Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Проблема человеческой свободы – это одна из основ­ных, если не самая основная, проблема философии, определяющая в значительной степени специфику филос...полностью>>
'Анализ'
Подлежащее и сказуемое как главные члены предложения 3 Зад. 9 Осложненное простое предложение 45 Зад. 10 Пунктуационный анализ .Знаки препинания в пре...полностью>>
'Программа'
ассоциаций КНР 10:40 – 10:50 Презентация инвестиционных возможностей Свердловской области Георгий Абдурахманович Гемеджиев Советник Генерального дирек...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

12. Взаимоотношение церковнославянского и греческого языков. Роль греческого языка византийской эпохи в формировании основного литературного языка Древней Руси

Знание греческого языка было достаточно распространено в Киевской Руси. Это было вызвано ориентацией древнерусского государства на Византию.

Отношения между греческим и церковнославянским языками особенно наглядно выступали в церковной службе, которая могла идти попеременно на двух языках, когда один клирос пел по-гречески, а другой – по-церковнославянски. Так, например, на обоих языках шла служба в Ростове при Петре, царевиче Ордынском, в середине XIII века. Вот как об этом говорится в «Повести о Петре, царевиче ордынском»:

«…в церкви святыя богородица левый клирос греческы пояху, а правый рускы…»

Ростов же в культурном плане был связан с Киевом.

Греко-церковнославянский параллелизм отражается и в древнейших русских богослужебных (певческих) текстах. Так, в Благовещенском кондакаре XII века есть греческие песнопения, данные в русской транскрипции и записанные славянскими кириллическими буквами. Следует отметить, что отдельные фразы на греческом языке до сих пор употребляются в церковной службе при архиерейском служении: кирие елейсон – «Господи помилуй» ис поллаети деспота – «многая лета, владыка» аксиос – «достоин»

Данная особенность является отражением той ситуации, когда русской церковью управляли греческие иерархи.

Таким образом, греческий и церковнославянский языки употребляются параллельно и являются двумя ипостасями одной и той же сущности. И если православная образованность предполагает знание византийской истории, византийской культуры, то и искусное владение церковнославянским языком предполагает знание греческого языка.Многие исследователи (в их числе В. Ягич, А.И. Соболевский, А.В. Исаченко) предполагают, что в Киевской Руси не существовало специальной грамматики церковнославянского языка, поскольку грамматические структуры церковнославянского и греческого языка отождествлялись и в качестве церковнославянской грамматики выступала греческая. В XIX веке высказывалось мнение, что это была грамматика Иоанна Дамаскина, жившего в VIII веке. Однако В. Ягич доказал, что византийцы не знали грамматического руководства указанного автора, вследствие чего данную грамматику греческого языка стали называть Псевдодамаскина. К греческим моделям из этой грамматики древнерусские книжники прикладывали церковнославянский материал, а именно тексты, которые заучивали наизусть.В Киевской Руси получила распространение схедография (σχεδογραφία от σχεδος «грамматический разбор слова» и γράφις «пишу»), представлявшая собой высший курс грамотности в греческом образовании. Низший курс грамотности состоял в умении читать и писать. Схедография заключалась не только в грамматическом разборе, но и в заучивании наизусть упражнений (слов, форм и т.п.) на каждую букву алфавита.

Б.А. Успенский утверждает, что складывается в это время единый «еллино-славенский» язык, который мог реализовываться либо как греческий, либо как церковнославянский.

Представление об «еллино-славенском» языке прочно входит в сознание русских книжников. В XVI веке даже появятся грамматические описания этого единого «еллино-славенского» языка. Такой грамматикой станет «Αδελφοτης. Грамматика доброглаголивого еллино-славенского языка», изданная во Львове в 1591 году. А в XVIII веке протесты против заимствований не распространялись на заимствования из греческого языка, поскольку последние ассоциировались с церковнославянизмами.

Греческий язык постоянно фигурировал в полемике с церковнославянским.

Из греческого языка в церковнославянский, а затем и в русский вошло много слов. Слова, заимствованные из греческого через переводную письменность, большей частью связаны с обозначением понятий, имевших отношение к православной вере и церкви: ангелъ, апостолъ, евангелие, епископ, монахъ, митрополитъ, игуменъ, канон, тропарь, кондакъ, стихира.

Сюда же относятся некоторые слова, связанные с развитием культуры и просвещения, поскольку эти стороны общественной жизни в средневековую эпоху находились в зависимости от религии: философия, грамота, стих, арифметика и т.п.

В словах книжного происхождения обычно сохранялись основные черты греческой графики, органически вошедшей в старославянскую кирилловскую графическую систему и поэтому легко усваивавшейся книжниками.

В древнерусский язык слова из греческого языка проникали изустным способом. Они обязаны своим вхождением в язык главным образом судоходству, торговле. Это названия предметов, которые Русь получала в это время от греков. Уже в дописьменный период поникли такие слова, как корабль, парус, фонарь, кровать, лампа; названия многих плодов и овощей: свекла, огурец, капуста, вишня, лимон и т.п.

Фонетика греческих заимствований, пришедших путем устного общения, характеризуется закономерными соответствиями гласных и согласных. Отдельные слова могли проникать двояким путем – и изустно, и через письменность. Благодаря этому уже в Древней Руси стали развиваться дублетные формы отдельных греческих заимствований, например: папа и попъ (второе – изустным путем: греч. πάπας – отец), имена Кирилл и Чурило, Евдокия и Авдотья.

На основе греческого языка возникло много калек. Например, благотворение, законодействие, благовещение, зловерие, идолобесие, мудролюбие, откровение и т.д. Среди них есть слова, ставшие фактами языка, и есть кальки – окказионализмы, не вышедшие за пределы текста.

Наряду с лексическими зарегистрированы также семантические кальки. Например, слово свойство первоначально означало «близость», а под влиянием греческого языка получило значение «качество».

Можно отметить и синтаксические кальки. В частности, конструкцию с глаголом «иметь» + инфинитив с модальным значением возможности / долженствования, на которую впервые указала Г. Хюттль-Воорт.

Таким образом, поскольку церковнославянский язык уступал греческому в нормированности, то он стремился ему уподобиться.

Отношение к церковнославянскому языку как языку, открывающему греческую мудрость, было воспринято от южных славян.

Ориентация на Византию способствовала активизации переводческой деятельности. В результате переводческой деятельности объем литературы резко возрос, что свидетельствует о вхождении Руси в круг византийской образованности. Следствием этого стало появление оригинальных произведений древнерусской литературы проповеднического характера, таких как «Слово о законе и благодати» митрополита Иллариона, написанное между 1037 и 1050 гг., «Слово на антипасху» Кирилла Туровского (XII в.), которые были созданы под влиянием греческой образованности. Б.А. Успенский считает, что тексты такого рода могли быть написаны и в современной им Византии (Б.А. Успенский, с. 22).

Завершить этот вопрос хотелось бы цитатами Н.М. Карамзина и А.С. Пушкина).

В статье «О русской грамматике француза Модрю» (1803 г.) Карамзин писал: «Авторы или переводчики наших духовных книг образовали язык совершенно по греческому, наставили везде предлогов. растянули, соединили многие слова, и сею «химическою операциею» изменили первобытную чистоту древняго Славянскаго. «Слово о полку Игореве», драгоценный остаток его, доказывает, что он был весьма отличен от языка наших церковных книг».

А А.С. Пушкин в своей программной статье «О предисловии г-на Лемонте к переводу басен Крылова» (1825 г.) отмечал: «Как материал словесности, язык славяно-русский имеет неоспоримое превосходство перед всеми европейскими: судьба его была чрезвычайно счастлива. В XI веке древний греческий язык вдруг открыл ему свой лексикон, сокровищницу гармонии, даровал ему законы обдуманной своей грамматики, свои прекрасные обороты, величественное течение речи; словом усыновил его, избавя таким образом от медленных усовершенствований времени».

13. Киев и Новгород – различие в культурной и языковой традициях

Киев был столицей древнерусского государства, а Новгород – важным административным и культурным центром на севере русской земли. Географическое положение способствовало развитию контактов Новгорода с соседними прибалтийскими народами.

В 1088 году западная (католическая) церковь канонировала святого Николая. Его мощи переносятся из Киева в Нику. Два раза в год учреждается день святого Николая – 19 декабря и 22 мая. В Византии такой праздник не отмечался. На севере Руси начинает распространяться предание о святителе Николае западного происхождения. А в 1113 году в Новгороде сооружается собор святого Николая. Причем наблюдается смешение Николы (так до середины XVII века называли святого) с архангелом Михаилом. В результате чего контаминация двух имен порождает Микулу. Для Киева это было не характерно.

В Новгород с запада приходит культ колокола. Колокольный звон становится необходимым сопроводителем церковной службы. Но если в католических странах раскачивали сам колокол во время литургии, то на Руси – только язык.

Наличием колокольного звона русские отличались от греков, поскольку в Византии во время службы в церкви били по билу (специальной доске). Било использовалось в монастырях на Руси вплоть до XV века.

В Новгороде существовали самостоятельные связи с Византией. Подтверждением этому служит наличие некоторых слов греческого происхождения в современном русском языке и отсутствие их в украинском языке. Среди них можно назвать следующие: известь, кровать, парус, свекла, скамья.

Исследователи отмечают следы знакомства новгородцев с глаголицей. Так, в 1047 году новгородский священник Упырь Лихой, переписывая рукопись пророков, пишет «из кирилоцh». Кириллицей он называет глаголицу.

Н.Н. Никольский считал, что должны различаться славянская письменность, связанная с Киевом, и русская, ассоциирующаяся с Новгородом.

В Новгороде, как известно, был написан список евангелия (1056-1057 гг.) дьяконом Григорием и его помощником для посадника Остромира, родственника Изяслава Ярославича, великого князя киевского. Это евангелие – недельное (апрокос), то есть расположенное не по евангелистам в последовательном порядке глав, а по неделям (воскресеньям), в порядке церковной службы, начиная с пасхи. Хотя писец был русский, однако особенности болгарского текста, с которого он переписывал, сохранены им в значительной чистоте.

В памятнике широко представлены все фонетические и морфологические особенности церковнославянского языка, многие слова религиозно-культового характера (аминь, бог, пасха, церковь и т.п.), хорошо известные в евангелиях фразеологические средства («в оно время», «приди и виждь» и др.), а также различные молитвенные формулы.

В 1095, 1096, 1097 годах в Новгороде были написаны Новгородские служебные минеи (сборники церковных чтений). В них уже отражается цоканье.

В Новгороде могли создаваться некнижные жития святых. Так, в конце XV века (1478 или 1479 году) было написано «Житие Михаила Клопского», а в XVI веке это произведение подверглось литературной обработке боярином В. Тучковым.

Сопоставляя Киев и Новгород как два культурных центра, необходимо отметить, что литературная традиция и письменность больше совпадают в Киеве, чем в Новгороде. Этим можно объяснить отсутствие в столице Древней Руси берестяных грамот.

Берестяные грамоты восходят к XI веку и представляют собой частные письма жителей Новгорода и вместе с тем служат первыми жанровыми образцами эпистолярного стиля древнерусского языка.

Эпистолярный стиль отличает особая организация речевых средств (как и подбор их). Строй речи, отразившийся в письмах, лишен многих структур и примет, характерных для стиля деловых текстов. В письмах отразилось оригинальное соотношение разговорных речевых средств и очень немногих книжных элементов, которые представлены в виде стереотипных начал некоторых грамот.

Эпистолярный стиль отличается точным обозначением адресата и характерным в таких случаях повторением фраз. Например, «от Гостяты к Василови» (ВГ № 9), «от Микиты к Улиания» (БГ № 377).

Сам строй предложений лишен четкости и пунктуальности, типичной для официальных документов. По тексту многих берестяных грамот можно заключить, что переписка идет между знакомыми людьми и относительно знакомых им событий и лиц.

Для эпистолярного стиля характерна непринужденная форма общения. Лексический состав лишен церковнославянских языковых единиц.

У Новгорода и Киева было разное отношение к праву. Для Киева (а затем Москвы) характерны попытки усвоить письменное право (или византийское право), а для Новгорода – русское дохристианское. Как я уже говорила, текст первого судебника «Русской правды» был в литературно обработанной форме записан в Новгороде в XI веке (самый ранний Синодальный список восходит к XIII веку – 1282 году) на основе норм поведения, сложившихся в дописьменный период. Таким образом, стилистическая дифференциация древнерусского языка характерная для Новгорода.

Именно в Новгороде были созданы былина, которые можно было петь на великий пост, поскольку былины ассоциировались с духовными стихами. Благодаря этому в текст былин проникают книжнославянские слова и формы, то есть славянизмы. Исследователи отмечают даже особенности книжного произношения в былинах.

В Новгороде также берет истоки русская лексикографическая традиция. Самые первые словари назывались азбуковниками. В них древнерусский язык употреблялся как посредник для познания книжного (церковнославянского) языка. В Киеве азбуковников не было, во всяком случае они не дошли до наших дней.

В заключение следует отметить, что наличие двух центров (первоначально Киева и Новгорода) определяет биполярность в развитии русской культуры. Что происходит дальше?

В 1300 году киевская митрополия переезжает в Суздаль, и уже противопоставляются Владимир и Новгород. Владимир ассоциируется с Киевом. Именно поэтому отдельные архитектурные сооружения в нем названы так же, как и в Киеве. В частности, Золотые ворота и Успенский собор во Владимире аналогичны Золотым воротам и Софийскому собору в Киеве. Из Суздаля метрополия переезжает в 1326 году в Москву, и Москва становится новым административным и культурным центром, столицей нового централизованного государства. Неслучайно, по-видимому, Софийский собор в Киеве и Успенский собор в Москве имеют равные размеры.

Спустя некоторое время Москва завоевывает Новгород, но восстанавливается Киев и возникает оппозиция Москва – Киев уже в середине XVII века. Постепенно Киев как второй культурный центр угасает, а на смену в XVIII веке приходит новая столица русского государства – Санкт-Петербург, просуществовавшая в этом качестве до 1918 года.

Что же касается культуры Новгорода, то здесь следует указать, что специалисты по древнерусскому искусству выделяют особую новгородскую школу.

14.Древнерусск. литер. язык в деловой письменности Киевской Руси

Деловая письменность Киевской Руси представлена несколькими сохранившимися от тех времен грамотами, которые дошли до нас в составе «Повести временных лет», договорами русских князей с Византией (греками) и древнейшим сводом законов – «Русской правдой».

Остановимся подробнее на языковых особенностях «Русской правды».

Предполагается, что зафиксированные в «Русской правде» законы сложились первоначально в устной форме, а записаны были в XI-XII вв. в Новгороде. Однако оригинал этого памятника до нас не дошел, а древнейший из сохранившихся списков относится к 1282 году.

«Язык «Русской правды» представляет собой литературно обработанную разговорную речь восточных славян, пополненную рядом юридических терминов, формул и выражений», – писал А.И. Ефимов.

Этот памятник отличается чистым русским языком. В его лексике, фразеологии, а также морфологии и синтаксисе почти отсутствуют церковнославянские элементы. Близость языка «Русской правды» разговорной речи подтверждается употреблением полногласных форм: воротити, Володимиръ, городъ, горохъ, дерево, золото, молоко, холопъ и других.

В «Русской правде» обнаруживается употребление приставки роз-, которая соответствовала церковнославянской раз- (роздhлите, розвязати), начального о вместо церковнославянского е (одиная), начальных ро, ло, соответствующих церковнославянскому ра, ла (лодья), а также слов с æ вместо церковнославянских с сочетанием жд (межа, ноужа).

К числу юридических терминов в «Русской правде» относятся: головникъ – убийца, головничество – убийство, добыток – имущество, вира – штраф за убийство свободного человека, суд – разбор дела, клепати – обвинять, обида – правонарушение, урок – оброк, подать; тать – вор, татьба – воровство.

К сфере общественно-политической жизни относятся в этом памятнике слова: боярин, князь, гость (иноземный купец), гридь (дружинник), мужь (приближенный князя), огнищанин (владелец дома), мытник (сборщик пошлин), смерд (крестьянин).

В «Русской правде» богато представлена сельскохозяйственная лексика Древней Руси: вольга, жито (рожь), борона, клеть, баран, вепрь (дикий кабан), коза, корова, овца, горох, молоко, овес, хлеб и др.

Слова церковнославянского языка употребляются в «Русской правде» очень редко: они выступают в терминологически обусловленном употреблении или носят случайный характер (т.е. находятся в испорченных листах рукописи): вражда – юридический термин южных славян, чрево – стилистический вариант летописного слова черево, среда – день недели (древнерусск. середа).

В памятнике встречаются также слова иноязычного происхождения, проникшие в древнерусский язык из скандинавских народов. Это гридь – древненорвежское и вира – древнегерманское.

Словарный состав «Русской правды» дает основания придерживаться мнения, что язык этого судебника хранит следы литературной обработки, что он отличается документальной точностью в отборе слов и выражений.

Морфологические черты языка «Русской правды» в основе своей восточнославянские, древнерусские. «Общая система склоняемых форм имен существительных, – отмечал С.П. Обнорский, обращает на себя внимание как система типически русского склонения».

Местоимения также имеют древнерусский облик род. пад. себе; дат. и мест. падеже – собе.

Прилагательные в основе своей имеют древнерусские формы: в род. падеже ед.числа прилагательные женского рода имеют окончание –ой при церковнославянском –ыя (первой жены, одинокой матери); в род. падеже ед. числа прилагательные муж. и ср. рода оканчиваются на русское –ого (кыевского, белогородского), хотя есть и немного слов на –аго (боярскаго тиуна (должностное лицо при князе)).

Синтаксические особенности «Русской правды» также свидетельствуют о восточнославянской основе языка этого памятника.

Сочинительная связь занимает здесь ведущее положение. Предложения присоединяются преимущественно посредством союзов а, и. либо, или; реже употребляются да (соединительный), нъ (но) (противительный).

Функции союзов довольно четко определены. Так, например, союз а обычно употребляется в начале самостоятельного предложения, как бы соединяя его с цепью предшествующих предложений.

Союз и имеет иные функции: он употребляется для связи членов предлоежния. Союз а в этой роли не выступает.

«Аже начнетъ не знати у кого купилъ, то ити по немъ темь видокомъ на торгу (базар) на роту (присяга). А истьцю свое лице (вещ. доказательство) взяти».

«Аже кто познаеть челядин (слуг) свои украден, а поиметъ и, то оному вести и по кунам (денежная единица) и до третьяго свода».

В качестве разделительных союзов в памятнике употребляются или и более древний любо: «Аже кто кого ударитъ батагомъ, любо чашею, любо рогомъ, любо телеснию…» «Или пьхнеть мужь мужа любо к собе, любо от себе, любо по лицю ударитъ».

Среди подчинительных построений наиболее употребительны условные. При этом они чаще всего оформляются с помощью сочинительных союзов а, или и подчинительных аже, оже, оже ли, а оже ли, которые являются структурными элементами восточнославянской речи. Например: «Оже придетъ кровав муж на двор или синь, то видока ему не искати».

В некоторых случаях условные отношения выражаются при помощи церковнославянского союза аще (аще ли, аще же).

«Аще ли уткнетъ руку и отпадетъ рука или усохнетъ, или нога, или око, или не уткнетъ, то пол виры – 20 гривенъ…»

Кроме того, условные конструкции нередко передаются бессоюзным путем: «Убьет моужь моужа, то мьстить брату брата».

В тексте «Русской правды» встречаются и бессубъектные предложения, являющиеся чаще всего инфинитивными: «…мстити брату брата».

Вместе с тем употребляется оборот именительный дополнения при инфинитиве, который является принадлежностью разговорной речи восточных славян. Например: «Взяти гривьна кун за сором».

Синтаксические особенности языка «Русской правды» свидетельствуют о том, что деловая письменность создавалась на базе общерусской речи, что эта речь подвергалась литературной обработке. Литературная обработка дает о себя знать в характере употребления основных синтаксических конструкций. Эти конструкции стилистически оправданы в языке свода законов, ибо само содержание как бы предопределяет выбор формы выражения. В главном предложении весьма четко и ясно указывается норма поведения, которая обязательная при соблюдении того, о чем говорится в условном придаточном предложении.

Таким образом, все черты языка «Русской правды» показывают, что этот памятник, как и другие произведения деловой письменности, был создан на базе древнерусской речи. Роль церковнославянизмов незначительна, но они все же вторгались в практику деловой письменности, особенно в грамоты.

По наблюдению Л.П. Якубинского, церковнославянизмы обычно встречаются:

1) в зачинах и концовках грамот. Так, грамота Киевского великого князя Мстислава (написана около 1130 г.) начинается с зачина, где местоимение 1 лица имеет церковнославянскую форму: «Се аз Мьстислав Володимирь сын держа русьску землю в свое княжение повелелъ есмь». В самом же тексте, написанном по-древнерусски, то же местоимение имеет восточнославянский облик.

Тот же зачин имеет место и в договорной грамоте Александра Невского и новгородцев с немцами (1262-1263 гг.): «Се аз князь Олександр и сын мои Дмитрии…»

2) в тех местах грамот, где встречается обращение к богу, заклинание и другие мотивы церковно-религиозного содержания.

Вкладная грамота Варлаама Хутынскому монастырю (после 1192 года) содержит такие слова церковнославянского языка: «Аще кто дияволомъ на(уч)ен и злыми члвкы наважен, цьто хочетъ отъяти от нивли…»

3) в русском тексте, если церковнокнижные слова и целые выражения не имеют соответствий в живой речи восточных славян: благословение, владыка (епископ), раб божий, во имя отца и сына и святаго духа.

В грамоте новгородского князя Андрея Александровича (1294 г.) читаем: «От великого князя Андрея, от владыки благоволение».

То же самое в грамотах полоцкого епископа Иакова к рижанам (около 1300 года): «Поклон и благословленье».

В духовной грамоте новгородца Климента (до 1270 г.): «Се аз раб божий Климент».

15.Язык «Договора Игоря с греками»

╦ - юс большой

┬ - юс малый

Ъ – ять

8 - оук

ω – отъ

млтва – такое подчеркивание обозн. титло

Это деловой памятник письменности.

Договор был подписан в 945 году.

Лексико-фразеологический анализ:

1) Политич. лексика: грамота, сълъ, князь, цесаремъ, бояре, цесарство

2) Торговая лексика: паволокъ, коупити, золотникъ, мЪс┬чна, гость

3) Отвлеч. лексика: миръ, съмърть

4)Фразеологизмы: сотвори криво

Фонетический анализ:

1) фонетич. славянизмы: волость, зотник, вход┬ще

Морфологический анализ:

1) Временные формы глаголов:

- Б/Н П: посылаютъ, бываютъ

- БС 1: преданы будутъ

- аорист: послахъ

- имперфект: ношаху

- перфект: оувЪдЪлъ есть

2) Повелит. накл.: да держимъ и хранимъ, да оувЪмы, да не имЪютъ

3) Формы прич.: пишюче, приход┬щимъ, входящи

Синтаксич. анализ:

1) СИС: преданы будутъ, посылаеми бываютъ

2) СПП с прид. усл. : аще ми СПП с прид образа действия: яко имъ любо, тако створ┬тъ; да твор┬тъ коуплю( императивн. конструкция), яко же имъ надобЪ



Похожие документы:

  1. Очерки по истории русского литературного языка

    Учебник
    ... пуш­кинский язык стал предметом вдумчивого разбора ... языку * . Как в разных отраслях государственного управления, промыш­ленности и техники, так и в сфере науки ... основы истории русского литературного языка как научной дисциплины и как учебной дисциплины ...
  2. Программа коррекционно-развивающей работы в логопедической группе детского сада для детей с общим недоразвитием речи (с 4 до 7 лет)

    Программа
    ... . пед. наук, ведущий специалист ... Объем учебного материала ... предметов по вопросам какой?какая?какое? ... отраслям знаний, словари и словарики, книги по интере­сам, книги по истории и культуре русского ... языку. Формирование умения определять жанр литературного ...
  3. Русские устойчивые сравнения, отрицательно характеризующие поведение человека, на фоне китайского языка

    Реферат
    ... русского языка как иностранного (в частности, китайским учащимся), в практике перевода, в практике учебной ... интердисциплинарная отрасль науки, самостоятельная ... предмета какой ... Шведова). Фразеологический словарь русского литературного языка конца XVIII – ...
  4. Пособие содержит теоретические сведения по русскому языку и разнообразные упражнения по орфографии, пунк

    Документ
    ... гуманитарными науками: историей и философией, древними языками и литературой. В Берлине Тургенев близко сошелся с виднейшими представителями русской ...
  5. Эксперимент продолжается аннотация вкниге обобщаются основные принципы и

    Документ
    ... , отрасль, дворянство ... предметах следуют успехи в точных науках и языках, а последние побуждают к серьезному осмысливанию географии и истории, к глубокому анализу литературных ... русского языка переноса языка или какого-либо другого учебного предмета ...

Другие похожие документы..