Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
В. Офтальмолог 13-17 13-17 8-13 13-17 8-13 34 Мурзина Ю. А. Онкомаммолог 13-17 13-17 13-17 13-17 13-17 344 Костюк О. И....полностью>>
'Документ'
-95, Куйрукова Г., Видманова Д.-89 б Физика 5 5 , Куркин Ф.- 0б Обществознание 5 7 , Козина А.-80б, Шевелева Л.-75б. Все учащиеся выдержали экзамены и...полностью>>
'Документ'
- дальнейшего развития и пропаганды шахматного спорта в СКФО; - определения чемпиона СКФО по шахматам 2015 года; - определения участников соревнований...полностью>>
'Документ'
Местонахождение ГЦО «Притомье»: Кемеровская область, Кемеровский район, на втором километр по федеральной  трассе Кемерово-Ленинск-Кузнецкий от ориент...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

99

Буняченко вообще очень быстро начал «закручивать гайки». 26 ноября приказом № 7 по дивизии он объявил фактический выговор всем офицерам 3-го полка, так как «некоторые офицеры выходят на службу в небритом виде, не умытые, обмундированные в небрежном и растрепанном виде, сапоги грязные [...] не приветствуют старших, не требуют отдачи чести от младших по чипу». Подпоручика П. Морозова комдив разжаловал в рядовые и арестовал на 10 суток.

Уже к новому 1945 г. в целом офицеры дивизии заслуживали тех оценок, которые получали позднее от подчиненных полковника Герре в январе - феврале. Быструю организацию офицерской службы тоже можно поставить в заслугу командиру дивизии и ее полков. К сожалению, ни Буняченко, ни Артемьев не смогли изъять драгоценности у каминцев и тем более - полностью пресечь спекуляцию ими. На практике их обладатели в увольнении легко добывали у местных крестьян самогон, посещали симпатичных «остовок» из многочисленных окрестных лагерей восточных рабочих. Один из каминцев предлагал майору Соломоновскому золотую цепочку за килограмм хлеба, доверчиво сообщив, что «этого добра у нас много». В этом смысле, несомненно, в ноябре - декабре с состоянием служебной дисциплины в дивизии были трудности, но они в большинстве разрешились, как только в Мюнзингеи в январе 1945 г. стали прибывать унифицированное оружие, включая тяжелое, боеприпасы, горючее, обмундирование и началась интенсивная боевая подготовка - то есть исчезло безделье.

В соответствии с приказом Гитлера от 22 декабря 1943 г. в Вооруженных Силах Германии вводилось «национал-социалистическое руководство» для «активизации политического воспитания солдат, преданных национал-социализму», этот институт начал действовать в войсках в 1944 г. Командование 1 -й власовской дивизии должно было ввести какую-то аналогичную структуру, тем более что институт военного духовенства оставался в зачаточном состоянии. Наконец, над Буняченко довлел опыт политико-воспитательной работы в Красной армии. В декабре 1944 г. Буняченко ввел в дивизии должности «офицеров политической работы». По замыслу они 100

должны были в тесной взаимосвязи с отделом пропаганды центрального штаба и ГУП КОНР заниматься воспитанием подчиненных в духе идей, отраженных в Пражском манифесте. Однако командир дивизии не очень увлекался политработой в частях и подразделениях. Так, например, из 378 часов, отводившихся на подготовку личного состава, на политработу отводился всего 21 час, в то время как на тактику 390 часов, строй - 66 часов и т.д.

В обязанности офицера-политработника вменялось: ведение политических бесед, а также бесед по материально-бытовым и культурно-воспитательным вопросам, получение и распространение литературы, газет, пропагандных материалов, контроль за своевременной отправкой и поступлением корреспонденции, организация сети военных корреспондентов и художественной самодеятельности, отслеживание бытовых проблем в части. Случаи просоветской пропаганды политработник должен был парировать, прибегая к помощи офицера по особым поручениям (контрразведки). К сожалению, материалов о службе политработников во власовских подразделениях мы не обнаружили, но, судя по значительному притоку в дивизию добровольцев в марте- апреле, а также тому, что дивизия сохранялась как цельное и боеспособное соединение вплоть до 12 мая 1945 г., их деятельность нельзя назвать безрезультатн ой.

В этой связи будет уместно коснуться вопроса о деятельности офицеров дивизионной контрразведки, чьи должности официально именовались должностями офицеров по особым поручениям. Работу контрразведки во власовских частях можно рассмотреть на примере несения службы начальника разведывательного отделения и заместителя командира дивизии по контрразведке капитана П. С. Ольховика. Он не был профессиональным разведчиком илн сотрудником органов госбезопасности, как Б. А. Гай. Н. Ф. Лапин, К. Ф. Поваров и некоторые другие чины власовских спецслужб. Старшина Военно-морского флота СССР Ольховпк попал в плен в 1941 г. и быстро стал сотрудничать с Абвером. С апреля 1943 г. он служил офицером контрразведки при штабе генерала Кестринга. Составляя штат-

101

ное расписание, майор Николаев предусматривал разделение должностей офицера по разведке и офицера по контрразведке, но на практике они оказались объединены. В декабре 1944 г. Ольхо-вик представил Николаеву подготовленные им штаты контрразведывательной службы в дивизии: дивизионный отдел контрразведки - офицер, заместитель в офицерском чине, фельдфебель и писарь; в каждом полку - офицер контрразведки, фельдфебель и писарь; в каждом отдельном батальоне - фельдфебель-контрразведчик и писарь. В феврале 1945 г. генерал Трухин утвердил разработанное штатное расписание по организации контрразведывательной службы для каждой будущей дивизии.

П. С. Ольхових неоднократно докладывал начальнику штаба и комдиву, что в дивизии много антинемецки настроенных лиц, которые могут попытаться перейти на сторону Красной армии, а также агентуры «СМЕРШ», против которых и должна быть направлена контрразведывательная служба. Пристального внимания требовали и остатки различных политических групп -в первую очередь попавшие вместе с каминцами члены Народной социалистической партии России «Витязь» и прибывшие из Дабендорфской школы члены НТС. После санкционированного Трухиным увеличения штатов численность чинов разведы-вательно-контрраэведывательных органов составила к марту 1945 г. 30-35 человек вместе с писарями. Для дивизии, общее количество военнослужащих в которой к концу апреля 1945 г. достигло почти 20 тыс. человек, это было не так уж и много.

Репрессивные меры применялись совсем к незначительному числу лиц. За период с ноября по март ! 945 г. из дивизии по обвинению в просоветской агитации, разговорах и т.п. оказались удалены всего около 40 военнослужащих, в подавляющем большинстве рядовых. С. К. Буняченко уже на следствии в Москве в 1945 г. подтвердил: случаев расстрела лиц, высказывавших симпатии к советской власти, в дивизии не было. Один унтер-офицер за что-то подобное был отправлен на завод, одного солдата осудили к 3 годам тюремного заключения. Учитывая всю сложность и специфичность обстановки, в которой действовала власовская контрразведка, итоги ее деятельности можно признать вполне удовлетворительными. '<-*&*?* 102 л«-.м»

В 1-й дивизии за всю историю ее существования возникли две организованных группы, стремившиеся к переходу на сторону Красной армии. 29 марта 1945 г. командир 1-го полка полковник А.Д.Архипов выслушал конфиденциальный доклад двух поручиков из артиллерийского полка- Тарасова иШиш-ковского. Краткое резюме сообщения выглядело следующим образом: командир 4-го дивизиона майор В. Погромский создал группу, планировавшую убить несколько офицеров, в том числе Архипова, и уйти через линию фронта. Утром 30 марта контрразведчики арестовали Погромского.

На первом же допросе Ольховик избил майора, и тот назвал фамилии еще десяти человек. Вторую группу с аналогичными замыслами создал нз сослуживцев начальник транспортного отдела дивизии майор H. M. Есипенко. Связным группы, не превышавшей нескольких человек, стал писарь Н. А. Пикетов. Правда, ввиду пассивности членов группы, Есипенко, в конце концов, оказался арестован один. 9 апреля в дивизию прибыл Власов. Он лично допросил всех арестованных по «делам» Погромского и Есипенко. После боев 13-14 апреля по приказу Главнокомандующего командир дивизии освободил всех арестованных. Украдкой собрав избежавших ареста, Есипенко объявил о полном подчинении командиру дивизии, строгом соблюдении дисциплины, так как «командир сказал, что мы от немцев отрываемся и идем собственным путем». Его единомышленники остались с дивизией до конца. Участники группы Погромского во время боев в Праге перешли на сторону одной из просоветских повстанческих групп.

Судьба обеих групп лишний раз доказывает, что в 1-й вла-совской дивизии доминировали не столько просоветские, сколько антинемецкие настроения. В других подразделениях, созданных в формированиях КОНР в 1945 г., местная контрразведка работала примерно с таким же эффектом. В целом в ее пользу может свидетельствовать отсутствие внутреннего разложения, брожений, бунтов и т. п. во власовских частях не только вплоть до перехода в американскую оккупационную зону, но и в период пребывания в союзнических лагерях военнопленных.

103

Завершая общий обзор деятельности власовской контрразведки на дивизионном уровне, хотелось бы заметить что было бы неверно в этой области упоминать лишь о власовцах Штаб формирований полковника Герре в тайне от Буняченко проводил собственную акцию. Но если Ольховик ставил себе целью недопущение советской инфильтрации, то Герре должен был установить меру лояльности формирующейся дивизии и степень возможности ее превращения в источник опасностей для германского командования. Командование дивизии и центральный штаб по поводу намерений Герре пребывали в полной неизвестности. Ответственным за оперативно-агентурную деятельность в 1-й дивизии стал участник Белого движения и Георгиевский кавалер майор Вермахта И. К. Соломоновс-кий - бывший начальник отделения 1с (разведка и контрразведка) Русского Восточного запасного полка «Центр» подполковника Н. Г. Яненко в 1942-1943 гг.

В декабре 1944 г. с группой агентов (около 60 человек) Соло-моновский прибыл в Мюнзинген. Его люди формально числились на довольствии при штабе одного из добровольческих восточных подразделений, не имевшего отношения к частям КОНР. Два месяца Соломоновский «сидел в своей комнате и принимал донесения от агентов», анализировал поступавшие сведения и составлял сводку для Герре. В строевой части дивизии - формирования и боевой подготовке личного состава - Соломоновский констатировал порядок, но подчеркивал излишнюю инфильтрацию дивизии выпускниками из Дабендорфской школы РОА, которую белогвардеец рассматривал в качестве источника умеренно-советских настроений. Параллельно он отмечал недоверие к власовской пропаганде со стороны старых восточных добровольцев и некоторых каминцев, опасавшихся, что их «продадут Сталину». Напротив, Соломоновский, воспитанный в кадетском корпусе, казался им своим: «У него Георгий, это свой, царский». Трудно сказать, в какой степени показания Соломоновского объективны, а в какой субъективны, но оии, во-первых, служат ценным свидетельством и доказательством активной немецкой агентурной разработки власовских частей, а во-вторых, так или иначе, но характеризуют часть демонстрировавшихся настроений людей. •»*«*(• 104

Следующим крупным контингентом, влившимся в 1-ю вла-совскую дивизию, стали русские, украинцы и белорусы - остатки расформированной в Гиршаувначаледекабря1944 г.ЗО-йрусско-белорусской гренадерской дивизии СС оберштурмбанфюрера К. Зейглинга. По нашим подсчетам, их оказалось, как и камин-цев, примерно 3,5 тыс. человек.

Кроме этого, на комплектование дивизии обращались остатки 308-го, 601-го, 603-го, 605-го, 618-го, 621-го. 628-го. 630-го, 654-го, 663-го, 666-го, 675-го, 681-го русских восточных батальонов, 582-го и 752-го артиллерийских дивизионов и т.д. Прибытие батальонов в Мюнзинген можно представить на основании свидетельства о приходе 603-го восточного батальона, появившегося в месте дислокации дивизии в декабре 1944 г.: на входе и въезде в учебный лагерь дежурили германские солдаты из нолевой жандармерии и власовцы из «взвода регулировщиков», подчиненного отделению по разведке и контрразведке штаба дивизии. 603-й батальон появился в колонном строю, с песнями. Сзади двигалась пулеметная команда и обоз из 12 повозок. Обоз, в котором находилось много штатских, трофейных и благоприобретенных вещей, был тщательно обыскан «регулировщиками», все неказенное подлежало изъятию. Старые командиры оказались сняты и направлены в резерв, со стороны некоторых выпускников Дабендорфской школы в адрес старых солдат Восточных войск Вермахта были слышны мат и ругань типа: «Колбасники прибыли». Прибывавшие ставились на довольствие, разбивались по отделениям, взводам и ротам. К концу декабря 1944 г. комплектование личного состава дивизии завершилось, ее численность составила около 13 тыс. чинов.

Больным вопросом при формировании каждого власовско-го подразделения становилось штатное обеспечение материально-технической частью, транспортом, а также обозно-вещевое довольствие. Так, например, медленное поступление минометов и артиллерии до середины января затрудняло подготовку минометчиков vi артиллеристов. Правда, есть свидетельства, что власовские офицеры уже в декабре 1944 г. имели «прекрасное обмундирование», хорошие сапоги и превосходное личное табельное оружие в виде 9-мм Люгеров Р-08 («Парабеллум»), 105

но тот же очевидец подтверждает трудности снабжения для рядовых. Первоначально крайне плохо разрешался вопрос с обмундированием рядовых и унтер-офицеров. До января ] 945 г. солдаты донашивали старое, пришедшее в негодность обмундирование 2-го срока. Из-за отсутствия обуви до 15% рядовых и унтер-офицеров в дивизии не могли выходить в поле; на огневые, тактические и строевые занятия роты выводились поочередно, с разутыми приходилось заниматься в помещениях. Вместе с тем нередко отмечались случаи, когда чины дивизии добровольно выходили на занятия даже в рваном обмундировании, с обмотанными тряпками ногами.

Полностью дивизия была обмундирована и экипирована по положенным нормам довольствия только в январе, благодаря чему учеба приняла систематический и всеохватывающий характер. Существовал проект обмундирования личного состава 1-й дивизии в специальную русскую форму, но реализовать его не удалось ввиду прогрессировавшего паралича германской промышленности - ни одно предприятие не могло принять зимой 1945 г. подобный заказ.

Интенсивное обучение дивизии началось во второй декаде декабря 1944 г. В приказе по дивизии № 30 от 14 декабря подробно излагались программа занятий и требования к личному составу. 20% учебного времени отводилось на тактическую подготовку бойцов и подразделений, цель которой заключалась s том, чтобы научить воинов «действию в ближнем бою, взаимодействию огня с движением и маневру в составе подразделения». От взводов, рот, батальонов требовалось умение решать самостоятельные боевые задачи, в первую очередь, в ночиое время. Систематическая огневая подготовка и тщательное изучение материальной части должны были обеспечить отличное владение оружием в бою, планировалось создание снайперских команд. В процессе стройподготовки командир дивизии требовал «выработать подтянутого бойца с четким исполнением строевых приемов, исполнение приемов довести до автоматизма».

Одиночная подготовка должна была закончиться к 6 января 1945 г.. отделений- к 20 января, взводов- к 27 января, рот -к 30 февраля, батальонов- к M февраля, полков- к 24 фев-

1ПК

Р8ля, Поставленные сроки были выдержаны. Боевая подготовка включала разные стрельбы, в том числе из ручных гранатометов и и"ого противотанкового оружия, метание гранат, окапывание, ПеРедвижения и перемещения на поле боя, занятия по тактике, практическое вождение для танкистов, взаимодействие разных Родов оружия и т. л. Уже первые тренировочные стрельбы показали хорошие результаты, в результате интенсивных занятий на танковом полигоне происходил постоянный перерасход горючего. Но все это стало возможным лишь через два месяца после вступления Вуиячеико в должность: нормальным потоком оружие, боеприпасы, орудия, гранатометы, минометы стали поступать только во второй половине января, благодаря постоянным и настойчивым обращениям полковника Герре к генералу Кес-трингу и к начальнику службы снабжения армии.

Конский состав обозов пребывал в жалком состоянии, а фуражное довольствие строго лимитировалось. «Самым слабым местом дивизии являлся ее транспорт,- отзывается один из офицеров. - Полагавшийся по штатам моторизованный транспорт дивизия, за исключением полка снабжения, не получила, кониый же транспорт получила лишь точно полагавшийся по штатам без всякой компенсации, что поставило дивизию при выступлении в поход в исключительно тяжелое положение (особенно прн перевозке штатного количества боеприпасов) и вынудило использовать русские крестьянские подводы, бывшие в РОНА. Последние были отремонтированы собственными средствами, но были чрезвычайно малой грузоподъемности, что увеличило обозы дивизии». Даже такие мелочи, как армейские котелки или уголь для отопления казарменных помещений появились в дивизии не без проблем.

Бытовые стороны солдатской жизни оставались весьма скромными: чистые, но бедные казармы, «вода из крана градусов на О 0 теплее воздуха» и «теплая баланда в столовой». Офицеры питались лучше, солдаты скуднее, по одному из свидетельств, «от голода не умирали, но из столовой выходили с полупустым желудком». В этом смысле просьба камипца продать за золотую цепочку килограмм хлеба выгляди'! вполне естественно.

107

Если пытаться вычленить какое-то доминирующее настроение, определявшее моральное состояние власовских фронтовиков, ставших чинами 1-й пехотной дивизии, то в расчет необходимо принимать массу факторов, свидетельств, сообщений, в том числе - и многократно подтверждаемые ревность и настойчивость, проявляемые власовцами на учебных плацах и тренировочных полигонах зимой 1945 г.

Свидетельства В. П. Артемьева, А. Д. Архипова, Г. Д. Гер-ре, С. А. Дичбалиса, В. А. Комарова, И. К. Соломоновского, Н. А. Чикетова, Г. Швеннингера и других лиц, служивших в дивизии или имевших к ее созданию непосредственное отношение, чрезвычайно разнообразны, однако в них непременно присутствует общий лейтмотив, который можно выразить единственным словом: «надежда». Постоянно популяризируемые и упрощаемые власовскими политработниками положения Пражского манифеста казались такими простыми и понятными, что альтернативы им никто не видел. Наивная уверенность в переходе частей Красной армии после знакомства с Пражским манифестом на сторону РОА не вызывала сомнений. Мощными представлялись собственные силы - заявления добровольцев, казаки, русские в Вермахте, украинцы и т. д. Из всей многотысячной дивизии присягу отказались принимать в январе 1945 г. всего 7 рядовых.

Особые иллюзии связывались с союзниками, в прочность отношений которых с Советским Союзом практически никто ие верил. Когда в середине февраля 1945 г. в районе Мюнзинге-на ПВО сбила союзный самолет, летчик выбросился с парашютом над расположением власовской дивизии. Власовцы скрывали французского летчика в одной из казарм несколько дней с молчаливого согласия командования дивизии, пока немцы категорически не потребовали выдачи пилота. Даже случайное отсутствие частых бомбардировок Мюнзингена англо-американской авиацией воспринималось как следствие «понимания западными союзниками целей и характера Власовского движения». Крушение Германии представлялось очевидным и бесспорным, но надежда на «благополучный исход» заразила подавляющее большинство личного состава дивизии. Те же -;'-.'. 108 . -..,.

самые иллюзии были характерны и для военнослужащих других частей ВС КОНР. Так, например, характеризуя состояние огромного власовского гарнизона в районе Хойберга на рубеже марта - апреля 1945 г. Д. Кандауров с позиции стороннего наблюдателя счел необходимым отметить: «Настроение войск, к моему удивлению, было бодрым, большинство было уверено, что американцы нас поддержат, и мы будем продолжать ройну с Советами с их помощью. В том, что советские войска будут массами переходить на нашу сторону никто не сомневался. [...] Как на доказательство, что американцы нас поддержат, указывали на то обстоятельство, что их самолеты нас абсолютно не трогали».

В середине февраля процесс создания и боевой подготовки дивизии подошел к логическому завершению. Сведения о ее структуре и вооружении нами приведены в таблице III. Таблица IV характеризует вооружение власовской пехотной и советской стрелковой (не гвардейской) дивизий. С примерным численным составом дивизионных подразделений мы сможем ознакомиться на примере 2-й пехотной дивизии,

На вооружении дивизии состояли: 12 тяжелых, полевых гаубиц (150 мм sFH 18), 42 легких полевых пушки (75-мм leFk 18), 6 тяжелых и 29 легких орудий (имеются в виду 155-мм н 105-мм leFH 18 полевые гаубицы), 31 противотанковое орудие (75-мм РаК 40), 10 зенитных пушек (37-мм РаК 35/36), 79 тяжелых и средних гранатометов (очевидно, имеются в виду Panzerschrek-Rpz В 54 или Panzerfaust 60s), не менее 36 минометов 82-мм и 24 минометов 120-мм, 536 станковых и ручных пулеметов (в массе своей MG 34 и MG 42), 222 противотанковых реактивных ракетных установки (88 мм), 20 огнеметов (Flw 41), 10 самоходных установок (Jagdpanzer 38), 7 танков «Т-34». Личное огнестрельное оружие пехоты представляли штурмовые винтовки MP 43/44 (StG 44), пистолеты-пулеметы MP 34/1, MP 34/35, MP 38/40, карабины 9Sk и т.д. По свидетельству уцелевших офицеров, на вооружении дивизии были и снайперские винтовки.

Таким образом, о-я пехотная власовская дивизия действительно серьезно превосходила советскую штатную дивизию,

109

но только в количестве противотанковых средств. Мнение И. Хоффманна о том, что Буняченко «командовал крупной военной единицей, по численности состава и огневой мощи превосходившей советскую стрелковую дивизию и приближавшейся к советскому стрелковому корпусу», нам кажется преувеличением. Подобная точка зрения с оговорками может быть оправдана при оценке состояния дивизии к концу апреля 1945 г., когда ее численность в силу определенных обстоятельств возросла почти в два раза, в том числе возросла и огневая мощь ручного огнестрельного оружия. Но и в феврале дивизия Буняченко представляла сильное соединение, подавляющая часть личного состава которого была обстрелянной и обладала практическим фронтовым опытом. Даже бывшие чины штурмбригады СС «РОНА», попав в регулярное подразделение под командование профессиональных офицеров, по одной из оценок, оказались «незаменимыми в руках хороших полевых командиров».

2-я пехотная дивизия

17 января 1945 г. Организационный отдел Генерального штаба ОКХ издал приказ за подписью генерала танковых войск В. Венка о формировании 2-й пехотной дивизии ВС КОНР (650.1. D. (russ.), 650-й по нумерации Вермахта) на учебном полигоне Хойберг (земля Вюртемберг, западнее Ульма), примерно в 60 км от Мюнзингеиа. Командиром дивизии Власов назначил бывшего командира 350-й стрелковой дивизии, полковника Григория Александровича Зверева - кадрового командира Красной армии, произведенного в феврале 1945 г. в генерал-майоры. Сроки назначения Зверева на должность разнятся, по его личному признанию, он прибыл к месту формирования в начале февраля, а официально был утвержден в должности 21 февраля.

Г. А. Зверев по характеру был противоположностью Буняченко. Сын рабочего из маленького Алчевска вступил в РККА в 1919 г. в возрасте 19 лет. В 1926 г. стал членом ВКП (б). Его служба в Красной армии протекала ровно, и в ней было все - и выговор от командира полка за пьяный дебош в гарнизоне во внеслужебное время в 1936 г., и похвальные аттестации 1937-1938 гг. Общий вывод m аттестационных материно

алов на Зверева следует один- хороший строевик. В 1939г. Звереву присваивается звание полковника, и в канун нападения Германии на Советский Союз он занимает должность командира 190-й стрелковой дивизии. Положительные аттестации 1937-1939 гг. не помешали вовлечению Зверева в оперативно-агентурную разработку органами НКВД с 26 февраля 1938 г. Сотрудники Особого отдела НКВД 7-й стрелковой дивизии, где Зверев служил в 1936-1939 гг., получили на него компрометирующие сведения как об участнике «антисоветского военно-фашистского заговора». 25 марта 1941 г. в связи с тем, что Зверев характеризовался как «грамотный, выдержанный и культурный командир», Особый отдел 146-й стрелковой дивизии предложил прекратить разработку. Однако начальник Особого отдела 36-го стрелкового корпуса предложил продолжить операцию, завербовав с этой целью личного адъютанта полковника, но в связи с нападением Германии на СССР операция не завершилась, и ее результаты нам не известны.

Войну дивизия Зверева встретила под Черкассами и в непрерывных боях к 11 августа 1941 г. была разбита. Зверев попал в плен, но выдал себя за рядового, украинца по национальности. По этой причине в сентябре 1941 г. немцы освободили комдива из лагеря, и он начал пробираться к своим через Белую Церковь и Черкассы. Линию фронта бывший командир 190-Й стрелковой дивизии перешел под Орлом в составе отряда генерал-майора П. А. Александрова, затем он немедленно был арестован сотрудниками Орловского УНКВД по обвинению в шпионаже и этапирован в Москву.

Из-под следствия и заключения Зверева освободили зимой 1942 г., откомандировав для продолжения службы в Среднеазиатский ВО. На Воронежский фронт с понижением в должности он попал лишь осенью. 13 марта 1943 г. полковник Зверев принял должность военного коменданта Харькова и командира 350-Й стрелковой дивизии. 15 марта в результате знаменитого прорыва к Харькову танкового корпуса СС дивизия Зверева попала в «котел», вырвавшись из-под Харькова с большими поте-рями. Командир дивизии при прорыве 22 марта был контужен и захвачен в плен в бессознательном состоянии. П1

К Власовскому движению Г. А. Зверев присоединился добровольно в июле 1943 г. По свидетельству, приведенному в неопубликованных воспоминаниях подполковника ВС КОНР М. Ф. Васильева, в Дабендорфе в 1943 г. Зверев «буквально свирепел и воспламенялся злобой», как только слышал в разговорах имена Сталина или Молотова. Подавая заявление, он полностью отдавал отчет в собственных действиях. Его взгляды вполне соответствовали программным положениям Пражского манифеста, реализации которых должна была быть, с его точки зрения, подчинена вся служба РОА. Попытка Зверева сопротивляться и застрелиться в момент ареста в мае 1945 г. свидетельствует о его личной честности.

Сам Зверев не считал себя «изменником родины» и на первом же допросе в госпитале честно показал старшему следователю дивизионного отдела контрразведки «СМЕРШ»: «По Пражскому манифесту, РОА имела задачу защиты своей родины. Комитет считал, что война Советами проиграна, а на сцену выйдет РОА, отстоит интересы России, создаст Россию без коммунистов, во главе которой должен стоять КОНР». При назначении командира 2-й дивизии выбор командного отдела центрального штаба и Трухина пал на кандидатуру Зверева в силу его строевого опыта. Зверев не был грубым и резким, как Буняченко, не использовал такое обилие ненормативной лексики, не позволял себе открыто перечить немецким представителям и командованию формирований КОНР, но и столь же харизматической личностью для своих солдат, какой являлся в 1-й дивизии Буняченко, он тоже не был. При формировании дивизии Зверева трудности и проблемы снабжения соединения приобрели еще более значимый характер.

Как и при создании 1 -й пехотной дивизии, быстро и благополучно оказался разрешен вопрос лишь с комплектованием личного состава 2-й дивизии. Правда, процент фронтовиков в дивизии Зверева оказался несоизмеримо меньше, больше половины личного состава составляли военнопленные, прибывшие в дивизию прямо из лагерей. На формирование 2-й пехотной дивизии обращались остатки 427-го, 600-го, 112

642-го, 667-го, 851-го русских восточных батальонов, 3-й батальон 714-го русского восточного пехотного полка, 851-й са-перно-строительный батальон, 621-й артиллерийский дивизион и т. д. Многие офицеры прибыли в дивизию из Норвегии после удачных вербовочных мероприятий, проведенных там в декабре 1944 г. группой власовских офицеров во главе с самим Зверевым.

Белоэмигранты в дивизии на ответственных строевых и штабных должностях ие служили. Все пять командиров полков (трех пехотных, артиллерийского и снабжения35) были в прошлом кадровыми командирами Красной армии, из которых двое (командир 1-го полка полковник М. Д. Барышев и командир полка снабжения подполковник Б. В. Власов) прошли курс Дабендорфской школы РОА, двое (М. Д. Барышей й командир 3-го полка подполковник М. И. Головинкин) до вступления на службу в ВС КОНР командовали добровольческими подразделениями в составе Восточных войск Вермахта, один (командир артиллерийского полка полковник А. А. Зубакин) преподавал в офицерской школе Восточных войск, один (командир 2-го пехотного полка майор Алексеев) присоединился к власовцам в декабре 1944 г.

Высокопрофессиональным командиром по служебным качествам был Гвардии полковник Красной армич А. А. Фунтиков, принявший 7 февраля 1945 г. должность начальника штаба дивизии. Прослужив в РККА 23 года, полковник Фунтиков в 1938 г. окончил по I разряду Военную академию им. М. В. Фрунзе и обладал опытом службы на ответственных штабных должностях. Его последняя должность в Красной армии - начальник штаба 49-го стрелкового корпуса 7-й гвардейской армии. В плен полковник А. А. Фунтиков попал при проведении разведки местности 21 октября 1943 г., а рапорт о вступлении в ВС КОНР подал 27 декабря 1944 г. До марта 1945 г. должность командира 2-го пехотного полка занимал подполковник Н. И. Садовников, но весной он был переведен в запасную бригаду, и формирование полка продолжил его новый командир, майор Алексеев, о котором пока почти ничего не известно.

113

Несмотря на то, что приказ о формировании был отдан 17 января 1945 г., нормально приступить к созданию дивизии Зверев и Фунтиков смогли лишь через три недели, а закончила дивизия формирование только к середине апреля (2-й пехотный полк завершил формирование лишь к 10 апреля). Вскоре после отбытия 1-й дивизии на Восточный фронт комплектование и обучение 2-й дивизии продолжились в Мюнзингене из-за большой скученности в Хойберге служб центрального штаба. Штаб Герре не смог обеспечить дивизию автотранспортом, орудиями, минометами, достаточным количеством обмундирования и обуви. Кроме личного огнестрельного оружия, лишь противотанковый артиллерийский дивизион получил реактивные ракетные установки, но артиллерийский полк лишили даже обещанных трофейных 122-мм орудий.

По ряду свидетельств, в подразделения дивизии были завезены в изрядном количестве трофейные ручные пулеметы Дегтярева (РПД), сохранявшиеся на вооружении вплоть до перехода в американскую зону оккупации. По признанию Зверева, к моменту выхода дивизии в начале второй декады апреля из Хойберга в перечне вооружения дивизии насчитывались: 953 штурмовых винтовки StG 44, 120 пистолетов-пулеметов MP 38/40, 8 ручных и 4 станковых пулемета (иностранного производства), 60 ручных немецких пулеметов (типа MG), 150 тыс. патронов и т. д. Даже если учесть, что Зверев перечислил не все состоявшее на вооружении дивизии ручное огнестрельное оружие, бесспорно, что вооружение 2-й дивизии не могло сравниваться с вооружением дивизии Буняченко. Все же дивизия Зверева считалась сформированной и ограничено боеспособной, прикрывая во втором эшелоне линию Ульм -Мюнзинген в период 1.3-15 апреля.

О штатной численности подразделений власовских дивизий нам позволяет составить представление «Расчет на погрузку по эшелонам частей 650-й пехотной дивизии», подписанный начальником штаба полковником А. А. Фунтиковым и начальником строевого отделения штаба дивизии поручиком Ф. П. Румынским. Соответствующие сведения нами приведены в таблице V.



Похожие документы:

  1. Юрий Цурганов Белоэмигранты и Вторая мировая война Попытка реванша 1939-1945 На линии фронта Правда о войне –

    Документ
    ... // Посев. 2000. № 5, 6. Александров К. Офицерский корпус армии генерал-лейтенанта А.А. Власова 19441945. М.: Посев, 2009. 1120 с. ... Андреева Е. Генерал Власов и Русское ...
  2. Александр Солженицын Архипелаг гулаг

    Документ
    ... исследования Том 1 (части 1 и 2) Александр Солженицын «Архипелаг ГУЛаг» – историей ... Здесь уместно сопоставить Власова с командующим 19-й армией генерал-майором Михаилом Лукиным, ... немногие доехали живыми. Зимами 1944-45 и 1945-46 годов в посёлок ...
  3. Александр Кац «Евреи. Христианство. Россия»

    Документ
    ... Но вот, наконец, в 1945 г. в египетском селении Наг-Хаммади ... На жалобу генерала Гурко по этому поводу Александр Александрович ... ленными. Следует отметить здесь армию ген. Власова, дивизию СС "Гали- ... в Германию. В 1942 - 1944 гг. туда было вывезено свыше ...
  4. Александр Александрович Бушков Красный монарх

    Документ
    ... 1939 по 1945 год мы хотели ... Александра. В 1956 г. Александр Давыдов, внебрачный сын Сталина, был майором Советской Армии ... , 1933. Коняев Н. М. Два лица генерала Власова. М.: Вече, 2001. Коняев Н. М. ... 1942–1943. Л.: Лениздат, 1944. Семанов С. Брежнев. М.: ...
  5. Форум «четвертый рейх» /forum/

    Документ
    ... 8 апреля 1945 г., т. е. за месяц до капитуляции Германии в армии под командованием генерала Власова находилось 50 ... . 1995. № 3; Александров К. М. Трагедия русского казачества 1943 -1944. //Новый часовой. 1996. № 4; Александров К. М. Казачество России ...

Другие похожие документы..