯ СОЗАВИСИМОСТЬ

Зависимость от человека, злоупотребляющего алкоголем или нар­котиками, наиболее тяжела. Она начинает проявляться как зависи­мость эмоционального состояния от того, пришел ли «проблемный» партнер (член семьи или любимый друг) вовремя на встречу (домой, на работу, на свидание) и в каком состоянии. Ее следствия многооб­разны — это и вынужденное изменение привычек (например, необхо­димо прятать деньги и ценности), и нарушение планов, страхи отно­сительно своих близких, с которыми контактирует наркоман, и, нако­нец, погружение в чужую, навязанную и пугающую проблему.

Разумеется, чем теснее осуществляется взаимодействие, тем ост­рее чувствуется проблема, а самый тяжелый удар принимают родите­ли подростка, который пристрастился к смертельному зелью.

Близкие наркозависимых вынуждены жить в обстановке, способ­ствующей постоянно нарастающему стрессу. Невозможность контро­лировать ситуацию, пребывание в постоянном страхе, чувство вины, стыда, ощущение бессилия, возникающее при каждой мысли о том,

Глава 6. Злокачественная созависимость

что близкий человек гибнет на их глазах, а также хронически присут­ствующий финансовый кризис, в которую повергает семью нарко-ман — все это способствует сильнейшей деформации психики любого человека. В случае, если этот человек склонен создавать созависимые отношения, подобная обстановка ведет к усилению и обострению всех его невротических черт и притязаний.

Вместе с тем, какими бы особенностями характера ни обладал че­ловек, связанный с алкоголиком или наркозависимым, он будет по­стоянно ощущать себя жертвой и спасателем одновременно.

Треугольник «спасательства»

Нет ничего деструктивнее «спасательства». Именно «спасатели» в семейной жизни воспитывают беспомощных, безответственных потре­бителей (в худшем смысле этого слова). В обществе они же создают комфортные условия для безответственных и ленивых людей. «Спаса­тели» выполняют чужую работу, защищают обиженных, сажают себе на шею тунеядцев, наставляют на путь истинный заблудших и т. п. При этом они могут считать, что совершают благое дело, борются за спра­ведливость, охраняют эмоциональное благополучие людей. Но спро­сите их: для чего они это делают? Зачем это им нужно? Наверняка вы получите в ответ взрыв негодования, презрение или набор высокопар­ных фраз.

На самом деле, совершая все эти «благодеяния», «спасатели» пре­следуют единственную, часто не осознаваемую, цель — стоять «над», управлять, контролировать и чувствовать свою значимость. Решение чужих проблем дает возможность реализации невротических потреб­ностей в любви, власти, контроле и доминировании одновременно. Удовлетворяя эти потребности, «спасатели» не замечают, что при этом лишают других людей веры в свои силы, грубо попирают их психоло­гические границы, навязывают им свою систему ценностей и таким образом делают их зависимыми. «Спасателям» нужны несчастные и беспомощные, им нужны жертвы, потому что без них будет невозмож­но осуществить свою потребность во власти, контроле и в «заслужен­ном» ожидании благодарности, то есть подтверждении своей значи­мости. А для этого наилучшим образом подходит партнер, зависимый от алкоголя или наркотиков.

Человек, не имеющий пристрастия к «спасательству», услышав при­зыв о помощи, придет и «научит ловить рыбу». «Спасатель», напротив, часто бросается на помощь даже тогда, когда его не просят, лишая чело-

71

Часть 1 Созависимость и семья

века гордости за победу. При этом он будет давать готовую «рыбку» каж­дый раз, слишком беспокоясь за другого, чтобы затруднить его ловлей.

«Спасатель» — это человек, наполняющий свою жизнь, свою зна­чимость за счет эгоистического использования беспомощности дру­гих, но при этом верящий, что живет только для них, что он альтруист. И это его возвышает. «Спасатель» — всегда над спасаемым: он силь­нее, мудрее, проворнее.

Однажды женщину-«спасателя» спросили: «Если те, кто окружает тебя, станут самостоятельными, ответственными, успешными, счаст­ливыми, что ты тогда будешь делать? Кого ты будешь мирить? Кого вытягивать из несчастий?» Она долго не находила ответа. Тогда ее спро­сили: «Как ты будешь себя чувствовать среди успешных людей?» По­думав еще, она ответила: «Что я там буду делать? Мне будет скучно».

Вторая роль в треугольнике «спасательства» — это жертва. Та са­мая, которую надо «спасать». Жертва беспомощна, несчастна, а также безответственна и лишена желания стать успешной, а потому, сколько ее не спасай, она все равно находит возможность оставаться несчаст­ной. Еще бы! Ведь стать успешной — это значит активно действовать для разрешения своих проблем, взять на себя ответственность за ошиб­ки и неудачи. А главное, тогда никому не придет в голову пожалеть.

Это свойство жертвы лежит в основе того, что «спасатель» после бесплодных попыток «образумить безответственного опекаемого» сам начинает чувствовать себя жертвой, а «подопечного» воспринимает как источник наказания и неприятностей, то есть как преследователя. Его раздражение нарастает, и когда гнев, наконец, находит свой выход, «спасатель», обернувшийся жертвой, начинает тайно или явно мстить спасаемому: он говорит ему обидные слова, унижает, подвергает дру­гим карательным воздействиям.

На этом витке отношений теперь уже «спасатель» превращается в преследователя. Это — третья роль в треугольнике спасательства. На­казанный спасаемый становится еще более несчастным, чем прежде, и всячески «сигнализирует» об этом «спасателю». «Спасатель» же, на­сытившись праведным гневом, вновь готов вернуться к исходной роли.

Перебегая из одного ролевого угла в другой, «спасатель» всегда на­ходится над спасаемым, даже в тот период, когда чувствует себя жерт­вой. Ведь он так благороден, так альтруистичен! На самом деле «спа­сатель» всегда наполнен гневом и бессознательным стремлением к разрушению. Он не хочет позволить спасаемому стать по-настоящему успешным и лишить себя тем самым власти над ним, потеряв вместе с ней и смысл своего существования.

Итак, суммируем сказанное.

72

Глава 6 Злокачественная созависимость

«Спасатель» помогает, когда его не просят; чувствует вину, когда не может помочь; дает жертве шанс на неудачу (если жертва станет само­стоятельной и удачливой, то некого будет спасать); берет на себя всю ответственность за жертву или большую ее часть; смягчает последствия ее безответственности; часто делает работу за жертву.

«Преследователь» критикует; обвиняет («ты в этом виноват»); по­ступает неоправданно жестоко; наполнен гневом; использует психо­логические защиты вместо искренности, так как всегда ожидает напа­дения.

«Жертва» излучает состояние «бедный я бедный»; все время чего-то стыдится; чувствует себя беспомощной и бессильной в решении своих проблем; всегда кем-то или чем-то подавлена; нуждается в спа­сателе, который будет защищать и служить.

Такова сущность «спасательства». Именно по такому принципу на протяжении многих лет строятся отношения между женой и мужем-алкоголиком, матерью и взрослым «непутевым» сыном, пьющими ро­дителями и служащими социальной помощи и т. п.

СОЗАВИСИМОСТЬ С СЕКТОЙ

Секта по определению — организация вне государства, вне церк­ви, вне закона. Каковы же причины того, что молодые люди оказыва­ются среди ее членов? Что в личности этих людей позволяет втягивать их в сети столь разрушительной зависимости?

Чтобы ответить на эти вопросы, которые, кстати, часто задают от­чаявшиеся родственники, я попыталась систематизировать те описа­ния, которые получила от своих клиентов. Эти наблюдения нельзя назвать полноценными социологическими исследованиями, но тем не менее они могут прояснить причины возникающей зависимости.

Давайте рассмотрим, какие люди и за счет каких особенностей лег­че других могут быть вовлечены в секты.

1. Молодые люди, которые не очень хорошо представляют, кто они, ка­кие они, у которых не сформировалась вполне определенная Я-концепция.

Их Я «размыто», не имеет определенных границ, очертаний, то есть, по сути, опустошено. Такие люди имеют о себе противоречивые пред­ставления. Очень часто они могут легко идентифицироваться и с пра­ведником, и с преступником, и с перфекционистом, и с человеком им­пульсивным, ведущим порой саморазрушительный образ жизни.

73

Часть 1. Созависимостъ и семья

Как правило, это является следствием того, что с раннего детства ребенок получает противоречивые оценки себя и своих поступков. Подрастая, он ищет свое место в этом мире и складывает, в том числе и из этих оценок, представление о себе: он хочет знать, кто он и какой он. Вырабатывая Я-концепцию, он опирается на мнение окружающих, прежде всего, близких людей. Если он получает противоречивую об­ратную связь относительно своей личности и поступков, его Я-кон-цепция будет включать в себя все эти противоречия, которые впослед­ствии легко дополняются такими же противоречивыми мнениями свер­стников, учителей, просто знакомых. И это понятно: если человек не имеет о себе определенного представления, ему не на что ориентиро­ваться, чтобы согласиться или отбросить неверное мнение. Он легко может поверить в любую оценку, или, наоборот, станет отбрасывать любые оценки, но — главное — он так и не знает, кто же он есть на самом деле.

Если такой человек попадает под влияние «миссионеров» секты, этот вакуум легко используется: стройная система взглядов — кто, как, для чего должен жить, действовать, думать; что хорошо и что плохо, как «правильно» и как «неправильно» поступать, каково место чело­века в этом мире, и каково его личное, индивидуальное (именно его!) место среди единоверцев — все это дает, наконец, «спасительную» оп­ределенность, четкость, ясное представление о себе, о своей миссии (!) в этой жизни.

2. Молодые люди, не имеющие определенной системы ценностей, не обладающие представлениями о том, чего они хотят, к чему могли бы стре­миться, лишенные целей в жизни, живущие «по воле волн».

Это тоже следствие несформированной Я-концепции, или опусто­шенного Я. Прежде всего, таким людям жить чрезвычайно скучно. От­сутствие смыслообразующей основы жизни, как писал В. Франка, ве­дет к ноогенному неврозу, к компульсивной потребности заполнить пустоту. Именно эта причина часто приводит к алкоголизму, наркома­нии, игровой и другим зависимостям, беспорядочным, доходящим до уровня саморазрушения, половым связям. Она же значительно облег­чает работу и сектантским «миссионерам». Они предлагают человеку готовую философию, в которой для каждого определен свой смысл, свои границы, свое дело.

Было бы ошибкой думать, будто людей привлекает жесткость струк­туры. Наоборот, все выглядит очень мягко, в виде предложения. Вам просто предлагают посмотреть на мир с другой точки зрения, вам го­ворят, что вы свободны выбирать. Но в то же время, выбирать-то, вро­де бы, и не надо, потому что совершенно очевидно, что лучшей фило-

74

Глава 6. Злокачественная созависимость

софии просто не найти. Все, что есть в мире наиболее гуманного, наи­более честного и справедливого — все это подается в удобоваримой форме. И далеко не каждый способен увидеть тонко завуалированные противоречия, сильно замаскированные «неконгруэнтности» между тем, что внушается, и тем, что делает сам духовный наставник.

Готовая философия и готовые ценности, подкрепленные готовым смыслом именно их жизни, оказывается очень привлекательной ло­вушкой для многих людей.

3. Люди, по разным причинам испытывающие страх перед ответствен­ностью за свою жизнь.

Эта особенность тесно связана с предыдущим описанием. Правда, отсутствие системы ценностей и смысла — лишь одна из причин, по которым человек не желает брать на себя ответственность за свою соб­ственную жизнь.

В. Франкл писал, что людям лишь дается жизнь, а наполнять ее смыслом приходится каждому человеку самостоятельно. И. Ялом до­бавлял к этому, что не человек должен вопрошать о том, каков смысл его жизни, — наоборот, жизнь сама задает ему вопрос о том, какой смысл он придает своему существованию. Однако именно это обстоя­тельство способно порождать сильнейшую тревогу, поскольку такая свобода слишком часто бывает страшна человеку. Ведь она подразу­мевает ответственность за удачный выбор, за успех или неуспех, в ко­нечном счете, за собственную судьбу.

В этом смысле секта (вернее, ее духовный руководитель и вся его философия) берет на себя ответственность за судьбу человека и опре­деляет дальнейший смысл его жизни. Безусловно, на первых порах это снижает тревожность, человек может чувствовать нечто вроде эйфо­рии, благодарности «учителям» и удовольствие от ощущения напол­ненности жизни.

4. Люди, чувствующие себя ничтожными, незначительными, обесце­ненными.

В секте в первую очередь человеку внушается его особая роль, его миссия в этой жизни. «Он сказал мне: «Люди, окружающие тебя, гряз­ны, порочны и слепы. Они не видят самого ценного в тебе. Здесь все по-другому. Идем с нами, и ты увидишь, насколько ты выше тех, кто топтал тебя и пачкал твою душу», — рассказывал одни из членов сек­ты, в то время как голос его дрожал от волнения и благодарности.

5. Люди, бунтующие, противостоящие желанию родителей влиять на чих, не принимающие навязываемую систему ценностей своих близких.

Вообще-то это вполне нормальный кризис развития человека: как мы уже показали, на определенном возрастном этапе (около 16—18 лет)

75

Часть 1. Созависимость и семья

молодой человек начинает отделяться от своих родителей. Это всегда трудный период, поскольку для того, чтобы внутренне оторваться от родительского влияния, молодые люди, прежде всего, низвергают цен­ности и всю систему жизненного уклада отцов и матерей. Это проти­востояние тем острее, чем меньше в семье уважается личность ребен­ка (подростка, молодого человека), чем больше он подвергается дав­лению, насилию.

К сожалению, сам по себе бунт не делает человека самостоятель­ным, если он привык к созависимым отношениям. Созависимость может причинить страдание, но она же освобождает человека от от­ветственности за собственную жизнь. Стремясь освободиться от ро­дительской опеки, молодые люди совершенно не представляют, что же делать со своей свободой. Поэтому в результате бунта слишком ча­сто зависимость от одних людей просто меняется на зависимость от других, лишь бы их система ценностей и требований отличалась от родительской. И секта предоставляет им то, что они ищут: опору в борь­бе с родителями, другую философию, ощущение собственной значи­мости (на первых порах!).

Описанные причины, по которым люди попадают под влияние сек­ты, совершенно очевидно совпадают с причинами развития склонно­сти к созависимости: смутными представлениями о себе, низкой са­мооценкой (или компенсаторным высокомерием), отсутствием смысла жизни и т. д.

Опустошенное Я, не имеющее постоянной и стабильной подпит­ки, ищет своего наполнения. А секта предоставляет все сразу и в ком­плексе. Понятно, что такая возможность снять тревожность и обрести гарантированное целостное ощущение Я вряд ли будет проигнориро­вана. Трагическая ошибка состоит в том, что в дальнейшем принцип воздействия на вновь «приобщившихся» полностью соответствует схе­ме «Любовь через абсолютное владение и разрушение психологичес­кой территории объекта любви», то есть человек в секте начинает под­вергаться разрушительному влиянию психологического садизма, опи­рающегося на философскую систему.

Для того чтобы описание зависимости от секты было полным, не­обходимо добавить еще несколько причин, по которым люди стано­вятся ее заложниками. Эти причины не следует связывать со склонно­стью к созависимости, однако они также являются источником неко­его вакуума в самоощущении.

7. Люди, которые стремятся быть максимально «правильными», мак­симально «совершенными», максимально «духовными», чтобы соответ­ствовать собственному Идеальному Я.

76

Глава 6. Злокачественная созависимость

По сути, в стремлении к совершенству нет ничего плохого. И лишь когда такое стремление становится самоцелью, оно оборачивается бе­дой. Такая цель — совершенство ради совершенства — представляет­ся наивысшей ценностью в жизни и делает человека слепым и глухим к окружающей реальности. Участие в секте, изучение и разделение ее философии может казаться еще одним шагом к духовной вершине, который зачастую оборачивается разрушающим фанатизмом.

8. Люди, которые разочарованы в своих прежних убеждениях, утра­тили прежнюю уверенность в верности своих жизненных воззрений, в пред­ставлении о себе и (или) окружающих людях.

Переживающий подобный кризис человек дезориентирован, на время лишен воли, возможно, потерял смысл жизни. Он наполнен болью, ищет опору, но с трудом доверяет окружающим. Понятно, как легко такого человека «утешить», предложив совсем не похожую на все окружающее, особую, «справедливую» и «глубокую» философию, окружение «особых» людей и т. п.

9. Люди, не имеющие возможности самореализации.

К сожалению, бывает и так, что человек с развитыми духовными потребностями не находит возможности для их реализации. Иногда он находится в окружении, где не принимаются его интересы и цен­ности, и он чувствует свое одиночество. Или этому не способствует весь уклад жизни. Например, так случается, когда молодой человек (девушка) выносит из родительской семьи установку, что прежде все­го нужно обеспечить семью едой, одеждой и т. п., а книжки и другие ценности, которые нельзя «пощупать» — это ерунда, от нечего делать. Человек живет в соответствии с этими установками, но если его ду­шевные потребности сильны и одновременно подавлены, чувство не­удовлетворенности жизнью растет.

Окружение людей, живущих в основном духовными интересами, может быть чрезвычайно привлекательным для такого человека, тем более что это выглядит гораздо «правильнее», чем пьянки с друзьями, наркотическая зависимость, и уж гораздо интереснее, чем рутинные бытовые заботы. Собственно, сначала это действительно выглядит вполне невинно и кажется лишь интересным отвлечением от скуки и не удовлетворяющей жизни.

Вот, примерно, те «струны» на которых играют «миссионеры» сек­ты, чтобы вовлечь в свои сети. К тому времени, как человек поймет, что на самом деле он — раб, объект манипуляций и реализации чьих-то авантюрных или невротических потребностей (если, конечно, он Успеет и сумеет понять это), он уже становится безвольным, зависи­мым членом секты.

77

Часть I Созависимость и семья

Жесткая дисциплина и жестокие карательные санкции, последо­вательные и — увы! — очень грамотно построенные разрушающие лич­ность психологические интервенции, а порой и использование допол­нительных средств и атрибутики, достигает своей цели — секта имеет послушного, безвольного, буквально зомбированного члена, выпол­няющего все указания своего непререкаемого авторитета, который, по сути, настоящий бандит, только бандит тонкий, хитрый, расчетливый.

Любой сектант очень быстро становится рабом своего духовного вождя, движимого далеко не духовными соображениями. Родствен­ники в один голос утверждают, что их близкие зомбированы. Они час­то скрывают имя своего духовного наставника или называют только псевдоним, а любое несогласие с идеологией, выдвигаемой сектой, вызывает в них агрессию и еще большее отдаление.

Направления психологической профилактики пагубного влияния сектантов очевидны уже из перечисленных причин. Так же понятно, что эта профилактика должна начинаться в очень раннем возрасте, когда родителям и в голову не приходит думать о том, что их ребенок когда-нибудь может быть вовлечен в секту. Ее основной целью долж­но стать воспитание целостной, аутентичной личности, имеющей свою философию, определенную систему ценностей и Я-концепцию, спо­собствующую успешности в реальном мире и удовлетворительной са­моценности. Таким образом, психопрофилактика — это огромный веер педагогических и психологических задач.

Глава 7.

ЗРЕЛЫЕ ОТНОШЕНИЯ ЛЮБВИ И ЗРЕЛАЯ ЗАБОТА

Итак, мы рассмотрели виды и способы создания созависимых от­ношений, в основе которых лежит дефицитарное Я, пополняемое за счет партнера.

Но, остановившись на этом, мы остаемся в «проблемной зоне», из которой хочется уйти, а вектор движения пока не ясен. Возникает воп­рос: каковы отношения, в которых любовь не становится психичес­кой деформацией или деструкцией личностного развития? Таким це­левым направлением могут стать зрелые отношения любви.

Любовь — это сложное состояние, основанное на эмоциональном переживании своего отношения к кому-либо. Вряд ли кто-то сможет дать полную и исчерпывающую характеристику этому чувству, но все-таки существует ряд отличительных черт зрелой любви. Небольшой эк­скурс в понимание зрелых отношений известными психотерапевтами поможет нам составить о ней наиболее полное представление.

И. Ялом подчеркивает, что зрелая любовь — это не собственничес­кая любовь, она уважает и восхищается партнером, а не использует его для удовлетворения своих потребностей. Она приносит чувство удовлетворения и ощущение гармонии жизни. В ней мало тревоги и враждебности (хотя, конечно, она может заставлять беспокоиться за Другого).

Любящие зрелой любовью независимы друг от flpyia, автономны, не ревнивы, но в то же время стремятся помочь другому человеку в самореализации, гордятся победами Другого, великодушны и забот­ливы. Зрелая любовь говорит: «Я могу прожить без тебя, но я люблю тебя, и поэтому хочу быть рядом».

Человек, склонный создавать созависимые отношения, ориенти­рован на любовь-сделку, любовь-эксплуатацию. Он не может отдать, не прося ничего взамен. Аотдав, чувствует себя использованным, опу­стошенным, обманутым. Но для зрелой личности способность отда­вать — это выражение силы и изобилия. Отдавая, зрелый человек по­лучает удовольствие, и это само по себе уже является компенсацией его эмоциональных, физических и материальных затрат.

79

Часть 1. Созависимость и семья

Зрелый человек знает своего партнера и реалистично оценивает его качества. Но при этом он ценит его таким, каков он есть, и помогает ему личностно расти и раскрываться его собственными способами — помогает ради него самого, а не ради того, чтобы он ему служил.

Зрелый человек уважает своего партнера, его психологическую тер­риторию и его психологические границы. Любовь рождается на сво­боде и не может существовать в неволе. При посягательстве на свобо­ду она начинает исчезать.

А вот как описывает зрелую любовь К. Теппервайн9: «Любовь не при­ходит согласно нашим надеждам и чаяниям. Любовь — дар жизни. И он не связан с тем, буду ли я тоже любим. Зрелый человек вступает в эту связь без каких бы то ни было ожиданий и уж вовсе без требований...

...Любовь — не статическое явление. Это — процесс, который, про­изойдя однажды, не может быть законсервирован. Любовь совершается ежедневно, в каждый момент она приобретает новые очертания и в лю­бой момент она может пробудиться к новому, другому человеку, даже если это противоречит нашим убеждениям и представлениям о морали. Жизни нет дела до наших мифов и заблуждений. Человек может лишь благодарно принимать любовь и радоваться ей, пока она гостит у него, и в любое время должен быть готов к тому, что она может уйти. Только в этом случае у него есть шансы для того, чтобы она задержалась...

...Зрелые потребности в любви:

□ Духовно зрелый человек готов по-настоящему понять другого и принимать его таким, каков он есть, со всеми сильными и сла­быми сторонами.

□ Духовно зрелый человек желает иметь партнера, которому сможет доверять и довериться, поделившись своими мыслями и чувства­ми, а также потребностями и пристрастиями. Он желает быть с теми, на кого мог бы опереться сам и кого сам сумеет поддержать.

О Зрелый человек стремится к таким взаимоотношениям, при ко­торых оба партнера имеют возможность полного раскрытия сво­ей индивидуальности и живут в любви друг с другом.

О Духовно зрелый человек относится к личностному росту и раз­витию другого также серьезно, как и к своим собственным. Он готов и способен соглашаться с другим и быть ему опорой, не отрекаясь от своей индивидуальности и не позволяя причинять себе ущерб.

□ Духовно зрелый человек готов отвечать за свою судьбу и за судь­бу партнера.

1 Теппервайн К. Как противостоять превратностям судьбы. СПб., 1996. С. 75.

80

Глава 7. Зрелые отношения любви и зрелая забота

О Духовно зрелый человек знает, что партнерские отношения не вечны и, следовательно, могут прерваться. Но он знает также, что это никак не отразится на его ответственности и любви, и благодарен каждому дню жизни».

Дж. и М. Пауль утверждают, что личная ответственность — неотъем­лемая составляющая зрелой любви. Каждый из нас сам несет ответ­ственность за выбор партнера, свое поведение, свои реакции на по­ведение партнера и за его последствия. Никто кроме нас не может нести ответственность за чувства, появляющиеся в результате наших решений, независимо от того, радостны они или горьки. Мы имеем определенные черты характера, которые лежат в основе наших взаи­модействий, а также характерные модели поведения, пристрастия и ожидания.

Для многих людей ответственность означает вину. На самом деле, мы ни перед кем не виноваты (если, конечно, не нарушаем закон). Но и перед нами никто не виноват. Мы отвечаем только за свои по­ступки и за те последствия, которые нам придется переживать в ре­зультате этих поступков — отвечаем перед собой. Но мы не несем от­ветственности за реакции других людей на эти поступки. Обратное также справедливо: мы сами отвечаем за нашу реакцию на поступки других людей.

У каждого из нас есть свое собственное представление о счастье и любви. Если мы считаем своего партнера ответственным за наше сча­стье, мы сердимся, когда не получаем желаемого. Но в действительно­сти он не несет ответственности за то, что у него другое представление о счастье, не совпадающее с нашим. Это мы несем ответственность за то, что выбрали неподходящего партнера.

Когда мы пытаемся заставить другого человека подчиниться нашему мнению, он готов пойти на любые крайности, чтобы защитить себя от

контроля и давления. Когда нам пытаются

навязать свои ценности, мы сопротивляемся,

потому что мы имеем право на собственное

представление о счастье.

Зрелая любовь говорит: «Я сделаю все, что в моих силах, чтобы по­мочь тебе оптимально реализовать свои способности, даже если это означает, что иногда тебе придется быть далеко от меня и делать что-то без меня. Я люблю тебя и поэтому хочу, чтобы ты достиг всего».

81

Часть I. Созависимостъ и семья

На мой взгляд, любовь всегда имеет некоторую степень созависи-мости, поскольку возникает и развивается в условиях некоторого де­фицита любви. Кроме того, человек с абсолютной гармоничностью и полнотой «оболочки Я» — это некий идеал, к которому мы стремим­ся, но который все-таки не достижим. Поэтому, даже когда речь идет о «зрелой личности», мы можем предположить, что подобный человек обладает некоторым вакуумом, благодаря которому притягивается зна­чимый Другой. Причем притягивается именно благодаря присутствию в нем тех качеств, или «полнот», которых по каким-то причинам не хватает.

Продолжая развивать метафору «оболочки Я», можно предста­вить себе, что абсолютно целостный человек обладает гладкой и упругой и наполненной оболочкой, в которой уже нет места Друго­му. И этот человек абсолютно самодостаточен. Однако, поскольку обычно люди имеют не настолько полную оболочку, то в ней обра­зуется пространство для другого Я, которое может частично про­никнуть в него. Практически это означает, что, испытывая любовь к Другому, человек хотя бы частично «перенимает» его взгляды, его представления о себе, присоединяется к его устремлениям, целям, принимает его способы взаимодействия с окружением и т. д. Он до­полняется партнером и ощущает себя более наполненным и сбалан­сированным, чем раньше.

До определенной степени подобное дополнение друг друга только помогает развиваться их Я, не нанося вреда и оставляя достаточно про­странства для собственного, отдельного самоопределения. Но имен­но их присутствие в Я друг друга делает утрату партнера столь болез­ненной.

С другой стороны, подобная утрата не может навредить их Я на­столько, чтобы была потеряна самоидентификация или произошло значительное опустошение. Ощущение вакуума в период пережива­ния горя проходит, как только Я самостоятельно заполнит образовав­шиеся пустоты, используя внутренние ресурсы.

Совсем другая картина наблюдается, если отношения были взаи­мозависимыми, то есть взаимное проникновение в Я партнеров было столь значительным, что при утрате оно не может быть компенсиро­вано самостоятельно, и Я остается опустошенным. Именно поэтому созависимый человек не может оставить своего партнера, даже если прекрасно понимает, что жить с ним дальше не только тяжело, но и опасно. Для него опасность опустошения своего Я значительно страш­нее, чем опасность душевной или физической боли, причиняемой любимым.

84

Глава 7. Зрелые отношения любви и зрелая забота__________________

Что происходит, если один из партнеров имеет достаточно напол­ненную оболочку Я, а второй — опустошенную? Совершенно очевид­но, что «наполненный» партнер сразу станет «донором» для «опусто­шенного». Вероятно, их представления о глубине взаимного проник­новения будут значительно различаться, и как только определенный предел будет пройден, более достаточный человек начнет испытывать сильный дискомфорт. Его естественным стремлением будет внутрен­не отодвинуться от партнера, чтобы ослабить силу его воздействия. Но именно это спровоцирует «подпитывающегося» партнера увеличить интенсивность проникновения и оккупации.

Как только «наполненный» человек почувствует, что его структуре Я грозит реальная опасность (фактически, он будет переживать жест­кое ограничение реализации своих интересов и возможностей для до­стижения индивидуальных целей, критику собственных качеств, ко­торые воспринимались им как позитивные, принуждение вести чуж­дый и не желаемый образ жизни и т. д.), он, скорее всего, поспешит покинуть партнера, поскольку для него частичное и временное опус­тошение Я будет представляться менее опасным, чем полное его раз­рушение. Таким образом, «употребляющий» чужое Я придет именно к тому, чего боялся больше всего, и тем самым еще раз подтвердит для себя сценарий отвержения.

Если же по каким-то причинам «наполненный» человек не сможет оставить партнера (например, для сохранения близких отношений с детьми, из-за чувства долга и пр.), он вынужден будет усилить защиты или оказаться вовлеченным в созависимость, которая постепенно бу­дет разрушать его Я.

Есть и более оптимистический вариант развития подобных отно­шений. С помощью «наполненного» партнера опустошенный человек может постепенно создавать себя заново, подобно тому, как это про­исходит в психотерапии, при условии, конечно, что невроз одного из них не зашел слишком далеко, а другой обладает достаточной терпи­мостью, терпением и другими качествами, которые позволят ему по­могать любимому, не опустошаясь.

Итак, зрелые отношения любви — это отношения людей, которые, Дополняя друг друга, остаются отдельными, целостными личностями, имеющими достаточно возможностей для индивидуального самораз­вития и обладающие внутренними ресурсами, независимыми от парт­нера.

Теперь, когда ясна не только «проблемная зона», но и вектор выхо-Да, мы можем рассмотреть возможности консультативной работы с со-зависимыми клиентами.

85

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ГРАНИЦ

консультирования

Консультирование созависимых клиентов — это совершенно осо-абота психолога. Суть ее особенности заключается в том, что кон-тант имеет дело с клиентом, который считает, что его проблемы вились следствием разрушительного поведения другого человека, и поэтому достижение собственного комфорта видит в изменении парт­нера кого-то из детей или даже родителей. Чаще всего такой обратив­шийся не подозревает, что является созависимым и сам нуждается в психотерапии. Соответственно, он редко бывает готов взять на себя ответственность за свою часть проблемы и прилагать активные усилия для ее разрешения.

С другой стороны, мировой опыт психотерапии показывает, что вся жизнь человека напрямую связана с комплексом устоявшихся семей­ных взаимоотношений. Стремясь изменить образ жизни клиента, пси­хотерапевт сталкивается с противоречивыми явлениями: все члены се­мьи нацелены на помощь «проблемному» родственнику и, в то же вре­мя, каждым своим шагом саботируют его конструктивные изменения.

Оказавшись в трудной ситуации «запроса по изменению другого», консультант не может «заставить» такого клиента пройти полный курс семейной или хотя бы индивидуальной психотерапии, хотя и должен использовать любую возможность для наиболее полного информиро­вания клиента о том, почему это необходимо. Но точно так же он не может согласиться менять «другого».

то же делать? Здесь я немного повторю и дополню рассуждения, с вторых начала эту книгу.

раз ак' мы не можем пойти навстречу ожиданиям клиента и начать сколь ТЬ рекоменДаЦии по манипулированию близкими людьми, по-Кого к ЭТ° противоРечит профессионализму и этике психологичес-Кто не С^льтирования, Да и совершенно неэффективно, так как ни-

С дпТаНеТ Меняться против своей воли.

Им °тчая °И СТОроны> отказав, мы оставляем человека наедине со сво-ПЬ1тками И6М> С риском погрузится в депрессию, с безуспешными по-Лее и бол °Править Другого, прибегая с течением времени ко все бо-е АестРУктивным способам.

89

Глава 1.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ГРАНИЦ КОНСУЛЬТИРОВАНИЯ

Консультирование созависимых клиентов — это совершенно осо­бая работа психолога. Суть ее особенности заключается в том, что кон­сультант имеет дело с клиентом, который считает, что его проблемы явились следствием разрушительного поведения другого человека, и поэтому достижение собственного комфорта видит в изменении парт­нера, кого-то из детей или даже родителей. Чаще всего такой обратив­шийся не подозревает, что является созависимым и сам нуждается в психотерапии. Соответственно, он редко бывает готов взять на себя ответственность за свою часть проблемы и прилагать активные усилия для ее разрешения.

С другой стороны, мировой опыт психотерапии показывает, что вся жизнь человека напрямую связана с комплексом устоявшихся семей­ных взаимоотношений. Стремясь изменить образ жизни клиента, пси­хотерапевт сталкивается с противоречивыми явлениями: все члены се­мьи нацелены на помощь «проблемному» родственнику и, в то же вре­мя, каждым своим шагом саботируют его конструктивные изменения.

Оказавшись в трудной ситуации «запроса по изменению другого», консультант не может «заставить» такого клиента пройти полный курс семейной или хотя бы индивидуальной психотерапии, хотя и должен использовать любую возможность для наиболее полного информиро­вания клиента о том, почему это необходимо. Но точно так же он не может согласиться менять «другого».

Что же делать? Здесь я немного повторю и дополню рассуждения, с которых начала эту книгу.

Итак, мы не можем пойти навстречу ожиданиям клиента и начать раздавать рекомендации по манипулированию близкими людьми, по­скольку это противоречит профессионализму и этике психологичес­кого консультирования, да и совершенно неэффективно, так как ни­кто не станет меняться против своей воли.

С другой стороны, отказав, мы оставляем человека наедине со сво­им отчаянием, с риском погрузится в депрессию, с безуспешными по­пытками исправить другого, прибегая с течением времени ко все бо­лее и более деструктивным способам.

89

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

А может быть, здесь уместны более тонкие шаги, более гибкое по­ведение психолога? Например, можем ли мы предложить человеку ра­зобраться в его семейных или супружеских отношениях, чтобы понять, в каком направлении и что именно необходимо предпринимать, чтобы разрешить существующие проблемы? Обычно на такое предложение соглашаются все. А затем уже, в процессе анализа, консультанту оста­ется постепенно и доброжелательно все настойчивей обращать вни­мание на роль самого консультирующегося в возникновении и разви­тии сложившихся отношений.

Однако, как уже было показано, дальше ситуация имеет несколько возможных направлений развития, одно из которых может выбрать клиент, ощутивший необходимость собственных изменений.

Границы консультативной работы, которые будут определяться са­мим клиентом, не важно, выберет ли он для себя ограничиться ин­формацией об общих закономерностях семейного взаимодействия, освоить более конструктивные модели поведения или проявит готов­ность к более глубоким изменениям, предполагают и соответственную работу консультанта.

К тому же, далеко не всегда эти границы оказываются непроница­емыми. Иногда они плотно захлопываются только потому, что психо­лог слишком спешит выйти на такую глубину обсуждения, к которой клиент еще не готов. Необходимо постепенное продвижение на каж­дый новый уровень. Сначала новая глубина мягко обозначается воп­росом или замечанием, для того чтобы увидеть реакцию клиента. Если клиент немедленно замыкается, спешит изменить тему или «не пони­мает» сути вопроса, это означает, что он еще не готов к такому «погру­жению». Но это вовсе не говорит о том, что работа зашла в тупик. Можно оставаться на достигнутом уровне столько, сколько необходи­мо клиенту. На каждом из них полно дел.

Обратимся к уровням консультативной работы и решаемым на них задачам.

Информационный уровень подразумевает предоставление психоло­гической информации с целью сделать клиента более грамотным.

Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса. Созави-симые люди довольно часто оказываются в ситуации кризиса. В этом они мало отличаются от других людей. Вместе с тем, они склонны к «застреванию» в кризисном состоянии и переживают его, как прави­ло, намного острее.

Любая ситуация, нарушающая статус-кво, несущая неопределен­ность, требующая выбора, принятия на себя ответственности за ре­зультат и ошибки, переживается как кризисная и, по сути, ею и явля-

90

Глава 1 Определение границ консультирования

ется, так как требует серьезных изменений в привычном укладе жизни и моделях взаимоотношений. Но подобные изменения воспринима­ются созависимыми клиентами как невозможные, поскольку в основе их устоявшихся моделей отношений лежит мощная защита от чувства несостоятельности и высокой тревожности. Именно поэтому, чтобы сохранить их, они практически всегда нуждаются в кризисной психо­логической поддержке.

Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора. Выбор — это не только обретение чего-либо, это еще и отказ — даже прежде всего отказ\ — от какой-то другой возможности. Необходимость сказать «нет» очевидной возможности всегда более или менее фрустрирует че­ловека, в связи с чем принятие решения сильно затрудняется. Что же говорить о созависимых клиентах, бессознательные потребности ко­торых требуют полного контроля над ситуацией! Выбор дается им не­легко. Они склонны ускользать от решения, одновременно настаивая на нем. Они горят нетерпением стабилизировать ситуацию, но при этом находят множество причин для того, чтобы отодвинуть необхо­димость взять на себя ответственность. Или, наоборот, под влиянием невыносимой тревожности импульсивно бросаются производить ка­кие-то изменения, не продумав возможных последствий.

От консультанта требуется умение не только выстраивать в строй­ную логическую цепочку хаотический набор информации, предостав­ляемой клиентом, но и стимулировать его применить найденное в рам­ках сеанса решение на практике.

Уровень получения коммуникативных навыков. Здесь основное со­держание работы заключается в репетициях, тренировках и ролевых играх, совсем незаметно переходящих в область когнитивной психо­терапии. Обсуждение причин неудач при взаимодействии с «трудным» членом семьи неизбежно выводит не только на неконструктивные спо­собы общения, но и на анализ чувств, переживаемых клиентом, его деструктивных установок и паттернов жизненного сценария. И здесь он, не будучи настроен на такую работу, может остановить психолога, который в этом случае еще какое-то время продолжает оставаться тре­нером — до того момента, пока клиент не удовлетворится полученны­ми навыками или не почувствует себя готовым к новому «погружению».

Уровень психотерапевтической глубины содержит в себе самые боль­шие возможности, и если клиент и консультант, наконец, добрались До него, то это само по себе — уже достижение. Зато и профессиона­лизма от психолога он требует немалого.

Последний, пятый, уровень тесно связан со всеми предыдущими. Каждый из предшествующих, различающихся по степени глубины пси-

91

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

хологической работы уровней может естественно перетекать в психо­терапию, и, в то же время, является длительным и совершенно осо­бенным взаимодействием клиента и консультанта.

Таким образом, работа психолога с созависимым клиентом зави­сит от уровня, на котором он готов работать.

Успешность продвижения от уровня к уровню зависит от несколь­ких факторов:

1) степени разделения ответственности за разрешение проблемы;

2) степени готовности активно разрешать свою часть проблемы;

3) степени глубины и жесткости причин, создавших условия для развития созависимости;

4) степени развития зависимости члена семьи, которая в свою оче­редь усугубляет деструктивность созависимости, поскольку люди, имеющие склонность к созависимым отношениям, часто выбирают партнеров, ведущих деструктивный образ жизни (ал­коголиков, наркоманов).

В последующих главах нам предстоит последовательно рассмотреть перечисленные условия успешности консультативного сопровождения и определить возможные алгоритмы действий психолога на каждом уровне консультативного взаимодействия.

глава 2.

УСЛОВИЯ УСПЕШНОСТИ КОНСУЛЬТАТИВНОГО СОПРОВОЖДЕНИЯ СОЗАВИСИМЫХ КЛИЕНТОВ

СТЕПЕНЬ РАЗДЕЛЕНИЯ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ

Для решения проблемы созависимости в семье самым идеальным был бы тот случай, когда человек понимал бы свою роль в создании и развитии деструктивных отношений и был готов активно действовать в целях конструктивных изменений. Однако, как правило, созависи-мые клиенты не умеют разделять ответственность вообще, в том числе и за возникновение проблем. Все они убеждены, что их благополучие полностью зависит от изменений значимого Другого. А вот способ дав­ления на него избирается в соответствии с личными склонностями.

Одни чувствуют себя беспомощными жертвами и передают ответ­ственность за изменение ситуации «проблемному» члену семьи, а за­тем психологу, ожидая, что:

• «проблемный» член семьи «сам все поймет и исправится» (психолог необходим для получения сочувствия и внимания);

• психолог повоздействует на «проблемного» близкого в нуж­ном жертве направлении.

Другие чувствуют себя всемогущими и берут на себя ответствен­ность за управление судьбами близких, но именно за изменение ситу­ации и свое благополучие предлагают отвечать вначале «проблемно­му» члену семьи, а затем психологу. Они:

93

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

• собираются самостоятельно менять «отбившегося от рук» и им нужен инструктаж о методах воздействия (а фактически — методах эффективной манипуляции и давления);

• ожидают, что психолог выполнит их указания и окажет влия- ние на «проблемного близкого» в нужном «властелину» на­правлении.

«Всемогущие» клиенты высказывают определенные требования по «исправлению» близкого, поскольку убеждены, что знают, что конк­ретно должен сделать психолог, и предъявляют требования к его ак­тивности. Они готовы «стараться». И если им не предоставляют чудо- действенные способы «исправления» и «влияния», обвиняют консуль­танта в непрофессионализме.

Какую бы позицию ни занимал клиент — жертвы или «всемогу­щего» — если он собирается решать проблему путем изменения близ­кого, по сути, он не берет на себя ответственность за свое участие в развитии проблемы отношений и за свою часть изменений. Он «зака- зывает» изменение партнера ему самому или психологу. При этом он всегда готов описать, как именно должен измениться значимый Дру­гой, исходя из собственных представлений о «хорошем» человеке, в соответствии со своими потребностями и возможностью «употреб­лять» партнера для своего наполнения. Разумеется, им самим это не осознается.

Дело осложняется еще и тем, что партнер (или другие близкие) дей­ствительно могут вести деструктивный образ жизни, и в таком случае желание воздействия для «исправления» выглядит весьма резонно. Объяснение, что изменить другого невозможно без его собственного желания и его собственных усилий, просто не принимается. К сожа­лению, опыт показывает, что созависимые клиенты нередко так и ос­таются на позициях «заказчика». Иногда они готовы идти даже на на­сильственные методы, и доказать им, что насилие не может созидать, а способно лишь разрушить личность — и насильника, и его жертвы, — как правило, довольно трудно.

Тем не менее среди обратившихся есть и такие, которые занимают указанные позиции лишь по причине незнания или заблуждений, пре­дубеждений, основанных на мифах. С такими клиентами вполне воз­можна конструктивная работа. При этом от консультанта требуется умение распознать «заказчика» и уметь в процессе беседы перевести их в позицию «собственно клиент».

«Собственно клиент» — это психически здоровый человек, который обращается к психологу, чтобы разрешить свою проблему. При этом

94

Глава 2 Условия успешности консультативного сопровождения ..

он предполагает или сразу указывает на свою роль в происхождении про­блемы. Он считает себя ответственным за ее разрешение и готов дей­ствовать для ее разрешения.

«Заказчик» — это человек, который заказывает консультанту изме­нение другого человека в нужном ему направлении и не видит своей роли в происхождении проблемы. Он считает, что необходимо изме­нить другого человека так, чтобы его («заказчика») это устраивало. Почти всегда такой человек стремится переложить на психолога от­ветственность за решение проблемы. Например, он может говорить: «Мой сын не хочет со мной считаться. Посоветуйте, что можно с ним сделать, чтобы он изменил свое поведение». Фактически «заказчик» чувствует себя жертвой и спасателем одновременно. И от консультан­та он ожидает позиции «спасателя».

Чтобы перевести «заказчика» в «клиенты», консультанту необхо­димо рассмотреть ситуацию с точки зрения чувств клиента, задавшись вопросами:

П Что именно волнует клиента в той или иной ситуации?

О Чем именно для него неудобна, неприятна или непереносима сложившаяся ситуация?

П Что для него самое плохое в сложившихся отношениях?

О Что было бы для него лучшим выходом?

□ Что именно он предпринимал для решения проблемы? и т. д.

Клиентка. У меня проблемы в семье из-за того, что сын совершенно не хочет считаться с моим мнением. Он все время спорит со мной, делает все по-своему. Недавно я узнала, что он курит «травку», Я пыталась разговаривать с ним, подкладывала ему брошюры о вреде наркотиков, ругалась, отказывалась кормить, обстирывать, не давала денег. Я надеялась, что он изменится под моим влияни­ем, но, перепробовав все средства, поняла: все безрезультатно. Вы — последняя надежда.

Консультант. Сын не считается с вашим мнением и настаивает на своем? Расскажите, пожалуйста, подробнее, как это происходит. Может быть, вы опишите какой-то конкретный случай. => Консуль­тант замечает, что женщина Выступает В роли «заказчика», но пока оставляет ее в этой позиции и исследует проблему.

Клиентка. Я затрудняюсь так сразу ответить. Таких случаев много, на каждом шагу. Просто ему нравится мне противоречить.

Консультант. Так много случаев, что трудно выбрать один. Тогда расскажите о самой последней вашей ссоре, когда он вам проти­воречил. => Консультант помогает клиентке от общих обви­нений перейти к конкретному содержанию.

95

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Клиентка. Последняя... Это просто смешно! Он снова куда-то со­брался идти, а было уже девять часов вечера. Я сказала ему, что лучше бы он не шлялся по ночам, а спал, тогда, мол, не придется днем спать, а можно будет делами заниматься. Тогда он заорал, что это не мое дело, что он уже совершеннолетний. Я говорю: лет много, а сидишь на моей шее, мол, хочешь быть самостоятельным, иди работать. Тогда он хлопнул дверью и ушел. Пришел под утро, «обкуренный». Я не знаю, что делать... (Плачет.)

Консультант. Похоже, что это очень тяжело для вас. Скажите, по­жалуйста, а что вас особенно сильно беспокоит в данной, конк­ретной ситуации? => Консультант, используя свое наблюдение за состоянием клиентки в настоящий момент, переводит раз­говор с жалоб на сына на описание переживаний самой клиен­тки. Таким образом «заказчица» становится «собственно кли­енткой».

Возможно и еще одно из состояний клиента.

«Гость» — это человек, которого привели на консультацию или заставили посетить психолога для решения проблемы, которую сам человек не считает своей или не собирается ее решать. Такой кли­ент — жертва давления со стороны, однако он может не пойти в сво­их жертвоприношениях дальше посещения психолога. У него может быть своя осознанная позиция относительно той проблемы, кото­рую его заставляют решать, или относительно тех людей, которые желали бы его изменить. Особенно часто «гостями» становятся под­ростки или супруги.

Работать с таким клиентом чрезвычайно тяжело, однако возмож­но. Для этого необходимо выразить сочувствие и принятие нежелания клиента работать с психологом. А затем поинтересоваться, есть ли в сложившейся ситуации нечто, интересующее его самого.

Консультант. Вы говорите, что пришли по настоянию матери. А вы сами считаете ее жалобы на ваше афессивное поведение и наркоти­ческую зависимость обоснованными? => Консультант исследует от­ношение к проблеме клиента, занимающего позицию «гость».

Клиент. Я не знаю, что ей надо. Я нормально себя веду. Пусть мень­ше лезет в мои дела. А то сама лезет, нарывается, а потом жалуется.

Консультант. Вы действительно употребляете наркотики? => Кон­сультант пока никак не реагирует на последнее высказыва­ние клиента, просто принимая его к сведению, и продолжает исследовать заявленную мамой проблему.

96

__________Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...___________

Клиент. Да чего я там «употребляю». Ну, покуриваю иногда «травку». Кто ее не покуривает? Ерунда это все.

Консультант. То есть вы не видите в этом проблемы? => Консуль­тант исследует позицию молодого человека, его отношение к данной ситуации.

Клиент. Нет никакой проблемы.

Консультант. А как, по-вашему, что именно заставляет вашу маму так волноваться?

Клиент. Не знаю... Она всегда лезет в мои дела... У нее своей жизни нет, вот она и цепляется за меня.

Консультант. Что значит «цепляется»?

Клиент. Ну, пристает. То куда пошел, то где был.

Консультант. Вам не нравятся такие вопросы?

Клиент. Нет. Злит это.

Консультант. А что именно вызывает злость? => Консультант упот­ребляет слова клиента и постепенно вовлекает его в обсуж­дение своих переживаний.

Клиент. Ей волю дай, она за ручку меня будет водить. Не так сидишь, не так свистишь...

Консультант. То есть она контролирует вас, указывает вам, что и как делать, и у вас нет свободы? Так? => Консультант интерпре­тирует высказывание клиента и тут же проверяет точность интерпретации.

Клиент. Вот именно!

Консультант. И вы действительно не имеете свободы?

Клиент. Имею, конечно. Но если бы слушал ее, то сидел бы дома, как болван.

Консультант. И что вы делаете, чтобы не сидеть дома и не слушать маму? => Консультант заметил, что клиент ассоциирует че­ловека, сидящего дома, с «.болваном», но пока не уточняет этой позиции, сосредоточившись на сути конфликта между мате­рью и сыном. Вы можете заметить, что сейчас клиент уже разговаривает как «.собственно клиент» — постепенно он вов­лекается в обсуждение его отношений с матерью.

Клиент. Я просто ухожу. Иногда, правда, она доводит, тогда я ору на нее.

Консультант. Бывает ли так, что вы идете на уступки вашей маме?

Клиент. Не знаю. Да я не обращаю на нее внимания. Вот она еще и поэтому бесится.

Консультант. Она обижается, злится?

Клиент. Да.

Консультант. А если бы вы обратили на нее внимание, то как бы это могло выглядеть?

Клиент. Она просто стала бы требовать еще больше. Я же говорю, она хочет, чтобы я всегда был дома, всегда слушался ее. Ей напле-

4 Зак 4656 пу

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

вать, что мне 22 года. => Клиент явно вовлечен в обсуждение проблемы.

Консультант. Получается, что она хочет по-прежнему управлять вами, а вы чувствуете, что вы достаточно взрослый, чтобы быть самосто­ятельным. И все-таки вы пошли ей на уступки и пришли на прием. Что вас заставило уступить ей?

Клиент. Пусть поймет, что со мной все в порядке, и отстанет.

Консультант. Что произойдет, если она отстанет от вас?

Клиент. Мне будет спокойнее. Вообще-то она неплохая. Мне тоже эта напряженка дома «не катит».

Консультант. Ис вами действительно все в порядке?

Клиент. Ну, а что не так-то? Я учусь. Закончу университет, буду рабо­тать.

Консультант. Я так поняла, что вашу маму очень беспокоит ваше курение «травки». А вы считаете, что это не проблема. И видимо, этот вопрос необходимо как-то разрешить, поскольку он вносит особенно сильный конфликт в ваши отношения.

Клиент. Ну, я действительно не наркоман. Я понимаю, она боится. Но я не колюсь и даже «колеса» не употребляю. Вы бы объяснили ей, что курение это не то же самое, что игла.

Консультант. Я хотела бы задать вам несколько вопросов, чтобы прояснить для себя действительную картину с наркотиками. Вы согласны ответить?

Клиент. Да, пожалуйста, я не против. Главное, чтобы мать убедилась, что все в порядке.

Дальше консультант установила, что зависимость уже существует, и, ис­пользуя наглядный материал, разъяснила клиенту, в чем суть зави­симости, и как он может решить эту проблему. В заключение кон­сультант предложила и молодому человеку, и его матери свое консультативное сопровождение в дальнейшем разрешении про­явившейся проблемы их взаимоотношений.

Итак, задача консультанта, в первую очередь, состоит в том, чтобы определить, с кем он имеет дело — с «гостем», «заказчиком» или с клиен­том. Эффективной может быть только работа с «собственно клиентом».

Разделение ответственности касается не только взаимоотношений в семье созависимого, но и отношений клиента и консультанта. «За что отвечает консультант, за что он отвечать не может, и за что отвеча­ет клиент?

А. Консультант отвечает:

• за свой профессиональный уровень,

• за достоверность информации, предоставляемой клиенту,

• за анализ происходящего в процессе консультации,

98

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...

• за соблюдение временных рамок,

• за соблюдение основных правил и принципов консультиро­вания.

Б. Консультант не может отвечать за то:

• каким образом клиент будет распоряжаться полученной ин­формацией,

• за те решения, которые он принимает,

• за те чувства, которые испытывает клиент (консультант пред­лагает их осознать и проанализировать»11.

В то же время, клиент — это человек, наделенный максимальны­ми правами. Он имеет право не только использовать время консуль­тации по своему усмотрению, но и вести себя так, как захочет. Един­ственное, чего ему нельзя делать, — это совершать насилие над кон­сультантом, разрушать что-либо и приносить реальный вред своим поведением.

Зато клиент может не иметь никакого представления о том, чем от­личается психолог от гадалки, экстрасенса, психиатра или гуру. При необходимости, все это ему должен объяснить психолог.

Клиент может сообщать консультанту о своей системе ценностей и, в отличие от консультанта, настаивать на сохранении даже некон­структивных установок. Правда, при этом он же и несет за это ответ­ственность перед самим собой и своей жизнью.

Клиент может не захотеть меняться и в любое время прервать кон­сультативный контакт. Кроме того, он имеет право не доверять психо­логу и «проверять» его надежность.

Клиенты могут обладать самыми разными чертами характера, тем­пераментом, особенностями поведения, впрочем, как и консультант. Но они имеют право не знать об этих особенностях и закономернос­тях их проявления, а вот консультант, как раз, должен знать это очень хорошо. При этом клиент имеет право проявлять все эти особенности в период консультации. А вот консультант на это права не имеет, — напротив, он должен тщательно следить за проявлением своих эмо­ций, характерных реакций и за своим поведением.

Клиент имеет право придерживаться собственного представления о закономерностях мира, о том, каково происхождение его проблемы и какого рода помощь ему нужна. И он может требовать этой помощи У психолога, который, правда, тоже правомочен объяснить, может ли

11 Методическое пособие для специалистов, работающих с родителями наркозави­симых. СПб., 1999. С. 22.

99

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

он предоставить запрашиваемую помощь.

Вступая во взаимодействие с психологом, клиент практически ни­чего и никому не обязан. Но при этом он, все-таки, несет ответствен­ность перед самим собой:

• за конструктивное использование (или неиспользование) вре­мени консультации;

• за готовность (или неготовность) рисковать и открываться пе­ред консультантом;

• за те эмоции, которые он переживает в период консультиро­вания и после сессии;

• за готовность (или неготовность) переживать дискомфорт, связанный с необходимостью изменений;

• за выполнение (или невыполнение) рекомендаций психолога;

• за применение (или неприменение) в жизни знаний и уме­ний, полученных на консультации, а значит, за достижение (или недостижение) поставленных целей.

Тема ответственности в консультативном процессе непосредствен­но связана с отношениями между клиентом и консультантом. Когда психолог имеет дело с созависимым человеком, он немедленно чув­ствует, как тот стремится втянуть его в привычный ему процесс по­глощения или растворения. И в первую очередь это проявляется в той психологической позиции, которую занимают клиент и консуль­тант.

Когда люди взаимодействуют между собой, они могут быть в трех основных позициях: «сверху», «снизу» и «на равных».

Ярко выраженная позиция «сверху» — это позиция начальника по отношению к подчиненным, позиция учителя по отношению к уче­никам, позиция строгого родителя по отношению к ребенку. Это до­минирование, стремление руководить, указывать, решать за других. Позиция «снизу» — это позиция подчинения, бессилия и часто безот­ветственности. Позиция «на равных» — это взаимодействие двух рав­ноправных людей. Она предполагает разделение ответственности, уважение психологических границ партнера, экологически чистое взаимодействие, взаимное доверие и веру в силы и возможности друг друга.

Рассмотрим эти позиции в консультативном взаимодействии.

Позиция консультанта «сверху». Это — наиболее распространенная ошибка среди психологов. С этой позиции происходит навязывание своих представлений и своей системы ценностей. Директивность пси­холога в такой позиции приводит к возникновению у клиента ощуще-

100

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...

ния давления и даже насилия. Обсуждение психологических аспектов проблемы заменяется трансляцией социальных, этических, нравствен­ных норм. Вместо сопровождения клиента при решении его пробле­мы консультант буквально «волочет» его к «правильному» решению. В такой ситуации у клиента либо растет сопротивление и полностью ут­рачивается доверие к психологу, либо формируется зависимость от консультанта, развивается ощущение собственного бессилия: клиент полностью перекладывает на плечи «всемогущего» и «всезнающего» специалиста всю ответственность за решение проблемы.

Позиция консультанта «снизу». Эта позиция консультанта делает невозможным консультирование как таковое. Консультанта просто ис­пользуют с различными целями. Консультативное взаимодействие в такой позиции абсолютно неэффективно: у клиента нет доверия, у кон­сультанта нет возможности вести равный диалог.

Обычно такой позиции консультанта добиваются манипулян-ты, которые преследуют цель неврртического наслаждения влас­тью и унижением собеседника. Но иногда основным приемом вза­имодействия становится нападение — защитная реакция клиен­тов, которые испытывают трудности в принятии помощи вообще и психолога в частности. Особенно часто мольба-нападение осу­ществляется, когда к психологу-женщине обращаются властные мужчины (обычно это происходит только в самых острых кризис­ных состояниях).

Взаимодействие клиента и консультанта на равных. Это — единствен­но возможная позиция в чистом консультативном пространстве. Она предполагает доверие консультанта к силам и возможностям клиента, ответственность клиента за свою судьбу в целом и, в частности, за раз­решение своей проблемы, а также включает в себя ответственность кон­сультанта за свою профессиональную компетентность, за соблюдение условий безопасности клиента и экологической чистоты консульти­рования.

На своих семинарах-тренингах в курсе практической подготовки уже работающих психологов я предлагаю им подумать над некоторы­ми вопросами, которые являются хорошей проверкой, действительно ли консультант на равных взаимодействует с клиентом.

□ Испытываю ли я волнение, что не смогу разрешить проблему клиента? Если да, значит:

• я беру на себя ответственность за судьбу клиента и стою над ним;

• я не верю, что он способен справляться со своими трудностя­ми, и собираюсь делать это за него;

101

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

• я не уверен в собственной профессиональной компетентнос­ти, переживаю свою беспомощность и нахожусь под клиен­том, каким бы ни было мое поведение;

• я думаю, будто должен знать все обо всем, и, следовательно, претендую на роль Бога.

□ Готов ли я значительно превысить время консультации для того, чтобы как можно быстрее разрешить проблему клиента? Если да, значит:

• я слишком заинтересован в участии в чужой проблеме и со­здаю созависимые отношения;

• я использую клиента для своего удовлетворения и нахожусь вне консультативного пространства;

• я не доверяю силам клиента и не верю, что он может прожить без меня до следующей консультативной встречи;

• я — над клиентом и веду его, а не сопровождаю в решении своих проблем.

□ Сомневаюсь ли я в том, что клиент может сам прийти к необхо­димым выводам и разобраться в том, что для него будет лучше? Если да, то я считаю, что знаю ответы на все случаи жизни. Это значит, что я играю роль Бога в судьбе клиента, что я нахожусь над ним.

□ Испытываю ли я нетерпение или раздражение, когда клиент слишком медленно двигается к разрешению своей проблемы, не стараюсь ли тайно или явно подсказать ему выход из затруд­нительного положения? Если да, значит:

• я не принимаю особенностей личности клиента, его индиви­дуальных привычек и трудностей в произведении изменений и принятии решений;

• я слишком тревожен и плохо переношу ситуацию неопреде­ленности и «утешаю» себя за счет клиента, а это значит, я пользуюсь клиентом, и я — над ним.

□ Считаю ли я, что клиент двигается в «неправильном» направле­нии, что он принимает «неверное» решение и делает «плохой» выбор? Если да, значит:

• я не уважаю ценностей клиента, не принимаю его склоннос­тей и приоритетов;

• я считаю, будто лучше знаю, что «хорошо» и что «плохо» для каждого человека, и я нахожусь над клиентом.

Созависимые клиенты бессознательно стремятся к тому, чтобы кон­сультант занял позицию «спасателя». В то же время, эта позиция свой-

102

_______Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...___________

ственна многим людям, работающим в сфере помогающих профессий. Поэтому консультантам надо хорошо знать свои особенности и то, как они могут проявляться, чтобы вовремя почувствовать и купировать свою готовность вступить в созависимые отношения.

Давайте рассмотрим пример того, как НЕ надо делать. Это запись «консультации», проведенной по телефону экстренной психологичес­кой помощи начинающим консультантом.

Клиент, чья проблема состояла в том, что он проживал с пьющей и посто­янно изменяющей ему женщиной, к этому времени был уже изве­стен как «зависающий». Он заботился о жене и одновременно ненавидел ее. В беседах с другими консультантами он объяснял свое нежелание развестись тем, что ребенка отдадут ей, а она со зла не даст им видеться. Клиент отстаивал данную причину как единственную, удерживающую его рядом с пьющей женой. Кроме того, этот клиент отличался агрессивностью и часто использовал консультантов-женщин для выброса своих негативных эмоций. Новая сотрудница, которая еще не знала об этом, оказалась хоро­шей мишенью для его новых манипуляций.

В приведенной беседе позиции клиента и консультанта менялись, но по­чти не было общения на равных.

Итак, мужчина, 40 лет. Разговаривает требовательным тоном, очень резко.

Клиент. Как вас зовут?

Консультант. Лидия.

Клиент. Сколько вам лет? =* Клиент «допрашивает» консультан­та.

Консультант. Это важно для вас? => Консультант говорит неуверенно, находится в позиции «снизу» и пытается защи­щаться.

Клиент. Я не буду разговаривать с соплячкой. Она меня не поймет.

Консультант. А сколько вам лет?

Клиент. Сорок.

Консультант. Я немного постарше. Вас устраивает?

Клиент. А дети есть?

Консультант. Есть.

Клиент. А мужа любите? => Допрос продолжается.

Консультант. Я не обязана перед вами исповедоваться. => Напря­жение консультанта растет. Она защищается уже резко. Кон­сультативное взаимодействие невозможно.

Клиент. Но вы обязаны мне помочь. => Клиент давит на консуль­танта.

Консультант. Давайте поговорим о вашей проблеме. Раз позвонили в час ночи, вероятно, у вас есть, что обсудить? => Консультант

103

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

пытается установить возможность конструктивного взаи­модействия. Ей удается занять позицию «на равных».

Клиент. Моя жена — дрянь. Она мне изменяла с моим другом. Она от меня уходила, а сейчас вернулась. => Клиент идет на контакт. Он сообщает о том, что его мучает в данный момент.

Консультант. Я понимаю ваше состояние. Вам очень больно. Вы можете мне рассказать, как это произошло? => Консультант со­вершает ошибку: на самом деле она не понимает состояние клиента, так как еще не прояснила его. Она лишь предполага­ет, что может чувствовать человек в подобной ситуации.

Клиент. Меня пять лет не было рядом с ней и ребенком. Она сказала, что ей не на что было жить, нечем кормить сына, поэтому она выбрала моего состоятельного друга. => Клиент остается в кон­такте, он продолжает рассказывать о проблемной ситуации.

Консультант. А где были вы?

Клиент. В Афганистане. Я считаю, что настоящий мужик должен все попробовать.

Консультант. То есть вы сами туда поехали, а не по приказу? => В голосе консультанта прозвучало осуждение. Она против уча­стия в войне и внесла в консультативный контакт свои лич­ностные ценности, тем самым косвенно выразив клиенту не­принятие его выбора. Консультант заняла позицию «сверху». Клиент уловил осуждение.

Клиент. Да. Я сам решаю, что мне делать. Я вовсе не обязан вытирать бабьи сопли. =* Клиент агрессивно реагирует на косвенное на­падение консультанта. Он снова подавляет, защищаясь.

Консультант. Значит, ваша жена была одна и без вашей поддержки по вашей воле. Может быть, у нее был единственный выход — выбрать вашего друга. Ведь на руках у нее был ребенок, ваш сын. => Консультант встает на сторону жены клиента, противо­стоит клиенту и косвенно его обвиняет, продолжая оставать­ся в позиции «сверху».

Клиент. Тогда почему она купила сыну шмоток на пятьсот рублей, а себе на десять тысяч? А остальные деньги где? Я же на покупку квартиры деньги собирал и ей их доверил, как женщине. Я же говорил ей, чтобы ни копейки не тратила — все это на жилье. => Клиент кричит, но оправдывается. Он в позиции «снизу».

Консультант. Разве она не может покупать себе одежду или что-то другое? Ведь она женщина! Кроме как откладывать деньги на квар­тиру, вы поддерживали ее материально? => Консультант по-пре­жнему находится на стороне жены клиента, она защищает, оправдывает ее. Вопрос служит для «разоблачения» неспра­ведливости клиента. Идет борьба. Консультативного взаимо­действия нет.

104

Глава 2 Условия успешности консультативного сопровождения

Клиент. Нет. Но я никогда не изменял ей, хотя у меня было много возможностей. => Клиент снова говорит о своей боли, продол­жает оправдываться, хотя и кричит.

Консультант. Это был ваш выбор, ваша жизненная позиция. У нее своя жизнь была все эти пять лет, которые вы отсутствовали. Мо­жет быть, она только так и могла прожить? =» Снова защита жены клиента.

Клиент. Она — дрянь. Воспитала сына неправильно. Сейчас я его хочу чему-то научить, чтобы он был мужиком. => Клиент продолжает кричать о своей боли.

Консультант. Как вы его учите?

Клиент. Старым дедовским методом.

Консультант. То есть вы его бьете?

Клиент. Да. Он должен понять, что жизнь — дрянь, должен быть го­тов ко всякой мерзости, физическим унижениям, чтобы вырабо­тать характер, а жена ему купила шампунь, туалетную воду, фен для волос! Да ей спьяну-то все равно, что покупать. Она то пьет неделю, то деньги транжирит.

Консультант. Что плохого в том, что сын будет мыть голову шампу­нем? => Снова косвенное осуждение клиента.

Клиент. Он же не баба! А жена делает из моего сына ублюдка. Убить я ее хочу. => Гнев, выражаемый клиентом, достиг своего апо­гея. Наконец, консультант отражает его чувства.

Консультант. Если вы считаете, что совместное проживание невоз­можно, — а я чувствую ненависть в вашем голосе...

Клиент. Я ее ненавижу. =ф Клиент откликается на высказывание консультанта.

Консультант. Что мешает вам расстаться с женой? Вы могли бы как-то по-другому устроить свою жизнь. => Консультант, не уде­лив должного внимания чувствам клиента, пытается решать за него его проблему.

Клиент. А может, я люблю ее. => Клиент защищается, но при этом отвечает на вопрос консультанта.

Консультант. Если любите, почему бы вам не простить ее? => Сно­ва консультант «сверху», снова решает проблему за клиента, при этом нивелируя его чувства.

Клиент. Еще чего! Я сначала кастрирую того козла, а потом убью жену. => Клиент продолжает выражать свой гнев в виде мсти­тельных планов.

Консультант. Как вы будете себя чувствовать после этого? => Кон­сультант делает верный ход, когда не пытается сразу отго­варивать клиента, и исследует вместе с клиентом послед­ствия его поступка.

Клиент. Замечательно! => Клиент продолжает мстительные мечты.

105

1

£

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Консультант. Но ведь жизнь человеческая бесценна. Вы живете так, как считаете нужным, то есть вы имеете право жить так, как вы хотите. Почему же ваша жена не имеет такого права? Почему ваш сын не имеет такого права? => Консультант «воспитывает» клиента, снова находится «.сверху».

Клиент. Правильно! Баба бабу защищает. Я прошу совета, поддерж­ки, а вы защищаете эту тварь. => Клиент агрессивно реагирует на непринятие консультантом его чувств и желаний.

Консультант. Разве вы не считаете, что каждый человек от рожде­ния имеет право на жизнь? =ф Продолжает воспитывать клиен­та. Находится «сверху».

Клиент. Такие, как моя жена, — нет! Я ее ненавижу. Я излил вам душу, а вы не хотите меня понять и помочь мне! => Клиент уже открыто кричит о помощи.

Консультант. Моя помощь заключается в том, что я вас выслушала. Но я не могу за вас решать ваши проблемы, так же как я не могу за вас прожить вашу жизнь. Это вам выбирать. =* Консультант не может принять клиента, она остается в позиции «сверху» и сворачивает контакт.

Клиент. А тогда за каким чертом вы там сидите и ничего не делаете? => Нападает, закрывая боль разочарования.

Далее шла нецензурная брань. Клиент бросил трубку.

Таким образом, позвонив в состоянии сильнейшего напряжения и гнева, клиент начал «сбрасывать» его на консультанта с первых же минут общения. Консультант не смогла в таких условиях удержать пози­цию на равных (это действительно очень сложно). В результате она почувствовала сильное раздражение и начала нападать. Из позиции «сверху» она уже не слышала клиента и не использовала несколько возможностей восстановить консультативное взаимо­действие.

СТЕПЕНЬ ГОТОВНОСТИ РЕШАТЬ СВОЮ ЧАСТЬ ПРОБЛЕМЫ

К сожалению, очень часто обратившиеся по поводу деструктивных отношений с близким, в том числе и в случаях созависимости, огра­ничиваются одной консультацией, либо посещают психолога регуляр­но, иногда на протяжении длительного времени, но так никогда и не приходят к каким-либо позитивным изменениям в своих отношениях с близкими или в проблемной ситуации, которая их не удовлетворяет.

106

_______Глава 2 Условия успешности консультативного сопровождения...___________

Обычно это те, кто:

1) хочет получить информацию о том, можно ли «исправить» про­блемного близкого и где это можно сделать;

2) собирается получить готовый рецепт по решению своей пробле­мы;

3) считает, будто психолог обладает неким «волшебным набором» средств, которые сами по себе все изменят;

4) хочет получить нравственную, социальную, моральную оценку происходящему;

5) имеет скрытую цель доказать, что, несмотря на все старания, его проблему просто невозможно решить;

6) имеет вторичную выгоду от существования проблемы и ищет внимания, а не решений.

Рассмотрим эти группы клиентов подробнее.

1. В первом случае вполне возможно, что клиенты имеют ложные мифы о том, в чем состоит суть работы психолога. Та же причина него­товности к решению проблемы может быть и во втором и третьем слу­чаях. Здесь психологу необходимо просто разъяснить, как именно стро­ится работа с психологом, а затем, в зависимости от изменившегося запроса клиента, проводить консультацию на уровне, который допус­кает клиент. Однако возможна и другая причина неготовности решать проблему.

2. Клиент собирается получить готовый рецепт — это так называе­мые клиенты рентной ориентации. Они пришли к психологу, задали свой вопрос и считают, что тем самым сделали все, что от них требова­лось. На самом деле они не желают ничего менять в своей жизни. Не­смотря на то что, как правило, они формулируют свой запрос в форме «пойду на все, только скажите, что делать!», предложение семейной психотерапии или пересмотра собственных позиций в отношениях, то есть кропотливая и последовательная работа над собой, вызывает не­довольство, разочарование и желание найти «настоящего» консультан­та. Такие клиенты хотели бы получить чудодейственный способ из­бавления от проблем и «спасения» своего близкого.

Иногда клиенты рентной ориентации бывают довольно настойчи­выми и даже агрессивными. Таких посетителей называют требователь­ными рантье.

Клиенты-рантье могут одновременно быть «заказчиками», угова­ривая или требуя изменить своего партнера или кого-то еще. Но они могут приходить и с «заданием» относительно собственного состоя­ния. Например, просят или требуют, чтобы психолог «сделал что-ни-

107

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

будь», чтобы они перестали волноваться, раздражаться, бояться и т. д. Это поначалу обнадеживает, ведь человек хочет изменить что-то в себе. Но позже выясняется, что такие клиенты ожидают волшебных дей­ствий со стороны психолога. «Напрягаться» по поводу собственной проблемы они не собираются, надеясь, что все необходимое сделает консультант.

Что делать психологу в подобной ситуации? Прежде всего, ему следует отказаться от роли «всемогущего мага», а затем предложить клиенту проанализировать ситуацию, чтобы понять, что мог бы сде­лать клиент для ее изменения в желаемую сторону. При этом не сле­дует начинать с возражений. Скорее здесь уместна так называемая техника Франклина, которая представляет собой следующий алго­ритм.

1. Выразить согласие с тем, что мнение человека имеет право на существование.

2. Согласиться, что в определенных ситуациях это мнение могло бы принести определенную пользу, и описать эту предполагае­мую ситуацию.

3. Описать ситуацию, которая существует в реальности, и указать на ее отличие от предполагаемой.

4. Предложить свое видение происходящего.

Например, консультант может сказать: «Действительно, многие думают, что психолог обладает какими-то особенными возможностя­ми, которые позволяют ему моментально разрешить любую проблему и повлиять на людей так, что они сразу начинают вести себя по-друго­му. Наверное, это было бы замечательно. Тогда многие проблемы дав­но уже перестали бы существовать, и люди были бы более счастливы. Но психолог — это только человек, обладающий определенными зна­ниями, которые помогают ему грамотно проанализировать ситуацию, увидеть в ней определенные закономерности, помочь клиенту лучше понять, что с ним происходит и всесторонне рассмотреть проблему. Его профессиональные действия приводят к тому, что человек уже сам может увидеть, какие действия с его стороны могут быть наиболее по­лезными. Для всего этого нужны наши совместные усилия. Я готов помогать вам. А мне понадобится ваша помощь, чтобы понять то, что вас волнует, и то, что происходит».

Однажды на одном из тренингов для психологов-консультантов мы устроили небольшой брифинг на тему: «Что делать, если клиент тре­бует готового рецепта?»

Вот примеры ответов, которые предложили участники.

108

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения..

«Советы давать легко, а вот выполнять такие указания очень труд­но, да и не всегда возможно, ведь это решения совсем чужого челове­ка. Давайте вместе думать и искать решение».

«Вы знаете, я обычно избегаю давать советы. Как психолог я знаю: то, что годится для одного, может совсем не подходить для другого и даже оказаться вредным. Давайте поищем вместе подходящее именно вам решение».

«К сожалению, у меня нет готового совета для вашей ситуации. В та­ких вопросах нужен индивидуальный подход. Зато мы можем поис­кать решение вместе».

«Вначале я хотела бы выслушать вас и понять ваш взгляд на ситуа­цию. А затем мы вместе с вами поищем решение. Вы согласны?»

Иногда лучше вообще не акцентировать внимание на слове «совет». Вместо этого можно предложить подробно рассказать о проблеме, зада­вать вопросы, уточнять, отражать, исследовать. В процессе консуль­тирования клиент сам поймет, что лучший «совет» — его собственное решение.

При настойчивой просьбе можно:

а) объяснить структуру консультации. Например: «Давайте снача­ла мы проанализируем, что происходит, как это влияет на вашу жизнь, что в этом есть плохого, что хорошего, что надо изменить, что оста­вить, что вы хотите иметь вместо того, что происходит сейчас. А потом решим, что делать. Хорошо?»;

б) показать, что бессмысленно просить чужого совета, так как от­ветственность за его принятие все равно будет лежать на клиенте. Например: «Предположим, я даю вам совет. Что вы будете делать, если он вам не подойдет?.. Значит, все-таки, вы сами будете решать, что вам подходит? Тогда давайте сократим путь и вместе будем искать ре­шение, которое вам подходит».

При навязчивом требовании можно применить парадоксальную ин­тервенцию — дать совет, явно доведенный до абсурда, явно не подхо­дящий клиенту. Например, отцу, который требовал совета, как сделать так, чтобы его восемнадцатилетний сын не выходил из его повинове­ния, я посоветовала провожать его в колледж, встречать, записывать на диктофон все его телефонные разговоры. Клиент возмутился: «Это же невыполнимо!» Тогда я задала вопрос: каким другим способом он собирается осуществлять столь тотальный контроль? «Получается, что я должен ему доверять», — сказал клиент.

3. Клиенты, считающие, будто психолог обладает неким «волшебным набором» средств, которые сами по себе все изменят, — это люди, кото­рые имеют нереалистические представления о психологе в сочетании

109

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

с рентной ориентацией. Так что от консультанта требуются те же на­выки, что и при общении с желающими получить готовый «рецепт». 4. Клиенты, которые хотят получить нравственную, социальную, моральную оценку происходящему, — это люди, которые:

• хотят заручиться авторитетом психолога для оправдания сво­их действий,

• нуждаются в авторитетной поддержке в осуждении своего партнера и в оценке его «неправоты»;

• желают получить обратную связь — как их поступки или си­туация выглядят в глазах другого человека с точки зрения со­циальных, моральных и нравственных норм.

Во всех этих вариантах основная цель — снять с себя груз ответ­ственности, избавиться от тревожности и чувства вины и заполучить на свою сторону авторитетного «защитника».

В связи с этими целями они ставят перед психологом вопросы в такой форме, которая сразу проясняет их истинную задачу взаимодействия.

Г. С. Абрамова перечисляет четыре типа задач взаимодействия12.

Социальные задачи. Клиенту необходимо соответствие действий и переживаний каким-либо эталонам или нормам. Он мыслит в катего­риях «правильно—неправильно», переживает свое несоответствие этим нормам: «У меня ненормальная семья», «Что люди скажут?», «Да все бы ничего, но люди видят!» Именно социальные критерии вызывают у них чувство дискомфорта. И именно их в данном случае выдвигает созависимый человек на первый план.

Однако если консультант вступит в обсуждение «правильного» или «неправильного» в сложившейся ситуации обратившегося, он непре­менно займет позицию судьи и навязывания чужеродных воззрений в сложившуюся ценностную систему клиента.

В таких случаях консультанту необходимо показать относительность «нормального» и «ненормального», «правильного» и «неправильного», объяснить, что консультант не может решить за клиента, что ему хо­рошо и что плохо — это всецело его собственное представление, убеж­дение, установка.

Тем не менее при консультировании человека, созависимого с нар­команом или алкоголиком, часто возникает вопрос о «правильном» понимании сути зависимости, о том, «нормально» ли, когда подрос­ток изредка покуривает «травку» и т. п. Эти вопросы не надо путать с социальным оцениванием — они касаются знания закономерностей

2 Абрамова Г. С. Введение в практическую психологию. М., 1996. С. 37.

ПО

________Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...___________

развития зависимости. Соответственно, они относятся к информиро­ванию клиента и не носят характера навязывания системы ценностей.

Этические задачи. Часто случается, что переживания клиента ори­ентированы на шкалу оценки «хорошо—плохо», «можно—нельзя». Все в своей жизни он воспринимает именно в этом свете. Если сам он зат­рудняется провести оценку, то ориентируется на других людей. При такой ориентации клиент постоянно стоит перед выбором, как оце­нить то или иное событие, например: «Это же плохо, когда ребенсх не слушается», «Нельзя же человека все время хвалить?», «Разве хорошо, что он все время задерживается на работе?» И это ограничивает его спонтанные реакции и осознавание собственных чувств.

Работая с этической задачей взаимодействия, психолог должен:

• четко обозначить тему взаимодействия,

• выделить и обсудить с клиентом систему его оценок,

• показать клиенту ограниченность оценочной шкалы «хоро­шо—плохо»,

• продемонстрировать примеры более сложного устройства мира, относительность оценок.

При консультировании близких наркозависимых этическая задача взаимодействия проявляется не в самом обсуждении болезни близко­го, поскольку зависимость — это бесспорно негативное явление, а при обсуждении поведения, реакций, позиций, проявляющихся у них в отношениях с зависимым.

Нравственные задачи связаны с ориентацией на переживание доб­ра и зла. Сами по себе критерии добра и зла не вносят в переживания человека никаких качественных изменений. Эти понятия условны. Все дело в том, что принимает сам человек за добро и зло.

Здесь задачи психолога подобны предыдущим: показать относитель­ность этих понятий для разных людей и помочь увидеть внутреннюю причину переживаний.

Однако довольно часто близкие наркомана формулируют свое от­ношение к наркотикам как к «злу, которое пришло в мой дом» и проти­вопоставляют этому злу собственную доброту и заботу, а также говорят о «несправедливости судьбы». В этом случае вряд ли будут уместными рассуждения об относительности добра, зла и справедливости. Возмож­но, теоретически мы можем представить себе, что Судьба или Бог луч­ше знает, кого отнять и «за что наказан» данный человек, но к психоте­рапии это не имеет никакого отношения, поскольку задача консультанта быть рядом с клиентом, который, скорее всего, находится в хрониче­ском кризисе и нуждается в обычной человеческой поддержке.

111

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Собственно психологические задачи. Клиент ставит вопрос о значе­нии того или иного своего переживания, поступка. Он не только де­монстрирует свои переживания, убеждения, но и готовность их менять, сопоставлять разные системы оценок. Он открыт для освоения других форм поведения и установок.

В практике таких клиентов встречается немного, а со стороны со-зависимых такой запрос — большая редкость. Так что если в процессе беседы консультанту удается переформулировать запрос в психологи­ческую задачу — это уже значительный терапевтический успех.

В любом случае необходимо сделать попытку в этом направлении. Такая переформулировка задачи открывает для клиента новую психо­логическую реальность и позволяет консультанту действительно ока­зывать психологическую помощь.

Если психолог не понимает задачу взаимодействия клиента, суще­ствует опасность подмены психологической помощи внедрением Я-концепции психолога в психологическое пространство клиента.

5. Клиенты, которые имеют скрытую цель доказать, что, несмотря на все старания, его проблему просто невозможно решить.

6. Клиенты, которые получают вторичную выгоду от существования проблемы и ищут внимания, а не решений.

Эти две категории клиентов составляют группу так называемых иг­ровых клиентов. Им важно, с одной стороны, показать и себе, и своим близким, что они заботятся, стараются сделать их жизнь как можно лучше, а с другой — сохранить прежнюю систему взаимоотношений, в которых член семьи, так называемый «идентифицированный паци­ент», — важное звено, и утрата проблемы в семье (супружестве или партнерстве) практически разрушит отлаженную систему, пусть и дес­труктивную.

Вторая цель, как правило, не осознается. И если бы консультант вздумал напрямую высказать идею о подсознательном стремлении сохранить положение вещей клиенту, тот был бы возмущен до глуби­ны души, причем вполне искренне. Действительно, мало кто строит деструктивные и созависимые отношения сознательно. Именно нео­сознанность многих целей, поступков и реакций отличает людей с опустошенным Я.

Игровой клиент имеет вторичную выгоду от проблемной ситуации (например, мученик в такой ситуации чувствует себя спасателем и тем самым получает мощное удовлетворение потребности в самореализа­ции), поэтому он часто хочет сделать выбор, при котором он ничего не потеряет и ничего не будет менять. По сути, он желает, чтобы близ­кий стал более удобным в созависимом сценарии.

112

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...

Клиент игровой ориентации манипулирует консультантом для до­стижения своих скрытых целей. В переносном значении «манипуля­ция» означает стремление «прибрать к рукам», то есть желание пре­вратить человека в послушное орудие. Вот как пишет о ней Е. Л. До-ценко: «...Метафора психологической манипуляции содержит три важнейших признака:

• идею «прибирания к рукам»,

• обязательное условие сохранения иллюзии самостоятельно­сти решений и действий адресата воздействия,

• искусность манипулятора в выполнении приемов воздей­ствия»13.

Таким образом, клиенты, манипулирующие консультантом, хотят добиться от него действий, которые им нужны, причем делают это на­столько искусно, что он ничего не подозревает. Даже опытные психо­логи порой попадаются в их ловушки.

Э. Берн в книге «Игры, в которые играют люди» перечисляет неко­торые «игры», предпринимаемые клиентами. За более подробным опи­санием читателям стоит обратиться к этому замечательному произве­дению классика транзактного анализа. Здесь же приведены лишь крат­кие описания наиболее часто встречающихся игр.

«Посмотрим, такой ли вы специалист». Клиент дает понять, что он не профан в психологии, как бы предлагая консультанту пройти у него аттестацию. Доказательства компетентности клиент принимает с ожив­лением и тут же выдвигает новые вопросы.

«Вы согласны, что решения нет ?» Клиент всячески усиливает безна­дежность своей проблемы, хотя реально ее может вообще не существо­вать.

Если консультант предлагает какое-либо решение, клиент тут же его опровергает введением информации, ранее не сообщенной, и пря­мо или косвенно выскажет упрек: «Ну, разве можно выдвигать столь необдуманные предложения?»

Если консультант подтверждает отсутствие решения, клиент тут же предлагает свое решение проблемы, упрекая: «Вот видите, я разбира­юсь в жизни получше вас».

«Да, но...». Клиент сначала соглашается с доводами и предлагаемы­ми ему вариантами решения проблемы, но в последний момент при­водит аргументы, почему найденное решение не осуществимо.

Если консультант втягивается в эту игру, она может продолжаться Долго, не принося никаких результатов.

1! Доценко Е. Л. Психология манипуляции. М., 2000. С. 48.

113

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

«Дурачок». Тезис этой игры: «Что поделать, такой уж я есть». Такой клиент ничего не собирается делать. На все вопросы консультанта, по­чему он ничего не предпринимает для решения проблемы, клиент ве­дет себя в соответствии с тезисом.

«Калека». Игра, сходная с предыдущей. Ее тезис: «Ну, что вы хотите от калеки?!»

Э. Шостром перечисляет пять основных причин манипуляции14.

1. Отсутствие доверия к себе и другим.

2. Желание иметь власть над чувствами другого человека, что пре­вращает последнего в вещь манипулятора.

3. Потребность к сверхконтролю или же к полному отказу от него вследствие ощущения неопределенности и непредсказуемости жизни. Впрочем, манипулянт, который демонстрирует свою беспомощность и зависимость, на самом деле подобным образом управляет и контро­лирует окружающих.

4. Желание избежать истинной близости, которая вызывает чрез­мерную тревожность.

5. Потребность получить одобрение всех и всякого заставляет ма­нипулятора воздействовать на людей таким образом, чтобы получать их внимание и одобрение.

В связи с характером действий манипуляторы подразделяются сле­дующим образом.

1. Активные манипуляторы. Пытаются управлять другими с помо­щью активных методов. Они играют сильных людей, пользуясь своим социальным или должностным положением: родитель, учитель, на­чальник и т. п.

2. Пассивные манипуляторы. Прикидываются беспомощными, глупы­ми, слабыми. Передают всю ответственность за свою жизнь другим лю­дям, заставляя их брать на себя львиную долю заботы о «слабом» ближнем.

3. Соревнующиеся манипуляторы. Для них жизнь — постоянная бит -ва, а люди — соперники. Они управляют другими и активными, и пас­сивными методами, втягивая их в соревнование и борьбу.

4. Безразличные манипуляторы. Воздействуют на окружающих тем, что демонстрируют безразличие к их мнению. На самом деле, они до­биваются того, чтобы близкие люди, напуганные безразличием, ста­рались завоевать или заслужить их внимание.

В любом случае, манипулятор — это человек, который использует те или иные приемы для защиты от чувства своей несостоятельности, неполноценности, тревожности и неуверенности.

14 Шостром Э. Анти-Карнеги. Минск, 1996. С. 33-34.

114

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...

Консультанту необходимо научиться распознавать манипуляции клиентов и открыто говорить о них.

Для этого в каждом конкретном случае необходимо пройти ряд этапов.

1. Отследить способы манипуляции.

2. Дать клиенту обратную связь о том, что наблюдал консультант. На­пример: «Вы уже несколько раз говорили о своей беспомощности и слабости, но, в то же время, вы потратили много сил и настойчиво­сти, чтобы заставить меня встретиться с вами в нерабочее время. При этом вы сумели задержать меня на целых полчаса, хотя я этого не хотел. Пожалуй, не каждый человек сумеет сделать такое». Или: «Ка­кое бы решение мы ни обсуждали, вы сначала соглашаетесь с ним, а потом выдвигаете аргументы против его выполнения».

3. Выразить свои чувства по этому поводу. Например: «Когда вы так настойчиво требуете дополнительной консультации, я чув­ствую, что моим мнением пренебрегают. И мне неприятно та­кое давление». Или: «У меня возникает ощущение, что вы в дей­ствительности не собираетесь решать свою проблему».

4. Выразить понимание, что манипуляция имеет определенное значе­ние для клиента. Например: «С другой стороны, я понимаю, что для таких действий у вас, вероятно, имеются веские основания».

5. Обсудить скрытые цели клиента. Например: «Как вы думаете, какие чувства (желания, стремления) заставляют вас поступать таким образом?»

Консультанту важно помнить, что клиенты часто не осознают сво­их манипулятивных действий и не всегда готовы сразу принять интер­претации консультанта. В таких случаях необходимо проявить терпе­ние и настойчивость. Продолжая работу с клиентом, консультант каж­дый раз, когда манипуляции проявляются, снова указывает клиенту на них, сохраняя доброжелательность и эмпатию.

В других случаях клиент может манипулировать консультантом вполне сознательно. При соответствующем поведении консультанта он, поняв, что дальнейшие манипуляции невозможны, либо прервет контакт, либо откажется от скрытых воздействий и начнет обсуждать действительную проблему.

Консультант имеет право отказаться от дальнейшей работы с клиентом, если манипулятивные действия не прекраща­ются, несмотря на все конфронтации с клиентом, и клиент продолжает свои встречи с ним в целях использования его внимания, сочувствия или его самого как объекта для своих агрессивных намерений.

115

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

В случае, когда работа по осознаванию манипуляций не проводит­ся, игровые клиенты могут постепенно превратиться в «зависающих» (или «залипающих») клиентов. Они могут добросовестно посещать психолога, деловито обсуждать проблемную ситуацию, но ничего не предпринимают в реальной жизни. Да этого им и не нужно: они уже решили свою проблему — нашли доброжелательного, внимательного, сочувствующего слушателя, который регулярно в течение часа уделя­ет внимание только ему. В конце концов, консультант начинает тяго­титься такими визитами и мечтает только об одном: «Хоть бы он (кли­ент) не пришел».

Между тем, единственная возможность сделать так, чтобы «зави­сающий» клиент сделал свой выбор реально работать над изменения­ми и перестать использовать консультанта, — это сделать так, чтобы «зависать» стало неинтересно.

«Зависающие» клиенты любят говорить на общие темы и избегают разговора о том, что конкретно они сделали для решения их пробле­мы, зато активно «играют» в свои «игры» и демонстрируют свои моде­ли «втягивания» психолога в созависимые отношения. Поэтому кон­сультанту необходимо:

1) четко определять цели консультативного сопровождения и не­укоснительно следовать им;

2) отслеживать «игры» и обсуждать их с клиентом;

3) знать модели созависимого взаимодействия, видеть их в отно­шениях с клиентом и обсуждать их.

Подобные действия психолога, в том случае, если клиент отклик­нется на них, будут способствовать переходу на терапевтический уро­вень общения. Если же клиент не захочет идти столь глубоко, он про­сто перестанет приходить.

Только адекватная деловая ориентация клиента может привести к успеху консультации.

Клиент деловой ориентации искренне заинтересован в решении проблемы, в которой он готов рассматривать и свою роль, и роль партнера, имеет твердое намерение исследовать отношения и ме­нять свои неэффективные или деструктивные установки. Именно поэтому необходимо обсуждение с клиентом его манипулятивного поведения.

116

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения ..

СТЕПЕНЬ ГЛУБИНЫ И ЖЕСТКОСТЬ ПРИЧИН, СОЗДАВШИХ УСЛОВИЯ ДЛЯ РАЗВИТИЯ ЗАВИСИМОСТИ

Вполне возможно, что проблема созависимости появилась у чело­века непосредственно в тот период, когда кто-то из членов семьи на­чал употреблять наркотики или злоупотреблять алкоголем. Или он попал в созависимые отношения в связи с жесткой невротизацией лич­ности своего партнера и теперь ищет выход из создавшихся отноше­ний, которые для него чужды и болезненны, однако ему уже сложно выпутаться из сетей манипулятора, то есть системы эмоциональной зависимости, вины, ответственности и т. д. В таком случае, несмотря на то, что длительный стресс, безусловно, влияет на психику, и зачас­тую наступают специфические изменения, реабилитация будет про­текать легче и быстрее, чем когда причины созависимости лежат в глу­боких личностных особенностях клиента.

Однако гораздо чаще зависимость и созависимость — это пробле­ма не одного поколения. Это не значит, что зависимость передается по наследству. Такое мнение особенно вредно (тем более что оно оши­бочно), так как тогда получается, что сделать ничего невозможно, при­чем не только в этом поколении, но и в последующих.

Причина живучести созависимых моделей поведения — в переходе из поколения в поколение системы семейного взаимодействия вместе с установками мировосприятия, догмами и правилами взаимоотноше­ний и самоотношения, которые инкорпорируются детьми и затем пе­реносятся в собственную семью, причем часто так и остаются неосоз­нанными. И эта неосознанность способствует созданию подобных де­структивных отношений в новых поколениях. Часто в такой семье присутствует миф о «злом роке» или «невезучести» ее членов. Особен­но глубока деструктивность созвисимых отношений в семьях, где в каждом поколении обязательно есть алкоголики или наркоманы.

Энн У. Смит пишет: «Вот мое собственное определение взаимоза­висимости. Это состояние в рамках действительного существования, которое в значительной мере является результатом адаптации к дис­функции (например, к пагубному пристрастию). Это закрепившаяся Реакция на стресс, которая с течением времени становится скорее об-Разом жизни, нежели соответствующим средством выживания. Пока­зательно, что когда источник стресса прекращает свое влияние, взаи-

117

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

мозависимый человек продолжает действовать в окружающей его сре­де так же, как если бы угроза угнетения продолжала существовать...

Указанные модели поведения продолжают действовать и в дальней­шем. Взаимозависимые находят для общения других взаимозависи­мых и живут в состоянии постоянного кризиса, душевного и физичес­кого. Они не выбирают дисфункциональные отношения, а просто вос­принимают их естественными как сами, так и под влиянием других химически зависящих или взаимозависимых людей. Таким образом, через семейные правила, системы догм и модели поведения взаимоза­висимость переходит на последующие поколения, даже когда хими­ческая зависимость не наследуется...

Взрослые дети алкоголиков, пережившие полное кошмаров детство, находят пути преодоления оскорблений и унижений. Они пытаются контролировать неконтролируемое, даже предотвращают развитие ал­коголизма. От них требуется много усилий, чтобы убедить себя в том, что прошлое осталось позади и не окажет влияния на их детей, кото­рых они также убеждают в том, что все нормально.

Это отрицание часто строится на представлении, что лишь непос­редственное общение с активным алкоголиком, наркоманом или ток­сикоманом может оказать определенное влияние. Однако ни развод, ни расставание, ни даже смерть пьющего человека не могут исклю­чить развитие взаимозависимости в семейной системе»15.

Таким образом, глубина причин, создавших условия для развития зависимости и созависимости определяется историей семейных отно­шений.

Неблагополучие семьи — вот первопричина ряда проблем, кото­рые могут мучить человека всю жизнь. Именно в детстве возникают язвы, боль от которых с годами обостряется. Формирование ребенка происходит, прежде всего, в кругу семьи. Его отношение к самому себе, к родителям, к собственным братьям и сестрам строится на основа­нии тех моделей поведения, которые он наблюдает у себя в семье и воспринимает как «норму».

Если в беседе с клиентом консультант обнаруживает в истории его жизни обстоятельства и признаки какой-либо из форм созависимых отношений, вынесенной, вероятно, из родительской семьи как про­дукт инкорпорации, то он может совершенно уверенно говорить о том, что в данном случае развитию созависимости способствовали глубин­ные причины, и клиенту требуется серьезная психотерапия (консуль-

15 Смит Э. У. Внуки алкоголиков. Проблемы взаимозависимости в семье. М., 1991 • С. 6-7.

118

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...

тативное сопровождение), чтобы смягчить жесткость своей предрас­положенности к созависмЬсти.

Разумеется, клиенту должна быть предложена соответствующая по­мощь. При этом консультанту необходимо быть достаточно убедитель­ным и аргументировать свое предложение. Возможно, убеждая кли­ента, придется уделить достаточно времени для просвещения: не сто­ит забывать, что для человека, обратившегося к психологу, остается темным пятном многое из того, что для консультанта представляется очевидным.

Основная трудность состоит в том, что именно люди с глубокими корнями созависимости менее других расположены к принятию под­линной помощи для себя лично и менее других готовы тратить силы, время и средства для своих внутриличностных изменений. Парадоксаль­ная подмена понимания ответственности, когда человек сверхответстве­нен за судьбы других, а свою судьбу полностью ставит в зависимость от окружающих, в данном случае выглядит как невозможность занимать­ся собой, когда «нужно спасать» близкого человека. Тем не менее:

• во-первых, многие люди, создавшие созависимые отношения, не достигли настолько глубокой невротизации и идут на подлин­ные изменения, не желая мириться со своей «несчастностью»;

• во-вторых, история жизни клиента и некоторая психологи­ческая просвещенность вызывает желание, как минимум, ра­зобраться в причинах повторяющихся неудач в построении близких отношений и, если возможно, выбраться из пороч­ного круга;

• в-третьих, существует вероятность того, что переживаемый кризис может привести к такому напряжению и дискомфор­ту, когда человек решится на изменения просто ради того, что­бы стало возможно его личностное, а в ряде случаев и физи­ческое выживание.

Так что в практике консультирующих психологов бывают люди, которые достигают определенных успехов в терапии созависимости, хотя и приходят поначалу с другой проблемой — с депрессивным со­стоянием или с вопросами о том, как сохранить семью, «исправить заблудшего».

Что делать консультанту, если он понимает, что причина семейных или супружеских неурядиц — поддержание созависимости ?

1. Прежде всего, необходимо сообщить клиенту о тех признаках, Которые свидетельствуют о более или менее глубокой предрасполо­женности к созависимости.

119

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

2. Достаточно ясно рассказать о сущности созависимости, о харак­терных чертах, типичных проявлениях, семейных сценариях и т. п., подкрепляя теоретическое изложение примерами из жизни самого клиента, которые уже известны консультанту.

3. Предложить пройти курс психотерапии (консультативного со­провождения) и рассказать о самом процессе: о тех подходах, которые собирается применить консультант, о процедуре самих сессий — обо всем, что сделает для клиента этот процесс понятным, за счет чего ра­бота с психологом перестанет пугать своей неизвестностью.

4. Пояснить, что психотерапия нужна и другим членам семьи, но она должна быть добровольной — нельзя «заставлять» пройти психо­терапию, но можно убеждать в этом, поясняя, для чего это нужно.

5. Необходимо объяснить, что лучшим убеждением для других яв­ляется искренняя и систематическая работа над своими внутрилично-стными проблемами. Даже если другие члены семьи не захотят ничего менять, личная психотерапия необходима, так как она позволит соза-висимому не только пережить хронический стресс, но и изменить свою жизнь к лучшему.

6. Если убеждения консультанта подействуют, то далее необходимо обговорить время следующей беседы и, возможно, наметить ее тему.

Возможные направления и особенности такого психотерапевтичес­кого сопровождения рассматриваются в главах «Уровни консультатив­ного взаимодействия» и «Психотерапия созависимости».

СТЕПЕНЬ РАЗВИТИЯ

ЗЛОКАЧЕСТВЕННОЙ СОЗАВИСИМОСТИ И ОСОБЕННОСТИ РАБОТЫ ПСИХОЛОГА НА РАЗЛИЧНЫХ СТАДИЯХ

Развитие злокачественной созависимости осуществляется в полном соответствии с развитием наркотической (алкогольной) зависимости у члена семьи или другого близкого человека. И даже если этот про­цесс не усугубляется психологической склонностью к созависимым отношениям, длительный стресс, страх потери и чувство собственной беспомощности приводят к деструктивным изменениям в мыслях, эмоциональном состоянии и образе жизни человека.

120

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...

R Норвуд приводит параллельные графики возрастания зависимо­сти от алкоголя и созависимости от алкоголика. Эта картина ничем не отличается от процесса формирования зависимости от наркотиков и созависимости от наркомана, разве что процесс идет интенсивнее: психика наркомана разрушается намного быстрее, и у созависимого меньше времени, чтобы успеть понять, что происходит, перестроить­ся и принять какие-то меры. Часто можно услышать: «Даже опомниться не успели, чтобы спасти».

Здесь график трансформирован в таблицу для удобства параллельно­го прочтения изменений, которые наступают одновременно. Внутри каж­дого столбца отражена внутренняя динамика этого процесса. Однако ско­рость развития у зависимого и созависимого может не вполне совпадать. Это зависит от многих личностных качеств, например, степени невроти-зации характера, способности выдерживать длительный стресс и т. д. Поэтому у некоторых созависимых людей динамика идет быстрее, чем алкоголизация у зависимого, у других — напротив, значительно отстает.

Аналогично, процесс выздоровления у зависимого и созависимого происходит строго параллельно только в идеальных случаях, которые редки. Чаще темп изменений созависимого опережает, и отношения распадаются. Но если опережает зависимый, а это редчайший случай, созависимый тянет его назад, создавая провокационные ситуации. Как правило, зависимый уступает и вновь «откатывается».

Таблица 1 Процесс развития зависимости и созависимости16

Зависимость

Созависимость

• редкое употребление выпивки для разрядки,

• стремление брать на себя чужую ответственность

• постоянное употребление выпивки для разрядки;

и воспитывать окружающих;

• возрастание толерантности к алкоголю;

- сильная тяга к контролю над окружающими;

• начало провалов памяти;

• выбор безответственных партнеров, согласных

' тайные выпивки,

на опеку;

• потребность в первой рюмке,

• попытка «вылечить» партнера любовью;

• возрастание зависимости от алкоголя;

■ возрастаниезмоциональнойзависимостиотпартнера;

• чувство вины,

• отрицание остроты проблемы;

■ неспособность обсуждать проблему;

■ ощущение вины,

• учащение провалов памяти; неспособность удер-

• стремление не расстраивать партнера;

жаться, когда пьют другие,

■ начало сомнений в своих чувствах;

' сопровождение выпивки оправданиями;

• стремление скрывать свои проблемы, связанные

1 отрицание остроты проблемы;

с выпивками партнера;

' ложь с целью скрыть истинные размеры пьянства;

■ возрастание внимания к поведению партнера и

■ претенциозное и агрессивное поведение,

к контролю за ним;

■ постоянные угрызения совести;

• оправдание поведения партнера перед окружа-

1 повторяющиеся попытки контролировать употреб-

ющими, в том числе историей его «трудного» дет-

ление спиртного;

ства и последующей жизни;

16 Норвуд Р. Надо ли быть рабой любви? М, 1995. С. 346-349.

121

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Окончание таблицы 1

I

Зависимость

Созависимость

• крах попыток контролировать себя;

• повторяющиеся попытки контролировать пове-

■ невыполнение обещаний и решений;

дение зависимого члена семьи и взаимоотноше-

■ попытки переменить обстановку, местообитания,

ния с ним;

• гнев, депрессия, чувство вины, обидчивость;

• крах попыток контролировать партнера;

• иррациональные поступки;

• ощущение неудачи;

• насилие;

• агрессивное поведение по отношению к партнеру;

• инциденты, связанные с интоксикацией;

• угрызения совести из-за стычек с партнером,

• ненависть к себе в сочетании с самооправданием;

• человек избегает людей, чтобы скрыть пробле-

• потеря других интересов;

мы во взаимоотношениях;

• холодность семьи и друзей;

■ попытки вместе с партнером сменить обстанов-

- проблемы с деньгами на работе,

ку, место обитания,

• пренебрежение пищей;

• гнев и возмущение из-за невыполненных парт-

■ беспочвенные вспышки гнева;

нером обещаний и решений;

■ тремор и выпивка с утра;

■ холодность семьи и друзей;

■ физическая деградация;

• потеря иных интересов;

• уменьшение толерантности к алкоголю;

■ проблемы с деньгами и на работе;

• начало долгих запоев;

• беспочвенные вспышки гнева;

■ моральная деградация,

■ необъяснимые перемены настроения;

■ ослабление мышления,

• внебрачные связи;

■ пьянство с незнакомыми людьми;

• трудоголизм;

■ смутные страхи;

• гнев, обидчивость, депрессия;

■ неспособность к обдумыванию действий;

■ чувство вины;

• хроническая одержимость выпивкой;

■ иррациональные поступки;

• исчерпанность всех оправданий;

• пренебрежение пищей, физическая деградация;

■ признание полного поражения

■ возможное начало алкогольной или наркотиче-

ской зависимости;

■ начало долгих депрессий;

■ ослабление мышления;

■ смутные страхи;

■ применение насилия к детям и / или к партнеру;

■ инциденты, связанные со стрессом,

■ ненависть к себе в сочетании с самооправданием;

■ болезнь в результате стресса; суицидальные мысли;

■ признание полного поражения

Процесс выздоровления

Таблица 2

Зависимость

Созависимость

■ признание своей беспомощности; • прекращение попыток обвинять других в своих про­блемах; • сосредоточение на себе, принятие на себя ответ­ственности за свои поступки; ■ поиски помощи в обществе людей, страдавших той же болезнью; • стремление разобраться в своих чувствах, а не от­влекаться от них; ■ приобретение новых друзей, развитие здоровых интересов

■ признание своей беспомощности; • прекращение попыток обвинять других в своих проблемах; • сосредоточение на себе, принятие на себя от­ветственности за свои поступки; ■ поиски помощи в обществе людей, страдавших той же болезнью; ■ стремление разобраться в своих чувствах, а не отвлекаться от них; - приобретение новых друзей, развитие здоровых интересов

122

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...

Существуют различные классификации стадий развития наркома­нии. Мы остановимся на той, которая наиболее важна для планирова­ния работы психолога-консультанта с близкими наркозависимого.

Необходимо знать о том, что существует четыре стадии зависимости.

1. Социальная стадия

«О социальной зависимости говорят тогда, когда человек еще не начал употреблять наркотика, но вращается в среде употребляющих, принимает их стиль поведения, отношение к наркотикам и внешние атрибуты группы. В такой ситуации «близости» к наркотику человек, зачастую, сам внутренне готов начать употребление.

Часто к такой группе можно принадлежать, только исповедуя ее принципы и подчиняясь ее правилам. Желание не быть отторгнутым может быть столь сильным, что способно заслонить привычные пред­ставления и изменить поведение человека. Неотъемлемое условие этой стадии заболевания — наличие группы, которая может сформироваться даже вокруг одного потребителя наркотиков»17.

В такой группе всегда есть лидер. Противостоять ему может только подросток или молодой человек, который:

• имеет другого, «положительного» лидера: кто-то из родите­лей или из других близких людей;

• обладает достаточной степенью самостоятельности, ответ­ственности, чувства собственного достоинства и самоуваже­ния;

• имеет определенные интересы, увлечения, жизненные цели;

• располагает широким спектром навыков и возможностей про­водить свободное время радостно и интересно без наркоти­ков и алкоголя;

• имеет модели поведения и навыки конструктивного поведе­ния в конфликтной и трудной социальной ситуации;

• вырос в семье, где между ее членами царит взаимопонимание.

Соответственно, профилактика данной стадии заключается в выра­ботке необходимых качеств у подростка или молодого человека. Одна­ко разрыв между тем, чему обучают подростка на тренингах, и тем сти­лем отношений, которые он видит в семье и ближайшем окружении

" Методическое пособие для специалистов, работающих с родителями наркозави­симых. СПб., 1999. С. 10.

123

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

сверстников, значительно снижает эффективность подобного обучения. Это, в свою очередь, делает необходимым психологическое развитие близ­ких людей молодого человека, находящегося в группе риска.

Не питая иллюзий, будто многие из родителей подростков, нахо­дящихся в группе риска, захотят всерьез заниматься психологичес­ким развитием, тем не менее перечислим темы семинаров-тренин­гов, которые могли бы войти в курс подобного психологического раз­вития:

• эмпатическое внимание и эффективное межличностное вза­имодействие, в том числе с подростком;

• развитие навыков конструктивного разрешения конфликтов;

• развитие навыков ассертивного поведения;

• эффективное разрешение жизненных проблем;

• навыки самореабилитации при переживании негативных эмо­циональных состояний;

• самоопределение в основных экзистенциальных позициях (смысл жизни, ответственность, выбор, одиночество и лю­бовь);

• осознавание, анализ и разрешение внутренних конфликтов;

• осознавание своей склонности к созависимости, в том числе с партнером, ребенком и со своими родителями, и определе­ние пути для снижения потребности в симбиотических отно­шениях.

Реабилитационная работа с близкими человека, находящегося в груп­пе риска, на данной стадии состоит в совместных встречах с целью:

• анализа семейных отношений;

• осознания своей роли и стиля взаимодействия в деструктив­ных или неэффективных взаимоотношениях;

• признания особой роли «спасателя» или жертвы в сложивших­ся взаимоотношениях;

• обнаружения личностных качеств, приводящих к склонности к «спасательству», сверхконтролю или неумению создавать оп­тимальные взаимоотношения;

• вычленения и отслеживания неэффективных моделей взаи­модействия;

• поиска эффективных моделей взаимодействия;

• отработки новых навыков взаимодействия.

В случае необходимости может и должна проводиться работа по повышению самооценки, разрешению внутренних конфликтов и т. п.,

124

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения...

способствующих установлению деструктивных взаимоотношений в семье, а также по развитию всех навыков, обозначенных как профи­лактические для данного этапа зависимости.

2. Психическая зависимость

«Даже после нескольких эпизодов, связанных с употреблением нар­котиков, у подростков может быстро формироваться психическая за­висимость. Она проявляется в том, что человек хочет вновь вернуть состояние, которое он испытывал, находясь в наркотическом опьяне­нии. Он стремится или получить приятные ощущения, или отвлечься от неприятных переживаний и отрицательных эмоций»18.

Психическая зависимость часто возникает как средство ухода от скуки, которая, как известно, является трудным состоянием и возни­кает там, где отсутствует заинтересованность в работе или в какой-либо другой целенаправленной деятельности. Возможно и более широкое и глубокое происхождение — ее корни могут крыться в отсутствии смысла жизни, жизненных целей. В. Франкл назвал это состояние «эк­зистенциальным вакуумом».

В наши дни экзистенциальный вакуум и, как следствие, тяжелая скука получили широкое распространение по целому ряду причин.

«Именно с бессмысленным досугом связан рост алкоголизма, юношеской преступности, сексуальных извращений во всем мире. Заполнение экзистенциального вакуума принимает все более жесто­кие формы, когда жертвами насилий, убийств становятся случайные люди»19.

Профилактика данной стадии при работе с близкими наркозависи­мого совершенно очевидно совпадает с профилактической и реабили­тационной работой предыдущей стадии.

Реабилитационная работа с близкими наркозависимого на этой ста­дии значительно усложняется. Здесь консультант должен:

• предоставить информацию о признаках во внешности, в об­щении и в поведении, свидетельствующих об употреблении наркотиков;

• сообщить сведения о наркологических службах, в которых можно получить необходимую консультацию;

18 Методическое пособие для специалистов, работающих с родителями наркозави-симых. СПб., 1999. С. 10.

"ГримакЛ. Общение с собой. М., 1991. С. 145.

125

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

• разработать совместно с клиентом план действий и обсудить его во всех подробностях;

• создать совместно с клиентом стратегии взаимодействия с под­ростком или молодым человеком, экспериментирующим с нар­котиками (или алкоголем), осуществлять поиск путей форми­рования у зависимого мотивации на отказ от наркотиков;

• реализовывать те аспекты реабилитации, которые перечис­лены в реабилитационной работе на социальной стадии за­висимости;

• обучить техникам самопомощи и самовосстановления, по­скольку совершенно очевидно, что близкие наркозависимо­го вступили в тяжелый период хронического стресса;

• провести кризисную интервенцию, в том числе с использова­нием различных психотехник снятия эмоционального и фи­зического стрессового напряжения.

3. Физическая зависимость

«При более продолжительном употреблении наркотиков у челове­ка формируется физическая зависимость, которая появляется вслед­ствие включения наркотика в процесс обмена веществ. В этом случае при прекращении приема наблюдается состояние физического дис­комфорта различной степени тяжести: от легкого недомогания до тя­желых проявлений абстинентного синдрома»20.

Профилактика данной стадии включает в себя все направления рабо­ты и с самим зависимым, и с созависимыми на более ранних стадиях развития зависимости и, соответственно, созависимости.

Реабилитационные мероприятия близких наркозависимого на данной стадии могут включать в себя все направления работы, перечислен­ные для предыдущей стадии. Однако все большее внимание прихо­дится уделять:

• психотерапии по снижению уровня сильных негативных эмоций;

• беседам с целью осознания определенной формы созави-симых отношений, принятых в семье и своей роли в их со­здании;

• работе по осознаванию своей роли в треугольнике «спасатель-ства»;

20 Методическое пособие для специалистов, работающих с родителями наркозави­симых. СПб., 1999. С. 10.

126

Глава 2. Условия успешности консультативного сопровождения .

самоопределению созависимого;

сопровождению при переориентации созависимого: пере­смотру деструктивных убеждений, предубеждений и иллюзий; работе по восстановлению психического равновесия и физи­ческого здоровья;

возможно, предоставление созависимому информации о том, где он может пройти медикаментозное лечение.

4. Необратимая степень зависимости

Степень зависимости может быть настолько сильной, что близкие наркозависимого уже ничем не могут ему помочь. Одновременно, это крайне тяжелая фаза созависимости, когда жизнь всего близкого ок­ружения наркомана буквально разрушается: появляются серьезные психосоматические заболевания, бессилие и ощущение собственной неспособности помочь приводят к депрессии, немотивированной аг­рессивности и другим эмоциональным нарушениям.

Реабилитация созависимого в данном случае полностью совпадает с описанной реабилитацией созависимого при физической зависимо­сти. И, кроме того:

• в интенсивной психологической поддержке созависимого;

• в работе по программе «Жесткая любовь» (см. Приложение).

Не исключено, что на этом этапе созависимый будет переживать предвосхищенное горе, то есть он заранее начнет переживание неми­нуемой смерти своего близкого человека, умирающего от наркотиков. Консультанту необходимо знать закономерности работы с горем и спе­цифику психологической поддержки в этот период.

Глава 3.

ИНФОРМАЦИОННЫЙ УРОВЕНЬ КОНСУЛЬТИРОВАНИЯ

Первый из уровней консультативного взаимодействия — информа­ционный.

Совершенно очевидно, что информативные запросы не требуют длительного консультирования, но подразумевают возможность в лю­бой момент воспользоваться справочным материалом, в котором дол­жны содержаться данные:

• об имеющихся территориально близко расположенных служ­бах психологической помощи (если по каким-то причинам клиент не может воспользоваться вашей помощью), в том числе и лечебных наркологических заведениях;

• о возможных формах психологической помощи (например, коммуникативных тренингах, группах личностного роста, те­рапевтических группах и т. п.) и координатах, по которым можно записаться в группу;

• о видах терапевтической и консультативной помощи (семей­ной терапии, супружеском консультировании, индивидуаль­ном психоанализе и т. д.).

Для тех, кто обратился за информацией в связи с наркозависимо­стью члена семьи, желательно иметь следующие данные:

• условия лечения (часы приема, стоимость лечения, виды ле­чения);

• описание внешнего вида различных наркотиков и особенно­стей воздействия;

• описание внешних признаков наркотического опьянения в за­висимости от вида наркотиков.

Задавая вопрос, требующий информационного ответа, клиент всем своим видом демонстрирует, что ему нужна только информация: он задает вопросы деловым тоном, может записывать ответы, личностно отстранен. Тем не менее желательно его расспросить, в связи с чем воз­никла потребность в информации. Более того, обсуждение этих причин

128

Глава 3. Информационный уровень консультирования

должно быть обязательным этапом информативной консультации. Ча­сто, услышав в вопросах собеседника заинтересованность, человек впервые позволяет себе открыто обсудить наболевшую проблему. При этом консультант может встретиться с необходимостью проведения кризисной интервенции, или в процессе беседы может быть достигнута договоренность о пролонгированном консультативном сопровожде­нии или прохождении группового тренинга.

На информационном уровне консультант, в первую очередь, пре­доставляет психологическую информацию, делая клиента более гра­мотным.

Существует много ложных установок, блокирующих возможность принять помощь психолога. Основными из них являются:

• ложное убеждение в том, что обращение за помощью для раз­решения проблем психологического характера — признак сла­бости или глупости («К психологам обращаются дураки и сла­баки»);

• неверное представление о том, будто психотерапию проходят только психически неуравновешенные люди («Что я псих, что ли, терапию проходить?»);

• отсутствие сведений о том, как строится консультативная бе­седа с психологом («Что я буду говорить? Да и как расскажешь, когда самому не все ясно?»);

• страх чужого вмешательства в личную жизнь («Как с такой проблемой может разобраться посторонний человек? Не хочу, чтобы кто-то учил меня жить»);

• страх раскрыть свои тайны перед посторонним человеком и страх распространения конфиденциальной информации о себе («Я не могу рассказать об этом никому: узнает один — узнают все. Я не могу подставить себя под такой удар»).

Клиенты довольно часто сообщают психологу о причинах, кото­рые заставили их обратиться за информацией. Но на предложение пси­холога о дальнейшей работе отвечают отказом, аргументируя его од­ной из перечисленных установок. Это может послужить поводом к короткой контраргументации.

Рассмотрим примеры типичных препятствующих консультативному процессу установок клиентов и возможные варианты контраргументов со стороны психолога. «Обращаться за помощью — это признак слабости или глупости». => «Странно, что никто не считает слабостью или глу­постью обращение за помощью к профессиональному юристу, врачу, стоматологу, портному или парикмахеру. Душа человека не менее зна-

5Зак 3656 129

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

чима, чем тело, зубы, внешний вид. Признать наличие проблемы и предпринять шаги для ее решения с помощью специалиста — показа­тель интеллекта и душевной силы».

«Психолог — для больных и «психов». А у меня все в порядке. Со своими проблемами я должен справиться сам». => «Психологи работают только со здоровыми людьми. Но при решении некоторых проблем требуют­ся профессиональные психологические знания. Например, о некото­рых закономерностях взаимодействия людей или возрастных особен­ностях подростков. Есть вещи, которые нам трудно анализировать са­мостоятельно, потому что мы привыкли видеть их под определенным углом. Психолог помогает посмотреть на проблему по-новому».

«Не умею я разговаривать о своих чувствах, стыд один. Да и не смо­жет никто понять мои проблемы». => «Психолог помогает выразить чув­ства, облегчить эмоциональное состояние. Моя работа состоит в том, чтобы понимать проблемы людей самому и делать их более понятны­ми тем, кто хочет с ними справиться».

«Не хочу я ничего ковырять — и так это очень больно». => «Когда проблема решена, боль уходит. Но если избегать решения проблемы, то боль может стать хронической».

«Поздно уж меня воспитывать и «учить жить». Сам как-нибудь справлюсь». => «Психолог не учит жить и не воспитывает. Он помогает проанализировать ситуацию, найти способ ее разрешения, предостав­ляет психологическую информацию, необходимую для решения. И только если человек сам хочет разобраться в себе, он помогает ему в этом».

«Я не знаю, насколько у меня все серьезно, чтобы обращаться к про­фессиональному психологу». => «Иногда то, что кажется пустяком, на самом деле может быть проявлением очень серьезной проблемы. И, на­оборот: кажущееся ужасным и почти неразрешимым может быть пре­одолено с помощью специалиста довольно легко. Психолог помогает разобраться, насколько серьезна и глубока проблема. Ну, а если вы ошиблись, и ваша проблема является простой и легкой, — ничего страшного в этом нет. Зато вы точно будете знать, что теперь делать дальше».

«Никто мне не поможет. Мне всегда не везет. Судьба такая». => «Большинство проблем в жизни человека имеет в основе психологи­ческие причины. Во многих случаях «злая судьба», «рок», «невезе­ние» — результат психологической неграмотности. Поэтому, если вы имеете такое представление о своих неприятностях, лучше всего обра­титься к психологу, чтобы постепенно понять истинные причины про­блем».

130

Глава 3 Информационный уровень консультирования

При необходимости, клиенту можно описать процедуру психологи­ческого консультирования, чтобы снять опасения, вызванные неизве­стностью.

Все эти рекомендации могут показаться примитивными и лишни­ми. Но в своей практике я встречала много людей, которые с трудом шли на контакт, несмотря на всю серьезность их проблемы и отчаянное желание получить помощь. И только много позже они признавались, какие странные мифы о психологах роились у них в голове. Тогда оста­валось только сожалеть, что потеряно так много времени и усилий, вме­сто того чтобы с самого начала открыто и просто поговорить о том, чего человек больше всего боится, переступая порог кабинета консультанта. В любом случае, такой разговор никогда не может быть лишним. Даже если клиент не воспользуется этой информацией сразу, позже она мо­жет помочь ему решиться на более глубокий контакт с психологом.

Тем не менее не следует «давить» на клиента, если консультант чув­ствует, что тот закрыт, не расположен к общению или не готов гово­рить о проблеме.

Информация, которую запрашивает клиент, может касаться и воз­растных психологических особенностей, закономерностей развития отношений и т. п. Подобные просьбы исходят от клиентов, которые думают, будто психолог заранее знает ответы на все вопросы. В таком случае необходимо объяснить, что потребуется для ответа на вопрос.

Например: «Для того чтобы получить ответ, нам необходимо: 1) ис­следовать обстоятельства, вызвавшие ваш вопрос; 2) установить, что вы хотите получить в результате использования информации; 3) обсу­дить, каким образом вы сможете достигнуть цели. Поскольку все ин­дивидуально, информация «вообще» может в лучшем случае не срабо­тать, а в худшем — ее неправильное истолкование может навредить».

Таким образом, для проведения психологом консультации точно в соответствии с потребностями клиента, необходимо в самом начале, при исследовании обстоятельств, вызвавших сформулированный им запрос, установить степень заинтересованности и целеполагание об­ратившегося за информацией человека.

Один из распространенных вопросов, встающих при консультиро­вании созависимых, — как предупредить развитие наркозависимости? Беседа, посвященная этой теме, хотя и является информативной, все-таки требует более глубокой проработки. Практически она состоит из Нескольких этапов.

1) Исследование обстоятельств, вызвавших запрос.

2) Информирование клиента об общих принципах и стратегиче­ских направлениях профилактики наркозависимости.

131

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

3) Выработка стратегических направлений в конкретных обстоя­тельствах клиента.

4) Разработка конкретных тактических приемов и техник, а также моделей конструктивного поведения в конкретных обстоятель­ствах клиента.

5) Выяснение обстоятельств и проблемных особенностей самого клиента, препятствующих реализации намеченных шагов.

6) Информирование клиента о возможных направлениях работы с проблемными обстоятельствами и совместная разработка инди­видуальной программы действий.

Так что такая «информативная» консультация, по существу, есте­ственным образом перерастает в настоящее исследование проблемы и переходит к более глубокому уровню взаимодействия. Помощь в этой работе вам может оказать нижеследующая информация.

ОБЩИЕ НАПРАВЛЕНИЯ ПРОФИЛАКТИКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ НАРКОЗАВИСИМОСТИ

1. Здоровые взаимоотношения в семье. Доверие, принятие, уваже­ние, поддержка — это то, что дает каждому члену семьи опору и воз­можность устоять в сложных жизненных ситуациях. Они не возни­кают сами собой, а являются результатом обучения. В семьях с соза­висимыми отношениями, как правило, не отличают поддержку от оценки. Не знают, что такое принятие. Например, члены таких се­мей говорят: «Я, конечно, могу его принять, если он будет...» И далее следуют условия, на которых клиент готов относиться «хорошо» к своему партнеру.

2. Воспитание лидерских качеств. Это дает возможность противо­стоять влиянию, оказываемому извне, и отстаивать собственную по­зицию.

3. Заинтересованная занятость подростка: спорт, хобби, общение по интересам и т. п. Когда человеку интересно и без наркотиков, если он самореализуется и достигает определенных результатов, он повы­шает самооценку и у него появляется уверенность в себе. Этот фактор делает ненужным прием наркотиков для избежания тревожности, не­уверенности или ухода от проблем. К тому же, заинтересованный, дви-

132

Глава 3. Информационный уровень консультирования

жущийся к определенным целям человек не страдает скукой и не за­щищается от нее опьянением.

4. Общие интересные занятия и увлечения членов семьи. Влияния свер­стников все равно не избежать, но если в дружной семье есть интерес­ное общение и общие цели, ее ценности перевесят деструктивные цен­ности уличного окружения. Более того: мнение семьи влияет на вы­бор друзей не по принуждению, а как авторитетный «внутренний судья».

5. Внимание к окружению подростка. Личное знакомство с друзья­ми, знание условий их жизни, интересов, событий. Это довольно слож­но осуществить, не нарушая естественного стремления подростка к са­мостоятельности, не прибегая к сверхконтролю. Знание обстоятельств его личной жизни возможно только при условии взаимного доверия членов семьи. Высказывания в адрес приятелей, употребляющих нар­котики, не должны быть уничижающими их личность, но мнение об их действиях должны быть категоричными. Лучше всего, если друзья, употребляющие наркотики, будут под любыми предлогами удалены из круга общения подростка: слишком велика вероятность «зараже­ния» наркозависимостью.

6. Психологическая грамотность и навыки, позволяющие конструк­тивно и своевременно разрешать проблемы и конфликты. Неблагополуч­ное психологическое состояние может накапливаться подспудно, если проблемы и конфликты, которые вполне естественно возникают в жизни каждого человека, не будут вовремя разрешаться. В таком слу­чае желание разрядки может привести к употреблению наркотичес­ких веществ.

7. Однозначное и четко выраженное отрицательное отношение к нар­котикам со стороны членов семьи. Это мнение должно проявляться в каж­дом случае, когда заходит речь об употреблении наркотиков и косвенно при обсуждении жизненных ситуаций, фильмов и т. д. Вряд ли помогут специальные нотации. Это мнение должно выражаться прямо по слу­чаю и подразумеваться во всей линии поведения членов семьи.

8. Правдивая информация о губительных последствиях наркотиков. Информация должна быть правдивой до конца. Поэтому нельзя избе­гать разговоров о том удовольствии, которое получает принимающий наркотики. Но также ясно должна быть показана и цена за это удо­вольствие. Молодых людей плохо убеждают слова об ухудшении со­стояния здоровья и ранней смерти: это кажется им далеким и неверо­ятным. Но угроза импотенции, невозможность иметь здоровых детей и семью, психозы, умственная деградация способны произвести на них впечатление.

133

Глава 4.

УРОВЕНЬ

ОКАЗАНИЯ ПОМОЩИ ПРИ ПЕРЕЖИВАНИИ ОСТРОГО КРИЗИСА

Наиболее часто встречающееся обстоятельство, затрудняющее не только продвижение к цели, но даже четкое определение проблемы, — это кризисное состояние человека, обратившегося к психологу. По­этому представление о сущности кризиса и закономерности оказания психологической помощи при его наличии — важный элемент в про­фессиональном багаже консультанта.

Ситуация кризиса, типичная при определенных обстоятельствах для большинства людей, переживается созависимыми людьми не только острее, но и продолжительнее. Поэтому кризисная психо­логическая поддержка является одним из главных направлений ра­боты с ними.

Эта поддержка подразумевает:

• кризисную интервенцию;

• применение специальных психотерапевтических методов сни­жения негативного эмоционального напряжения;

• сопровождение при переживании утраты.

КРИЗИС И КРИЗИСНАЯ ИНТЕРВЕНЦИЯ

Кризис — это решающий, поворотный момент в жизни каждого че­ловека. Слово «кризис» имеет интересное сочетание вариантов пере­вода: тяжелое положение; перелом и шанс. Итак, шанс дается на пере­ломе, когда мы должны что-либо изменить, причем наше состояние таково, что мы желаем изменить нечто немедленно, хотя бы ради того, чтобы избавиться от напряжения и дискомфорта.

134

Глава 4 Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса

Переживание кризиса тем острее, чем больше

человек сопротивляется происходящим

переменам в его жизни

В течение жизни человек переживает самые разные кризисные со­стояния. Что же вызывает кризис в жизни человека? Различают:

• внешний локус провоцирующего фактора — различные жиз­ненные события и ситуации и

• внутренний локус провоцирующего фактора — когда причи­ны кризиса носят внутрипсихический характер.

Кризисы внешнего локуса.

Ситуационный кризис: явно не зависит от человека, вовлеченного в него. Примером могут служить травма, пожар в доме.

Кризис перемен: нежелательная беременность, выход на пенсию, новая работа, переезд в другой город, поступление в институт и т. п.

Депривационный кризис: кризис утраты (горе) вследствие смерти близких людей, развода, расставания, утраты значительного (для че­ловека) состояния и т. п.

Интеграционный кризис: кризис, связанный с позитивными изме­нениями в жизни человека, тем не менее часто вызывающими стресс в связи с длительным напряжением при освоении новых задач и обя­занностей. Например: вступление в брак, рождение ребенка, новые друзья, выздоровление от длительной болезни.

Кризисы внутреннего локуса.

Кризисы развития: кризис рождения, кризис становления Эго, кри­зис пубертата, кризис идентификации, кризис середины жизни, кри­зис пожилого возраста.

Болезнь как кризис: многие болезни являются следствием нежела­ния решать свои проблемы или вытеснения их из сознания.

Кризис отношений: ревность, пристрастия, любовь как зависимость, конфликты.

Кризисные состояния души: мучительный уровень негативных эмо-Ций (агрессия, страх, стресс, чувство вины, печаль, депрессия), чув­ствительность, жалость к себе.

Экзистенциальные кризисы: кризисы, связанные с поиском смысла Жизни, одиночеством, экзистенциальным страхом смерти.

Морально-этические кризисы: кризис выбора между личностным ро­стом и отказом от собственных потребностей; между тем, что счита-

135

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

лось «правильным» и новым, противоречащим этому пониманию жиз­ненным опытом и т. п.

СУЩНОСТЬ КРИЗИСА

В большинстве случаев кризис есть результат психологического напряжения и фрустрации, переживаемых в течение длительного вре­мени, или следствие одновременного действия нескольких факторов. Но именно «накопленная» неудовлетворенность является причиной возникшего кризиса, тогда как любое, даже незначительное и дале­кое от «кризисной зоны» событие может стать «последней каплей» и развернуть пружину кризисного состояния. Поэтому консультант должен:

• избегать преждевременных оценок причины кризиса; ' *s

• отличать истинную причину от провоцирующего фактора. г'

V

га.

Кризис наступает тогда, когда человек пере­стает видеть возможные выходы.

Острый кризис ограничен во времени. Он так или иначе приводит к тому или иному решению или исходу и обычно не продолжается бо­лее шести недель.

Во время кризиса человек вынужден отказаться от привычного об­раза действий, мыслей и предрасположен к усвоению новых установок.

Кризис приводит к высвобождению психической энергии, которая, бу­дучи сфокусирована и направлена, может помочь благополучному выходу из него; в противном случае хаотическая буря эмоций носит разрушительный характер. Поэтому работа с клиентом в кризисном состоянии в значительной части должна быть сосредоточена на том, чтобы «вентилировать» чувства клиента, касаясь событий его жизни. Это означает, что консультант должен стимулировать выражение чувств, являясь при этом их «зеркалом» («Я вижу, что вы очень рассер­жены»; «Мне кажется, что вы чувствуете себя виноватым. Расскажите мне об этом»; «Я чувствую, что боль разрывает вашу душу»).

Ни в коем случае нельзя преуменьшать качество чувств, выражае­мых клиентом, тем более, нивелировать их. «Нивелировать» — значит стараться преуменьшить их значение для клиента, обесценивать, ис-

136

Глава 4. Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса

кусственно гасить. Например, если клиент чувствует ярость, ужас или сильную тревогу, будет ошибкой говорить: «Я вижу, вас что-то беспо­коит».

«Вентиляция» чувств — это не обязательно разговор только о чув­ствах. Если клиент рассказывает о волнующих его событиях, поступ­ках, фактах, давая выход своим эмоциям, это наиболее естественный и эффективный способ снизить негативное напряжение.

СТАДИИ КРИЗИСА

Хотя ни один кризис не похож на другой, любой из них имеет пять стадий протекания.

Первая стадия: нормальная.

□ Используются привычные способы решения проблем и поведения;

□ задействуются знакомые ресурсы;

□ сохраняется гибкость в подходе к проблеме;

□ напряжение и релаксация сбалансированы.

На этой стадии человек успешно противостоит стрессу. Если же его действий недостаточно для разрешения проблемы, наступает следую­щая стадия.

Вторая стадия: предкризисное состояние.

□ Усиление ощущения неуверенности, душевного дискомфорта, переживание необычности происходящего, внутреннее стесне­ние, оцепенение мыслей, скованность, заторможенность, ощу­щение фрустрации, страха;

□ ощущение безысходности при неудачной попытке решения про­блемы старыми способами;

□ уменьшение гибкости;

□ напряжение превышает релаксацию.

На этой стадии человек готов к встрече с консультантом и воспри­ятию новых идей. Если встреча с консультантом происходит именно на этой стадии, то при консультировании мы имеем дело с проблемой принятия решения. В противном случае наступает следующая стадия.

Третья стадия: собственно кризис (или острый кризис).

□ Переживается состояние сильного внутреннего конфликта, раз­лада;

137

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

П эмоциональная и умственная дезорганизация;

□ возможны депрессия, суицид, криминальное поведение — в зави­симости от типа реагирования: депрессивного или агрессивного;

П ощущение исчерпанности ресурсов;

□ дезинтеграция — крушение самооценки, представлений о сво­ем месте в обществе и в жизни;

□ страх перед неизвестностью, неопределенностью, переменами.

Работа с клиентом, переживающим эту стадию кризиса, ведется в русле кризисной интервенции.

Четвертая стадия: возникновение новой формы.

• Еще ощущается некоторая беспомощность из-за сомнения и нерешительности, но чувствуется также некоторое успокоение;

• намечается цель;

• осознаются новые возможности;

• происходит освоение новых моделей решения проблем. На этой стадии консультации ведутся в русле принятия решения.

Пятая стадия: стадия комфорта.

□ Ситуация прояснилась, наметились пути выхода;

□ интегрированы новые модели решения проблем; П появляется чувство уверенности;

□ возвращается хорошее самочувствие;

□ происходит укрепление самооценки.

Человеческая жизнь протекает как цепочка из переживания кри­зисов разной силы и продолжительности, выхода из них и прожива­ния периода благополучия. Именно в период благополучия созревают зерна будущих противоречий, то есть назревает необходимость пере­мен. И здесь мы вернемся к тому, с чего начали эту тему: переживание кризиса тем острее, чем больше человек сопротивляется происходя­щим переменам в своей жизни.

КРИЗИСНАЯ ИНТЕРВЕНЦИЯ

Суть кризисной интервенции заключается не в том, чтобы решить проблему, а в том, чтобы сделать возможной работу над ней.

138

_______Глава 4. Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса_________

Этап 1. Установление контакта

Контакт устанавливается на эмоциональном уровне и состоит, прежде всего, из следующих действий консультанта:

• идентификации чувств клиента;

• признания его права чувствовать именно так;

• подтверждения клиенту, что его чувства поняты и принима­ются.

В отражении чувств клиента необходимо утвердительные высказы­вания использовать чаще вопросительных, при этом оставляя клиенту возможность внести поправку в случае неточности. Например, возмож­ны следующие фразы: «Я чувствую, что вы потрясены», «По-моему, вы очень растеряны», «Я слышу такую сильную боль в вашем голосе!»

Этап 2. Сбор информации

Фактически начало сбора информации происходит на первом эта­пе. На втором этапе осуществляются:

• изучение актуального состояния проблемы клиента и связан­ных с ней чувств;

• определение того, какое событие или переживание побудило клиента обратиться за помощью именно в настоящий момент;

• установление провоцирующего события21;

• выяснение того, как долго действует проблема, каковы усло­вия, в которых она созревала;

• исследование того, является ли причиной кризиса уже обо­значенное клиентом событие, или есть иные, глубже спрятан­ные обстоятельства22. В связи с решением этой задачи важно:

1) идентифицировать «исторические» проблемы,

2) отделить их от текущих событий, а затем

3) сконцентрироваться на актуальной проблеме.

21 Провоцирующее событие может быть незначительным, действующим по принципу последней капли, но может быть и крупным, таким, как смерть, развод.

22 Имеются в виду нерешенные проблемы прошлого («исторические» пробле­мы), которые вплетаются в актуальную ситуацию кризиса. Эмоциональное топливо прошлого подогревает актуальный конфликт. Клиент иногда осозна­ет это, а иногда нет.

139

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Первый принцип кризисной интервенции:

в состоянии кризиса не следует решать давние

проблемы, вскрывать старые раны, так как

в этот момент у клиента нет сил

справиться с этим.

Технически, необходимо задавать клиенту как можно больше от­крытых вопросов, не ограничивающих свободу высказывания. Закры­тые вопросы, которые требуют ответа «да» или «нег» или ответ-выбор из предложенных альтернатив, вынуждают консультанта говорить по времени больше, чем клиент, что, может быть, и дает дополнительную информацию, но мешает спонтанному самовыражению клиента и не позволяет вентилировать его чувства. Следует поощрять клиента вы­сказываться конкретно. Если он прибегает к общим фразам, полезно задавать уточняющие вопросы.

Этап 3. Формулирование проблемы

Действия консультанта на этом этапе сводятся к следующему:

• суммирование полученной информации; формулирование проблемы в таком виде, с которым клиент будет согласен;

• в ряде случаев — переформулирование проблемы, чтобы: кли­ент мог учесть большее число ее аспектов; если проблема слишком велика — разделить ее на более мелкие составляю­щие; отделить от актуальных проблем прошлые. Соответ­ственно, возможны следующие шаги:

1) выделение при согласии клиента отдельных аспектов проблемы для обсуждения;

2) определение последовательности проработки отдельных аспек­тов проблемы; причем предпочтение отдается тем аспектам, ко­торые предполагают немедленные конкретные действия со зна­чительной вероятностью успеха.

3) Если консультант замечает, что определение проблемы увязает, необходимо:

4) перейти от общего определения проблемы к конкретному или, наоборот, от конкретного к общему;

5) определить, не пропущено ли какое-нибудь действующее лицо при исследовании проблемы;

6) исследовать, не ускользнули ли какие-то иные проблемы, лежа­щие в основе заявленной.

140

_______Глава 4. Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса_________

Этап 4. Исследование возможностей

Данный этап подразумевает:

• выяснение, были ли в жизни клиента аналогичные ситуации;

• обсуждение типичных шагов, предпринимаемых клиентом в прошлом в аналогичной ситуации;

• обнаружение того, что в подобной ситуации помогало ему раньше;

• сбор информации о том, случалось ли нечто похожее с кем-нибудь из знакомых клиента, и что они делали в таких ситуа­циях;

• обдумывание клиентом в присутствии консультанта путей вы­хода из сложившейся ситуации, поиск возможных вариантов;

• выяснение того, предпринимал ли клиент какие-либо шаги для выхода из кризисной ситуации до обращения к психоло­гу и что из этого вышло.

Второй принцип кризисной интервенции:

необходимо избегать приступать к решению

проблемы — следует оставаться в рамках

прояснения текущих событий.

Пока человек находится в состоянии острого кризиса, его решения могут быть нереалистичными. А чаще всего «тоннельное мышление», сопровождающее кризисное состояние, вообще не позволяет видеть выход из создавшегося положения.

Этап 5. Поиск альтернатив

На этом этапе работа с кризисным состоянием во многом состоит в расширении зоны осознавания клиента во взгляде на стоящую перед ним проблему и требует, в зависимости от намерений клиента, следу­ющих действий консультанта:

• убедительная демонстрация нереалистичности целей клиен­та (если таковые появляются по ходу работы) и приведение аргументов, которые позволят ему отказаться от них;

• интервенции, направленные на приостановку стремления клиента контролировать события, которые он не может кон­тролировать (например, поступки других людей, развитие ситуации, которая зависит не от него);

141

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

• сдерживание клиента, когда он слишком быстро старается принять необдуманное решение — часто клиенту хочется по­быстрее принять решение, чтобы получить ощущение конт­роля над ситуацией;

• предоставление клиенту возможности понять, что отказ от ре­шения — это тоже решение;

• переформулирование проблемы таким образом, чтобы кли­ент почувствовал, что она превратилась во вполне решаемую, даже если она из числа тех проблем, которые в действитель­ности не имеют решения;

• разъяснение следствий тех действий и решений клиента, ко­торые рассматриваются клиентом и консультантом как аль­тернативы, например, с помощью вопросов:

Как вы думаете, что случится, если вы поступите так?

2. Что самое лучшее может случиться, если вы поступите так?

3. Что самое худшее может случиться, если вы откажетесь от это­го решения?

4. Что самое лучшее может случиться, если вы откажетесь от это­го решения?

Если вы решили это сейчас, ваше решение может измениться позже?

1

5.

Третий принцип кризисной интервенции:

консультант не должен пытаться изменить чувства клиента. Он может только реорганизо­вать их в более конструктивное целое. Боль,

которую испытывает человек в кризисе,

мотивирует его на поиск новых путей решения,

ресурсов, на приобретение новых навыков.

Этап 6. Контракт

Пока человек не «изольет душу», не выплеснет наружу боль и стра­дание, он не может последовательно и основательно работать над раз­решением своей проблемы. Только после того как эмоциональное со­стояние человека постепенно стабилизируется, возможен переход от эмоционального и хаотического описания ситуации и таких же хаоти­ческих попыток найти выход из тупика к рациональному осмыслению. Если проблема достаточно сложна, то между всеми предыдущими эта­пами и последовательной выработкой решения (позже мы будем под­робно рассматривать процесс сложного выбора) необходим «мостик».

142

________Глава 4. Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса_________

Консультанту необходимо:

1. Еще раз кратко изложить содержание проблемы (проблем), чет­ко отделяя в изложении факты, чувства, мысли клиента по по­воду переживаемой ситуации и его фантазии (то есть ничем не подтвержденные домыслы, догадки, предположения) — такая четкая структура сама по себе приносит клиенту облегчение и ощущение некоторого порядка в его «рухнувшем» мире.

2. Еще раз четко и коротко сформулировать, что именно особен­но беспокоит клиента в переживаемой ситуации.

3. Точно обозначить предстоящую задачу (например: «Теперь нам предстоит найти выход из сложившейся ситуации, определить, что вам для этого необходимо и каким способом этого достичь»).

Если позволяет время, можно перейти к процессу выбора именно на этом этапе. Но, как правило, после обсуждения с клиентом воз­можных альтернативных вариантов окончательное обсуждение при­емлемого выбора и планирование шагов для его осуществления про­исходит только при следующей встрече.

Этап 7. Заключительный

Задача этапа — подвести к окончанию разговора. Клиент, находя­щийся в кризисе, может испытывать потребность повторять по не­сколько раз одни и те же описания обстоятельств и своих пережива­ний и у него должна быть возможность делать это. Но консультация не может продолжаться бесконечно. Поэтому, какова бы ни была про­блема клиента, слишком долгое общение не рекомендуется, так как устают и клиент, и консультант, а диалог перестает носить конструк­тивный характер. В среднем, по длительности диалог не может превы­шать 1—1,5часа. Лучше всего заканчивать общение, если есть ощуще­ние, что завершен целый смысловой кусок. Тогда необходимо подвес­ти итоги и договориться о следующей встрече.

Например: «Сегодня мы с вами... Как вы сами считаете, что вам дало наше общение?.. Собираетесь ли вы продолжить наши контак­ты?.. О чем вы хотите поговорить в следующий раз?»

Ниже приведены принципы ведения беседы при кризисной интервенции.

1. При общении с клиентом в кризисном состоянии существует опасность эмоционального заражения, поэтому консультант, при всей эмотивности беседы, должен внутренне быть несколь-

143

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

ко дистанцирован от клиента. При этом он, все-таки, должен выражать теплоту и поддержку.

2. Необходимо сохранять внешнее спокойствие.

3. Следует избегать нереалистических обещаний и прогнозов, про­диктованных желанием успокоить клиента.

4. Необходимо избегать проявлять слишком много активности в беседе и вмешиваться в то, что клиент должен решить сам.

МЕТОДЫ СНИЖЕНИЯ КРИЗИСНОГО НАПРЯЖЕНИЯ

Несмотря на то что негативное напряжение кризиса необходимо клиенту для разрешения его проблемы, в тех случаях, когда чувства «зашкаливают», а объективные обстоятельства требуют немедленного принятия решения и осуществления конкретных шагов, можно при­менять методы снижения негативного напряжения.

Если в распоряжении психолога находится релаксационный каби­нет, то мягкое кресло, приглушенный свет и звуки природы помогут ослабить эмоциональное напряжение. Но чаще всего консультант мо­жет уповать только на свои профессиональные навыки. В таком слу­чае можно воспользоваться техниками релаксационной визуализации, использовать методы работы с образами или НЛП.

с

Релаксационная визуализация ><

тг

Консультант может предложить клиенту одну из следующих инст­рукций.

1. «Представьте себе, что внутри вас катится теплый, мягкий, но тяжелый шар. Он прокатывается по плечам, рукам, спине, животу, яго­дицам и ногам. Как только шар наталкивается на напряженный учас­ток, он несколько раз перекатывается по этому месту, а затем продол­жает свой путь. Пусть этот шар несколько раз обследует каждый сан­тиметр вашего тела. Чувствуйте его теплоту и тяжесть».

2. «Представьте, как вы медленно спускаетесь по длинной-длин­ной лестнице. Считайте шаги. Когда вы окажетесь на тридцать тре­тьей ступеньке, остановитесь и осмотритесь вокруг. Это — простор-

144

______Глава 4 Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса_________

ная комната, в которой сбываются ваши мечты. Обратите внимание на все, что в ней есть. Теперь загадайте желание и идите дальше. От­считайте еще тридцать три ступени вниз. Теперь вы видите зеленую поляну. На ней несколько красивых деревьев. Выберите то, которое вам больше нравится. Представьте, что вы босиком идете к нему по мягкой траве. Подойдите и обнимите свое дерево. Почувствуйте, как его целебная сила наполняет все ваше тело и снимает усталость. По­стойте так столько, сколько нужно, и опять возвращайтесь на лестни­цу. Снова опуститесь на тридцать три ступеньки. Теперь вы видите боль­шую удобную лодку. Вы садитесь в нее, и она плывет по прекрасной реке. Почувствуйте, как покачивают вас волны, послушайте их легкий плеск».

3. «Представьте себе, что к вам подлетает большое, мягкое облако. Вы ступаете на него и удобно ложитесь. Облако повторяет ваши фор­мы. Оно легкое, но надежно держит вас. И вот вы летите. Вы пролета­ете над прекрасными местами. Рассматриваете их. Когда вам надо, облако поднимается выше, когда хотите — опускается. Остановитесь там, где вам больше всего понравилось. Осмотритесь вокруг. Побудьте столько, сколько вам хочется и — снова полет, тишина и легкость».

Трансформация образа (метод В. Стюарт) в сочетании с фокусированием (метод Ю. Джендлина)

Образы можно использовать в процессе консультирования в любое время. Они напрямую связаны с эмоциями, которые имеют источник в том же бессознательном. С другой стороны, тело — это язык нашей физической природы. Именно тело является проводником для наших эмоций, которые изменяют его состояние. Соответственно, любую эмоцию можно локализовать в теле.

Консультант может предложить клиенту проделать следующее, на­правляя его вопросами.

1. Сосредоточьтесь на своем состоянии. Что вы сейчас чувствуе­те? Где в теле особенно локализуется это состояние?

2. Представьте себе образ вашего состояния. Как оно выглядит? Как оно ощущается в теле? Как оно звучит? Что в этом образе есть особенно тревожащего, дискомфортного?

3. Представляйте, как этот образ меняется, становится все более приятным, успокаивающим, комфортным. Что с ним проис­ходит?

145

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

4. Вернитесь к вашему состоянию. Каково оно теперь? Как оно

изменилось? При необходимости эту технику можно повторять несколько раз.

Во время выполнения этой техники необходимо, чтобы клиент под­робно описывал происходящие изменения в образе. При этом важно следить за его физическим состоянием. Образы — сильное оружие, и обращаться с ним нужно осторожно.

Если в теле клиента будут сохраняться негативные ощущения, мож­но предложить ему: 1) сосредоточиться на негативном ощущении; 2) выбрать один из видов «ласкающего», «исцеляющего» визуального (то есть воображаемого) самовоздействия: например, омывание не­жным лечебным бальзамом, под действием которого каждая клеточка облегченно расправляется и благодарно успокаивается; или струящий­ся нежный поток исцеляющего света, или нежное поглаживание и т. п. (клиенту может быть задан вопрос о том, что для него наиболее прият­но); 3) визуализировать выбранный способ до устранения неприятно­го ощущения.

Метод двойной диссоциации (НЛП)23

Консультант может предложить клиенту следующую процедуру, в которой он руководит воображаемыми действиями клиента.

1. Представьте себя сидящим в центре пустого кинозала.

2. На экране вы видите черно-белый фотоснимок. На нем вы ви­дите себя в ситуации за мгновение до возникновения сильного эмоционального переживания.

3. Выйдите из своего тела и переберитесь в проекционную будку. Оттуда вы можете видеть себя в центре кинозала, наблюдаю­щего за собой на экране.

4. Мысленно включите кинопроектор, и черно-белый снимок пре­вратится в черно-белый фильм о ситуации, где было переживание.

5. Посмотрите фильм от начала до конца и остановите его в кадре сра­зу после окончания ситуации, вызвавшей сильные переживания.

6. Выключите проектор и из проекционной будки переместитесь в свое тело в зале и на экране. Обратите внимание, как измени­лось ваше состояние.

23 Описание техники приведено по книге А. Карелина «Снег на листьях». Саратов, 1995. С. 49.

146

Глава 4. Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса

7. Проделайте все шаги три или пять раз. Каждый раз проверяйте свое состояние. Остановитесь тогда, когда почувствуете, что ваше состояние улучшилось.

Данный метод имеет ограничения: его нельзя применять в ситуа­циях переживания психотравмирующего характера (насилия, наблю­дения гибели людей и т. п.).

СОПРОВОЖДЕНИЕ КЛИЕНТОВ ПРИ ПЕРЕЖИВАНИИ УТРАТЫ

Люди переживают утрату гораздо чаще, чем принято думать. На­пример, когда мы делаем выбор, мы отказываемся от одной из воз­можностей. И при этом мы переживаем утрату этой возможности. Сила и длительность этого переживания будет зависеть от значимости по­тери, но протекать этот процесс будет по тем же законам, что и любое другое горе.

Утрата переживается в связи с уходом партнера или из-за того, что дети, повзрослев, захотели жить самостоятельно. Горе усиливается чув­ством отверженности, которое тем сильнее, чем больше в отношениях было эмоциональной зависимости. Для созависимого человека поте­ря партнера становится настоящей трагедией, по сути, он лишается большей части своего Я.

Человек переживает утрату, даже если сам, в результате собствен­ного решения, прекращает отношения с партнером. Иногда ему и са­мому себе трудно объяснить свое состояние, ведь разводясь (или рас­ставаясь), он надеялся на улучшение своей жизни. Однако то обстоя­тельство, что инициатива принадлежит именно ему, спасает только от терзаний ущемленного самолюбия, но не отменяет переживания горя. К тому же, разорвавший отношения, как правило, имеет меньше со­чувствия и поддержки окружающих.

В случаях, когда кто-то из близких созависимого является нарко­маном на необратимой стадии зависимости, предстоящая утрата на­чинает переживаться еще до того, как близкий умер. Такое состояние называют предвосхищенным горем.

Консультирование людей, переживающих утрату — это тяжелый Процесс. Работа над проблемами клиента на фоне переживания утра-

147

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

ты практически невозможна. Но психологическая помощь ему необ­ходима. Поэтому, если клиент в период переживания горя по каким-либо причинам оказывается у консультанта, начинать необходимо с проработки его реакций скорби.

Переживая горе, человек испытывает душевную боль. Примирение с утратой — болезненный процесс, в котором есть определенные за­кономерности и этапы. Эти этапы невозможно ни ускорить, ни «пере­шагнуть», и на каждом из них помощь психолога и окружающих лю­дей тоже имеет свои закономерности. Считается, что нормальная ре­акция скорби может продолжаться до года, но на самом деле очень часто реакции горя длятся гораздо дольше.

Клиническое описание острого горя

Острое горе — это синдром с психологической и соматической сим­птоматикой. Этот синдром может возникать сразу после кризиса или бывает отсрочен; он может проявляться ярко, в чрезмерно подчеркну­том виде, или совсем не проявляется.

Нормальное горе имеет следующие признаки:

• периодические приступы страдания (от 20 минут до часа);

• спазмы в горле;

• припадки удушья с учащенным дыханием;

• постоянные вздохи;

• чувство пустоты в животе;

• потеря мышечной силы, истощение;

• отсутствие аппетита;

• душевная боль;

• изменение сознания: легкое чувство нереальности; ощущение увеличения эмоциональной дистанции, отделяющей челове­ка от других людей (иногда другие люди кажутся маленькими или похожими на призраки); сильная поглощенность обра­зом умершего; галлюцинации (человеку кажется, он почти уверен, что видит или слышит умершего совершенно реаль­но), наличие которых очень тревожит — многим кажется, что они сходят с ума.

Наиболее выраженные психологические черты:

□ Очередной приступ наступает раньше обычного, если человеку, переживающему горе, кто-то напоминает об умершем и выра­жает сочувствие.

148

Глава 4. Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса_________

□ Наблюдается стремление любой ценой избавиться от болезнен­ных переживаний, поэтому человек отказывается от контактов, которые могут ускорить приступ, часто старается избегать лю­бых упоминаний об умершем.

О Многих охватывает чувство вины: скорбящий пытается отыс­кать в прошлых событиях то, что он мог бы сделать, но не сде­лал; обвиняет себя в невнимательности, преувеличивает значе­ние оплошностей.

П Часто происходит утрата потери теплоты в отношениях с живы­ми людьми, тенденция разговаривать с раздражением и злостью, желание, чтобы вообще не беспокоили, несмотря на усиленные старания близких поддерживать дружеские отношения. Эта враждебность беспокоит человека и принимается за признаки сумасшествия. Он пытается сдержать свою враждебность и в результате вырабатывает натянутую манеру общения.

CD В речи может появиться торопливость. Часто люди, пережива­ющие утрату, становятся непоседливы, совершают бесцельные движения, ищут какое-то занятие, но, в то же время, не способ­ны поддерживать организованную деятельность. Цепляясь за повседневные дела, их выполнение, однако, дается с большим усилием.

D Нередко возникает ощущение, что все потеряло свой смысл, так как оказывается, что все было связано с умершим. Особенно это сказывается в общении с другими людьми: утрачиваются навы­ки общения.

□ У человека могут появиться черты (например, походка, жесты, привычки), а также симптомы заболевания или манеры поведе­ния умершего.

П Часто возникает стремление продолжить дело умершего, даже если оно не близко склонностям человека и раньше его не инте­ресовало.

□ Спад напряжения наступает только после того, как человек по­зволил своим эмоциям проявиться и согласился разговаривать об утрате и о том, что он чувствует.

Процесс скорби (Модель Э. Кюблер-Росс)

Сразу после смерти человека возникает острая душевная боль. С те­чением времени она меняется. Происходит последовательная смена состояний, от одной стадии к другой.

149

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

1. Отрицание

Человек не может воспринять утрату. Он сопротивляется дове­рять очевидному. Его могут осенять «догадки» о чудовищных ошиб­ках. Он может вспоминать случаи, когда хоронили живых людей. Отрицание самого факта утраты может проявляться и в том, что об умершем говорят в настоящем времени, навсегда уехавшего чело­века ждут к ужину и по привычке ставят для него тарелку. Или, если утрата не связана со смертью, вдруг приходят в голову необыкно­венные идеи о возврате утраченного. В общем, человек переживает шок, который может проявляться и полным отсутствием всяких чувств.

2. Озлобленность

Затем наступает этап, когда скорбящий переживает озлобленность. Он стремится обвинить кого-то в случившемся. Как правило, его об­винения звучат абсурдно, но спорить с человеком нельзя: гнев должен выйти наружу, иначе более поздний этап «депрессии» может проте­кать чрезмерно тяжело.

Консультант, с пониманием относящийся к высказываниям кли­ента в озлобленном состоянии, значительно облегчит протекание дан­ного периода. Однако отражать необходимо не намерения или неспра­ведливые обвинения клиента, а его состояние. Психолог не должен фальшиво соглашаться с абсурдными намерениями клиента, но обя­зан принимать право клиента переживать подобные чувства и жела­ния в состоянии горя.

3. Компромисс

На смену злобе приходит осознание утраты и смирение с ней. Здесь принятие утраты осуществляется уже разумом. На первый план выхо­дит когнитивный процесс, включающий изменение мыслей об умер­шем, горечь потери, попытку отстраниться от утраченного лица, по­иск своего места в новых обстоятельствах. Это — очень тяжелая пси­хическая нагрузка, которая усиливает страдание. Консультант способен доставить облегчение, однако подобное вмешательство не всегда уме­стно. Лучше всего — активно выслушивать, поддерживать. Человек должен видеть доброжелательность, принятие и готовность помочь. Скорбь нельзя приостанавливать, она должна продолжаться столько, сколько необходимо.

150

Глава 4 Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса

4. Депрессия

На данном этапе озлобленность, прежде направленная вовне, транс­формируется в депрессию, и глубокая тоска поглощает человека. На­вязчивые мысли об умершем (или утраченном при других обстоятель­ствах) занимают все мысли человека. Это — период принятия утраты чувством.

«Пропадает интерес к событиям, делам, которые казались прежде важными, к своей внешности. Места и ситуации, предметы, связан­ные с умершим, приобретают особую значимость. Не надо противиться символическим склонностям скорбящего, поскольку таким образом он старается преодолеть утрату. С другой стороны, реакция скорби бывает преувеличена, и тогда создается культ умершего»24.

Обычно депрессия (не исключение и депрессия в период скорби) сопровождается чувством вины. Вспоминаются ссоры или другие со­бытия, где скорбящий вел себя, по его мнению, несправедливо, глупо, необдуманно и т. д. по отношению к умершему или утраченному. Это усугубляет страдание. Но избежать этих переживаний невозможно: они закономерны.

Когда человек страдает, у окружающих возникает желание опекать скорбящего, решать за него насущные проблемы, полностью избавить от забот. Вместе с тем, хотя поддержка действительно нужна, депрес­сия — очень опасный период. Если скорбящий получит вторичную выгоду из этого состояния в виде особого внимания близких, то вмес­то постепенного улучшения депрессия может превратиться в хрони­ческий и тягостный недуг. Помощь близких должна поддерживать, а не нести на себе, то есть она не должна лишать необходимости про­должать отвечать за свою жизнь.

Консультант в этот период способствует выражению клиентом сво­их чувств, но по мере продвижения работы горя к своей завершающей стадии все чаще заговаривает с ним о его насущных проблемах. Пси­холог стимулирует активное отношение к окружающему, помогает пре­одолевать навязчивые воспоминания, что облегчает переживания.

5. Адаптация: развитие новой идентичности

В этот период душевная боль уменьшается. Человек постепенно адаптируется к жизни без утраченного. И наступает время, когда раз-Решение психологических проблем, не связанных с потерей, стано-

24 Кочюнас Р Основы психологического консультирования М , 1999 С 208

151

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

вится возможным. Надо быть готовым к тому, что в процессе пережи­вания скорби у человека будет меняться система ценностей, он может ставить перед собой задачи, которые раньше его не интересовали, и, наоборот, отказываться от целей, волнующих его прежде.

Этапы горя не всегда следуют строго один за другим. Чаще наблюда­ются временные возвраты на предыдущие этапы, затем снова продви­жение вперед, вновь возврат и т. д. Эти колебания вызывают разочаро­вание и усталость окружающих, в том числе и консультанта, которые с нетерпением ожидают «возвращения» скорбящего в «нормальную» жизнь. Но выражать нетерпение ни в коем случае нельзя.

Отрицание Гнев Компромисс Депрессия Адаптация

Рис. 4. «Челночная» динамика горя

Следует терпеливо относиться к возникающим «странным» ритуа­лам в отношении вещей и других предметов, связанных с умершим, — они важны для человека, находящегося в состоянии горя. Необходи­мо спокойно относиться и к таким сообщениям, как «контакты» с умер­шим, когда последнего видят, слышат его голос или ощущают его при­сутствие. Каково бы ни было происхождение ощущения «контакта», о них свидетельствуют многие люди, переживающие утрату, и это не имеет отношения к психическому заболеванию. Кроме того, если са­мого скорбящего пугают такие явления, его надо успокоить, объяснив ему, что это частое явление в период переживания утраты, которое полностью прекращается после окончания работы горя.

В целом, помощь консультанта в период

переживания острого горя заключается в

выслушивании и поддержке.

Не следует поверхностно успокаивать скорбящего человека. Фор­мальные фразы отталкивают, возникает отчужденность и контакт на­рушается. Советы и наставления также оказываются непродуктивны­ми и даже вредными, поскольку отягощают переживание горя, а не облегчают его.

152

Глава 4. Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса

Клиенту нужно предоставить возможность выражать любые чув­ства, и все они должны быть восприняты с симпатией и добротой без предубеждения, чтобы он знал, что его переживания, хотя и тяжелы, но естественны, и он не одинок.

Задача состоит в том, чтобы разделить с человеком работу горя, а именно — помочь ему преодолеть зависимость от умершего и найти новые модели взаимодействия. Итак, важным на этом пути является, чтобы:

• клиент принял боль утраты;

• его страх, гнев и другие чувства были переработаны (враж­дебность должна прорабатываться особо!);

• консультант замечал не только чрезвычайно сильные реакции, но и очень слабые, это поможет предотвратить отсроченные реакции.

Возможные вопросы при работе с утратой:

□ Расскажите мне, что это был за человек. Как он обычно выра­жал свои чувства по отношению к вам?

□ Как вы узнавали о его любви (симпатии) к вам?

□ Если бы он оказался здесь сейчас, что бы вы хотели сказать ему? Скажите это прямо сейчас.

□ Расскажите о самых приятных моментах в ваших отношениях.

□ Расскажите о его характерных чертах, достоинствах и недостатках.

□ Можете ли вы вспомнить о нем что-то смешное?

□ Какими были его манеры?

□ Что его больше всего раздражало?

□ Какими были его привычки?

□ Что вас раздражало в нем больше всего?

□ Расскажите, как он умирал (уходил).

□ Когда последний раз вы его видели?

□ Какой была ваша первая реакция на его смерть? П Удалось ли вам с ним проститься?

□ Как вы попрощались с ним?

□ О чем вы размышляете, вспоминая о нем? Что именно вам вспо­минается?

□ Что было потом?

□ Что произошло с его личными вещами?

П Убрались ли вы в его комнате (шкафу и т. п.)?

□ Были ли у него особо любимые вещи? Что вы с ними сделали?

□ Пользуетесь ли вы его вещами? (Если да — это хороший знак; если нет — следующий вопрос: почему?)

153

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Эти разговоры занимают 8—10 бесед по одному часу. Часто время бесед при проработке горя увеличивается, но нецелесообразно делать их длиннее двух часов. Это вредно и клиенту, и консультанту.

Осложненное горе

Осложненное горе возникает, если в естественное течение скорби внедряются блокирующие факторы. Например, ссора перед смертью, отсутствие поддержки (невозможность выразить свои чувства), еще одна утрата в период переживания горя и др.

Обычно об осложненном горе можно говорить, если несколько лет спустя человек ведет себя так, будто утрата произошла совсем недавно.

Осложненное горе может проявляться по-разному.

Отсрочка реакции

1

Если утрата застает человека во время решения каких-то важных проблем или если это необходимо для моральной поддержки других, он может почти не почувствовать своего горя. Однако в этом случае работа горя прекращается. Иногда эта отсрочка может длиться года­ми. Но спустя много времени (иногда несколько лет) совершенно не­значительный повод «включает» все симптомы острого горя.

Если в повествовании клиента консультант видит симптомы ост­рого горя при незначительном поводе, следует поинтересоваться:

• не переживал ли клиент утраты в прошлом;

• не была ли его реакция на потерю ослабленной;

• была ли возможность у его горя проделать свою работу.

Отсутствие скорбных чувств

и появление соматических заболеваний

Часто это те болезни, которые подобны заболеваниям умершего. Осознание их связи с утратой отсутствует, а признаки горя так никог­да и не появляются. По этому поводу человек может испытывать чув­ство вины, у него может начать работу неосознанное стремление к са­монаказанию. Часто такой человек активен, однако его деятельность приносит вред его собственному экономическому положению; нео­сознанно он так строит свои отношения, что может остаться без се­мьи, без друзей, без социального статуса. Возможны случаи, когда чув­ство вины не вполне или совсем не осознается. Однако заболевания и

154

______Глава 4. Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса_________

изменения стиля жизни в сторону разрушения отношений и самораз­рушения могут свидетельствовать о стремлении к самонаказанию.

Горе с искаженными реакциями

Обычные реакции горя могут быть чрезмерно усиленными. Чаще всего встречаются следующие искаженные реакции:

• повышенная активность без чувства утраты;

• избегание общения, стремление к социальной изоляции;

• яростная враждебность по отношению к близким людям, род­ственникам, врачу и т. п.; такой человек может иметь подо­зрения (и даже высказывать их) по поводу негативного отно­шения этих людей к умершему;

• в случаях, когда враждебность представляется испытывающим ее людям ненормальной, они скрывают ее, в связи с чем их чувства становятся «одеревеневшими», а поведение — неес­тественным (внешне это может напоминать картину шизо­френии, однако таковой не является);

• утрата инициативы, решительности: человек может строить планы, оставаясь бездеятельным;

• неосознаваемое самонаказание;

• ажитированная депрессия, то есть депрессия с напряжением, возбуждением, с суетливой деятельностью, бессонницей, чув­ством собственной малоценности, стремлением к болезнен­ным переживаниям, жесткими самообвинениями и явной по­требностью в самонаказании; такие люди могут совершать по­пытки самоубийства.

Если работа горя не идет

Вина — очень частая причина, по которой горе не делает свою ра­боту, искажаясь и осложняясь. Часто она — результат осознанных или Неосознанных враждебных чувств клиента к умершему. Умерший че­ловек мог быть капризным, конфликтным, деспотичным и т. п. Но переживающий утрату человек винит только себя за свои негативные Реакции в его адрес.

В связи с этим необходимо обращать внимание на то, как человек го­ворит об умершем. Если клиент часто повторяет, что он был очень хоро­шим, это не обязательно говорит о том, что за этим кроется желание ис- враждебность, но в любом случае должно насторожить.

155

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Важно, чтобы клиент смог говорить об умершем как о реальном человеке, имевшем свои достоинства и недостатки. Но подводить к этому клиента нужно постепенно, без давления и спешки.

Иногда склонность к созависимым отношениям развивается уже в достаточно зрелом возрасте в результате перенесенной потери и не про­работанного горя. Теперь значимый Другой становится сверхзначимым, а целью жизни человека становится:

• не утратить значимого Другого с помощью сверхконтроля и сверхопеки, направленных на него;

• искупить иррациональную вину перед тем, кого потерял по ка­ким-то причинам, через самонаказание в отношениях с дру­гим значимым человеком посредством чрезмерного подчине­ния или чрезмерной заботы.

Если консультант, знакомясь с историей жизни человека, обнару­живает в ней историю потерь, это означает, что следует исследовать, насколько полноценно пережиты эти потери. Самый очевидный при­знак непереработанного горя — слишком яркая эмоциональная окрас­ка воспоминаний об утраченном. Полноценно пережитая потеря мо­жет вызывать грусть, но не доходит до уровня тоски, рыданий или деп­рессии.

В каждом отдельном случае консультанту нужно принять решение, необходимо ли ре-переживание утраты или, наоборот, гораздо полез­нее переключение внимания на конструктивные цели будущего.

Таблица 3

Необходимо ре-переживание

Необходимо переключение внимания

1. Клиент по каким-то причинам скрывает горе от своего окружения и никогда не проявлял своих чувств.

2. Клиент не имел возможности выразить свои чув­ства в полную меру

3. Клиент «завис» на каком-то этапе горя и не может полностью освободиться от переживания. 4. Клиент проявляет симптомы острого горя, хотя ут­рата произошла больше полутора лет назад.

5. Чувства клиента блокированы, он эмоционально «окаменел». Стимулировать выход эмоций можно

1. Горе является хроническим вследствие особой тяжести утраты (например, потеря ребенка, по­теря сразу нескольких значимых людей) и ре-переживание может усилить травму. 2. Из переживания горя извлекается вторичная вы­года в виде отказа от ответственности, отказа от деятельности, получение внимания и т. д. 3. Горе предъявляется как оправдание асоциаль­ного поведения. 4. Горе является фетишем, фактором принужде­ния (например, все члены семьи должны соблю­дать определенные ритуалы в честь умершего, действовать в соответствии с наставлениями умершего, хотя это противоречит желаниям и по­требностям живых и т. д.). 5. Переживание горя становится смыслом жизни, способом структурировать время.

156

Глава 4. Уровень оказания помощи при переживании острого кризиса

Окончание таблицы 3

Необходимо ре-переживание

Необходимо переключение внимания

через телесно-ориентированные и арт-терапевти-ческие подходы. 6. Клиент потерял близких при особо жестоких об­стоятельствах, например, в результате насилия, военных действий, катастрофы и т д , и при этом испытывает иррациональную вину из-за того, что не смог спасти. Ре-переживание производится с целью проявить абсурдность вины и невозмож­ность преодолеть обстоятельства Внимание! При этих же обстоятельствах могут быть причины, по которым нужно избегать ре-переживания.

6. Клиент потерял близких при особо жестоких об­стоятельствах, например, в результате насилия, военных действий, катастрофы и т. д. Если это произошло несколько лет назад, а клиент про­являет признаки посттравматического стрессо­вого синдрома, тогда ему необходимо не ре-пе­реживание, а специальная реабилитационная терапия.

Ре-переживание может протекать вполне спонтанно, в результате разговора с психологом, построенного на его заинтересованных воп­росах:

• о подробностях обстоятельств, при которых произошла утрата;

• о значении утраченного;

• о вторичных утратах, то есть об утратах, которые произошли в результате основной утраты.

Консультанту необходимо стимулировать выражение чувств, поощ­рять слезы, крик и другое бурное проявление эмоций. Важно, чтобы клиент чувствовал, что психолог не боится его переживаний, но и не отстранен. Ему необходимо сопереживание, как бы тяжело оно ни было для психолога (консультанту нужно позаботиться о самовосстановле­нии после подобных сессий).

Ре-переживание может длиться не одну сессию. Самое главное в нем — это выплеснуть боль и страхи и принять потерю, то есть сми­риться с ней, увидеть позитивные стороны своей жизни без утрачен­ного.

Важный вопрос для обсуждения с клиентом в конце ре-пережива­ния: что хорошего вы имеете в результате вашей утраты? По опыту знаю — это самый трудный вопрос. Такой взгляд с трудом принимает­ся клиентами. Но я убеждена — найти ответ на него необходимо для полного выздоровления. Я говорю клиентам: «В жизни ничего не слу­чается просто так. Даже страшные утраты даются нам для того, чтобы Мы получили нечто в нашей жизни. Утрата — это предоплата за некие возможности, которые мы можем иметь, пережив ее. Сейчас, когда са­мые острые переживания остались позади, вы можете осмотреться и Понять, ради чего вы пережили такое горе. Какие новые возможности У вас появились? Может быть, вы еще не воспользовались ими? Рас-

157

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

смотрите все стороны вашей жизни и прежде всего ресурсы вашей лич­ности. Вы можете не пользоваться появившимися возможностями, «подарить» ваше горе, или максимально реализовать появившиеся ре­сурсы. Главное — понять, каковы они».

С точки зрения технических приемов, ре-переживание может сти­мулироваться с помощью:

• писем к умершему (утраченному, потерянному);

• разговора с тем, кого утратили, для того чтобы высказать ему свои чувства (техника пустого стула);

• выстраивания «линии жизни»: в хронологическом порядке, начиная с обстоятельств, которые предшествовали появлению значимого человека, воссоздается полная история отношений и подробное описание обстоятельств утраты; при этом могут рассматриваться фотографии, перечитываться письма и т. д.;

• «крика о боли»: клиенту предлагают кричать, колотить валик, пинать подушки, чтобы выразить свои подавленные чувства;

• арт-терапевтического выражения боли потери: через рисунок, через танец и движения, через вылепливание фигурки утра­ченного и совершение с ней ритуальных действий.

[Лава 5.

УРОВЕНЬ ВЫРАБОТКИ РЕШЕНИЯ В СИТУАЦИИ ТРУДНОГО ВЫБОРА

ВЕЗДЕСУЩНОСТЬ ВЫБОРА И РЕШЕНИЯ

Наша жизнь, по сути, есть непрерывный процесс выбора и приня­тия самых разнообразных решений. Это настолько неотвратимо, что мы в большинстве случаев даже не замечаем, как он происходит, то есть часто выбираем одну единственную возможность из множества бессознательно.

Представьте, что вы идете по улице после дождя, одновременно бе­седуя с подругой. Вы идете по мокрому асфальту, перешагивая через маленькие лужицы и обходя большие. Беседа увлекательна, и вы не замечаете, что каждый раз вы выбираете лучший путь, вы оцениваете ситуацию и принимаете решение, как обойти очередное мокрое пре­пятствие.

Иногда человек не замечает, как он принимает решение и в более серьезных ситуациях. Короткая иллюстрация показывает, как это мо­жет происходить:

Консультант. Скажите, что подтолкнуло вас к решению выйти за­муж?

Клиент. Да я ничего не решала. Просто он предложил, а у меня уже возраст такой, что недолго и в девках остаться. Вот и вышла.

Итак, решение и выбор вездесущи. И также вездесуща ответственность Зо принятое решение. Каким бы способом мы ни принимали его — осоз­нанно, вдумчиво, с помощью консультантов или стремительно, спон­танно, а может быть, бессознательно, — мы, и только мы, несем ответ­ственность за последствия такого решения, поскольку это наш собствен­ный выбор в данных обстоятельствах из нескольких возможных.

А теперь постарайтесь сосредоточиться, чтобы не запутаться в сло-вооборотах. Однако мысль важная: когда человек говорит, что он не

159

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

будет принимать никакого решения, фактически он принимает реше­ние не принимать никакого решения. И, стало быть, он несет ответ­ственность за принятое им решение.

Принять решение — это значит сделать выбор из нескольких воз­можностей, из нескольких направлений дальнейшего пути. Причем, выбор есть всегда. Как минимум у человека есть два варианта в каж­дой из трех возможностей:

1) оставить все, как есть, или что-то изменить;

2) изменить себя (свое поведение, привычки, взгляды, установки и т. п.) или изменить обстоятельства, в которых возникла про­блема;

3) если нельзя изменить обстоятельства, то можно изменить отно­шение к обстоятельствам, то есть сделать выбор между деструк­тивным отношением, повергающим в депрессию, гнев, вину, тре­вожность и т. п., и отношением, при котором даже крайне негативные обстоятельства наполняются особым смыслом (В. Франкл называл это «смыслом страдания»), что делает жизнь человека содержательной и ценной для него.

Изменить себя (реакции, поведение, привычки, взгляды, установки

Рис. 5. Пути решения проблемы

160

Глава 5. Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ ПРОБЛЕМЫ

Клиент, прежде чем он осознает наличие у него проблемы и необ­ходимость ее разрешения, проходит целый ряд этапов, о которых кон­сультант должен иметь представление. Но, преодолев их, он тоже не сразу приходит к удовлетворяющим результатам. В общем, решение проблемы — это целый путь, связанный с изменениями. Динамичес­кий процесс нарастания и разрешения проблемы может быть пред­ставлен в виде нескольких этапов.

1. Неосознанное поведение. На этом этапе общий фон определен­ной сферы жизни воспринимается как благополучный и не требую­щий изменений. Но именно в это время появляются первые признаки нарастающей проблемы. Если человек привык внимательно относить­ся к небольшим, «негромким» сигналам, он заметит это: как правило, восприятие таких сигналов сопровождается ощущением некоторого напряжения в теле и неясным эмоциональным дискомфортом — со­стоянием напряжения, легкой тревоги и т. п.

2. Осознание. «Сигналы» нарастания проблемы постепенно накап­ливаются. Даже если раньше человек ничего не замечал, теперь он от­четливо ощущает дискомфорт, и приходит осознание, что существует проблема. Однако пока это лишь констатация факта: «Проблема есть, но я не знаю, действительно ли надо что-то решать. Может быть, это не мне надо решать и что-то менять. Может быть, это не нужно, воз­можно, это лишь случайное стечение обстоятельств, и все пройдет само собой».

3. «Слепой» поиск решения. На данном этапе человек уже понима­ет, что «сама» проблема не «рассасывается», и ему придется прояв­лять активность. Однако сам скорее предпримет попытки избавить­ся от дискомфорта, но не разрешить возникшую проблему: тем са­мым, он убегает, а не идет к цели. Это — этап попыток вернуться к прежнему комфортному состоянию. Поэтому и освободиться от дис­комфорта человек старается прежними способами, используя при­вычные модели поведения. Порой он делает это механически, не осо­бенно задумываясь об их соответствии данной ситуации. Но старые методы не срабатывают. Все попытки остаются неэффективными. Дискомфорт и эмоциональное напряжение нарастают и достигают критического состояния.

4. Поиск информации и поддержки. Человек испытывает особенно сильный внутренний дискомфорт. Но именно состояние негативного Напряжения и заставляет человека сделать разрешение проблемы ПрИ-^ак 3656 1/-1

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

оритетной задачей на данный период жизни. Понимание, что привыч­ные методы неэффективны, заставляет искать новые способы. Но ка­кие? Это пока неизвестно. Кроме того, возникает сильное сопротив­ление необходимости менять знакомый образ жизни, привычки, модели поведения. Возникает внутренний конфликт между необхо­димостью внести в свою жизнь изменения и сохранением статус-кво. Человек переживает кризис, ищет понимания, сочувствия. Одновре­менно он осознанно и неосознанно ищет и накапливает информацию о возможных способах разрешения проблемы. Именно на данном этапе чаще всего обращаются за помощью к психологу в надежде, что он обладает неким «волшебным» знанием.

5. Накопление информации, установление цели. На данном этапе, самостоятельно или с помощью психолога, человек систематизирует весь свой опыт и переключается с того, что его не устраивает, на то, что он хочет. Это — переломный момент в преодолении проблемы: на смену переживанию тупика приходит осознание выхода из него: «Те­перь я знаю, что именно нужно менять и что именно я хочу получить вместо проблемной ситуации».

6. Применение и освоение новых моделей. После определения цели происходит поиск способов ее достижения. Человек может рассмат­ривать различные варианты дальнейших действий, отбрасывая неис­полнимые или нежелательные. Он намечает определенные этапы дос­тижения цели, конкретные шаги.

7. Поиск способов достижения цели. Этот этап можно разделить на три периода.

1. Сознательное применение новых моделей поведения, контроль за реакциями, внесение изменений. Человек чувствует неуверенность и дис­комфорт: он привык действовать по-другому. Часто он делает ошиб­ки, поступает по-старому, несмотря на решение внести изменения: в нем еще сильно желание вернуться к привычному. Вот почему разре­шение проблемы достигается только в том случае, если дискомфорт от проблемы сильнее, чем дискомфорт, вызванный необходимостью ее разрешения.

2. Возрастание чувства уверенности. В этот период человек посте­пенно осваивает новые модели реагирования, привыкает к изменени­ям. Все чаще он достигает успеха в применении новых навыков, но­вых способов реагирования, все больше положительных моментов находит он в изменениях. Чувство комфорта возрастает.

3. Сознательное перенесение нового опыта на другие сферы жизни. Часто разрешение проблемы в одной сфере жизни приводит к необхо­димости внести изменения в другую. Возможно также, что, изучая и

162

_______Глава 5. Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора___________

пересматривая свою проблему, человек приходит к выводу, что источ­ник проблемы воздействует и в других ситуациях. Тогда получение желаемых результатов при решении проблемы может стимулировать его расширить свой опыт.

8. Сохранение изменений. На этом этапе человек уже интегрировал изменения и действует уверенно, автоматически. Он расширил свой опыт, лучше узнал себя, то есть произошел личностный рост. Некото­рое время он переживает чувство комфорта.

После периода благополучия, если таковой наступает, происходит новое накопление неразрешенных негативных потенциалов, и вновь наступает предкризисное положение. Если проблема не разрешается, то наступает кризис.

8. Сохранение изменений (постконсультативный период)

7. Применение и освоение новых

(консультативное сопровождение практического освоения новых моде­лей, анализ ошибок, укрепление уве­ренности в применении новых спосо­бов решения проблемы и поведения)

6. Поиск способов достижения цели (консультативное сопровождение при анали­зе, поиске, изучении новых возможностей, моделей и способов решения проблемы, ре­петиция поведения, изучение блокирующих моментов и их преодоление

5. Накопление информации, установление цели (консультативное сопровождение при анализе ситу­ации и поиске решения

4. Поиск информации и поддержки

(консультативное сопровождение при принятии решения,

предоставление психологической информации

3. Слепой, хаотический поиск решения

2. Осознание наличия проблемы

Неосознанное поведение, накопление сигналов нарастания проблемы

Ill

о*

Рис. 6. Динамическая лестница: проблемы и основные этапы консультативного сопровождения

163

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Практически ни один человек никогда не живет в состоянии абсо­лютного отсутствия проблем, а значит, и необходимости их разреше­ния, то есть необходимости производить изменения. Однако чем бо­лее своевременно и конструктивно разрешает свои проблемы человек, чем более он внимателен к признакам, сигнализирующим о наличии проблемы, тем более равномерной будет динамика его жизни.

ОБЩАЯ СХЕМА КОНСУЛЬТАТИВНОГО СОПРОВОЖДЕНИЯ ПРИ ПРИНЯТИИ РЕШЕНИЯ. ЭТАПЫ РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ

Сопровождение клиента при принятии решения условно можно разделить на следующие этапы: установление контакта с клиентом, ис­следование проблемы, целеполагание, выработка решений, проверка решений и обобщение, или разработка плана конкретных действий. Рассмотрим каждый из них в отдельности.

Знакомство, установление контакта

На этом этапе основная цель — построить прочный союз с клиен­том, добиться, чтобы он чувствовал себя психологически комфортно. Для этого консультант:

• представляется сам;

• просит назвать имя клиента;

• предлагает клиенту общую схему беседы.

Например: «Сейчас я хотел бы выслушать вас и понять, в чем со­стоит ваша проблема, и какую помощь вы хотели бы получить в ре­зультате нашей беседы; затем мы, возможно, исследуем некоторые обстоятельства более глубоко, и для этого я буду задавать вам необхо­димые вопросы; а затем мы поищем решение. Вы согласны?»

Консультант должен учитывать то обстоятельство, что каждый чело­век имеет свой стиль и свою индивидуальную скорость принятия решений-Некоторые немедленно реагируют на события, проблемы и предпочи­тают принимать решения быстро. Другие откладывают проблему и по-

164

Глава 5 Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

степенно, шаг за шагом, работают над ее разрешением. Если психолог будет слишком спешить, ему придется тащить клиента буквально за уши к решению, которого он пока еще просто не в состоянии принять. Есте­ственно, в таком случае, он ответит сопротивлением, и контакт будет разрушен. С другой стороны, человек, привыкший к стремительным, не слишком обдуманным решениям, будет испытывать трудности при детальной проверке верности выбора. В таком случае консультанту не­обходимо придерживаться интенсивного темпа консультации, не пере­гружая ее детализацией, но и не упуская ничего важного.

С самого начала консультант применяет техники активного слуша­ния, следит за тем, чтобы темп его речи был комфортен клиенту, а из­ложение мыслей — простым и точным.

Сбор информации, исследование проблемы

Цель данного этапа — определить:

• зачем обратился клиент?

• как он сам видит свою проблему?

• видит ли клиент свои возможности для разрешения проблемы?

• в чем они, по мнению клиента, заключаются?

Психолог старается понять мир клиента и его восприятие своей проблемы. На этом этапе в задачи консультанта входит:

1) выслушать изложение проблемы;

2) помочь клиенту ясно выразить его затруднения;

3) сформулировать определенные задачи.

При анализе межличностных проблем он задает вопросы:

• о ходе событий,

• об участниках событий,

• об их конкретных действиях,

• о результатах этого взаимодействия,

• о том значении, которое придает клиент этим событиям, а также

• чем именно не устраивают результаты взаимодействия. При работе с негативными состояниями (раздражительность, скован­ность, повышенная тревожность, напряженность, неприятные или вредные привычки, депрессия, застенчивость и т. п.) консультант мо­жет задать клиенту следующие вопросы25.

25 Кейд Б., О'Хэнлон В. X. Краткосрочная психотерапия. М., 1998. С. 51—54.

165

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

1. Когда появилась проблема ?

• Есть ли такие периоды, когда проблема всегда возникает?

• Есть ли такие периоды, когда проблема вообще не возника­ет?

2. Где возникает проблема ?

• Существует ли такое место, где проблема возникает всегда или особенно часто?

• Есть ли такие места, где она вообще не возникает?

3. Как внешне выглядит эта проблема ? f

• Что мы смогли бы увидеть, если бы имели видеозапись?

• Какие бы мы увидели жесты, позиции тела, поведение?

• Что бы мы могли услышать?

4. В чьем присутствии появляется проблема ?

• Кто чаще всего находится рядом при возникновении пробле­мы?

• Что другие люди делают и говорят о человеке, имеющем эту проблему и о ней самой?

5. Что из-за проблемы клиенту приходится делать иначе?

• Каким образом проблема нарушает обычную активность кли­ента или мешает в том, что он хотел бы сделать?

• Как выглядела бы жизнь и деятельность клиента без его про­блемы? (Этот альтернативный вопрос позволяет иногда по­лучить важную информацию.)

6. Какие из типов проблемного поведения проявляются во время сессии?

Иногда клиенты проявляют проблемное поведение прямо при об­щении с консультантом. Заострение внимания на этих проявлениях помогает наглядно представить, каким образом возникают проблемы, и обсудить это Обсуждение проблемного поведения полезно прямо в процессе его предъявления. Эта беседа должна иметь не осуждающий или обвиняющий характер, а выстраиваться как анализ интересных и важных аспектов поставленной задачи.

Клиент, постоянно попадающий в конфликтные взаимоотношения, гово­рит с психологом в обвиняющих, резких интонациях.

Консультант. Сейчас, когда я слушал вас, мне показалось, что вы обижены на меня и сердиты, будто я сделал что-то недопустимое.

Клиент. С чего вы взяли? Я говорю как обычно, просто рассказываю о своей проблеме. Что не так? Чем вы недовольны?

Консультант. Наверное, такое впечатление произвели на меня ин­тонации, с которыми вы говорили, и некоторая особенность стро­ить фразы.

166

________Глава 5 Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора___________

Клиент. Не выдумывайте! С чего это мне на вас обижаться? Я говорю

обычно! Консультант. У меня есть предложение: представьте, что все это вы

говорите самому себе. Повторите еще раз ваши слова, глядя на

себя в зеркало. Клиент повторяет, при этом смотрится в предложенное консультантом

большое зеркало. Клиент. Да, действительно, грубовато получается. А ведь я совсем не

имел в виду ничего плохого1 Консультант. Как вы думаете, могут ли других людей, так же, как

меня, сбивать с толку ваши интонации? Клиент {задумчиво). Да, пожалуй...

В процессе сессии, пока клиент самостоятельно и с помощью воп­росов рассказывает о себе и своих затруднениях, консультант собира­ет информацию о нем не только с его слов, но и обращая внимание на:

• позу, жесты, мимику и пластику,

• общее эмоциональное состояние,

• способ формулировать фразы (активная или пассивная позиция в ситуации и в жизни; миф о всемогуществе или беспомощность, стремление контролировать или подчиняться и т. д.);

• отношение к ответственности и вине, свободе выбора и дол­женствованиям, свободе и зависимости и т. д.

Все это дает консультанту представление о строении внутреннего мира клиента: его представлениях о себе, стиле взаимоотношений с окружающими, о возможных ресурсах и, наоборот, блокирующих ре­шение обстоятельствах и качествах.

Часто у клиента обнаруживается множество проблем. Если психо­лог попытается решать их все одновременно, скорее всего, процесс консультирования будет хаотичным. В таком случае, либо оба, и кон­сультант, и клиент, в процессе обсуждения, перескакивая с одной темы на другую, будут упускать из вида важные моменты, либо впоследствии Уже сам клиент, реализуя сразу несколько решений, потерпит неудачу.

Поэтому на данном этапе необходимо выстроить иерархию проблем клиента:

• отделить проблемы одну от другой;

• выделить ту проблему, которую клиент считает наиболее важ­ной или неотложной, и принять ее к работе;

• остальные проблемы обозначить и сформулировать с тем, что­бы поработать с ними в дальнейшем.

167

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Например: «Итак, из вашего рассказа я понял(а), что в связи с тем, что вы живете совместно с родителями мужа, у вас возникают конф­ликты со свекровью, которые усугубляют и без того напряженные от­ношения с супругом. Кроме того, вы чувствуете, что ваш сын-подрос­ток отдаляется от вас. В связи с этим вам необходимо решить, что лучше: разъехаться с родителями, развестись или наладить взаимоот­ношения в семье. При этом вы предпочли бы наладить отношения, но не знаете, возможно ли это. Верно? (Клиентка подтверждает). Мне представляется, что эта большая проблема состоит из нескольких: 1) ваши взаимоотношения со свекровью, 2) ваши взаимоотношения с мужем, 3) ваши взаимоотношения с сыном. Может быть, последова­тельно разобравшись с каждой из этих проблем, вам будет легче при­нять верное решение? (Клиентка соглашается). Тогда, как вы считаете, с какой из этих трех задач необходимо разобраться в первую очередь?»

Затем необходимо остановиться на исследовании возможностей кли­ента. Для этого следует выяснить:

□ Обдумывал ли клиент пути решения проблемы, каковы его идеи на этот счет /"Например: «До того, как вы пришли на консультацию, вы, вероятно, обдумывали возможные выходы из положения. Не могли бы вы поделиться ходом своих рассуждений и выводами?»

□ Были ли раньше аналогичные ситуации? Например: «Случалось ли вам раньше сталкиваться с подобной проблемой?» или «При­ходилось ли вам раньше переживать что-то подобное?»

D Что помогало ему раньше в аналогичной ситуации ? Например: «Из вашего рассказа я вижу, что у вас действительно богатый опыт в разрешении конфликтов. Как вы думаете, что помогало вам в этом?»

П Какие личностные черты клиента могут способствовать решению проблемы ? Обсуждение сильных сторон личности клиента в те­чение беседы может быть началом подключения к его ресурсам.

Например: «У вас действительно сложная проблема, но тем не ме­нее вам удавалось достаточно долго поддерживать вполне удовлетво­рительные отношения. Как вы думаете, какие ваши личностные каче­ства помогали вам в этом?» или «Из вашего рассказа я вижу, что вы обладаете большим терпением и настойчивостью. Эти качества обяза­тельно помогут вам в разрешении теперешней ситуации».

Консультант, задавая вопросы, говорит с клиентом о его чувствах, его роли в происхождении событий. Но самое главное — он наблюда­ет за эмоциональным состоянием клиента непосредственно во время рассказа. Хотя, как правило, в самом начале консультативного про-

168

________Глава 5. Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора___________

цесса люди предпочитают сдерживать эмоции и разговаривать «веж­ливо» в рамках общепринятой этики поведения, их микромимика, мелкие движения пальцев, поза и т. д. могут сообщить наблюдатель­ному психологу о многом.

При этом консультант настраивает клиента на конструктивное и реалистичное восприятие проблемы.

Например: «Мы не можем изменить другого человека, если он сам этого не хочет», «Изменяя свою жизнь, вы изменяетесь сами, а затем происходит изменение отношения к вам других людей», «Нужно вре­мя и терпение, чтобы измениться» и т. п.

Иногда, чтобы клиент принял такую позицию, бывает необходимо вступить с ним в дискуссию.

Консультант. Вы считаете, что вы правы, и поэтому ваш партнер должен изменить свои взгляды на семейную жизнь, а не вы. Но из вашего рассказа я поняла, что он тоже считает себя правым, так?

Клиентка. Да. Он даже слушать меня не хочет, говорит, это я выду­мываю проблемы.

Консультант. Давайте теперь представим, что ваш образ жизни его не устраивает, и он хочет, чтобы вы изменили свои привычки, ста­ли ходить с ним на футбол и предпочитали свободный образ жиз­ни, а не семейный уют. Стали бы вы меняться?

Клиентка. Да с чего я должна меняться? Я считаю, что так, как он, жить нельзя. Надо быть более ответственным человеком.

Консультант. То есть вы не стали бы меняться, даже если бы он начал настаивать?

Клиентка. Нет! Никогда!

Консультант. Значит, если вы не захотите, вы не изменитесь, не­смотря на его уговоры и даже скандалы? Это действительно не в его власти?

Клиентка. Конечно. Если бы я считала, что живу неправильно, я бы поменялась. Но я думаю, что я права.

Консультант. Возможно, ваш партнер рассуждает точно так же и считает, что он живет так, как ему надо, как вы думаете?

Клиентка. Возможно.

Консультант. Считаете ли вы теперь, что можете его изменить по своему усмотрению?

Клиентка. Да, вероятно, из этого ничего не выйдет.

А. Блазер и соавторы26 отмечают, что необходимо рассматривать проблему или клиента с его проблемой не в отрыве от окружающих

26 Блазер А., Хайм Э., РингерХ., Томмен М. Проблемно-ориентированная психотера­пия. М., 1998. С. 98.

h 169

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

обстоятельств, а внутри какой-то вышестоящей системы (партнерс­кие отношения, семья, общество).

В этой связи предлагается задавать вопросы:

□ Какой смысл или какое конечное значение имеет проблема?

□ Какую задачу решает эта проблема?

□ Для чего нужна клиенту эта проблема? Для чего он ее культиви­рует? Чего он пытается этим добиться?

□ Какую роль он, тем самым, приписывает себе, или какая роль отводится ему другими?

□ Какую функцию выполняет проблема в настоящей жизненной ситуации клиента, в его отношениях?

Эти вопросы практически всегда вызывают сопротивление. Чело­веку трудно взглянуть на ситуацию, которая настолько неприятна, что вынудила его обратиться к психологу, как на результат собственных усилий. На этом этапе он с трудом воспринимает мысль о том, что он сам создает, поддерживает и даже бессознательно заботится о суще­ствовании проблемы. И это не удивительно, ведь признание справед­ливости такого утверждения неизменно вызывает чувство вины. Вот почему, хотя такие вопросы, безусловно, необходимы, следует задавать их при соблюдении перечисленных ниже условий.

1. Между клиентом и консультантом уже существуют доверитель­ные доброжелательные отношения.

2. В процессе консультирования уже состоялся разговор о неотвра­тимости ответственности за происходящее в жизни клиента (иног­да это выливается в сложную экзистенциальную дискуссию).

3. В процессе консультирования уже обсуждалось единство про­тивоположностей всех явлений этого мира. Например: «Любая медаль имеет две стороны, и если «медаль» — это проблема, то и у нее должна быть позитивная сторона; вот ее-то нам и нужно рассмотреть».

4. Психолог должен быть готов к обсуждению возникшего чувства вины.

Например: «Обычно никто не хочет нажить себе проблему. Каж­дый человек совершает поступки в силу возникшей потребности. И каковы бы ни были принятые решения или чувства, они исходят из внутреннего состояния или понимания ситуации. Поэтому то, что произошло, вероятно, должно было произойти. Сейчас вы меняетесь, и меняется ваше восприятие ситуации. Есть ли смысл в том, чтобы обвинять себя за то, что вы не могли тогда смотреть на обстоятель-

170

Глава 5 Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

ства сегодняшними глазами? А вот, что мы действительно можем об­судить, так это из чего «выросла» ваша вина. Ведь вина возникает тогда, когда мы нарушаем какие-то внутренние правила, установки, ограничения».

Обычно такие обсуждения вновь возвращают беседу к теме разде­ления ответственности за происходящее. Две крайности — взять всю ответственность на себя или переложить всю ответственность на пле­чи других — обычно не соответствуют действительности. Особенно важно говорить об этом, когда проблема касается межличностных от­ношений.

«Задавая вопрос о функциональном смысле проблемы, психотера­певт не стремится проникнуть в область внутриличностностных кон­фликтов, поскольку последние чаще всего не осознаются... Ответ на вопрос о значении проблемы следует искать в конкретных, понятных межличностных отношениях здесь и сейчас, в партнерских связях, в се­мье, на работе и других межличностных отношениях»27.

С этой целью клиенту могут быть заданы следующие вопросы:

О Какую роль играет проблема или клиент во взаимодействии партнеров?

□ Не является ли проблема частью борьбы за власть?

□ Не пытается ли клиент неподходящими средствами построить отношения или, может быть, проблема позволяет ему принять желаемую для него роль?

«Вторичная выгода» — это один из важнейших факторов, форми­рующих проблемы, с которыми сталкивается клиент, и которые спо­собствуют устойчивости этих проблем.

Не всегда в начале взаимодействия с клиентом удается получить ответы на перечисленные вопросы. Однако необходимо иметь в виду, что если клиент затрудняется разрешать свою проблему, несмотря на очевидный вред от ее присутствия, консультанту необходимо снова вернуться к вопросам о вторичной выгоде проблемы.

Основные условия исследования проблемы

□ Консультант должен быть искренним и открытым с клиен­том. Он может сообщать ему о своих чувствах, возникающих 6

27 БлазерА , Хайм Э., Рингер X., Томмен М Проблемно-ориентированная психотера­пия. М., 1998. С. 98.

171

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

I

процессе консультативного взаимодействия. Например: «Мне показалось, что мой последний вопрос вызвал у вас раздра­жение. Если это так, то что именно вас задело?» или «Сейчас у меня возникло чувство, будто я стучусь в дверь, которую мне не хотят открывать. Вы односложно отвечаете на все мои воп­росы. И я думаю, как я смогу помочь вам, если не чувствую вашей готовности быть открытым? Готовы ли вы доверять мне?»

□ В процессе изложения клиентом проблемы и по его заверше­нии консультант кратко повторяет рассказанное, выделяя основ­ные моменты. Именно таким образом клиент может «взглянуть» на проблему со стороны. Вдобавок он может либо убедиться, что психолог понял его правильно, либо поправить его, указав на неточности.

□ Консультант должен учитывать, что клиенту необходимо пони­мать происхождение и цель вопросов, которые ему задаются. Если цель вопросов клиенту не ясна, это будет вызывать насторожен­ность и сопротивление.

□ Консультант должен помнить, что многие вопросы могут вызы­вать болезненные реакции клиента, поэтому необходимо зада­вать их в достаточно мягкой форме. Кроме того, нужно воздер­живаться от вопросов, которые неуместны или слишком преждевременны, то есть клиент еще не готов на них ответить. В противном случае консультант будет причинять напрасную боль клиенту. Постепенно клиент поймет это, и консультативный контакт будет разрушен.

□ Отражая и резюмируя, консультант заботится об экологической чистоте консультации, предотвращает искажение информации. Иногда одного этого бывает достаточно, чтобы клиент более глу­боко разобрался в своих затруднениях и самостоятельно при­нял определенное решение. Для иллюстрации сказанного давай­те представим следующую ситуацию. Клиент пришел на консультацию в новом костюме с просьбой помочь ему решить: сделать его длиннее или короче, расширить в талии, или, на­оборот, убрать лишнее. Можно давать ему подробные и дельные советы, описывая, как это выглядит, но он все равно не будет видеть этого сам. К тому же, ни он, ни консультант не могут с уверенностью сказать, что предложенное решение придется ему по вкусу. Но вот консультант предлагает ему зеркало и ничего не говорит от себя: клиент просто смотрит в него и сам решает, где и как нужно произвести изменения. .

172

Глава 5. Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

Целеполагание

На данном этапе психолог помогает клиенту решить вопрос о том, что он хочет получить в своей жизни вместо не удовлетворяющего его положения, то есть:

• каким он хочет стать?

• чего он хочет добиться?

• что произойдет, когда желаемый результат будет достигнут?

Это очень важный этап. Консультанту нужно быть особенно вни­мательным, чтобы не подменить истинные цели клиента своим пред­ставлением о них. Кроме того, когда у консультанта появляется чет­кое определение проблемы, появляется соблазн тотчас же приняться за ее решение. Однако соображения психолога относительно решения проблемы могут совершенно не совпадать с мыслями клиента.

Установление цели. Цель должна быть четко сформулирована. Час­то вопросы относительно желаемого результата в корне меняют на­правление беседы.

Клиент должен осознать, что если ему что-то

не нравится, но он не имеет представления,

куда идти, то он не решает проблему, а убегает

от нее. А если он даже знает, куда хочет попасть, это вовсе не означает, что ему обяза­тельно понравится там, куда он придет.

Поскольку в большинстве случаев клиенты высказывают именно желание избежать проблемы, то для установления цели, в соответствии с которой необходимо будет достигать определенных изменений, не­обходимо переформулировать запрос клиента.

Переформулирование — наиболее важная составляющая процесса из­менений, предполагающая:

• перемещение фокуса внимания с проблемы на решение,

• замену формулировки проблемы с пассивной на активную,

• конкретизацию понятий, заложенных в формулировку реша­емой задачи.

Клиент заявляет, что «нервотрепка его замучила, и он не знает, что надо делать».

□ «Нервотрепка замучила». => Пассивная позиция — его мучает не­рвотрепка. По сути, поделать с этим ничего невозможно, так как

173

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

все зависит не от самого клиента, а от нервотрепки, которая его мучает. Консультант обсуждает с клиентом в действительности за­ложенный в эту фразу смысл и предлагает ему сформулировать свою проблему в активной позиции.

□ «Я не хочу нервотрепки». => Позиция активная: действующим ли-

цом является уже не нервотрепка, а «я» (сам клиент), но фокус его внимания — по-прежнему на проблеме, то есть на том, чего он не хочет. Клиент скорее убегает, а не идет к цели. Фактически он не видит результата, к которому можно было бы стремиться. Кон­сультант обсуждает это с клиентом и высказывает мысль, что если убегать, а не двигаться к цели, то неизвестно, куда он придет, и понравится ли ему там.

□ «Яхочу избавиться от нервотрепки». => Позиция активная, но кли-

ент опять сфокусирован на том, от чего хочет избавиться, то есть на проблеме. Хотя появление в формулировке глагола («избавить­ся») говорит об усилении активной позиции клиента: он впервые перестает просто жаловаться и выражает желание что-то делать. Консультант обращает на это внимание клиента и спрашивает, чего хочет клиент вместо нервотрепки.

□ «Я хочу уравновешенного ритма жизни и ровных отношений с кол-

легами вместо нервотрепки». => Это активная позиция, и клиент сфокусирован на свой цели. Он обозначил то, к чему будет стре­миться, но пока цель выглядит туманно, выражена слишком широ­ко и неоднозначно. Консультант обсуждает это с клиентом и пред­лагает ему уточнить, что значат для клиента «уравновешенный ритм жизни» и «ровные отношения».

«Уравновешенный ритм жизни — это нормированный рабочий день с дву­мя выходными и четкими обязанностями. Ровные отношения с кол­легами — это отношения, пусть не слишком близкие, но зато без скандалов и взаимных претензий». =» Клиент дает расшифровку целевым понятиям.

Консультант резюмирует: «Итак, вы хотите нормированного рабочего дня с двумя выходными и четкими обязанностями. Кроме того, вы хо­тите не слишком близких, но зато без скандалов и взаимных пре­тензий, взаимоотношений с коллегами. Это так7» Клиент подтвер­ждает, что консультант понял его правильно. => Цель определена, но теперь очевидно, что решать необходимо не одну проблему, а две: режим работы и взаимоотношения. Консультант обращает на это внимание клиента и предлагает ему определить, с какой зада­чи он хочет начать работу над изменениями.

Клиент выражает намерение сначала разобраться с первой проблемой — режимом работы. Консультант выясняет, насколько это зависит от него. Клиент сообщает, что режим (ритм) работы в большой мере зависит от него в течение рабочего дня, но очень мало — при

174

Глава 5 Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

требовании выходить на работу в выходной день. В процессе бе­седы данная задача снова распадается на две:

1) изменить организацию своего труда в рабочее время и

2) сделать выбор между тремя возможностями:

• изменить свое отношение к требованию работать в выходные дни,

• пойти на разговор с руководством для обсуждения возмож­ности исключить его (клиента) вызовы на работу в выходные дни,

• найти новое место работы.

Клиент предпочел сначала решить вторую задачу. Он сразу откинул ва­риант «найти новое место работы». Работа слишком интересна, чтобы ее бросать. Затем клиент выразил желание подготовиться с помощью консультанта к разговору с руководством

Таким образом, цель для данной консультации определилась: подгото­виться с помощью консультанта к разговору с руководством. Вторую возможность клиент решил оставить на следующую встре­чу и решать в том случае, если разговор с руководством не прине­сет удовлетворительных результатов.

Вторая возможность — изменить свое отношение к требованию ра­ботать в выходные дни — потребовала изучения этого отноше­ния и затем процесса переформулирования, аналогичного приве­денному.

В результате конечная задача выглядела так: «Считать выходные дни та­кими же рабочими днями, как и остальные, планировать свои лич­ные дела и отдых только на вечер. В случае если выходной день все-таки получается, считать это везением Иметь резервные планы, но не настраиваться на их реализацию заранее».

Итак, в конечном итоге, целеполагание привело к конкретным шагам. В данном случае уже само проговаривание итоговой цели привело к принятию действительности, в частности, спокойному отноше­нию к необходимости приспособиться к ней (работа в выходные дни). Другими словами, цель была достигнута прямо в процессе ее конкретизации.

При решении задачи по изменению организации своего труда в рабо­чее время было выяснено, что значительное время уходит на сплет­ни, которые клиента нервируют и невольно делают участником «междоусобиц», в которых одни сотрудники навязываются в «близ­кие друзья», а другие «плетут козни». Оказалось, что решить эту проблему можно, только установив с коллегами отношения, пусть не слишком близкие, но зато без скандалов и взаимных претензий — то есть решив вторую часть первоначальной задачи. Ее рассмотрение свелось к обсуждению вопросов, заданных кон­сультантом:

175

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

• Что вы делаете, когда поддерживаете отношения не слиш­ком близкие, но без скандалов и претензий?

• Был ли у вас опыт установления подобных отношений?

• Как вам удавалось это тогда?

• Чем отличаются те отношения, которые вы имеете сейчас, от отношений, которые вы хотите достичь?

• По каким признакам вы поймете, что теперь вы достигли желаемых отношений?

• Что необходимо предпринять, чтобы достигнуть желаемых отношений?

После ответа на эти вопросы были сформулированы цели:

• научиться спокойно отказываться от выслушивания сплетен;

• научиться в доброжелательном тоне переводить разговор с обсуждения коллег по работе на нейтральные темы;

• научиться отделять ответственность за себя от ответствен­ности за других и брать на себя только свои задачи;

• вести дневник своих дел и достижений, чтобы иметь воз­можность аргументированно, коротко и без излишних эмо­ций возражать на необоснованные претензии.

Их достижение потребовало довольно продолжительной работы с психо­логом, и в дальнейшем все они были реализованы.

Таким образом, в результате переформулирования на место жалобы на нервотрепку пришло четкое понимание цели и возможности изме­нить свое положение.

К сожалению, далеко не всегда проблема разрешается столь быст­ро и успешно, как в рассмотренном примере. В большинстве случаев люди идут к психологу, когда выход из проблемной ситуации или про­блемного состояния осложнен. И тогда встает необходимость глубо­кого анализа и работы с тем, что лежит за пределами сознания. Тем не менее прояснение целей клиента — ключевой период консультатив­ного процесса, настоящая исследовательская работа.

Но выбрать цель — мало. Необходимо убедиться, что выбран­ная цель — это действительно то, что человек хочет. Только после этого можно приступать к выработке конкретных шагов для ее до­стижения.

Клиенту необходимо продумать ответы на следующие вопросы:

□ Что вы хотите?

□ Для чего вам это надо?

□ Как вы узнаете, что достигли желаемого?

О Как вы будете чувствовать себя, когда достигнете цели?

□ Как вы представляете себе: 1) «картинку» цели; 2) эмоциональ­ное состояние цели; 3) ощущения цели?

176

I

Глава 5 Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

□ Что изменится в вашей жизни (окружение, уклад жизни, отно­шения и т. п.), когда вы достигнете цели?

□ Что изменится в вас, когда вы достигнете цели?

D Негативная сторона есть у всего; каковы негативные проявле­ния того, что ваша цель будет достигнута?

□ Каковы негативные обстоятельства процесса достижения цели?

□ Готовы ли вы принять негативные стороны цели и движения к ней?

□ Устраивает ли вас то, что вы видите в результате анализа?

□ Что будет через год после достижения цели? через 3 года? через 5 лет?

□ Лишь после того, как клиент осознает, что выбранная и сфор­мулированная им цель устраивает его, начинается процесс при­нятия решения.

Консультант. Итак, вы страдаете от своей стеснительности и счита­ете, что она проистекает из вашей неуверенности в себе. И что вы хотите вместо этого?

Клиент. Я хочу стать уверенным.

Консультант. Что значит «быть уверенным»? Как вы это понимае­те? =*> Консультант уточняет слишком абстрактно сформу­лированную цель.

Клиент. Это значит, что я буду свободно высказывать свое мнение, перестану бояться, что про меня плохо подумают, буду делать то, что считаю нужным, даже если это кому-то не понравится.

Консультант. Свободно высказываться, свободно действовать — это вдохновляет. Скажите, а для чего вам все это нужно? Действитель­но ли все это так важно для вас? => Консультант резюмирует цели клиента и поддерживает его, а затем исследует дальше.

Клиент. Конечно! Тогда я смогу стать хорошим специалистом, смогу достигать успехов, хорошо зарабатывать. И вообще, буду более свободным. Возможно, у меня и в личной жизни будет склады­ваться все удачнее, чем до сих пор. => Клиент проясняет более глубокие цели, стоящие за поведенческими моделями, кото­рыми сначала охарактеризовал свою цель «быть уверенным».

Консультант. Да, быть хорошим специалистом, хорошо зарабаты­вать и иметь удачную личную жизнь — действительно, важно. => Консультант повторяет цели клиента, чтобы он слышал их со стороны.

Клиент. Да, вот именно! Это то, что составляет сущность жизни. И всего этого у меня не будет, если я не стану уверенным. => Клиент подчеркивает, как важна для него цель.

Консультант. Предположим, что вы уже достигли желаемого. Как это будет выглядеть? Что вы будете чувствовать, переживать, ощу­щать?

177

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Клиент. Мне трудно себе представить, ведь я никогда не был таким.

Консультант. Получается, что вы хотите стать уверенным, но не знаете, что это такое. Как же вы узнаете, что двигаетесь в верном направлении?

Клиент. Я думал, вы знаете.

Консультант. Я могу совсем по-другому понимать уверенность, хотя говорить мы будем одинаковыми словами.

Клиент. Ну, вы же психолог, вы должны знать.

Консультант. Вот представьте себе дерево. Опишите его. => Кон­сультант сразу предлагает клиенту опыт вместо пояснений, которые не убеждают клиента.

Клиент. Это высокий тополь, старый, с большими листьями.

Консультант. Ая представил себе березу. Мы получили совершен­но разные деревья, хотя имели в виду одно и то же слово.

Клиент. Ну, понимаю. Так что же мне делать? Я действительно не могу представить себя уверенным.

Консультант. А откуда вы знаете, что хотите быть действительно уверенным?

Клиент. Я вижу, как ведут себя уверенные люди, чего они добиваются.

Консультант. Отлично! Скажите, как вы отличаете уверенного че­ловека от неуверенного?

Клиент. Уверенный человек говорит ровным спокойным голосом. У него плавные свободные движения. Он спокоен, потому что знает себе цену. Он знает, что хорошо выглядит... Пока больше ничего на ум не приходит.

Консультант. Итак, вы сказали о его пластике — движения свобод­ные, о его голосе — ровный, спокойный, о его внешнем виде — хорошо выглядит, о его внутреннем состоянии — знает себе цену. Кстати, что это значит? => Здесь становится видно, как резюме консультанта делает цель клиента отчетливой и достижи­мой. Туманные высказывания сразу уточняются.

Клиент. Знать себе цену— это значит понимать, что ты не хуже других.

Консультант. А сейчас вы этого не знаете?

Клиент. Умом понимаю, но... Мне кажется, я мог бы быть лучше. => Консультант отмечает для себя, что у клиента присутству­ет бессознательная установка: «Я должен быть лучше других, или я ничего не стою». Но сейчас консультант не отвлекается на это: позже предстоит серьезная работа по развенчанию этой блокирующей установки. Сейчас идет этап целеполага-ния.

Консультант. В чем именно вам необходимо стать лучше?

Клиент. Ну, может быть, мне надо быть внимательнее и доброжела­тельнее к другим людям.

178

________Глава 5 Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора___________

Консультант. Что такое быть внимательным и доброжелательным? =» Консультант снова уточняет общие понятия.

Клиент. Не знаю...

Консультант. Чем ваше поведение и чувства будут отличаться от тех, которые существуют сейчас?

Клиент никак не может сформулировать свои понятия точнее, найти раз­личия. Не удивительно, ведь клиент и так доброжелателен и вни­мателен, он только думает, что надо быть еще лучше, но что это такое, не понимает. Это — всего лишь жесткие иррациональные «указания» внутреннего «критика», с которым консультант наме­чает поработать позже.

Консультант. Похоже, в этом вы уже сейчас таковы, каким хотите стать.

Клиент ( удивленно и неуверенно). Похоже... Но почему-то мне кажет­ся, что я не могу о себе так думать.

Консультант. Вы не можете думать о себе хорошо? => Здесь кон­сультант, наоборот, несколько обобщает, чтобы косвенно указать на основную проблему клиента.

Клиент. Наверное, плохо думать о себе хорошо. => Вскрывается еще одно иррациональное убеждение клиента. Консультант от­мечает наличие внутреннего конфликта: я должен быть лучше других, но думать о себе хорошо нельзя, это плохо. Консуль­тант решает показать это клиенту.

Консультант. Вы должны стать в чем-то лучше, хотя не знаете, в чем бы вы могли быть лучше. И при этом вы не должны думать о себе хорошо. Так как же мы достигнем цели?

Клиент. Ерунда получается.

Консультант. Да, не складывается. А что было бы, если бы вы могли думать о себе хорошо?

Клиент. Мне было бы легче. Я бы тогда мог быть спокойным и уверенным.

Консультант. Значит, чтобы быть уверенным, надо разрешить себе думать о себе хорошо?

Клиент (удивленно). Получается так... Это что-то... Мне кажется, это и есть самое главное.

Консультант. По-моему, вы разволновались? => Консультант отра­жает внешнее поведение клиента и уточняет свое понимание.

Клиент. Да... Как будто сделал открытие.

Консультант. Поздравляю! Это действительно волнующий и очень важный момент.

Консультант (делает паузу, дает клиенту осознать свое открытие): Итак, получается, что если у вас будут свободные движения, ров­ный, спокойный голос, вы будете хорошо выглядеть и будете раз­решать себе думать о себе хорошо, то вы почувствуете себя более уверенным. Можно ли сказать, что если вы добьетесь всего этого, вы и достигнете своей цели?

179

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Клиент. Да. Точно. И мне будет так хорошо! У меня сейчас даже тело как-то расслабилось. => Клиент буквально почувствовал свою цель. Это хороший момент: тело лучше разума будет подска­зывать клиенту верный путь. Консультант сообщает об этом клиенту.

Теперь цель ясна настолько, что сразу стали видны и все шаги, необходи­мые для ее достижения. Но еще не ясно, понравится ли клиенту то, что будет сопровождать достижение этой цели.

Консультант. Давайте теперь представим, что вы уже уверенный человек. Но никогда не бывает, чтобы все было хорошо. К сожа­лению, всегда бывает и что-то плохое. Что плохое может произой­ти, если вы станете уверенным?

Клиент. Может быть, я чаще буду попадать в конфликтные ситуации.

Консультант. И как вам эта перспектива?

Клиент. Если бы я мог думать о себе хорошо, я бы не стал особенно переживать по этому поводу. Все конфликтуют. Главное, не запус­тить это слишком далеко. => Клиент настроен оптимистично. На самом деле, он уже почти разрешил думать о себе хорошо благодаря происшедшему в процессе целеполагания осознанию, или инсайту. Отсюда и выраженные реакции тела. В дальней­шем предстоит только закрепить начало изменений.

Консультант. Значит, последствия вас не пугают. Но ведь не так легко научиться свободно общаться, развить пластику тела, снять мышечные зажимы, находить темы для разговоров, выразительно говорить и свободно отстаивать свое мнение. Как вы думаете, что будет самым сложным для вас? => Перечисляя поведенческие цели клиента, консультант делает наглядными пути дости­жения, затем он проверяет негативные моменты пути к цели.

Клиент. Пожалуй, выбрать для этого время. Ну и еще то, что это, видимо, надолго. Придется менять образ жизни: я домосед, люб­лю посидеть на диване, почитать, телевизор посмотреть.

Консультант. Вы готовы на это?

Клиент. Думаю, да. Хуже, чем сейчас, мне все равно не будет.

Консультант. Чем вы будете себя стимулировать для продвиже­ния к цели? Как вы будете вознаграждать себя за достижения? =* Обсуждение самостимуляции необходимо, так как реальное движение к цели всегда сопряжено с дискомфортом отхода от привычного образа жизни, поведения и т. п. И клиент дол­жен заранее видеть какую-то поэтапную компенсацию, на­граду.

Клиент. Наверное, я буду покупать себе одну новую видеокассету и одну книгу, если целый месяц буду работать над собой. И ничего не куплю и целую неделю не буду смотреть телевизор, если буду лениться.

180

Глава 5. Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

Консультант. Да, похоже, это сильный стимул. Давайте теперь проведем еще один эксперимент: вот вы уже уверенный в себе человек, и прошло, скажем, года три. Что происходит в вашей жизни?

Клиент. Наверное, я уже могу свободно разговаривать с начальни­ком. У меня уже сейчас есть соображения, как улучшить отдель­ные моменты... Ну, рабочие тонкости. Я смогу предложить это. Я смогу обговорить более выгодные условия моей работы... Да, через три года я буду ценным человеком в нашей фирме. Может быть, я даже смогу понравиться какой-нибудь женщине. Я буду действовать более уверенно и вовремя смогу подойти к ней и при­гласить куда-нибудь.

Консультант. Тогда вы точно будете знать, что достигли не только своей цели, но и того, для чего она вам нужна?

Клиент. Да, тогда точно.

Итак, цель поставлена и проверена. Далее следует выработка плана и конкретных шагов, или заключается психотерапевтический контракт.

Заключение контракта — важная часть консультативного сопровож­дения. Обычно психотерапевтический контракт заключается, если после прояснения проблемы и установления целеполагания выясня­ется, что одной консультативной встречи недостаточно. В таком слу­чае с клиентом обсуждаются условия дальнейших отношений:

• день и время встреч;

• условия оплаты (если консультации платные);

• последовательность, в которой будут обсуждаться проблемы, если их несколько;

• приблизительное количество консультативных контактов (впоследствии, если это необходимо, срок работы может быть изменен);

• этические условия консультирования (конфиденциальность, необходимость предупреждать заранее о пропуске сессии, ус­ловия, при которых консультативные контакты могут быть прекращены со стороны консультанта и т. д.);

• другие требования консультанта (например, ведение рабочего дневника, диктофонные записи консультативных бесед и т. п.).

Заключаемый контракт сразу настраивает клиента на серьезную работу по решению своей проблемы, во многом благодаря тому, что четко обговаривает и степень ответственности за успешность консуль­тативного взаимодействия.

181

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Консультирование клиента, который не знает, чего он хочет

Иногда цель устанавливается сразу и предельно ясна: клиент мо­жет начать свой разговор с предъявления цели консультирования. Сложность же заключается в выработке единственного решения из множества возможных вариантов. Лишь выбранное решение может стать действительной целью, как, например, в случае, когда женщина, узнав об измене мужа и не зная, как ей поступить, приходит к конк­ретному мнению (этот пример будет описан позже).

Тем не менее, по свидетельству М. и Р. Гулдинг, иногда возможно консультирование клиента, который не знает, чего хочет, без заключе­ния контракта в течение одной-двух встреч28. В таком случае на неко­торое время целью консультирования становится определение потреб­ностей клиента в обсуждаемом вопросе. Эта цель также четко форму­лируется и проговаривается, как и любая другая.

Разумеется, обсуждая конкретные потребности клиента, консуль­тант сталкивается и с его базовыми, основополагающими потребнос­тями. Обычно они бывают неосознанны. И именно недоступность их осознаванию вызывает растерянность человека, когда он только ощу­щает неудовлетворенность любым из решений и не находит выхода. Пять базовых потребностей, выделенных А. Маслоу (они уже упоми­нались в связи с комплексом мученичества), образуют иерархическую структуру, которая определяет поведение и эмоциональное состояние человека. Длительная неудовлетворенность основных потребностей ведет вначале к возникновению напряжения, а затем к переживанию кризисного состояния.

Кроме того, трудности понимания клиентом, чего именно он хо­чет, и непоследовательность его поведения могут объясняться суще­ствованием невротических потребностей. К. Хорни приводит перечень таких наклонностей и их основных характеристик29: «1. Невротичес­кая потребность в любви, привязанности и одобрении 30(см.: «Невроти­ческая личность нашего времени», гл. 6 о потребности в любви и при­вязанности):

• неразборчивая потребность угождать, нравиться другим и по­лучать одобрение;

• непроизвольное стремление оправдывать ожидания других;

28 Гулдинг М Г, Гулдинг Р Л Психотерапия нового решения М , 1997 С 83.

29 Хорни К Самоанализ Собрание сочинений ВЗ-хтТ2 М , 1997 С 322-327

30 Здесь и далее курсив автора

182

Глава 5 Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

• перенесение центра тяжести с собственной личности на дру­гих, привычка принимать во внимание только их желания и мнения;

• боязнь самоутверждения;

• боязнь враждебности со стороны других или враждебных чувств внутри себя.

2. Невротическая потребность в «партнере», который примет руко­водство жизнью невротика в свои руки (см.: «Новые пути в психоана­лизе», гл. 15 о мазохизме и «Бегство от свободы» Э. Фромма, гл. об ав­торитарной власти):

• перенесение центра тяжести на «партнера», который должен осуществить все жизненные ожидания невротика и нести от­ветственность за все происходящее, как хорошее, так и пло­хое; успешное манипулирование «партнером» становится главной задачей;

• завышенная оценка «любви», потому что предполагается, что «любовь» решает все проблемы;

• боязнь оказаться покинутым;

• боязнь одиночества.

3. Невротическая потребность ограничить жизнь тесными рамками:

• необходимость быть нетребовательным, довольствоваться ма­лым и ограничить свои честолюбивые стремления и желания материальных благ;

• необходимость оставаться неприметным и играть второсте­пенные роли;

• умаление своих способностей и потенциальных возможнос­тей, признание скромности как высшей добродетели;

• стремление скорее сохранять, нежели тратить;

• боязнь предъявлять какие-либо требования;

• боязнь иметь или отстаивать экспансивные желания.

Эти три наклонности, как и следовало ожидать, часто встречаются вместе, поскольку все они означают признание собственной слабости и представляют собой попытки устроить свою жизнь на этой основе. Они противоположны стремлениям полагаться на собственные силы или брать ответственность на себя. Однако эти три наклонности не образуют синдрома. Третья может иметь место в том случае, когда две Другие существенной роли не играют.

4. Невротическое стремление к власти (см.: «Невротическая лич­ность нашего времени», гл. 10 о стремлении к власти, престижу и об­ладанию):

183

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

• стремление к господству над другими;

• преданность делу, долгу, ответственность, хотя играют опре­деленную роль, но не являются движущей силой;

• неуважение других людей (их индивидуальности, достоинства, чувств), стремление подчинить их себе;

• наличие с разной степенью выраженных деструктивных эле­ментов;

• неразборчивое преклонение перед силой и презрение к сла­бости;

• боязнь неконтролируемых ситуаций; <

• боязнь беспомощности.

4а. Невротическая потребность контролировать себя и других людей с помощью разума и предусмотрительности (разновидность пункта 4 у лиц, у которых слишком подавлены открытые проявления их власт­ного характера):

• вера во всемогущество интеллекта и разума;

• отрицание могущества эмоциональных сил и презрение к ним;

• придание чрезвычайно большого значения предвидению, предсказанию;

• чувство превосходства над другими, основанное на способ­ности такого предвидения;

• презрение в себе самом ко всему, что не соответствует образу интеллектуального превосходства;

• боязнь признать объективные границы силы разума;

• боязнь показаться «глупым» и высказать неверное суждение. 46. Невротическая потребность верить во всемогущество воли (инт-

ровертированный вариант пункта 4 у крайне замкнутых, обособлен­ных людей, для которых прямое проявление власти означает слишком тесный контакт с другими):

• ощущение силы духа, проистекающее от веры в магическую силу воли (подобно обладанию волшебной палочкой);

• реакция безысходного отчаяния при любой фрустрации же­ланий;

• тенденция отказываться от желаний или ограничивать жела­ния и терять к ним интерес из-за боязни «неудачи»;

• боязнь признания каких-либо ограничений абсолютной воли. 5. Невротическая потребность в эксплуатации других и стремле­ние всеми правдами и неправдами добиваться от них для себя преиму­ществ:

• оценка других людей прежде всего с точки зрения их полез­ности или возможности эксплуатации;

184

Глава 5. Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

• различны сферы эксплуатации — деньги (заключение сделок становится болезненной страстью), идеи, сексуальность, чув­ства;

• гордость своим умением эксплуатировать других;

• боязнь самому подвергнуться эксплуатации и, таким образом, оказаться в «дураках».

6. Невротическая потребность общественного признания или прести­жа (в сочетании со стремлением к власти или без него):

• оценка всех и всего (людей, неодушевленных предметов, де­нег, собственных качеств, поступков и чувств) только в соот­ветствии с их престижностью;

• самооценка, целиком зависящая от характера публичного признания;

• различные (традиционные или «бунтарские») способы воз­буждения зависти или восхищения;

• боязнь утраты привилегированного положения в обществе («унижения») либо в силу внешних обстоятельств, либо вслед­ствие внутренних факторов.

7. Невротическая потребность в восхищении своей особой:

• раздутое представление о себе (нарциссизм);

• потребность в восхищении не тем, что человек представляет собой или чем он обладает в глазах окружающих, а вообража­емыми качествами;

• самооценка, целиком зависящая от соответствия этому обра­зу и от восхищения этим образом другими людьми;

• боязнь утратить восхищение (оказаться «униженным»).

8. Невротическое честолюбие в смысле личных достижений:

• потребность превосходить других людей не тем, что ты собою представляешь или каков ты есть на самом деле, а посредством своей деятельности;

• зависимость самооценки от того, насколько удается быть са­мым лучшим — спортсменом, любовником, писателем, рабо­чим — особенно в собственных глазах, хотя признание со сто­роны других также имеет значение, а его отсутствие вызывает обиду;

• примесь разрушительных тенденций (имеющих целью взять над другими верх), всегда присутствующих, хотя и различаю­щихся по интенсивности;

• неустанное подталкивание себя к еще большим достижени­ям, несмотря на всепроникающую тревогу;

• страх неудачи («унижения»).

185

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Наклонности 6, 7, 8 отражают в целом более или менее явно выра­женное стремление к соперничеству и достижению абсолютного пре­восходства над другими. Обычно эти наклонности накладываются друг на друга или сочетаются, но могут также существовать самостоятель­но. Например, потребность в восхищении собой вполне может соче­таться с безразличием к социальному престижу.

9. Невротическая потребность в самодостаточности и независимости:

• потребность никогда ни в ком не нуждаться, или же не подда­ваться никакому влиянию, или быть абсолютно ничем не свя­занным, поскольку любая близость означает опасность пора­бощения;

• наличие дистанции и обособленность — единственный источ­ник безопасности;

• боязнь потребности в других людях, привязанности, близо­сти, любви.

10. Невротическая потребность в достижении совершенства и не­уязвимости (см.: «Новые пути в психоанализе», гл. 13 и Э. Фромм «Бег­ство от свободы», гл. 5 об автоматизирующем конформизме):

• постоянное стремление к совершенству;

• навязчивые раздумья и самообвинения в связи с возможны­ми недостатками;

• чувство превосходства над другими на основе собственного совершенства;

• боязнь обнаружить в самом себе недостатки или совершить ошибки;

• боязнь критики или упреков».

К. Хорни отмечает, что ни одна их этих наклонностей сама по себе не является чем-то болезненным, «ненормальным», и подчеркивает разницу между основополагающими стремлениями и их «невротичес­кими двойниками». Невротические стремления лишены свободы. Они навязчиво проявляются даже тогда, когда их достижение очевидно вре­дит человеку. Они никогда не насыщаемы и, подобно зависимости, все время требуют «увеличения дозы». В то же время, нормальная склон­ность характера лишь подчеркивает индивидуальность личности и ве­роятные предпочтения при разрешении проблем.

Исследование, сознавание и, наконец, полное осознание клиентом своих наклонностей (необходимо напомнить, что речь идет о работе с «нормальным», то есть психически здоровым человеком) уводит в глу­бины психоаналитической работы. Это всегда желательно, но не все­гда сопровождается готовностью клиента продолжить взаимодействие

186

I

________Глава 5. Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора___________

с консультантом на подобном уровне. Вместе с тем, это становится совершенно необходимым, если сама невротическая потребность или конфликт нескольких невротических потребностей лежат в основе предъявляемой проблемы. Но если даже разрешаемая ситуация в це­лом не требует столь глубокой проработки, консультанту все-таки не­обходимо иметь в виду механизмы действия этих потребностей (в час­тности, присутствие скрытой или явной тревожности, ненасыщаемость потребности и т. п.). Другими словами, психолог, исполняя роль лоц­мана в путешествии к цели и прокладывая совместно с клиентом мар­шрут, должен указать ему на подводные камни и скрытые бездны. Но то, захочет ли клиент учесть все эти препятствия при выборе пути, от консультанта, к сожалению, не зависит, потому что капитаном своей жизни остается клиент.

Консультирование клиента,

который предъявляет неприемлемые цели

М. и Р. Гулдинг31 перечисляют неприемлемые контракты.

1. Контракты на изменение других. Это может быть открытый зап­рос на изменение другого человека, например: «Как заставить мужа вовремя приходить домой и помогать по хозяйству?» Другой вариант — скрытый «заказ». Так, мужчина, который заявляет цель: «Хочу быть свободным», в действительности под свободой подразумевает изме­нение поведения жены. В любом случае, заказ на изменение других невыполним, поскольку человек может меняться только по своему желанию. Заставить его меняться, применяя давление, шантаж, мани­пуляции — означает применить психологическое насилие, что проти­воречит этике консультирования. Да и в этом случае человек не меня­ется, а лишь внешне приспосабливается к обстоятельствам.

2. Вечные контракты. М. и Р. Гулдинг пишут о них так: «Некоторые клиенты могут вечно работать над целью, скрытой в будущем. Их сек­ретный план — оставаться несчастными до полного излечения... Пер­воначальная причина психотерапии забыта или даже не важна. Они работают, чтобы, как в детстве, получать поглаживания за тяжелый труд и страдания»32. С такими клиентами необходимо обговаривать имен­но те причины, которые заставляют их «зависать».

3. Игровые контракты. В этом случае клиент преследует иную (скры­тую) цель, не ту, которую он сам заявляет. Наиболее эффективным

31 Гулдинг М. Г., Гулдинг Р. Л. Психотерапия нового решения. М., 1997. С. 83. 32Там же.

187

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

может оказаться предложение представить игру (преследование не яв­ленной консультанту цели) завершенной и спрогнозировать «худший» и «лучший» ее результаты. Иногда результаты представляются абсурд­ными, иногда клиент совсем не может представить себе результат (ведь не он его интересовал). Если клиент вовсе не осознает, что ведет игру, необходимо продемонстрировать ему эту игру и обсудить ту проблему, которая заставляет его «играть».

Выработка решений

Этот этап может быть самым продолжительным, особенно в случа­ях осложненного решения. Основная задача консультанта — вырабо­тать совместно с клиентом как можно больший набор стратегий пове­дения и способствовать выбору оптимального варианта решения про­блемы. Человек, который имеет ограниченный способ действий, всегда испытывает затруднения в жизни, полной непредсказуемости и раз­нообразия. Но, имея целью расширить его, консультант и клиент за­частую сталкиваются с типичными трудностями творческого процес­са. Чтобы преодолеть их, психолог на данном этапе может применять свои знания о работе в различных подходах (когнитивной, стратеги­ческой психотерапии, гештальт-терапии и т. д.). В первую очередь, для того, чтобы создавать условия для выработки решения самим клиен­том, а не подталкивать его к решению, которое уже принял за него консультант.

Хорошей проверкой экологической чистоты консультации может стать «взгляд со сторо­ны» способен ли предполагаемый сторонний наблюдатель по диалогу клиента и консультан­та понять, как психолог стал бы разрешать данную проблему, если бы она стояла перед

ним самим? Если со стороны сделать это невозможно, то, вероятно, и клиент не чувству­ет, что решение ему навязывается Если же в

диалоге сквозит отношение консультанта к данной проблеме и представление о ее реше­нии, то, конечно же, их ощущает и клиент Это

значит, что психологическая территория

клиента «затоптана» ценностями консультанта,

и проблему решает психолог, а вовсе не

клиент

188

Глава 5 Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора

Конечно, в случае очевидности мнения консультанта о профессио­нализме говорить не приходится, более того, здесь присутствует еще и элемент скрытого насилия. Клиент, по сути, оказывается в ситуации, когда некто, приглашенный повесить полочку, заявившись в его квар­тиру, начинает переставлять мебель, считая, что она стоит «неправиль­но». Какие чувства он при этом может испытать?

Поэтому консультанту необходимо постепенно, шаг за шагом, с по­мощью вопросов и уточнений вносить ясность в видение клиента, при этом соблюдая экологическую чистоту процесса.

Консультант (резюмирует предыдущий этап беседы). Итак, вы пе­речислили несколько вариантов вашего поведения: вы могли бы или развестись с мужем, или устроить ему скандал, или пойти и разобраться с «той женщиной», или поговорить с мужем по-хоро­шему, или же сделать вид, что ничего не произошло. И вы приняли решение: сделать вид, что не знаете об измене супруга, и продол­жать вести себя по-прежнему, чтобы сохранить в семье ровные отношения. Как вы думаете, вы действительно сохраните желае­мое равновесие?

Клиентка. Думаю, да. Если в семье все будет по-прежнему, нам не придется выяснять отношения. Муж не переносит «разборок», он все равно ни в чем не сознается, мы только поссоримся. К тому же он привязан к дому, к привычному укладу. Если все будет по-прежнему, он не променяет семейный уют на первую встречную женщину.

Консультант. Вы действительно сможете относиться к вашему мужу по-прежнему, ничем не выдав свои переживания?

Клиентка. Мне кажется, сумею. В конце концов, он по-прежнему заботится о нас с дочкой. Если бы не случай, я никогда не узнала бы о его измене. Я думаю, что редкий мужчина может сохранять верность достаточно долго. Так что лучше этого просто не заме­чать, если хочешь иметь семью. Думаю, постепенно я смогу просто «забыть» об этом.

Консультант. Но в настоящее время вы еще очень угнетены. Как вы думаете, муж заметит это?

Клиентка. Возможно, заметит, но тогда я сошлюсь на недомогание.

Консультант. Как долго вы сможете на него ссылаться?

Клиентка. Пару дней. Потом я могу пригласить подругу в гости, чтобы отвлечься. Я думаю, до выходных дней я смогу взять себя в руки.

Консультант-женщина предпочла бы другой путь. Но она никак не проявляет своего личного отношения к этой неоднозначной ситуации. Она лишь задает вопросы, позволяющие клиентке самостоятельно еще раз проверить возможность осуществления ее собственного решения.

189

Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

Итак, на данном этапе консультант:

• суммирует проблемы клиента, как он их понял,

• повторяет формулировку желаемого результата,

• противопоставляет реально существующей ситуации предпо­лагаемое позитивное будущее.

Когда клиент затрудняется в выборе окончательного варианта, ста­новится крайне важным знание теории и методологии активации ре­шения, а также особенностей окружения, социальной и культурной среды, в которой живет клиент.

Иногда консультант может выдвинуть несколько своих гипотез от­носительно возможных вариантов решения. Но это возможно только тогда, когда клиент совершенно дезориентирован и на все попытки кон­сультанта стимулировать его творческое мышление реагирует словами: «Не знаю, что делать...», «Не представляю...», «Не могу решиться».

В этом случае консультант может поделиться с клиентом пришед­шими ему на ум решениями, после чего попросить клиента дать оцен­ку, насколько они:

• подходят ему,

• соответствуют его ожиданиям,

• близки тому, что он сам хотел бы предложить. <

Однако если предложения будут высказаны в форме прямого ука­зания, даже очень хороший совет может быть отвергнут сразу или при­нят, но так никогда и не приведен в действие.

Некоторые проблемные ситуации имеют не одно какое-либо ре­шение, а целую программу взаимосвязанных действий. Следует также учесть, что первичные решения часто могут иметь продолжение в виде подрешений (решений второго уровня). Например: Стоит ли развес­тись с мужем, который изменил? Если нет, то стоит ли говорить ему о том, что его измена перестала быть тайной? Если говорить, то каким образом строить разговор? Если не говорить, то как себя вести?

Решения, как первого, так и второго уровня, оцениваются клиен­том с точки зрения приемлемости для него. В результате выбирается наиболее оптимальное из них.

Однако такой простейший алгоритм разрешения проблемной си­туации распространяется далеко не на все случаи консультирования.

Достаточно типичен вариант развития событий, при котором кли­ент заявляет: «Нет, все равно не могу ни на что решиться» или «Все равно это ни к чему не приведет», «Ничего не получается, ни одно ре­шение не устраивает меня по-настоящему».

190

________Глава 5 Уровень выработки решения в ситуации трудного выбора___________

От клиента игровой ориентации можно услышать: «Я так и знала, вы мне не помогли!» или «Я и без вас все это знал. Я думал, вы сможете предложить мне что-нибудь неординарное. А это мне не подходит».

Клиент рентной ориентации чаще всего может потребовать: «Дай­те конкретный совет! Ведь вы же психолог, а не я!» Такой клиент не собирается о чем-либо размышлять. Все, что ему нужно — «чудо» или конкретные шаги по манипулированию другими людьми.

Если события развиваются по одному из этих вариантов, консуль­тант вынужден прибегнуть к конфронтации, а также применить тех­ники активации решения, речь о которых пойдет ниже.

Кроме того, процесс принятия решения может быть затруднен тем, что за предъявляемой целью стоит глубинная цель, опирающаяся на скры­тые потребности и наклонности характера.

Например:

• домохозяйка, решающая вопрос, стоит ли ей устроиться на работу, на самом деле может быть заинтересована не в работе, а в общении;

• мужчина, заявляющий цель наладить взаимоотношения с же­ной, имеет глубинную цель получить от психолога модели ма­нипуляции ею и способы тотального контроля над ней;

• девушка, высказывающая неудовлетворение своей работой в детском саду, на самом деле, не удовлетворена отсутствием мужского общества и невозможностью в связи с этим пост­роить семью.

Понимание глубинной цели помогает найти другие пути достиже­ния или ведет к полному отказу от достижения предъявленной цели.

Проверка решений

После того как решение принято, следует его проверка, имеющая несколько составляющих.

Логический анализ: клиент должен ответить себе на вопрос: «Если я это сделаю, то получу ли я желаемое?» Например, консультант может спросить: «Итак, давайте представим себе, что вы уже разменяли свою квартиру и предоставили вашей дочери самостоятельно решать свои проблемы. Сможете ли вы тогда выделить время и средства для заня­тия любимым делом?»

Анализ реакций тела: задача консультанта — проследить реакции тела Клиента в момент, когда он уже принял решение, что преобладает в его со-

191

Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами

стоянии: напряжение, расслабление, легкость и т. п. Например: «Итак, вы приняли решение. Что вы сейчас ощущаете? Чувствуете ли вы напряжение или расслабление?» или «Наше тело часто подает нам сигналы раньше, чем мы можем разумом оценить верность решения. Что вы сейчас ощущаете? Обратите внимание на дыхание — легче или тяжелей вам стало дышать? Расслабились ли вы или, напротив, чувствуете напряжение, тяжесть?»

Эмоциональный анализ: необходимо уделить внимание и эмоцио­нальным реакциям в момент, когда решение принято, испытывает ли клиент удовлетворение, радость или, напротив, угнетение, тревогу. Например: «Что вы чувствуете сейчас, когда решение уже принято?»

В случае возникновения негативных реакций необходимо:

1. Выяснить, что является причиной негативной реакции:

• решение сопряжено с реальной опасностью или неприятны­ми шагами;

• решение не соответствует желанию;

• решение не удовлетворяет какую-то потребность;

• движение к цели вызывает внутреннее сопротивление неяс­ного характера (в таком случае следует проверить, чем выгод­но данное положение).

2. Проанализировать обнаруженную причину негативных реакций и продумать, следует ли ее учитывать при принятии решения.

3. Видоизменить решение и вновь проверить его, если негативная реакция должна быть учтена.

Консультант. Вы говорите, что, несмотря на принятое решение, вам не стало легче, а даже наоборот, вас как будто придавило, и вы чувствуете себя угнетенным. Как вы думаете, чем это вызвано?

Клиент. Понимаете, как представлю себе этот разговор с начальни­ком о том, что я отказываюсь от командировок из-за жены... Он не поймет меня. И потом, меня уже никогда не повысят. Ну, кто я буру? До конца жизни простой исполнитель чужих идей!

Консультант. Получается, что если вы примете это решение, то вам придется отказаться от профессионального роста и карьеры. Смо­жете ли вы смириться с этим?