Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Тематическое планирование'
Поурочное планирование по физике В.А.Волков, С.Е.Полянский, Москва 005 г. 3. Электронное учебное издание «лабораторные работы по физике» Дрофа 4. Дида...полностью>>
'Документ'
ЗАЯВКА НА УЧАСТИЕ В ОТКРЫТОМ ТУРНИРЕ КРАСНОСЕЛЬСКОГО РАЙОНА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА ПО ФУТБОЛУ СРЕДИ ДЕТЕЙ НА ПРИЗЫ МАСТЕРА СПОРТА СССР, ДВУКРАТНОГО ЧЕМПИОНА...полностью>>
'Программа'
Второй день: Экскурсия в Иерусалим по маршруту «Иерусалим Христианский»: Панорама Иерусалима древнего и современного. Гефсиманский сад Масличной горы....полностью>>
'Учебно-методический комплекс'
Растет интеграция России в мировое хозяйство, в сферу внешнеэкономической деятельности вовлекается все большее число деловых людей, увеличилось количе...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

Михаил Дурненков

ДЕНЬ ПОБЕДЫ

СЕМЕН

ГРИША

БОСС

КИРА

ПЕРВЫЙ

ВТОРОЙ

ВРАЧ

СТАРИК

ПЕРВЫЙ. И тут мне выдают оружие. Говорят, ты должен воевать. И я, короче, понимаю, что меня по-настоящему могут убить в каждую секунду. На самом деле. И я, значит, живу так все время и день и ночь, постоянно, и каждое мгновение я жду, что бах, на меня укажет пуля. И что я сначала ее не почувствую или почувствую, ну как онемение, как такой резкий тупой толчок, а затем пойму что произошло, а потом боль, а потом смерть. Как затемнение. И это ощущение, то есть это ожидание, оно как ветер с дождем. Это как постоянный такой ледяной ливень в лицо, без остановки. И ты живешь такой, вжимаешь голову в плечи, прижимаешь руки к груди, ну чтобы это было как дополнительная преграда для пули, вот так вот согнувшись. К земле. Это ощущение не покидает тебя даже во сне. Во сне, который мне снится во сне. Ну в этом сне о войне.

ВТОРОЙ. Я, в общем, убийца. Неважно на самом деле как это произошло, самое страшное в этом не само убийство, а его факт. То, что оно уже… ну… произошло. И такой… непереносимый на самом деле ужас… невозможно ничего изменить… теперь жизнь разделилась на две части – в первой был человеком, мог путешествовать, знакомиться, любить, все такое… мог приобретать, не знаю… расставаться… мог думать или не думать, спать, жить, торопиться. А во второй части, вот сейчас, вот сейчас только одно – убийца. Я убил человека. И этого никак нельзя изменить, ничего нельзя отмотать, нельзя спрятаться, это как солнце над тобой, а ты в пустыне и нет норы, в которую можно спрятать голову от того, что ты убийца. Я убийца. Вот это вот… вот это мой самый частый кошмар. Это мой сон. Вероятно война это единственное, что может сделать тебя убийцей и не дать тебе возможности сойти с ума после этого.

СЕМЕН. А мне не снится ничего. Я ложусь спать, потом открываю глаза и смотрю в окно. Из моего окна видно только небо. Знаете, я живу в таком городе, в котором на небо смотреть бессмысленно, ничего не увидишь. Ну разве что недолгое время летом. Тогда еще какая-нибудь птица может вот так вот, по диагонали, через этот прямоугольник. Ярко синий. Короче снов у меня никаких нет.

ВРАЧ. Главное не волнуйтесь и не нервничайте. Вы будете смеяться как много, на самомделе-самомделе, вещей, которые на поверку не стоят… Ну я бы сказал бы, не настолько. В любом случае сейчас, тут в этом кабинете, тут все в порядке, можно расслабиться и поговорить. Об этом.

СЕМЕН. А вы мне все скажете? Плохо все или как. И может как-то лечиться.

ВРАЧ. Скажите для начала… дляначала-дляначала… А скажите.., давно это у вас началось?

СЕМЕН. Да уже… год. Да, год. С прошлых майских. Кажется. Ну или… да… с майских.

ВРАЧ. А вы не помните…

СЕМЕН. Вот что это? Я вообще здоров. Я обследовался с ног до головы. Желудок, кишечник – все в норме вообще. Нет, есть небольшой гастрит. Ну у кого его нет? Гастрит это вообще, в принципе, тоже самое, что и горожанин. Товарищ Гастрит. Как отличительный знак, да? У меня что-то с головой?

ВРАЧ. Простите, прежде чем… преждечем-преждечем, а вы не помните тот первый момент, когда это случилось?

СЕМЕН. Щас. Все расскажу, вы только сами мне скажите сначала – я сумасшедший?

ВРАЧ. Ну… не исключено, что ваше недомогание имеет психосоматическую природу…

СЕМЕН. Это значит?... Да?.. Может какие-то лекарства? Это вообще лечится?

ВРАЧ. Вы требуете от меня анамнеза еще до того как я вас, собственно говоря, обследовал. Когда мне будет что вам сказать, я обязательно это сделаю, но пока…

СЕМЕН. Сначала я закрою кабинет, потом вот этой вот металлической линейкой я вспорю тебе брюхо, уверен, кроме кишок в тебе еще полно всего, что ты не стремишься показывать народу, да? Сколько стоит сделать справку? Ты ведь берешь взятки? По лицу вижу, берешь. Какие? Отмазываешь детей от армии, или просто выписываешь всякие больничные? Или липовые освидетельствования? Где твоя кормушка, малыш? Дома, небось, жена, которую надо время от времени возить к морю, иначе она тебя сожрет, и мягкий уголок на кухне надо заменить, и дети, одного надо бы в элитную школу, а для этого надо подмазать, хотя ребенку будет ТАК стыдно, что ты подвозишь его туда на старой шкоде, в то время как других детей из класса привозят водители. Ну давай, давай, малыш, чего ты стесняешься, тут нет ни одного чистюли в числителе…

Пауза. Семен обхватывает голову руками.

ВРАЧ. Вы о чем-то задумались? Вспоминаете?

СЕМЕН. Я, правда, не знаю, что мне делать… с этим…

ВРАЧ. Я вам скажу. Я вам все скажу. И если надо мы выпишем вам лекарства. Но вы все такие ответьте мне на вопрос.

СЕМЕН. На какой?

ВРАЧ. Когда все это началось? Как?

СЕМЕН. Таким образом, на каждого городского жителя приходится по два таких памятных браслета. Согласно опросам, стоимость, которая не ощущается современным горожанином как огорчительная потеря, не превышает стоимости одного такого памятного комплекта.

БОСС. В этом есть какое-то, так сказать… экономическое обоснование?

СЕМЕН. Прямое. Как работают свечи в церкви? Нет, нет, я имею в виду не теологический смысл, я имею в виду – как они работают с точки зрения психологии? Они успокаивают совесть. Если ты не чувствуешь в себе религиозного экстаза – а в общем надо сказать это чувство довольно редкое, если ты не чувствуешь в себе ни сил ни времени, чтобы молиться или еще как-то работать над своими религиозными чувствами, то проще всего купить и поставить перед иконой свечку. И пусть она работает за тебя. Свечка это твой маленький религиозный помощник.

БОСС. Но, но! Кира Андреевна, что он себе позволяет?

КИРА. Борис Игнатьевич, я уверена, Семен не хотел каким-то образом задеть…

СЕМЕН. Извините. Извините, если я вас обидел. Я не хотел. Тем не менее. Тем не ме-не-е! Свечка - горит, а ты? А ты можешь идти заниматься своими делами.

БОСС. А почему же…

СЕМЕН. То же самое. Что вы чувствуете по поводу бывшей когда-то войны? Ну честно.

БОСС. Ну почему же не чувствую. Чувствую. Удовлетворение. Что мы самые… ну что мы впендюрили врагу. По самые по... А что? Не было этого? Или это не так? А? Кира?

Пауза.

КИРА. В известном смысле… да.

СЕМЕН. А по поводу павших? Только я вас прошу – не стесняйтесь. Давайте вообще договоримся по умолчанию, что мы патриоты. Я патриот. Вы патриот. И мы любим нашу страну. Это просторы, язык, культура и траляля. И мы любим государство. Оно нас обогревает зимой и охлаждает летом. И все такое. Но вот павшие в той войне. Вы их как бы сказать… чувствуете?

Пауза.

СЕМЕН. Вы их… ощущаете?

КИРА. Я - нет. Я павших не ощущаю. Это странный вопрос, Семен. Борис Игнатьевич, я не понимаю этого вопроса. Семен, что это вообще за вопрос такой? Вы на что-то намекаете? Что с нами что-то не то или что?

БОСС (Кире). Спокойно, Кира Андреевна, спокойно. (Семену) К чему клонишь?

СЕМЕН. Купите памятные браслеты. Они стоят меньше чем ваш стресс по поводу потери денег. Вы купите два таких браслета, и они будут означать, что у вас есть эти чувства. За вас. Вместо вас. Они сделают все за вас. Они вам помогут. Это, в конце концов, ненапряжно. Это сравнительно дешево, это красиво и самое главное практично.

Снова пауза.

БОСС. Ну хорошо. Продал. Мне ты это продал.

КИРА. Борис Игнатьевич…

БОСС. Возражения не принимаются. Все.

СЕМЕН. У меня много на самом деле еще идей.

БОСС. Побереги их пока. Мы берем тебя в команду и дадим тебе ребят. Прямо с понедельника и начнете. Кира свяжется с тобой по поводу договора.

Идет к выходу.

СЕМЕН. Подождите!

Босс останавливается.

СЕМЕН. Я еще кое-что хочу сказать…

ВРАЧ. Понятно. Пока все вроде бы понятно. Это тогда и началось? Ну это ваше… недомогание?

СЕМЕН. Нет. Позже. Ну то есть… тогда это тоже уже было. Я думаю.

ВРАЧ. Тогда расскажите про позже. Мы не торопимся. Давайте-давайте.

СЕМЕН (оглядываясь). Ты неплохо устроился, старик.

ГРИША. Это такая новая московская тема всех называть «старик»? Прямо как в шестидесятые.

Семен изображает руками кавычки.

СЕМЕН. «Друг, не говори ВАШ лагерь, говори НАШ лагерь».

ГРИША (улыбаясь). Все также - весь из цитат.

СЕМЕН. Квартирка что надо. Кто она?

ГРИША. В смысле?

СЕМЕН. Кем работает?

ГРИША. Придет, сам и спросишь. Что будешь пить?

СЕМЕН. Почему ты меня так раздражаешь? Что в тебе такое, что не дает мне покоя, что-то все время цепляет, как металлическая заноза в пальце, толи это выражение на лице, будто ты понимаешь, о чем я думаю, толи вот эта интонация в голосе, мол, рассказывай, я все пойму, говори, давай, говори. Разве я должен исповедаться? Я должен? Я никому ничего не должен. Кто я тебе такой, чтобы все тебе рассказывать? А ты мне кто? А? Что ты смотришь на меня? Зачем?

ГРИША (улыбаясь). Ты чего?

Семен опять изображает кавычки.

СЕМЕН. «Наши письки ваши прописьки». Я про эту твою Нину. Да?

ГРИША. Могу коньяк налить. Могу чаю.

СЕМЕН. Ты чего такой напряженный, старик? Расслабься. Мы не виделись года два, наверное, а ты весь какой-то напряженный. Боишься, я у тебя бабу уведу? Да, в общем, нет у меня таких планов. И потребностей. У нас все в порядке, нормальная работа, платят хорошо и все такое. Мне не нужна москвичка с квартиркою. Мы автономные, ё. Вот так-то вот.

ГРИША. Что будешь… (передразнивая, тоже показывает кавычки) «пить»?

СЕМЕН. Давай чаю. Нет. Давай лучше выпьем. Отметим твой переезд.

ГРИША. Я уже полгода как в Москве.

СЕМЕН. И все не звонил.

ГРИША. Да, смешно. Я когда в Ебурге жил, обижался на москвичей, что не звонят, не пишут. А как переехал, и самому стало не до того. Теперь на меня все обижаются.

СЕМЕН. А чего ты, кстати, дернуть то сюда решил? Медом вам тут намазано?

ГРИША. «Друг не говори ВАШ лагерь, говори НАШ лагерь».

СЕМЕН. Ну да, точно. (ерничая) Давай за Ёбург. За наш родной таун.

Выпивают. Гриша задумчиво смотрит на рюмку в руке.

ГРИША. Переехал потому что в жизни ничего не происходит. Полгода осматривался, переезжал с места на место, зарабатывал тем, что снимал свадьбы на камеру. На одной такой свадьбе познакомился с Ниной. Она свидетельницей была, а к ней свидетель приставал со стороны жениха. И ее никто защитить не мог, сам понимаешь – традиция: если ты свидетельница, должна дать свидетелю. А куда деваться? Добрый такой свадебный обычай. А я смотрю, ей уже совсем не смешно. А он пьяный, глаза на лоб. Ну, я ему и заехал. Тоже такая традиция, свадебная, на самом деле… Камера вдребезги конечно…

СЕМЕН. Узнаю Гришу.

ГРИША. А ты все редактором.

СЕМЕН. По-разному. Сейчас еще подвизался делать кое-какие мероприятия к Дню Победы. Странно стоять в стороне, когда такие бюджеты раздают. Лучше уж я, чем кто-то бездарный.

ГРИША. Ну да. Кстати, Нинкиному деду тоже тут пришло приглашение - на параде с ветеранами ходить. Твоя работа?

СЕМЕН. Чего не звонил?

ГРИША. Что?

СЕМЕН. Чего не звонил. Я вообще случайно узнал, что ты тут.

ГРИША. Ну… не хотел.

СЕМЕН. Думаешь, мы стремаемся? Или там осадочек от тогда, да? Все нормально. Все нормалёк, Гриша. Время же прошло тем более. Тем более у тебя Нина эта.

Гриша со стуком ставит рюмку на стол.

ГРИША. Слушай, Семен, я не понимаю, почему я должен как-то оправдываться? Ты увел у меня девушку. Вы уехали в Москву, еще два года назад. Два года прошло. Я сюда не к вам приехал. И уж тем более не к ней. Я сам по себе. Ты сам мне позвонил, сам набился в гости. Ты пришел и с порога все время пытаешься меня как-то зацепить. Все время говоришь мне какую-то… Слушай, я очень спокойный и все такое. Но вот, правда, если у тебя настроение плохое или еще что-то, то давай потом как-нибудь встретимся.

Пауза. Гриша смотрит на Семена. Семен думает. Наливает коньяк, выпивает. Показывает в сторону комнат.

СЕМЕН. Гляну? Как вы живете?

Гриша не отвечает. Семен уходит. Гриша, оставшись один, пожимает плечами, наливает себе рюмку и выпивает ее. Слышен только голос Семена.

СЕМЕН. Ой, бля! То есть… Здрасьте… эээ… Здравствуйте…

Пауза.

СЕМЕН. Извините я…

Пауза.



Похожие документы:

  1. К 1927 г позиции Амторга (то есть, фактически, ссср) на американском рынке выглядели двояко. Советский экспорт в США составлял всего 0,3% импорта Соединённых

    Документ
    ... бы ты видел, кому мне ... в частности, говорилось: “Выдать денежную награду старшему ... автоматического ручного огнестрельного оружия» и др. ... в Научные даст итуты и НК УВВС ... дают, а еще воевать думают” (11577). ... : первый, т.е. самолет АНТ 5 (И-4) должен быть ...

Другие похожие документы..