Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Образовательная программа'
Программа составлена на основе сборника программ «Содружество ради жизни». Сборник нормативных и методических материалов для работы с детьми и подрост...полностью>>
'Документ'
Впервые слово «мотивация» употребил А. Шопенгауэр в статье «Че­тыре принципа достаточной причины» (1900-1910). Затем этот термин прочно во­шел в психо...полностью>>
'Документ'
электронный температурный корректор объема газа для установки на счетчики газа типа СГ, RVG, TRZ; давление - постоянное значение, Рmax=1,0кгс/см2; низ...полностью>>
'Конкурс'
Конкурс профессионального мастерства педагогических работников «Современный урок» (далее по тексту Конкурс) проводится Комитетом по образованию Киришс...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

Переход монголов в православие и включение их в процесс русского этногенеза начался еще задолго до исламского переворота в Орде. Первым ярким примером подобного рода стало принятие православия родным племянником хана Берке, получившим при крещении имя Петра. В дальнейшем этот монгольский царевич показал себя достойным представителем новой волны пассионарного русского духовенства. Он основал под Ростовом на озере Неро монастырь имени апостолов Петра и Павла и всю свою жизнь посвятил служению православной вере и новому Отечеству. Впоследствии за свои подвиги на стезе православия он был причислен к лику святых. В 1298 году ордынский князь Беклемиш, получивший во владение область расселения финского племени мещера, со множеством своих воинов принял крещение. Под именем Михаил он стал основателем рода князей Мещерских. Царевич Берка, принявший крещение в Москве от митрополита Петра с именем Иоанникия, стал основателем рода Аничковых. Кроме того, в течение всего периода тесного взаимодействия Владимирской Руси и Золотой Орды, значительное число знатных монголок выдавалось замуж за русских князей и знатных бояр при условии крещения в православную веру, что также обеспечивало значительный приток монгольской крови в складывающийся русский этнос.

После исламского переворота этот приток резко усилился. Так, только среди знатнейших ордынцев после 1312 года приняли крещение и перешли на службу в Москву: царевич Аредич, родоначальник Белеутовых; царевич Серкиз, родоначальник Старковых; князь Чет, в крещении Захарий, основатель родов Годуновых и Сабуровых. Но основную массу приходящих на службу в Москву монголов составляли простые воины, владевшие только конем да саблей. Приняв православие и женясь на русских невестах, они и их потомки быстро интегрировались в русский этнос. Будучи, в основном, людьми способными, и пользуясь уникальными возможностями, предоставляемыми им Москвой, пришлые монголы часто делали головокружительную карьеру и становились родоначальниками известных в России фамилий.


Л. Н. Гумилев в своей книге «Древняя Русь и Великая степь» приводит значительный список блистательных русских имен, своим появлением обязанных простым монгольским эмигрантам. Достаточно упомянуть только такие фамилии, как Апраксины, Аракчеевы, Арсеньевы, Державины, Ермоловы, Карамзины, Корсаковы, Тимирязевы, Тургеневы, Урусовы, Ушаковы, Юсуповы и становится понятным, что монгольский элемент, хотя и незначительный количественно, оказал существенное влияние на формирование элиты русского этноса.

Некоторые исследователи определяют монголо-татарские корни и у некоторых известных родов, «официально» ведущих свое начало от пруссов, литовцев, германцев или славян. Действительно, Кутуз, Шеремет, Епанча, Колыч, Оксак, Курака, Хована и многие другие прозвища русских князей и бояр XIV века имеют явную туркско-монгольскую этимологию. Но, на мой взгляд, это свидетельствует вовсе не о татарском происхождении их носителей, а о тесных контактах элит Москвы и Орды того периода. А так как прозвища давали, прежде всего, хорошим знакомым или родственникам, то можно предположить, что эти роды имели татаро-монгольские корни не по отцовской, а по материнской линии. Чтобы закончить эту тему, упомянем еще об одном парадоксе истории. Мать Ивана Грозного, Елена принадлежала к роду Глинских, основателем которого был внук темника Мамая, того самого Мамая, войска которого были разбиты русскими на Куликовом поле.

Но вернемся назад, на владимирскую землю середины XIV века. Здесь, в условиях все возрастающего накала религиозных страстей, поддерживаемых активностью пассионарных монахов, воссияла звезда подвижнической жизни преподобного Сергия Радонежского, озарившая светом духовности тернистый путь рождающегося русского этноса. Его духовный подвиг стал нравственным ориентиром для всех последующих поколений русских людей. Этот великий подвижник веры воистину стал духовным отцом русского народа, благодаря которому слова русский и православный надолго стали неразрывны.

Преподобный Сергий явился зачинателем нового для волго-окского междуречья движения монахов-«пустынников», благодаря которому сложившаяся этническая система в XV веке (но никогда позже!) с полным правом стала называться - Святая Русь!

Сергий Радонежский, в миру Варфоломей, родился в 1319 году в семье ростовского боярина Кирилла. После разорения Ростова наместниками Калиты, потерявшая почти все имущества семья Варфоломея поселилась в московском городке Радонеже. С ранних лет Варфоломей своим поведением резко отличался от остальных сверстников, обнаружив поэтические способности, склонность к созерцанию и стремление послужить «истинной» вере. Поэтому, когда Варфоломей объявил, что хочет связать свою судьбу со служением господу, родители не противились ему, а лишь просили не оставлять их в старости. Юноша выполнил их желание и только после смерти родителей вместе со старшим братом Стефаном удалился в самую глушь радонежских чащоб. Там они построили келью и небольшую часовню, освещенную местным священником во имя святой Троицы. Вскоре Стефан, не выдержав тягот отшельничьей жизни, покинул брата и ушел в Москву, в Богоявленский монастырь. Там он своей праведной жизнью заслужил всеобщее уважение и даже стал духовником Великого князя Симеона. А Варфоломей остался один, проводя долгие дни и месяцы в трудах, посте и молитве. Вскоре он принял постриг с именем Сергий.

Представим себе реакцию наших современников, живущих в фазе надлома, если бы 20-летний паренек вдруг удалился от мира в глухой лес и просто жил там, посвятив все свое время спасению души, не пытаясь рекламировать себя или что-либо доказывать. Кто-то просто ухмыльнется, кто-то сочувственно покрутит пальцем у виска. И даже те, кто искренне причисляет себя к православной культуре, вряд ли одобрили бы его поступок, и уж, во всяком случае, никто не последовал бы его примеру. Скорее всего, созданное им монашеское общежитие обозвали бы тоталитарной сектой. Но в фазе подъема отношение к подобным поступкам было совершенно иное. Прослышав, что в дремучем лесу спасается одинокий отшельник, к нему потянулись другие иноки, готовые последовать его примеру. Но Сергий не только не пропагандировал свой образ жизни, но даже всячески противился решению монахов присоединиться к нему. Долгое время он отказывался стать игуменом постепенно складывавшегося вокруг него монастыря и ограничивал число братии 12 членами. Вняв, все же, долгим уговорам и приняв сан игумена, Сергий ввел строгий монастырский устав, взяв за основу правила монастырских общежитий (киновий) знаменитых афонских монахов-молчальников. Каждый в его обители должен был проводить дни в молитвах и трудах на общем хозяйстве и избегать праздных бесед и развлечений. Монахам строго запрещалось выпрашивать у мирян что-либо на нужды монастыря и разрешалось принимать только добровольные пожертвования. Сам Сергий также говорил очень мало и не занимался словесными поучениями своей братии, предпочитая наставлять людей личным примером. Так, укрепляя правила общежития, он много лет выполнял самые тяжелые хозяйственные работы.

Меж тем слава и авторитет преподобного Сергия по всей владимирской земле неуклонно росли, и вместе с ними также стремительно росло число схимников, устремлявшихся в Троицкий монастырь, и число смердов, желавших поселиться на монастырских землях. Так, вокруг одинокой лесной кельи постепенно поднялась могучая Троице-Сергиева лавра. Казалось бы, основателю оставалось только пожинать плоды своих нелегких трудов, но Сергий неожиданно покинул процветающий монастырь и вновь удалился в глухую «пустынь». И все повторилось сначала. Узнав о новом подвиге Сергия, к нему присоединилась часть его учеников и другие подвижники. К новой обители снова потянулись крестьяне, и вот уже появился и расцвел монастырь Благовещения на реке Киржаче (под Владимиром). А Сергий, поставив игуменом своего ученика и последователя, вернулся в Троицкую лавру. И подобным образом им было основано более десятка монастырей во всех уголках уже обширной московской земли. Многочисленные ученики Сергия продолжили его благородное дело. Они еще при жизни благоверного и с его благословения начали уходить все дальше на северо-восток и основывать все новые монастыри. Устав и принципы общежития в них и в окружающих их землях, благодаря подвижнической деятельности верных последователей Великого Учителя, формировались в соответствие с принципами, заложенными самим Сергием.

В дремучие леса на земли новых монастырей шли в основном люди, вдохновленные ярким примером подвижников веры и стремившиеся к жизни по справедливости и заповедям божьим. И высочайший авторитет Сергия и его пассионарных учеников им такую жизнь обеспечивал. Каждый слабый и несправедливо обиженный мог рассчитывать на защиту монастырских праведников, слово которых было для всех законом. Все сложные хозяйственные вопросы и споры решались всем миром под присмотром монастырских «старцев». Так, в тяжелом труде по расчистке лесов и освоению нового хозяйственного уклада, в постоянном общении с мудрыми и пассионарными наставниками, среди потомков славян, меря, мурома и других финно-угорских племен постепенно формировался новый стереотип поведения, основой которого была соборность и искреннее служение православной вере.

Поясним механизм формирования стереотипа поведения на простом примере, который будет интуитивно понятен современному читателю. Предположим, что три человека: пассионарий, субпассионарий и гармоничная личность просмотрели документальный фильм о глобальном загрязнении планеты, который произвел на них большое впечатление. После этого они вышли на улицу и, так как, день был жаркий – купили мороженое. Субпассионарий, съев свою порцию, спокойно бросит обертку на тротуар. При этом ему и в голову не придет связать свои действия с только что увиденным, а уж тем более он не станет искать урну – ведь это так напрягает. А его задача минимизировать расход всех видов внутренней энергии, которой ему катастрофически не хватает. Пассионарий же под впечатлением от фильма будет упорно искать урну, и ни за что не бросит бумажку, даже если ему придется пройти весь город. Кроме того, он решительно потребует того же и от окружающих. А если субпассионарий начнет возражать, то и даст ему в морду. Более того, если фильм действительно потрясет его воображение, он даст себе зарок никогда не мусорить и будет следовать ему всю жизнь, какие бы неудобства это ему не доставляло. Весь избыток распирающей его внутренней энергии он реализует, активно участвуя в различных экологических движениях. А вот действия «гармоничника» будут зависеть от обстоятельств, в которых он окажется. Если он останется с субпассионарием, то также бросит мусор на землю, хотя и будет испытывать некоторые угрызения совести. Но при этом «гармоничник» будет успокаивать себя тем, что «все бросают, и если тащить в руках бумажку, то в глазах окружающих будешь выглядеть идиотом». Если же «гармоничник» окажется в обществе пассионария, то он, чертыхаясь и проклиная городские службы, также потащит липкую бумажку до ближайшей урны. Но как только влияние пассионария прекратится, все опять вернется на круги своя.

Теперь представим себе, что количество пассионариев, как среди простых граждан, так и в органах власти, озабоченных борьбой за чистоту улиц, начнет расти. Тогда, почувствовав поддержку единомышленников, они со все возрастающим упорством начнут ломать пагубную традицию. Конечно, энергия для этого потребуется огромная. Но энергии пассионариям не занимать, и если каждый из них на своем месте будет каждодневно разъяснять, воспитывать, принуждать, наказывать, то постепенно им удастся переломить ситуацию. Тогда и гармоничники, почувствовав преимущества жизни в чистоте, начнут самостоятельно поддерживать складывающуюся традицию. В этих условиях и субпассионарии вынуждены будут подчиниться общему настроению. И через одно-два поколения сформируется новый стереотип поведения, характеризуемый бережным отношением к окружающей среде.

Так и пассионарные монахи, сторонники и последователи Сергия Радонежского, сумели навязать жителям монастырских земель новые принципы поведения, ставшие основой формирования новой этнической общности – русского народа. Таким образом, Сергия можно назвать духовным отцом рождавшегося этноса, сформулировавшим нравственные основы нового общества.

Формирование же принципов построения нового государства выпало на долю пассионарного московского боярства и здесь, как это ни парадоксально, решающая роль принадлежала митрополиту Алексию.

Митрополит Алексий, в миру Елевферий, родился в 1299 году в семье уже упомянутого нами московского воеводы Федора Бяконта (Плещеева). Так же, как и Сергий, Елевферий с детства обнаружил стремление к познанию и служению богу. В двадцать лет он принял постриг под именем Алексия и стал монахом Богоявленского монастыря. Там он прожил почти 20 лет, проводя дни в тяжелом послушании и молитве, а все свободное время посвящал изучению священного писания и других монастырских книг. Слава о его благочестивой жизни и огромном уме быстро распространилась по всей земле, и в 1340 году митрополит Феогност вызвал его к себе и назначил управляющим всеми церковными делами. Двенадцать лет Алексий занимал этот ответственный пост, продемонстрировав недюжинные административные способности и вкус к государственной деятельности.

Меж тем, авторитет Москвы в Орде вследствие многолетних трудов Калиты был столь высок, что после смерти Ивана никто не мог оспаривать ярлык на Великое княжение у его сына Симеона. Более того, Москве удалось добиться для своего князя права судебной власти над остальными князьями Владимирской Руси. Таким образом, московский князь становился не просто первым среди равных, а государем, по отношению к которому все остальные князья были подручниками. Это был первый кирпичик, заложенный формирующимся этносом в здание своего нового государства. И произошло это именно благодаря усилиям пассионарного московского боярства, ибо сам Симеон никаких государственных способностей не имел, и свое прозвище «Гордый» заслужил тем, что при каждом удобном случае подчеркивал свое исключительное положение по отношению к другим князьям.

В это время Литва при совместном правлении Кейстута и Ольгерда завершила подчинение русских княжеств бывшей Киевской Руси и с юго-запада вышла на границы Москвы. Можно сказать, что к середине XIV века период локальной борьбы Москвы и Твери за преобладание во Владимирской Руси сменился долгим периодом борьбы Москвы и Литвы за первенство в объединении всех земель бывшей Руси Киевской. Литва в это время была значительно мощнее Москвы. К тому же в Новгороде, Пскове, Смоленске и Твери были очень сильны пролитовские настроения, и казалось, что исход этой борьбы предрешен. Однако три геополитических фактора не позволили Литве расправится с еще достаточно слабой Москвой уже к середине XIV века.

Во-первых, это тяжелая борьба с Ливонским Орденом, протекавшая с переменным успехом, и не позволявшая литовцам сосредоточить все свои силы для натиска на Восток.

Во-вторых, это поддержка Москвы Золотой Ордой, с которой Литва в то время еще опасалась вступать в открытое столкновение. Так, в 1349 году Ольгерд, решив расправиться с Москвой, пытался заручиться поддержкой хана Золотой Орды Чанибека, но получил решительный отказ. Так многолетняя политика московских князей по отношению к Орде принесла свои плоды.

И, наконец, третьим фактором, не позволявшим большинству жителей владимирской земли поддержать притязания Литвы, стал статус духовного центра всей православной Руси, полученный Москвой в результате переноса в нее кафедры митрополита. И неоценимую роль в укреплении этого статуса сыграл духовный подвиг Сергия Радонежского и деяния митрополита Алексия.

Последний был рукоположен в сан митрополита в 1353 году, в период страшной эпидемии чумы, унесшей значительную часть населения Московского княжества, включая семью Великого князя Симеона и митрополита Феогноста. Великим князем стал брат Симеона – Иван «Красный», единственным достоинством которого была красота лица. Дела в государстве в этот период вершило боярство, а фактическим главой правительства стал митрополит Алексий. И весь свой недюжинный административный талант он направил на укрепление государства Московского. В то время как Сергий закладывал нравственные основы формировавшегося этноса, Алексий прилагал поистине титанические усилия по укреплению единства православной церкви и ее гаранта – Московского княжества. Во внутриполитической сфере его главной задачей было пресечение попыток удельных князей выйти из под контроля Москвы и разрушить едва сложившееся государство. Во внешней политике основные усилия Алексия были направлены на противостояние попыткам разделения Русской православной церкви на две епархии, постоянно предпринимаемым литовским князем Ольгердом.

Будучи расчетливым политиком, Ольгерд прекрасно понимал, что справиться с Москвой он сможет, только если лишит последнюю статуса духовной столицы всей Руси. Поэтому он поддержал происки самозванца Феодорита, который без одобрения константинопольской патриархии в 1352 году объявил себя Киевским митрополитом. Алексий приложил немало сил для разоблачения и низвержения самозванца. Прибыв в Константинополь для рукоположения в сан, Алексий сумел добиться от патриарха Филофея согласия узаконить перенос кафедры митрополита Всея Руси из Киева во Владимир.

Однако Ольгерд не сдавался. В 1354 году он сумел убедить Константинополь поставить в литовскую епархию отдельного митрополита. И объективные предпосылки для этого решения были. Наметившееся еще во времена Александра Невского и Даниила Галицкого идейное противостояние западной и восточной частей Киевской Руси, после вхождения их в состав двух враждебных друг другу государств, неуклонно нарастало. Православные Литвы и Польши, крайне негативно относившиеся к Золотой орде, не могли простить Москве ее безоговорочное подчинение ордынцам. В этих условиях эффективное управление разделенной русской православной церковью из единого центра становилось практически невозможным. И хотя активная деятельность митрополита Алексия, его высочайший авторитет, подкрепленный нравственным подвигом Сергия Радонежского, привели к восстановлению в 1361 году единства русской православной церкви, но сохранялось оно недолго. В 1371 году галицкие князья, угрожая передаться в католичество, вынудили Константинополь создать отдельную митрополию в Галиче Польском. Тогда и Ольгерд, постоянными жалобами на то, что Алексий пренебрегает своею литовскою паствою, вынудил патриарха послать в Киев комиссию во главе с греком Киприаном. Тот, мечтая стать митрополитом Всея Руси, оклеветал Алексия и добился от патриархии своего рукоположения в сан митрополита Литовского и Киевского с правом на Владимирскую митрополию после смерти Алексия.

С не меньшими трудностями столкнулся Алексий и в своей митрополии. Епископы тверской и новгородский, воспользовавшись временным разделением церкви, попытались выйти из-под контроля московского митрополита и перейти под власть митрополита литовского. Совершенно ясно, что за этим неизбежно последовал бы переход под контроль Литвы и самих новгородских и тверских земель. Понимая это, митрополит Алексий употребил весь свой немалый авторитет и влияние и сумел добиться от константинопольской патриархии решительного пресечения раскола.

Немалые усилия прилагал Алексий и для укрепления положения Москвы в государственной системе Золотой Орды. Успеху его усилий здесь способствовало то обстоятельство, что митрополиту удалось исцелить от тяжелой и, как считали все лекари, неизлечимой болезни ханшу Тайдулу. После этого Алексий стал пользоваться большим уважением среди ордынской верхушки, используя его на пользу Москвы. Таким образом, деяния Алексия закрепили за Москвой роль политического лидера владимирской земли и духовного центра всех православных на Руси. И это сохранившееся ощущение духовного единства в последствие способствовало формированию российской суперэтнической системы.

Но тогда, в середине XIV века, до появления российского суперэтноса было еще очень далеко. А положение же самой Москвы в этот период сильно ухудшилось. Дело в том, что после смерти хана Чанибека, последовавшей в 1357 году, в Золотой Орде начался почти двадцатилетний период кровавой борьбы за власть, названый русскими летописцами «великой замятней». Ханы сменялись с калейдоскопической быстротой, и все это сопровождалось масштабными кровавыми экзекуциями. В результате Орда разделилась по Волге на две части: левобережную и правобережную. Вследствие этого ее военная мощь значительно ослабела, и Орда на некоторое время потеряла способность эффективно защищать подконтрольные ей славянские земли от происков Литвы. Когда же литовские войска в 1362 году в битве у Синих Вод развеяли миф о непобедимости монгольской армии, военное столкновение Литвы и Москвы стало неизбежным.

Меж тем, после смерти Ивана Красного, последовавшей в 1359 году в результате второго витка эпидемии чумы, внутриполитическое положение Москвы также крайне осложнилось. Во всем московском княжеском доме осталось лишь трое малолетних князей, старшему из которых, князю Дмитрию было всего 9 лет. Воспользовавшись ситуацией, храбрый и энергичный Дмитрий Суздальский дерзнул оспорить у Москвы право на великокняжеский стол. Опираясь на деньги двух Новгородов: Нижнего и Великого, он купил в Орде ярлык на Великое княжение и занял стольный город Владимир. Но пассионарное московское боярство не смирилось с потерей власти. В период очередного двоевластия в Орде, используя благосклонность Тайдулы, влиятельной вдовы хана, москвичи также купили, но уже у другого хана, великокняжеский ярлык. Собрав ополчение, посадив на коней в качестве знамени малолетних князей и получив благословение митрополита, московские бояре осадили Владимир и вынудили Дмитрия Суздальского отказаться от своих притязаний.

Данный факт показывает, что московская этническая консорция уже окрепла настолько, что могла самостоятельно отстаивать свои интересы даже в отсутствии реальной княжеской власти. В то время как князья и бояре в других княжествах тратили силы на постоянные склоки и борьбу за власть, московское боярство смогло объединить свои усилия для достижения общей цели укрепления Москвы. Продолжая линию Ивана Калиты на собирание русских земель, они еще в годы юности князя Дмитрия захватили удельные княжества Ростовское, Стародубское, Галицкое и Дмитровское, а также ряд городов и областей в смоленской, рязанской, тверской и новгородской землях.

Но едва был разрешен суздальский вопрос, как возникла тверская проблема. Хотя слабая и фактически поделенная на две части Тверь не могла представлять самостоятельной угрозы для мощной Москвы, но тверской князь Михаил, став зятем Ольгерда, опирался на помощь могущественной Литвы. Поэтому новое столкновение Москвы и Твери фактически вылилось в противостояние Москвы и Литвы. Несколько раз Тверской князь добивался в Орде ярлыка на Великое княжение, но Москва всякий раз отказывалась признать его права. Военными действиями против Твери и дипломатическими усилиями в Орде она возвращала ярлык. Михаил каждый раз обращался за помощью к своему тестю, и тот обрушивал мощь своей армии на Москву. В результате, с 1368 по 1373 год московские земли четырежды подвергались сильному разорению литовскими войсками, но достичь решительной победы и занять саму Москву литовцы так и не смогли. Москвичи продемонстрировали неожиданную и уже позабытую в других княжествах стойкость и твердость духа, и каждый раз отражали превосходящие силы противника. Немало способствовал этому и, построенный в кратчайшие сроки в 1367 году, новый белокаменный московский кремль. Также летописцы отмечали выдающиеся организационные способности и отвагу двоюродного брата Дмитрия, Владимира Андреевича Серпуховского, прозванного Хоробрым. Наконец, в 1375 году Дмитрий Московский, собрав все силы владимирской земли, нанес Михаилу решительное поражение, сильно разорил Тверское княжество и принудил его окончательно отказаться от притязаний на Великое княжение. Несколько ранее москвичи одержали полную победу над воинственным Олегом Рязанским, посадив в Рязани своих союзников, князей Пронских.

Митрополит Алексий решительно вмешивался в мирские дела свой паствы, постоянно выступая на стороне Москве. Этим он нажил себе множество недоброжелателей среди других князей и епископов. На него постоянно шли жалобы в патриархию, но Алексий, видя в Москве залог торжества православной веры и могущества русского государства, своими действиями неуклонно и последовательно укреплял позиции Москвы. Так, для усиления контроля над Суздалем, он добился заключения династического союза двух Дмитриев, выдав дочь суздальского князя за 15-ти летнего князя московского. Когда же нижегородцы, недовольные подчинением Москве, передались младшему брату Дмитрия Суздальского, князю Борису, стороннику Литвы и зятю Ольгерда, митрополит решился даже использовать высочайший авторитет преподобного Сергия Радонежского. Парадоксально, но великий отшельник, семья которого в свое время так сильно пострадала от бесчинства москвичей, с жаром бросился защищать интересы Москвы, так как, будучи человеком мудрым и прозорливым, сумел понять ее историческую миссию. Прибыв в Нижний Новгород и затворив все храмы, он угрозой отлучения вынудил Бориса отказаться от своих притязаний.

Алексий также широко использовал отлучение от церкви для борьбы с противниками Москвы. Так, он предал анафеме и отлучил от церкви князя Смоленского за участие в литовском походе на Москву. Он также отлучал от церкви нескольких князей владимирской земли за отказ оказать помощь Москве в отражении агрессии Литвы. Отлучение для людей того времени было страшным наказанием. Поэтому при последнем нападении Литвы уже никто из князей не дерзнул отказаться помочь Москве, а смоленский князь даже принял участие в московском походе на Тверь, которая тогда была союзницей Смоленска в литовском блоке. Чтобы закрепить мир с Литвой и блокировать ее вмешательство в тверские дела, Алексий сумел породнить московский и литовский великокняжеские дома, организовав женитьбу Владимира Серпуховского на дочери Ольгерда. Правильно оценив ситуацию в Орде, митрополит подготовил встречу Дмитрия Московского с Мамаем, являвшимся фактическим правителем Орды, на которой был заключен договор, подтверждавший первенство Москвы во Владимирской земле и значительно снижавший ежегодную дань ордынцам.



Похожие документы:

  1. 1. значение принятия христианства для русской культуры

    Реферат
    ... способу самодисциплины. 2. Соборность. С православием на русскую почву ... " и западничества. Православие сопротивлялось европейским влияниям ... державной. Она определила приоритет защищаемой его сторонниками линии, которая и победила в русском православии ...
  2. М. М. Дунаев Вера в горниле сомнений православие и русская литература в XVII xx вв

    Литература
    ... русский и православный. Православие же связано с понятием соборности, противоположным западническому индивидуализму ... своими красотами, но — державная и Православная родина. Не всегда ... это понимание, касается идеи державного "имперского" сознания, так ...
  3. Провозглашается множеством сект (вспомним Аум Синрике, выдававшую себя за синтез христианства и буддизма), и столь же активно оспаривается православной мыслью

    Документ
    ... покоряет меня доступной и моему разумению державной мощью своей аргументации» [26]. Критиковавший ... изменить, точнее, исказить само понятие соборности в Православии… Употребление в экуменическом обиходе специфических православных ...
  4. Эти вопросы становятся отправными точками для размышле­ний митрополита Иоанна

    Исследование
    ... крещения, положившего начало тысячелетнему служению соборного и державного православного народа тогда, когда это ... единомудрствующе" в полном согласии с неповрежденным святоотеческим Православием. Так жила Россия к моменту возникновения ...
  5. 1 Тайна беззакония как движущая сила и корень старообрядческого раскола

    Документ
    ... Державное слово». Выпуск 2 . М. 2009. 9 Святитель Игнатий (Брянчанинов). Слово в неделю Православия ... книг, свидетельствующих о святости соборной и апостольской церкви по необходимости ... книг, свидетельствующих о святости соборной и апостольской церкви по ...

Другие похожие документы..