Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
П. Руководящий состав клуба, команды № Фамилия, имя, отчество (полностью) Дата рождения Должность Образование Домашний адрес, телефон Адрес клуба, ком...полностью>>
'Документ'
В соответствии с заданием произвести расчет и конструирование монолитного участка (МУ-1) из бетона В-15. Расчет осуществляется в соответствии с указан...полностью>>
'Викторина'
7-Й ЭТАП. «Там, где начинался «Багратион», посвященный крупномасштабной наступательной операции по освобождению Белоруссии от фашистской оккупации в 1...полностью>>
'Документ'
(*Если данной графы не достаточно для описания товара, то предлагаем использовать дополнительный лист. Дополнительный лист должен быть подписан и заве...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

Г.ШИЛЛЕР

МАНИПУЛЯТОРЫ

МОСКВА

«МЫСЛЬ»

1980


СОЗНАНИЕМ

32И

Ш 58

РЕДАКЦИЯ ЛИТЕРАТУРЫ ПО ЖУРНАЛИСТИКЕ И ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЮ

Перевод с английского

Часть I — В М. ПОГОСТИН

Часть II —А. Н. БУРМИСТЕНКО

Научный редактор — доктор филологических наук,

профессор

Я. Н. ЗАСУРСКИЙ

Издательство «Мысль», 1980

10506-029 0302030900

004 (01)-80

В предлагаемой советскому читателю книге «Манипу­ляторы сознанием» объединены две книги известного аме­риканского ученого Г. Шиллера — «Манипуляторы созна­нием» и «Средства массовой информации и культурное господство», вышедшие в разные годы.

Г. Шиллер знаком нашему читателю по публикациям переводов его статей в советских журналах и газетах. В Соединенных Штатах Америки в последние 10—15 лет вокруг его работ идет весьма острая полемика, при этом деятели средств массовой информации пытаются поста­вить под сомнение выводы ученого, обвиняя его в опас­ном для Америки радикализме.

Герберт Шиллер родился в 1919 г., участвовал в войне против гитлеровского фашизма, затем окончил Колумбий­ский университет в Нью-Йорке и защитил там диссерта­цию. Долгое время он занимался проблемами экономики.

С 1970 г. Г. Шиллер — профессор факультета средств массовой информации в университете Калифорнии в Сан-Диего. Кроме чтения лекций по журналистике в Америке он активно участвует в международных конференциях по проблемам международной информации и неоднократ­но выступал в качестве лектора в европейских уни­верситетах — в Голландии, Швеции и других странах. Г. Шиллер пользуется большим уважением междуна­родной научной общественности, что нашло отражение в том, что он в течение полутора десятилетий является вице-президентом Международной ассоциации по науч­ным исследованиям средств массовой информации (АИЕРИ).

Исследовательская работа Г. Шиллера тесно связана с проблемами политической и социальной жизни Аме­рики. Книга «Массовые средства информации и амери­канская империя» вышла в свет в разгар подъема дви­жения против войны во Вьетнаме, активным участником которого был и Г. Шиллер. В ней он показал, ка­кую зловещую роль в агрессивной политике американских правящих кругов играют средства массовой информации.

Именно здесь Шиллер вводит и широко использует тер­мины «информационный» и «электронный» империа­лизм. «Дипломатия канонерок,— писал он в 1969 г.,— теперь сдана в архив, но зато процветающим бизнесом сегодня стала дипломатия средств массовой информации». Г. Шиллер показал, как империалистическая Америка опутала мир сетью своих радиостанций и путем внедре­ния своей печатной продукции и распространения своих кинофильмов и телевизионных материалов для неокреп­ших телевизионных организаций не только развивающих­ся, но и многих капиталистических стран вмешивается в дела других государств, подчиняет их своему идеоло­гическому и политическому влиянию, вселяя в умы на­родов ложные идеи и представления.

Г. Шиллер выдвинул в этой книге также понятие «американской империи», рассматривая печать, радио и телевидение и их использование в целях внешнеполитиче­ской пропаганды как важнейшее орудие монополий для политической и военной экспансии.

К критике военной, политической и экономической экспансии он добавил еще один важный аспект — крити­ку информационно-пропагандистского аппарата амери­канских монополий, электронного информационного им­периализма.

Книга Г. Шиллера была обращена прежде всего к аме­риканскому читателю. Она остро и наглядно поставила перед ним проблему использования средств массовой ин­формации военно-промышленным комплексом американ­ских монополий и корпораций в интересах укрепления власти крупного капитала. Здесь экономическое обра­зование автора помогло ему глубже вскрыть зависимость средств массовой информации от истинных хозяев Соеди­ненных Штатов.

В 1973 г. Г. Шиллер издал новую монографию — «Манипуляторы сознанием», которая целиком воспроиз­ведена в качестве первой части настоящего издания. А в 1976 г. вышла в свет книга Шиллера «Массовые средотва информации и культурное господство», составля­ющая вторую часть его.

Критика американских средств массовой информации приобрела в этих работах новую глубину и основатель­ность.

Книги Г. Шиллера содержат богатейший фактиче­ский материал и помогают разностороннее, основатель-

нее и явственнее попять угрозу, которую представляет для миролюбивой общественности, для национального су­веренитета капиталистических и развивающихся стран, для их культуры и национальной независимости пропа­гандистская машина американского империализма.

В работе «Манипуляторы сознанием» автор последо­вательно рассматривает основные аспекты воздействия средств массовой информации на массовое сознание, на формирование буржуазного общественного мнения, на управление обществом посредством информационно-про­пагандистского аппарата.

Подобный подход позволяет автору разносторонне показать всю систему средств массовой информации, дейст­вующую в рамках американского государственно-монопо­листического капитализма. Он как бы вычленяет инфор­мационно-пропагандистский комплекс из других социаль­но-экономических институтов и скрупулезно анализирует все составные части его и их роль в манипулировании сознанием, в управлении поведением американцев. Монография начинается с анализа самого процесса манипулирования и того, что автор называет «расфасо­ванным сознанием». Он выделяет при этом пять основ­ных мифов буржуазной пропаганды: миф об индивидуализ­ме и личном выборе; миф о нейтралитете; миф о неиз­менной природе человека; миф об отсутствии социаль­ных конфликтов и миф о плюрализме средств массовой информации. Выделение этих основных направлений, которые призваны замаскировать классовый характер буржуазного общества и буржуазной пропаганды, помо­гает автору дать достаточно серьезную научную основу для понимания читателями системы манипулирования сознанием.

Хотелось бы специально подчеркнуть важность и обос­нованность критики Г. Шиллером мифа о плюрализме средств массовой информации. Он справедливо подчер­кивает, что буржуазная информационно-пропагандист­ская промышленность создает иллюзию информацион­ного выбора, выдавая обилие разного рода информацион­но-пропагандистских материалов, изготавливаемых на конвейере американской пропагандистской промышлен­ности, за разнообразие содержания. Исследователь доста­точно остро и глубоко показывает те основные тезисы, на которых строят пропагандистскую обработку насе­ления буржуазные органы массовой информации и

пропаганды. В качестве важнейших приемов воздействия на сознание аудитории Шиллер выделяет фрагментацию информационного потока и мгновенность доставки инфор­мации.

Фрагментация информационных сообщений, стремле­ние подать их как поток разнородных сведений лишают аудиторию — телезрителей, радиослушателей, читате­лей — возможности воспринять картину мира в целом. Намеренная раздробленность информационного потока ведет к раздробленности восприятия мира, что либо обе­зоруживает аудиторию, лишая ее общего представления о мире, либо облегчает искажение различных аспектов социальной реальности, давая возможность преувеличи­вать значение одних событий за счет умалчивания других. Фрагментация информационного потока является, конеч­но же, важнейшим приемом, открывающим широчайшие возможности для искажения информационной картины ми­ра в сознании аудитории средств массовой информации.

Вместе с тем видимость немедленности сообщения, причастности телезрителей, радиослушателей, читателей к сообщениям, видимость чуть ли не соприсутствия при событиях, о которых идет речь, создает дополнительные возможности для воздействия на них. Г. Шиллер спра­ведливо отмечает, что стремление как можно быстрее сообщить о событиях, являющееся одним из важнейших принципов американской журналистики, также активно используется в целях манипулирования сознанием. Автор подчеркивает, что быстрота доставки информации едва ли является сама по себе достоинством. Видимость быст­роты, исключительной оперативности сообщений облег­чает распространение заведомо непроверенных, неточных, а подчас и просто ложных сообщений. И в этом смысле абсолютизация оперативности, как и фрагментарность ее, открывает серьезную и опасную возможность для иска­жения сообщений и для оправдания этих искажений, а следовательно, для самого откровенного манипулирова­ния сознанием.

Как важнейшую сторону процесса манипулирования Шиллер рассматривает пассивность восприятия. Он ви­дит в этой пассивности главную цель манипуляторов со­знанием. Буржуазные средства массовой информации не только не стремятся привлечь аудиторию к участию в де­ятельности телевидения, радио, печати, а, наоборот, вос­питать у них пассивное, потребительское отношение.

И Шиллер справедливо делает вывод о том, что «цель те­левизионных и радиопрограмм, фильмов в конечном сче­те не возбудить, а уменьшить озабоченность социальны­ми и экономическими реальностями». В этой пассивно­сти, которую воспитывает буржуазная пропаганда, он видит большую опасность для сознания масс.

В целом его концепция манипулирования сознанием, как мы видим, достаточно глубока и выявляет классовую природу этого процесса. Но мы должны более четко подчеркнуть мысль о том, что не следует забывать, что в процессе манипулирования сознанием важнейшую роль играют не только средства массовой информации, но и сами общественно-экономические условия. Буржуазная пропаганда стремится закрепить пассивность населения, подавить его сознание. В этом смысле буржуазная пропа­ганда как бы закрепляет деятельность институтов бур­жуазного общества: буржуазного государства, аппарата монополий и корпораций, аппарата принуждения — ар­мии, полиции и пр., буржуазных политических партий, церкви, системы школьного и университетского образо­вания и воспитания.

В данном случае вычленение средств массовой ин­формации, конечно, дает возможность разносторонне вы­явить особенности их воздействия на общественное со­знание, но вместе с тем несколько обособляет их от дру­гих факторов, часто имеющих решающее значение в этом процессе.

Рассматривая различные отрасли манипулятивной промышленности, Г. Шиллер анализирует деятельность правительственного аппарата пропаганды, который он называет «правительственным участком промышленности знаний», выявляя серьезную, часто решающую роль, ко­торую играет американское правительство как произво­дитель и хранитель информации. Он разрушает иллюзии буржуазных пропагандистов, пытающихся доказать, что американские средства информации лишены правительст­венного контроля.

Более того, автор справедливо подчеркивает, что уси­ление роли правительства наряду с усилением влияния корпораций ведет к монополизации и концентрации в распространении информации и к реальному ограни­чению доступа к информации для американцев; говоря словами Г. Шиллера, «это означает конец участия в

информационном процессе для большинства американских граждан».

Отдельная глава посвящена роли военно-промышлен­ного комплекса в информационно-пропагандистском про­цессе манипулирования. Раскрывая процесс милитариза­ции американского общества, Шиллер показывает, что министерство обороны вместе с военно-промышленным комплексом способствует «воспитанию» американцев в духе милитаризма.

Особый раздел книги «Манипуляторы сознанием» рас­крывает роль массовой культуры в утверждении статус-кво. В процессе манипулирования, с точки зрения Шил­лера, наряду с воздействием направленного и искаженного информационного потока важнейшую роль играют раз­личные формы массовой культуры, распространяемые че­рез телевидение, радио и печать. При этом автор справед­ливо подчеркивает, что массовая культура оказывается особенно сильным источником воздействия на сознание, поскольку только на первый взгляд кажется, что она автоматически исключает возможность осознанного воз­действия, скрывает те самые буржуазные идеи, которыми проникнуты все виды коммерческой культуры, начиная от телевизионных многосерийных фильмов и кончая се­риями рисованных картинок — комиксами.

Как особый механизм манипулирования сознанием автор рассматривает промышленность опросов обществен­ного мнения, в которой он видит не только и не столько средство измерения состояния общественного мнения, сколько средство производства общественного мнения и воздействия на него. Шиллер — один из первых буржу­азных ученых, показавших, что широкое распростране­ние опросов общественного мнения способствовало не столько выявлению реального состояния общественного сознания, сколько созданию новой формы манипулиро­вания им. Произвольно составленные программы опросов ведут часто к заранее запрограммированным результатам, которые в свою очередь способствуют созданию ложных представлений о мире, искажающих реальное соотноше­ние политических сил, социальную картину мира.

Не случайно даже во многих буржуазных странах за­прещены публикации опросов общественного мнения в период предвыборных кампаний, поскольку выяснилось, что их данные намеренно искажаются, для того чтобы воздействовать на избирателей.

Безусловно, заслугой Г. Шиллера было то, что он сумел увидеть, как промышленность, изучающая общест­венное мнение, превратилась в промышленность, созна­тельно управляющую общественным мнением или пыта­ющуюся управлять им во имя интересов крупного капи­тала.

Рассмотрев, таким образом, различные аспекты мани­пулирования сознанием в Соединенных Штатах Америки, Шиллер переходит к проблемам использования приемов манипулирования сознанием в области внешней политики. В главе «Манипулирование сознанием выходит за пределы метрополии: экспорт методов убеждения» он раскрывает роль американского информационно-пропагандистского бизнеса в системе внешнеполитической экспансии США, рассматривая международную деятельность информацион­но-пропагандистских монополий как важнейшее средство проникновения американского капитала в другие стра­ны мира для усиления своего господства. При этом ав­тор подчеркивает, что внешнеполитическая деятельность американского информационно-пропагандистского и ма-нипулятивного бизнеса укрепляет систему капитализма и за пределами США.

Важный смысл вкладывает автор в главу, посвященную усилению прямого политического контроля над сред­ствами массовой информации. Автор считает, что в Со­единенных Штатах Америки все более очевидным ста­новится стремление правительственных органов воздейст­вовать на средства массовой информации. И здесь он безусловно прав, что бы ни говорили современные апо­логеты американских информационно-пропагандистских монополий, пытающиеся представить публикацию пен­тагоновских документов и «уотергейтское дело» как дока­зательство чуть ли не конфронтации правительства и средств массовой информации. На деле же здесь речь шла о борьбе различных сил американского капитала за влияние на правительственные учреждения. Средства массовой информации выступали в этой борьбе лишь как инструмент и, конечно, сами по себе сыграли важную роль в укреплении влияния восточного истэблишмента США на американское правительство, что проявилось в устранении Никсона от власти и назначении на пост вице-президента Соединенных Штатов Америки Н. Рок­феллера, представителя могущественнейшего клана аме­риканских корпораций, членам которого ранее никогда

не удавалось занимать такое высокое официальное поло­жение. В известном смысле американские средства мас­совой информации в «уотергейтском деле» выполнили роль тех самых сил, которые по традиции были главны­ми исполнителями всякого рода дворцовых интриг и переворотов в эпоху феодализма. На деле же процесс уси­ления влияния правительства на средства массовой ин­формации возрастает. Об этом свидетельствует и поли­тика теперешнего президента США Картера. Так, в феде­ральном правительстве работают до 5 тыс. служащих, занимающихся пропагандой его деятельности. Это на­много больше, чем в любой другой стране, где коли­чество таких работников исчисляется десятками или сотнями.

Не следует забывать и о том, что крупнейшей в мире правительственной пропагандистской машиной являет­ся Управление международных связей, которое инкорпо­рировало в себя ЮСИА — Информационное агентство Со­единенных Штатов Америки и Пентагона.

Заключает монографию Г. Шиллера «Манипуляторы сознанием» глава, содержащая в своем названии вопрос: «Информационная технология как демократизирующая сила?» В ней автор выдвигает вопрос о путях противо­действия манипуляторам сознанием. Он видит в роли главных хозяев средств манипулирования сознанием гос­подствующие в американском обществе корпорации, рас­тущую национальную бюрократию и подчеркивает, что система средств массовой информации в Соединенных Штатах «едва ли действует в интересах общественности, сколь бы расплывчатым ни был этот термин».

Перспективы противодействия манипулированию со­знанием автор несколько наивно, с нашей точки зрения, усматривает в развитии промышленности информации и ее рабочей силы (подразумеваются журналисты и со­трудники технических служб средств массовой информа­ции), в росте скептического отношения рабочего класса к современной социальной системе, в появлении так на­зываемых независимых информационных изданий, пыта­ющихся противостоять информационно-пропагандистской промышленности в целом. Он также считает, что и сама американская действительность должна помочь увидеть ложность и иллюзорность представлений, которые рас­пространяются средствами массовой информации. Шил­лер предполагает, что с каждым годом все больше амери-

10

канцев не верят тому, что они видят и слышат в своих средствах массовой информации, и он хочет надеяться, что «их цинизм, который сегодня укрепляет статус-кво, может при наличии других стимулов превратиться в чет­ко выраженную оппозицию и политическое сопротивле­ние».

Таким образом, Г. Шиллер стремится не только кон­статировать факты манипулирования сознанием, но и пытается выявить определенные пути противодействия. К сожалению, здесь наиболее очевидно сказывается огра­ниченность буржуазно-либеральных концепций автора, который при всем своем сочувствии к революционному движению не в состоянии увидеть место средств массо­вой информации в общей структуре буржуазного общест­ва государственно-монополистического капитализма. В ре­зультате этого разносторонняя, насыщенная богатейшим фактическим материалом и острейшими аргументами кри­тика информационно-пропагандистского бизнеса оказы­вается отрезанной от анализа социально-экономических структур буржуазного общества. Показав важную роль средств массовой информации как инструмента манипу­лирования сознанием, автор вместе с тем не стремился, и может быть, и не сумел показать, что эта система являет­ся только одним из инструментов в руках буржуазного государства и монополистического капитала в укрепле­нии их господства.

Сильные стороны критического анализа американских средств массовой информации и пропаганды особенно на­глядно выявляются во второй книге Г. Шиллера, вклю­ченной в настоящее издание,— «Средства массовой ин­формации и культурное господство», где он углубленно анализирует, как уже указывалось, роль буржуазной про­паганды на международной арене. Автор выделяет че­тыре главные проблемы, на которых он сосредоточивает внимание:

  1. источники, контекст и современные «стили» куль­
    турного господства;

  2. дипломатия культурного господства и свободный
    поток информации как главная форма этой дипломатии;

  3. технология культурного господства;

  4. национальная политика в области средств массо­
    вой информации как арена социальной борьбы.

Г. Шиллер в этой книге подчеркивает: современная история показала, что далеко не всегда американским

11

правящим кругам удается навязать свою волю народам мира. Он обращает особое внимание на катастрофические результаты поражения американского империализма во Вьетнаме и в связи с этим — на стремление правящих кругов Америки подновить методы своего воздействия на международной арене с помощью средств массовой ин­формации.

Автор показывает, что деятельность американских средств массовой информации направлена не только про­тив социалистических и развивающихся стран, но и про­тив стран Западной Европы, где наблюдаются признаки не только экономической, но и информационно-пропаган­дистской экспансии США через посредство американских информационных агентств АП и ЮПИ, выступающих в роли транснациональных корпораций.

Во второй части монографии Г. Шиллер подвергает глубокой критике концепцию свободного потока информа­ции. Он широко цитирует при этом выступление прези­дента Финляндии Урхо Кекконена в мае 1973 г., кото­рый высказался о том, что поток информации между государствами является в значительной степени односто­ронним, несбалансированным. Автор справедливо подчер­кивает, что лозунг свободного потока информации на деле означает оправдание информационно-пропагандист­ской экспансии Соединенных Штатов в целях достиже­ния ими идеологического господства.

Г. Шиллер подробно рассказывает о новейших техно­логических достижениях в области пропагандистской де­ятельности. При этом он выявляет активную роль экс­порта информационно-пропагандистской техники в укреп­лении идеологической зависимости тех стран, которые пользуются ею (как развивающиеся страны Азии, Аф­рики и Латинской Америки, так и развитые страны За­падной Европы), от Соединенных Штатов Америки и от тех транснациональных корпораций, которые производят эту технику.

Важным средством противодействия информационно-пропагандистской экспансии американских монополий Шиллер считает разработку национальной политики в об­ласти средств массовой информации. Он видит в этой на­циональной политике важнейший шаг в борьбе против культурного и социального господства во всех его фор­мах, старых и новых.

12

Конечно, средства массовой информации требуют углубленного к себе внимания, определенных форм пла­нирования и управления. Разработка национальной поли­тики в этой области может иметь серьезное значение, но лишь при определенных условиях: если эту националь­ную политику действительно определяют народные массы, но это возможно только в условиях общества, осво­бодившегося от частной собственности на средства про­изводства, в том числе и на средства массовой информа­ции и пропаганды.

В известной степени Г. Шиллер абсолютизирует средства массовой информации, провозглашая возмож­ность усовершенствования их деятельности вне реаль­ностей социально-экономической и политической борьбы, недооценивает роль политического фактора в борьбе про­тив информационно-пропагандистского комплекса США на международной арене.

Интересные и глубокие мысли содержатся в после­словии автора. Здесь он вновь возвращается к критике так называемого информационного плюрализма, показы­вая, что информационный плюрализм на деле служит за­щите интересов крупного капитала. «Обладающий собст­венностью класс,— подчеркивает Г. Шиллер,— чувствует себя в безопасности с информационным плюрализмом, когда весь остальной культурный аппарат находится в его руках». Развивая эту мысль, Шиллер вновь подчер­кивает, что плюрализм лишь скрывает классовое господ­ство крупного капитала.

Критикуя свободный поток информации, ученый под­вергает критике и буржуазную концепцию свободы ин­формации, которая на деле прикрывает свободу для круп­ного капитала манипулировать информационным пото­ком.

В заключение автор выдвигает новую для него идею о важной роли социалистической культурной политики. Но этот тезис остается у него неразработанным, посколь­ку вся концепция революционного процесса, обосновы­ваемая Г. Шиллером, рассматривается в рамках буржуаз­ного либерализма и достаточно далека от научного марксистского подхода.

Это особенно отчетливо проявляется в послесловии к части 2 «Средства массовой информации и культурное господство», посвященном событиям в Чили.

Автор с глубоким сочувствием анализирует дея-

13

тельность правительства Альенде, по-своему стремится установить причины, которые позволили реакции свер­гнуть это правительство, и связывает их с некоторыми особенностями политики Альенде в области средств мас­совой информации.

Эти суждения, посвященные критике теории плюрали­зма и буржуазных концепций свободы печати, безусловно, представляют интерес.

К сожалению, при большой остроте критики опреде­ленных моментов политики в области информации Г. Шил­лер по существу не видит реальных путей такой орга­низации системы средств массовой информации, которая позволила бы поставить их на службу народу, револю­ции, социализму.

Таким образом, Г. Шиллер в двух книгах, которые объединены в настоящем издании, показывает методы использования американским государственно-монополи­стическим капитализмом, международными монополиями информационно-пропагандистской промышленности в це­лях укрепления господства капитала как внутри стран государственно-монополистического капитализма, так и на международной арене.

Книга Г. Шиллера помогает лучше понять важнейшие аспекты современной идеологической борьбы. Она дает в руки советскому читателю, в руки прогрессивным чита­телям многих стран мира богатейший фактический мате­риал, острые и надежные аргументы в борьбе против ин­формационно-пропагандистских монополий, хотя и оста­ется в рамках концепции буржуазного либерализма. При знакомстве с работой Г. Шиллера советский читатель должен учитывать некоторые особенности употребляе­мой автором терминологии. Так, например, когда Шил­лер пишет о «центре системы», «мировой экономической системе», он имеет в виду американский империализм, мировую капиталистическую систему; под термином «провинция» подразумеваются страны, зависящие от США в экономическом отношении. В столь же специфи­ческом смысле автор употребляет некоторые другие тер­мины и понятия.

В предисловии к книге «Средства массовой информа­ции и культурное господство» Г. Шиллер называет имена тех, кто помогал ему в работе над книгой и прочитал раз­ные ее части. Среди них — американские профессора Тран Ван Дин и Джордж Гербнер, голландец Сеес Ха-

14

мелинк, финны Каарле Норденстренг и Тапио Варне, канадец Даллес Смайт. Эти люди во многом близки по взглядам американскому исследователю. Их объединяет с ним глубоко критическое отношение к манипулятив-ной деятельности информационно-пропагандистского биз­неса, осуждение методов психологической войны, сочув­ствие прогрессивным силам и национально-освободитель­ному движению, причем позиции многих из них не совпадают по различным вопросам.

Издание монографии американского ученого Г. Шил­лера позволит советскому читателю познакомиться с од­ним из тех представителей западной интеллигенции, которые, несмотря на свои либеральные иллюзии, оказы­ваются в состоянии их переступить в критике информа­ционно-пропагандистского империализма, а это требует большого мужества, и за это все они заслуживают глу­бокого уважения со стороны прогрессивной обществен­ности.

Я. Засурский,

профессор, доктор филологических наук

ЧАСТЬ 1

МАНИПУЛЯТОРЫ СОЗНАНИЕМ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Заправилы средствами массовой информации Амери­ки создают, обрабатывают, ловко оперируют и полностью контролируют распространение информации, которая определяет наши представления, установки, а в конечном счете и наше поведение. Намеренно фабрикуя сообщения, искажающие реальную социальную действительность, они превращаются в манипуляторов сознанием. Сообще­ния, целенаправленно создающие искаженное представ­ление о действительности и формирующие сознание, не позволяющие осмыслить или умышленно отвергающие реальные условия личной или общественной жизни, по сути своей являются подтасованными сообщениями.

Согласно определению Пауло Фрейре, манипуляция разумом человека «есть средство его порабощения». Это один из способов, с помощью которых «правящие элиты пытаются подчинить массы своим целям» 1. Используя объясняющие, оправдывающие, порой даже воспевающие существующие условия жизни мифы, манипуляторы обес­печивают широкую поддержку такому социальному строю, который не отвечает истинным долгосрочным интересам большинства. Когда манипуляция приносит им успех, прочие альтернативные социальные уловки не рассмат­риваются.

Манипуляция не первое в ряду средств, используемых правящей элитой для достижения социального контроля. Как указывает Фрейре, правители прибегают к манипу­ляции только тогда, «когда народ начинает (пусть даже наивно) выбиваться из исторического процесса». «До пробуждения народа нет манипуляции (строго говоря), а есть тотальное подавление. Пока угнетенные полностью задавлены действительностью, нет необходимости мани­пулировать ими» 2.

Подавление — полное лишение свобод и порабощение личности — было свойственно многим общественным си­стемам. В разные времена и в различных районах мира люди влачили жалкое существование, виной которому по­рой была сама «природа». Однако чаще всего это было

19

следствием неравного социального разделения. До недав­него времени лишь немногие страны благодаря своему географическому положению, обеспеченности ресурсами и удачно складывавшимся историческим условиям могли избежать нищеты и периодических экономических ката­строф. Но до конца восемнадцатого — начала девятнадца­того столетия даже в этих относительно благополучных регионах подавление оставалось уделом большинства на­селения.

Северная Америка с самого начала представляла со­бой особый случай: богатый, свободный от социальных оков, связывающих Европу и Азию, континент, безого­ворочно отторгнутый силой и обманом у его исконного населения. Регион этот быстро развивался в соответствии с экономической этикой, складывавшейся в Западной Европе на протяжении столетий.

За исключением черного и цветного населения (ис­ключение, составляющее миллионы людей) в Северной Америке грубое подавление никогда не использовалось в качестве инструмента социального управления. К нему прибегали лишь в редких случаях и, как правило, нена­долго. С колониальных времен власть имущие эффек­тивно манипулировали белым большинством и подавляли цветные меньшинства. Как отмечал Гор Видал, «амери­канскую политическую элиту с самого начала отличало завидное умение убеждать людей голосовать вопреки их собственным интересам» 3.

Нет сомнений, что особые условия жизни в Амери­ке — изобилие ресурсов малонаселенного континента, бес­препятственный импорт техники из-за границы, отсут­ствие традиционных политических ограничений и отсут­ствие опасности вооруженной интервенции в период развития — обеспечили небывалую в истории физическую мобильность и существенное экономическое и социальное развитие значительной части населения. Но опять-таки эти ощутимые блага, хотя и распределялись относитель­но широко среди различных социальных слоев, остава­лись недоступны или во всяком случае в значительно меньшей степени приходились на долю цветной части населения и рабочего класса. И все же, за исключением цикличных кризисных периодов системы, это реальное материальное улучшение позволяло скрывать бразды со­циального и политического правления.

20

По-моему, Соединенные Штаты совершенно точно можно охарактеризовать как разделенное общество, где манипуляция служит одним из главных инструментов управления, находящегося в руках небольшой правящей группы корпоративных и правительственных боссов, од­нако не помешает одна осторожная оговорка.

Действительное различие между «имущими» и «не­имущими» не следует понимать как некое статичное раз деление двух групп без взаимных пересечений, при ко­тором легко идентифицируемые «имущие» из поколения в поколение ведут борьбу за сохранение своего привиле­гированного положения. Такое положение может сложить­ся, и по сути дела так оно и есть. Все же этого недоста­точно, чтобы объяснить принцип работы механизма социальной динамики. Важно помнить, что для многих от­дельно взятых людей ситуация может меняться.

Обычное функционирование рыночной системы, в ос­нове которой лежит частная собственность, постоянно обеспечивает приток как в высшие, так и в средние социальные слои общества. Разряд власть имущих всег­да имеет свежее пополнение. Состав тех, кто правит, и тех, кем правят, может меняться и меняется, однако, конечно, не так резко, как это бывает при революцион­ных переворотах. Те, кем манипулировали, могут сами превратиться в манипуляторов. Заметим, правда, что по­добные явления могут происходить и в тех социальных структурах, где перемещения манипулируемых (или ма­нипуляторов) в одном направлении балансируются про­тивоположными перемещениями.

Постоянное деление общества на «победителей» и «проигравших» возникает и сохраняется в результате поддержания, признания и даже канонизации систе­мы частной собственности на средства производства и переноса принципа собственности во все прочие сферы че­ловеческого существования. Подобное положение в сфере социальной деятельности неизбежно приводит к тому, что кто-то процветает, закрепляет свой успех и попол­няет ряды тех, кто влияет на формирование общества. Остальным, и их большинство, отводится роль конфор­мистов, неудачников, манипулируемых; причем манипу­ляция в основном сводится к тому, чтобы принудить мас­сы если не добровольно, то по крайней мере пози­тивно участвовать в укоренившейся практике. Система дает им адекватную возможность достичь некоторого

21

экономического статуса, а манипуляция заставляет их ве­рить, что они могут использовать установившуюся прак­тику для достижения больших личных выгод для себя или своих детей.

Неудивительно, что манипуляция, как средство управ­ления, получила наибольшее развитие в Соединенных Штатах. В Америке, как нигде, упомянутые нами вкрат­це благоприятные условия дают довольно большой части населения возможность избежать тотального подавления. Манипуляция создает видимость активного участия и в то же время не дает возможности полностью восполь­зоваться многими материальными и духовными ценно­стями. Там, где манипуляция является основным средст­вом социального контроля, как, например, в Соединенных Штатах, разработка и усовершенствование методов мани­пулирования ценятся гораздо больше, чем другие виды интеллектуальной деятельности. Талантливые ученые, специалисты по английской литературе заканчивают тем, что становятся составителями рекламы. Мэдисон-авеню платит значительно больше, нежели отделения англий­ской литературы в колледжах.

Способов манипуляции много, но совершенно очевид­но, что главным является контроль на всех уровнях над информационным аппаратом и аппаратом формирования идей. Это гарантируется действием простого правила ры­ночной экономики. Владеть и управлять средствами мас­совой информации, как и всеми прочими видами собст­венности, могут лишь те, в чьих руках капитал. Радио-и телевизионные станции, газеты и журналы, киноинду­стрия и издательства принадлежат корпоративным систе­мам и информационным конгломератам. Таким образом, аппарат всегда готов к активному, доминирующему уча­стию в манипулятивном процессе.

В мою задачу входит определение некоторых из этих обусловливающих сил, вскрытие механизма, с помощью которого они скрывают свое присутствие, отрицают свое влияние и осуществляют руководящий контроль при об­стоятельствах, которые на первый взгляд кажутся благо­приятными и (или) естественными. Анализ этих «скры­тых процессов» и ловко законспирированного механизма их функционирования не следует путать с более обще­принятым исследованием — раскрытием нелегальных ви­дов деятельности. В моей книге тайная деятельность не упоминается и не рассматривается.

Безусловно, тайная деятельность, как и сами испол­нители, играет определенную роль в социальной сфере. Как иначе можно истолковать установку аппаратуры для подслушивания в штаб-квартире демократической партии в 1972 г.? Но эту деятельность (в малых или больших масштабах, разоблаченную или все еще завуалирован­ную) можно объяснить более глубокими явлениями, про­исходящими в обществе.

В действительности процесс этот значительно труднее проследить и он намного эффективнее, чем кажется. Он заложен в самом социоэкономическом устройстве обще­ства, которое сначала определяется, а затем закрепляется правом собственности, разделением труда, ролью полов, организацией производства и распределением доходов. По­добное устройство, узаконенное и сложившееся за про­должительный период времени, имеет собственную ди­намику и порождает свои «неизбежности».

Я попытался проанализировать некоторые из этих «неизбежностей» и подвергнуть сомнению их закономер­ность. Соответственно в этой книге дается лишь краткий обзор, один из возможных подходов, с помощью которо­го можно критически проанализировать и понять основ­ные функции процессов сбора и распространения инфор­мации.

Бще одно соображение сыграло определенную роль в написании этой книги — это сознание того, что иссле­дование аппарата средств массовой информации Соеди­ненных Штатов представляет большой интерес для меж­дународной общественности. Страна эта не только вызы­вает к себе интерес за рубежом, но и ставит жизненно важные вопросы, касающиеся национального суверени­тета и даже существования. Североамериканская куль­тура экспортируется в глобальном масштабе. Уже се­годня во многих районах за пределами Соединенных Шта­тов она превратилась в доминирующую парадигму.

Сегодня существует настоятельная необходимость ра­зобраться в механике действия культурной индустрии Америки. Непосредственная и побочная продукция этой индустрии выпускается с доступной инструкцией по при­менению и состоят из легко определяемых ингредиентов. Зрителям, слушателям, читателям как внутри страны, так и за границей благоразумно советуют ознако­миться с этими материалами, но не следует забы­вать, что подобное ознакомление может при определенных

23

обстоятельствах оказаться вредным для вашего (душев­ного) здоровья.

Самое время американским исследователям обратить свое внимание на эти вопросы. Особенно теперь, когда стоящие у власти в их собственном обществе интенсивно заняты ловлей умов и душ по всему миру.

Внутри страны индустрия манипулирования созна­нием находится в периоде небывалого расцвета. Избира­тельная кампания 1972 г. продемонстрировала, каковы мо­гут быть перспективы в деле программирования сознания. Однако, важно помнить, что столь высокоразвитые в со­временном Вашингтоне методы контроля над информа­цией и представлениями имеют свою предысторию. Наг­лядный тому пример—1945 год, когда была предпринята успешная попытка убедить американский народ в том, что его существованию угрожает разрушенная войной и истощенная экономика России. С тех пор развитие тех­ники сбора и обработки информации позволило разрабо­тать более утонченные формы манипуляции.

В настоящее время дирижирование национальной ин­формационной мистерией осуществляется ставленниками государственно-капиталистической экономики, обосновав­шимися в исполнительных ведомствах Белого дома, а так­же в рекламных агентствах и агентствах по связям с об­щественностью на Мэдисон-авеню. Как свидетельствует материал, представленный в последующих главах, есть все основания полагать, что в будущем манипулирование средствами информации достигнет еще большего уровня. Поток информации в обществе представляет собой источ­ник силы. Было бы нереально думать, что контроль над этой силой может быть ослаблен.

Тем не менее американская корпоративная экономика сталкивается с огромпыми проблемами, и они продолжают накапливаться. Как бы долго ни откладывалось их реше­ние, крах, в какой бы форме он ни наступил, неминуем. И тогда уже разветвленная и концентрированная инфор­мационная система сможет с поразительной легкостью переключиться на службу целям, отличающимся от кор­поративных интересов, которые она так решительно от­стаивает сегодня.

Глава 1

МАНИПУЛЯЦИЯ И ЗАПРОГРАММИРОВАННОЕ

СОЗНАНИЕ



Похожие документы:

  1. Контрольные вопросы (1)

    Контрольные вопросы
    ... проблемы со слухом, и во время разговора неоднократ­но ... участвовал в исследовании, дол­жен был оценить качество ... международный ... конференции ... информации, даже если они ее не получают. Например, когда студенты Уни­верситета ... по натуре, но я активно выступаю ...

Другие похожие документы..