Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Давно замечено, что мудрость и дух народа проявляются в его пословицах и поговорках, а знание пословиц и поговорок того или иного народа способствует ...полностью>>
'Документ'
Особенность психологии ребенка младшего школьного возраста заключается в том, что он еще мало осознает свои переживания и далеко не всегда способен по...полностью>>
'Решение'
Комиссия Управления Федеральной антимонопольной службы по контролю в сфере размещения заказов (Ярославское УФАС России) (далее – Комиссия) в составе: ...полностью>>
'Образовательный стандарт'
Постановление Министерства образования Республики Беларусь от 20.06.2011 № 38 ”Об утверждении Правил проведения аттестации учащихся при освоении содер...полностью>>

Главная > Сборник статей

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

1

Смотреть полностью

В. Ю. Медведев

НАУЧНЫЕ

АСПЕКТЫ

ДИЗАЙНА

Сборник статей

Санкт-Петербург

2014

УДК 7. 01: 62

ББК 13.18

М42

Рекомендовано в качестве учебного издания для высших учебных заведений секцией теории и педагогики Санкт-Петербургского Союза Дизайнеров

Медведев, В.Ю.

М42 Научные аспекты дизайна: сборник статей. — СПб.: СПГУТД, 2014. — 212 с.

ISBN 978-5-7937-1079-4

В предлагаемый читателям сборник включены статьи автора по актуальным аспектам теории дизайна, в том числе статьи, критически анализирующие некоторые учебные пособия и монографии других авторов, посвященные научным проблемам дизайна.

Эти статьи были опубликованы в период с 2005 по 2013 гг. в научных журналах Санкт-Петербургского государственного университета технологии и дизайна, в котором автор длительное время преподавал «Основы теории и истории дизайна», «Историю дизайна, науки и техники», «Основы теории дизайна» и ряд других дисциплин будущим дизайнерам разных специализаций, а также конструкторам, технологам и экономистам.

Издание предназначено преподавателям, обучающим студентов, специализирующихся в области дизайна, студентам, аспирантам, а также другим специалистам, интересующимся научными аспектами дизайнерского творчества.

УДК 7. 01: 62

ББК 13.18

 СПГУТД, 2014

ISBN  Медведев В.Ю., 2014

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие………………………………………………………………………………................4

  1. О теории дизайна в новой учебной литературе …………………………………………..….8

  2. О структуре и содержании теории дизайна……………………….………………………...22

  3. Связи и отношения архитектонических искусств в современном мире

предметного творчества……………………..………………………………………………..36

  1. Дизайн в системе предметного мира культуры………………………………...…………...46

  2. Типология функциональных процессов быта и предметных средств их осуществления………………………………………………………………………………...58

  3. От разработки типажа к формированию ассортимента светильников для жилища………………………………………………………………………………………...71

  4. Структура и особенности категории «стиль» в пространственных искусствах

и дизайне……………………………………………………………………………………....85

  1. О системе категорий композиции в дизайне……………………………………...………………………………………………....94

  2. Арт-дизайн в мире дизайна………………………………………………..…….………….112

  3. Сущность и многообразие проявления художественной

и семантической природы сувенира…………….................................................................122

  1. Концепция дизайна в монографии А. А. Мещанинова

«Design. Точка над i»………………………………………………………………...…...…135

  1. Проблема взаимодействия традиционного ремесла и современного

дизайна Японии глазами петербургского дизайнера…………………….........…………..157

  1. Опыт системного подхода к разработке теории дизайна………………………………………………………………………….…………....167

  2. Научно-технический прогресс и закономерности эволюции

предметного мира…………………………………………………………………...……….186

  1. Дизайн будущего и будущее дизайна……………………………………..………………..194

Заключение……………………………………………………………….……………………….212

ПРЕДИСЛОВИЕ

Общеизвестность, широкое распространение и частое употребление термина «дизайн», модность дизайнерской профессии отнюдь не способствуют однозначности понимания и тем более точности, правильности, полноты многих прежних и новых определений данного понятия.

Причины этого заключаются в сложности, многоаспектности дизайна, в сущности которого отражается реальный синтез науки и практики, техники и искусства, материальной и духовной сфер культуры. Английское слово design, имеющее широкий спектр значений, впервые было применено по отношению к образцам изделий, разработанным для промышленного производства, английским художником Джозефом Синелом еще в 1919 году. При этом он ввел уточняющее определение industrial, употребив словосочетание «industrial design» для обозначения новой области художественного предметного творчества, ориентированного на промышленность с ее развитой машинной техникой и серийностью производства. Со временем этот термин приобрел международное значение.

На расхождения в понимании смысла этой профессии оказывает влияние несовпадение представлений о сущности дизайна в обыденном и профессиональном сознании, а также различие ее толкования разными специалистами, исходящими из своих концепций дизайнерского творчества. Это отражает фокусирование внимания авторов концепций на тех или иных аспектах явления с учетом социально-исторических факторов и помимо этого отличия в подходах к рассматриваемому понятию.

Несмотря на неоднозначность понимания и толкования природы дизайна современный человек в цивилизованном мире принимает как должное красоту и комфортность окружающей его предметной среды и вещей (ее компонентов), безусловно там, где среда и вещи обладают такими качествами, осознавая при этом (в меру своей образованности) вклад дизайнеров в повышение качества жизни и формирование материально-художественной культуры.

Термин «аспект», как известно, имеет несколько смыслов, дополняющих друг друга. Во-первых, он может означать точку зрения, взгляд субъекта на какой либо объект или явление, или совокупность объектов и (или) явлений. Во-вторых, под этим термином можно понимать какую-либо из сторон исследуемого объекта (явления), какое-либо отношение или форму связи объекта с другими, аналогичными ему по своей сущности или не совпадающими с ним по тем или иным признакам. В-третьих, это может быть взгляд на изучаемый объект (явление) с позиций какой-либо науки, области знания. В предлагаемом читателям сборнике статей используются все из перечисленных значений этого термина, поскольку сама природа дизайна определяет его многоаспектность и требует адекватного рассмотрения проблемы.

Дизайн представляет собой один из видов художественно ориентированной
проектно-творческой деятельности, базирующейся на технике промышленного производства.

Истоки дизайна берут начало в доиндустриальном прошлом предметного художественного творчества, к которому относились: изготовление вручную утилитарно и эстетически значимых вещей в натуральном крестьянском хозяйстве, создание красивых и полезных вещей городскими ремесленниками, профессиональное декоративно-прикладное искусство, а также доиндустриальная архитектура. Но в дизайне по аналогии с современным инженерным и архитектурным творчеством труд придумывания вещи (ее концепции, художественного образа, структуры и формы) и труд реализации проектного замысла в материале на основе соответствующих технологий разделены во времени и пространстве и выполняются разными специалистами. В этом принципиальное отличие дизайна от традиционного народного и современного профессионального прикладного искусства, основанных на ремесленном способе создания вещей.

Многоаспектность дизайна проявляется в том, что он представляет собой один из видов предметного творчества, одну из форм материально-художественной культуры; образует вместе с архитектурой и прикладным искусством специфическую группу бифункциональных искусств (архитектонических), в произведениях которых сливаются красота и польза; испытывает влияние сложной системы факторов, характеризующих производство, сбыт и потребление промышленной продукции различного назначения; в его объектах отражаются как утилитарно-технические, так и социально-культурные (духовно-ценностные) стороны их двуединой сущности.

Теоретическое осмысление различных аспектов природы дизайна призвано способствовать продуманному решению многих практических задач, встающих перед представителями этой профессии на современном этапе развития общества, ибо научная обоснованность проектных концепций и разработок дизайнеров, осознанная социальная целенаправленность их реализации –– залог эффективности дизайнерского творчества.

По убеждению известного американского дизайнера и педагога Виктора Папанека, единственно верное и перспективное направление работы дизайнеров –– это дизайн для реальных человеческих потребностей, а не искусственно инициируемых стремлений к обладанию престижными вещами, порождаемых потребительской психологией в стратифицированном обществе массового потребления. Он справедливо утверждал, что важнейшей способностью дизайнера является его умение осознавать, выявлять, определять актуальность и успешно решать методами и средствами дизайна социально важные проблемы.

Статьи, включенные в сборник, сгруппированы по тематически связанным проблемам. Две статьи, помещенные в начале сборника, посвящены проблеме профессионального подхода к разработке и изложению теории дизайна. В первой из них рассматривается история и состояние вопроса по теме, а затем с научно обоснованных позиций критически анализируются несколько учебных пособий, изданных в 2005 – 2006 гг., частично или полностью посвященных теории дизайна. Во второй статье, логически и конструктивно развивающей тему первой, на основе систематизации основных положений наиболее убедительных концепций теоретических основ дизайна подробно рассматривается система ключевых понятий –– базовых категорий дизайна, излагается структура его теории и содержание её разделов в их взаимосвязи.

Две следующие статьи –– 3 и 4, базируясь на принципах системного подхода к исследованию сложных объектов и явлений, раскрывают особенности связей и отношений дизайна в системе предметного творчества, в структуру которого входят архитектонические искусства, а также –– функционирования дизайна в трех взаимосвязанных сферах предметного существования культуры (духовной, материальной и художественной) и роль дизайна в их интеграции.

Пятая статья посвящена мало разработанному аспекту теории дизайна –– типологической структуре функциональных процессов жизнедеятельности людей в разных ее сферах, в том числе в актуальной для общества сфере, представляющей семейно-бытовую жизнедеятельность во всем ее многообразии, и обусловленной этой типологией структуре мира вещей бытового назначения. Они рассматриваются в качестве предметных средств осуществления разнообразных процессов этой деятельности, удовлетворяющих соответствующие материальные и духовные потребности человека в быту.

Тема шестой статьи развивает и конкретизирует содержание предыдущей статьи, основываясь на методологическом подходе к разработке номенклатуры (типажа) и формированию ассортимента тех или иных групп и видов бытовых изделий, исходя из типологии функциональных процессов быта. В статье это положение рассмотрено на примере разработки ассортимента светильников для жилища.

В статьях 7 и 8 анализируются актуальные не только для дизайн-проектирования, но и для анализа дизайнерских разработок, недостаточно теоретически разработанные вопросы, касающиеся структуры и особенностей категории «стиль», также как категорий композиции в дизайне.

В отличие от традиционно искусствоведческих публикаций, посвященных проблеме стиля, в статье 7 обращается внимание читателей на структуру стиля и раскрывается многослойность, разноплановость и разномасштабность явления «стиль» в пространственных искусствах и дизайне. Обосновывается и рассматривается типология иерархически соподчиненных типов –– уровней стиля в этой группе искусств и в дизайне, сопровождаемая примерами.

В статье 8 критически анализируются подходы к определению и группировке понятий, принципов, закономерностей, средств и приемов композиции, изложенные в разных публикациях по этой теме, и предлагается авторская концепция систематизации категорий композиции в дизайне, отражающая присущие им связи и отношения.

Статьи 9 и 10 обращают внимание на такие виды дизайнерского творчества, которые гораздо ближе к декоративному искусству, чем к промышленному дизайну, поскольку в их произведениях доминирует эстетическая ценность при отсутствии во многих из них утилитарной ценности. Это арт-дизайн, ориентированный по своей концепции на создание художественного впечатления от, как правило, выставочных уникальных авторских композиций (выполняемых кустарно из различных материалов), внешне напоминающих те или иные виды объектов промышленного дизайна, но не рассчитанных на практическое применение, нередко чисто декоративных. А также дизайн сувенирных изделий, характеризующихся не только декоративностью, художественной значимостью, но и присущей таким вещам особой памятной функцией. В статье 10 рассматриваются семантические особенности сувениров, приводится их типология и определяются критерии эстетической оценки этих произведений дизайна или прикладного искусства.

Три следующие статьи сборника –– 11, 12 и 13 посвящены критическому анализу монографий разных авторов, излагавших свои концепции теории дизайна в целом или ее аспектов. Эти книги, изданные в 2008 – 2009 гг., написанные петербургскими дизайнерами, имевшими большой опыт проектной практики, преподавания и научных исследований в области дизайна, заслуживали особого внимания дизайн-критики, тем более что в последние годы издается крайне мало серьезных работ, посвященных научным проблемам дизайна.

Первая из них –– монография А. А. Мещанинова «Design. Точка над i» преподносилась автором как «теоретическое обсуждение природы дизайна в общедоступном изложении», хотя на самом деле рассматриваемые в его книге аспекты дизайна не так просты и требуют от читателей определенного уровня эрудиции.

Вторая книга –– монография Т. М. Журавской «Стремление к совершенству» составлена из очерков, в которых на конкретном материале разносторонне исследовалась проблема взаимодействия традиционного ремесла и современного дизайна Японии (представляющих собой виды предметного художественного творчества), отмечалось бережное отношение к традициям прикладного искусства в этой стране и рассматривалось его влияние на инновации и перфекционизм японского дизайна.

Третья работа –– монография М. А. Коськова (написанная в соавторстве с А. А. Полеухиным) «Дизайн. Основы теории», издана в качестве учебного пособия для дизайнеров. Она представляет собой фундаментальный труд по характеру обоснования положений и изложения материала, базирующийся на принципах и методологии системного подхода, примененного к разработке научно доказательной (по мысли автора) теории дизайна. Две последние статьи –– 14 и 15 относятся к эволюционно-историческому аспекту исследования природы дизайна (в дополнение к предметному и функциональному аспектам, отраженным в большинстве предыдущих статей сборника). В статье 14 рассматриваются закономерности эволюции предметного мира (вещей, как объектов дизайна), под влиянием факторов научно-технического прогресса во взаимосвязи с факторами социально-экономической и социально-культурной сторон прогресса. В последней статье анализируются особенности футурологии дизайна в историческом, теоретическом и практическом ее аспектах, а также перспективы развития дизайна (в первую очередь промышленного дизайна) в России и мире.

Содержание отдельных разделов структуры теории дизайна, тезисно изложенное в статье 2, развернуто в статьях 3, 4, 7, 8, 9, тематически посвященных соответствующим научным аспектам дизайна.

В сборнике после каждой статьи приводится список литературы, на которую даются ссылки в ее тексте, а после него –– выходные данные этой статьи. В ряде статей упоминаются учебные пособия автора сборника и цитируются выдержки из них. Это –– «Сущность дизайна: теоретические основы дизайна», 3-е издание, 2009 г., «Стиль и мода в дизайне», 2-е издание, 2005 г., «Принципы и критерии эстетической оценки промышленных изделий –– произведений дизайна», 3-е издание, 2006 г. и другие. Читатели, которых заинтересует содержание этих изданий, смогут их найти в крупных библиотеках Санкт-Петербурга: Российской национальной библиотеке, библиотеке Российской Академии наук, Межрайонной центральной библиотечной системе им. М. Ю. Лермонтова, Центральной городской публичной библиотеке им. В. В. Маяковского, а также в Санкт- Петербургском Союзе дизайнеров.

  1. О ТЕОРИИ ДИЗАЙНА В НОВОЙ УЧЕБНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

В статье кратко рассматривается состояние вопроса по затронутой проблеме, актуальной для обучения промышленных дизайнеров, и критерии профессионального подхода к разработке и изложению основ теории дизайна.

С этих позиций критически анализируется несколько изданных в последние годы учебных пособий и учебников для вузов, частично или полностью посвященных теории дизайна.

Дизайн как профессия сформировался благодаря интеграции и взаимовлиянию на его эволюцию многих социально исторически обусловленных факторов, относящихся к научно-технической, социально-экономической и социально-культурной сторонам прогресса. В дизайне находят отражение результаты взаимодействия искусства и техники; массового промышленного производства и массового потребления изделий-товаров; проблемы взаимосвязи естественной природы и «второй природы» –– искусственной предметно-пространственной среды в разных областях жизнедеятельности людей; взаимоотношения материальной, духовной и художественной сфер культуры, с присущими им основными формами ее предметного бытия.

Великий художник, инженер и ученый эпохи Возрождения Леонардо да Винчи считал, что «те, кто влюбляются в практику без науки, подобны кормчим, выходящим в плавание без руля и компаса, ибо никогда не могут быть уверены, куда идут». Он также писал: «Жалок тот мастер, произведения которого опережают его суждение; тот мастер продвигается к совершенству искусства, произведения которого превзойдены суждением» (Цитируется по [1, с. 14]).

Дизайнер, в отличие от художника, тем более не может в своем творчестве опираться лишь на художественный вкус, талант, мастерство и интуицию, хотя они для него, безусловно, необходимы.

«Дизайнерское творчество, будучи включенным в общий процесс проектирования объектов промышленного производства, обусловлено системой сложно взаимосвязанных факторов, отражающих требования производства и потребления изделий, выражающих утилитарно-техническую и духовно-ценностную (социально-культурную) стороны сущности создаваемых вещей (их наборов, комплексов, систем) и среды в целом. Поэтому дизайнерские разработки должны быть научно обоснованными.

Принцип научной обоснованности дизайна имеет в виду необходимость следования общеметодологическим установкам теории дизайна, учета положений социологии, психологии, эргономики, экономики, технологии, экологии, кибернетики, эстетики, культурологии» [2, с. 14] .

Многоаспектность дизайна как одной из форм материально-художественной культуры, одного из видов предметного художественного творчества в сфере техники, проектной художественно-технической деятельности, нацеленной в идеале на повышение качества жизни людей (посредством гармонизации предметной среды), определяет сложность формирования теории дизайна и изложения ее основных положений в процессе обучения дизайнеров.

Тем не менее, попытки осмыслить природу дизайна, выявить его сущность, цель, задачи, функции, определить границы и типологию дизайн-деятельности, предпринимались давно, практически с первых этапов зарождения, становления и развития этой новой профессии.

Историография разнообразных по степени научной значимости, глубине и широте охвата проблемы теоретических концепций дизайна, сопровождавших его практику, довольно обширна. Она включает работы как зарубежных, так и отечественных авторов. Первых гораздо больше. Среди немногих отечественных специалистов, внесших свой вклад в разработку основ теории, методологии и методики дизайна, можно назвать В. Р. Аронова, Л. Н. Безмоздина, В. Л. Глазычева, О. И. Генисаретского, К. М. Кантора, М. А. Коськова, Е. Н. Лазарева, Г. Б. Минервина, Л. И. Новикову, В. Ф. Сидоренко, Ю. С. Сомова, М. В. Федорова, С. О. Хан-Магомедова.

Многочисленные статьи и несколько десятков книг о дизайне, написанных главным образом зарубежными авторами, освещали преимущественно конкретные вопросы методики и практики дизайна, отражая личный опыт и мировоззрение их авторов. Это были скорее свободные размышления на темы, опосредованные дизайном, субъективные точки зрения на дизайн, чем действительно теоретические концепции, соответствующие логическим принципам формирования и изложения теории в данной отрасли научного знания.

Во многих работах зарубежных авторов их концепции дизайна представляют собой саморефлексию художников-конструкторов, критический анализ явлений извне или изнутри (с включением их в разные микро- и макроуровни рассмотрения проблем), обобщенный комментарий к практике, определенные постулаты и выводы. Некоторые из них в теоретическом плане недостаточно содержательны, страдают избыточностью или, наоборот, недостаточностью информации.

Все это объясняется конкретно-историческими условиями формирования, развития и функционирования дизайна (в котором интегрируются естественно-научные, общественные знания и художественное творчество), его включенностью в реальный мир производства и потребления разнообразных изделий-товаров, а также тем, что авторами подавляющего большинства теоретических концепций дизайна (отражающих разные этапы его эволюции) являлись не профессиональные ученые, а практики дизайна, лидеры творческих направлений в дизайне.

Различие концепций дизайнеров обусловлено реальной разнонаправленностью и неоднородностью практики дизайна, и кроме того –– отличиями в миропонимании и особенностями творческих кредо их авторов.

Известный практик, теоретик дизайна и педагог, второй ректор Ульмской Высшей школы формообразования (ФРГ) с 1957 по 1968 гг., –– Томас Мальдонадо четко выразил сущность этого явления: «Различные философии дизайна являются выражением различного отношения к миру. Место, которое мы отводим дизайну в мире, зависит от того как мы понимаем этот мир…» (Цитируется по [3, с. 58]).

С самого начала создания государственной системы дизвайна в СССР (во главе с ВНИИТЭ) наряду с организационной, творчески-практической, экспертной, выставочной, издательской направлениями дизайн-деятельности в стране стала осуществляться и научно-методическая деятельность, нацеленная на разработку общих теоретических и методологических установок в области дизайна.

Различные точки зрения на проблемы дизайна нашли отражение в сборнике статей «Вопросы технической эстетики» (вып. 1), изданном в 1968 г. [4]. Второй выпуск одноименного сборника, изданного в 1970 г. [5], был специально посвящен обсуждению социально-философских проблем, связанных с природой дизайна и его развитием. В этом же году во ВНИИТЭ были опубликованы тезисы научной работы «Основы технической эстетики».

Несмотря на то, что после ее издания в течение двух с лишним десятилетий в периодически выпускавшихся трудах ВНИИТЭ серии «Техническая эстетика» рассматривались, обсуждались, решались разные проблемы теории и методологии дизайна, целостной фундаментальной монографии по теории дизайна (аналогичной монографиям «Методика художественного конструирования» и «Эргономика: принципы и рекомендации», выпущенным вторыми изданиями в 1983 г.) так и не появилось.

Проблема архитектоники промышленных форм (закономерности композиционного формообразования в художественном конструировании) была исследована в докторской диссертации Г. Б. Минервина [6].

Критическому анализу теории и практики дизайна на Западе была посвящена книга В. Л. Глазычева «О дизайне» [3], переизданная в 2006 г. под названием «Дизайн как он есть».

Проблема системности в дизайне была рассмотрена в работе Е. Н. Лазарева и его учеников-аспирантов «Дизайн: очерки теории системного проектирования» [7]. Здесь впервые был применен системный подход к исследованию проблем дизайна.

Наиболее обстоятельной историографической работой, в которой ретроспективно проанализировано развитие теоретических взглядов на сущность и природу дизайна разных авторов, школ, направлений в дизайне, является работа В. Р. Аронова «Теоретические концепции зарубежного дизайна» [8], позднее воплотившаяся в его докторской диссертации «Дизайн в культуре XX в. Анализ теоретических концепций» [9].

Исследования в области понятийно-терминологического аппарата дизайна, проводившиеся в 1980-х гг. во ВНИИТЭ, завершились изданием в 1988 г. краткого словаря-справочника «Основные термины дизайна» [10], позволяющего получить профессиональное представление о системе понятий дизайна.

Одним из первых отечественных дизайнеров-педагогов, глубоко и серьезно подошедших к разработке структуры теории дизайна на основе системного подхода к этой области научного знания, можно по праву считать Е. Н. Лазарева, многие годы преподававшего в ЛВХПУ им. В. И. Мухиной, являвшегося проректором по научной работе и создавшего кафедру программного дизайна. В отличие от ряда других исследователей научных основ дизайна, локализовавших сферу своего анализа каким-либо определенным уровнем, или областью, или отдельным аспектом рассмотрения дизайн-деятельности, Е. Н.Лазарев преследовал цель всестороннего целостного исследования сущности теории и практики дизайна.

Еще в начале 1970-х годов в работе «Основы технической эстетики и художественного конструирования» [11] им были сформулированы тезисы программы курса лекций, основанные на четко структурированном подходе к изложению основ теории дизайна. Они включали следующие разделы: терминология дизайна (основные понятия и их определения), предмет дизайна, типологии дизайн-деятельности и субъектов дизайна, виды объектов дизайна, природа дизайна, основные принципы и закономерности дизайна, цель дизайн-деятельности, ее задачи и функции в обществе.

Аспекты теории дизайна раскрыты автором в содержании философского, социологического, информационно-семиотического, эстетического, эргономического, биономического, конструктивно-технологического и экономического разделов науки о дизайне. К сожалению, здесь не был выделен культурологический аспект дизайна, так же как экологический и футурологический.

В заключение тезисов программы курса лекций были изложены принципы и методы процесса художественного конструирования, основанные на закономерностях композиционного формообразования объектов дизайна.

Во многих последующих работах Е. Н. Лазарев последовательно развивал эти положения, которые в итоге нашли воплощение в его докторской диссертации «Дизайн как технико-эстетическая система» [12], явившейся результатом полноты теоретического осмысления и целостного изучения дизайна как субъектно-объектной технико-эстетической системы, утилитарный и эстетический аспекты которой в их структурном единстве обусловливают ее гармоничность.

Дальнейшее развитие основных научных идей диссертации и их приложение к дизайнерской практике, ориентированной либо на стилизацию изделий, либо на разработку отдельных объектов, или на создание системных объектов, или на разработку дизайн-программ, нашло отражение в монографии Е. Н. Лазарева «Дизайн машин» [13]. Остается сожалеть, что не удалось реализовать его замысел о создании коллективом авторов под его руководством учебника для вузов по основам теории дизайна.

Краткий анализ состояния вопроса по затронутой проблеме, актуальной для профессионалов дизайна, позволяет констатировать отсутствие до настоящего времени (2007 г.) изданной фундаментальной работы по теории дизайна, удовлетворяющей требованиям целостности, системности, непротиворечивости, необходимости и достаточности основных положений, характеризующих закономерности и существенные связи дизайнерского творчества в его развитии.

В связи с этим можно приветствовать появление в последние годы среди разнообразной учебной литературы, посвященной тем или иным направлениям дизайн-деятельности, помимо учебников и учебных пособий по истории дизайна, нескольких изданий учебной литературы, касающихся основ теории дизайна. Разумеется, при условии соответствия их содержания названию, поскольку далеко не всегда новая учебная литература отвечает требованиям профессионального подхода к трактовке и изложению предлагаемого читателям материала.

Частично или полностью посвящены теории дизайна, судя по названиям, учебное пособие
Н. А. Ковешниковой «Дизайн: История и теория» [14], учебное пособие В. Ф. Рунге и В. В. Сеньковского «Основы теории и методологии дизайна», выпущенное уже в 3-м издании [15], учебник для вузов И. А. Розенсон «Основы теории дизайна» [16].

Для того чтобы определить степень полезности этой новой учебной литературы с позиций изложенного выше подхода к разработке и трактовке основ теории дизайна, следует проанализировать их достоинства и недостатки. Это позволит сделать выводы о целесообразности использования перечисленных учебных изданий преподавателями и студентами, обучаемыми разным направлениям дизайна, независимо от того, что все эти издания получили соответствующий гриф УМО (присваиваемый, увы, нередко, без проведения профессиональной экспертизы изданий специалистами, действительно сведущими в сложных вопросах теории и методологии дизайна).

Ознакомление с содержанием учебного пособия Н. А. Ковешниковой «Дизайн: История и теория» приводит к выводу о несоответствии его содержания такому названию. В учебном пособии нет изложения даже самых общих положений теории дизайна, а история дизайна представляет собой компиляцию из других изданий, посвященных этой теме, причем в гораздо более примитивном, а в некоторых местах и ошибочном изложении материала.

Во 2 главе этой работы, в подразделах 2.4. «У. Моррис. Теория и практика» и 2.12 «Производственное искусство в Советской России. Теория и практика» излагаются под видом теории дизайна некоторые концепции У. Морриса (художника прикладного искусства, но не дизайнера), а также концепции «производственников» 1920-х гг., достаточно полно критически проанализированные в работах [17], [18], [19].

Не только У. Моррис, принципиально отрицавший саму возможность создания художественно совершенных и одновременно полезных вещей посредством машинной индустрии и уповавший на ремесленные способы художественного преобразования современной ему предметной среды, но и отечественные теоретики «производственного искусства», абсолютизировавшие ценности научно-технического прогресса, промышленной индустрии, противопоставлявшие технику искусству в своей идеологии конструктивизма (вместо понимания необходимости их интеграции), никак не могут считаться теоретиками дизайна.

В заключении учебного пособия, названного «Некоторые проблемы теории дизайна», вместо систематизированного изложения таких проблем содержатся необоснованные утверждения автора о том, что «до сих пор не выработана теоретическая основа дизайна, не определены даже четкие границы дизайнерской деятельности» [14, с. 195], приводится случайная по структуре типология дизайна и дается определение дизайна, принятое ИКСИД в 1964 г. (на международном семинаре по художественному конструированию в г. Брюгге, Бельгия). Автор учебного пособия ошибочно указывает другую дату –– 1957 г. Это год создания ИКСИД. В этом году в Стокгольме на 1-ом конгрессе ИКСИД был очерчен круг задач промышленного дизайнера (industrial designer), контуры этой профессии и ее отличие от ремесленного художественного творчества. Критический анализ определений дизайна, предлагавшихся и в 1964 г., и в 1967г. (на 5-ой Ассамблее ИКСИД в Оттаве) содержится в ряде работ, изданных ВНИИТЭ, а также в работах [2] и [20].

Краткое и бессистемное перечисление наименований нескольких концепций сущности дизайна, предлагавшихся в нашей стране в 1960-е гг. (в том числе «теории тотального проектирования»), мало что добавляет к изложенному выше в данной работе для уяснения структуры и содержания основных положений теории дизайна. Как раз этого нет в учебном пособии Н. А. Ковешниковой. Не соответствует действительности ее утверждение о том, что «все крупные работы по методологии, теории и истории дизайна, подготовленные к печати в 60 –– 70-е гг. в СССР, не были опубликованы» [14, с. 196].

На самом деле все, что предлагалось профессионалами дизайна, искусствознания, архитектуры, философии, социологии, эстетики в этой области знания, выносилось на обсуждения симпозиумов, постоянных и периодических семинаров, конференций, а затем заслуживающие внимания идеи публиковались в сборниках материалов семинаров, конференций, в виде статей в журналах, а также в серийных изданиях трудов ВНИИТЭ –– «Техническая эстетика», «Методические материалы» и других, или в виде коллективно подготовленных монографий.

Нечеткость представления автора о границах теории дизайна и эргономики приводит ее к бытовавшему когда-то ложному рассмотрению эргономики в качестве составной части технической эстетики. Разумеется, положения, требования и рекомендации эргономики необходимо изучать, знать и применять в проектной практике как дизайнеров, так и архитекторов и инженеров. Но это обстоятельство не является основанием для ее включения в теорию дизайна. Эргономика –– самостоятельная область научного знания. Упоминание в учебном пособии того факта, что Г. Дрейфус –– один из пионеров американского дизайна, был известен также разработками в области эргономики, не может служить подтверждением в принципе неверного тезиса автора.

По-видимому, недостаточная осведомленность Н. А. Ковешниковой в вопросах морфологии искусств (строении мира искусств) [21] позволила ей утверждать, что «Основной проблемой теоретического осмысления дизайна до сих пор остается вопрос о природе дизайнерской деятельности и соотношении ее с другими видами искусства» [14, с. 197]. И далее: «Орудия труда, предметы мебели, домашняя утварь, созданные в «додизайнерский» период можно охарактеризовать как образцы «стихийного» дизайна. Всем им присущи отдельные черты современного дизайна: они разрабатывались в той или иной степени техническим способом, в их облике наглядно отражалось взаимодействие формы, конструкции и функции, они тиражировались, по крайней мере, во времени».

И даже если не все они являются для нас произведениями декоративно-прикладного искусства, для нас они ценнейшие памятники материальной культуры, ремесел, истории и техники» [14, с. 198]. Это высказывание свидетельствует о плохом понимании разницы между прикладным искусством и дизайном –– разными видами предметного художественного творчества, а также о незнании источников, в которых давно были проанализированы вопросы их специфики, равно как и отличия архитектонических искусств от мира изобразительных искусств, особенности инженерного и дизайнерского проектирования.

Все это вместе с отмеченными выше ошибками и заблуждениями позволяет сделать вывод о явно недостаточной компетенции автора в вопросах, знание которых необходимо для профессионального написания учебной литературы, ориентированной на просвещение студентов архитектурных и дизайнерских специальностей в области истории и теории дизайна.

Учебное пособие В. Ф. Рунге и В. В. Сеньковского «Основы теории и методологии дизайна» [15], выпущенное 3-им изданием в 2005 г. и рекомендованное УМО в области дизайна и изобразительных искусств для студентов, обучающихся по специальности «Дизайн», написано гораздо профессиональнее, его материал лучше изложен и структурирован. Однако и это учебное пособие в части теории дизайна не отвечает своему названию.

Вместо основ теории дизайна в работе (разделы 3 и 5) приведены некоторые «теоретические концепции Западного и отечественного дизайна». Изложены они очень конспективно, нередко поверхностно. И чаще всего то, что выдается за теоретические концепции, представляет собой на деле просто точки зрения, взгляды, мнения известных архитекторов и дизайнеров, касающиеся тех или иных сторон их творческой деятельности.

В самом деле, можно ли считать развернутой теоретической концепцией дизайна, например, мнение Петера Беренса о том, что «следование одним лишь функциональным или только материальным целям не может создать никаких культурных ценностей», что необходимо сочетание художественной образности формы с ее пригнанностью к функции с одной стороны и «технологической естественностью» –– с другой [15, с. 43]. Это совершенно правильное мнение крупного дизайнера и архитектора Германии, одного из создателей германского Веркбунда является всего лишь саморефлексией, но не теоретическим положением, отражающим сущность дизайна.

То же самое можно сказать о мнении Анри ван де Вельде, касающемся «отстаивания творческой индивидуальности художников, которые всегда будут выступать против любого предложения об установлении канона и типизации» [15, с. 43], противопоставлявшему, как известно, свою позицию точке зрения Германа Мутезиуса, отмечавшего необходимость «типизации выпускаемой в Германии продукции на основе творчески разработанных эталонных (типовых) образцов» и не поддерживавшего индивидуальную исключительность или подражательность в творчестве художника, работающего для промышленности.

Так же можно охарактеризовать и упомянутые в учебном пособии точки зрения известных функционалистов –– Луиса Салливена, Адольфа Лооса и Фрэнка Ллойда Райта, несмотря на то, что их взгляды на формообразование в архитектуре и дизайне были облечены в словесно-логические формулы: «Форма определяется функцией» (Л. Салливен); «Форма зависит от утилитарной функции», «Орнамент –– это преступление» (А. Лоос); «Форма и функция едины» (Ф.Л. Райт), [15, с. 44]. Разумеется, за приведенными здесь формулами стояли развернутые, аргументированные высказывания, содержащиеся в соответствующих работах авторов этих афоризмов. Тем не менее, их концепции не могут считаться целостными теоретическими постулатами дизайн-деятельности.

Несколько более подробно рассмотрены взгляды известного деятеля дизайна, педагога, а затем и руководителя Высшей школы формообразования в г. Ульме (ФРГ) Томаса Мальдонадо. Но простое упоминание о том, что он «развил принцип системного подхода в дизайне, пытался выявить особенности дизайна как активной социальной силы, воздействующей на сознание людей и на организацию окружающей среды, большое внимание уделял соединению в дизайне научно-технического прогресса и эстетики», и что его концепция «о разделении сложных процессов проектирования изделий на многочисленные составляющие простые элементы с выделением различных уровней (от социального до технологического) нашла своих последователей» [15, с. 47], все же не может дать читателям учебного пособия ясного и полного представления о теоретических взглядах Т. Мальдонадо.

Если ставить задачу не конспективного перечисления сути концепций дизайна, содержащихся в работах известных дизайнеров Запада (при том, что эта суть должна быть четко выявлена, а сами концепции должны иметь теоретическую значимость), а их анализа с определенных позиций, то следует брать пример с авторов работ [3], [8], [9]. Или не делать этого вовсе, а изложить в учебном пособии, называющемся «Основы теории и методологии дизайна» именно основные положения теории дизайна (технической эстетики), благо есть пусть и крайне немногочисленная, но профессионально написанная литература на эту тему [7], [10], [11], [12], [13], [20], [22].

По-видимому авторы недостаточно знакомы с содержанием этой литературы или не вполне усвоили ее теоретические положения, если даже в самом начале работы (раздел 1. «Специфика дизайна. Основные понятия и определения») дается терминологически несовершенное, неточное определение дизайна и случайная типология дизайн-деятельности.

«История становления и эволюции дизайна (мировой и отечественный опыт)» –– раздел 2. изложена крайне обобщенно и грешит неточностями и даже ошибками в трактовке некоторых известных явлений истории дизайна (в частности, педагогических концепций Баухауза; концепций «производственного искусства» и конструктивизма; значения идей и деятельности К. Малевича и В. Татлина для становления отечественного дизайна 1920-х гг.; деятельности пионеров американского дизайна).

Что касается изложения в этом учебном пособии теоретических концепций отечественного дизайна 1960 –– 80-х гг. (раздел 5), то оно также конспективно и не содержит, к сожалению, основных положений теории дизайна, которые и необходимо было сформулировать в данной работе.

Нет в учебном пособии и методологии дизайна. То, что содержится в разделе 6. «Методология дизайна и средства дизайн-проектирования», при всем желании нельзя назвать методологией, поскольку здесь отсутствует теоретический базис, определяющий цель, задачи, функции дизайна, и системный анализ методов дизайна. Частный пример анализа процесса проектирования автоматической чаеварки (составляющий две трети объема текста этого очень небольшого раздела –– 15 страниц) иллюстрирует всего лишь один из возможных методов дизайн-проектирования, который не позволяет составить представление о методологии дизайна.

Несмотря на то, что в списке литературы к разделам 5 и 6 учебного пособия упомянуты работа ВНИИТЭ по методике художественного конструирования [22] и фундаментальная монография Е. Н. Лазарева [13], в которых изложены основы методологии дизайна, авторы, по-видимому, недостаточно вникли в сущность этой проблемы.

Значительно лучше и методология, и методы дизайна (на конкретных примерах) изложены в учебнике для вузов «Проектирование и моделирование промышленных изделий», написанном ведущими педагогами-профессионалами дизайна Санкт-Петербургской государственной художественно-промышленной академии совместно со специалистами Тульского государственного университета и изданном в 2004 году в Туле издательством «Машиностроение-1».

В этой работе проанализированы: формообразование промышленных изделий, основы композиции в промышленном дизайне, конструирование в дизайне, материаловедение в дизайне, принципы проектирования и моделирования в дизайне, компьютерное обеспечение дизайн-проектирования и ряд других аспектов, важных для рассматриваемой проблемы.

Основной объем учебного пособия В.Ф. Рунге и В.В Сеньковского составляют разделы, возможно и представляющие интерес для практики дизайна (и в познавательном и практическом смысле), но не имеющие прямого отношения к названию работы. Их содержание подменяет собой основы теории дизайна.

К ним относятся разделы: 4 «Из истории графического дизайна. Понятие фирменного стиля» (27 с.); 7. «Проектирование оптико-механических приборов» (84 с.); 8. «Проектирование как объект промышленной собственности» (76 с.).

В разделе 7 отображен собственный многолетний опыт В.Ф. Рунге, работавшего в этой области дизайна на Красногорском оптико-механическом заводе. Раздел 10., посвященный патентованию промышленных образцов, тематически связан с областью деятельности второго автора этого учебного пособия.

Раздел 9 «Эргономическое обеспечение дизайн-проектирования», безусловно полезный для методики и практики дизайна (хорошо проиллюстрированный, как и многие другие разделы учебного пособия), в основном содержит данные антропометрии, важные в том числе и для проектирования рабочих мест разного вида, данные по их освещению, а также методы соматографии. Очень мало приведено данных по восприятию визуальной информации, по цветовосприятию; почти нет здесь рекомендаций по эргономическому проектированию разных видов и типов рабочих органов, средств индикации и контроля, а также требований и рекомендаций по гигиеническим характеристикам среды жизнедеятельности людей (они только перечислены).

Приложения к учебному пособию случайны по своему составу. Они включают: «периодизацию промышленного дизайна»; таблицы антропометрических данных, требования к освещенности рабочих мест, данные о световом потоке разных источников света; примеры дизайнерских разработок, зарегистрированных в качестве промышленных образцов; «номенклатуру эстетических показателей качества». Взаимосвязь пользы и красоты в объектах дизайна предполагает необходимость рассмотрения наряду с эстетическими свойствами изделий также структуры, состава и методов оценки их потребительских свойств, характеризующих социальную значимость, функциональность, удобство пользования, надежность и безопасность в потреблении и экологическую безвредность изделий. К сожалению, этот методически важный аспект дизайна лишь вскользь упоминается в учебном пособии (с. 82 –– 83) и отсутствует в приложениях, где типовая номенклатура потребительских показателей качества была бы очень уместна.

Приведенная же в приложении 3. (с. 338 –– 339) «Номенклатура эстетических показателей качества» (точнее было бы назвать ее «системой общезначимых показателей эстетических свойств промышленных изделий») неудовлетворительна по структуре, составу комплексных и единичных показателей, а также по терминологии. Недостатки этой номенклатуры отражают слабую осведомленность авторов учебного пособия в вопросах эстетической ценности объектов дизайна, в понимании принципов и критериев их эстетической оценки и сущности композиционного формообразования в дизайне, посредством которого и реализуется художественно-образное моделирование произведений дизайнерского творчества [20], [23].

Наиболее серьезной заявкой на профессиональное просвещение студентов в вопросах теории дизайна является учебное издание автора И.А. Розенсон «Основы теории дизайна» [16], допущенное УМО по образованию в области прикладной информатики в качестве учебника для студентов вузов, обучающихся по специальности «Прикладная информатика (по областям) и другим экономическим специальностям». Специализация УМО и студентов, которым рекомендован этот учебник, приведена здесь не случайно –– это не УМО по дизайну, в котором подразумевается профессиональная экспертиза учебной литературы, предназначенной для студентов специальности 052400 –– «Дизайн».

Но автор этого учебника является профессиональным дизайнером, она имела опыт не только проектной, но главное, и научно-исследовательской работы в Ленфилиале ВНИИТЭ. И, естественно, свой учебник она предназначала именно для дизайнеров, а не специалистов по прикладной информатике, хотя медиадизайну и посвящена третья часть этой работы –– «Дизайн в информационной среде», так называемой «виртуальной реальности».

Работа И. А. Розенсон, вне всякого сомнения, является теоретической. Но насколько полно она отвечает своему названию? Именно это следует установить, проанализировав ее содержание.

Первая часть учебника –– «Дизайн как предметное творчество» содержит главы:

1. Вещь в культуре, цивилизации, дизайне; 2. Предметное мышление в стремлении к гармонии; 3. Художественно-образное моделирование предметного мира. Вторая часть –– «Дизайн предметно-пространственной среды» включает следующие главы: 4. Единица проектирования –– ситуация; 5. Мифопоэтика средового восприятия; 6. Включенное проектирование в эпоху постмодернизма. Третья часть –– «Дизайн в информационной среде» состоит из глав: 7. Преодоление тяготения «Гутенберговой галактики», 8. Свойства виртуального события. 9. Тропичность виртуальной реальности.

В предисловии к работе рассматриваются вопросы: «Что такое дизайн?» и «В чем же состоит предмет дизайна?». Каждая глава учебника завершается вопросами для проверки понимания и усвоения студентами пройденной части материала курса лекций, а вся работа

–– вопросами ко всему содержанию этого курса «основ теории дизайна». Помимо списка использованной литературы учебник содержит словарь терминов и понятий. Такое приложение в принципе полезно для учебника. Одновременно оно обнажает понимание самим автором используемых понятий и смысла терминов.

Общее ознакомление со структурой и составом содержания этого учебного издания дает представление о разностороннем подходе автора к проблемам теории дизайна, о стремлении к систематизированному рассмотрению выделенных проблем на философском уровне, о большой эрудиции автора, а также о желании по-новому, по-своему осмыслить сущность дизайна в системах культуры, общества, мира вещей, предметно-пространственной среды (реальной и виртуальной), не особенно доверяясь идеям, концепциям, логически выведенным положениям и постулатам технической эстетики, разработанным отечественными специалистами дизайна во второй половине прошедшего столетия и в начале нового века.

Однако внимательное прочтение всего материала учебника и критический анализ поставленных в его главах вопросов, рассуждений автора и ответов на эти вопросы далеко не во всем позволяют согласиться с умозаключениями, выводами, а также определениями многих понятий. Системный, на первый взгляд, подход к структурированию материала учебника, посвященному теории дизайна, при анализе этой структуры с позиций принципа необходимости и достаточности элементов системы в их взаимосвязи в отношении содержания любой теории (и в том числе –– теории дизайна) выявляет существенные пробелы в структуре рассматриваемых вопросов при наличии в каждой части книги (особенно в 3-ей части) избыточного материала, не имеющего отношения к теории дизайна.

Претендующая на логическую обоснованность и системность анализа и решения проблем теории дизайна работа И. А. Розенсон, адресованная студентам, написана слишком сложно для них по языку и форме изложения материала. Она представляет собой, скорее, не учебник для вузов (тем более для специалистов по прикладной информатике), а учебное пособие для аспирантов, работающих над диссертациями по специальности 17.00.06 «Техническая эстетика и дизайн». И то субъективизм автора учебника в трактовке ряда важных вопросов может ввести в заблуждение относительно истинной сущности дизайна не только студентов, но и аспирантов.

Нельзя согласиться с запальчивым утверждением автора: «Теорий культуры, как уже говорилось, существует великое множество –– не меньше вполне стройных и доказательных теорий можно выстроить и по поводу дизайна» [16, с. 17]. Убедительная критика «великого множества теорий культуры» содержится в работе М.С. Кагана [24]. Все это не теории, а односторонние концепции, взгляды, точки зрения, рефлексии разных авторов. А убедительная теория культуры, базирующаяся на диалектическом анализе и творчески примененном к объекту исследования системном подходе с общефилософских позиций, разработана именно автором книги [24].

В работах В.Р. Аронова [8] и [9], как уже упоминалось, дан критический анализ теоретических концепций зарубежного дизайна в их эволюции, выводы которого не позволяют утверждать о «великом множестве вполне стройных и доказательных теорий дизайна». Все они с позиций системного подхода и требований к теории той или иной области знания не могут считаться полноценными теориями, а являются лишь точками зрения, саморефлексиями авторов концепций на сущность дизайна. Приведенные в учебнике [16, с. 10, 11] толкования дизайна некоторыми западными дизайнерами в середине XX в., заимствованные из работы [3], только подтверждают эту мысль.

Теорий не может быть много. Могут быть различные точки зрения, гипотезы, мнения, взгляды на различные объекты и явления действительности. Полнота, целостность, непротиворечивость теории какой-либо области научного знания (каким бы сложным, многоаспектным оно ни было) проверяется логикой (в том числе математической) в целях истинного отображения человеческим мышлением объективной действительности, а в конечном счете –– практикой.

Разумеется, теории как отражение объективного мира в сознании человека, эволюционируют вместе с изменениями этого мира. На основе познания новых фактов в теориях возникают новые обобщения, вскрывающие не выявленные ранее закономерности, связи и отношения. Прежние теоретические положения могут уточняться, развиваться и заменяться новыми. Но при этом в новых теориях обязательно должна сохраняться преемственность, не отрицающая всего положительного опыта, истинного знания (пусть и относительного), содержавшегося в старых теориях. В этом проявляется историзм подхода к теории.

Практика дизайна как художественно-технического проектирования объектов промышленного производства (их комплексов и систем) и современного вида предметного художественного творчества существует немногим более века (если не принимать во внимание историю так называемого «протодизайна»). Поэтому и не сформировалась еще полноценная теория этого вида многообразной социально значимой деятельности. И претендовать на какой-то новый подход к изложению теории дизайна при том, что недостаточно изучен, обобщен и систематизирован прежний положительный опыт ее разработки, по меньшей мере, непродуктивно.

В структуре содержания учебника И.А. Розенсон отсутствуют такие важные для теории дизайна ее аспекты, как типология дизайн-деятельности (которая структурируется по нескольким существенным основаниям); формулирование социально значимых целей, функций и задач дизайна, а также основных рабочих категорий дизайна; принципы и закономерности дизайна; система факторов композиционного формообразования объектов дизайна [20]; понятие эстетической и художественной ценности в дизайне, принципы и критерии эстетической оценки произведений дизайна [23]; дизайн в системах предметного творчества и архитектонических искусств; сущность и структура стиля и моды в дизайне.

Это обстоятельство не позволяет считать содержание учебника полноценным изложением теории дизайна. При этом ряд аспектов (по-видимому, наиболее близких и понятных автору) рассмотрен весьма обстоятельно. К ним относятся главы 1, 3, 5, 6, 7, 9. Четыре последних сложны для понимания их содержания студентами и, строго говоря, являются факультативными для «основ теории дизайна».

В работе [16] вместо типологии дизайн-деятельности в главе 2. (с. 57 –– 64) рассмотрена типологизация адресатов дизайн-проекта (кстати, спорная с научной точки зрения). Вместо формулирования цели дизайна в обществе и культуре в предисловии утверждается, что «дизайн не определяется через его цель» (с. 13) и у него «нет собственной, особой цели вне общей цели, преследуемой культурой» (с. 14).

Однако на с. 15 эту цель автор все же определяет как «гуманизацию материального окружения человека, выражающуюся в его упорядочивании соответственно этическим и эстетическим нормам данной эпохи и данного культурного региона». При том, что в информационной среде этот процесс «более сложен и включает в себя также элементы неожиданности» [16, с. 15]. Автор работы почему-то упускает здесь из виду материальные потребности людей, которые наряду с духовными (в том числе эстетическими) и призван удовлетворять дизайн посредством гармонизации предметной среды (ее компонентов) для содействия повышению качества жизни во всех сферах человеческой деятельности [20].

Вместо социально значимых функций и задач дизайна в главе 2 (с. 48 –– 54) рассмотрены функции вещей, но последнее не заменяет первого. Опираясь здесь на источник [22], автор подчеркнуто развивает в особую типологию знаковые функции вещи, связанные с процессами адаптации человека к социально-культурной среде.

Вместо рассмотрения социальной роли дизайна в системе культуры в учебнике анализируется «понятие социальной роли в дизайне» (с. 54 –– 57), что фактически представляет собой рассмотрение многообразия социальных ролей человека, которые ему приходится играть в разных обстоятельствах, ситуациях жизни и деятельности. Этот материал методически безусловно интересен и полезен для ознакомления студентов с принципами и практикой моделирования дизайнерами тех типов потребителей, для которых разрабатываются те или иные изделия-товары или услуги. Но он никак не может заменить анализа проблемы функционирования дизайна в системе культуры, в том числе выявления его места в формах предметности духовной, материальной и художественной сфер культуры в их взаимосвязи, а также рассмотрения социально значимых функций дизайна, определяющих в совокупности его роль в формировании культуры человека и общества [2], [24].

Все это отсутствует в учебнике, не смотря на то, что его первая глава посвящена рассмотрению «вещи в культуре, в цивилизации, в дизайне». Ее содержание не проясняет для читателей места и роли дизайна в культуре, а скорее запутывает обозначенную автором проблему, поскольку она фактически здесь подменяется анализом разных взглядов на дизайн через призму развития отношения к его объекту и продукту –– вещи.

Замечательно, что в самом начале работы (в предисловии) автор заостряет внимание читателей на вопросах: «Что такое дизайн?» и «в чем же состоит предмет дизайна?» Но пытаясь по-новому, по-своему ответить на эти вопросы, и при этом утверждая категорически, что дизайн не определяется «ни через его объект, ни через его цель, ни через его методы, ни через его адресата» (с. 13 –– 15), поскольку все перечисленные признаки, по мнению автора, размыты и не позволяют очертить атрибутику именно дизайнерского творчества, она делает вывод, что специфика дизайна может быть определена через особенности профессионального мышления, которые выражаются в образности, системности, инновационности (с. 15). Далее автор (на с. 16) фактически опровергает собственный вывод, показывая, что перечисленные «особенности профессионального мышления» присущи в той или иной мере и субъектам других видов творчества –– художникам изобразительных искусств, архитекторам, инженерам. Таким образом, ускользает специфика дизайн-деятельности. Определение: «Дизайн –– проектная практика, требующая от профессионального мышления органичного совмещения образного и системного начал и вносящаяся в реальность новые социально- культурные смыслы» (с. 17) не является убедительным. Оно весьма расплывчато и не характеризует ни особенности этого вида проектирования, ни его целей, ни сферы деятельности, ни круга объектов дизайна, ни его антропоцентризма.

Между тем в определении дизайна важно подчеркнуть, что это художественно-техническое проектирование (как результат слияния художественного и технического начал в разработке будущих объектов), что это проектирование ориентировано на удовлетворение как эстетических, так и утилитарных потребностей людей, и что объектами дизайна являются различные промышленные изделия (их комплекты, ансамбли, комплексы, системы), формирующие предметно- пространственную среду в разных сферах человеческой жизнедеятельности. За пределами сферы дизайна остаются объекты архитектуры (градостроение, домостроение), инженерно-технические системы, ориентированные лишь на утилитарно-функциональные контакты людей с ними [20].

Не может удовлетворить и предлагаемое учебником определение предмета дизайна как совокупности «двух практически полярных типов мышления (образного и системного)», составляющих своеобразие дизайнера и «использование этой способности на практике»
(с. 17). Здесь смешаны, перепутаны специфика дизайнерского мышления (в интерпретации автора) и то, на что нацелена дизайн-деятельность.

На самом деле предметом дизайна является создание гармоничной, содержательной и выразительной формы объекта, в которой отражается целостное значение его потребительной ценности для субъекта –– адресата дизайн-продукта. В процессе композиционного формообразования и смыслообразования дизайнер стремится к слиянию в конкретном объекте присущих ему свойств пользы и красоты, к достижению высокого уровня потребительского качества объекта, предстающего как потребительная ценность для тех людей, в расчете на которых он и был спроектирован [20].

Наиболее удачной в первом разделе учебника является глава 3. «Художественно-образное моделирование предметного мира» (с. 65 –– 93), во многом опирающаяся на «Методику художественного конструирования» ВНИИТЭ [22], а также на собственный опыт участия автора в комплексных научно-исследовательских работах, выполнявшихся в свое время в Ленинградском филиале ВНИИТЭ (это нашло отражение в главе 2).

Вторая же часть учебника –– «Дизайн предметно-пространственной среды» по своему подходу к проблеме средового дизайна, по тематической структуре и характеру изложения материала представляется теоретически и методологически мало соответствующей анализируемой проблеме. Исторический экскурс в 80-е годы прошлого века, предпринятый автором в целях выявления причин возникновения в то время интереса к проблеме средового дизайна («смена научных, культурных и проектных парадигм») является факультативным.

В главе 4. «Единица проектирования –– ситуация», рассматривая понятия «среда» и «окружение», «освоение» этого окружения, преодоление оппозиции «свое –– чужое», в культурном контексте, а также стратегии культурного освоения действительности, поведенческие ситуации и «средовое поведение», автор учебника не способствует решению проблемы, а запутывает ее, уводя читателей от конкретных вопросов, помогающих выявить сущность средового дизайна, в область социально-психологических и социокультурных рассуждений, нередко отвлеченных.

Разумеется, дизайнеру полезно знать о механизмах отражения в сознании человека эмоционально воспринимаемых признаков средового окружения, о «распредмечивании» в процессе восприятия и освоения разных форм предметности культуры того творческого замысла, культурного смысла объекта, который в процессе проектирования был «опредмечен» тем, кто его моделировал (дизайнером, архитектором, инженером) [24].

Но при этом нельзя забывать о приоритетах, о том, что первично, а что вторично. Любая предметно-пространственная среда проектируется и создается прежде всего для возможности осуществления тех или иных функциональных процессов в разных видах и формах человеческой жизнедеятельности. Цели, задачи, условия деятельности, характер процессов и функции объектов определяют специфику формирования пространства и предметного комплекса, наполняющего его, как условий и средств реализации процессов жизнедеятельности. При этом учитываются как рациональная, так и эмоциональная стороны этих процессов, воплощающих утилитарное и эстетическое начала в их взаимосвязи.

К сожалению, логика такого анализа проблемы средового дизайна отсутствует в учебнике И. А. Розенсон. То же самое относится и к главам 5 «Мифопоэтика средового восприятия» и 6. «Включенное проектирование в эпоху постмодернизма». Здесь также автор акцентирует внимание читателей на психологии восприятия объектов субъектами и противопоставлении логическому мышлению мифологического, анализу «мифопоэтической модели мира», «эмоционального потенциала архетипов» и «мифологем средового восприятия» как исходных моделей разных жизненных ситуаций и основы смыслообразования в дизайнерском творчестве. И 5 и 6 главы, как уже упоминалось, написаны слишком сложно для студентов и, главное, весьма опосредованно связаны с анализом закономерностей моделирования предметно-пространственной среды. При том, что такие важные аспекты этой проблемы, как типология и особенности проектирования средовых объектов и систем, проектный процесс в средовом дизайне, комплексное формирование объектов и систем разного типа, принципы средового проектирования, вообще не затронуты в учебнике.

Примером по-настоящему профессионального, всесторонне продуманного, логичного, убедительного по структуре и характеру изложения материала (богато иллюстрированного фотографиями, рисунками, схемами, таблицами) учебного издания, специально посвященного проблеме анализа средового дизайна и обучению профессии «дизайн архитектурной среды» является учебное пособие В. Т. Шимко «Архитектурно-дизайнерское проектирование. Основы теории» [1]. Жаль, что автор «Основ теории дизайна» не позаимствовала идей и опыта разработки упомянутой проблемы в этой полезной книге, изданной за два года до ее учебника и почему-то даже не упомянутой в списке литературы.

Последний раздел учебника И. А. Розенсон «Дизайн в информационной среде» еще более, чем второй раздел заполнен отвлеченными от методики и практики компьютерного (информационного) проектирования дизайн-объектов рассуждениями о «перемещении из предметно-пространственной среды в информационную», об «обретениях и утратах при смене форм коллективной памяти», «о монологе, диалоге и полилоге», о понятии «виртуальная реальность», о «соотношении реальностей разного уровня», об «особенностях виртуальной психологии» и «свойствах виртуального события», о «герменевтике виртуального мира».

Все это свидетельствует об эрудированности автора, о ее попытке по-новому осмыслить сущность информационного, «мультимедийного дизайна», но мало что дает как специалистам по прикладной информатике, так и дизайнерам, использующим компьютерные технологии и для проектирования будущих реальных вещей и средовых объектов, будущих реальных объектов визуальной информации разного рода (книг, журналов, плакатов, рекламы, упаковки, фирменных графических стилей и т.д.), и для создания эстетически значимых сайтов разного рода и многих других действительно виртуальных дизайн-продуктов, предназначенных для существования исключительно в мире Интернета. О различии дизайнерского подхода к этим двум, разделяемым по цели использования группам дизайн-продуктов, характеризующимся ориентацией на принципиально разные методы их реализации и применения в жизни людей, в учебнике (в его третьем разделе) ничего не сказано.

Что касается последней, 9 главы «Тропичность виртуальной реальности», по существу посвященной семиотическому аспекту, знаковой сущности объектов медиадизайна (в которой также много отвлеченных рассуждений), то непонятно, почему автор не распространяет этот аспект, действительно важный для теории дизайна, на дизайн реального мира вещей и предметной среды? Или он в первой и второй частях учебника подразумевается и раскрывается в других понятиях и терминах? На эти вопросы нет ответа.

Таким образом, в результате анализа учебника для вузов И. А. Розенсон «Основы теории дизайна» приходится сделать вывод, что и это учебное издание, несомненно превосходящее по серьезности подхода к разработке проблем теории дизайна и попытке новаторского решения поставленных автором задач учебные пособия Н. А. Ковешниковой «Дизайн: История и теория» и В. Ф. Рунге в соавторстве с В. В. Сеньковским «Основы теории и методологии дизайна», не может быть признано по-настоящему соответствующим своему названию. По существу, все эти учебные издания не оправдывают ожиданий читателей.

Список литературы

  1. Шимко В. Г. Архитектурно-дизайнерское проектирование. Основы теории. –– учеб. пособие. –– М.: Архитектура – С, 2004, – 296 с.

  2. Медведев В. Ю. Роль дизайна в формировании культуры: учеб. пособие. –– 2-е изд. –– СПб.: СПГУТД, 2004. –– 108 с.

  3. Глазычев В. Л. О дизайне. Очерки по теории и практике дизайна на Западе. –– М.: Искусство, 1970. –– 192 с.

  4. Вопросы технической эстетики. Вып. 1. (Сборник статей)/ ред. коллегия: Г.Б. Минервин и др. –– М.: Искусство, 1968. –– (ВНИИТЭ).

  5. Вопросы технической эстетики. Вып. 2. Дизайн как предмет научных и социально-философских исследований. (сборник статей)/ ред. коллегия: Г.Б. Минервин и др. –– М.: Искусство, 1970. –– 335 с. (ВНИИТЭ).

  6. Минервин Г. Б. Архитектоника промышленных форм. Системный анализ формообразования в художественном конструировании: автореф. дис. док-ра искусствоведения (техническая эстетика)/ МВХПУ –– М., 1975.–– 41 с.

  7. Дизайн: очерки теории системного проектирования/ Н.П. Валькова, Ю.А. Грабовенко, Е.Н. Лазарев, В.Н. Михайленко. –– Л.: ЛГУ, 1983. –– 183 с.

  8. Аронов В .Р. Теоретические концепции зарубежного дизайна/ В.Р. Аронов. – М.: ВНИИТЭ, 1992. – 122 с. (Библиотека дизайнера. Серия «Зарубежный дизайн»).

  9. Аронов В. Р. Дизайн в культуре XX века. Анализ теоретических концепций: автореф. дис. док-ра искусствоведения (теория и история культуры)/ Российский институт культурологии –– М., 1995. –– 30 с.

  10. Основные термины дизайна: Краткий справочник-словарь/ отв. ред. Л.А. Кузьмичев. –– М.: ВНИИТЭ, 1988. –– 88 с.

  11. Лазарев Е. Н. Основы технической эстетики и художественного конструирования: метод. пособие в помощь лектору. –– Л.: ЛО об-ва «Знание» РСФСР, 1971. –– 26 с.

  12. Лазарев Е. Н. Дизайн как технико-эстетическая система: автореф. дис. док-ра искусствоведения (техническая эстетика) ВНИИТЭ –– М., 1984. –– 32 с.

  13. Лазарев Е. Н. Дизайн машин. –– Л.: Машиностроение, 1988 –– 256 с.

  14. Ковешникова Н. А. Дизайн: История и теория: учеб. пособие. –– М.: Омега-Л, 2005. –– 223 с.

  15. Рунге В. Ф., Сеньковский В. В. Основы теории и методологии дизайна: учеб. пособие. –– 3-е изд. пер. и доп. –– М.: МЗ Пресс, 2005. –– 368 с.

  16. Розенсон И. А. Основы теории дизайна: учебник для вузов. –– СПб,: Питер, 2006. –– 219 с.

  17. Эстетика Морриса и современность/ А.А. Аникст и др. –– М.: Изобразительное искусство, 1987. ––
    256 с.

  18. Мазаев А. И. Концепция «производственного искусства» 20-х годов. –– М.: Наука, 1975. –– 270 с.

  19. Воронов Н. В. Российский дизайн. Очерки истории отечественного дизайна. –– М.: Союз дизайнеров России, 2001, Т1 –– 424 с., Т 2 –– 392 с.

  20. Медведев В. Ю. Сущность дизайна: учеб. пособие. –– 2-е изд., испр. и доп. –– СПб.: СПГУТД, 2007. –– 87 с.

  21. Каган М.С. Морфология искусства. –– Л.: Искусство, 1972. –– 440 с.

  22. Методика художественного конструирования. –– 2-е изд., перераб. –– М.: ВНИИТЭ, 1983. ––
    166 с.

  23. Медведев В.Ю. Принципы и критерии эстетической оценки промышленных изделий –– произведений дизайна: учеб. пособие. –– 3-е изд., испр. и доп. –– СПб.: СПГУТД, 2006. –– 76 с.

  24. Каган М. С. Философия культуры. –– СПб.: ТОО ТК Петрополис, 1996. –– 415 с.

Дизайн. Материалы. Технология. –– 2007. № 2(3). –– С. 34 –– 44.

  1. О СТРУКТУРЕ И СОДЕРЖАНИИ ТЕОРИИ ДИЗАЙНА

Анализируется структура содержания технической эстетики — теории дизайна, концепция которой основана на профессиональном подходе к исследованию сущности формирующегося научного знания о природе дизайна.

Эта статья логически развивает тему предыдущей работы, опубликованной в № 2 (3) журнала за 2007 г. «О теории дизайна в новой учебной литературе», в которой были критически проанализированы два учебных пособия и учебник, частично или полностью посвященные теории дизайна, но по сути не соответствующие своему названию и вводящие читателей в заблуждение [1]. От критического анализа подобной учебной литературы целесообразно перейти к изложению профессионального системного подхода к разработке основ теории дизайна и, прежде всего, к рассмотрению структуры ее содержания.

Теорию дизайна необходимо анализировать не изолированно, а в системах культуры, предметного творчества, проектной деятельности, во взаимосвязях искусства и техники, массового промышленного производства и массового потребления изделий — товаров, естественной природы и «второй природы» — искусственной предметно-пространственной среды в разных сферах и областях жизнедеятельности людей.

Данную область гуманитарного научного знания, по аналогии с искусствоведением, следовало бы называть дизайноведением. Ее структура включает несколько разделов:

1) историю мирового и отечественного дизайна;

2) историю дизайноведческих теоретических концепций;

3) теорию дизайна;

4) философию дизайна;

5) социологию дизайна;

6) методологию дизайна.

История возникновения предпосылок, этапов становления, развития и массового распространения профессиональной дизайнерской деятельности в нашей стране и за рубежом должна представлять собой не просто хронологическое изложение соответствующих явлений, событий, дат, перечисление имен и произведений дизайна, а системно упорядоченный анализ закономерно эволюционирующего процесса, позволяющий понять ход исторического развития этого вида предметного художественного творчества, проектной художественно-технической деятельности, одной из форм материально-художественной культуры. Этому помогает изучение закономерностей эволюции дизайна под влиянием основных групп факторов социального прогресса — научно-технической, социально-культурной и социально-экономической [2]. Извлечение уроков из его истории позволяет сделать выводы о будущем дизайна.

История теоретических концепций дизайна исследует становление и развитие дизайноведения как науки на основе анализа взглядов, точек зрения, различных концепций дизайна, его моделей, излагавшихся чаще всего практиками дизайна и архитектуры, нередко совмещавшими с проектно-творческой деятельностью также педагогическую и теоретическую.

Всерьез о начале развития дизайноведения как осмысления профессии можно говорить лишь с XIX в. Всевозможные рассуждения о так называемом «протодизайне», выводящие истоки дизайна не только из эпох доиндустриального — ремесленного и мануфактурного создания вещей, но даже из первобытного предметосозидания, обусловлены ошибочным распространением видового понятия «дизайн» на гораздо более широкое родовое понятие «предметное творчество», иначе говоря, неоправданным и неосознаваемым смешением этих понятий. Родовое понятие «предметное творчество» включает в себя и понятие «дизайн» [2].

Теория дизайна (структуре содержания которой и посвящена эта статья) ориентирована на исследование закономерностей художественного творчества в сфере техники, которые она раскрывает, изучая взаимосвязи между людьми и создаваемыми по проектам дизайнеров объектами материально-художественной культуры в условиях разнообразной среды жизнедеятельности людей, где эти взаимосвязи и осуществляются. Теория дизайна формулирует требования не только к разным объектам, создаваемым средствами промышленного производства (изделиям, их наборам, комплектам, комплексам, системам), но и к предметно-пространственной среде, в которой эти объекты функционируют, используются и эстетически воспринимаются.

Это обусловливает комплексное изучение социальных, эстетических, функциональных, эргономических, технико-технологических и ряда других аспектов формирования предметной среды в различных сферах жизнедеятельности людей и создает научно-методические основы дизайна.

Философия дизайна (один из наименее разработанных разделов дизайноведения) должна исследовать взаимодействие дизайна и природы, дизайна и общества, дизайна и человека в системе бытия, т.е. онтологически. Это подразумевает изучение экологических аспектов проблемы взаимовлияния дизайна и природы, социологических аспектов взаимосвязи дизайна и общества, антропологических аспектов проблемы взаимоотношений дизайна и человека. Поскольку дизайн является одной из форм культуры (форм предметности духовной, материальной и художественной ее сфер), а сама культура порождается, формируется и развивается обществом, его макро- и микрогруппами и индивидами, то с философских позиций онтология дизайна должна исследоваться и культурологически. Это означает рассмотрение проблем взаимосвязи дизайна и природы, дизайна и общества, дизайна и человека в системе культуры.

Социология дизайна ориентирована на изучение системы социально значимых функций дизайна (содержание которых отражает многоаспектность его социально-культурной сущности); формирования ценностных ориентаций различных групп общества средствами дизайна; знаково-коммуникативной сущности и социального символизма мира вещей и предметной среды как произведений дизайна; роли дизайна в формировании материальной и духовной сфер культуры под воздействием художественного начала в дизайне [3].

Методология дизайна нацелена на упорядочение и систематизацию конкретной многообразной практической дизайн-деятельности на основе исследования ее закономерностей и методических идеалов для достижения необходимых результатов наиболее целесообразными и эффективными способами.

Определяя дизайн как проектно-творческую, художественно ориентированную деятельность, исследуя разные типы методик, ориентированных на решение различных задач, методология исследует структуру и категории проектной деятельности дизайнера; процесс дизайн-проектирования, его стратегию и тактику; художественно-образное проектирование; структуро-, формо- и смыслообразование в дизайне; все многообразие средств дизайн-проектирования; взаимосвязь дизайн-анализа и дизайн-синтеза на предпроектной исследовательской, проектной, послепроектной стадиях дизайн-деятельности, а также дизайн-анализ в экспертной деятельности [4].

Теория дизайна (как и теория какой либо иной отрасли научного знания) должна характеризоваться полнотой, целостностью и непротиворечивостью и в идеале представлять собой систему основных идей, дающих в совокупности истинное представление о закономерностях и существенных связях особого вида художественно-технической проектно-творческой деятельности, названной дизайном.

Критерий истинности этих идей — практика, а непротиворечивость положений теории проверяется логикой. В этой теории обязательно должны быть сформулированы ключевые понятия дизайна, выражаемые соответствующими терминами с их определениями, предмет и объект дизайн-деятельности, ее типология, цель, социально значимые задачи и функции дизайна, его основные принципы и закономерности.

Несмотря на то, что теория дизайна до настоящего времени еще не может считаться вполне сформировавшейся отраслью научного гуманитарного знания, полностью отвечающей указанным выше требованиям (фундаментальные труды по теории дизайна, насколько нам известно, отсутствуют не только в нашей стране, но и за рубежом), анализ, обобщение и развитие продуктивных теоретических концепций отечественных специалистов, внесших свой вклад в разработку технической эстетики [1], позволяют логически обосновать структуру основ науки о дизайне и кратко описать содержание этих структурных компонентов в их взаимосвязи.

Различные научные аспекты дизайнерской деятельности, ее эволюция, социально-культурный смысл и сущность, взаимоотношения с родственными видами творчества и отличие от них изложены в работах автора [2, 3, 5 – 9]. Систематизация основных положений наиболее убедительных концепций технической эстетики позволяет сделать вывод, что структуру основ теории дизайна составляют следующие разделы ее содержания:

1) ключевые понятия, основные категории дизайна;

2) типология дизайнерской деятельности;

3) цель, функции и задачи дизайна;

4) принципы и закономерности дизайна;

5) дизайн как проектное моделирование;

6) дизайн в системе предметного творчества;

7) дизайн в системе предметного мира культуры;

8) композиционное формообразование в дизайне;

9) художественный образ объектов дизайна;

10) стиль и мода в дизайне.

Совокупность элементов структуры должна отвечать критерию необходимости и достаточности основных положений, характеризующих закономерности и существенные связи дизайнерской деятельности. К ключевым понятиям — основным категориям дизайна — относятся определение дизайна (его практики и теории), предмет дизайна, объекты дизайна, основной метод дизайна, основные рабочие категории дизайна.

Этимология, смысл и различные определения дизайна, еще в середине XX в. сформулированные зарубежными и отечественными специалистами, изложены в работе [5]. Автором предложено собственное определение дизайна, которое он использовал в курсе лекций по дисциплине «Основы истории и теории дизайна»: «Дизайн — это творческий метод, процесс и результат художественно-технического проектирования промышленных изделий, их комплексов и систем, ориентированного на достижение наиболее полного соответствия создаваемых объектов и среды в целом возможностям и потребностям человека — как утилитарным, так и эстетическим» [5, с. 13].

Дизайн — это специфический вид проектной деятельности, объединивший художественное

предметное творчество и научно обоснованную инженерную практику в сфере индустриального производства. Практика дизайна в нашей стране довольно долго именовалась художественным конструированием (начиная с 1920 х годов — времени деятельности ВХУТЕМАСа — ВХУТЕИНа). Этот термин не утратил своего значения и сейчас, хотя и был в конце XX в. вытеснен более кратким термином «дизайн». Теория дизайна в нашей стране называлась «технической эстетикой» (этот термин еще в 1954 г. был введен в научный оборот чешским дизайнером П. Тучны). Такое название закреплено официально в России за научной специальностью 17.00.06, по которой выполняются и защищаются кандидатские и докторские диссертации по теории дизайна.

Предметом дизайна (тем, на что направлена дизайн-деятельность) является создание гармоничной, содержательной и выразительной формы объекта, в которой отражается средствами и приемами композиции целостное значение его потребительной ценности.

Объектом дизайна может стать практически любое техническое промышленное изделие (комплект, ансамбль, комплекс, система) в любой сфере жизнедеятельности людей, где социально-культурно обусловлено (в той или иной степени) человеческое общение.

За пределами сферы дизайна остаются объекты архитектурного и инженерного проектирования.

Основным методом дизайна является художественно-образное моделирование объекта дизайн-проектирования посредством композиционного формообразования. Оно базируется на результатах анализа утилитарных и эстетических запросов и предпочтений определенных групп потребителей, с учетом ситуаций и среды использования и восприятия объекта, а также анализа функций объекта, конструкционных и отделочных материалов и технологии изготовления изделия.

К основным рабочим категориям дизайна относятся следующие: образ, функция, морфология, технологическая форма, эстетическая ценность. Их смысл и определения изложены в работе [5].

Типология дизайнерской деятельности, структурированной по нескольким основаниям (признакам систематизации) в целях выявления ее областей, направлений, специализаций и видов, приведена в работе [5]. Здесь целесообразно обратить внимание на специализацию дизайн-деятельности по классам, группам и видам объектов дизайна, а также систематизацию видов дизайна по признаку значимости для них категорий «утилитарное» и «эстетическое».

Специализация дизайн-проектирования по видам объектов дизайна (объединяемым в группы, классы) представлена в 12 разделах:

1) дизайн машин, приборов, инструментов;

2) дизайн средств транспорта и среды транспортирования;

3) дизайн изделий быта культурного и хозяйственного назначения;

4) дизайн мебели (различных сфер деятельности людей);

5) дизайн одежды, белья, головных уборов, обуви;

6) дизайн текстиля;

7) дизайн интерьера (помещений различного назначения);

8) дизайн игр и игрушек;

9) дизайн украшений и сувенирных изделий;

10) дизайн экспозиций, шоу, массовых празднеств, спорта;

11) дизайн городской предметной среды;

12) дизайн визуальной информации, рекламы, тары, упаковки, фирменных графических стилей.

Систематизация видов дизайна, группируемых в зависимости от приоритета в них либо утилитарного, либо эстетического начала, либо их гармонии, а также от ориентации дизайна на предметный, процессуальный или деятельностный уровень подхода к проектированию, проанализирована в работах [5] и [9]. К видам дизайна с приоритетом утилитарного начала относятся нон-дизайн и инженерный дизайн.

Наиболее распространенные виды дизайна, характеризующиеся гармонией утилитарного и эстетического начал, это системный дизайн и художественное конструирование отдельных изделий (так называемый «штучный дизайн»). Виды дизайна с приоритетом эстетического начала — это весьма распространенный стайлинг (формально-эстетическая модернизация серийно выпускаемых изделий разных видов, тесно связанная с явлением моды) и арт-дизайн, чаще всего представляющий выставочный, демонстрационный дизайн уникальных авторских образцов вещей-артефактов, утилитарные функции которых завуалированы, отстранены или вообще сняты авторами этих произведений.

«Целью дизайна как феномена современной культуры является содействие повышению качества жизни людей и совершенствованию социально-культурных отношений между ними путем формирования гармоничной предметной среды и ее компонентов во всех сферах жизнедеятельности людей для удовлетворения всего многообразия их материальных и духовных потребностей» [5, с. 39].

У коммерчески ориентированного дизайна цель заключается в создании привлекательных вещей-товаров для увеличения их сбыта и формирования потребительской психологии широких масс населения путем фетишизации мира вещей, обладающих значением престижной ценности.

Цель социально-культурно ориентированного дизайна обусловливает структуру его общественно значимых функций. Эти функции осуществляются в процессе и результатах постановки и решения социально значимых групп задач дизайна.

В систему взаимосвязанных функций дизайна, определяющих его роль в формировании культуры человека и общества [3], входят следующие:

1) преобразовательная (конструктивно-морфологическая);

2) познавательная (гносеологическая);

3) ценностно-ориентационная (аксиологическая);

4) общения (коммуникативная);

5) социально-экономической эффективности;

6) защиты окружающей среды (экологическая);

7) адаптационная;

8) воспитательная;

9) художественная;

10) гедонистическая (эстетического наслаждения).

Основные социально значимые задачи (группы задач) дизайна как профессии заключаются в следующем:

1) преобразование предметной среды во всех сферах и областях жизнедеятельности людей с учетом человеческого фактора (с позиций как эргономических, так и эстетических требований);

2) обеспечение в комплексных разработках промышленной продукции оптимальности структуры и состава ее номенклатуры (типажа) и ассортимента, а также высокого уровня потребительских свойств изделий;

3) обеспечение социальной обоснованности и экономической эффективности производства и сбыта промышленных изделий (с учетом требований экологии);

4) обеспечение эффективности потребления изделий (с учетом требований экологии);

5) повышение общей и художественной культуры, воспитание эстетического вкуса людей (благодаря знаково-коммуникативной сущности произведений дизайна как носителей определенной системы ценностей культуры).

К основополагающим принципам дизайн-деятельности относятся следующие:

1) системности;

2) научной обоснованности;

3) коллегиальности;

4) методической обусловленности;

5) гуманистической направленности.

Эти принципы проектно-творческой деятельности в дизайне взаимосвязаны с определенными ее закономерностями, выражаемыми в системе соответствующих категорий.

Принципы и закономерности дизайна вместе с рассмотренными выше целью, функциями и социально значимыми задачами дизайна формируют его методологическую базу.

Рассмотрение дизайна в системе проектной деятельности (входящей, в свою очередь, в систему видов человеческой деятельности) позволяет проанализировать особенности этого вида проектно-творческой деятельности, выявить специфику ее структурных элементов — субъекта, объекта (дизайн-проекта и дизайн-продукта), дизайн-процесса и среды деятельности; уяснить методические и процессуальные взаимосвязи и отношения элементов; определить особенности и взаимоотношения инженерного и дизайнерского видов проектирования [4].

Здесь следует остановиться на специфике дизайна как проектного моделирования, выявив его место в системе основных видов моделей. Моделирование — суть проектирования. В широком смысле — это отражение каким либо способом наиболее существенных характеристик, процессов, взаимосвязей реально создаваемых объектов и явлений.

Проектная деятельность — это идеальная (невещественная) форма преобразовательной деятельности, объектами которой могут быть природа, общество, человек и сам субъект деятельности. Основной смысл проектирования заключается в возможности свободно варьировать способами, путями решения проектных задач, трансформацией самого проекта (или его частей), не выходя за пределы знакового опыта. Это позволяет находить оптимальные решения до того, как реализация проекта станет свершившимся фактом.

Основные группы моделей делятся на реальные, абстрактные и иконические. К первой группе относятся функциональные модели (например, в биологии, социологии), а также физические модели (как правило, это полномасштабные или масштабно уменьшенные макеты или действующие модели физических объектов — устройств, механизмов, приборов и т. п.).

К группе абстрактных моделей относятся математические модели, числовые модели (например, расчеты, имеющие конкретное числовое содержание) и логические модели (логические формулы, описания, схемы).

К группе иконических (конкретных) моделей относятся различные графические модели, образы, двух- и трехмерные изображения (условные или реальные). Это могут быть чертежи, рисунки, ортогональные или аксонометрические цветные или черно-белые тоновые изображения. Компьютерные технологии позволяют сегодня создавать как статические, так и динамические (кинетические) изображения, демонстрировать трансформацию объектов.

Проектное моделирование в дизайне использует как иконические модели (графические демонстрационные трехмерные и двухмерные цвето-тоновые изображения, статические или динамические), создаваемые в настоящее время в основном компьютерным способом, так и реальные физические модели (рабочие или демонстрационные макеты или действующие модели будущих реальных объектов).

В качестве вспомогательного материала, создаваемого в сотрудничестве с другими специалистами при разработке сложных системных объектов, в дизайне могут использоваться при необходимости и функциональные (при эргономическом проектировании), и числовые (расчеты), и логические модели.

Место дизайна в системе предметного творчества можно определить по следующей типологии, демонстрирующей «спектральный ряд» видов предметного творчества от сугубо утилитарно ориентированных и лишенных эстетического начала до сугубо художественно ориентированных.

Существуют следующие виды предметного творчества (так называемый «спектральный ряд» предметного творчества):

1) инженерно-техническое проектирование промышленной продукции (в доиндустриальную эпоху создание ремесленными способами сугубо утилитарных вещей);

2) инженерно-техническое проектирование строений, сооружений (в доиндустриальную эпоху создание ремесленными способами сугубо утилитарных сооружений, построек);

3) инженерная архитектура;

4) инженерный дизайн;

5) архитектура;

6) дизайн-архитектура;

7) дизайн;

8) декоративно-прикладное искусство;

9) арт-дизайн;

10) декоративное искусство.

Дизайн вместе с архитектурой (в том числе дизайн-архитектурой) и декоративно-прикладным искусством (профессиональным и народным) входят в группу архитектонических искусств, олицетворяющих предметное художественное творчество.

Виды предметного творчества под № 1, 2 лишены художественного начала — это чисто утилитарное предметное творчество. Виды № 3 и 4 представляют собой переходные формы от предметного творчества к предметному художественному творчеству. Виды № 9 и 10, утратившие утилитарное начало, примыкают к сфере изобразительных искусств, имеющих, в отличие от бифункциональных архитектонических искусств (в которых соединяются утилитарно-практическое и художественное начала), одну функцию — художественную [2].

Анализ структуры предметного мира культуры позволяет выявить место дизайна в сферах духовной, материальной и художественной предметности культуры [2].

Основными формами предметности духовной сферы культуры являются знания, ценности и проекты. Основные формы предметности материальной культуры — это человеческое тело, вещи, социальные организации.

В сфере художественной предметности культуры — это воплощенные художественные образы (типы образных структур, свойственных разным классам, семействам, видам, жанрам многообразного мира искусств) [10].

В сфере предметности духовной культуры дизайн функционирует в проектных формах ее бытия. Среди основных типов проектов, включающих проекты практического (обыденного) сознания, технические (сугубо утилитарные), социальные, педагогические, религиозные проекты, проекты игрового сознания и художественно-образные проекты, дизайн представлен особым типом проектов, соответствующих его сущности. Это художественно-технические проекты.

В сфере материальной культуры дизайн реализуется среди основных типов такой формы ее предметности, как вещи (в широком смысле этого понятия). Они подразделяются (в рассматриваемом аспекте вопроса) на практически полезные вещи (утилитарно самоцельные), символические, ритуально-обрядовые вещи (семиотически самоцельные), декоративные (эстетически и гедонистически самоцельные), игровые (игры, игрушки), изображаемые вещи (образ вещи в искусстве).

Произведения дизайна представляют собой такой тип вещей, как прекрасно-полезные вещи (т.е. вещи и утилитарно и эстетически самоцельные).

Таким образом, художественно-технические проекты, относящиеся к сфере духовной культуры, в сфере материальной культуры воплощаются в прекрасно-полезных вещах. И благодаря дизайну материальная вещь становится носительницей духовного смысла. В сфере художественной культуры дизайн творит художественный образ объекта проектирования, при этом художественный образ из идеальной, духовной формы — проектной — переходит в материальную, превращаясь в воплощенный художественный образ.

Дизайн (вместе с архитектурой и прикладным искусством) способствует формированию материально-художественной целостности культуры, входя в ее состав как одна из форм ее бытия. Дизайн связывает материальное с духовным в культуре на основе художественного [3].

Композиционное формообразование в дизайне — это категория художественно-технического проектирования, интегрирующего принципы дизайнерского и технического творчества. Она выражает процесс становления и созидания формы объекта в соответствии с общими ценностными установками культуры и определенными принципами, имеющими отношение к эстетической выразительности будущего произведения дизайна, его функции, конструкции, технологии и материалу.

В процессе формообразования изделия ставятся и решаются задачи разработки функционально-конструктивной, технологической и пространственно-пластически-колористической составляющих его структуры и формы как взаимосвязанных компонентов единого целого (утилитарно и эстетически значимого).

Средства и методы композиционного (художественно-конструкторского) формообразования нацелены на решение задачи привнесения человеческой меры в объекты промышленного производства, выявления культурного смысла проектируемой вещи для человека в определенной среде и сфере жизнедеятельности.

В работе [5], помимо сущности и определения художественно-конструкторского формообразования, рассмотрены его отличия от технико-конструкторского формообразования. Уделено внимание системе основных факторов композиционного формообразования объектов дизайна, а также композиции как инструменту гармонизации структуры и формы проектируемых изделий. Специально проанализировано формирование и сущность художественной образности произведений дизайна.

Формообразующие факторы — это предпосылки гармонизации формы посредством средств и приемов композиции на основе ее принципов и закономерностей. Без применения средств и приемов композиции формообразование может быть лишь функционально, эксплуатационно, конструктивно, технологически и экономически целесообразным.

Но и сама по себе композиция (как чисто компоновочная деятельность) без учета принципов и закономерностей формообразования, т.е. без учета закономерных связей факторов формообразования как системы, организующей сущностную структуру объекта проектирования, рискует остаться на уровне формальной организованности внешнего вида изделия (при всех возможных приемах достижения ее оригинальности, новизны, необычности).

Профессиональный подход к композиционному формообразованию изделий должен базироваться на понимании закономерностей взаимосвязей основных формообразующих факторов (определяющих утилитарно-техническую и социально-культурную составляющие сущности объекта дизайн-проектирования), а также процессов отражения, воплощения, гармонизации и восприятия этой двуединой сущности вещи, выражаемой в особенностях ее структуры и формы.

Система факторов, формирующих утилитарно-техническую сущность изделия, определяет формообразование конструкции как результата технической реализации рабочей функции изделия, его утилитарного назначения и способа использования.

Система факторов, формирующих социально-культурную сущность изделия, определяет композиционное формообразование как результат гармонизации структуры и формы изделия. Эта гармонизация предполагает отражение в форме и воплощение в ней как социально-культурной, так и утилитарно-технической сторон сущности (содержания) объекта разработки, что достигается интегрированием конструкции и композиции, слиянием утилитарного и эстетического начал (пользы и красоты) в целостной форме произведения дизайна.

Задача дизайнера, заключающаяся в гармонизации структуры и формы проектируемого изделия, решается воплощением в объемно-пространственной структуре, тектонике, пластике, колористике вещи, графических элементах ее формы как утилитарно-технически, так и эстетически значимого содержания объекта разработки.

В результате гармонизации структуры и формы изделия средствами и приемами композиции рождается форма, обладающая композиционной целостностью, художественной образностью и эстетической выразительностью.

При условии точности воплощения проекта в готовом изделии и совершенства промышленного изготовления серийной продукции (обеспечиваемого высокой культурой производства) эстетическое совершенство дизайн-продукта материализуется в промышленном изделии (серии изделий).

Композиция в дизайнеэто средство, процесс и результат гармонизации структуры и формы разрабатываемого дизайнером объекта — изделия, набора изделий, комплекта, ансамбля, предметной среды.

Главными категориями композиции являются объемно-пространственная структура, тектоника и колорит (закономерное гармоничное сочетание цветов в композиции объекта).

Основными принципами композиции любых объектов дизайна, учет которых призван обеспечивать достижение их композиционной целостности, являются:

— единство целого и частей формы;

— соподчиненность элементов формы;

— уравновешенность элементов формы;

— соразмерность элементов формы.

Основными средствами композиции первого уровня являются:

пропорции (соразмерность элементов формы, согласованная система отношений между собой и целым);

ритм (закономерное чередование соизмеримых элементов формы, их акцентирование, повторение, нарастание, убывание);

масштаб (мера соответствия предмета размерам человеческого тела или другим предметам, выявляемая при их сопоставлении).

Основные средства композиции второго уровня — это:

симметрия – асимметрия;

динамика – статика;

контраст – тождество – нюанс.

Приемы композиции –– это процесс художественно обоснованного выбора и применения средств композиции: пропорционирование, ритмизация, нюансировка, контрастирование и т.п.

Композиционная целостность создает у субъекта восприятия произведения дизайна впечатление красоты гармонично организованной формы.

Гармония формы и сущности изделия — это выраженность в форме как утилитарно-технической, так и социально-культурной сторон его содержания, способствующая достижению содержательности формы.

Первая составляющая отражает красоту целесообразности формы, вторая — красоту ее образности. Вместе с красотой гармонической организованности формы они представляют собой разные грани красоты произведения дизайна, тесно взаимосвязанные и взаимообусловленные.

Анализируя результат композиции объекта по характеризующим его эстетическим свойствам, сгруппированным в соответствии с критериями эстетической оценки [6], используя при этом систематизированный набор эстетических мер (как реальных, так и идеальных), профессиональный дизайнер, равно как эксперт или критик-искусствовед, в своем аргументированном ценностном суждении определяет меру эстетической ценности конкретного объекта. Это определение в конечном итоге сводится к выявлению степени соответствия оцениваемого объекта эстетическому ценностному идеалу. Совпадение реального с идеальным обусловливает восприятие вещи как красивой для субъекта эстетической оценки.

Художественный образ объектов дизайна характеризует одну из главных целей композиции. Идея художественного образа пронизывает и творческий метод, и процесс, и результат дизайн-проектирования, ориентированный на эстетическое восприятие дизайн-продукта.

Сущность данного понятия может быть выявлена только во взаимосвязи с понятиями «художественная и эстетическая ценности», «культурный смысл объектов дизайна», «знаковая функция вещи» и «стиль в дизайне» [5].

В дизайне тесно взаимосвязаны прекрасное и полезное, эстетическое и художественное, конкретно-материальное и знаково-образное начала. Эстетические ценности в творчестве дизайнера неразделимы с общекультурной и социальной проблематикой.

В мире ценностей эстетическая и художественная ценности представляют собой категории особого рода, связанные с формой существования объекта, отнесенной к определенному культурно значимому содержанию, рассмотренному как содержательная форма. Такая форма всегда целостна, поскольку она основана на всей совокупности доступной информации об объекте.

Эстетическая и художественная ценности близки друг другу, взаимосвязаны, но не тождественны. Эти родственные виды ценностей различаются не только по широте распространения, но и по содержанию.

Эстетической ценностью могут обладать самые разные вещи и сооружения, создаваемые людьми (продукты художественного предметного творчества), естественная природа, окружающая человека, разнообразные ее объекты и явления, сам человек во всем многообразии его деятельности, образа и стиля жизни.

Сфера эстетических ценностей шире сферы художественных ценностей по охвату включаемых в нее объектов.

Сфера художественных ценностей ограничивается произведениями мира искусств (его классов, семейств, видов, жанров) — пространственных, пространственно-временны́х и временны́х. К первым относятся и различные виды архитектонического искусства — архитектура, виды прикладного искусства и дизайн.

Но пространство мира художественных ценностей, являясь результатом взаимодействия и эстетических и внеэстетических ценностей, в этом плане шире и глубже мира эстетических ценностей.

В объектах дизайна функционально-конструктивная структура, отражающая их утилитарно-техническую сущность, равно как и знаково-коммуникативные признаки формы, выражающие культурный смысл вещи для человека, ее духовную сущность, получают художественно-образное осмысление и воплощение.

Между красотой и образной выразительностью вещей — объектов дизайна — не может быть резкой границы. Художественная информативность и ценность обязательно включают эстетическое как свой компонент и без него невозможны. Сами переходы от великолепия, красоты, элегантности, изящества к образной выразительности разного рода постепенны, плавны, «спектральны».

Деятельность дизайнера может ограничиваться приданием утилитарному объекту лишь эстетической ценности (благодаря гармонизации формы), но может подниматься и до решения более сложной задачи — формирования художественной образности, а значит и создания художественной (а не только эстетической) ценности.

В предметном окружении человека далеко не всегда необходима художественная ценность всех его компонентов. Нередко достаточно и эстетической ценности. Объекты дизайна становятся одновременно и носителями художественных значений, если необходимо художественно-образное осмысление их культурной роли в соответствующих ситуациях и среде жизнедеятельности людей [5]. Чем более объект дизайна рассчитан на его сосредоточенное лицезрение и духовное осмысление, тем шире возможности организации эмоциональной атмосферы, соответствующей определенной жизненной ситуации и среде. Это и достигается приданием объекту художественно-образного значения, глубина и сила которого делают произведение дизайна носителем художественной ценности.

Многие виды и типы изделий бытового назначения могут и по отдельности обладать художественной, а не только эстетической ценностью.

Но гораздо большие возможности достижения художественной образности представляют дизайнерам комплексы, ансамбли, предметно-средовые и предметно-процессуальные системы, функционирующие и воспринимаемые в разных сферах жизнедеятельности людей. Эмоциональное воздействие художественных образов подобных комплексных объектов дизайна (как и архитектуры) неизмеримо сильнее, чем отдельных объектов с их локальной художественной ценностью [5].

Художественно-образное проектирование ориентировано на отражение культурного смысла вещи в проектном образе. Смыслообразование является одним из ключевых аспектов решения проектной задачи в целях достижения гармонии формы и двуединой сущности вещи (утилитарно-технической и духовно-ценностной).

Главный смысл вещи — это ее роль, которую она призвана выполнять в целостном социально-культурном контексте жизнедеятельности. Моделирование главного смысла в проектном образе вещи — это и тема проектной разработки, и суть процесса смыслообразования.

С позиций семиотики, творческий процесс завершается воплощением замысла в художественном тексте — системе знаков, в которых «закодирована» художественная информация. На основе заключенного в этой информации смысла формируются внезнаковые образования — художественные образы.

Спецификой дизайна, в отличие от таковой у изобразительных искусств, литературы, театра, кино, является не изображение окружающего мира (с выражением отношения авторов произведений искусств к изображаемому, со своим видением этого мира), а выражение сущности проектируемой вещи, ее культурного смысла для определенных групп потребителей с учетом их ценностных идеалов, запросов и предпочтений.

«Закодированная» в визуально воспринимаемых признаках формы вещи художественно значимая информация проявляется в стилевой характерности произведения дизайна.

«Стиль в дизайне (как одной из форм культуры) — закономерное единство всех элементов формы изделия (набора, комплекса, системы, ансамбля, среды), воплощаемое в определенной системе устойчивых характерных признаков, обеспечиваемых общностью применяемых композиционных приемов, формирующих художественный образ произведения дизайна» [7, с. 10].

Художественный образ реализуется в стиле произведения дизайна, воплощается в стилевых признаках его формы, отражающей, с одной стороны, особенности его утилитарно-технической, а с другой — социально-культурной составляющей сущности [5].

Приведенное выше определение стиля в дизайне выявляет взаимосвязь категорий художественного образа, композиции и стиля в дизайнерском творчестве. Решая задачи гармонизации формы и содержания в разрабатываемом объекте, дизайнер целенаправленно отбирает и использует средства и приемы композиции, позволяющие достичь художественной образности и эстетической выразительности объекта посредством стилеобразования.

Стиль призван одухотворять утилитарно-техническое начало вещей, превращая практически полезный предмет в продукт материально-художественной культуры.

Проблеме стиля и моды в дизайне специально посвящено одно из учебных пособий автора [7]. Вопросы формирования и функционирования в сфере дизайна таких социально-культурно и художественно значимых явлений, как стиль и мода, рассматриваются (в отличие от широко распространенного изучения и понимания моды лишь применительно к одежде) с ориентацией на самые разные группы и виды изделий бытового назначения — объекты дизайна, поскольку это оправдано и логически (исходя из социально-культурной сущности моды), и фактически (сфера функционирования моды охватывает многие области жизни людей, их поведение). Тенденции развития стилевых и модных направлений формообразования характерных групп изделий — объектов дизайна — в XX в. проанализированы как на примерах вещей, имеющих глубокие корни своего развития в доиндустриальную эпоху предметного художественного творчества (мебель, светильники для жилища, женская одежда), так и вещей, порожденных научно-техническим прогрессом (легковые автомобили и фотоаппараты).

В этом издании исследовано развитие смыслового содержания термина «стиль» и постепенное расширение границ его применения. Сформулированы определения понятия «стиль» в разных сферах его формирования: в культуре в целом, в образе жизни людей, в искусствах (как сфере художественной культуры) и в дизайне (как одной из форм культуры) [7].

Рассмотрена типология стиля в культуре, искусствах и дизайне. Представленные типологические структуры демонстрируют иерархию разных по сложности, общности, масштабу уровней — типов стиля, с использованием принципа «от сложного к простому», от крупного масштаба к мелкому. Эти иерархически сформированные слои — уровни стиля в разных сферах его формирования и функционирования, раскрываемые на конкретных примерах, — не являются привычной для искусствоведения систематизацией стилей разных эпох, периодов, стадий развития культуры, искусства и дизайна.

Целью разработки таких типологий явилась необходимость показать многослойность, разноплановость и разномасштабность структуры явления «стиль».

Проанализированы закономерности и факторы стилеобразования в культуре, искусствах и дизайне. Стилеобразование в мире дизайна определяется спецификой его природы, представляющей собой особую форму интеграции научной, художественной и технической деятельности. Оно базируется на складывающихся в определенный исторический период развития общества мировоззрении и мироощущении его макро- и микрогрупп и индивидов. Эти факторы формируют широкий круг ценностных установок, ориентаций, предпочтений людей, активно влияющих на их образ и стиль жизни. Формирование жизненных стилей в разных слоях, группах общества обусловливает подход к стилеобразованию предметной среды в разных сферах и областях жизнедеятельности людей.

С одной стороны, особенности стилеобразования в дизайне заключаются в диалектическом взаимодействии факторов научно-технического и социально-экономического прогресса, а с другой — факторов стилеобразования многообразного мира искусств, многие художественные ценности, средства и методы которого активно осваивались и преобразовывались дизайном для решения собственных творческих задач.

Отдельная глава посвящена анализу явления «мода». Рассмотрены сущность и определения этого понятия.

В XX в. мода сформировалась именно как явление массовое, не сравнимое по масштабам распространения среди населения в прежние века ни по охвату практически всех социальных слоев и групп общества, ни по степени вовлеченности в сферу функционирования моды самых разных объектов и явлений в культуре общества, ни по степени преодоления границ разных регионов мира.

«Мода — специфическая форма социальной регуляции массового поведения людей в условиях развития массовой культуры, обусловленной во многом развитием разнообразных средств массовой информации, рекламирующих продукты массового производства для их массового потребления» [7, с. 35].

«Мода опирается на стилизацию как воспроизведение отдельных наиболее характерных признаков стиля, представляющую собой ценностную ориентацию той или иной группы общества» [7, с. 36].

Структурно мода включает в себя следующие тесно взаимосвязанные компоненты: модные стандарты, модные объекты, ценности моды (первичные и вторичные) и модное поведение.

Мода отличается от стиля прежде всего гораздо большей изменчивостью, периодичностью смены и цикличностью образцов массового поведения, основанных на сменяющих друг друга модных ценностях, модных стандартах, воплощаемых в модных объектах. В отличие от стиля как целостного образования, мода не обладает функционально организованным единством, характеризует более кратковременные и поверхностные изменения модных объектов, формообразование которых в сфере моды осуществляется по принципу репродуцирования.

Степень ценности, актуальности в данный период времени совокупности запоминающихся стилевых признаков может способствовать превращению вещей — носителей таких признаков стиля — в модные объекты.

Список литературы

  1. Медведев В. Ю. О теории дизайна в новой учебной литературе // Дизайн. Материалы. Технология. — 2007. — № 2 (3). — С. 34 –– 44.

  2. Медведев В. Ю. Основные факторы эволюции дизайна: учеб. пособие. — СПб.: Шик, 2007. — 218 с.

  3. Медведев В. Ю. Роль дизайна в формировании культуры: учеб. пособие. — 2 е изд., испр. — СПб.: СПГУТД, 2004. — 108 с.

  4. Методика художественного конструирования. — 2 е изд., перераб. — М.: ВНИИТЭ, 1983. — 166 с.

  5. Медведев В. Ю. Сущность дизайна: учеб. пособие. — 2 е изд., испр. и доп. — СПб.: СПГУТД,
    2007. — 91 с.

  6. Медведев В. Ю. Принципы и критерии эстетической оценки промышленных изделий — произведений дизайна: учеб. пособие. — 3 е изд., испр. и доп. — СПб.: СПГУТД, 2006. — 76 с.

  7. Медведев В. Ю. Стиль и мода в дизайне: учеб. пособие. — 2 е изд., испр. и доп. — СПб.: СПГУТД, 2005. — 256 с.

  8. Медведев В. Ю. Структура и особенности категории «стиль» в пространственных искусствах и дизайне // Вестник СПГУТД. — 2005. — № 11. — С. 93 –– 99.

  9. Медведев В. Ю. Арт-дизайн в мире дизайна // Вестник СПГУТД. — 2007. — № 13. — С. 131

–– 137.

  1. Каган М. С. Философия культуры. — СПб.: Петрополис, 1996. — 415 с.

Дизайн. Материалы. Технология. –– 2008. –– № 4(7) –– С. 17 –– 25.

  1. СВЯЗИ И ОТНОШЕНИЯ АРХИТЕКТОНИЧЕСКИХ ИСКУССТВ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ ПРЕДМЕТНОГО ТВОРЧЕСТВА

В статье рассматриваются взаимосвязи и отношения дизайна, архитектуры и прикладного искусства как видов архитектонических искусств, входящих в сферу предметного творчества на современном этапе его эволюции.

Несмотря на существование обширной и весьма разнообразной научной и популярной, зарубежной и отечественной литературы, посвященной архитектуре, дизайну и прикладным искусствам, в очень немногих работах данной области искусствознания специально уделяется внимание связям и отношениям этих видов архитектонических искусств и тем более их рассмотрению в системе предметного художественного творчества.

Отчасти это объясняет различие концепций дизайна, представленных в его профессиональной историографии, неадекватность суждений о природе дизайна, его реальной социально-культурной сущности, а также расхождение представлений о его генезисе, сфере распространения, типологии его объектов, признаках, роднящих его с архитектурой и прикладным искусством и отделяющих его от них.

Во избежание заблуждений о сущности дизайна, закономерностях его эволюции, типологической структуре, социально значимых целях, функциях и задачах (этим вопросам посвящены учебные пособия автора статьи [1], [2]), проблему специфики дизайна необходимо исследовать, не замыкаясь в рамках только самой дизайн-деятельности. Ее следует анализировать, рассматривая дизайн в системе родственных видов архитектонического творчества, исторически сформировавшихся и развивающихся в системе более высокого порядка –– предметного творчества, пересекающейся с системой многообразного мира искусств.

Традиционное искусствоведение рассматривало историю искусств как историю эволюции стилей, при этом архитектура исследовалась в ряду изобразительных искусств. Это характеризовало труды многих историков искусств от И. Винкельмана до Э. Кон-Винера и Г. Вельфлина. Переизданная не в первый раз на русском языке уже в начале этого века книга Э. Кон-Винера «История стилей изобразительных искусств», в которой наряду с живописью и скульптурой анализируются и стили в архитектуре, отражает упомянутый традиционный подход к истории искусств [3].

Правда, в самой последней главе книги автор обращает внимание читателей на функциональную обусловленность структуры и формы архитектурных сооружений, как и упоминаемых вскользь изделиях прикладного искусства. «Предметов, не имеющих определенного назначения, не существует. Парадных дворцов, которые служат лишь для представительства, не строят…» [3, с.212]. Но это совершенно очевидное умозаключение не приводит автора к мысли о качественном отличии объектов творчества, имеющих помимо эстетической ценности практическую полезность для людей, от произведений изобразительных искусств –– живописи и скульптуры. И тем более к соображению о выделении архитектуры и прикладного искусства в самостоятельное семейство мира искусств. Подобное несоответствие сущности явлений и суждений о них свойственно также книге Г. Вельфлина «Основные понятия истории искусств. Проблема эволюции стиля в новом искусстве» [4], в которой применен формальный метод анализа.

Если архитектура относилась искусствоведами к сфере «высоких» искусств, то произведения прикладного искусства –– вещи разного назначения, сочетающие в себе пользу и красоту, рассматривались в качестве «низких» искусств. По-видимому, это объяснялось тем, что объекты прикладного искусства, формирующие предметное окружение человека в его повседневной жизни, имели разный уровень художественных достоинств и, как правило, после привыкания к ним их владельцев редко становились источником утонченного эстетического переживания, в отличие от произведений изобразительных искусств, музыки, поэзии, театра, к которым люди обращаются специально в целях удовлетворения своих эстетических потребностей.

В связи с этим уместно вспомнить, что еще в XIX веке выдающиеся деятели европейской художественной культуры того времени –– Г. Земпер, Д. Рескин, У. Моррис решительно протестовали против деления искусств на «высокие» и «низкие», считая важным для развития и воспитания эстетического вкуса людей и произведения прикладного искусства, а не только архитектуры, живописи, скульптуры. Г. Земпер утверждал, что нет принципиального различия между архитектурой и прикладным искусством, верно угадав родство этих видов художественного творчества. Однако и гораздо позже, уже в середине XX века наиболее проницательным искусствоведам приходилось вновь отстаивать такие верные убеждения, поскольку и в профессиональном и в обыденном общественном эстетическом сознании укоренилось отнесение архитектуры к сфере «высоких» искусств, а прикладного искусства к искусствам более низкого ранга.

Особое положение занимает декоративное монументальное искусство, существующее в синтезе с архитектурой (зданиями общественного назначения) –– монументальная живопись на стенах и потолках –– фрески, мозаики, витражи в окнах –– и монументальная скульптура, вплетенная в общую композицию архитектурного сооружения, а также современная суперграфика, декорирующая стены зданий, сооружений. Но по своей сущности декоративное монументальное искусство родственно станковым видам изобразительных искусств, а не прикладным искусствам, поскольку у него одна функция –– художественная.

Массовое промышленное производство самых разных видов изделий как производственного, так и бытового назначения, получившее значительное развитие в XIX веке и много большее в XX веке, привело к вытеснению ремесленного и мануфактурного способов предметосозидания машинным. А это повлекло за собой резкое сужение сферы применения прикладного искусства, место которого с конца XIX века занимает дизайн.

Но если прикладное искусство относили к миру искусств, пускай и не таких художественно значимых, как архитектура, живопись, скульптура, то произведения дизайна, создаваемые серийно машинной индустрией, долгое время не считали возможным считать искусством. Причинами этого, по-видимому, явилось отсутствие отпечатка индивидуальности творца произведения (свойственного изделиям прикладного искусства) в массовой стандартизованной продукции индустриального производства, выпускаемой по проектам дизайнеров, а также явное отражение в этой продукции значимости утилитарно-технического начала наряду с социально-культурным.

Дизайн не признавали искусством, поскольку он не отвечал критериям художественности, свойственным произведениям прикладного, декоративного и изобразительных искусств. Требовалась иная позиция, иной подход к этим критериям, основанный на выявлении сущности дизайна как творческой профессии и определении его места в системе пространственных искусств.

Впервые это было реализовано в уникальной монографии М. С. Кагана «Морфология искусства. Историко-теоретическое исследование внутреннего строения мира искусств» [5]. Автор этой книги ввел понятие «монофункциональности» и «бифункциональности» искусств разных семейств, видов, разновидностей, классифицируя искусства по онтологическому и семиотическому критериям и рассматривая классы искусств в плоскости движения от изобразительного к неизобразительному способу художественного формообразования.

Под монофункциональными искусствами понимаются искусства, имеющие чисто художественное назначение, а бифункциональными логично считать искусства, в которых сочетаются художественная и утилитарная функции (с разной степенью весомости их в разных произведениях). Следует уточнить, что утилитарность может иметь как материально-практическое значение, так и духовное –– дидактическое, информационное, педагогическое, пропагандистски-агитационное и т.д.

Архитектура, дизайн и прикладные искусства являются по своей сущности бифункциональными, утилитарная функция которых чаще всего имеет материально-практический смысл, хотя может иметь и духовное проявление. А художественная функция проявляется не в изображении окружающего мира (как в изобразительных искусствах), а в выражении в форме произведений этих видов искусств их социально-культурного значения для людей. Хотя в этих произведениях (некоторых их видах и типах) может использоваться и язык изобразительных искусств наряду с основным –– неизобразительным языком композиционного формообразования.

Автор упомянутой монографии предложил вполне логичное наименование для данного семейства искусств –– архитектонические искусства. «Преимущества этого термина состоят в том, что, во-первых, он выявляет лежащий в их основе формообразующий принцип, структурную доминанту их художественного языка –– эстетически значимое соотношение пластических элементов, из которых строится художественный образ; во-вторых, термин этот подчеркивает родство прикладных искусств и дизайна с архитектурой –– наиболее значительным и, так сказать, представительным искусством этой группы» [5, с.293].

На основе этого в классе пространственных искусств выделяются семейства изобразительных и архитектонических искусств, что позволяет не рассматривать архитектуру, как это делалось прежде, в группе изобразительных искусств, а дизайну вместе с прикладными искусствами занять свое место в мире искусств.

Но дизайн, как и индустриальная архитектура, связан органически не только с художественным, но и с техническим творчеством, ибо ориентирован в отличие от прикладных искусств на машинное производство. Он по сути своей является художественно-техническим проектированием. Следовательно, дизайн необходимо рассматривать не только в мире искусств, но и в системе, роднящей художественно-техническое творчество с миром техники. Это сфера предметного творчества.

Разработке теории предметного творчества посвящена первопроходческая в своем роде монография М. А. Коськова «Предметное творчество» [6], идеи которой получили развитие с позиций культурологии в другой его монографии «Предметный мир культуры» [7].

В этой статье уточняются, развиваются и конкретизируются основные идеи и положения, содержащиеся в работах [5], [6], [7], имеющие значение для рассматриваемой проблемы.

На рис. 1. схематически отображена взаимосвязь основных сфер творчества: инженерно-технического, художественно-технического и художественного, а также их отнесение к бифункциональным и монофункциональным искусствам и предметному творчеству.

И с к у с с т в а

Бифункциональные Монофункциональные

Предметное творчество Предметное художественное творчество

Рис.1. Взаимосвязь основных сфер творчества

Инженерно-техническое творчество ориентировано на техническую реализацию рабочей функции объектов разработки при соблюдении требований конструктивности, технологичности, экономичности их изготовления в промышленном производстве.

Удовлетворяя требования рентабельности производства, инженер-конструктор одновременно стремится к удовлетворению утилитарно-практических требований потребителей (эксплуатационников, пользователей) в той мере, в какой это может быть достигнуто измерительно-расчетными и экспериментально-регистрационными методами. Потребительские требования воплощаются в таких свойствах объектов разработки, как функциональность, надежность, долговечность, безопасность, удобство эксплуатации (эргономичность).

Инженер-конструктор, как правило, не ставит задач достижения эстетического совершенства объекта разработки. Это прерогатива специалистов сферы художественно-технического творчества – архитектора или художника-конструктора (дизайнера), с которыми он может сотрудничать при совместной разработке проекта. В принципе возможна ситуация, в которой инженер-конструктор, решая присущие ему задачи технического проектирования, одновременно решает и задачи художественно-конструкторского формообразования объекта. Но для этого он должен обладать развитым художественным вкусом и владеть методами дизайн-проектирования.

Кроме того, возможно достижение эстетической выразительности конструкции и формы, обусловленной математическими расчетами, в таких объектах как фюзеляж самолета, корпус судна, фермы моста, крана, опоры линий электропередач и т.п. Здесь в объемно-пространственной структуре и тектонике объекта подчеркивается его утилитарно-техническая ценность, функциональность и конструктивность, выявляется красота целесообразности технически обусловленной формы вещи, сооружения.

Творчество в мире искусств (монофункциональных –– пространственных, временны́х, пространственно-временны́х) направлено на духовно-ценностное отражение всего мира, окружающего человека, природного и созданного людьми, многих форм человеческого бытия, духовного мира самого человека, его деятельности, переживаний, миропонимания и мироощущения, его устремлений, идеалов, образа жизни. Это отражение реализуется через призму отношения художника к изображаемому с учетом воплощения художественного замысла в конкретных классах, семействах, видах и жанрах разнообразного мира искусств, а также динамики и соотношения изобразительного и неизобразительного типов творчества в разных искусствах при своеобразии присущих им языков.

Художественно-техническое творчество, относящееся к сфере бифункциональных искусств и представленное семейством архитектонических искусств (архитектурой, дизайном, прикладными искусствами) ориентировано по своей природе на удовлетворение как утилитарно-практических, так и эстетических потребностей людей посредством создания одновременно полезных и красивых вещей и сооружений разного назначения.

Индустриальную архитектуру, также как и дизайн, роднит с инженерно-техническим проектированием ориентация на машинные способы (технологии) изготовления объектов разработки (независимо от запланированной производством серийности выпуска продукции), что требует от архитекторов и дизайнеров учета требований рентабельности производства и всего комплекса запросов потребителей, а также то, что в архитектуре и дизайне (как и в инженерном творчестве) труд придумывания объекта и труд реализации творческого замысла в материале разделены и выполняются разными людьми. Это проектные виды деятельности.

Прикладное искусство родственно архитектуре и дизайну по ориентации на слияние красоты и пользы в создаваемых вещах, но отличается от них близостью к ремесленным способам предметосозидания, где труд придумывания вещи (художественного образа, структуры, формы) чаще всего не отделен от труда реализации замысла в материале. Многие произведения прикладного искусства выполняются теми же, кто их задумал, как в профессиональной, так и в народной ветвях этого направления предметного художественного творчества. В этом прикладное искусство родственно изобразительным искусствам.

Если инженерно-техническое творчество, решающее материально-функциональные, утилитарно-практические задачи в мире техники, является предметным творчеством, как правило, отстраненным от решения художественных задач, то художественно-техническое творчество, ориентированное на синтез красоты и пользы в объектах разработки (создаваемых дизайнерами и архитекторами как самостоятельно, так и в сотрудничестве с инженерами) представляет собой предметное художественное творчество.

Пересечения кругов, означающих основные сферы творчества (см. рис.1), имеют в виду существование переходных форм творчества. Пересечение инженерно-технического творчества с художественно-техническим представляет такие виды творчества как инженерную архитектуру и инженерный дизайн, в объектах которых превалирует инженерно-техническое начало над художественным, а задачей архитекторов и дизайнеров является выявление и подчеркивание в сооружениях и вещах красоты целесообразности формы. Пересечение же сфер художественно-технического предметного творчества и чисто художественного творчества выявляет такие виды творчества, в которых при сохранении предметной формы, свойственной утилитарным вещам, происходит сознательное отстранение от практической полезности ради подчеркивания художественной ценности, декоративности объектов и индивидуальности авторов. К ним относятся –– декоративное искусство и арт-дизайн.

Кроме того, здесь имеется в виду возможность обретения бифункциональности объектами художественного творчества в таких ситуациях, когда живописные, графические, фотографические, скульптурные, музыкальные средства используются в практических целях, например, в различного рода плакатах, печатной, телевизионной и радиорекламе, в оформлении экспозиций, праздничных мероприятий и зрелищных спортивных состязаний, в педагогических и научно-познавательных целях. Подобная бифункциональность образуется и на пересечении монофункционального мира техники с миром архитектонических искусств, являющимся бифункциональным.

В табл. 1 показан спектральный ряд видов предметного творчества, соотнесенный с ценностными значениями их объектов, что позволяет более наглядно и конкретно представить себе переход от сугубо утилитарно значимых объектов предметного творчества к сугубо художественно значимым, а также раскрыть особенности отражения в форме тех или иных групп объектов (которые создаются определенными видами творчества) их сущности.

Т а б л и ц а 1. Спектральный ряд видов предметного творчества и ценностных значений их объектов.

п/п

Виды предметного

творчества

Ценностные значения и отражение сущности объектов творчества

1.

Инженерно-техническое проектирование промышленной продукции

Доминирование практической полезности. Отражение в форме и конструкции целесообразности и утилитарной значимости объектов при отстранении от эстетической значимости

2.

Инженерно-техническое проектирование строений, сооружений

3.

Инженерная архитектура

Превалирование утилитарной ценности. Выражение в форме и конструкции объектов красоты целесообразности

4.

Инженерный дизайн

5

Архитектура

Гармония утилитарной и эстетической ценностей. Художественно-образное выражение в форме объектов единства красоты и пользы

6.

Дизайн-архитектура

7.

Дизайн

8

Прикладное искусство

Превалирование эстетической ценности. Выражение в форме объектов приоритета художественной значимости при вторичности практической полезности

9

Арт-дизайн

Доминирование эстетической ценности. Отражение в форме объектов в основном художественной значимости при отстранении от практической полезности

10

Декоративное искусство (в том числе искусство орнаментации)

Последние три вида предметного творчества в табл.1 нередко характеризуют как сознательно ориентированные на достижение оригинальности, неповторимости художественного решения посредством содержательно-эстетических и формально-эстетических приемов композиции. Оригинальность композиционного замысла и его воплощения, приобретающая в объектах этих видов предметного творчества самостоятельную художественную ценность, может быть достигнута благодаря использованию новых приемов организации структуры и формы вещи, своеобразию пластических, цветофактурных и графических элементов композиции.

Но оригинальность может быть присуща и всем остальным видам предметного творчества, в том числе и инженерно-технического. Хотя достигается она в этих объектах иными средствами и может обладать вне художественной ценностью. Это –– новизна утилитарно-технически обусловленной формы и конструкции объекта разработки, особенностей конструктивно-компоновочной схемы вещи (сооружения), новизна технологии изготовления и отделки, выявленная в форме, так же как и особенности новых материалов, покрытий и их сочетаний. Это и выявление новой функции вещи (сооружения) или нового способа пользования вещью с новой, измененной или ранее известной функцией.

Выявление художественно-образными средствами всех перечисленных признаков оригинальности утилитарно-практического и функционально-технического характера вместе с отражением в форме нового культурного смысла вещи (сооружения) в той или иной ситуации ее использования и восприятия, в конкретной среде присуще инженерной архитектуре, инженерному дизайну, архитектуре, дизайн-архитектуре и дизайну.

Вместе с тем объекты инженерно-технического и художественно-технического творчества могут и не обладать оригинальностью, а быть в той или иной степени модифицированными и видоизмененными повторениями уже известных решений.

Все вещи и сооружения –– объекты предметного творчества можно разделить на две основные крупные группы, исходя из принципа их систематизации по признакам ориентации на удовлетворение какой-либо одной из трех базовых социально-культурных потребностей людей –– утилитарно-практической или знаково-коммуникативной, или эстетической, либо двух или трех в их гармоничном сочетании (см. табл. 2).

Т а б л и ц а 2. Систематизация объектов предметного творчества по типу ценностного значения их социально-культурной сущности

Вещи и сооружения, в сущности которых доминирует одна ценность

Вещи и сооружения, в сущности которых гармонически сочетаются две или три ценности

1.Утилитарно значимые (практически самоцельные)

4. Эстетически и утилитарно значимые

2.Символически значимые (семантически самоцельные)

5. Символически и эстетически значимые

3. Эстетически значимые (художественно самоцельные)

6. Эстетически, символически и утилитарно значимые

Несмотря на реально существующую плавность перехода, размытость границ областей спектрального ряда видов предметного творчества (см. табл.1), основные группы их объектов могут быть выделены и систематизированы по характерным, свойственным им признакам. Такая систематизация, охватывающая архитектонические искусства, представлена в табл. 3.

Т а б л и ц а 3. Систематизация основных групп предметного художественного творчества по признакам, свойственным разным видам архитектонических искусств

Виды архитектонических

искусств

Основные группы объектов предметного художественного творчества

Архитектура (зодчество, градостроительство)

Пространственные, утилитарно и эстетические значимые крупномасштабные объекты: поселения (города, поселки); здания жилого, общественного, производственного назначения, различные сооружения, их комплексы, ансамбли; большие средовые системы, интегральные формы среды (транспортные, военные, религиозные и т.п.)

Дизайн-архитектура (средовой дизайн)

Предметно-пространственные разномасштабные, утилитарно и эстетически значимые объекты архитектурно-дизайнерского проектирования: объекты дизайна городской среды, транспортной среды; экспозиций, шоу, массовых праздников, спортивных состязаний; ландшафтной среды; интерьеров помещений в зданиях разного назначения

Дизайн промышленных изделий

Объемные и плоскостные разномасштабные, утилитарно и эстетически значимые промышленные изделия разных видов бытового, общественного и производственного назначения, разной степени технической сложности и разной серийности выпуска; их комплекты, комплексы и системы

Дизайн и прикладное искусство

Объемные и плоскостные разномасштабные, в разной степени утилитарно и эстетически значимые, технически простые изделия бытового назначения разных видов, рассчитанные или на промышленное, или на ремесленное изготовление

Декоративно-прикладное и декоративное искусство,
арт-дизайн

Объемные и плоскостные разномасштабные, преимущественно эстетически значимые, технически простые изделия разных видов и назначения, рассчитанные на ремесленное изготовление

Таблица 3 показывает, что объектами архитектуры являются пространственные сооружения крупного масштаба (здания, ансамбли), в то время как дизайн-архитектуры –– предметно-пространственные объекты разного масштаба; объектами дизайна –– объемные и плоскостные промышленные изделия, их комплекты (наборы), комплексы и системы, характеризующиеся разной степенью технической сложности.

Объектами или дизайна, или прикладного искусства являются технически простые вещи, рассчитанные в качестве произведений дизайна на промышленное изготовление, а в качестве произведений прикладного искусства –– на ремесленное изготовление.

В качестве объектов декоративно-прикладного, декоративного искусства и арт-дизайна выступают технически простые вещи, рассчитанные на ремесленное изготовление.

В последней группе объектов в отличие от всех других, характеризующихся и утилитарной и эстетической значимостью, доминирует эстетическая ценность.

Современный этап развития предметного художественного творчества отличается по степени охвата разными его видами различных групп объектов от периодов эволюции областей архитектуры, прикладного искусства и дизайна в Х1Х в. и начале ХХ в. В позапрошлом столетии архитекторы являлись не только зодчими, но и проектировщиками интерьеров общественных и жилых зданий, мебели, светильников; средств транспорта; выставок; занимались ландшафтной, садово-парковой архитектурой, а также архитектурой малых форм –– проектированием уличных фонарей, фонтанов, павильонов, скамеек, оград скверов, садов и парков, а также ограждений мостов и набережных. Проектировали архитекторы также транспортную среду: вокзалы, пристани, а в ХХ в. –– аэропорты, а также вестибюли, перроны, эскалаторы метрополитена.

Художники прикладного искусства разрабатывали большое количество видов бытовых изделий разного назначения из разных материалов, рассчитанных как на ремесленное, так и на машинное изготовление. В конце Х1Х –– начале ХХ вв. этими объектами, также как и интерьерами зданий, начинают заниматься дизайнеры, ориентированные уже на промышленное изготовление разрабатываемых ими объектов.

Но ни в Х1Х в., ни в начале ХХ в. никто из них, за редким исключением, не занимался проектированием фабрик, заводов, средств производства (машин, механизмов разных видов, технологических линий), различных производственных сооружений, а также такими новыми видами промышленных изделий, которые породил технический прогресс, как фото-кинотехника, телефоны, радиоаппаратура, телевизоры, звуковоспроизводящая аппаратура и новые средства транспорта –– паровозы, аэропланы, автомобили, велосипеды, мотоциклы. Все это было сферой инженерно-технического предметного творчества.

К настоящему времени в процессе эволюции разных видов художественного предметного творчества произошло существенное сокращение для одних при значительном расширении для других видов творчества поля своей деятельности, а также количества групп объектов, которые охватываются определенным видом архитектонических искусств.

«Вторжение» дизайна в прежнее поле деятельности архитектуры привело к тому, что интерьеры в зданиях производственного, общественного и жилого назначения стали проектировать не архитекторы, а дизайнеры; проектирование мебели также давно стало одной из специализаций дизайна. Вместо архитектуры средств транспорта развивается транспортный дизайн, а среда транспортирования проектируется либо самостоятельно дизайнерами, либо в сотрудничестве с архитекторами. Вместо архитектуры малых форм появился дизайн городской среды, а вместо садово-парковой (ландшафтной) архитектуры –– ландшафтный дизайн. Давно сформировался не существовавший в Х1Х веке экспозиционный дизайн –– проектирование промышленных выставок разного содержания, тематики и масштаба.

С развитием и массовым распространением машинного производства все большее количество групп и видов изделий бытового назначения, которые раньше были полем творческой деятельности художников прикладного искусства –– одежда, обувь, головные уборы; текстильные штучные изделия; светильники; посуда (столовая и кухонная) из разных материалов; часы; украшения; галантерея, игрушки; сувенирные изделия и т.д. –– становятся объектами дизайна.

Большинство бытовых в разной степени технически сложных изделий, порожденных научно-техническим прогрессом, с середины ХХ века художественно освоены дизайнерским творчеством.

Объектами дизайна также стали и многие средства производства (машины, механизмы, приборы, автоматически программно управляемые системы, робототехника). Они все разрабатываются совместно инженерами и дизайнерами.

Народное прикладное искусство (крестьянское и городское ремесленное художественное творчество) в большинстве ранее существовавших областей давно вытеснено машинным производством. Кустарные народные художественные промыслы, сохранившие традиционные, ремесленные способы создания вещей с их традиционным стилеобразованием, ограничиваются изготовлением небольших серий технически простых вещей, имеющих значение предметов декоративно-прикладного или чисто декоративного искусства, отражающих и сохраняющих местные особенности народного художественного предметного творчества, обусловленные во многом характерными приемами кустарного изготовления, декорирования и отделки таких вещей, создаваемых из определенных материалов. Большинство из них реализуются в качестве сувенирных и подарочных изделий.

Профессиональное прикладное искусство сегодня также ограничивается очень узким кругом технически простых вещей, создаваемых, как правило, ремесленными способами из свойственных данному виду прикладного искусства материалов (дерева, металлов, стекла, керамики, тканей, кожи, кости, камня и т.п.). Произведения прикладного профессионального искусства представляют собой чаще всего объекты декоративно-прикладного или чисто декоративного творчества, отражающие эстетические идеалы, вкусы и мастерство их авторов.

В отличие от народного декоративно-прикладного искусства, базирующегося на определенных художественно-ремесленных традициях, профессиональное предметное творчество в этой области свободно от традиций народного стилеобразования, оно все более склонно к новаторству, экспериментированию с разными формами и материалами, испытывая влияние с одной стороны дизайна, а с другой –– изобразительных искусств, и служит самовыражению и самоутверждению авторов произведений. Это роднит профессиональное прикладное искусство с арт-дизайном.

В дизайне и архитектуре в большей мере проявляются тенденции новаторства, стремления к оригинальности, но вместе с тем в некоторых группах и видах объектов (особенно технически простых) возможно обращение к традициям стилеобразования, их переосмысление, переработка и использование в новых разработках.

Дизайн и архитектура, безусловно с учетом специфики структуро- и формообразования их объектов, оказывают стилевое влияние друг на друга, испытывая при этом влияние сферы инженерно-технического творчества. Особенно эта тенденция проявляется в дизайн-архитектуре, в области разработки объектов архитектурно-дизайнерского проектирования, характеризующихся функционально-художественной целостностью.

Список литературы

  1. Медведев В.Ю. Сущность дизайна: учеб. пособие. –– 2-е изд., испр. и доп. –– СПб.:СПГУТД, ––2007. –– 91с.

  2. Медведев В.Ю. Основные факторы эволюции дизайна: учеб. пособие. –– СПб.: типография «Шик». –– 2007. –– 218с.

  3. Кон-Винер Э. История стилей изобразительных искусств / пер. с нем. –– М.: ООО Издательство В. Шевчук –– 2001. ––218с.

  4. Вельфлин Г. Основные понятия истории искусств. Проблема эволюции стиля в новом искусстве / пер. с нем. –– М.: Издательство В. Шевчук. –– 2002. –– 290с.

  5. Каган М.С. Морфология искусства. Историко-теоретическое исследование внутреннего строения мира искусств. –– Л.: Искусство. –– 1972. –– 440с.

  6. Коськов М.А. Предметное творчество: в 3-х кн. –– СПб.: фирма Икар, 1996. Кн.1, ч.I –– III –– 172 с.; 1997. Кн.2, ч. IV,V –– 168 с.; 1998. Кн.3, ч.VI –– 144 с.

  7. Коськов М.А. Предметный мир культуры. –– СПб.: Издательство СПбГУ –– 2004. ––342с.

Вестник СПГУТД. ––2009. ––№ 16 –– С. 76 –– 83.

  1. ДИЗАЙН В СИСТЕМЕ ПРЕДМЕТНОГО МИРА КУЛЬТУРЫ

В статье анализируются особенности функционирования произведений дизайна в трех взаимосвязанных сферах предметного существования культуры: духовной, материальной и художественной, а также его роль в их интеграции.

В начале XXI века воспринимается как самоочевидный факт влияние дизайна на развитие предметного мира всей материально-художественной культуры XX века, а также то обстоятельство, что формируя предметную среду в разных сферах жизнедеятельности людей, дизайн одновременно влияет на изменение их ценностных ориентаций, установок, идеалов, что обусловлено активным воздействием вещей и предметной среды на человеческое сознание.

Способствуя расширению пространства художественного освоения самых разных сторон человеческого бытия, внедрения продукции художественно-технического творчества во многие области жизни общества, дизайн служит удовлетворению не только материальных, но и духовных (в том числе эстетических) потребностей людей. Тем самым он содействует формированию и возвышению различных сторон духовной культуры человека: эстетических ценностных ориентаций, эстетического и художественного вкуса, гуманизации социально-культурных отношений, ценностей стиля и образа жизни людей [1].

Однако, на ранних этапах становления, формирования дизайна и его самоопределения как профессии, вызванной к жизни потребностью в художественно значимом формообразовании продукции машинного производства, ориентированной на ее массовое потребление, культурологический аспект дизайнерской деятельности многими не осознавался и поэтому почти не рассматривался в литературе о дизайне.

Внимание дизайнеров акцентировалось на отказе от декорирования проектируемых вещей (свойственного ремесленному творчеству), на пренебрежении традициями формообразования объектов в пользу новаторства, на функциональности, конструктивной рациональности и экономичности изделий, а также на унификации и типизации не только продукции машинного производства, но и потребностей людей, не учитывающей реального различия запросов и предпочтений разных групп общества и индивидов.

Такой радикализм (а нередко и нигилизм) в вопросах формо- и стилеобразования вещей вместе с унифицированностью слишком обобщенной модели потребления и противопоставлением новой профессии традиционной материально-художественной культуре можно объяснить как техническими и экономическими факторами, воплощавшими жесткие требования машинного способа тиражирования изделий (основанного в первые десятилетия ХХ в. на еще недостаточно совершенных технологиях), так и необходимостью внедрения дизайна во все новые и новые области предметной среды жизнедеятельности людей. Это способствовало ускорению самоопределения дизайна как особого вида предметного художественного творчества.

Со временем дизайн (вместе с архитектурой) смог определять формирование и развитие большей части предметной среды, в процессе художественного освоения объектов которой стали отражаться и воплощаться не только достижения научно-технической и социально-экономической сторон прогресса, но и социально-культурной.

В связи с этим стало возрастать внимание дизайнеров и исследователей дизайна к вопросам преемственности в развитии разных областей материально-художественной культуры, процессам стилеобразования в дизайне, взаимосвязи изобразительных и архитектонических искусств, особенностям национальных традиций, дифференциации потребительских запросов и предпочтений людей разных социальных групп, специфике формирования художественной образности произведений дизайна.

Все это обусловило необходимость выявления места дизайна в системе культуры и определения его роли в ее формировании. Важность рассмотрения любого социально значимого явления в системе, органичной составной частью которой оно является, и во взаимосвязи с другими ее структурными элементами вызвала к жизни применение системного подхода не только для исследования культурологического аспекта дизайна, но гораздо раньше и для осмысления этого же аспекта в мире искусств как сфере художественной культуры. Помимо этого исследовалась проблема взаимосвязей искусства и научно-технического прогресса, которой (также как и проблеме искусства в системе культуры) было посвящено немало семинаров, симпозиумов, конференций с публикациями сборников их материалов, а также отдельных монографий. Во многих из них в аспекте рассматриваемых проблем освещались и вопросы дизайна [2] –– [7].

Культурологические вопросы дизайна (в ряду других не выявленных, недостаточно разработанных или нечетко сформулированных проблем теории дизайна) начали исследоваться с конца 1970-х гг. во ВНИИ технической эстетики, в отделе теории и истории дизайна на постоянно действующем проблемном теоретическом семинаре, который функционировал более 10 лет. В его работе принимали участие не только сотрудники ВНИИТЭ и его филиалов, но также специалисты сторонних научно-исследовательских и учебных организаций Москвы и других городов страны.

Краткое содержание докладов, сообщений, выступлений на заседаниях этого семинара публиковалось в сборниках материалов. Часть из них издавалась в серийных выпусках трудов ВНИИТЭ, тематически связанных с разными проблемами теории дизайна.

В 1982 г. Было проведено Всесоюзное совещание на тему «Дизайн в системе культуры», материалы которого были опубликованы в одноименном сборнике докладов [7].

Ознакомление с этим изданием ВНИИТЭ показало, что несмотря на, казалось бы, серьезную подготовку к таким конференциям на проблемном семинаре и привлечение к обсуждению вопросов широкого круга специалистов, излагавших интересовавшие их аспекты проблемы со своих точек зрения, культурологический аспект теории дизайна остался практически не выявленным, ровно как и место дизайна в системе культуры.

Это, к сожалению, приходится признать, относится и ко многим другим изданиям материалов семинаров, конференций, совещаний, проводившихся в нашей стране в
70 –– 80-е гг. прошлого века и посвященных проблемам взаимосвязей искусства и культуры, искусства и техники, искусства и научно-технического прогресса.

Основной причиной, повлиявшей, на наш взгляд, на трудности решения культурологического аспекта рассматривавшихся проблем в тот период развития эстетики, искусствознания, дизайноведения и собственно культурологии, являлась недоработанность и противоречивость самой теории культуры. Хотя, как известно, культурология стала восприниматься в нашей стране как самостоятельная область научного знания с конца 1960-х годов.

Культура многоаспектна, многогранна, многоэлементна и разнообразна в своем проявлении. Разные стороны, аспекты понятия «культура» рассматриваются и исследуются со своих позиций разными науками. Общая наука о культуре не может быть представлена в виде простого сложения подходов и выводов различных наук, изучающих культуру каждая в соответствии со своим предметом исследования.

Культура представляет собой сложную мегасистему –– многоуровневую, открытую, диффузную, динамическую, естественно-искусственную. Она имеет разные формы существования: искусство, техника, наука, религия, мораль и т.д. Она образует разные социальные институты: политические, правовые, финансовые; разные системы: образования, здравоохранения, торговли, транспорта, массовых коммуникаций и т.д. Она осуществляется в разных культурных процессах: всех видах творчества; соответствующих формах производства, управления, обслуживания; семейного быта, воспитания, обучения, отдыха, развлечений и т.д.

Культура охватывает практически все виды и формы человеческой деятельности, в том числе науки и техники, а не только (как привыкли считать) области художественного творчества, гуманитарного знания, духовной сферы жизни общества. Широко распространенные и вопреки логике укоренившиеся высказывания типа: «культура и искусство», «наука и культура», «культура и техника» по существу противопоставляют культуру этим и другим областям человеческой деятельности, помещая ее в некое метафизическое пространство. Но культура не противостоит ни искусству, ни науке, ни технике и не подменяет их собой.

Она относится к ним как целостная развивающаяся сложная мегасистема, включающая порождаемый ими мир артефактов (продуктов разнообразнейшей материальной, духовной и художественной сфер человеческой деятельности) со всеми присущими им смыслами, отражаемыми в системе языков культуры [1].

Следовательно, разработка теории культуры и всех аспектов культурологии требует системного подхода, а также соответствующей ему методологии анализа и обобщения огромного массива фактического материала по истории мировой культуры.

Впервые такой подход был реализован в уникальной монографии М. С. Кагана «Человеческая деятельность. Опыт системного анализа» [8]. В этой работе на основе морфологического анализа человеческой деятельности (в наиболее общей системе категорий субъектно-объектно-субъектных отношений) автором выявлено четыре базисных вида деятельности: преобразование, познание, ценностная ориентация и общение. Пятый вид человеческой деятельности –– художественное освоение мира (художественное творчество) рассматривается как синкретическое единство первых четырех аналитических чистых видов деятельности. В книге специально выделена глава V «Человеческая деятельность и культура».

Уже здесь автором доказывается существование трех основных слоев (сфер) культуры: материальной, духовной, художественной (морфологический анализ которых выявляет их сложное внутреннее строение), формулируются функции культуры и ставится проблема историко-культурной типологии, также базирующейся на системном подходе к типологическому изучению культуры.

Но специальному, системному, глубокому и всестороннему исследованию культуры c философско-теоретических позиций посвящена изданная М. С. Каганом гораздо позднее монография «Философия культуры» [9]. Это первый опыт применения системного подхода к изучению культуры не только в отечественной, но и мировой науке. Книга эта, по признанию автора, посвящена разработке общей теории культуры. Задачу осмысления культуры «в ее реальной целостности и полноте конкретных форм ее существования, в ее строении, функционировании и развитии способна и призвана решить только философия, поскольку она имеет дело с подобного масштаба целостными системными объектами» [9, с.21].

Культура в соответствии с системным подходом рассматривается автором как система в составе другой, гораздо более широкой системы –– системы бытия (в философском смысле слова). Три основных формы бытия –– природа, общество и человек дополняются четвертой формой бытия –– культурой, порождаемой человеческой деятельностью и сохраняемой в родовой памяти человечества благодаря механизму «социального наследования». Человек –– центральное звено в цепи основных форм бытия. Способ его существования –– продуктивная деятельность. «Именно…человеческая деятельность, взятая в целом, в полноте своих конкретных видов и форм порождает культуру, выливается в культуру, сама становится культурной и делает человека из биологического существа существом культурным, тем самым определяя и структуру его потребностей и структуру его способностей» [9.с,152].

Культура должна рассматриваться в единстве всех компонентов процесса человеческой деятельности как целостное качество. Она включает в себя и качества человека как творца культуры, и качества процесса деятельности, и качества многообразных творений человека –– материальных, духовных и художественных, образующих «вторую природу», «человеческий мир», и качества человека, творимого культурой.

В работе [9] движение от человека –– творца культуры к человеку –– продукту культуры рассматривается как «круг культуры», а в историческом развитии как «спираль культуры». Основными компонентами этого движения –– процесса человеческой деятельности помимо человека, созидающего культуру и человека, творимого культурой, являются: деятельность опредмечивания и общения, предметное бытие культуры и деятельность распредмечивания и общения. Под опредмечиванием понимается воплощение в многообразных продуктах человеческой деятельности определенных знаний, ценностей, умений, а под распредмечиванием –– извлечение из этих продуктов культуры другими людьми воплощенного в них человеческого опыта, определенных человеческих качеств: знаний, ценностей, потребностей, идеалов. Это распредмечивание возможно благодаря знаково-коммуникативной сущности и социальному символизму предметного мира культуры [1]. Предметное бытие культуры является инобытием человека, ибо все материальные, духовные, художественные продукты культуры, в которых опредмечиваются процессы человеческой деятельности, отделяются от человека-творца и приобретают самостоятельное существование.

Связь процессов опредмечивания и распредмечивания с общением участвующих в них людей является особым аспектом человеческой деятельности и феноменом культуры, обусловленным потребностью человека в человеке как субъекта в субъекте.

Как уже отмечалось выше, автором работ [8] и [9] выделяются три сферы предметности культуры –– три слоя предметного мира культуры: материальный, духовный, художественный, исторически сформировавшиеся и развившиеся в результате эволюции трех аналогично называемых способов человеческой деятельности. Эти сферы существуют не изолированно друг от друга, они взаимопроникают и пересекаются.

Поэтому можно выделить в сфере материальной предметности культуры области материально-художественной культуры, так же как в сфере духовной культуры –– области духовно-художественной культуры. А чисто художественные типы основных форм предметности культуры можно выявить в каждой из этих форм.

В сфере духовной предметности культуры в качестве основных ее форм выступают знания, ценности и проекты. В сфере материальной предметности культуры основными ее формами являются: человеческое тело, вещи (в широком смысле слова) и социальные организации. Предметностью сферы художественной культуры являются воплощенные художественные образы: типы образных структур, свойственных разным классам, семействам, видам, разновидностям и жанрам многообразного мира искусств.

Дизайн является составной частью и одной из форм культуры, одним из видов архитектонических искусств, в которых органично соединяются утилитарное и эстетическое; материальное, духовное и художественное начала. Для того чтобы конкретно представить себе отношение дизайна ко всем основным сферам культуры и выявить место дизайна среди основных типов соответствующих форм предметности культуры следует определить те особенные, присущие ему типы предметности, которые органически связаны с группами типов, характеризующих основные формы предметности культуры. Кроме того, важно определить значение для функционирования дизайна тех типов предметности культуры, которые непосредственно не связаны с дизайн-деятельностью.

С этой целью была разработана типологическая структура предметного мира культуры, представленная в табл., развивающая и конкретизирующая (применительно к дизайну) основные положения 8 –– 10 глав второго раздела работы [9].

Т а б л и ц а. Структура предметного мира культуры

Сферы предметности культуры

Основные

формы

предметности

культуры

Основные типы, в которых воплощаются формы

предметности соответствующих сфер культуры

Сфера

духовной

предметности культуры (в том числе духовно-художествен-

ной культуры)

Знания

Практически-эмпирическое (обыденное) знание

Мифологическое знание

Документальное знание (знание единичного)

Научное знание – знание частных наук (знание особенного)

Философское знание (знание наиболее общего)

Идеологическое знание

Учебное знание

Игровое знание детей и взрослых

Художественное знание

Ценности

Ценности практического (обыденного) сознания

Ценности мифологического сознания

Ценности идеологического сознания

Ценности философского сознания

Ценности игрового сознания детей

Ценности художественного творчества

Окончание табл.

Сферы предметности культуры

Основные формы

предметности

культуры

Основные типы, в которых воплощаются формы

предметности соответствующих сфер культуры

Сфера

духовной

предметности культуры (в том числе духовно-художествен-

ной культуры)

Проекты

Проекты практического (обыденного) сознания

Технические проекты

Художественно-технические проекты (дизайн-проекты)

Социальные проекты

Педагогические проекты

Религиозные проекты

Проекты игрового сознания

Художественно-образные проекты

Сфера

материальной

предметности культуры (в том числе материально-художествен-

ной культуры)

Человеческое тело

Работоспособное тело (утилитарно-практически самоцельное)

Знаково-символическое тело (семиотически самоцельное)

Красивое и украшенное тело (эстетически самоцельное)

Выразительное тело (выражающее духовное состояние)

Детское тело, культивируемое игрой и спортом

Изображаемое тело (образ тела в искусстве)

Вещи

Практически полезные вещи (утилитарно самоцельные)

Символические, ритуально-обрядовые (семиотически самоцельные)

Декоративные вещи (эстетически самоцельные)

Прекрасно-полезные вещи (произведения дизайна)

Игровые вещи (игры, игрушки)

Изображаемые вещи (образ вещи в искусстве)

Социальные организации

Организации в сферах материального производства, экономики

Политические, правовые (юридические), религиозные организации

Организации сфер науки, техники, образования, медицины, спорта, туризма

Организации в сфере художественной культуры

Детские и молодежные организации (формальные и неформальные)

Образы социальных организаций в искусстве

Сфера предметности

художествен-ной культуры

Воплощенные художественные образы

Типы образных структур, свойственных

разным классам, семействам, видам, разновидностям, жанрам многообразного мира искусств, разделяемого на три основные группы:

пространственные искусства

(изобразительные и архитектонические);

пространственно-временны́е, (сценические и экранные);

временны́е (словесные, музыкальные, словесно- музыкальные), с учетом возможностей их скрещений, синкретизма и синтеза.

Таблица наглядно показывает основные типы, в которых воплощаются упомянутые выше формы предметности соответствующих сфер культуры.

В сфере духовной предметности культуры, включающей знания как результат познавательной деятельности людей; ценности –– результат ценностно-ориентационной деятельности; проекты –– итог духовно-преобразовательной деятельности (в идеальной, а не реальной форме преобразования объектов проектирования), моделирования необходимых субъекту объектов, ситуаций, действий, явлений, –– дизайн занимает место именно в последней из основных форм этой сферы предметности культуры.

Среди проектов обыденного сознания, технических проектов, социальных, педагогических, религиозных проектов, проектов игрового сознания и художественно-образных проектов (присущих искусству) дизайн характеризуют художественно-технические проекты.

Это название определяется совмещением и художественного, и технического начал в проектной творческой дизайн-деятельности. Продукты этой деятельности называют еще и
дизайн-проектами, выявляя в этом, на первый взгляд, тавтологическом термине (англ. design –– проект, план, цель, намерение; чертеж, расчет, конструкция; эскиз, рисунок, узор, композиция) существенное отличие дизайна как художественного конструирования от инженерно-технического конструирования [10].

Отличаясь по своей сути от других типов проектов, дизайн в то же время может использовать их смысловое содержание и предмет проектирования в качестве концептуальной основы (или ее составной части) при участии в разработке таких проектов, ибо объектами дизайна могут становиться самые различные предметы и процессы в разных видах человеческой деятельности.

Среди основных типов ценностей для дизайна, прежде всего, актуальны ценности практического (обыденного) сознания людей, поскольку дизайнеры призваны моделировать ценностные позиции потребителей дизайн-продуктов, их ценностные идеалы, запросы, предпочтения.

Разрабатывая игры, игрушки разных видов и типов для детей разных возрастных групп, дизайнеры, безусловно, должны ориентироваться и на ценности игрового сознания детей (которые изучаются и формулируются специалистами-педагогами).

Важны для дизайна и ценности художественного творчества, поскольку эстетическое сознание и художественный метод мышления стали той основой, на которой формировался дизайн. Основным методом дизайна является художественно-образное моделирование объектов разработки посредством композиционного формообразования. И такое моделирование осуществляется в большой мере с помощью художественного воображения [10].

В разнообразных типах, воплощающих такую форму предметности духовной культуры, как знания, для дизайна имеет значение и эмпирическое (обыденное) знание людей, и документальное знание (знание единичного), и, безусловно, научное знание.

Одним из принципов дизайна является принцип научной обоснованности дизайнерских разработок. Поэтому дизайнерам необходимо как в период обучения своей профессии, так и во время профессиональной деятельности овладевать основами знаний многих частных наук. В их числе: эстетика, искусствознание, теория дизайна, эргономика, социология, психология, культурология, экономика, технология, материаловедение, экология [10].

Художественное знание, присущее многим видам искусств и реализующее их познавательную (гносеологическую) функцию –– искусство как знание и просвещение, –– свойственно в определенной степени и дизайну. Поскольку в содержательной и выразительной форме объекта –– произведения дизайна (носителя эстетической ценности) языком средств и приемов композиции опредмечена вся художественно значимая и визуально воспринимаемая информация, как об эстетических, так и внеэстетических свойствах объекта, актуальных для потребителя.

В сфере материальной предметности культуры, как упоминалось выше, ее основными формами являются: человеческое тело, вещи и социальные организации, как результаты реальной и многообразной преобразовательной деятельности, объектами которой выступают три исходные формы бытия –– природа, общество, человек.

Безусловно, преобразовательная деятельность осуществляется в сфере материальной культуры не изолированно, а во взаимосвязи с познавательной, ценностно-ориентированной и коммуникативной деятельностью, поскольку для ее реализации необходимы и знания, и ценности, и человеческое общение. А до реального преобразования ее объектов используется проектное преобразование. Таким образом, сфера предметности материальной культуры активно взаимодействует со всеми основными формами предметности духовной культуры.

Преобразование человеческого тела весьма точно именуется физической культурой. «Она охватывает спортивные, медицинские и игровые воздействия на человеческое тело, которые изменяют его естественные, природные, анатомо-физиологические параметры, придавая ему новые, искусственные, самим человеком творимые, сверхприродные качества» [9, с.180].

Помимо упомянутых здесь факторов воздействия на человеческое тело немалую роль в его культурном преобразовании играют разнообразный и целенаправленный труд, а также косметика (врачебная и декоративная). Первый из них формирует такой тип этой формы предметности материальной культуры, как «работоспособное тело», т.е. тело не только здорового, физически крепкого, выносливого человека, но тело, целенаправленно культивируемое для занятия определенными видами трудовой деятельности, например, –– военной, ремесленной, рабочей, крестьянской, спортивной (профессионально дифференцированной), музыкально исполнительской (также дифференцированной), актерской, художественной (живописной, скульптурной, графической). Известно как формируются в результате многолетних занятий тела спортсменов и артистов балета; руки пианиста, скрипача; руки живописца, скульптора, мастера-ремесленника.

Все эти преобразования имеют в первую очередь чисто практическое, утилитарное значение, но вместе с тем приобретают и эстетическое значение, поскольку дают возможность любоваться и самим целенаправленно развитым телом, и движениями этого тела, рук и ног профессионалов в процессе выполнения ими работы, определяемой их профессией.

Красивое от природы и/или в результате занятий физкультурой и спортом, а также косметически украшенное тело становится эстетически самоцельным.

Тело человека в истории предметности культуры приобретало различные социальные значения, становилось материальной основой особого языка знаков культуры, выражая и социальную принадлежность, и политический, и религиозный смысл. Эти символические свойства тела являются семиотическими.

Но кроме утилитарно-практического, эстетического и семиотического значений человеческое тело, как в повседневном общении, так и в разных видах искусств (драматическое искусство, искусства танца, пантомимы, пения, риторики, и т.п.) может выражать духовное состояние, включая в себя и нравственное содержание и эстетические проявления жизни духа. В этом смысле можно говорить о выразительном теле.

Из всех рассмотренных типов человеческого тела –– первой из форм предметности материальной культуры –– дизайн может оказывать определенное влияние (косвенное) на знаково-символическое тело и непосредственное влияние на украшенное тело –– посредством косметики, прически, украшений и, конечно, костюма, хотя (если быть точным) последние свойства относятся уже не к самому человеческому телу, а к вещам –– второй из форм предметности материальной культуры.

Именно среди типов этой формы предметного мира материальной (в том числе материально-художественной культуры) находят свое место дизайн-продукты –реализованные в самых разнообразных вещах, создаваемых промышленным производством, дизайнерские проекты. Они могут быть названы прекрасно-полезными вещами –– внедренные произведения дизайна, поскольку в них сливаются польза и красота, утилитарная и эстетическая ценности.

Имманентной им бинарностью они отличаются от других типов вещей (см. таб. 1): только практически полезных, имеющих лишь утилитарную ценность, или только семиотически ценных (символических, ритуально-обрядовых), или только эстетически ценных (декоративных), или игровых (имеющих игровое назначение и смысл).

Произведения дизайна –– это объемные или плоскостные разномасштабные, утилитарно и эстетически значимые промышленные изделия разных видов бытового, общественного и производственного назначения, разной степени технической сложности и разной серийности их выпуска. Это не только единичные изделия, но также их наборы, ансамбли, комплексы и системы.

Синтез архитектуры и дизайна привел к развитию средового дизайна (дизайна предметной среды), произведениями которого являются предметно-пространственные разномасштабные утилитарно и эстетически значимые объекты архитектурно-дизайнерского проектирования: городской среды, транспортной среды, ландшафтной среды; экспозиций, шоу, массовых праздников, спортивных состязаний; интерьеров, помещений в зданиях разного назначения [10].

Вместе с сугубо утилитарными объектами инженерно-технического проектирования и объектами зодчества проекты дизайна и дизайн-архитектуры, будучи реализованными в промышленном строительстве и производстве, формируют многообразный мир «второй природы», созидаемый человечеством, как из материалов естественной природы, так и из искусственных, порожденных научно-техническим прогрессом.

Следует отметить, что объектами дизайнерского творчества могут становиться не только прекрасно-полезные вещи, но также вещи семиотически самоцельные, эстетически самоцельные и игровые (при условии их промышленного, а не ремесленного изготовления).

Разнообразные типы и виды предметов игрового назначения (не только игр и игрушек для детей разного возраста, но и игр для взрослых) давно стали выпускаться на фабриках и заводах по проектам дизайнеров. Хотя сохранилось и ремесленное изготовление таких вещей.

Значительное количество вещей, специально предназначенных быть знаками с общепринятым (конвенциональным) информационным значением, семиотически самоцельных, также выпускаются промышленным способом, являясь продуктами дизайна.

К ним относятся: денежные знаки (купюры, монеты); ценные бумаги (акции, облигации, аккредитивы, векселя); знаки отличия на обмундировании военнослужащих и чиновников; различные награды (ордена, награды, почетные знаки); флаги и гербы государств, городов, общественных организаций, политических партий, спортивных обществ, клубов; филателистические знаки и т.п. Все эти и другие, им подобные знаки-символы помимо семиотической имеют и эстетическую ценность. Хотя существуют вещи-символы, роль формы которых вторична, малосущественна –– это, например, семафоры и светофоры на транспортных магистралях, жезлы машиниста и регулировщика уличного движения, бакены на фарватере реки т.п. Они, как правило, остаются вне сферы дизайнерского творчества.

Вещи декоративные (эстетически самоцельные) создаются, как известно, и ремесленным и промышленным способами, являясь, соответственно, либо объектами декоративного искусства, либо дизайна. Это как правило технически простые изделия, объемные или плоскостные, предназначенные для украшения человека или помещений жилища, изготавливаемые из традиционных для декоративно-прикладного искусства или современных материалов. Применение новых технологий переработки и отделки материалов для промышленного изготовления декоративных изделий –– произведений дизайнерского творчества дает возможность расширять поле оригинальных художественных решений таких вещей, способствуя разнообразию приемов достижения их эстетической выразительности.

В основных типах третьей формы предметности материальной культуры –– социальных организациях –– дизайн занимает свою нишу среди организаций, относящихся к области художественной культуры, прежде всего таких, как творческие союзы (городские, региональные, общегосударственные и международные), затем таких, которые занимаются музейно-выставочной деятельностью, далее организаций сферы профессионального образования (разного уровня) и, наконец, организаций, занимающихся издательской деятельностью, а также просвещением через каналы телевидения, радио, Интернета.

Национальные союзы, ассоциации общества дизайнеров существуют в большинстве промышленно и экономически развитых стран мира уже более полувека (в некоторых странах еще дольше). С 1957 г. функционирует ИКСИД –– Международный Совет обществ промышленного дизайна, а также его ответвления: ИКОГРАДА –– Международный совет ассоциаций графического дизайна и ИФИ –– Международная ассоциация, объединяющая национальные организации дизайнеров интерьера. Они образовались позднее.

В ряде стран мира существуют музеи дизайна или отделы дизайна в музеях материальной, художественной, технической культуры. Помимо этого периодически организуются выставки произведений дизайна.

Профессиональная подготовка дизайнеров осуществляется в разных странах мира либо в специализированных средних и высших учебных заведениях, либо на факультетах (отделениях) многопрофильных образовательных учреждений. В некоторых передовых странах реализуются школьные программы пропедевтики дизайна (например, в Великобритании и Японии).

Практически с самого начала создания и развития национальных организаций дизайна стали издаваться в разных странах специализированные журналы, посвященные практическим, методическим, научным, организационным, учебным и другим аспектам дизайнерской деятельности. Многими издательствами выпускаются книги по разным отраслям дизайнерского творчества, а также разнообразная учебная литература.

Просвещение и пропаганда в области дизайна помимо издательств давно осуществляются по каналам радио и телевидения. С развитием Интернета его возможности стали все больше использоваться организациями дизайна и, безусловно, многими индивидуальными дизайнерами, открывающими свои сайты в Интернете.

«Залогом плодотворного влияния дизайна на формирование культуры является его гуманистическая ориентация, базирующаяся на антропоцентрической сущности дизайнерской деятельности. Дизайн, основанный на утверждении принципов и идеалов гуманизма как главных и всеобщих критериев оценки всех структурных составляющих культуры (и прежде всего человека как творца культуры и ее творения) направлен против технократической идеологии и практики техницизма, абсолютизирующих принципы научно-технической рациональности и игнорирующих отрицательные последствия такой практики, пагубные для природы, человека и общества.

Гуманистически ориентированный дизайн должен противодействовать процессам унификации и стандартизации способов удовлетворения человеческих потребностей и тем более запросов, вкусов, взглядов, идеалов людей, происходящим в массовой культуре под воздействием mass media…

Он также не поддерживает расслоение культуры на «элитарную» и «массовую», т.е. высокую культуру для немногих избранных и стандартизированную, нередко примитивную и низкопробную культуру для всех остальных, тиражируемую «индустрией массовой культуры»» [1, с.102––103].

Однако не следует идеализировать реальную практику дизайна и взгляды, идеи, убеждения многих представителей этой профессии, служащих бизнесу. Коммерчески ориентированный дизайн нацелен на увеличение сбыта привлекательных, модных вещей-товаров, на формирование ради этого посредством рекламы потребительской психологии широких масс населения путем фетишизации мира вещей, придания им значений престижной ценности –– символа социально-статусных отношений в стратифицированном обществе массового потребления.

Основной формой сферы предметности художественной культуры являются воплощенные художественные образы, реализуемые многообразно, как уже отмечалось, в типах образных структур, свойственных разным классам искусств (с их семействами, видами, разновидностями, жанрами), разделяемых на три основные группы: пространственных искусств (изобразительных и архитектонических), пространственно-временны́х (сценических и экранных) и временны́х (словесных, музыкальных и словесно-музыкальных).

«… Художественная образность столь же духовна, как познание, ценностное осмысление и проектирование, но функционирует образ как материальный предмет, воспринимаемый в реальности его конкретного существования, обращенный именно этой своей конкретностью к переживанию воспринимающего его человека; …единицей предметности художественной культуры является не образ как чисто духовное явление и не артефакт, а воплощенный образ, т.е. материализованный средствами того или иного искусства» [9,с.258].

Материальное в продуктах художественной культуры служит формой выражения духовного начала, становится носителем социально-культурных смыслов и ценностей. Определенный художественный образ обладает «и конструктивными качествами, вызывающими эстетическое к нему отношение, и семиотическими, делающими понятным воспринимающим его людям заключенное в нем содержание…» [9,с.259].

Дизайн вместе с архитектурой и прикладным искусством полноправно входит в мир искусств, относясь к классу пространственных искусств и к группе архитектонических искусств. Последние отличаются от изобразительных искусств не только тем, что не изображают окружающий мир (через призму отношения к нему художника), а выражают в форме вещей и сооружений их социально-культурный смысл для человека и общества, но, главное, своей бифункциональностью –– органическим слиянием в их сущности эстетического и утилитарного начал.

Краткий анализ структуры предметного мира культуры позволил показать, что дизайн как одна из форм ее существования находит свое место во всех основных слоях культуры –– и материальном, и духовном, и художественном.

Относясь как проектная деятельность к такой форме духовной предметности культуры как проект, дизайн реализует продукты своего творчества –– художественно-технические проекты в красивых и полезных вещах, являющихся типом одной из форм материальной предметности культуры.

Представляя собой не просто техническую, а художественно-техническую, художественно осмысленную проектную деятельность, дизайн относится и к слою художественной предметности культуры.

«Решая не просто утилитарно-технические задачи превращения проектируемой вещи в потребительную стоимость –– практически полезную вещь, а и задачи ценностные и семиотические, выявляющие социально-культурный смысл, духовную ценность данной вещи для человека, дизайн призван одновременно творить художественный образ объекта проектирования. Материализуясь в процессе промышленного производства в конкретной вещи (сооружении, комплексе, ансамбле, системе) как реализованном проекте дизайнера, художественный образ из идеальной, духовной формы (проектной) переходит в материальную, превращаясь в воплощенный художественный образ» [1, с. 55].

Таким образом, дизайн благодаря бифункциональности своей природы, своим особенностям как вида проектно-творческой деятельности, как одного из видов предметного художественного творчества оказывается включенным во все основные формы предметности культуры, связывая материальное с духовным на основе художественного начала.

Благодаря дизайну (как и архитектуре, и прикладному искусству) материальная практически полезная вещь становится носительницей духовного смысла. Ее форма, не изображая человека, создает образ человека определенной эпохи, периода развития культуры, национальности, социального слоя, душевного склада, мировоззрения, мироощущения, ценностных идеалов.

Способность вещи –– произведения дизайна не только выполнять рабочую функцию, не только вызывать эстетическое удовлетворение своей красотой, но и выражать определенный смысл, нести и передавать различную информацию, убеждает в относительности и диффузности границ между духовным, материальным и художественным слоями культуры. Эти слои при всех своих особенностях тесно взаимосвязаны и взаимообусловлены [1].

Дизайн вместе с архитектурой представляет собой своеобразный мост между материальной и духовной сферами культуры, занимая положение между пользой и красотой; техникой, наукой и искусством. Будучи включенным в мир искусств, дизайн, естественно, испытывает влияние многих его видов, оказывая и сам, в свою очередь, влияние на другие виды искусств в процессе развития материально-художественной культуры. Дизайн, как и архитектура, играет активную роль в процессах интеграции, развертывающихся в современной культуре, обогащается за счет различных ее сфер и областей и сам обогащает и развивает предметный мир культуры.

Список литературы

  1. Медведев В.Ю. Роль дизайна в формировании культуры: Учеб. пособие. –– 2-е изд., испр. –– СПб.: СПГУТД, 2004. –– 108 с.

  2. Кантор К.М. Красота и польза. Социологические вопросы материально-художественной культуры. –– М.: Искусство, 1967. –– 280 с.

  3. Эстетика и производство: Сб. статей. –– М.: изд-во МГУ, 1969. –– 347 с.

  4. Искусство и научно-технический прогресс: материалы симпозиума. –– М.: Искусство, 1973. ––
    463 с.

  5. Новикова Л.И. Эстетика и техника: альтернатива или интеграция? (Эстетическая деятельность в системе общественной практики). – М.: изд-во политической литературы, 1976. –– 287 с.

  6. Искусство в системе культуры. Социологические аспекты: Сб. научных трудов. –– Л.: ЛГИТМИК, 1981. –– 107 с.

  7. Дизайн в системе культуры / Сер.: тезисы конференций, совещаний/ под ред. С. О. Хан-Магомедова. –– М.: ВНИИТЭ, 1982. –– 71 с.

  8. Каган М.С. Человеческая деятельность. Опыт системного анализа. –– М.: изд-во политической литературы, 1974. –– 328 с.

  9. Каган М.С. Философия культуры. –– СПб.: ТОО ТК «Петрополис», 1996. –– 416 с.

  10. Медведев В.Ю. Сущность дизайна: Учеб. пособие. –– 2-е изд., испр. и доп. –– СПб.: СПГУТД, 2007. –– 91 с.

Вестник СПГУТД. –– 2009. –– № 2(17) –– С. 75 –– 83.

  1. ТИПОЛОГИЯ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ ПРОЦЕССОВ БЫТА

И ПРЕДМЕТНЫХ СРЕДСТВ ИХ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ

Предлагаемая в статье общая типология процессов жизнедеятельности людей в сфере индивидуально-семейного быта, предметными средствами осуществления которой являются разнообразные изделия, их комплекты (наборы, ансамбли), комплексы и системы, рассматривается в качестве научно-методической основы дизайн-проектирования групповых и видовых ассортиментов бытовых изделий, их потребительских комплексов, а также предметно-пространственной жилой среды.

Одним из действенных методов дизайн-проектирования комплексных и системных, в том числе предметно-процессуальных и средовых объектов, является метод проектных классификаций [1]. В процессе предпроектных исследований, в ходе самого дизайнерского проектирования (на всех этапах разработки объекта), в практике дизайн-экспертизы структуры и состава ассортимента изделий тех или иных групп и видов, анализа и оценки уровня их потребительских свойств и эстетической ценности этот метод позволяет упорядочивать и систематизировать исходную информацию, организует процесс творческого мышления, обусловливает целенаправленность и логичность поиска способов и средств, а в конечном счете — эффективность решения задачи.

Основаниями проектных классификаций в дизайне являются функциональные, морфологические, технологические, социально-культурные и иные признаки объектов. Поскольку критерием оценки проектного решения служит всестороннее удовлетворение потребностей человека в разных сферах и областях, в различных средах его жизнедеятельности, постольку «эти потребности и служат точкой отсчета в проектных классификациях» [1, с.123].

Во многих случаях дизайнерской практики выделяемые признаки классификации имеют частное значение, определяемое спецификой объекта, поэтому такие систематизации скорее носят рабочий, оперативный характер. Но при решении общезначимых исследовательских, проектных или экспертно-аналитических задач логически выделяемые основания классификаций «оказываются настолько фундаментальными, что построенные на них классификации приобретают значение общего принципа» [1, с.123].

Общие классификации, к которым относятся и типологии объектов дизайна, важны на самых начальных стадиях исследований, дизайн-проектирования и дизайн-экспертизы при постановке задач и определении общей стратегии работы.

Одна из самых общих типологий объектов дизайн-проектирования — это их систематизация по сферам жизнедеятельности людей. Они в самом обобщенном виде подразделяются на сферы: общественного производства (в совокупности материальных и духовных его видов); общественного быта; индивидуально-семейного быта; транспорта (в совокупности всех его видов); связи (аудиовизуальных коммуникаций). Сферы транспорта и связи проникают в три другие сферы, связывая их между собой. Сферы производства, общественного и семейного быта не являются изолированными, в своих реальных проявлениях они допускают взаимопересечение сферы общественного производства и общественного быта (сфера услуг), также как сферы индивидуально-семейного быта со сферами производства и общественного быта (услуг). Схема взаимосвязи основных сфер жизнедеятельности человека показана на рис.1.

Сфера жизнедеятельности людей определяет функцию сферы назначения изделий как элементов предметно-пространственной среды в системе «человек — вещь — среда».

Рис. 1. Схема взаимосвязи основных сфер жизнедеятельности человека

(А) –– Сфера общественного производства в совокупности материальных и духовных его видов.

(Б) –– Сфера общественного быта.

(В) –– Сфера индивидуально-семейного быта,

(Т) –– Сфера транспорта в совокупности всех его видов,

(К) –– Сфера аудиовизуальных коммуникаций, связи.

Конкретная предметно-пространственная среда в системе каждой сферы жизнедеятельности характеризуется своим особым типом человеческого общения и типом отношений «человек ↔ вещь ↔ среда». Конкретные потребности людей в разных сферах жизнедеятельности определяют функцию назначения вещей.

В промышленности и торговле используются (нередко параллельно) следующие принципы систематизации продуктов производства и изделий –– товаров:

1) телеологический (цель применения, назначение, условия, способы использования изделия);

2) производственно-отраслевой;

3) деятельностный (предназначение изделий для разных видов деятельности, для разных профессий, занятий);

4) поло-возрастной;

5) сезонно-климатический;

6) конструктивно-технический (особенности конструкции, технические параметры, характеристики изделия);

7) технологический (особенности способа производства, степень обработанности, виды отделки);

8) материально-сырьевой (сырье, материалы, из которых изготавливаются изделия).

Для потребителей (пользователей, эксплуатационников) совершенно не имеет значения второй, мало значим седьмой, вторичен восьмой, практически в той или иной степени значим шестой показатель основания систематизации. Важны первый, третий, четвертый и пятый признаки (два последних актуальны для одежды, белья, головных уборов, обуви, аксессуаров одежды, личных вещей, украшений, а также для изделий, предназначенных для спорта и туризма).

В дизайне помимо систематизации объектов по функциональному принципу (телеологическому), актуальны также группировки объектов по морфологическому принципу, по признакам материалов и технологии их обработки, по знаково-коммуникативному принципу, по признакам связи с человеком (в системе «человек — вещь — среда») и, наконец, по характеру размещения объектов в пространстве (вещь — пространственная среда).

Они не являются равнозначными, однопорядковыми: одни из них являются определяющими, главными в процессе постановки проектных задач и выбора стратегии их решения, а другие производными, приобретающими значение на соответствующих этапах и стадиях дизайн-проектирования при конкретизации замысла.

Поскольку наиболее существенными, ведущими для потребителей являются телеологические признаки (вещи приобретаются и используются для определенных материальных и духовных целей и применяются в тех или иных условиях потребления), постольку телеологический принцип должен быть положен в основу систематизации объектов дизайна на ее высших иерархических уровнях и оставаться стержневым на средних и даже низших уровнях классификаций.

Из всех сфер жизнедеятельности людей наиболее актуальной с позиции максимальной реализации потенциальных возможностей дизайна (гуманистически, а не просто коммерчески ориентированного) остается сфера индивидуально-семейного быта. Поэтому в данной статье и рассматривается типология функциональных процессов быта семьи (во всем его многообразии) и бытовых изделий как предметных средств осуществления определенных процессов семейно-бытовой жизнедеятельности, реализующих те или иные преимущественно материальные или преимущественно духовные потребности людей в этой сфере. Кроме того в типологию включены процессы хранения разнообразных изделий, продуктов, материалов и процессы транспортирования (перевозки, переноски) человека, изделий, продуктов, материалов.

Схема взаимосвязи основных групп процессов жизнедеятельности человека в сфере индивидуально-семейного быта показана на рис.2.

Рис. 2 Схема взаимосвязи основных групп процессов жизнедеятельности человека

в сфере индивидуально-семейного быта

Проектирование целостной гармоничной предметной жилой среды должно быть направлено на целесообразную организацию разнообразных жизненных процессов в сфере индивидуально-семейного быта. Это определяет важность исследования и систематизации видов бытовой жизнедеятельности и необходимых для их реализации изделий бытового назначения.

Предметные средства этой сферы жизнедеятельности это –– комплексные системы; комплекты, наборы, ансамбли изделий; это отдельные изделия и оборудование; это конструктивные блоки, узлы, элементы, материалы и продукты разного назначения.

Типология функциональных процессов семейного быта и предметных средств их реализации может служить основой дизайн-проектирования и формирования оптимальных ассортиментов различных групп и видов изделий бытового назначения во всем их номенклатурном, функциональном, конструктивно-технологическом, материально-вещественном и композиционно-стилевом разнообразии. Кроме того она может использоваться для архитектурно-дизайнерского проектирования различных объектов предметно-пространственной жилой среды.

При разработке типологии ставилась задача возможно более широкого охвата известных в настоящее время и осуществляемых реально (в той или иной степени) функциональных процессов семейного быта в жилищах городского и сельского типов и за их пределами. При этом принимались во внимание как типичные, характерные для большинства семей и индивидов процессы, так и процессы, осуществляемые отдельными группами семей и индивидов, характеризующие специфику их жизнедеятельности и не являющиеся широко распространенными.

Важно учесть и те и другие группы (подгруппы) процессов для широты представления о явлении в целом и ради обеспечения возможностей наиболее полного удовлетворения запросов различных контингентов потребителей в соответствующих вещах (их комплектах, системах) как предметных средствах осуществления определенных материальных и/или духовных потребностей людей.

Это становится реальным при проектировании и формировании групповых и видовых ассортиментов различных промышленных изделий –– товаров бытового назначения на основе проектно-типологического подхода [2], включающего классификацию этих изделий по их назначению, давно разработанного и апробированного отечественными и зарубежными дизайнерами.

Разработанная ВНИИТЭ классификация промышленных изделий – товаров бытового назначения по телеологическому принципу, группирующая потребительские комплексы вещей по основным видам бытовой деятельности [3], являясь методически полезной для промышленности и торговли, ориентированной на проведение экспертизы потребительских свойств новых видов бытовых изделий, а также их ассортимента, недостаточно отвечает задачам дизайн-проектирования этих объектов и реализации проектно-типологического подхода к разработке и формированию ассортиментов, соответствующих структуре потребления определенных групп и видов товаров.

Эта классификация слишком привязана к товароведным классификациям с их ориентацией на уже известные виды и типы бытовых изделий. По своей структуре она недостаточно упорядочена и логична. При излишне подробном перечислении групп, подгрупп и видов изделий, предназначенных для определенных функциональных процессов, эта классификация имеет существенные пробелы, вызванные упущениями в разработке базовой структуры типологии функциональных процессов быта.

Поэтому в целях достижения большей эффективности исследования по этой тематике и применения его результатов именно для дизайн-проектирования в Ленфилиале ВНИИТЭ в свое время была (под руководством автора этой статьи) выполнена соответствующая научно-исследовательская работа [4], содержание которой не утратило своей методической и практической значимости и в настоящее время.

В таблицах 1 –– 5 приведена типология функциональных процессов семейно-бытовой жизнедеятельности, взаимосвязь основных групп которых показана на рис. 2.

В соответствии с принятой в упомянутой работе концепцией все функциональные процессы сферы индивидуально-семейного быта разделены на 5 основных групп (со своими подгруппами): удовлетворение преимущественно материальных потребностей, удовлетворение преимущественно духовных потребностей, хранение и транспортирование предметных средств реализации потребностей и создание оптимальных условий жизнедеятельности человека в этой сфере. Последняя группа представлена в табл. 1 как группа I, поскольку она предопределяет оптимизацию осуществления остальных групп процессов.

В табл. 2 систематизирована II группа процессов, охватывающая все многообразие утилитарных потребностей людей, удовлетворяемых посредством самообслуживания в сфере семейного быта в жилищах городского и сельского типов и за их пределами. Многие из этих процессов ориентированы на удовлетворение не только материальных, но и духовных потребностей, поскольку утилитарное начало таких потребностей одухотворено в той или иной степени их социально-культурной сущностью.

Включение в эту группу соответствующих процессов произведено по принципу доминирования в них утилитарного начала, удовлетворения преимущественно материальных потребностей.

В табл. 3 представлена III группа процессов, охватывающая разнообразные социально-культурные, большей частью досуговые потребности людей, удовлетворяемые в сфере индивидуально-семейного быта, в жилище и за его пределами. Они ориентированы на удовлетворение как духовных, так и физических культурных потребностей.

Несмотря на то, что в некоторых подгруппах процессов этой группы социально-культурное начало сочетается с утилитарно-практическим, духовная основа потребностей является определяющей. Включение в группу III соответствующих подгрупп процессов произведено по принципу доминирования в них именно духовного начала.

В табл. 4 систематизирована IV группа процессов –– хранение изделий, наборов, комплектов, материалов, продуктов, т. е. в своем большинстве всего того, что по существу и является средствами реализации процессов, сгруппированных во II и III группах и отчасти в I группе, а также в V группе. Хранение может осуществляться, как известно, не только в традиционных видах корпусной мебели различного назначения –– шкафах и их гарнитурах, а также комодах, сервантах, секретерах, настенных полках, на антресолях, но и во встроенной мебели, шкафах-перегородках, блочно-модульных системах и специальных емкостях для систематизированного хранения. Для размещения определенных объектов вне жилища создаются специальные помещения, гаражи, хозяйственные постройки.

В табл. 5 приведены подгруппы процессов группы V –– транспортирование человека, изделий, продуктов, материалов. В этих подгруппах объединены процессы, (перевозка или переноска), средства и объекты транспортирования (что и в чем перевозится или переносится), что обусловлено логикой процессов этой группы.

В табл. 1 –– 3 не приведены примеры средств предметного обеспечения, систематизированных в группах I –– III процессов. Это объясняется, во-первых, тем, что многие из них указаны в табл. 4, группа IV; во-вторых, тем, что для дизайн-проектирования первична идея, назначение (утилитарное и социокультурное) того объекта, который предстоит разработать для реализации определенных потребностей в том или ином процессе жизнедеятельности, а не название уже известного прототипа, аналога этого объекта; в третьих –– соображениями сокращения площади, занимаемой таблицами в данной статье. В работе [4] в соответствующих таблицах были даны примеры предметных средств осуществления конкретных подгрупп и видов функциональных процессов.

Функциональные процессы группы I, подгруппы 1го и 2го уровня –– «Оптимизация био-социальных условий жизнедеятельности в сфере жилища» в основном обеспечиваются архитектурно-планировочными решениями квартиры в многоквартирном доме или индивидуального жилища и системами коммуникаций (как правило, централизованных), определяющих уровень комфорта жизнеобеспечения, важный для всех остальных групп процессов сферы индивидуально-семейного быта. Помимо централизованных систем жизнеобеспечения жилища (как городского, так и сельского типов) –– отопление, вентиляция, водоснабжение, канализация, освещение –– существуют и используются автономные устройства предметной реализации этих процессов. Это относится также к ряду средств информационного обеспечения в жилище. Подгруппы процессов 2го уровня предпоследней группы 1го уровня («Оптимизация среды, непосредственно контактирующей с человеком») подразумевают в первой из этих подгрупп разнообразную мебель, выполняющую роль опоры для тела человека, его рук или нижней части тела в самых разных процессах трудовой (физической и интеллектуальной) или досуговой деятельности, или отдыха (сидя, полулежа) и сна.

Во второй подгруппе подразумевается самая разнообразная одежда, используемая как в жилище, так и вне его, и выполняющая функцию защиты тела человека от неблагоприятных воздействий внешней среды, а также этическую и знаково-коммуникативную функции (последняя проявляется в эстетических ценностях и ценностях моды). И мебель разных видов и типов, служащая опорой для человека (мебель и оборудование для хранения разнообразных вещей подразумеваются в табл. 5), и разнообразная одежда уместны именно в группе 1 (табл. 1), поскольку они вместе с другими предметными средствами реализации функциональных процессов этой группы служат по-своему созданию оптимальных условий жизнедеятельности человека (в жилище или вне его), актуальных для комфортности осуществления процессов всех остальных групп, многих подгрупп.

Для представленного в табл. 1 –– 5 высшего иерархического уровня типологии функциональных процессов быта и средств их предметного воплощения вторичны или малосущественны конструктивные, технологические, структурно-морфологические и материально-сырьевые признаки изделий –– прототипов или аналогов тех вещей, которые предстоит разработать дизайнерам. Они могут быть сходны с существующими сегодня вещами, но могут быть и совершенно другими, позволяющими в совокупности гораздо эффективнее осуществлять процессы жизнедеятельности и иначе формировать предметную среду, наполняя ее новым социально-культурным смыслом.

Группировка перечней функциональных процессов (вместе с адекватными средствами их предметного осуществления) предусматривает возможность ее дополнения, изменения и развития в зависимости от изменений в реальной семейно-бытовой жизнедеятельности людей разных социальных слоев, групп под влиянием факторов научно-технической, социально-экономической и социально-культурной сторон прогресса.

При инновационном комплексном и системном дизайнерском проектировании необходимо сосредоточить внимание на сущности средств предметного воплощения функциональных процессов, на их утилитарно-техническом и социально-культурном значении, на взаимосвязи этих объектов в определенной среде и ситуациях потребления. Следует критически подходить к существующей жилой предметной среде и самим процессам жизнедеятельности с позиций формирующихся в общественном сознании идеалов образа жизни людей данной страны и данного социума.

Широкое использование всех достижений науки, техники и культуры для универсализации и интеграции, автоматизации и кибернетизации многих функциональных процессов быта должно привести к сокращению общего количества вещей, повышению уровня комфортности жилища, вариантности формирования зон жилой предметной среды, дальнейшему развитию культуры быта, наполнению его новым смыслом, созданию пространства личной жизни для членов семьи и увеличению свободного времени для возможности внутри- и внесемейного общения, общесемейных и индивидуальных занятий, удовлетворения собственно культурных досуговых потребностей в соответствии со своим кругом ценностей.

Т а б л и ц а 1. Группа I. Создание оптимальных условий жизнедеятельности человека

Функциональные процессы

подгруппы 1 уровня

подгруппы 2 уровня

Оптимизация био-социальных условий жизнедеятельности в сфере жилища

Обеспечение достаточного пространства и удобная планировка помещений для рационального размещения оборудования, изделий и осуществления функциональных процессов бытовой жизнедеятельности

Обеспечение достаточной кубатуры воздуха, вентиляция, поддержание оптимального микроклимата в помещениях

Отопление и теплоизоляция помещений

Водоснабжение жилища

Окончание табл. 1

Функциональные процессы

подгруппы 1 уровня

подгруппы 2 уровня

Оптимизация био-социальных условий жизнедеятельности в сфере жилища

Канализация в жилище

Шумоизоляция жилища

Освещение помещений, различных функциональных зон и процессов в жилище и вне его

Информационное обеспечение в жилище

Контроль времени, температуры, влажности (в жилище и вне его), атмосферного давления

Передача и прием (получение) разнообразной информации с помощью различных средств аудиовизуальной коммуникации, связи

Оптимизация среды, непосредственно контактирующей с человеком

Обеспечение рациональных положений тела и комфортных поз человека в различных функциональных процессах и ситуациях бытовой жизнедеятельности

Предохранение тела человека от неблагоприятных воздействий внешней среды в жилище и за его пределами; обеспечение комфортного социально-психологического состояния личности в различных процессах и ситуациях жизнедеятельности

Обеспечение регулирования доступа в жилище, к его оборудованию и личному транспорту

Предохранение помещений, зон оборудования и личного имущества членов семьи, регулируемое внутрисемейными отношениями

Предохранение жилища, его помещений и личного транспорта от проникновения извне чужих лиц

Т а б л и ц а 2. Группа II. Удовлетворение преимущественно материальных потребностей человека

Функциональные процессы

подгруппа 1 уровня

подгруппа 2 уровня

Удовлетворение био-социальных потребностей семьи и индивида

Принятие пищи

Личная гигиена, туалет, косметика

Лечение в домашних условиях

Психофизиологическая реабилитация

Сон

Окончание табл.2

Функциональные процессы

подгруппа 1 уровня

подгруппа 2 уровня

Производственно-

хозяйственная деятельность в быту. Семейное самооб-служивание бытовых нужд в жилище и за его пределами

Обработка продуктов и приготовление пищи

Мытье посуды, сбор, кратковременное хранение и удаление отходов

Уход за одеждой, бельем, обувью (стирка, глаженье, чистка)

Шитье, вязание, починка одежды и белья

Уборка помещений и оборудования жилища

Ремонт и благоустройство жилища

Уход за транспортными средствами в жилище и вне его (в зависимости от вида и габаритов средства транспортирования)

Сельскохозяйственная деятельность семьи в личном подсобном хозяйстве

(ЛПХ)

Садово-огородные работы (растениеводство) на участке ЛПХ

Животноводство в ЛПХ

Птицеводство в ЛПХ

Рыбоводство (прудовое) в ЛПХ

Пчеловодство в ЛПХ

Строительные и ремонтные работы в личном подсобном хозяйстве (жилище, хозяйственные постройки, инженерное оборудование, различные сооружения и т.п.)

Т а б л и ц а 3. Группа III. Удовлетворение преимущественно духовных потребностей человека

Функциональные процессы

подгруппа 1 уровня

подгруппа 2 уровня

Удовлетворение

духовных

социо-культурных

потребностей

Культурный отдых различных видов в домашних условиях

Увлечения, любительские занятия, творческая самодеятельность различных видов в домашних условиях

Учебные занятия различных видов; умственная работа в домашних условиях

Окончание табл.3

Функциональные процессы

подгруппа 1 уровня

подгруппа 2 уровня

Удовлетворение

физических и

духовных

социо- культурных потребностей

Игры детей разных возрастных групп в помещениях жилища и на открытом воздухе, индивидуальные и групповые

Занятия физкультурой в помещениях жилища и на открытом воздухе

Занятия различными видами летнего и зимнего любительского спорта

Различные виды отдыха в пригородной зоне. Внутригородские прогулки. Ближний и дальний туризм. Путешествия по стране и за рубежом

Занятия охотой, рыболовством, сбором грибов, ягод, лекарственных растений для семейного потребления

Удовлетворение

эстетических и

художественных

потребностей

Украшение помещений своего жилища

Украшение человеком самого себя (в будни, праздники, для значимых встреч и торжественных случаев)

Т а б л и ц а 4. Группа IV. Хранение изделий, наборов, комплектов, материалов, продуктов

Объекты хранения

Группы

Виды

Пищевые продукты

Продукты для приготовления различных блюд; различные блюда, напитки

Продукты, готовые для употребления

Продукты домашнего консервирования

Пищевые отходы

Изделия для

приготовления

и принятия пищи,

(их наборы,

комплекты)

Посуда, инструменты, механизмы, приборы и приспособления для приготовления пищи

Приспособления и емкости для различных видов домашнего консервирования продуктов

Изделия и средства для ухода за посудой, приспособлениями, механизмами и т.п.

Посуда и приборы для принятия пищи

Продолжение табл. 4

Объекты хранения

Группы

Виды

Изделия и средства

личной гигиены,

косметики, туалета

и лечения в домаш-

них условиях

Изделия и средства (их наборы) для личной гигиены, туалета и для косметических процедур

Приборы, инструменты, приспособления, различные лекарства, материалы для лечения и ухода за больными в домашних условиях

Одежда,

белье,

обувь

Одежда; белье (их комплекты), головные уборы, обувь, аксессуары разных видов и назначения

Изделия и средства для ухода за одеждой, бельем, головными уборами, обувью

Изделия (комплекты) для спального места

Изделия, наборы,

приспособления,

материалы для

хозяйственно-бытовой

деятельности

в жилище

Машины, приборы, приспособления, средства для стирки, сушки, глажения и чистки белья, одежды

Машины, приспособления, принадлежности, материалы для шитья, вязания, починки одежды, белья

Машины, приспособления, устройства, средства для поддержания чистоты помещений жилища, его оборудования, предметов обстановки

Машины, приборы, инструменты, приспособления, средства, материалы различных видов и назначения для ремонта и благоустройства жилища, ремонта его оборудования и некоторых видов бытовых изделий

Изделия, наборы

приспособления,

материалы для

культурно-досуговой,

учебно-интел-

лектуальной и игровой

деятельности

в быту

Домашняя библиотека (книги, журналы, художественные альбомы и т.п.). Домашние: фототека, слайдотека, аудио-видеотека и т.п.

Бытовая аудио-видео аппаратура различных видов, используемая для культурного досуга

Изделия, наборы для интеллектуальных и развлекательных игр взрослых в жилище

Механизмы, приборы, инструменты, приспособления, устройства, материалы для разных видов любительских занятий и творческой самодеятельности в домашних условиях

Приборы, инструменты, приспособления, материалы, различные носители и трансляторы разнообразной информации для учебы и интеллектуальной работы в домашних условиях

Изделия разных видов для украшения жилища. Изделия (наборы) для украшения человека

Изделия (наборы, комплекты), материалы для игр детей разного возраста в жилище и вне его

Окончание табл. 4

Объекты хранения

Группы

Виды

Изделия, наборы,

оборудование, снаряже-

ние для любительского

спорта, туризма,

охоты, рыболовства

Изделия (комплекты), приспособления, оборудование разных видов для занятий физкультурой и любительским спортом

Изделия разных видов для различного рода рекреационной деятельности вне дома

Изделия, комплекты, снаряжение для разных видов туризма и путешествий

Изделия, механизмы, приборы, снаряжение для охоты, рыболовства; снаряжение для сбора грибов, ягод, лекарственных растений

Изделия, оборудование

для работы в личном

подсобном хозяйстве

и продукция этой

деятельности

Механизмы, инструменты, приспособления, материалы для обработки почвы, выращивания растений; для выращивания животных, птиц, рыб; для пчеловодства; для цветоводства

Оборудование для хранения урожая, продуктов сельскохозяйственной деятельности в ЛПХ

Индивидуальные

транспортные

средства

Индивидуальные транспортные средства с двигателями внутреннего сгорания и др. типа. Индивидуальные средства транспорта без двигателей, рассчитанные на мускульную силу людей

Т а б л и ц а 5. Группа V. Транспортирование человека, изделий, продуктов и материалов

Процессы, средства, объекты транспортирования

Перевозка средствами личного транспорта с двигателями разных типов человека (группы людей), багажа, грузов в населенных пунктах и между ними (в зависимости от вида транспорта –– по суше, по воде или по воздуху) с различными целями: деловые или бытовые поездки, загородный отдых, туризм, путешествия.

Перевозка человеком себя и небольшого багажа средствами индивидуального транспорта без двигателя в населенном пункте и за его пределами с различными целями: деловые или бытовые поездки, спорт, туризм, загородный отдых.

Перевозка вручную в колясках малолетних детей с целью прогулок с ними на открытом воздухе в пределах микрорайона населенного пункта.

Окончание табл.5

Процессы, средства, объекты транспортирования

Перевозка вручную или переноска каких-либо изделий, материалов, продуктов с помощью перевозимых на колесах или переносимых емкостей различного назначения: хозяйственного, бытового, туристского, спортивного, делового и т.д. в населенном пункте и за его пределами, в том числе при поездках за город или другие населенные пункты общественным транспортом.

Перевозка вручную или переноска каких-либо изделий, материалов, продуктов сельскохозяйственной деятельности и т.п. с помощью грузовых колесных тележек, носилок, различных носимых емкостей и других приспособлений транспортирования в пределах приусадебного участка и за его пределами (в процессе трудовой деятельности в личном подсобном хозяйстве).

Переноска в емкостях различного назначения: культурно-бытового, делового, учебного, спортивного и т.п. предметов личного обихода: декоративной косметики, принадлежностей для причесывания, для ухода за ногтями и т.п.; индивидуально необходимых медикаментов; деловых бумаг, документов, калькуляторов, средств записи и хранения информации, индивидуальной беспроводной связи; ассигнаций, монет, кредитных карточек; различных удостоверений личности; ключей и т.п.; изделий и принадлежностей, инструментов и материалов разного назначения, необходимых для различного вида учебной, интеллектуальной, творческой, игровой, спортивной, лечебно-реабилитационной деятельности вне дома.

Самостоятельное или при помощи других лиц передвижение инвалидов в специальных колесных транспортных средствах в жилище и за его пределами (в микрорайоне, районе населенного пункта и вне его).

Список литературы

  1. Методика художественного конструирования. –– 2-е изд., перераб. –– М.:ВНИИТЭ, 1983. –– 166 с.

  2. Формирование ассортимента изделий культурно-бытового и хозяйственного назначения. Проектно-типологический подход: метод. материалы / Отв. ред. Ю. К. Семенов, М. В. Федоров. –– М.: ВНИИТЭ, 1984. –– 114 с.

  3. Классификация промышленных товаров по назначению: метод. материалы / Отв. ред. М. В. Федоров. –– М.: ВНИИТЭ, 1983. –– 57 с.

  4. Отчет по НИР «Проведение комплексной экспертизы, исследований и разработок ассортиментных групп и потребительских комплексов товаров культурно-бытового и хозяйственного назначения для освоения предприятиями Ленинградского региона». Ч. 2. «Разработка типологии предметных средств осуществления процессов жизнедеятельности людей в сфере индивидуально-семейного быта». –– Шифр 2110. –– № Гос. регистрации 01860134852 / Руков. НИР В. Ю. Медведев. –– Л.: ЛФ ВНИИТЭ. –– 109 с.

Дизайн. Материалы. Технология. –– 2008. –– № 1(4) –– С. 31 –– 41.

  1. ОТ РАЗРАБОТКИ ТИПАЖА К ФОРМИРОВАНИЮ

АССОРТИМЕНТА СВЕТИЛЬНИКОВ ДЛЯ ЖИЛИЩА

На примере разнообразных по характеру освещения и конструктивному типу светильников для жилища рассматриваются методические принципы формирования видового ассортимента товаров бытового назначения на основе предварительно разработанной номенклатуры типов изделий данного вида.

В этой статье на примере одного из широко распространенных видовых ассортиментов бытовых изделий конкретизируются основные положения подхода к проектированию таких системных объектов дизайна, как групповые и видовые ассортименты изделий бытового назначения, изложенные в ранее опубликованных статьях автора. Это –– «Материал и конструкция как факторы морфологического разнообразия ассортимента однотипных объектов дизайна» [1] и «Типология функциональных процессов быта и предметных средств их осуществления» [2]. В первой из них рассматривалась сущность проектно-типологического подхода к разработке научно обоснованной номенклатуры –– типажа изделий определенного вида как основы проектирования и формирования их производственного и торгового ассортимента. А во второй –– типологическая структура функциональных процессов семейного быта и предметных средств их реализации, необходимых для удовлетворения многообразных материальных и духовных потребностей людей в данной сфере жизнедеятельности. На основе этой типологии, по сути дела, и должны разрабатываться в промышленности и формироваться в торговле групповые и видовые ассортименты различных изделий бытового назначения.

В группу функциональных процессов, создающих оптимальные условия жизнедеятельности человека в жилище, наряду с обеспечением достаточного пространства и удобной планировки помещений, обеспечением достаточной кубатуры воздуха, вентиляции, оптимизацией микроклимата в помещениях, а также отоплением, водоснабжением и водоотведением, шумоизоляцией и теплоизоляцией жилища, входит и освещение помещений, различных функциональных зон и процессов, осуществляемых в квартире (доме). Конечно, имеется в виду искусственное (электрическое) освещение, без которого в осенне-зимний период года, в темное время суток и при пасмурной погоде многие процессы бытовой жизнедеятельности были бы трудно реализуемы или просто неосуществимы.

Бытовые светильники, как известно, относятся к одному из самых массовых видов товаров широкого потребления, необходимых каждой семье, в каждом доме, квартире, комнате. В этих объектах дизайна тесно взаимосвязаны утилитарная функция –– искусственное освещение в помещениях жилища и эстетическая –– украшение предметной жилой среды. В разных типах изделий этого вида весомость утилитарного и эстетического начала, обусловленная их функциональным назначением, расположением в помещении (зоне) жилища, конструкцией и материалами, композицией, безусловно, является неодинаковой.

Но социально-культурная значимость эстетической функции бытовых светильников (в сравнении с не менее значимой утилитарной) определяет целесообразность обеспечения высокой степени морфологического разнообразия моделей ассортимента этих изделий, в которых воплощаются различные типологические разновидности светильников. Это важно для удовлетворения эстетических запросов и предпочтений разных групп потребителей в целях формирования ими стилистического многообразия предметной среды своих жилищ.

Светильники подобно мебели, посуде, бытовой утвари, одежде имеют глубокие исторические корни в своем доиндустриальном предметном художественном творчестве (ремесленном и мануфактурном). Поэтому даже при переходе к их машинному изготовлению и замене прежних источников света электрическими лампами довольно долго сохраняется стремление к декоративности композиционно-стилевого решения и подражанию формам тех или иных прототипов этих изделий. И это несмотря на то, что приемы стилистически подражательного декорирования светильников, свойственные ремесленному каноническому творчеству, противоречат принципам технологичности и экономической рентабельности индустриального производства, способствуя повышению себестоимости их выпуска, росту оптовых и розничных цен и, как следствие, уменьшению возможностей сбыта такой продукции.

Конечно, в течение всего ХХ века (как и в начале нового столетия) разрабатывалось и выпускалось немало новаторских моделей бытовых светильников, основанных на оригинальных композиционных идеях дизайнеров, выявляющих эстетически значимые свойства новых конструкционных и отделочных материалов, особенности передовых технологий машинного изготовления и сборки этих изделий, новых источников света и самого характера освещения.

Тенденциям развития стилевых направлений формообразования светильников для жилища в ХХ веке и рассмотрению композиционных приемов дизайнерских инноваций в этой области предметного художественного творчества посвящен подраздел 5.2. в учебном пособии автора этой статьи «Стиль и мода в дизайне» [3, с. 88 –– 99 и с. 188 –– 199]. Анализ этих тенденций позволил выявить закономерности попеременного превалирования в дизайне светильников стилистики или рационального функционализма, или декоративизма при том, что в ассортименте этого вида изделий почти на всех этапах эволюции его формообразования в прошлом столетии сохранялись и сугубо рационалистические, и подчеркнуто декоративные модели разных типологических его разновидностей. Декоративность в гораздо большей степени свойственна светильникам с лампами накаливания, чем с люминесцентными или галогенными источниками света. Приемы повышения художественной выразительности последних, безусловно, не могут быть заимствованы у светильников с традиционными лампами накаливания. Дизайнерам еще предстоит в результате художественного осмысления технико-эксплуатационной и светотехнической сущности светильников с галогенными лампами (равно как и энергосберегающими источниками света нового поколения) найти подход к их стилеобразованию, адекватный их особенностям, месту и роли в освещении жилища с учетом социокультурного смысла этих изделий для потребителей.

Сохранение морфологического многообразия в постоянно обновляющемся (в основном стилистически) ассортименте изделий данного вида, включающем все необходимые типы (подтипы) светильников, воплощаемых в разных по конструкции, материалу и композиции моделях, должно быть закономерным ответом дизайнеров и производителей светильников на разнообразие запросов, эстетических ценностных ориентаций и предпочтений всех контингентов потребителей, стремящихся к индивидуализации предметной среды своего жилища в соответствии с определенным образом жизни.

Однако социально-культурно и социально-экономически оправданное многообразие моделей ассортимента не должно складываться стихийно (как это происходит в сфере отечественной торговли промышленными изделиями бытового назначения в последние годы), поскольку такая практика приводит к перенасыщению рынков сбыта многих видов изделий моделями каких-либо одних типов при крайне ограниченном количестве моделей других типов или полном их отсутствии в продаже, что в итоге снижает эффективность торговли.

Морфологически и функционально разнообразный ассортимент лишь тогда может считаться оптимальным, когда он по структуре и составу формирующих его моделей (определенного типа, вида, группы изделий) соответствует в данный период времени структуре материальных и духовных потребностей людей, удовлетворяемых с помощью вещей-товаров. Для достижения этой цели продуктивно использование метода проектно-типологического подхода к разработке и формированию оптимизируемого ассортимента бытовых изделий разных видов, базирующегося на предварительно определяемой оптимальной номенклатуре типов изделий данного вида [2].

Типологический ряд разновидностей (типаж) светильников для жилища разрабатывается прежде всего на основе выявления и систематизации основных функционально-технических признаков, характеризующих эти изделия. К ним относятся: рабочая функция светильника определенного типа, тип источника света и количество ламп в светильнике, характер светораспределения, способ установки светильника в помещении, возможности изменения характеристик светового потока, а также его направления в пространстве. Структура видов и разновидностей этих признаков приведена в табл. 1.

Т а б л и ц а 1. Основные функционально-технические характеристики светильников для жилища

Вид признака

Разновидности признака

Рабочая функция светильника определенного типа

Общее освещение;

Местное освещение;

Общее и местное освещение;

Локальное освещение;

Декоративное освещение;

Освещение для ориентации в темноте

Тип источника света

Лампа накаливания (обычная);

Галогенная лампа накаливания;

Люминесцентная лампа (газоразрядный источник света); Светодиодный источник света

Количество источников света в светильнике

Один;

Два;

Три и более

Характер светораспределения

Прямой; Отраженный; Направленный; Рассеянный,

Смешанный

Место и способ установки (расположения), определяющие типологические разновидности светильников

Стационарные:

потолочные, настенные, в том числе – подвесные; пристроенные, консольные, торцевые; встроенные, в том числе наружные, внутренние;

Нестационарные:

настольные, напольные переносные; прикрепляемые; передвижные на шинопроводе; закрепляемые на штанге (стойке)

и т.п.

Окончание табл. 1

Вид признака

Разновидности признака

Изменение характеристик светового потока

По интенсивности;

По направлению;

По распределению;

По спектру

Изменение положения светового центра (светооптической системы)

Регулирование высоты подвеса;

Перемещение светового центра по прямой или окружности;

Перемещение светового центра на плоскости;

Перемещение светового центра в пространстве

После систематизации функционально-технических характеристик светильников необходимо определить и систематизировать потребительские требования к этому виду бытовых изделий. Методические принципы разработки развернутой номенклатуры потребительских свойств и показателей качества для конкретных видов изделий изложены в работе [4]. В приложении 2 к этой работе приведен пример анализа потребительских свойств одного из типов светильников.

Комплекс потребительских показателей качества бытовых светильников представлен в табл. 2.

Т а б л и ц а 2. Номенклатура потребительских показателей качества светильников для жилища

Группа показателей

Комплексный показатель

Единичный показатель

Социального назначения

Ориентация изделия на определенную группу потребителей и ситуацию потребления

Соответствие типа светильника цели и задачам его использования в определенном помещении (зоне) жилища для тех или иных функциональных процессов бытовой жизнедеятельности

Социально-культурная обоснованность срока морального устаревания изделия данного вида (типа)

Соответствие характера стилевого решения формы светильника и заложенных в его конструкции технических характеристик расчетному сроку службы типа светильника как изделия длительного пользования

Функцио-
нальные

Совершенство выполнения основной функции

Оптимальное освещение помещения (зоны), рабочего места, оборудования жилища с учетом рабочей функции светильника определенного типа и предусмотренного конструкцией характера светораспределения.

Соответствие конструкции светильника условиям среды его эксплуатации.

Коэффициент полезного действия (КПД %) и потребляемая мощность электроэнергии при оптимальном режиме работы

Продолжение табл. 2

Группа показателей

Комплексный показатель

Единичный показатель

Функцио-
нальные

Универсальность применения

Для типов светильников с переменными характеристиками:

Возможности изменения интенсивности и направления светового потока.

Возможность использования для общего и местного освещения.

Возможность изменения характера светораспределения.

Вариантность размещения и фиксирования (закрепления) светильника в пространстве.

Мобильность светильника (диапазон перемещения его в среде эксплуатации)

Совершенство выполнения дополнительных (сопутствующих) функций

Органичность (целесообразность) совмещения в одном изделии основной функции – освещения и дополнительной (светильник-часы-таймер, светильник-журнальный столик и т.п.).

Эффективность реализации дополнительной функции

Надежность в потреблении

Долговечность

Сохранение потребительских свойств светильника определенного типа в течение расчетного срока службы изделия

Безотказность

Возможность светильника сохранять работоспособность всех элементов его электросхемы в течение расчетного срока эксплуатации

Ремонтопригодность

Приспособленность светильника определенного типа для ремонта с целью устранения повреждений и восстановления его работоспособности.

Обеспечение возможности замены потребителем ламп, патронов, абажуров в домашних условиях

Сохраняемость

Способность светильника определенного типа сохранять исправное, пригодное к эксплуатации состояние после хранения и транспортирования

Продолжение табл. 2

Группа показателей

Комплексный показатель

Единичный показатель

Эргономические

Легкость освоения потребителем необходимых действий с изделием

Простота приобретения необходимых навыков обращения со светильником определенного типа

Комфортность освещения.

Удобство пользования изделием в процессе эксплуатации

Обеспечение защиты глаз человека от блёскости источников света и отраженной блёскости.

Оптимальная освещенность рабочей поверхности (лк).

Оптимальная яркость светящих поверхностей светильника (кд/м2).

Учет в конструкции светильника и форме его абажуров антропометрических данных руки человека для удобства замены ламп, патронов и снятия абажуров.

Удобство переноски светильников определенного типа и изменения положения светооптической системы в пространстве (в светильниках соответствующего типа)

Удобство обслуживания изделия

Удобство ухода за светильником, очистки его от пыли, влажного протирания стеклянных абажуров или их мытья

Безопасность потребления

Механическая безопасность

Исключение возможности механических травм при сборке–разборке светильника (снятии и закреплении абажуров), замене ламп и патронов, а также при очистке его от пыли, влажном протирании (мытье)

Электрическая безопасность

Исключение возможности поражения потребителя электрическим током при обслуживании светильника

Биохимическая безопасность

Безвредность химического состава конструкционных и отделочных материалов, использованных в конкретной модели светильника

Эстетические

Гармония формы и сущности

Выраженность в форме определенной модели светильника его функции, конструктивно-технологических особенностей, эстетически значимых свойств материалов, приспособленности
к способу его использования.

Отражение в характере композиционно-стилевого решения светильника его предназначенности для освещения тех или иных помещений (зон) жилища, рабочих мест, оборудования, функциональных процессов.

Окончание табл. 2

Группа показателей

Комплексный показатель

Единичный показатель

Эстетические

Гармония формы и сущности

Соответствие светильника современным тенденциям стилеобразования изделий данного вида и типа.

Единство стилевого решения узлов и деталей арматуры и абажуров (отражателей, рассеивателей) светильника.

Стилевая согласованность определенной модели светильника с предметной средой освещаемого им помещения (зоны) жилища.

Гармония организации формы

Композиционная целостность объемно-пластического и цветофактурного решения определенной модели светильника.

Гармоничность цветотоновых и фактурных отношений формы светильника с учетом их изменения при включенном и выключенном источнике света

Совершенство производственного выполнения и сохраняемость товарного вида изделия

Качество выполнения элементов формы, конструктивных сочленений и сопряжений поверхностей.

Качество отделки поверхностей и нанесения декоративно-графических элементов композиции (при их наличии).

Совершенство производственного выполнения и сохраняемость товарного вида изделия

Устойчивость к повреждениям в процессе нормальной эксплуатации, сохраняемость товарного вида светильника определенной модели.

Комплекс потребительских показателей качества светильников бытового назначения является критерием анализа и оценки потребительского качества (совокупности потребительских свойств) реальных моделей изделий данного вида (конкретных его типов). В этих показателях отражаются обобщенные потребительские требования к таким изделиям.

Но эти требования отнюдь не являются требованиями какого-либо конкретного или же среднестатистического потребителя к необходимому ему изделию-товару. «Средний» потребитель, за редким исключением, не может достаточно профессионально, полно, точно сформулировать весь комплекс требований к определенному виду (типу) изделия как предмету потребления. Он недостаточно информирован (если только это не профессионал, не знаток) о достигнутом в мире уровне потребительского качества оцениваемой группы, вида (типа) изделий, о научно-технических достижениях в данной отрасли, о тенденциях дизайна в этой области материально-художественной культуры, о тенденциях культуры производства и культуры потребления рассматриваемых вещей» [4, с. 14].

Потребительские требования определяются специалистами в данной области разработки, производства, сбыта и экспертизы определенных видов изделий (в том числе дизайнерами). «Потребительские требования –– это комплекс четко сформулированных научно обоснованных требований (параметров, характеристик, условий, отношений) к изделию определенного вида (типа), установленных в результате системного анализа процессов взаимодействия человека-потребителя (или групп людей) с изделием как предметом потребления в конкретной области жизнедеятельности» [4, с.15]. Каждая модель видового ассортимента светильников бытового назначения (как его реальная структурно-типологическая единица) должна в идеале соответствовать комплексу потребительских требований к светильникам определенного типа и иметь свой «потребительский адрес». Последнее означает ориентацию на определенный контингент потребителей и соответствующую ситуацию использования изделия (как в утилитарном, так и в эстетическом ценностном значении).

Для конкретизации условий использования светильников в целях разработки их типажа необходимо выявить соответствующие помещения (зоны) жилища, в которых осуществляются типичные для многих (или некоторых) семей функциональные процессы, требующие своего характера освещения. Это –– коммуникационная зона (передняя, шлюз, коридор); зона личной гигиены (ванная, санузел); зона туалетных и косметических процедур (в ванной, спальне); зона приготовления пищи (в кухне, кухне-столовой); зона приема пищи (обеденная зона в кухне, или столовой, или жилой комнате); зона стирки белья (в ванной, или кухне, или специальном помещении); зона глажения белья (в кухне, жилой комнате, специальном помещении); зона учебных занятий, умственного труда, творческой деятельности, требующих зрительного напряжения (в общей комнате, в кабинете, в мастерской, в комнате детей); зона игр детей (в детской или в общей комнате); зона отдыха (в общей комнате, в спальне); зона приема гостей (в гостиной, столовой, общей комнате); зона сна (в спальне, или общей комнате, или в детской –– для детей); вспомогательные зоны для упорядоченного размещения, хранения различных вещей (встроенные шкафы, кладовая, антресоли; корпусная мебель и т.п.).

Определенные требования к характеру освещения и конструкции светильников обусловливают их типологические разновидности. Совпадение таких требований для освещения тех или иных процессов в разных помещениях (зонах) жилища позволяет использовать аналогичные по типу светильники в различных функциональных процессах. Это оправдано с утилитарной точки зрения. Но потребность в достижении стилевого единства светильника определенного типа с конкретной предметной средой его использования и восприятия позволяет считать необходимым наличие в торговом ассортименте различных по композиционно-стилевому решению моделей светильников данного типа для возможности выбора потребителем светильника, соответствующего его эстетическим запросам и предпочтениям.

Стилевое решение комплекта светильников для жилища, отражающее определенные ценности того или иного образа жизни, не обязательно должно характеризоваться формальным единством, моностильностью (как и сами помещения жилища). Большей выразительности и многообразия художественного образа предметной среды можно достигнуть, как известно, при полистильном характере ансамбля предметов, если последний обладает единством культурно-смыслового значения, не случаен по стилевому характеру вещей и отражает ценностные ориентации тех людей, которые сами формируют предметную среду своего жилища или заказывают ее проектирование и формирование специалистам (архитекторам или дизайнерам по интерьеру). Эти социально-культурные и эстетические соображения имеют значение для морфологического разнообразия моделей торгового ассортимента бытовых светильников.

Однако, как уже отмечалось выше, морфологически разнообразный ассортимент светильников для жилища лишь тогда может считаться оптимальным, когда он формируется, развивается и обновляется на основе научно обоснованной оптимальной номенклатуры типов этого вида изделий. Все определяемые такой номенклатурой типы светильников должны находить воплощение в моделях, составляющих ассортимент, как конструкционных и композиционно-стилевых вариантах каждого типа, выполняемых из разных материалов (как для арматуры светильников, так и для их рассеивателей и отражателей).

Безусловно, не все типы светильников могут понадобиться каждой конкретной семье для своего жилища. Но все они обязательно должны быть представлены в разнообразных моделях видового ассортимента этих изделий для возможности выбора людьми нужных и нравящихся им определенных моделей светильников.

Основой для разработки типажа светильников для жилища являются их утилитарные, функционально-технические характеристики и типология функциональных процессов семейно-бытовой жизнедеятельности, поскольку при всей важности эстетической ценности этих изделий первичной остается их практическая, рабочая функция.

Типологическая структура светильников бытового назначения приведена в табл. 3.

Т а б л и ц а 3. Оптимальная номенклатура типологических разновидностей светильников для жилища

Функциональный процесс

Помещение и зона жилища

Характер освещения

Типологическая разновидность светильника, № типа

Водные, гигиенические, косметические процедуры, туалет; Стрижка, бритье; Стирка белья.

Бритье, стрижка; косметические и лечебные процедуры; Стирка белья; Чистка вещей

Ванная комната, Зона у зеркала; Санузел

Спальня, Зона у зеркала; Общая комната; Кухня; Коридор

Спальня, Зона у зеркала; Общая комната

Общее. Рассеянным светом

Потолочный влагозащищенный плафон (1)

Местное. Направленным светом

Настенный влагозащищенный плафон (2)

Общее. Рассеянным светом

Местное. Направленным светом

Потолочный плафон (3), Настенный плафон (4), Потолочный подвесной (5), Потолочный встроенный (6), Настенный встроенный (7)

Настенный подвесной (8), Закрепленный на оборудовании для туалета (9)

Продолжение табл. 3

Функциональный процесс

Помещение и зона жилища

Характер освещения

Типологическая разновидность светильника, № типа

Общая ориентация в пространстве; Уборка в помещениях; Ремонт жилища, его оборудования

Все помещения и зоны жилища

Общее. Рассеянным светом

Потолочный плафон (3), Потолочный подвесной (5), Настенный подвесной (8), Потолочный встроенный (6),

Местное. Направленным светом

Настенный встроенный (7), Настенный плафон (4), Переносной точечный (ручной фонарь) (10)

Семейный ежедневный завтрак, чай, кофе, обед, ужин.

Индивидуальный ежедневный завтрак, чай, кофе, обед, ужин

Кухня (кухня-столовая); Общая комната (зона приема пищи); Столовая

Общее. Рассеянным светом

Потолочный плафон (3), Потолочный подвесной (5), Потолочный встроенный (6),

Местное. Направленным светом

Настенный подвесной (8), Настенный встроенный (7)

Локальное. Направленным светом с возможностью регулирования направления светового потока

Потолочный подвесной с регулированием высоты подвеса (11), Потолочный передвижной на шинопроводе (12), Настенный подвесной с регулированием светооптической системы (13)

Приготовление пищи, мытье посуды, уход за кухонной утварью и т.п.

Определенные зоны кухни (кухни-столовой)

Общее. Рассеянным светом

Потолочный плафон (3), Потолочный подвесной (5), Настенный плафон (4)

Местное. Направленным светом

Встраиваемый в оборудование (мебель) (14),

Переносной, закрепляемый на любом оборудовании (15)

Шитье и вязание без машины; Починка белья, одежды, обуви; Глажение белья, одежды

Определенные зоны общей комнаты, кухни-столовой, спальни

Общее. Рассеянным светом. Местное. Направленным светом

Потолочный плафон (3), Настенный плафон (4), Потолочный подвесной (5), Настенный подвесной (8), Потолочный встроенный (6), Настенный встроенный (7), Напольный переносной (16)

Продолжение табл. 3

Функциональный процесс

Помещение и зона жилища

Характер освещения

Типологическая разновидность светильника, № типа

Ремонт бытовой утвари, приборов, механизмов, оборудования жилища

Шитье и вязание на машинах. Рукоделие. Конструирование, изготовление самоделок

Определенные зоны разных помещений, постоянно или временно оборудуемые для этих работ

Локальное или местное. Направленным светом с возможностью регулирования интенсивности и направления светового потока

Настенный подвесной (8), Настенный встроенный (7), Напольный переносной (16), Настенный подвесной с регулированием светооптической системы (13), Потолочный передвижной на шинопроводе (12)

Местное. Направленным светом с возможностью регулирования интенсивности и направления светового потока

Настольный, прикрепляемый к поверхности стола с регулируемой светооптической системой (17), Встраиваемый в оборудование рабочего места (18)

Учебные занятия, умственная работа, требующая зрительного напряжения: чтение, письмо, работа с компьютером; проектно-графические и художественные работы, выполняемые вручную

Специальные помещения: детская, кабинет, мастерская и т.п. или зоны разных помещений, оборудуемых постоянно или временно для этих занятий

Общее. Рассеянным светом. Локальное или местное. Направленным светом с возможностью регулирования интенсивности и направления светового потока

Потолочный плафон (3), Потолочный подвесной (5), Настольный переносной (19), Настольный, прикрепляемый к поверхности стола с регулируемой светооптической системой (17), Встраиваемый в оборудование рабочего места (18), Переносной точечный, закрепляемый на планшете, книге, журнале и т.п. (20)

Продолжение табл. 3

Функциональный процесс

Помещение и зона жилища

Характер освещения

Типологическая разновидность светильника, № типа

Прием гостей, празднование семейных, национальных, общенародных и других торжественных событий, памятных дат (праздничное застолье, музыка, пение, танцы, игры)

Общая комната, гостиная, столовая; отдельная комната молодых взрослых членов семьи

Общее, местное, локальное. Рассеянным, отраженным или направленным светом

Потолочный подвесной (5), Универсальный, с поворотными источниками света, закрепляемыми на вертикальной стойке (штанге) (21), Напольный переносной (16)

Локальное. Прямым светом с возможностью регулирования интенсивности светового потока

Потолочный подвесной с возможностью регулирования высоты подвеса и светооптической системы (22)

Просмотр телевизионных программ, видеофильмов, кинофильмов на DVD, диапозитивов и т.п.

Занятия с аппаратурой звуко- и видеозаписи и воспроизведения, прослушивание аудиопрограмм; компьютерные игры.

Фотосъемка в помещении.

Игры детей разных возрастных групп (настольные и подвижные)

Общая комната, гостиная, кабинет, детская (подростковая, юношеская) комната. Определенные зоны других помещений (кухня-столовая, столовая, спальная комната), оборудованных для этих занятий

Общее, местное, локальное. Рассеянным, отраженным или направленным светом

Потолочный плафон (3), Настенный плафон (4), Потолочный подвесной (5), Настенный подвесной (8), Потолочный встроенный (6), Потолочный подвесной с возможностью регулирования высоты подвеса и светооптической системы (22)

Местное, локальное. Направленным светом с возможностью регулирования направления светового потока

Напольный переносной с возможностью регулирования светооптической системы (23), Настольный переносной (19), Потолочный передвижной на шинопроводе (12), Настенный подвесной с регулированием светооптической системы (13)

Окончание табл. 3

Функциональный процесс

Помещение и зона жилища

Характер освещения

Типологическая разновидность светильника, № типа

Сон, отдых лежа

Спальная комната или зона для сна в общей комнате, детской комнате, кабинете, а также зоны отдыха в этих помещениях

Местное (для ориентации ночью) с возможностью регулирования интенсивности светового потока

Настольный переносной – ночник (24), Настенный плафон – ночник (25), Встроенный в стену или мебель ночник (26)

Отдых сидя или полулежа (в кресле, на диване и т.п.) с чтением, слушанием музыки, радиопрограмм, просмотром телепрограмм, кинофильмов на DVD и т.п.

Общее. Рассеянным или отраженным светом с возможностью регулирования интенсивности светового потока

Потолочный подвесной с возможностью регулирования высоты подвеса и светооптической системы (22), Потолочный передвижной на шинопроводе (12)

Отдых лежа, полулежа в процессе лечения болезни в домашних условиях

Спальная комната или зона для сна в общей комнате, детской (подростковой, юношеской) комнате

Общее. Рассеянным или отраженным светом с возможностью регулирования интенсивности светового потока

Потолочный подвесной с возможностью регулирования высоты подвеса и светооптической системы (22), Потолочный подвесной (5), Потолочный передвижной на шинопроводе (12)

Местное. Направленным светом с возможностью регулирования интенсивности и направления светового потока

Настенный подвесной (8), Настенный подвесной с регулированием светооптической системы (13)

Ориентация в темноте (слабом освещении) при поиске предметов в зоне хранения, их извлечении и установке на место

Встроенные шкафы, антресоли, кладовые, подвалы и т.п

Местное. Направленным светом

Встраиваемый в оборудование (мебель) (14), Переносной, закрепляемый на любом оборудовании (15), Переносной точечный (ручной фонарь) (10)

Анализ содержания табл. 3. позволяет убедиться в следующем:

–– в графе 1 перечислено большинство функциональных процессов семейно-бытовой жизнедеятельности, осуществляемых как во многих семьях, так и в отдельных группах семей;

–– в графе 2 таблицы приведены практически все распространенные виды помещений и функциональных зон в квартирах многоквартирных домов городского типа, а также в индивидуальных загородных домах со всеми удобствами;

–– одни и те же типы светильников могут использоваться для осуществления разных функциональных процессов семейно-бытовой жизнедеятельности при условии их сходства по характеру освещения (но это не означает их идентичности при воплощении в конкретных моделях этих типов, которые целесообразно дифференцировать по конструкции, материалам и композиционно-стилевому решению);

–– аналогичный характер освещения соответствующих функциональных процессов в определенных помещениях и зонах жилища может быть получен с помощью конструктивно-технически разных типов светильников, представляющих потребителям возможность выбора различных способов реализации необходимого типа освещения;

–– в тех или иных помещениях жилища для определенных функциональных процессов может потребоваться и общий, и местный, и даже локальный типы освещения и, следовательно, несколько типологических разновидностей светильников;

–– в графе 4 таблицы сознательно приведены наиболее общие характеристики типов светильников без конкретизации их конструктивного решения, что позволяет использовать разработанный типаж длительное время независимо от разнообразия способов конструктивно-технического и композиционно-стилевого воплощения этих типологических разновидностей номенклатуры, в реальных моделях проектируемого и формируемого ассортимента таких изделий.

Варианты типологических разновидностей светильников, как стационарных, так и нестационарных, обеспечивают потребителям выбор разных эксплуатационных возможностей и необходимый комфорт освещения различных помещений и зон в соответствующих функциональных процессах.

Производственные ассортименты светильников, разрабатываемые и выпускаемые разными (по уровню специализации и производственно-техническим и экономическим возможностям) предприятиями, могут и не охватывать на каждом из них все типы этих изделий, предусмотренные оптимальной номенклатурой. Но торговые ассортименты светильников для жилища, формирующиеся в специализированных магазинах или соответствующих отделах супермаркетов, должны (как уже подчеркивалось выше) в морфологическом многообразии моделей отражать все необходимые потребителям типологические разновидности светильников.

Изучение спроса на эти изделия позволяет получать текущую информацию об утилитарных и эстетических запросах и предпочтениях потребителей (в условиях достаточной свободы выбора необходимых им товаров данного вида) и на основе этой информации постоянно корректировать структуру и состав ассортимента светильников и необходимое количество моделей изделий каждого типа в ассортименте разных торговых фирм. Но это тактическая деятельность маркетинговых служб торговли. Для выработки стратегии, обеспечивающей эффективность производственной и сбытовой деятельности, службам маркетинга промышленных и торговых предприятий целесообразно руководствоваться методическим подходом к формированию ассортимента (не только светильников, но и многих других видов бытовых изделий), изложенным в этой статье, а также в работе [1].

Список литературы

  1. Медведев В. Ю. Материал и конструкция как факторы морфологического разнообразия ассортимента однотипных объектов дизайна // Дизайн. Материалы. Технология. –– 2007. –– № 1 (2). –– С. 14 –– 24.

  2. Медведев В. Ю. Типология функциональных процессов быта и предметных средств их осуществления // Дизайн. Материалы. Технология. –– 2008. –– № 1 (4). –– С. 34 –– 41.

  3. Медведев В. Ю. Стиль и мода в дизайне: учеб. пособие. –– 2-е изд., испр. и доп. –– СПб.: СПГУТД, 2005. –– 256 с.

  4. Медведев В. Ю. Анализ и оценка потребительских свойств изделий легкой промышленности бытового назначения: учеб. пособие. –– 3-е изд., испр. и доп. –– СПб.: СПГУТД, 2006. –– 115 с.

Вестник СПГУТД –– Серия 2. ––2010. –– № 3 –– С. 18 –– 25.

  1. СТРУКТУРА И ОСОБЕННОСТИ КАТЕГОРИИ «СТИЛЬ» В ПРОСТРАНСТВЕННЫХ ИСКУССТВАХ И ДИЗАЙНЕ

В статье анализируются сущность и типологические структуры категории «стиль» в пространственных искусствах и дизайне, характеризующие особенности стилеобразования в этих областях художественного творчества, их сходство и отличия.

Понятие «стиль», как известно, является одной из ведущих категорий эстетики, искусствознания, литературоведения, лингвистики, культурологии и ряда других наук. Диапазон использования термина «стиль» как в научной, так и в литературно-книжной и разговорной лексике свидетельствует не только о широте применения данного понятия, но и о его многозначности и многоаспектности.

Давно и широко используется эта эстетическая категория в практике дизайна, а также многочисленных публикациях, посвященных историческим, научно-методическим, культурологическим и художественным аспектам дизайн-деятельности. Однако в технической эстетике (теории дизайна) по сравнению с теоретическими работами в упомянутых выше и других разделах гуманитарного знания научному осмыслению сущности явления «стиль» в сфере дизайнерского творчества до настоящего времени не было уделено достаточного внимания.

Во многих работах, касающихся стилеобразования в дизайне (по аналогии со стилеобразованием в архитектуре, изобразительных и прикладных искусствах) использовались и используются известные названия таких стилевых направлений ХХ в., как модерн (арт нуво), конструктивизм (функционализм), арт деко, авангардизм, «хай-тек», «хай-тач», постмодерн, неофункционализм, «минимализм» и др. при рассмотрении конкретных объектов дизайнерского творчества в качестве характерных примеров воплощения тех или иных направлений развития стилей [1] –– [6].

Но при этом авторами таких работ чаще всего не ставились цели выявления факторов эволюции стиля в дизайне, а также анализа его типологической структуры.

Некоторыми авторами [7], [8] цитировалась классификация «стилей» предметного мира, характерных для периода с конца 20-х до начала 60-х гг. прошлого века, предложенная Джиффордом Джексоном в его статье, опубликованной в 1962 г. в журнале «Индастриал дизайн» [9, с. 59 –– 67].

По мнению Д. Джексона, в этот период сформировались и получили распространение в дизайне многих технических бытовых изделий пять последовательно сменявших друг друга стилей: 1) «ступенчатый» (стиль «небоскреб»), характеризовавшийся уступами боковых и лицевых поверхностей, а также пучками параллельных или расходящихся лучей (выступов, углублений, пазов); 2) «обтекаемый» (воплощавший увлечение аэродинамическими формами, присущими скоростному наземному и воздушному транспорту, но переносимыми и на многие статичные объекты); 3) «трапециевидный» («конусный»), отличавшийся скосами или сужением форм объектов вверх и вниз от центральной части; 4) «нормальный» («ящичный»), характеризуемый преобладанием формы параллелепипеда с очень малыми скруглениями углов и ребер объектов; 5) «скульптурный», выделявшийся сложностью очертаний, образуемых эллипсоидами, гиперболоидами, параболоидами, способствующими пластической выразительности формы.

Все перечисленные направления стилеобразования 20-х –– 60-х гг. Д. Джексон проиллюстрировал в своей статье характерными примерами линейно-графических изображений бытовых приборов, их элементов, декоративных деталей, органов управления и шрифтов разных гарнитур, использовавшихся для надписей на изделиях.

Внимательный анализ этой «классификации стилей» дизайнерского творчества по
Д. Джексону в рассматриваемый период позволяет придти к выводу, что это были не стили и даже не стилевые направления, а просто модные стилизации, свойственные в то время американскому коммерческому дизайну («стайлингу») и распространявшиеся далеко не на все виды объектов дизайна бытового назначения. Эти модные, сменявшие друг друга стилизации, основывались на формально-эстетических модификациях форм предметов и их деталей безотносительно к эволюции утилитарно-технической и социально-культурной сущности вещей.

Автор данной «классификации стилей в дизайне» предпринял малоудачную попытку перенесения на относительно короткий период стилеобразования в ограниченной области предметного мира формально-эстетического подхода к его анализу, применявшемуся некогда в отношении исследования истории искусств как развития и смены стилей И. Винкельманом,
Э. Кон-Винером, Г. Вельфлином и рядом других искусствоведов XVIII –– начала XX вв.

К тому же Д. Джексон игнорировал очевидный факт одновременного существования разных стилевых направлений, формирующих стилевое многообразие предметного мира и художественной культуры. Это характерно было не только для анализируемого им периода нескольких десятилетий ХХ в., но и вообще для последних столетий второго тысячелетия.

Профессиональным искусствоведам известно, что стилевое единство художественно осваиваемой предметной среды человеческого бытия, когда-то свойственное эпохам «больших стилей», начиная еще с эпохи Возрождения стало постепенно заменяться стилевым разнообразием. Это было связано с переходом от канонического подхода к эстетически значимому созданию объектов ко все большей индивидуализации художественного творчества.

Классицизм XVII и XVIII вв. пытался восстановить на новой идейно-эстетической основе прежнее эпохальное единство стиля, но не смог этого добиться: одновременно с ним развивались маньеризм и барокко. В XIX в. классицизм с его нормативностью художественного стиля был, как известно, потеснен стилем ампир, а затем и разнообразными подражаниями историческим стилям (эклектикой). Таким образом, параллельное существование разных стилей (стилевых направлений, стилизаций) стало закономерностью развития художественного творчества во всем его многообразии.

Эта закономерность еще в большей мере касается дизайна (как и архитектуры), поскольку на эволюцию предметной среды жизнедеятельности людей оказывают влияние факторы не только социально-культурного, но и научно-технического, и социально-экономического прогресса.

Помимо упоминания джексоновской «классификации стилей в дизайне» в литературе, посвященной дизайнерскому творчеству, нередко упоминаются и описываются стилевые направления, порожденные разными школами дизайна; стилевые отличия аналогичных изделий, создававшихся в разных странах (как национальные особенности стилеобразования); разработки «фирменных стилей» как корпоративной идентификации продукции известных фирм с имиджем ее производителей [5] –– [8]. Естественно, что авторы ряда публикаций о дизайне специально обращают внимание на индивидуальность стилевого характера конкретных образцов изделий, выполненных по проектам выдающихся дизайнеров мира, как на «авторский стиль» их произведений [6], [10].

Все упомянутые аспекты рассмотрения стилеобразования в дизайне ХХ в. вполне правомерны, однако в большинстве работ они изложены чисто описательно, нередко фрагментарно и бессистемно, представляя собой некий калейдоскоп разных проявлений категории «стиль» в дизайне [4], [5], [6]. Не будучи типологически структурированным, такой подход не в состоянии дать целостное систематизированное представление об этом сложном явлении в данной области художественного предметного творчества.

Стиль в дизайне, безусловно, нельзя рассматривать изолированно от стилеобразования в других областях художественного предметного творчества, в архитектонических искусствах (родственных дизайну) и еще шире –– в классе пространственных искусств (включающих простые искусства изобразительного ряда и их скрещения, изобразительно-архитектонические и архитектонически-изобразительные образования, простые искусства неизобразительного ряда и их скрещения) [12]. Поскольку в реальном бытии художественного творчества они взаимосвязаны и взаимообусловлены как разные формы созидания и развития художественной культуры, порождаемой данным классом искусств.

В целях уяснения сущности понятия «стиль» в пространственных искусствах и дизайне целесообразно рассмотреть по-отдельности типологические структуры проявления стиля в этой сфере искусств и дизайне, выявив их общность и отличия.

Перед этим следует сравнить определения и смысл категории «стиль» в искусствах и дизайне.

Стиль в искусствах (в том числе –– пространственных) –– это исторически формирующаяся и относительно устойчивая в определенный период времени общность образной системы, отличительных средств и приемов художественной выразительности произведений искусств, обусловленная единством идейно-смыслового содержания и проникнутая определенным мироощущением [8].

Стиль в дизайне (как одной из форм художественной культуры и вида архитектонических искусств) –– «закономерное единство всех элементов формы изделия (набора, комплекса, системы, ансамбля, среды), воплощаемое в определенной системе устойчивых характерных признаков, обеспечиваемых общностью композиционных приемов, формирующих художественный образ произведений дизайна» [14, с. 9].

На первый взгляд обе дефиниции очень схожи и отличаются лишь особенностями объектов творчества –– произведений искусств и дизайна.

Но на самом деле это отличие весьма существенно. Оно определяется природой и предметом творчества художника и дизайнера. Дизайн (по аналогии с архитектурой и прикладным искусством) характеризуется органичным слиянием утилитарного и эстетического начал в его произведениях, которые предназначены прежде всего для практического использования, а не только для эстетического восприятия.

Если в произведениях изобразительных искусств (как и литературы, и театра, и кино) отражается окружающий человека мир и сам человек во всех проявлениях его жизни и деятельности (через призму отношения художника к изображаемому), то в произведениях дизайна отражается их культурный смысл для человека и общества, их человеческое содержание как одухотворенных культурой продуктов промышленного производства.

В стилевом характере промышленного изделия, создаваемого по проекту дизайнера отражаются и воплощаются, с одной стороны, особенности его утилитарно-технической сущности, а с другой –– социально-культурной сущности. Первая характеризует внутренние связи элементов структуры объекта дизайна, а вторая –– его внешние связи с предметным миром материальной культуры.

Структура стиля многослойна, разнопланова и разномасштабна. Но разные слои стиля, разные аспекты его рассмотрения и критической оценки не изолированы друг от друга, а представляют собой части единого целого, имеющие свою специфику и выявляющие диалектику отношений общего, группового и единичного во всем многообразии их проявлений.

Поскольку художественная культура (как и культура в целом) является проекцией человеческой деятельности как целенаправленной деятельности субъекта, который может быть родовым, групповым и индивидуальным, постольку и произведения художественной культуры можно рассматривать в разных масштабах: человечества в целом, его этнических общностей (племен, народностей, наций), его социальных макро- и микрогрупп, и индивидов (личностей).

Поэтому логично типологию разных уровней, пластов, слоев проявления стиля в художественной культуре (как в пространственных искусствах, так и дизайне) построить в виде иерархии этих разных по масштабу, сложности, общности областях и формах существования типов стиля, используя в основном принцип их убывания от сложного к простому, от крупного масштаба к мелкому.

Представленные в самом общем виде типологические структуры стиля в пространственных искусствах и дизайне (с примерами их проявления) призваны показать именно иерархию разномасштабных слоев стиля в разных сферах его формирования и функционирования, а не систематизацию стилей эпох, периодов развития искусств и дизайна, и тем более, стилей художественных направлений, школ и произведений отдельных авторов (что является прерогативой искусствоведения и дизайноведения).

Типологическая структура категории «стиль» в пространственных искусствах содержит следующие уровни этого понятия как его типы.

  1. Культурно-исторически обусловленный художественный стиль определенной эпохи в творчестве народа какого-либо региона мира:

–– готический стиль в архитектуре стран Европы XI –– XIV вв.;

–– стиль модерн в архитектуре, мебели, одежде, прикладном искусстве в России начала ХХ в.;

–– направление постмодерна в архитектуре Европы и Америки 70-х –– 80-х гг. ХХ в.

  1. Художественный стиль в творческой деятельности этнических общностей (племен, народностей, наций) с учетом определенного этапа (стадии) развития национальных искусств:

–– греческая вазопись (чернофигурная и краснофигурная) и стилеобразование керамических изделий в Аттике и Коринфе в VI –– V вв. до н. э.;

–– стилевые разновидности китайской живописи тушью «се шэн» и «дзюань шэн» –– сочетание реалистического и стилизованного изображения окружающего мира: пейзажей с человеческими фигурами, пагод, деревьев, цветов, птиц и т. п.;

–– стиль плетения кружев в малых городах и селах России первой половины XIX в.;

–– стиль декоративно-утилитарных изделий: холодного оружия и бытовой утвари из серебра с чернью и позолотой и гравированным орнаментом, выполнявшихся мастерами аула Кубачи в Дагестане в XIX –– XX вв.

  1. Стиль художественных направлений, течений, школ того или иного этапа (стадии) развития художественной культуры страны, ее региона, поселения в разных видах пространственных искусств:

–– стилевые особенности мебели общего стилевого направления рококо в разных странах Европы середины XVIII в.: французское рококо (стиль Людовика XV), немецкое рококо, австрийское рококо, английское рококо (стиль чиппендейл);

–– стиль французских пейзажистов Барбизонской школы живописи, работавших в
30-е –– 60-е гг. XIX в.;

–– стиль кубизма в изобразительном искусстве Франции и других стран Европы в первой четверти ХХ в.;

–– стиль конструктивизма в советской архитектуре, мебели, моделировании костюма, искусстве текстиля, плаката, книги, сценографии в 20-х гг. ХХ в.

  1. Индивидуальный стиль художника –– творца произведений искусства (с учетом возможного изменения стиля в разные периоды его творчества):

–– своеобразие творческих стилей французских импрессионистов: Э. Мане и К. Моне, О. Ренуара и Э. Дега, К. Писсаро и А. Сислея, также как и русских импрессионистов: К. А. Коровина и И. Э. Грабаря;

–– особая декоративность и колористическая напряженность живописи и керамики М. А. Врубеля, тяготевшего к символико-философской обобщенности создаваемых образов;

–– эволюция стилевых направлений в творчестве одного из основоположников кубизма П. Пикассо, создававшего в разные периоды своей художественной деятельности произведения то в стиле реализма, то неоклассицизма, то кубизма, то сюрреализма ради поиска наиболее выразительных средств отражения в форме произведений соответствующего актуального социально-культурного содержания.

  1. Стиль разных произведений искусства одного и того же автора:

–– стилевое своеобразие живописных произведений Рембранта, таких как «Ночной дозор», или «Возвращение блудного сына», или «Даная» и «Флора»;

–– стилевые особенности пластики О. Родена в таких его классических произведениях, как «Бронзовый век», «Мыслитель» и «Граждане Кале» (групповая скульптура), воплощающих определенные символико-философские концепции, и таких эмоционально выразительных камерных работах, посвященных теме любви, как «Вечная весна», «Амур и Психея», «Ромео и Джульетта», импрессионистических по своему стилю;

–– стилевая оригинальность каждого из витражей, стеклянных декоративных ваз и настольных ламп, выполненных Л. К. Тиффэни, американским художником декоративно-прикладного искусства конца XIX –– начала ХХ вв., периода стиля арт нуво.

  1. Стиль элемента (составной части, компонента) произведения искусства:

–– отличия стилевого характера трех в разное время сооруженных ворот Петропавловской крепости как единого архитектурного ансамбля XVIII в.:

Петровских ворот (1717––1718), созданных в барочном стиле и напоминающих западноевропейские барочные триумфальные ворота или главные фасады западноевропейских барочных церквей;

Иоанновских ворот (1740), построенных в классическом стиле, имеющих более строгий вид (их роднит с Петровскими воротами наличие парных пилястр по сторонам арки и рустовка всей поверхности фасада под фронтоном);

Невских ворот (1730 –– 1731), перестроенных со стороны Невы и Комендантской пристани в 1787 г. (при сохранении фасада ворот, обращенного внутрь крепости), выполненных в стиле классицизма, но более монументальных, чем Иоанновские ворота, благодаря выступающему портику с парными колоннами, пересеченными в нижней части гранитными блоками;

–– здание картинной галереи, построенное архитектором Г. Земпером в 1846 г. в стиле итальянского Ренессанса, включенной в ансамбль музейного комплекса «Цвингер» в Дрездене, созданного по проекту архитектора М. Д. Пеппельмана (в 1711 –– 1722 гг.) в стиле позднего барокко; органичность сочетания единых по стилю зданий, павильонов, скульптур, фонтанов барочного «Цвингера» и картинной галереи, выделяющейся стилевым характером, достигается благодаря масштабности и пропорциональному строю всех прежних и более позднего компонента этого архитектурного ансамбля.

Типология стиля в дизайне структурно проявляется в следующих ее уровнях типах стиля.

    1. Стиль предметной среды определенного периода (этапа, стадии) развития материально-художественной культуры, обусловленный художественным осмыслением достижений научно-технической и социально-культурной сторон прогресса в том или ином регионе мира, стране:

–– стиль предметной среды интерьеров жилых и общественных зданий, сформировавшийся в конце XIX –– начале ХХ вв. в Бельгии, Франции, Англии, Голландии, Германии, Австрии, России и называвшийся в них по-разному: «модерн», «арт нуво», «югендстиль», «сецессион», отражая своеобразие воплощения общей идейно-эстетической концепции нового подхода к стилевому единству среды в разных странах Европы;

–– стиль вестибюлей, эскалаторов, интерьеров подземных станций метро и дизайна вагонов метрополитена в крупных городах мира, построенных в разное время (Лондоне, Нью-Йорке, Будапеште, Вене, Париже, Мадриде; Москве, Ленинграде, Киеве, Тбилиси, Баку, Ташкенте и т. д.);

–– неофункционализм в оборудовании жилища, основанный на новой концепции итальянского дизайнера Д. Коломбо (жилое пространство как «эластичный контейнер», содержащий свободно перемещаемые и трансформируемые элементы жилого оборудования в стиле «хай-тек», в том числе многофункциональные блоки), получивший некоторое распространение в 60-е гг. ХХ в. в Италии, Америке, Японии.

    1. Стиль предметной среды в различных сферах и областях жизнедеятельности людей:

–– функционально-технологически обусловленный, обезличенный, но по-своему пространственно, пластически и колористически выразительный стиль интерьеров цехов предприятий разных отраслей промышленности;

–– представительный, официальный, в той или иной степени престижный стиль интерьеров правлений средних и крупных компаний, банков, офисов, деловых контор;

–– стиль интерьеров и витрин самых разных магазинов, характеризуемый стандартной безликостью торгового серийно выпускаемого оборудования (оживляемого лишь яркой упаковкой разнообразных товаров, а также формой и цветом неупакованных товаров), или рекламной крикливостью, яркостью и пестротой оформления, или, наоборот, изысканностью, элегантностью, изяществом гармонии.

    1. Стиль различных художественных направлений, течений в дизайне, отражающий разные концепции стилеобразования предметной среды и ее компонентов в определенные периода развития дизайна:

–– стиль, основанный на идеях функционализма и воплощенный в работах студентов и педагогов Баухауза, основанного и руководимого В. Гропиусом («Баухауз-стиль»);

–– стиль русских конструктивистов, отражавший идеи «производственного искусства» в Советской России 20-х гг., А. Родченко, В. Татлина, Л. Лисицкого, Н. Ладовского, преподававших во ВХУТЕМАСе (ВХУТЕИНе) и выполнявших разнообразные проекты изделий и сооружений

–– стилевые течения, объединяемые термином «арт деко», получившие распространение в период с 1925 по 1935 гг. в Европе и Америке;

–– стиль последних десятилетий ХХ в. –– «минимализм», воплощающий эстетические идеи «благородной простоты», рационального пуританства в технически обусловленной форме-конструкции вещи, прокламирующий «антиформализм», но фактически превратившийся в новую разновидность формализма в дизайне, тяготеющую к выставочности, демонстративности «арт-дизайна».

4. Стиль родственных по основной (рабочей) функции, но различных по культурному смыслу, ситуациям и среде использования видов изделий:

–– стилевое различие мебели и оборудования (таких видов, как шкафы, полки, столы, стулья, скамьи, кресла, подставки), предназначенных для предприятий торговли, или конструкторских бюро, или лабораторий, или учебных заведений, или медицинских учреждений (поликлиник, больниц), или разных помещений жилищ городского и сельского типов;

–– стилевое различие одежды, головных уборов, обуви, используемых в разное время года, разную погоду, или разном климате; в будничных и праздничных ситуациях; или в разного рода производственных условиях; или стиль форменной одежды военных (полевой или парадной); или фирменной одежды разных предприятий и организаций;

–– стилевое отличие приборов, аппаратов, машин, механизмов, инструментов, предназначенных для использования либо в производственных, либо бытовых целях и имеющих аналогичные рабочие функции.

5. Стиль сходных по назначению изделий, но ориентированных на удовлетворение разных эстетических запросов и предпочтений различных групп потребителей в соответствии с их ценностными ориентациями:

–– формально-эстетические различия стилевого характера тех или иных вариантов модных направлений стилеобразования сходных или даже одинаковых по назначению моделей групп и видов бытовых изделий: мужской, женской и детской одежды, обуви, головных уборов, аксессуаров одежды (особенно шарфов, косынок, галстуков, ремней, поясов, перчаток); разнообразных тканей (для одежды, мебельных, портьерных и т.д.), штучных текстильных изделий, ковров; разных видов (типов) посуды –– кухонной, столовой, чайной, кофейной, винной; различных видов часов, разных оправ очков; мобильных телефонов, фотоаппаратов; разнообразных видов игрушек, украшений, сувениров.

6. Стиль, образно идентифицирующий данное изделие –– товар (или услугу) с продукцией или обслуживающей деятельностью определенной фирмы –– фирменный стиль:

–– графический фирменный стиль, включающий прежде всего фирменную (торговую) марку, знак обслуживания; фирменный шрифт деловой и рекламной документации, особенности ее композиционно-стилевого решения, включая колористику (фирменная цветовая гамма); упаковку товаров;

–– фирменный стиль, определяемый характером композиционно-стилевого решения промышленных изделий, оборудования (наборов, комплексов, систем), например: продукция фирмы Икеа (мебель, оборудование жилища), фирмы Адидас (спортивная одежда), известных автомобильных фирм Америки, Италии, Франции, Германии, Японии, также как фирм Японии, Южной Кореи, выпускающих бытовую радиоэлектронную аппаратуру.

  1. Индивидуальный творческий стиль дизайнера (с учетом его изменения в разные периоды творчества и специфики разрабатываемых изделий):

–– стиль легкой функциональной мебели из стальных изогнутых трубок, разработанной М. Брейером, выпускником и преподавателем Баухауза в Германии 20-х гг. ХХ в.;

–– стиль пишущих машинок фирмы Оливетти в Италии, создававшийся дизайнерами М. Ниццоли и Э. Соттсасом в 60-е –– 80-е гг. ХХ в.;

–– стиль продукции фирмы Браун в ФРГ (радиоаппаратура, кухонные механизмы, приборы, фотопринадлежности), разработанный в 60-е гг. ХХ в. под руководством Ф. Айхлера педагогами высшей школы дизайна в г. Ульме –– Г. Гугелотом, Д. Рамсом, Ги Бонсипом, Р. Фишером и др.;

–– стиль творческого почерка Г. Дрейфуса (одного из пионеров американского дизайна), проявившийся разнообразно в его разработках –– семействе фотоаппаратов фирмы Полароид, швейной машине Зингер, мод. 600, компактном телефоне «Тримлайн» фирмы Белл, мини-тракторе компании Джон Дир;

–– стиль модных коллекций одежды, создававшихся в прошедшие десятилетия ХХ в. (и в настоящее время) такими известными зарубежными кутюрье, как Габриэль Шанель, Кристиан Диор, Джанни Версаче, Пьер Лорен, Жан Поль Готье, Ив Сен-Лоран, Гальяно, Юбер де Живанши, Тьери Мюглер, а также отечественными дизайнерами одежды –– Вячеславом Зайцевым, Александром Васильевым, Валентином Юдашкиным, Татьяной Парфеновой, Лилией Киселенко, Татьяной Котеговой, Клавдией Смирновой и другими.

  1. Стиль отдельного произведения дизайна (изделия, комплекта, ансамбля, предметной среды):

–– стиль интерьеров загородного дома, отражающий определенную авторскую концепцию, ценностные ориентации и образ жизни владельца дома –– заказчика уникального дизайн-проекта;

–– стиль оригинальных перспективных моделей легковых автомобилей (концепт-кар), разрабатываемый дизайнерами разных стран по заказам ведущих автомобильных фирм мира;

–– стиль оригинального гарнитура мебели; или столового, чайного, кофейного сервиза; или бытового светильника того или иного вида (типа); или настенных часов для жилища; или наручных часов того или иного типа;

–– стиль оригинальных спортивных костюмов фигуристов (парного или одиночного катания), участников соревнований или показательных выступлений;

–– стиль оригинальных моделей бижутерии разных видов;

  1. Стиль отдельных компонентов произведений дизайна (в том числе: составных частей конструкции, элементов комплекта, принадлежностей к изделию, характера декора, отделки изделия):

–– стилистически характерные предметы меблировки и оборудования интерьеров жилого и общественного назначения, играющие роль акцентов в общей композиции;

–– стилевые особенности разнообразной декоративной отделки одежды разного вида;

–– особенности стилевого характера частей конструкции светильников (отражателей, рассеивателей, подставок, стоек, оснований, кронштейнов, устройств для подвешивания и т. п.);

–– стилевые особенности декора на металлической (эмалированной), керамической, фарфоровой, стеклянной посуде бытового назначения;

–– особенности стилевого характера формы корпусов, браслетов, графического решения циферблатов наручных часов разного типа.

Сравнение типологических структур, олицетворяющих морфологию стилей в пространственных искусствах и дизайне позволяет сделать вывод о том, что включенность дизайна как вида художественного творчества в мир пространственных искусств определяет наличие в типологической структуре стиля в дизайне типов – уровней его иерархии, аналогичных типам – уровням структуры мира искусств. Это типы, рассмотренные под номерами 1, 3, 7, 8, 9.

Особенности природы дизайнерского творчества, заключающиеся в совмещении в этой деятельности и художественного, и технического начал, а также гармонии эстетической и утилитарной сущности в объектах дизайна (большинство из которых предназначено в первую очередь для их практического применения), обусловливают существование в многоуровневой структуре стиля в дизайне таких типов, которых не может быть в изобразительных и многих прикладных искусствах, но которые в той или иной мере (и то не все) могут относиться и к архитектуре. Эти типы (с их примерами) в типологии стиля в дизайне соответствуют номерам 2, 4, 5, 6.

Кроме того, следует иметь ввиду, что стилеобразование в дизайне в меньшей степени, чем в изобразительных и прикладных искусствах, испытывает влияние фактора индивидуального своеобразия творческого стиля и мироощущения художника хотя, безусловно, оно имеет место.

Это обусловлено объективной необходимостью для дизайнера не использовать проектируемый объект для максимального самовыражения, для выявления лишь своего эстетического и мировоззренческого кредо, а учитывать и моделировать в процессе разработки формы объекта, его стилеобразования эстетические установки, ценностные ориентации и предпочтения соответствующих контингентов потребителей, для которых и предназначается объект дизайнерского творчества.

Список литературы

  1. Розенталь Р., Рацка Х. История прикладного искусства нового времени / Пер. с англ., предисловие и указатели Д. В. Сильвестрова. –– М.: Искусство, 1971. –– 249 с.

  2. Стерноу С. А. Арт нуво. Дух прекрасной эпохи / Пер. с англ. О. Г. Белошеева. –– Минск: Белфастиздатгрупп, –– 1977. –– 128 с.

  3. Стерноу С. А. Арт деко. Полеты художественной фантазии / Пер. с англ. О. Г. Белошеева – Минск: Белфастиздатгрупп, –– 1977. –– 128 с.

  4. Фоменко А. Минимализм в искусстве и дизайне // Мир дизайна. –– 1999, № 3. С. 54 –– 57.

  5. Воронов Н. В. Российский дизайн. Очерки истории отечественного дизайна. –– М.: Союз дизайнеров России, Т. 1 –– 424 с., Т. 2 –– 392 с.–– 2001.

  6. Михайлов С. М. История дизайна: Учеб. для вузов. –– 2-е изд. исправл. и доп. –– М.: Союз дизайнеров России. –– Т. 1 –– 2002. –– 270 с., Т. 2 –– 2003. –– 270 с.

  7. Аронов В. Р. Художник и предметное творчество. –– М.: Советский художник, –– 1987. –– 232 с.

  8. Казаринова В. И. Товароведу о красоте и композиции. –– 3-е изд. перераб. М.: Экономика. –– 1978. –– 156 с.

  9. Jackson J. Design styles and cliches // Industrial Design. –– 1962, № 9, р. 59 –– 67.

  10. Горбачева Л. М. костюм ХХ в.: от Поля Пуаре до Эммануэля Унгаро. –– М.: ГИТИС, –– 1966. –– 120 с.

  11. Борев Ю. Б. Эстетика. –– 4-е изд. доп. –– М.: Политиздат, 1988. –– 496 с.

  12. Каган М. С. Морфология искусства. –– Л.: Искусство, 1972. –– 440 с.

  13. Основные термины дизайна: Краткий справочник-словарь. –– М.: ВНИИТЭ, –– 1988. –– 88 с.

  14. Медведев В. Ю. Стиль и мода в дизайне: Учеб. пособие. –– СПб.: СПГУТД, –– 2002. –– 146 с.

Вестник СПГУТД. –– 2005. –– № 11 –– С. 93 –– 99.

  1. О СИСТЕМЕ КАТЕГОРИЙ КОМПОЗИЦИИ В ДИЗАЙНЕ

В статье критически анализируются подходы к группировке понятий, принципов, закономерностей, средств и приемов композиции в дизайне, изложенные в ряде монографий, учебных пособий и статей, посвященных этой теме, и предлагается авторская концепция систематизации основных категорий композиции в дизайнерском творчестве, отражающая присущие им связи и отношения как целостной системы.

Казалось бы, что нового можно сказать о композиции в дизайне? Вся творческая практика дизайна (как и других видов пространственных искусств –– изобразительных и архитектонических) базируется на композиции, ее методах, закономерностях, средствах и приемах. Это основа профессиональной грамоты и творческого мышления дизайнера.

Но приобретение в проектной практике умений и навыков синтеза гармоничной структуры и формы объекта дизайна, как в учебном процессе подготовки будущих дизайнеров, так и в самостоятельной достаточно разнообразной деятельности зрелых профессионалов, далеко не всегда и не у всех дополняется умением анализа композиции, основанного на системе соответствующих знаний о ее сущности.

Между тем, овладение методикой композиционного анализа важно и для проведения предпроектных исследований (сопровождающихся оценкой аналогов и прототипов), и для самооценки дизайнерами результатов проектирования объектов на промежуточных и завершающем этапах процесса их разработки, и для экспертной дизайн-деятельности (при эстетической оценке разнообразных видов изделий), и для профессиональной художественной критики, к сожалению, мало развитой до настоящего времени в сфере дизайна.

Одним из первых специалистов ВНИИ технической эстетики (ВНИИТЭ), обративших внимание на актуальность разработки научных основ композиционного анализа в дизайне и занявшихся вплотную этой проблемой еще во второй половине 60-х гг. прошлого века, был архитектор и дизайнер Ю.С. Сомов.

В первом издании своей, известной многим отечественным дизайнерам монографии «Композиция в технике» [1], (выпущенной впоследствии вторым и третьим изданиями, переработанными и дополненными) он уже во введении подчеркивал существенное различие проявления красоты в изобразительных искусствах и дизайне и доказывал необходимость разработки теории композиции по отношению к техническим объектам, которыми занимаются дизайнеры вместе с инженерами, поскольку таковая тогда только зарождалась.

«Теорию композиции в технике (читай –– «в дизайне», В. М.) лишь начинают разрабатывать и пока она не имеет четкой структуры. В теории архитектуры вопросы композиции исследовали значительно лучше, хотя и там в различных трудах можно обнаружить немало принципиальных расхождений именно в структурном отношении (определение понятий, систематизация основ науки о композиции)…

Каковы связи между основными категориями композиции в технике, ее закономерностями, средствами гармонизации и т.д. Каково место и значение этих и многих других компонентов теории в творческом процессе? На все эти сложные вопросы в специальной (пока небогатой) литературе мы не находим ответа» [1, с.9].

Несмотря на то, что со времени издания (и переиздания) этой книги, специально посвященной изложению основ теории композиции в дизайне, периодически появлялись публикации, с разной степенью основательности и успешности развивающие и углубляющие эту тему (в том числе не только статьи, но и учебные издания, опубликованные уже в постсоветское время, в последние годы), формирование теории композиции в дизайнерском творчестве и на сегодняшний день нельзя считать завершенным. Это подтверждается кратким анализом подходов к решению данной проблемы в теории дизайна, отраженных в работах [1] –– [11].

Давним учебным пособием, выпущенным в нашей стране более 75 лет назад и касающимся теоретических основ композиции в архитектуре (не дизайне), была книга В.Ф. Кринского, И.В. Ламцова и М.А. Туркуса «Элементы архитектурно-пространственной композиции» (1934), переизданная в 1968 г.[2] в связи с тем, что со времени ее первого издания практически не выпускалось подобных работ. На нее ссылаются многие авторы, рассматривающие в своих публикациях те или иные аспекты композиции в дизайне и архитектуре.

Первый из авторов работы [2] –– В.Ф. Кринский в 1920-х гг. преподавал во ВХУТЕМАСе (ВХУТЕИНе) как на общем для всех студентов подготовительном курсе, так и на архитектурном факультете, дисциплину «Пространство», а также экспериментально-методические предметы «Форма и светотень», «Цвет и форма», «Цвет и пространственная композиция», «Форма, фактура и условия освещения».

Этот учебно-методический опыт нашел отражение и в рассматриваемом учебном пособии, который состоит из трех разделов и приложений (заданий по композиции и примеров их решений):

I. Основные свойства пространственных форм;

II. Основные закономерности построения пространственных форм (подразделы: 2.1. Отношения и пропорции, 2.2. Ритм);

III. Виды композиции (подразделы: 3.1. Фронтальная композиция, 3.2. Объемная композиция, 3.3. Глубинно-пространственная композиция).

Под основными свойствами объектов архитектуры авторы понимают: геометрический вид формы, величину формы, ее положение в пространстве, массу, фактуру, цвет, светотень. Геометрические виды, по мысли авторов, могут быть представлены (в зависимости от соотношения величин по трем координатам) объемной, плоскостной или линейной формой. Последняя характеризуется преобладанием какого-либо одного измерения над двумя другими.

Предлагаемые термины по отношению к объектам архитектуры слишком условны: в реальных зданиях, сооружениях, которые всегда трехмерны, не может быть «плоскостной формы» или «линейной формы».

Точнее было бы говорить здесь о тех или иных ориентациях объектов в пространстве или их восприятии с определенных точек зрения (например, с фасада).

Отталкиваясь от чисто математических понятий, таких как геометрические точки, линии, поверхности, авторы книги упустили из виду разницу между плоскими фигурами, изучаемыми планиметрией, и телами, изучаемыми стереометрией.

В архитектурных объектах могут, как известно, использоваться и плоскостные композиции (линейно-графические и живописно-плоскостные). Это –– мозаики, фрески, панно, плафоны, суперграфика, надписи, шрифтовые композиции. Но сами здания всегда олицетворяют объем и пространство. Архитектура (как и дизайн вещей) имеет дело с объемными телами, а не плоскими фигурами.

О таких азбучных истинах не следовало бы и говорить, если бы понятийно-терминологические заблуждения авторов работы [2] не повторялись бы позже многими другими, пишущими о композиции в дизайне.

Следует отметить также, что в учебном пособии рассмотрены и иллюстрированы схемами только самые геометрически простые «виды формы» –– круг, квадрат, куб, цилиндр, параллелепипед и лишь упомянуто о ряде промежуточных состояний формы при ее прямолинейном или криволинейном характере.

Многообразие многогранников (призм, пирамид, параллелепипедов), как прямых, так и наклонных, равно как и конусов (в том числе усеченных, как и пирамид), сферических тел с их разнообразными сечениями, не говоря уже об эллипсоидах, параболоидах, гиперболоидах, эпициклоидах, вообще оставлено без внимания. В то время как такие геометрические тела и их поверхности не только имеют отвлеченно математическое значение, но и реально воплощаются во многих объектах архитектуры, дизайна и техники.

Также слишком упрощенно в работе [2] рассмотрены понятия «величина формы», «положение формы в пространстве», и «масса» (точнее, ее зрительное восприятие). Очень обобщенно описаны такие важные свойства объектов композиции как «фактура», «цвет», «светотень».

При этом совершенно не обращается внимание читателей на то немаловажное обстоятельство, что все упомянутые геометрические и физические свойства формы проектируемых объектов являются лишь исходными характеристиками, приобретающими эстетическую значимость лишь в результате их профессиональной гармонизации средствами и приемами композиции.

Во втором разделе учебного пособия, посвященном «закономерностям построения пространственных форм», авторами, во-первых, перепутаны понятия закономерностей и основных средств композиции, а во-вторых, не выстроена их логически убедительная система.

В подразделе 2.1. «Отношения и пропорции» отношениями названы и закономерности: соразмерность, соподчинённость и средства –– пропорции.

Почему-то здесь не упомянуты такие закономерности, как единство частей и целого и уравновешенность элементов формы, которые вместе с соразмерностью и соподчиненностью этих элементов являются условиями достижения гармонической организованности формы, ее композиционной целостности.

Пропорции же вместе с масштабом и ритмом являются основными средствами гармонизации формы.

В работе [2] ритм рассмотрен отдельно в подразделе 2.2. А масштабность (это свойство, а не средство) анализируется в подразделе 2.1. наряду с понятиями тождества, контраста и нюанса, динамикой формы и вскользь упоминаемой статикой. Симметрия и асимметрия почему-то перенесены в третий раздел, где они бегло упомянуты как виды фронтальной композиции.

Понятие уравновешенности очень невнятно рассмотрено в параграфе «весовые отношения». А типология пропорций (в математическом смысле) сведена к краткому изложению сущности простых и иррациональных отношений, а также отношений «золотого сечения» и пропорциональной зависимости величин, расположенных по одной, двум или трем координатам пространства.

О связи метрических и ритмических рядов в композиции объемных и пространственных объектов с арифметическими и геометрическими пропорциями, как и вообще о тесной взаимосвязи пропорций и ритма в учебном пособии не упоминается.

Все отмеченные недостатки данного учебного пособия позволяют сделать вывод о нелогичности подхода авторов к терминированию и систематизации категорий композиции. Хотя сам по себе подробный анализ видов ритма пространственных форм, а также видов фронтальной, объемной и глубинно-пространственной композиции в архитектуре (иллюстрированный фотоиллюстрациями и схемами) представляет определенный интерес для читателей.

Гораздо более серьезной работой, посвященной композиции в дизайне, является упомянутая в начале статьи книга Ю.С. Сомова [1]. С самого начала изложения своих соображений по заявленной теме автор задался целью определить структуру теории композиции в дизайне. В качестве ее элементов он выделяет: категории композиции, свойства и качества композиции, закономерности композиции, средства композиции, приемы и методы работы над композицией, взаимосвязь понятий «форма», «формообразование» и «композиция».

Это уже говорит о попытке системного подхода к проблеме разработки теоретических основ композиции в дизайнерском творчестве.

Большим достижением книги является то, что все ее научно-методические положения рассмотрены на примерах подробного доказательного анализа композиций конкретных объектов дизайна –– промышленных технических изделий (а также условных моделей изделий или многочисленных схематических рисунков), наглядно показывающих, как можно добиться положительных результатов в процессе гармонизации формы теми или иными приемами композиции и как избежать ошибочных решений поставленных задач.

Автор мастерски владел методикой и практическими навыками композиционного анализа промышленных изделий, тонко чувствовал достоинства и недостатки композиционных решений дизайнеров, что и нашло отражение в его книге, пользовавшейся в свое время большой популярностью.

Но с другой стороны, увлеченность подробным анализом исследуемого материала в определенной мере подвела автора этой монографии. Пытаясь вывести общие объективные закономерности композиции в дизайне в соответствии с задуманной им структурой изложения теоретических положений, он часто оставляет логически обоснованные тезисы суждений, погружаясь в рассмотрение конкретных примеров, и, можно сказать, «тонет в материале» этих примеров, забывая о нити рассуждения.

Примечательно, что в книге подчеркнуто различие понятий, выражаемых терминами: пропорции, пропорциональность и пропорционирование, аналогично другим: масштаб и масштабность, симметрия и симметричность, контраст и контрастность, статика и статичность и т.п. Поскольку первые из них означают средства, вторые –– свойства, а третьи –– процесс (например, пропорционирование).

На это приходится обратить внимание, поскольку во многих других изданиях, посвященных композиции, в том числе и современных, допускается терминологическая небрежность в обозначении таких понятий, свидетельствующая о том, что их авторы мало задумываются над смыслом употребляемых терминов.

Выделяя в качестве категорий композиции лишь две –– объемно-пространственную структуру и тектонику, автор работы [1] мог бы отметить, что это главные категории композиции (выражающие ее основные закономерности), не забывая при этом, что система категорий в данной области теории и практики не ограничивается только ими. Категориями второго и третьего плана являются термины, обозначающие принципы, средства и приемы, виды и элементы композиции.

В каждой области научного знания формируется своя система категорий, находящихся во взаимосвязи. Их количество обусловлено структурой базовых понятий, отражающих сущность соответствующей отрасли науки. Ограничивая систему категорий композиции только двумя, названными выше, (т.е. присваивая ранг категории только им), автор совершил методологическую ошибку, видимо не отдавая себе полностью отчет в том, что же представляет собой такая система.

Но зато он подчеркнул и подробно проанализировал наличие и характер взаимосвязи объемно-пространственной структуры и тектоники, так же как и закономерности взаимосвязи с ними и между собой средств композиции –– пропорций, ритма, масштаба и других. На конкретных примерах и схемах автор показал, что определенные свойства и качества композиции тех или иных объектов дизайна обусловлены именно закономерностями пропорций для данной структуры, ритма для данной формы, тектоники для данной конструкции. Понимание этих закономерностей, органичность взаимосвязи между собой всех элементов формы позволяет достигать целостности и образной выразительности изделий как произведений дизайна.

Существенно, что в книге рассматривается сущность и взаимосвязь понятий «форма» –– «формообразование» –– «композиция», поскольку сам процесс художественно-образного моделирования объектов дизайна представляет собой не просто композицию, а именно композиционное формообразование.

Примечательно, что в работе [1] поднимается и рассматривается вопрос о понятии «композиционный прием». Это идея композиции, которая последовательно развивается соответствующими композиционными средствами, тот принцип, который лежит в основе гармоничного формообразования конкретного изделия, определяя стратегию творческого поиска.

«Среди традиционных средств гармонизации обычно не называют композиционного приема, и в структуре теории он не находит определенного места. Думается, что по сущности своей он относится все же к средствам композиции, хотя и занимает среди них особое место» [1, с. 123]. Автор, затрагивая вопрос о приеме композиции, прав в том случае, когда смысл этого понятия трактуется как конкретный способ реализации замысла. Но допускает неточность в толковании понятия как одной из основных категорий композиции, полагая, что «композиционный прием как бы синтезирует в себе другие средства композиции: в одних случаях контраст и ритм, в других –– особенности пропорций и масштаба, в третьих –– нюансировку формы и т.д.» [1, с.126].

Такой подход нарушает принцип иерархического соподчинения упоминаемых категорий композиции. Анализ цвета в композиции объектов дизайна как одного из ее средств в ряду пропорций, ритма, масштаба, симметрии –– асимметрии, динамики –– статики, контраста –– нюанса не учитывает того обстоятельства, что в цветовой композиции (равно как и в объемно-пространственной и объемно-пластической) используются все названные здесь средства композиции. Они позволяют гармонизировать цветовые отношения (как физические свойства материала, конструкционного и/или отделочного) и достигнуть в результате гармонизации этих отношений желаемого колорита. Следовательно, цвет не должен рассматриваться в одном ряду с другими средствами композиции. Эта ошибка систематизации категорий композиции повторяется в большинстве работ о композиции в дизайне.

Последнее замечание, касающееся работы [1] (и также как подход к рассмотрению цвета, относящееся к большинству изданий, приведенных в списке литературы), связано с эстетическими категориями «стиль» и «художественный образ». Они упоминаются в разделе «свойства и качества композиции» и кроме того в разделе, посвященном историческим закономерностям развития формообразования некоторых групп и видов промышленных изделий, без анализа их стилистической сущности. Эти категории упомянуты в отрыве от категорий композиции. Хотя анализ формообразования и стилеобразования изделий должен был бы показать, что стилевые особенности и закономерное единство всех элементов формы объектов, воплощаемые в определенной системе устойчивых признаков, обеспечиваются общностью применяемых композиционных приемов, которые и формируют художественный образ произведений дизайна. Художественный образ объектов дизайнерского творчества, выявляющий присущий им социально-культурный смысл, отражается в стилевой характерности их формы. К сожалению, взаимосвязь категорий композиция, стиль и художественный образ не осмыслена и не выявлена в большинстве изданий, посвященных композиции в дизайне.

Книга В. И. Казариновой «Товароведу о красоте и композиции» [3] представляет собой более популярное изложение вопросов композиции в дизайне (в основном на примерах изделий бытового назначения), но вместе с тем достаточно профессиональное. Она так же, как и работа [1], переиздавалась два раза после первого выхода в свет.

Автором книги были поставлены важные и для дизайнеров, и для производителей изделий, и для работников торговли вопросы о требованиях технической эстетики (теории дизайна) к качеству изделий-товаров, о сущности понятия «красивая форма», о стиле и моде, о категориях композиции, о том как создается гармоничная форма, об ансамбле предметной среды.

На большинство из них даются вполне понятные и в основном убедительные ответы, подкрепленные как теоретическими суждениями, так и конкретными примерами. Хотя с сегодняшних позиций некоторые из них воспринимаются устаревшими, отжившими (что обусловлено в одном отношении идеологическими клише советского периода истории нашей страны, а в другом –– недостаточной разработанностью в то время теории дизайна).

Наиболее удачными в работе [3] являются разделы, в которых рассматриваются основные категории композиции, и по изложению материала, и по объяснению смысла понятий, и по их терминированию, и по типологии средств композиции (например, видов симметрии, ритма, пропорций). Особенно подробно рассмотрены в книге виды пропорциональных отношений –– арифметических, геометрических, гармонических, различные схемы пропорционирования, системы предпочтительных чисел (применение которых способствует гармонизации комплексов, ансамблей, созданию целостной предметной среды).

Так же обстоятельно рассмотрены вопросы масштабности изделий, их соразмерности человеку и окружающей среде. Специально проанализирован «Модулор Корбюзье» как гармонический измеритель масштаба, основанный на пропорциях человеческого тела и системе чисел «золотого разряда».

Недостатками работы, снижающими ее теоретико-методический уровень, являются: освещение проблемы стиля и моды с традиционно искусствоведческих позиций без учета специфики дизайна и вне связи с категориями композиции; подход к проблеме цветовой гармонии без анализа типологии гармоничных цветосочетаний; логически неоправданный подход к группировке категорий композиции (объемно-пространственная структура и тектоника анализируются в одном разделе с категориями симметрии –– асимметрии, динамики –– статики, метра и ритма, в то время как категории пропорции, масштаб и масштабность, цветовая гармония –– в другом).

В учебном пособии для студентов педагогических вузов (специальность «Черчение, рисование и труд»), названном «Художественное проектирование» [4], закономерностям и средствам композиции объектов дизайна отведена всего одна глава в разделе «Закономерности и принципы формообразования объектов художественного проектирования». Содержание этой главы во многом повторяет подход к изложению вопросов композиции в работе [2] со всеми заимствованными из этой книги недостатками. Поэтому говорить о профессиональной систематизации закономерностей, принципов, средств и приемов композиции и полноте изложения материала в упомянутой главе работы [4] не приходится. Очевидно, что пользы учащимся это учебное пособие в части изучения категорий композиции в их взаимосвязи не принесло.

Пожалуй, одним из первых отечественных специалистов, профессионально подошедших к систематизации категорий композиции в дизайне был Е.Н. Лазарев. Его подход к этому вопросу пусть тезисно, но достаточно убедительно был изложен в теоретической статье «Художественное конструирование в системе эстетической деятельности», опубликованный в 1970 г. в «Ученых записках» ЛВХПУ им. В.И.Мухиной [5].

Он писал: «Композиционные категории служат инструментом гармонизации утилитарных свойств технического объекта, но при этом обязательно опосредствуются последними.

Основа композиции –– ее главные закономерности, художественно выражающие главные закономерности утилитарного порядка. Так, объемно-пространственная структура есть композиционная закономерность эстетически воплощающая функцию предмета, тектоника –– его конструкцию и материал...

В соответствии с принципиальными закономерностями, на основе использования своеобразного «материала» –– выразительных композиционных средств –– объема, плоскости, линии, цвета, света, с помощью средств гармонизации –– пропорций, ритма и масштаба, путем применения приемов –– контраста и нюанса, асимметрии и симметрии, динамики и статики, достигается результат гармонизации –– пластика, фактура, рисунок (или орнамент), колорит, светотень и строятся определенные виды композиции –– линейная, живописно-плоскостная, объемно-пластическая, пространственная, обладающие характерными элементами –– центром, периферией, осью, звеном, а также специфическими признаками (или свойствами) –– центробежностью, протяженностью и т.п.

Таким образом, все композиционные категории объединены в единую систему, и только в таком виде могут обеспечить эффективность создания целостного, гармоничного по связи всех элементов, эстетически выразительного объекта или системы» [5, с. 30 –– 31].

Процитированный подход автора к проблеме систематизации категорий композиции (с некоторыми уточнениями и добавлениями) можно считать правильным, обоснованным.

Композиция в дизайне –– методическая основа гармонизации структуры и формы вещи, реализующая принцип органичности формирования объекта как системы взаимосвязанных элементов формы и содержания. Причем не только утилитарной (утилитарно-технической), но обязательно и социально-культурной составляющей бифункционального содержания.

К исходным, используемым в композиции геометрическим и физическим свойствам формы материальных объектов, названным автором «композиционным материалом», следует добавить: пространство, конфигурацию (геометрический вид), величину –– зрительное восприятие массы, геометрический вид поверхности (плоская, цилиндрическая, коническая, шаровая, многогранная, и т.д.), текстуру, степень гладкости/шероховатости поверхности –– фактуру.

Требует уточнения принцип отнесения композиционных средств гармонизации объекта: к собственно средствам или приемам композиции на основе их логического соподчинения и, соответственно, условного размещения в системе категорий композиции на разных иерархических уровнях.

Возможно, следует отнести к средствам пропорции, ритм (с метром) и масштаб, а симметрию ––асимметрию, динамику –– статику, контраст –– тождество –– нюанс –– к приемам, поскольку эти группы категорий так или иначе обусловлены пропорциональными, ритмическими и масштабными отношениями. А может быть их все целесообразнее называть средствами –– приемами, но только разного уровня в иерархии соподчинения.

Кроме того, необходимо уточнить, что гармонизация формы любого объекта дизайна достигается на основе преобразования исходных геометрических и физических свойств формы с помощью упомянутых средств и приемов (или средств-приемов) композиции в соответствии с ее основными принципами: единством целого и частей формы, соподчиненностью, уравновешенностью и соразмерностью элементов формы.

Интересным примером системного анализа категорий композиции, правда, применительно не к дизайнерскому творчеству, а монументально-декоративной живописи, является статья В.М. Мошкова «К вопросу о формальных структурах в композиции монументально-декоративной росписи», опубликованная в сборнике статей преподавателей, аспирантов и выпускников ЛВХПУ им. В.И. Мухиной «Композиция в промышленном и декоративно-прикладном искусстве» в 1973 г. [6].

В этой статье, как и в статье Е.Н. Лазарева [5], используются понятия «основной материал композиции» (плоскость, линия, пятно, цвет, тон), «основные средства» (пропорции, ритм и метр, масштаб), «приемы» (динамика –– статика, контраст –– тождество –– нюанс, а также понятия «приемы –– средства» (ритмоинтонация, трактовка изобразительного языка, акцент, повтор, соподчинение, варьирование, обобщение), «организованно-выразительные элементы композиции» (центр, доминанта, ось равновесия и линия горизонта, периферия, звено, экспозиционные построения, подсобные построения).

В статье приведена оригинальная таблица типологии систем формообразования монументально-декоративной росписи, в которой классифицированы категории, типы, роды, виды и разновидности систем во взаимосвязи с закономерностями и архитектурным пространством.

Редкой в своем роде является монография О.В. Чернышева «Формальная композиция: творческий практикум по основам дизайна» [7]. В этой книге в отличие от большинства работ, посвященных композиции в дизайне и рассматривающих её понятия, принципы, закономерности, приемы и средства, как правило, без анализа способов достижения художественной образности и эстетической выразительности объектов разработки, именно на таком анализе сосредоточено внимание автора.

Несмотря на теоретическое по форме, но несколько запутанное по смыслу введение к работе и подобные же пояснения к учебным заданиям, составляющим основное содержание книги, она имеет прежде всего практическое значение, ориентированное на методически последовательное и сознательно подчеркнутое формирование и развитие в дизайнере художника, творчески мыслящей и разрабатывающей оригинальные проекты личности.

Книга богато иллюстрирована примерами разнообразных, хорошо систематизированных студенческих работ из методического фонда кафедры дизайна Белорусской академии искусств.

Название книги не совсем точно: в ней речь фактически идет не о формальной (формализованной или формалистической), а об условной композиции, абстрагированной от конкретных объектов дизайна, что характерно для многих курсов пропедевтики композиции.

Опираясь на знания в области психологии творчества, развития образного мышления и художественного восприятия, автор предлагает оригинальную программу практических работ по основам «формальной» композиции, в которой последовательно, начиная с категорий качественной и количественной меры, соподчиненности, соразмерности, масштаба и других осуществляется переход к практическому освоению принципов художественно значимого композиционного формообразования.

Задания сознательно инициируют творческий поиск способов разрешения проблемных ситуаций, не имеющих прямых аналогов в реальной практике или являющихся особой формой их трансформации в учебных целях.

По мнению автора, «только благодаря подобной форме построения учебной работы над практическими заданиями по «формальной» композиции студенты прочно усваивают арсенал теоретических знаний); только «активно работая» в процессе решения творческих задач, знания и превращаются в реальный инструмент (метод) деятельности, глубоко осознаются их место, роль и значение в системе профессиональной методологии» [7, с. 16].

Среди учебных пособий по композиции, изданных (или переизданных) уже в новом столетии, следует обратить внимание на книгу В. Б. Устина «Композиция в дизайне. Методические основы композиционно-художественного формообразования в дизайнерском творчестве» [8], еще первое издание которой было рекомендовано Министерством общего и профессионального образования РФ в качестве учебного пособия для студентов вузов, обучающихся по специальности «дизайн».

Пособие посвящено раскрытию особенностей построения так называемых «формальных» композиций, рассмотрению средств, приемов и принципов гармонизации художественно значимой формы. В нем даны методические указания по практическому применению предлагаемого материала в учебном процессе.

Текстовая часть указаний иллюстрирована таблицами –– схемами, а также большим количеством цветных фотографий графических композиций, выполненных студентами МГХПУ им. С.Г. Строганова, МГАЛП и Института дизайна и рекламы (в качестве курсовых работ). Помимо этого в приложении 2 приведены примеры композиционных решений реальных объектов разного вида, выполненных по проектам профессионалов дизайна.

Во введении к работе [8] заявлено, что «основной целью пособия является выработка у учащихся сознательного подхода к дизайнерскому творчеству, получение ими знаний в области художественного формообразования… Эта цель ни в коем случае не исключает развитие у студентов вкуса, опирающегося на интуитивное отношение к творческому процессу вообще и красоте в частности» [8, с.6]. Методика построения композиций предполагает тематически последовательное решение отдельных чисто учебных формальных задач. При этом «ей присущ характер живого композиционного творчества, выражающего индивидуальный вкус и почерк учащихся» [8, с.7].

Анализ этой работы позволяет, однако, предположить, что студенты, обучаемые композиции только на основе данного учебного пособия, вряд ли сумеют понять и усвоить закономерности отношений композиционных категорий как взаимосвязанных и взаимообусловленных элементов целостной системы. У них может закрепиться в сознании отношение к композиции, как чисто интуитивному процессу.

В работе [8] так же, как и в ряде других, рассмотренных выше работ, отсутствует логически обоснованная, иерархически выстроенная группировка категорий композиции. Исходные геометрические и физические свойства формы, композиционные средства и приемы первого и второго порядка представлены как средства композиции, без выявления их соподчинения.

Цвет рассматривается в ряду прочих средств композиции, почему-то отнесенных к понятию «графика» –– точка, линия, пятно, цвет. Хотя цвет –– неотъемлемая характеристика и объемных и пространственных композиций. Вместо анализа роли цвета в композиции различных объектов дизайна приведены основные данные о цвете, изучаемые цветоведением.

Явно недостаточно (в главе 2) проанализированы пропорциональные и ритмические отношения (в сравнении с работами [1] –– [3]). Изложение основных принципов композиционного формообразования (в главе 3) перепутано с некоторыми свойствами гармонизированных объектов и представляет собой бессистемный набор понятий, не отражающих действительных принципов композиции.

В самом названии книги и в ее тексте лишним является слово «художественный», дополняющее термин «композиционное формообразование». Определение «художественный» здесь является избыточным, поскольку композиция в дизайне (равно как и в архитектуре, и прикладном искусстве) по своей сути есть художественно ориентированный процесс и результат гармонизации формы объекта ее средствами и приемами. Архитектонические искусства (дизайн, архитектура, прикладное искусство) представляют собой художественно-техническое творчество в отличие от инженерного творчества, являющегося сугубо техническим.

Учебное пособие А.Н. Писаревой «Композиция. Законы и выразительные средства», изданное в 2005 г. и предназначенное для студентов специальностей «Дизайн», «Декоративно-прикладное искусство и народные промыслы», «Декоративно-прикладное искусство» [9], представляет собой обобщенное и далеко не полное переложение основных сведений о композиции, почерпнутых из второстепенных (для рассмотрения «законов и выразительных средств композиции») источников. Компилятивность этого пособия определяет и заимствованные из этих источников его недостатки при правильном на первый взгляд, изложении материала.

Анализ текста пособия выявляет не только отсутствие системного подхода к группировке категорий композиции, но и недостаточное понимание их сущности, так же как цели и задач композиционного формообразования в дизайне.

Целью композиции объектов дизайна является не «обеспечение удобства эксплуатации данных изделий, рациональность компоновки и высокий эстетический уровень» [9, с. 3], (это задачи дизайнерского проектирования изделий, более широкие, чем задачи собственно композиции), а достижение гармонической организованности формы и ее выразительности. Никак не раскрывает смысл дизайнерского творчества утверждение, что в нем слиты «два направления творческих поисков –– от функции к форме и от формы к функции» [9, с. 3].

Главные категории композиции, выражающие ее основные закономерности –– объемно-пространственная структура и тектоника охарактеризованы как главные средства выразительности наряду с пропорциями, модулем, метром, ритмом, симметрией, контрастом, нюансом, масштабом, цветом и т.д. Стало быть, все эти категории рассматриваются здесь без их иерархической группировки и взаимосвязей, как равнозначные, в то время как на самом деле свойства объемно-пространственной структуры и тектоники в композиции объектов дизайна являются результатом реализации принципа органичности их формирования на основе использования соответствующих средств и приемов композиции.

Непонятен подход автора к систематизации видов композиции, в которой сначала выделены только: открытая, закрытая и линейная, а затем упоминаются также другие виды, и даются примеры плоскостной, объемно-фронтальной и объемно-пространственной композиций, выделяемых автором «по характеру используемых форм», [9. с.4], и еще глубинно-пространственной композиции, отражающей «композиционную связь предмета с тем пространством, в котором он размещен» [9, с.5]. После этого упоминаются центрические, горизонтальные, вертикальные, компактные, расчлененные, статические, динамические, устойчивые и неустойчивые виды композиций и приводятся их примеры. Становится очевидным, что принципы систематизации видов композиции в дизайне автором не осознаны и поэтому не раскрыты читателям.

Изложение сведений о средствах композиции в работе [9] дано неравноценно и вне связи друг с другом (например, ничего не сказано о взаимосвязи пропорций, ритма и масштаба). Слишком тезисно и далеко неполно в разделе 7 даны понятия об орнаменте, практически в отрыве от категорий композиции.

Сведения о цвете (как и во многих других работах о композиции), вместо выявления его роли в композиции объектов дизайна, подменены пересказом основных положений цветоведения и психофизиологии цветовосприятия, а также описанием психологических ассоциаций, вызываемых цветами и их сочетаниями.

Рассуждения о «художественном образе и знаковости в искусстве», приведенные в разделе 11 работы [9], относятся к изобразительным искусствам, а не к дизайну. Изложенные тезисно, эти рассуждения вместе с упоминанием об эмблемах, экслибрисах и фирменных знаках мало способствуют формированию грамотного, профессионального представления об этих непростых понятиях эстетики, искусствознания, семиотики, графического дизайна у тех, кому адресовано данное учебное пособие.

Таким же компилятивным, плохо систематизированным (по отношению к категориям композиции) и отражающим явно недостаточное понимание сущности композиции в дизайне является изданный в 2007 г. учебник по композиции для студентов вузов, обучающихся по направлению 261000 «Технология художественной обработки материалов», разработанный группой авторов и названный ими «Композиция, орнамент, шрифт» [10].

Непонятно, зачем понадобилось в одном учебном издании объединять сведения об орнаментах и шрифтах вместе с изложением (всего на 26 страницах) случайно выбранных сведений о композиции, когда теме орнаментов и шрифтов посвящена обширная, профессионально написанная литература, освещающая эти области творчества и с искусствоведческих, и культурологических, и эстетических, и семиотических точек зрения. Гораздо целесообразнее дать учащимся список такой литературы (тем более, что она издается и переиздается в большом количестве серьезных монографий), чем пытаться подменить всю эту литературу кратким, но далеко не профессиональным изложением ее основных идей в подобном «учебнике».

Например, в параграфе 3.6.1 при разъяснении понятия текстовые шрифты написано: «также отчасти текстовыми можно назвать шрифты, с помощью которых с нами общаются технические устройства. Точнее, это просто специфическая техническая эстетика». [10, с. 70]. Технической эстетикой в нашей стране называется теория дизайна, но авторы, видимо, этого не знают.

В «Кратком словаре используемых терминов» (последнее, текстовое приложение в учебнике) понятие «выразительность» трактуется как «качественная степень (уровень) восприятия идеи изображения, образа» [10, с. 145], в то время как выразительность относится к объекту, а не воспринимающему субъекту произведения художественного творчества. Это отражение в форме вещи ее смысла для человека, утилитарной и социально-культурной сторон содержания, воплощаемых в визуально воспринимаемых признаках формы средствами и приемами композиции. А само эстетическое восприятие объекта является актом соотнесения его эстетически значимых достоинств и недостатков с эстетическим ценностным идеалом субъекта, относящимся к подобным объектам.

Непрофессионально здесь даны и трактовки понятий гармония, гармонизация, композиция. Не разделены понятия динамика и динамичность, масштаб и масштабность, ритм и ритмизация, поскольку не осознано, что первое из этих пар понятий означает средство, а второе –– свойство (или процесс –– ритмизация).

Приведенное в самом начале учебника определение понятия «композиция» свидетельствует о полном непонимании авторами сущности того, о чем они пишут.

«Композиция» –– главная форма произведения искусства, она связана не только с задачей оформления его содержания, но и с особенностями данного вида искусства, с его специфическими средствами и ограничениями. Это объясняется тем, что искусство не может быть «дубликатом» жизни, характер действия искусства целиком зависит от того, что искусство «сокращает», как «преображает», от индивидуальности, неповторимости его композиционных форм» [10, с. 3].

На самом деле композиция –– методическая система, совокупность средств и приемов, процесс гармонизации формы, осуществляемый в целях достижения целостности, выразительности и образности объекта художественного творчества. Далее авторы считают, что: «Все произведения искусства, создаваемые с помощью объемно-пространственных структур, относят к специальной композиции. Специальная композиция может быть разделена на объемную и архитектурную» [10, с. 4]. В этом высказывании со всей очевидностью проявляется непонимание авторами смысла, содержания понятий «объемно-пространственная структура», «объемная композиция», «архитектурная композиция».

Какое же искаженное представление о композиции дает этот учебник.

В сравнении с ним куда полезнее рассмотренные в начале статьи серьезные монографии Ю.С. Сомова [1], В.И. Казариновой [3], О.В. Чернышева [7], не названные, кстати, учебниками, и даже учебное пособие В.Б. Устина [8], в части примеров учебных заданий.

Определенную надежду на выработку, наконец, логически обоснованного, грамотного подхода к проблеме систематизации давала опубликованная относительно недавно (2009) статья М.А. Коськова и О.В. Плужника «Средства композиции в дизайне (опыт систематизации)» [11]. Но ознакомление с ее содержанием, увы, разочаровало.

По форме статья представляет собой краткий толковый словарь терминов композиции, дополненный в конце таблицей, демонстрирующей группировку средств композиции по признаку их отнесения к «общим (сквозным)», «плоским», «объемным», «средовым» (пространственным) средствам.

Такой признак –– основание группировки выведен из определения трех типов композиций: плоскостных, объемных и пространственных по их «локализации в пространстве».

К универсальным «для всех пространственных искусств базисным сквозным средствам композиции» авторы относят: размер, структуру, симметрию, асимметрию, пропорции, ритм, силуэт, контраст, нюанс, фактуру, текстуру, цвет. Ясно, что здесь объединены субординационно разные категории композиции, а именно: исходные для композиции геометрические и физические свойства формы, а также основные (но не все) средства –– приемы композиции.

К плоскостным средствам композиции в статье отнесены лишь некоторые исходные геометрические свойства формы: точка, линия, контур, штрихи (?), пятно. Логичнее было бы объединить их с такими же свойствами (а не средствами) из группы «базисных средств» –– текстурой, фактурой, цветом, размером, выделив в самостоятельную группу.

Кстати, многие из них (контур, пятно, линия, точка) используются не только в плоскостных композициях, но также объемных и пространственных, либо в качестве элементов этих видов композиций, либо в качестве их свойств, возникающих при рассматривании скомпонованных объектов под определенным ракурсом при определенном освещении, с определенной точки зрения. Это может быть силуэт объемной вещи или сооружения, или контур сквозных пространств между составными частями объекта, или линии сопряжений, сочленений, или цвето-фактурные или текстурные пятна на объемных вещах (сооружениях), обусловленные применением разных материалов (конструкционных и отделочных). Все это хорошо проанализировано в работе [1].

К объемным средствам в статье [11] отнесены масса, тектоника, пластика, масштабность, модуль; а к пространственным средствам –– пространственная структура, перспектива, ансамблевость, светотень и цветовой климат.

Здесь так же, как и в группе «базисных сквозных средств», нарушена логика систематизации, объединены вместе разноуровневые и разноплановые по смыслу понятия, которые должны, по идее, находиться в других группах. Кроме того, терминологически перепутаны средства и свойства (масштабность и ансамблевость вместо масштаба и ансамбля). Также нелогично введены в эти группы такие свойства скомпонованных объектов, которые означают те или иные признаки результата композиционного процесса: перспектива, цветовой климат, светотень.

Следует отметить, что масштаб и модуль, связанные с пропорциями, в действительности присущи не только объемным, но и пространственным и плоскостным видам композиций. Иллюзорные светотеневые и цветопластические свойства могут быть, как известно, присущи и плоскостным композициям: впечатление светотени и пластики создается и на живописном полотне, и на плакате, и в произведениях журнальной и книжной графики, и в фотографии, и на дисплее.

Почему-то упущены в статье [11] такие важные категории композиции, как динамика и статика, а также тождество, рассматриваемое обычно вместе с категориями контраста и нюанса.

Что касается толкования авторами используемых в статье основных терминов, то далеко не все из приведенных в ней дефиниций точны и убедительны. Это, например, относится к определению предмета дизайна –– он трактуется как «эстетически организованная форма,… расположение материала в пространстве или композиция (как результат дизайнерского участия)» [11, с. 3]. Здесь все неточно. Не раскрывается содержательно-эстетический смысл «эстетически организованной формы» (он обусловлен задачей отражения в форме целостного значения потребительной ценности объекта дизайна). Композиция –– это не «расположение материала в пространстве», а средство, процесс и результат гармонизации структуры и формы объекта разработки. Дизайнер может не только «участвовать» в разработке промышленных изделий (вместе с инженерами), но и самостоятельно проектировать многие технически простые виды изделий (одежду, мебель, светильники, посуду, игрушки).

Цвет в статье определяется как «важнейшее наиболее поверхностное и доступное качество формы, ее эмоциональный язык» [11, с. 4]. По-видимому, в этом корявом по форме определении имелся в виду колорит, как результат гармонизации цветовых отношений в композиции. Но поскольку далее приводятся (опять-таки неточные) определения цветового тона, насыщенности и светлоты –– основных физических (оптических) характеристик хроматических и смешанных цветов, то не мешало бы дать в статье научное определение цвета как свойства света вызывать определенное зрительное ощущение в соответствии со спектральным составом отражаемого или испускаемого излучения. Подобные, плохо продуманные дефиниции относятся и к таким терминам, как пластика, пространственная структура, светотень.

Таким образом, анализ статьи [11] позволяет сделать вывод, что продемонстрированный в ней «опыт систематизации средств композиции в дизайне», оказался неудачным из-за формального подхода к выбору оснований группировки и субъективного, логически неоправданного распределения описываемых категорий композиции по группам без всякого осмысления их связей и отношений.

В процессе критического рассмотрения подходов к группировке понятий, принципов, закономерностей, средств и приемов композиции в дизайне, отраженных в проанализированных литературных источниках, посвященных проблеме композиции в дизайне, уже приводились обоснованные суждения автора этой статьи, отражающие как трактовку определенных понятий, так и логику систематизации основных категорий композиции, выявляющую присущие им особенности, а также их связи и отношения.

Поэтому, завершая поднятую в статье тему, целесообразно обобщить приведенные выше суждения, изложив существо авторской концепции в основных ее положениях, а также в таблице систематизации категорий композиции.

Основным методом дизайна (воплощающим наиболее плодотворный методический идеал дизайн-деятельности) является художественно-образное моделирование объекта дизайнерского проектирования посредством композиционного формообразования [12].

«Композиционное формообразование –– это процесс пространственно-пластически-колористической организации элементов структуры и формы изделия, средства и методы которой нацелены на решение задачи привнесения человеческой меры в объекты промышленного производства, выявления культурного смысла проектируемой вещи для человека в определенной среде и сфере жизнедеятельности» [12, с.60].

Композиция в дизайне –– это методическая система гармонизации формы объекта разработки, позволяющая реализовать принцип органичности формирования объекта как системы взаимосвязанных элементов формы и содержания. Ее цель заключается в достижении целостности (гармонической организованности) формы и ее выразительности –– образного отражения в эстетически значимых признаках формы утилитарно-технической и социально-культурной сторон сущности объекта дизайна.

Результатом процесса композиции является эстетическое совершенство объекта разработки, которое проявляется в единстве, неразрывности достоинств выразительности и образности формы (гармонии формы и содержания) с ее композиционной целостностью (гармонической организованностью), а также высоком качестве производственного изготовления [12].

Эстетическая выразительность и художественная образность произведений дизайна относятся к содержательно-эстетическим категориям композиции, а гармоническая организованность формы –– к формально-эстетическим категориям.

И содержательность, и композиционной целостность формы объектов дизайн-проектирования достигаются профессиональным выбором и умелым использованием средств и приемов композиции.

В процессе композиции, на каждом этапе работы и содержательная и формальная стороны эстетической ценности объекта дизайна формируются практически синхронно, далеко не всегда сознательно расчленяясь дизайнером на взаимосвязанные составляющие сложного целого. Однако при анализе композиции, как самим автором разработки, так и другими субъектами профессиональной эстетической оценки произведения дизайна целесообразен дифференцированный подход к выявлению содержательно-эстетических и формально-эстетических свойств композиции.

Основными принципами композиции, обеспечивающими формально-эстетическую зрительно воспринимаемую целостность формы объекта являются:

–– единство целого и частей формы;

–– соподчиненность элементов формы;

–– уравновешенность элементов формы;

–– соразмерность элементов формы.

Именно в соответствии с этими принципами на основе преобразования используемых в композиции геометрических и физических свойств формы материальных объектов (исходного «композиционного материала») осуществляется процесс гармонизации формы объекта при помощи средств и приемов композиции, относящихся к ее основополагающим категориям.

Основными средствами первого уровня являются: пропорции, ритм, масштаб; приемами композиции –– пропорционирование, ритмизация, масштабирование.

Основными средствами второго уровня (в которых так или иначе воплощаются средства первого уровня), являются: симметрия – асимметрия, динамика – статика; контраст – тождество – нюанс. Приемами композиции здесь являются: создание симметричной или асимметричной формы, динамичной или статичной формы, контрастирование, обеспечение тождественности элементов, нюансировка.

В результате процесса композиционной гармонизации достигаются такие свойства формы как: пропорциональность, ритмичность, масштабность, симметричность (асимметричность), динамичность (статичность), контрастность (тождественность, нюансность).

Приемы композиции обеспечивают и целостность и выразительность формы объекта дизайна в соответствии с его сущностью и композиционным замыслом автора.

Все эти средства и приемы, закономерно взаимосвязанные и взаимообусловленные,
по-разному (с разной весомостью одних по отношению к другим, с преобладанием одних над другими) используются во всех основных видах композиции: пространственной, объемно-пластической, живописно-плоскостной и линейно-графической. В зависимости от видов объектов дизайна в них могут сочетаться все 4 вида композиции, или 3, или 2 вида. Первый вариант характерен для дизайна пространственной среды, дизайна интерьера, последний –– для графического дизайна (живописно-плоскостная и/или линейно-графическая композиции).

Интегральными категориями композиции (а не одними из средств гармонизации формы, рассмотренными выше) являются такие категории, которые выражают закономерные связи формы и содержания. К этим содержательно-эстетическим категориям относятся: объемно-пространственная структура, тектоника и колорит.

Объемно-пространственная структура отражает закономерности строения объекта дизайна, присущие конструктивно-компоновочной схеме и принципам технического решения, обусловленным рабочей функцией (функциями) объекта, особенностями контакта с человеком (людьми) и характером использования в определенной среде и ситуации (ситуациях) жизнедеятельности.

Тектоника отражает в соответствующем пластическом характере формы этого же самого объекта дизайна закономерности работы конструкции и свойства конструкционных материалов, применяемых для его создания. (Вместе с объемно-пространственной структурой эта категория применима лишь к пространственным и объемно-пластическим видам композиции).

Колорит (гармонизированный цвет) воплощает закономерное сочетание цветов в композиции (по цветовому тону, насыщенности и светлоте) этого же объекта на основе принципов гармонизации цветовых отношений и выбора схемы согласования цветов, соответствующей сущности объекта, условиям и среде его функционирования и восприятия [12].

Цвет, как колорит, нельзя рядополагать вместе со средствами и приемами композиции, потому что цветовые пятна, фигуры, тела, линии, точки (узоры, орнаменты, шрифты) имеют определенные пропорциональные отношения, могут образовывать различные виды ритмов, могут быть симметричными / асимметричными, контрастными / тождественными / нюансными, зрительно статичными или динамичными.

Гармонизированный цвет является такой же интегральной категорией композиции как объемно-пространственная структура и тектоника. Но цвет как исходная категория гармонизации может рассматриваться в ряду многих других, называемых «композиционным материалом».

Объемно-пространственная структура объекта, его тектоника и колористическое решение –– это разные стороны гармонизации формы одного и того же объекта, разные аспекты результата композиции и/или ее анализа.

Все эти категории, так же как и категории средств и приемов композиции первого и второго порядка, имеют, как известно, много видов и разновидностей. В этом проявляется многообразие способов решения композиционных задач и отражается весь накопленный опыт композиционного творчества в сфере изобразительных и архитектонических искусств.

Характерные особенности не только формообразования, но и стилеобразования объектов дизайна, связанные с формированием их художественной образности и эстетической выразительности, обеспечиваются общностью и своеобразием применяемых средств и приемов и находят воплощение в объемно-пространственной структуре, тектонике и колорите.

Систематизация основных категорий композиции в дизайне, выявляющая уровни их соподчинения, приведена в таблице.

Т а б л и ц а. Иерархическая структура основных категорий композиции в дизайне

Иерархическая

группа

категорий

композиции

Состав (или содержание)

категорий

группы

Виды и разновидности категорий композиции в группах

1. Исходные

категории

Геометрические

и физические

свойства формы

материальных

объектов

Пространство, объем, конфигурация, величина, масса, поверхность (плоская, цилиндрическая, коническая, шаровая, многогранная, и т.д.), линия, точка;

цвет, фактура, текстура

2. Категории

гармонизации

структуры и

формы

I-го уровня

Базовые

средства

композиции:

пропорции,

ритм, масштаб

Пропорции: арифметические (модульные), геометрические, гармонические.

Ритм: метрический (интервальный), уплотненный, разреженный, равно- и разноэлементный; беспериодный, периодный, (однопериодный, разнопериодный), сложный, неравномерный (нарастающий, убывающий, расширяющийся, сужающийся); прерывистый, текучий, прямолинейный, криволинейный, спиралевидный.

Масштаб: размерный (численный, линейный), геометрический (модульный), композиционный (выражаемый в степени членения формы и соразмерности объекта и его элементов человеку, другим объектам, среде).

3. Категории

гармонизации

структуры и

формы

II-го уровня

Вторичные

средства

композиции:

симметрия –

асимметрия,

динамика –

статика,

контраст –

тождество –

нюанс

Симметрия: зеркальная, осевая, винтовая, центрально-радиальная, угловая, с разными осями симметрии, с разными координатами осей.

Асимметрия: варианты приемов закономерного отклонения от осей симметрии, смещения в разных направлениях различных элементов композиции при обязательном их зрительном уравновешивании.

Динамика: варианты приемов достижения зрительного впечатления реального или мнимого движения, развития благодаря контрасту отношений величин объекта по разным координатам пространства.

Статика: варианты приемов достижения зрительного впечатления устойчивости благодаря равенству или нюансу отношений величин объекта по трем координатам пространства.

Окончание табл.

Иерархическая

группа

категорий

композиции

Состав (или содержание)

категорий

группы

Виды и разновидности категорий композиции в группах

3. Категории

гармонизации

структуры и

формы

II-го порядка

Вторичные

средства

композиции:

контраст –

тождество –

нюанс

Контраст: варианты приемов достижения резко выраженного противопоставления однородных свойств элементов целого (структуры, объема, конфигурации, тона, цвета, текстуры, фактуры, характера пластики, графического рисунка, величины, направленности, протяженности),

Тождество: отсутствие различий у однородных элементов целого, их идентичность (по таким же признакам, как в контрастных и нюансных отношениях).

Нюанс: варианты приемов достижения слабо выраженного различия однородных свойств элементов целого (по таким же признакам, как и в контрастных отношениях).

4.Интегральные

категории

композиции

Объемно-

пространственная

структура,

тектоника,

колорит

Объемно-пространственная структура: варианты закрытых моно- и полиблочных структур, варианты открытых моно- и полиблочных структур, варианты полуоткрытых моно- и полиблочных структур различных геометрических форм и конструктивно-технических решений (с неизменяемой или трансформируемой, в том числе складной конструкцией).

Тектоника: варианты приемов отражения в форме, характере ее объемно-пластического решения, особенностях членений, пропорциях закономерностей работы конструкции и используемых материалов.

Колорит: варианты приемов достижения гармоничности цветосочетаний в композиции объектов на основе выбора цветовых гармоний: хроматических цветов (контрастных, родственных, родственно-контрастных, триады, эквитональных); ахроматических цветов; хроматических с ахроматическими; сложных цветов (друг с другом, с хроматическими и ахроматическими) в соответствии с функцией объекта, его культурным смыслом, условиями и средой его использования и эстетического восприятия.

Список литературы

  1. Сомов Ю.С. Композиция в технике. –– М.: Машиностроение, 1972, –– 280 с.

  2. Кринский В.Ф., Ламцов И.В., Туркус М.А. Элементы архитектурно-пространственной композиции: учеб. пособие.–– М.: Изд-во литературы по строительству, 1968.–– 168 с.

  3. Казаринова В.И. Товароведу о красоте и композиции.–– М.: Экономика, 1969.– 159 с.

  4. Художественное проектирование: Учебное пособие/ Под ред. Б.В.Нешумова, Е.Д.Щедрина.–– М.: Просвещение, 1979.–– 175 с.

  5. Лазарев Е.Н. Художественное конструирование в системе эстетической деятельности (к постановке вопроса) // Сб.: Ученые записки. Вып. 1.–– Л.: ЛВХПУ им. В.И. Мухиной,1970.–– С. 21 –– 36.

  6. Мошков В.М. К вопросу о формальных структурах в композиции монументально-декоративной росписи // Композиция в промышленном и декоративно-прикладном искусстве: Сб. статей; Под ред. Е.Н. Лазарева.–– Л.:ЛВХПУ им. В.И.Мухиной, 1973.–– С.14 –– 26.

  7. Чернышёв О.В. Формальная композиция: творческий практикум по основам дизайна.–– Минск: Харвест, 1999.–– 312 с.

  8. Устин В.Б. Композиция в дизайне. Методические основы композиционно-художественного формообразования в дизайнерском творчестве: учеб. пособие.–– 2-е изд., уточн. и доп.–– М.:АСТ: Астрель, 2008.–– 239 с.

  9. Писарева А.Н. Композиция. Законы и выразительные средства: учеб. пособие.–– СПб.: СПГУТД, 2005.
    –– 83 с.

  10. Бельчук А.Г., Жукова Л.Т., Лиленков Ю.М. Композиция, орнамент, шрифт: учебник.–– СПб.: СПГУТД, 2007.–– 156 с.

  11. Коськов М.А., Плужник О.В. Средства композиции в дизайне // Дизайн. Материалы. Технология.–– 2009. № 1 (8) –– С 3. –– 6.

  12. Медведев В.Ю. Сущность дизайна: Учеб. пособие.–– 3-е изд., испр. и доп.–– СПб.: СПГУТД, 2009.–– 110 с.

Вестник СПГУТД. –– Серия 2. –– 2010. –– № 1 –– С. 3 –– 14.

  1. АРТ-ДИЗАЙН В МИРЕ ДИЗАЙНА

В статье рассматриваются место арт-дизайна в системе видов дизайна, его социально-культурные истоки, специфика художественной природы и роль в мире предметного художественного творчества.

Дизайн вместе с архитектурой и прикладным искусством относится к предметному художественному творчеству, являясь одним из видов художественно-ориентированной проектно-творческой деятельности, базирующейся на технике промышленного производства.

Предметное художественное творчество зарождалось, формировалось и развивалось, условно говоря, на пересечении сферы сугубо утилитарного, технико-конструктивного предметного творчества и сферы художественного творчества, относящегося к миру искусств. Одновременно это является пересечением сфер материальной культуры (включающей предметное творчество) и духовной культуры (включающей мир «чистых» искусств).

Виды предметного художественного творчества, в сущности которых сливаются утилитарно-практическое и эстетическое начала (имеющие разную весомость в различных объектах), материальное и духовное, относятся к группе архитектонических искусств [1]. В нее входят прежде всего архитектура, затем прикладное искусство (все его виды), дизайн, крестьянское предметное художественное творчество, городское ремесленное творчество, народные художественные промыслы.

Природа архитектонического творчества характеризуется бифункциональностью (единством красоты и пользы) в отличие от монофункциональности живописи, скульптуры, графики, художественной фотографии, художественной литературы, искусства кино, театра, музыкального искусства.

Монофункциональные искусства свободны от утилитарности, обладая одной лишь художественной функцией и духовной ценностью [1]. По отношению к ним, «чистым искусствам», архитектура, дизайн, прикладное искусство могут рассматриваться как проявление диалектического единства искусства и неискусства в предметном художественном творчестве. Разнообразные по назначению, конструкции, форме изделия и сооружения (строения), имеющие сугубо утилитарное назначение, равно как и объекты, обладающие сугубо знаково-информационной функцией, не относятся к архитектоническим искусствам. Как объекты практического назначения, не имеющие, по существу, эстетической значимости, они являются продуктами предметного творчества, лишенного художественности.

Изделия, создаваемые исключительно для украшения людей или предметной среды (внутри и вне помещений), т. е. обладающие сугубо декоративной функцией и только эстетической значимостью, гораздо ближе к сфере искусств, чем к предметному художественному творчеству.

Они образуют область декоративного искусства в чистом виде. Многие изделия, относящиеся по своей сущности к прикладным искусствам, эволюционировали в направлении повышения своей декоративности, образовав область декоративно-прикладных искусств, а затем, утратив (часто не по форме, а по существу), функцию практической полезности, сформировали область чисто декоративного искусства.

Изделия-украшения, изделия чисто декоративные создавались не только в сфере профессионального прикладного искусства, но, как известно, еще раньше – в крестьянском и городском ремесленном творчестве, а также в народных художественных промыслах. Эстафету создания чисто декоративных изделий у этих видов предметного художественного творчества подхватил и дизайн, в котором выделилось особое направление творческой деятельности –– арт-дизайн, сознательно ориентированный лишь на удовлетворение эстетической потребности.

Прежде, чем обратится к социально-культурным истокам и художественной природе арт-дизайна, следует рассмотреть его в системе видов дизайна, выделяемых по признаку их отношения к категориям «утилитарное» и «эстетическое», имея в виду гармонию их сочетания или превалирование либо утилитарного, либо эстетического начала.

Типологизация дизайн-деятельности возможна и целесообразна по нескольким основаниям, взаимно дополняющим друг друга, –– по областям дизайн-деятельности (связанным с определенными субъектами дизайна), по направлениям дизайн-деятельности (существующим и перспективным), по ее специализации в зависимости от классов, групп и видов объектов дизайна, наконец, по отношению к категориям «утилитарное» и «эстетическое» [2].

Для выявления художественной природы арт-дизайна, а также определения его места и роли в многообразном мире дизайна, необходимо сосредоточить внимание именно на последнем основании типологизации дизайнерской деятельности.

В работах [3] и [4] по этому признаку выделяются и характеризуются следующие виды дизайна: нон-дизайн (non-design), системный дизайн, инженерный дизайн, классический дизайн (industrial design), стайлинг (styling) и арт-дизайн.

Нон-дизайн определяется как исследование и программирование структур отношений между людьми, их действий, разработка стратегий, программ деятельности для различных предприятий, организаций, ориентированных, например, на задачи: реконструкции производства для освоения новой продукции; выработки концепций новых семейств промышленных товаров; проведения длительных рекламных компаний, деловых мероприятий; применения новых методов и средств профессионального обучения; организации и проведения выставок товаров и услуг; повышения эффективности торговли благодаря методам дизайна в системе маркетинга и т. п.

В нон-дизайне превалируют утилитарное начало и деятельностный уровень проектирования. Нон-дизайн –– это вербальная, текстовая, словесно-логическая форма проектирования. В отличие от других видов дизайна его продуктом являются не проектно-графические или макетно-модельные результаты разработок, а тексты, содержащие, например, сценарии, нормы, правила, программы, отражающие определенные стратегии деятельности и позволяющие наиболее эффективными методами добиться желаемых результатов.

Системный дизайн –– это целостное структуро- и смыслообразование предметных комплексов, систем, включающих изделия разных видов и типов, совместно обслуживающие в той или иной среде и сфере жизнедеятельности определенную совокупность потребностей людей с учетом вариантности их реализации, обусловленной как утилитарными, так и эстетическими факторами. Дизайнеры совместно с другими специалистами одновременно и взаимосвязанно разрабатывают предметно-структурные и управляющие элементы системы. На основе решения утилитарных задач и в единстве с ними посредством методики системного дизайна формируется художественно-проектный образ предметно-технической системы. И таким образом, в сложных комплексных предметно-процессуальных объектах системного дизайна достигается гармония утилитарного и эстетического начала.

Инженерный дизайн –– это рациональное структурообразование объекта как носителя и выразителя идей взаимодействия физических сил, направленных на выполнение определенной работы, выявляемой в тектонике структуры и формы объекта дизайна. Эстетическая выразительность таких технических конструкций, как фюзеляж самолета, корпус судна, кузов высокоскоростного поезда, фермы моста, подъемного крана, опоры линий высоковольтных электропередач, обусловлена математическими расчетами, воплощенными в функциональности формы.

Подчеркивая средствами и приемами композиции в объемно-пространственной структуре и тектонике объекта его утилитарно-техническую ценность, дизайнер стремится выявить красоту целесообразности технически обусловленной формы вещи.

Не следует распространять понятие «инженерный дизайн» на объекты чисто инженерного проектирования (отличающиеся рациональностью, оригинальностью, изобретательностью технических решений), в процессе разработки которых эстетические цели, как правило, не преследуются. Сама собой «техноформа» только вследствие ее остроумного и новаторского инженерного решения не преобразуется в «антропоформу», т. е. очеловеченную методами дизайна эстетически значимую форму [2].

Классический индастриал-дизайн –– это художественное конструирование отдельных изделий (или их наборов, комплектов, коллекций, ансамблей), рассчитанное на мало-, средне- и крупносерийное производство, при котором дизайнер одновременно и взаимосвязанно разрабатывает все присущие конкретному объекту утилитарные и эстетические аспекты, определяющие его структуро-, формо- и смыслообразование, в целях достижения гармонии утилитарного и эстетического начал в целостной форме объекта дизайнерского творчества. Разная степень весомости утилитарной и эстетической сторон сущности в различных группах, видах и типах изделий находит отражение в их композиционно-стилевом решении, выборе средств и приемов достижения образности и выразительности, преобладании технического или декоративного начала в художественном образе объекта. Но, несмотря на все различия решения конкретных задач художественного конструирования, этот вид дизайна ориентирован на гармонию утилитарного и эстетического.

Стайлинг –– особый тип формально-эстетической модернизации объекта разработки, при которой изменению подвергается исключительно внешний вид изделия, что связано со сменой модели, выпускаемой в продажу вместо прототипа, при незначительном изменении функционально-эксплуатационных характеристик и технологии изготовления (или даже отсутствии таких изменений).

Стайлинг придает изделию формальную новизну, внешнее отличие от прототипов и аналогов, ускоряя моральное устаревание тех изделий, которые новая модель должна заменить, вытесняя с рынков сбыта. Стайлинг, способствующий увеличению сбыта изделий, созданных в первую очередь для успешной продажи, а не для эффективного потребления, всегда ориентирован на моду. Несмотря на преобладание в стайлинге эстетического начала, все его объекты рассчитаны на реальное использование по назначению, а не только на любование ими.

Стайлинг распространяется на очень большое количество групп и видов изделий бытового назначения, к которым относятся не только одежда, ее аксессуары, мебель, светильники, посуда, ткани, украшения, игрушки, часы, очки, средства письма, но и многие изделия, порожденные техническим прогрессом: бытовые машины и приборы хозяйственного назначения, аудиовизуальная аппаратура, телефоны (сетевые и мобильные), фотоаппараты, персональные компьютеры, спортивные изделия, легковые автомобили. Гораздо менее востребован стайлинг в проектировании изделий производственного, а также общественного назначения, что объясняется нецелесообразностью использования в производственной и во многом общественной сферах жизнедеятельности людей механизма ускорения морального устаревания изделий и оборудования (в эстетическом аспекте).

Арт-дизайн («дизайн-искусство») –– вид дизайна с явным приоритетом эстетического начала, направленный на организацию художественного впечатления, получаемого от воспринимаемого объекта. Это «проектирование эмоций», цели которого сближаются с задачами декоративного или даже изобразительного искусства, удаляясь от задач предметного художественного творчества. Чаще всего объекты арт-дизайна –– это демонстрационно-выставочные экспонаты, представляющие собой не произведения изобразительного или декоративного искусства, а декоративные образы знакомых по визуальным признакам вещей: одежды, головных уборов, посуды, мебели, светильников и т. д., преобразованных фантазией художника.

В своем большинстве они мало рассчитаны на практическое использование, поскольку их утилитарные функции завуалированы, отстранены или вообще сняты авторами [2]. По существу, это –– декоративные композиции на тему вольно интерпретированных образов изделий тех или иных групп, видов и типов, часто переплетающихся с образами, заимствованными из других видов искусств. Иногда эти композиции по-настоящему оригинальны, выразительны, красивы, но чаще они просто преследуют цели эпатажа зрителей, ниспровержения общезначимых ценностей и критериев красоты изделий –– компонентов предметного мира ради самоутверждения художников, стремящихся к внешней новизне любыми средствами.

Практически все материалы, применяемые для создания вещей в других видах дизайна, в разных сочетаниях используются и в объектах арт-дизайна, но прежде всего в декоративных целях. Это –– металлы, древесина, стекло, керамика, пластмассы, резина, краски, ткани, трикотаж, кожа, мех, самоцветы, камень и т. д.

Арт-дизайн целенаправленно отошел от критериев, определяющих сущность промышленного дизайна и стайлинга, пополнив собой разные направления авангардизма в пространственных и пластических искусствах или концептуально особые разновидности выставочного декоративного искусства. Творцы произведений арт-дизайна нередко считают себя художниками особого мира преобразованных их выдумкой вещей, но не дизайнерами, ориентированными на промышленное внедрение практически полезных и одновременно красивых изделий самого разного назначения, необходимых людям в их многообразной жизнедеятельности.

В связи с этим закономерно встают вопросы. Причем здесь дизайн? Почему за этим видом декоративного предметного творчества закрепилось название арт-дизайн? Почему его включают в систему видов дизайна? Какова его роль в мире материально-художественной культуры, в том числе –– дизайна?

Причины этого, по-видимому, заключаются в следующем. Арт-дизайн (приходится его так называть за неимением более точного термина, соответствующего сути явления) имеет дело с вещами, или их художественно трансформированными образами, являющимися также объектами и промышленного дизайна или стайлинга (только технически простыми). Слово «дизайн» давно стало модным, престижным, оставив позади «декоративно-прикладное искусство». Многозначность английского слова design позволяет в английском языке распространять его значение и на слова: творческий замысел, проект, эскиз, рисунок, узор, композиция, искусство композиции, и даже произведение искусства.

Социально культурные истоки арт-дизайна, обусловившие выделение этого вида предметного художественного творчества в качестве особого направления, отличающегося от архитектонических искусств, можно обнаружить и в чисто декоративных изделиях-предметах, создававшихся искусными мастерами-ремесленниками в доиндустриальную эпоху, и в отдельных художественно изящных или экстравагантно-роскошных, оригинально-декоративных уникальных произведениях стилевых направлений периода арт деко (20 ––
30-е гг. ХХ в.) и, наконец, в проявлении принципиального эстетизма творческой личности у многих профессиональных художников прикладного искусства в нашей стране во второй половине 60-х гг. ХХ в.

Сознательный уход этих прикладников, еще недавно с энтузиазмом работавших на массовое производство под лозунгом «Искусство –– в быт!» (так назывались большие выставки декоративно-прикладного искусства конца 50-х –– начала 60-х годов) от будней выполнения эстетически значимых полезных вещей, предназначенных для их тиражирования промышленностью, к празднику свободного, творчески привлекательного и престижного создания уникальных произведений декоративного искусства, рассчитанных чаще всего на любование ими, вызвал общественный резонанс, отразившийся в конце 60-х гг. в бурной дискуссии искусствоведов на страницах журнала «Декоративное искусство СССР».

В своей статье «Буря в стакане без дна» Ю. Я. Герчук тогда писал (имея в виду такие конкретные произведения, как положенный набок хрустальный стакан без дна, имеющий вогнутые стенки, на котором методом пескоструйной обработки была изображена несущая тройка коней, везущих сани с седоком, –– художник Ю. Бяков; или композиция художника Б. Смирнова «Пара чая» –– скульптура из цветного стекла горячей лепки –– образ трактирной пары чая, включающей условно-обобщенное изображение двух чайников с запаянными носиками), что «стакан теперь уже не стакан, а «образ стакана», чайник –– не чайник, а только «тема». Художник обрел этой ценой не стесненную докучными требованиями пользы возможность отдаться «увлекательной игре форм», углубленно работать над выявлением возможностей материала, над его пластикой, цветом, фактурой… Создаваемое таким методом «не функциональное» произведение не может оказаться ничем иным, кроме как изображением чайника, как бы ни был он переосмыслен или стилизован. Создается, значит какой-то новый, особый жанр изобразительного искусства –– своего рода объемные натюрморты, к тому же в натуральном материале. Вероятно, такие поиски нужны. Но для плодотворности этих поисков должна быть, думается, ясно осознана их изобразительная, а не прикладная природа. Пока же этого не произошло, осознаны только неутилитарность и «выставочность» новых произведений» [5, с. 46].

В. Л. Глазычев в статье «Красота и польза декоративного искусства» [6] обращается к проблеме выявления социальной функции декоративного искусства, поскольку неопределенность представления об этой сфере работы художника вносит путаницу как в художественную критику произведений такой области творчества, так и в саму художественную практику. «Одни смешивают декоративное искусство с чистым искусством, другие –– с дизайном, третьи отстаивают идею отдельности, а специфичность утверждают все…». «Любой из вопросов относительно декоративного искусства приобретает действительный смысл только после того, как все они сверстываются в один, принципиальный –– что является, что может быть функциональной задачей декоративного искусства в конкретно взятом обществе» [6, с. 4]. Автором подразумевается здесь не чисто декоративное, а декоративно-прикладное искусство.

«До становления в мире целостной системы дизайна декоративное искусство, стихийно, но предельно четко дифференцированное по разрядам потребителей, полностью выполняло его функцию, придавая бытовым и техническим предметам культурные значения. При этом в высшем разряде узкой потребительской элиты эти значения поднимались на высший уровень, где вещь полностью приравнивалась к произведению искусства. Дизайн резко перестроил систему значений предмета в буржуазной культуре –– теперь дизайн работает на дифференцированную массу потребителей, а декоративное искусство и тождественный ему по сути, так называемый «артистический дизайн», обеспечивают потребительской элите выражение ее «инности», обособленности, «антимассовости». В чистом виде современное западное декоративное искусство –– это проектирование через индивидуального потребителя, обладающего возможностями и необходимостью выразить свою принадлежность к «элите» через владение уникальностью» [6, с. 5]. (Автором подразумевается здесь не чисто декоративное, а декоративно-прикладное искусство).

В процитированном высказывании В. Л. Глазычева ясно обозначена социально-культурная роль не только декоративного искусства, но и арт- дизайна, которого в конце 60-х –– начале 70-х годов прошлого века еще не было в нашей стране, но социальную функцию которого, интуитивно верно угаданную и принятую на вооружение отечественными художниками-прикладниками («свободными художниками» –– членами Союза художников СССР), уже тогда начало выполнять декоративное искусство. А это означало движение к расслоению художественной культуры (в сфере предметного творчества) на «элитарную» и «массовую», т.е. «высокую» культуру для немногих избранных и стандартизованную, нередко примитивную и низкопробную культуру для всех остальных, тиражируемую «индустрией массовой культуры».

С середины 90-х гг. прошлого века и в начале нового ХХI столетия это явление в культуре, давно существовавшее в странах Запада, в полной мере реализовалось и в России, захватив не только литературу, музыку, кино, театр, телевидение, изобразительное искусство, но и сферу архитектонических искусств, в том числе дизайн, с выделившимся из него арт-дизайном.

Б. А. Смирнов, архитектор по образованию, преподававший в послевоенные годы в ЛВХПУ им. В.И. Мухиной прикладное искусство и связавший свою творческую деятельность с созданием декоративных изделий из стекла (прославившийся своими чисто декоративными композициями из цветного художественного стекла горячей лепки, в том числе такими, как «Пара чая» и «Праздничный стол»), в своей статье «Кризис? Чего?» [7] оправдывает уход талантливых художников-прикладников в сферу свободного творчества в декоративном искусстве.

«Трудные условия работы художника в промышленности, техническая отсталость производства, забота лишь о выполнении плана за счет упрощения технологии не стимулируют новаторства в создании новой промышленной вещи. В магазинах продаются товары преимущественно низкого художественного качества. Образцы художников слишком часто остаются на полках заводских музеев и в хранилищах Художественного фонда. Вот почему у художников убит интерес к работе над бытовыми вещами –– теми, что должны практически служить человеку ежедневно, всегда» [7, с. 28].

Б. А. Смирнов мог бы к этому добавить то, что сам прекрасно знал, как преуспевавший и именитый художник декоративного искусства –– член Союза художников СССР. В Союзе художников СССР, его Художественном фонде, в отличие от промышленных предприятий, НИИ и КБ, была установлена хорошая система заказов выставочных произведений, их оценки, оплаты и поощрения. Работа художника в этом плане зависела только от решения художественных советов, что создавало куда более привлекательные условия для «свободных» авторов, имеющих к тому же полную возможность самим распоряжаться своим творческим временем, в отличие от штатных художников промышленных предприятий. Вот почему не только профессиональные художники прикладного искусства, но и многие дизайнеры, вкусив трудного хлеба «пленных» дизайнеров, работавших в разных отраслевых НИИ и КБ, или НПО, и даже в системе ВНИИТЭ за весьма скромную зарплату, стремились стать «свободными художниками», переходя в комбинаты Художественного фонда Союза художников СССР. При этом немалое количество дизайнеров переквалифицировалось в художников декоративно-прикладного или чисто декоративного, а то и каких-либо видов изобразительного искусства.

В постсоветской России, как ожидалось, должны были создаться самые благоприятные условия для работы дизайнеров по контрактам (договорам) с предприятиями-заказчиками или частными лицами уже в качестве «свободных дизайнеров» (по аналогии с частнопрактикующими дизайнерами в развитых странах мира). Но абсолютно непродуманный волюнтаристский переход к рыночной экономике в наше стране, обвальная приватизация ради скорейшего создания класса собственников, привели к разрушению многих отраслей отечественной промышленности, закрытию множества НПО, НИИ, КБ, что в результате лишило массу профессиональных дизайнеров заказов в сфере промышленного дизайна.

Из всего разнообразия областей применения методов дизайна в современной России остались и гипертрофированно развились в основном области дизайна рекламы и дизайна интерьеров (жилых и общественных зданий), в какой-то мере и дизайна одежды.

Эти социально-экономические факторы косвенно обусловили появление и распространение в стране арт-дизайна, ориентированного у нас не столько на узкий слой состоятельной и при этом культурной элиты (основные заказчики дизайна интерьеров загородных вилл и больших городских квартир далеко не всегда высококультурны), сколько на привлечение внимания к проявлению артистического индивидуализма и художественного самовыражения его творцов на периодически организуемых художественных и дизайнерских выставках.

Увы, в условиях сегодняшней России как с социально-культурных, так и социально-экономических позиций, строго говоря, нет почвы для развития и востребованности арт-дизайна. В этом отличие отечественного арт-дизайна от арт-дизайна многих стран Запада, где наиболее талантливые дизайнеры уже несколько десятилетий успешно работают в этой области художественного творчества, а их новаторские поиски и находки, нацеленные на преодоление издержек как функционального, так и коммерческого дизайна (стайлинга), используются некоторыми фирмами, внедряющими разработки «артистических дизайнеров» в целях не столько коммерческих, сколько рекламных, позволяющих выделиться среди конкурентов.

Ярким примером социально-культурно значимого арт-дизайна, за которым стояли серьезные авторские концепции переосмысления роли дизайна в материально-художественной культуре человечества, могут служить экспериментальные работы в этой области предметного художественного творчества, выполнявшиеся многогранным художником и дизайнером Италии Этторе Соттсассом в 70 –– 80-е годы ХХ в. В 60 –– 70-е гг. его имя было связано с фирмой Оливетти, для которой он наряду с М. Беллини и М. Ниццоли разрабатывал тогда блестящие образцы дизайна портативных пишущих машинок, настольных электронно-счетных машин, конторской мебели и оборудования офисов.

В середине 60-х гг. ХХ в. Э. Соттсасс, М. Беллини и Д. Ч. Коломбо занимали неоспоримо лидирующее положение в национальном и отчасти мировом дизайне. Каждая вещь, созданная кем-либо из них, вызывала и восхищение, и горячие споры в кругах дизайнеров, критиков-искусствоведов. Высокая проектная культура была залогом успешного сбыта продукции, сделанной по их проектам [8].

Но Э. Соттсасс не удовлетворялся достигнутым. В те же годы, анализируя авангардную живопись и скульптуру, он находил в них идеи, воплощавшиеся затем в его проектах «поэтической мебели», которую он создавал для фирмы Poltronova. Его «странная» керамика рождалась под влиянием восточных философий, постижению которых он отдавал немало времени. В 1969 –– 70 гг. появилась новинка упомянутой фирмы –– «серая мебель» (название –– символ печали по уходящей молодости).

Однако называвшаяся так мебель изготавливалась не только серой, но и белой, и черной, и охристой. В ней заметно было влияние его собственной керамики, ацтекской скульптуры и даже радиоприемников 30-х годов (так называемого стиля «небоскреб»). Материалом мебели является окрашенный в массе стеклопластик, а технологией –– вакуумное формование. Эти разработки Э. Соттсасса, обладая оригинальностью, ни в коем случае не отрывали красоту вещей от их пользы и не являлись чисто выставочными декоративными экспонатами.

В созданной вместе с единомышленниками в 1976 г. студии «Алхимия» Э. Соттсасс работал над созданием гобеленов, мебели, посуды, других вещей, желая в результате экспериментов сформировать направление «артистического» дизайна в противовес стандартной нейтральности обычного промышленного дизайна.

Здесь, однако, следует сделать отступление. Э. Соттсасс, как и все другие арт-дизайнеры, объектами своих экспериментов, поисков выбирали, как правило, простые вещи, традиционные для доиндустриального предметного художественного творчества, для прикладного искусства, но не такие изделия, которые были порождены научно-техническим прогрессом. На этом, весьма ограниченном немногими видами бытовых вещей, поле творческих поисков арт-дизайн оказался близким по своей художественной природе декоративному искусству. Все многообразие технически сложных бытовых изделий хозяйственного и культурно-досугового назначения остается за пределами творческих экспериментов арт-дизайнеров, также как и все виды транспорта, машин, приборов, инструментов производственного и общественного назначения.

Поэтому-то (при всем уважении к плодотворным поискам и талантливым экспериментам выдающихся творцов арт-дизайна, к художественному переосмыслению объектов, попавших в поле арт-дизайна) понятийно и терминологически неточно причислять к дизайн-деятельности это качественно особое направление творчества, в котором, превалируют ценности «артистического индивидуализма». Имеются в виду немногие, действительно талантливые «артистические дизайнеры», а не масса всяких посредственностей, самоуверенно выступающих под флагом «арт-дизайна».

В 1979 г. Э. Соттсасс в Милане вместе Дж. Понти, И. Гарделлой, М. Беллини, Г. Ауленти, Б. Мунари организует выставку под названием «Что такое дизайн?». Ее концепцией являлся вопрос о месте дизайна в ряду других профессий, чья функция –– формирование материально-художественной культуры. В 1980 г. Э. Соттсасс участвовал в разделе выставки в г. Линц (Австрия) «Форум дизайна», носившем название «Что же такое современный дизайн?». Ответом было противопоставление концепций Соттсасса и его единомышленников догмам функционалистского дизайна.

Эти концепции, отражавшие идеи «эмоционального», «экспериментально-артистического», «концептуально-поэтического» дизайнов, воплотились в деятельности нового предприятия-лаборатории, созданного Э. Соттсассом в 1981 г. и названого «Мемфис». Основатели «Мемфиса» поясняли, что это должна быть лаборатория поисков новых образцов быта, изменений отношений человека и вещи, новых критериев дизайна. Стиль «Мемфиса» возник не на пустом месте: некоторые его элементы восходят к арт деко, какие-то, –– к искусству древних цивилизаций, другие были найдены представителями «банального дизайна» и самим Соттсассом в прежние годы творчества. «Мемфис скоро выйдет из моды, –– говорили они, –– но это и не мода. Мемфис эклектичен, он банализирует золото и мрамор и облагораживает слоистый пластик, нержавеющую сталь и каучук. Он стремится освободить пространство, демонументализировать архитертуру, сорвать покровы тайны с памяти навсегда». Привлекательность нового направления была в отсутствии догматизма» [8, с. 28].

Вещи Соттсасса и его друзей, странные, ироничные, разукрашенные, выражали одновременно ностальгию по прошлому, настоящее и надежду на будущее. Расцвет этой студии был недолгим, но он показал пути выхода из устоявшихся и застоявшихся схем. «Стремление опоэтизировать рабочие и бытовые процессы можно считать главным в творчестве Э. Соттсасса. Он стремился прикоснуться к границам неуловимого, вырваться за пределы повседневности, в каком бы качестве в каждой своей работе он ни выступал: функционалиста, модерниста или сторонника «ретро» [8, с. 29].

По-своему работал в арт-дизайне другой известный итальянский художник, архитектор и дизайнер мебели Гаэтано Пеше. В конце 60-х –– начале 80-х годов ХХ в. он увлекался созданием надувной мебели из новых материалов (для фирмы C&B Italia), в формообразовании которой проявлялось стремление к биоподобным формам. В такой мебели серии «Up» кресло из полиуретана имело стилизованные черты женского тела (модель «Up 5»), другое кресло «Up 7» напоминало человеческую ступню огромных размеров, кресло «Up 2» –– отложной воротничок и т.п.

Многое создавалось этим художником специально для выставок, рекламных компаний, где использовались его оригинальные находки. В 1969 г. для «Центра Цезаре Кассино» он придумал облицовку стен одного из помещений, выполненную из тиражированных горельефных плиток, представляющих собой часть лица: нос и губы.

Примером арт-дизайна, носящего театрально-декорационный характер, являлась модель уникального по образу и композиции трехместного дивана, которому автор дал название «Закат солнца над Нью-Йорком» (1980г.). На одну раму здесь был поставлен блок из трех мягких подушек-сидений, двух разновысоких подушек-подлокотников и двух подушек-спинок (по краям дивана), обтянутых специальной светлой тканью с рисунком, изображающим ряды окон в небоскребах. Центральная большая стеганая подушка полукруглой формы красного цвета символизировала заходящее за дома солнце.

И если на этом образно-декоративном диване, составленном из трех кресел, можно было сидеть, как и на упомянутых выше креслах из полиуретана серии «Up», а так же на двух креслах серии «Fetri», сделанных из толстого шерстяного фетра (в нижней части кресел пропитанного для устойчивости и прочности резиной), то полихромная раскрашенная скульптура на тему кресла со спинкой, представляющей собой спереди обобщенный рельеф лица человека, опорами-боковинами с откровенно подчеркнутыми следами лепки, но без сиденья, явно демонстрирует только свою художественно-образную значимость вместе с антиутилитарностью [9].

Фонд современного искусства Картье в Париже специальную выставку, открытую в октябре 1998 г., посвятил одному из самых изобретательных и неповторимых художников, создающих одежду и арт-композиции на тему одежды, японскому новатору в этой области творчества Иссэй Миякэ [10]. Развивая концепцию японских кимоно, которые так обертывают тело человека, что большая часть ткани остается свободно висящей, И. Миякэ исповедовал новый подход к одежде, в котором воображение художника сочетается с комфортом и использованием как традиционных, так и новых материалов, вместе с выявлением возможностей новейших технологий. Гладкокрашеные ткани могут встречаться в его произведениях с откровенно изобразительными сюжетами (реалистического или сюрреалистического толка), естественные материалы с синтетическими, а сами образцы одежды быть как вещами, предназначенными для использования по назначению, так и декоративно-выставочными образцами арт-дизайна. Примером последнего является ярко-красное пластмассовое бюстье, задуманное, как элемент верхней одежды, но при этом выше талии представляющее собой пластически стилизованный торс с чашечками, откровенно подчеркивающими женскую грудь [10].

Собственное поле арт-дизайна создал французский мастер-мебельщик (краснодеревщик), художник и музыкант Мишель Обри. Его произведения, как правило, уникальные, тщательно продуманные, искусно мастерски выполненные, могут быть предназначены или только для эстетического восприятия в интерьерах, или также для практического использования (в последних красота и польза органичны). Он увлекался изделиями мебели, плоскими и пространственными конструкциями, а также предметами с музыкальным звучанием (сочетание формы, цвета и звука). В концепции предметного творчества М. Обри явно прослеживался синтез разных проявлений художественной культуры и стремление по-своему переосмыслить отношения вещи –– пространства –– человека [11].

Разумеется, краткое рассмотрение творчества нескольких выдающихся «артистических дизайнеров» Запада не позволяет составить целостного представления о многообразии проявлений художественного самовыражения в этой области созидания материально-художественной культуры, представляющей собой по существу диффузный переход от архитектонических к сугубо декоративным искусствам, граничащим с областью «чистых» искусств (монофункциональных).

Опыт арт-дизайна заслуживает специального критического изучения для выявления его роли в поисках путей расширения культурного значения других видов дизайна, как разных слоев предметного художественного творчества.

Самый общий анализ проблемы, содержащийся в данной статье, позволяет сделать предварительный вывод о том, что эта роль заключается в противодействии процессам унификации и стандартизации способов удовлетворения человеческих потребностей и тем более запросов, вкусов, взглядов, идеалов, насаждаемых массовым производством и массовым потреблением (точнее, психологией консьюмеризма) с помощью средств массовой информации.

Такие процессы противоречат принципу плюрализма –– необходимому условию поддержания «избыточности» культуры как результата и источника ее развития.

Список литературы

  1. Каган М. С. Морфология искусства –– Л.: Искусство, 1972 –– 440 с.

  2. Медведев В.Ю. Сущность дизайна: учеб. пособие –– СПб.: СПГУТД , 2004. –– 79 с.

  3. Дизайн: очерки теории системного проектирования / Н. П. Валькова, Ю.А. Грабовенко, Е. Н. Лазарев, В. И. Михайленко. –– Л.: ЛГУ, 1983. –– 185 с.

  4. Коськов М. А. Предметное творчество. ч. I, II, III. –– СПб. ТОО фирма Икар, 1996. –– 172 с.

  5. Герчук Ю. Я. Буря в стакане без дна // Декоративное искусство СССР, 1969, №2. –– С. 45 –– 47.

  6. Глазычев В. Л. Красота и польза декоративного искусства // Декоративное искусство СССР, 1969, №8. –– С. 4 –– 9.

  7. Смирнов Б.А. Кризис? Чего? / Декоративное искусство СССР, 1969, №12. –– С.27 –– 29 .

  8. Шатин Ю. В. Этторе Соттсасс // Техническая эстетика, 1989, №9. –– С. 25 –– 29.

  9. Яловенко А. А. Гаэтано Пеше. Между искусством и архитектурой // Частная архитектура, 1999, №2. –– С. 46 –– 51.

  10. Немкова Е. В. Иссэй Миякэ: новая концепция одежды // Мир дизайна, 1998, №4. –– С. 56 –– 59.

  11. Файф Г. Мишель Обри: собственное поле дизайна // Мир дизайна, 1999, №3. –– С. 66 –– 71.

Вестник СПГУТД. –– 2007. –– № 13 –– С.131 –– 137.

  1. СУЩНОСТЬ И МНОГООБРАЗИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ И СЕМАНТИЧЕСКОЙ ПРИРОДЫ СУВЕНИРА

В статье рассматриваются признаки сувенирной вещи, ее социально-культурное значение, анализируются типология сувениров и критерии их эстетической ценности, выявляется художественная и семантическая стороны их сущности как объектов дизайна или прикладного искусства.

Человеку неравнодушному, любознательному свойственно собирать и сохранять в качестве овеществленных знаков памяти разного рода предметы, способные по прошествии времени оживлять некогда полученные впечатления об определенных событиях, встречах с людьми, путешествиях, интересных местах, достопримечательностях познанной им культуры и природы.

Такое психоэмоционально обусловленное стремление к овеществлению разными средствами в той или иной степени значимых памятных событий, характерное для многих людей последних веков прошедшего, а также начала нового тысячелетия, имеет свои корни в истории культуры.

Следует отметить, что в древние эпохи развития человечества знаковое опредмечивание памятных явлений, событий, представлений, верований (как реальных, так и мифологических) имело, как правило, общественно значимый смысл. Поскольку личностное миропонимание и мироощущение индивида выделилось из родо-племенного сознания много позже с постепенным изживанием его синкретизма, в котором были воедино слиты реальное и мистическое, утилитарное, символическое и эстетическое начала.

Общественно значимые сооружения и предметы древних представляли собой символы тотемического культа, верований, магии и связанных с ними обрядов. Кроме того, они служили особой предметной формой фиксации и передачи из поколения в поколение жизненно важной для наших далеких предков информации. Благодаря механизму «социального наследования» символически значимые сооружения и предметы приобретали значение родовой памяти и связи членов рода.

С развитием трех взаимосвязанных сфер культуры –– материальной, духовной и художественной (формирование которых было обусловлено развитием трех основных способов человеческой деятельности) происходит дифференциация родовой культуры на групповые и индивидуальные ее проявления в разных сферах деятельности людей.

В русле этого многоуровневого процесса постепенно актуализируется потребность личности в разнообразных овеществленных знаках памяти –– предметах, имеющих именно для этой личности свое символическое значение. Такая потребность и вызвала к жизни появление и развитие вещи-сувенира.

Как известно, слово «сувенир» происходит от французского souvenir, означающего воспоминание, память, напоминание, сувенир. Таким образом, этимология и семантика этого слова выявляют памятную сущность как смысл сувенирной вещи, которая связана с воспоминаниями и сохраняется на память о чем-либо или ком-либо. В ряде энциклопедических и толковых словарей [1], [2], сувенир определяется и как подарок на память, и как художественное изделие с памятной функцией, т.е. отмечается художественная значимость вещи, подразумевающая выражение памятной сущности, темы, сюжета сувенира в его форме средствами определенного художественного языка.

В начале ХIХ века сувениры, как памятные подарки, получают довольно широкое распространение (по масштабам того времени), что связано с романтическим мировосприятием, сложившимся тогда в определенных слоях общества. Сувениром мог служить какой-либо небольшой предмет, изящная вещичка (медальон, ларчик, ладанка), безделушка, которая дарилась одним человеком другому и напоминала, прежде всего, о человеке, сделавшем этот подарок, о событиях, местах, связанных с ним, о встречах и впечатлениях. Такая вещь-безделушка могла не иметь высокой стоимости, какого-либо утилитарного назначения и даже особых художественных достоинств. Главная ее ценность заключалась в том, что она была способна вызвать определенные памятные ассоциации, эмоциональное отношение не столько к самой вещи непосредственно, сколько к тому, что она означала для ее обладателя, с чем (или с кем) в его жизни была связана, о чем будила воспоминания.

Подобные сувениры имели, как правило, сугубо индивидуальное памятное значение. Их смысл, как знаков памяти, не выраженных специально в художественно значимой образной форме вещи, каких-либо ее внешних признаках, существовал лишь в воображении тех, кому они были подарены, для кого предназначались. И потому они не могли вызывать подобные ассоциации и тем более определенное эмоциональное отношение к себе у других людей, не посвященных в то, что памятно обладателю сувенирной вещи.

Как в прежние времена, так и сегодня роль подобных индивидуальных по своей знаковой сущности сувениров могли (и могут) играть предметы природного происхождения, найденные и сохраненные на память конкретным человеком, для которого они духовно значимы. В этой роли может выступать множество объектов. Например, какой-то особенный, памятный для данного человека осколок камня, кусок породы, галька; корень, ветка или кусочек коры дерева; засушенный листок или цветок; горсть земли или песка с определенного места, помещенные в какую-либо емкость и т.д. Роль индивидуально значимого сувенира могут играть и разноообразные рукотворные предметы (или их части, элементы), так же как и изделия промышленного производства. Например: рисунок, письмо, открытка, ноты, рукопись, документ, записка; фотография, книга с автографом, блокнот, карандаш, авторучка, кисть, нож, ножницы, линейка, чернильница; коробка, рамка, футляр для очков, гребенка, флакон, платок, кусок ткани, пряжка, запонка, пуговица; гильза патрона, пуля, осколок снаряда, мины и т.д.

Если некоторые индивидуальные сувениры природного происхождения могут наряду с памятной функцией обладать также декоративной функцией в жилище их владельца, то рукотворные предметы (как и вещи промышленного изготовления), нередко не представляющие эстетической ценности, могут стать семейной реликвией или со временем даже раритетом и музейным экспонатом, приобретая, таким образом, общезначимую культурно-памятную ценность. Последнее, безусловно, связано со степенью культурно-исторической общественной значимости события, места или личности, которые они олицетворяют.

Конечно, в ХIХ –– ХХ вв., как и в настоящее время, сувениры не только дарились кому-то, но и приобретались людьми для себя, на память о посещении каких-либо стран, городов, местностей, на память о людях, событиях, о природе и культуре других мест, где человек побывал. Однако, поскольку эти потребности долгое время не могли быть массовыми (по социально-экономическим и социально-культурным причинам), не существовало и массового промышленного выпуска изделий, которые специально предназначались бы служить в качестве сувениров, обладающих не индивидуальной, а общезначимой памятной функцией.

Поэтому их роль выполняли разнообразные этнографически самобытные предметы быта, украшения, одежда, предметы культа, оружие, монеты других стран и народов; декоративные изделия народного искусства и многочисленные, часто антихудожественные (с позиций профессионального вкуса) безделушки кустарного или фабричного изготовления. Лучшие из сувенирных изделий такого рода могли иметь культурную ценность, обладая способностью выполнять общезначимую памятную функцию, образно отраженную в художественном своеобразии формы.

Социально-экономический, социально-культурный и научно-технический прогресс человечества в ХХ веке (особенно во второй его половине) способствовали повышению уровня жизни, росту благосостояния, демократизации общества, образованности, духовности, развитию общей культуры и интереса к образу жизни, культуре других стран и народов, а также природе разных мест планеты. Конечно, в большой мере это касалось экономически развитых стран Европы, США, юго-восточной Азии, в немалой степени и Советского Союза.

Путешествия для своего удовольствия, доступные в прошлые века лишь немногим состоятельным людям, со второй половины ХХ века сделались массовой отраслью активного досуга, породив разные формы ближнего и дальнего, регионального, национального, международного туризма, который мог быть коллективно-групповым (организованным), семейным и индивидуальным. Потребности туризма вызвали к жизни во многих странах мира мощную разветвленную индустрию туристического бизнеса со всеми ее атрибутами. Естественно, в русле развития производства и торговли функционально разными изделиями туристского назначения стало развиваться промышленное и кустарное производство самых разнообразных сувенирных изделий.

Адресованность таких изделий не какому-либо отдельному человеку, а более или менее широкому контингенту потенциальных покупателей, поставила задачи достижения тематической определенности сувениров, общепонятности заложенной в них памятной функции, художественно-образной выразительности и эстетической привлекательности. Одновременно решались задачи достижения как можно большего ассортиментного разнообразия сувенирных изделий –– и как объектов дизайнерского творчества (рассчитанных на промышленное их изготовление), и как произведений прикладного искусства (народного и профессионального), ориентированных на ремесленное создание таких вещей небольшими партиями.

Увеличение многообразия сувенирных изделий разных видов и типов в их ассортименте повышает требования к оригинальности и привлекательности, художественному уровню таких вещей, создаваемых разными предприятиями, для обеспечения их конкурентоспособности и возможности удовлетворения культурно-ценностных запросов и эстетических предпочтений различных групп покупателей.

В обыденном сознании представление о том, какие изделия-товары могут по своей сущности считаться сувенирами, а какие –– нет, в определенной степени размыто. Это обусловлено рядом взаимосвязанных культурно-исторических и социально-психологических факторов, развитием общественного эстетического сознания, ценностных установок и ориентацией людей (во многом стихийной и далеко не всегда профессиональной), организаций их торговли и рекламы, формированием структуры и состава ассортимента этих товаров, а также целями приобретения и использования сувениров разными людьми.

В сознании создателей сувениров, производственников, работников торговли и потребителей нередко смешиваются и отождествляются понятия «сувенирное изделие» и «подарочное изделие», «декоративная вещь» и «сувенирная вещь», «сувенир» и «безделушка». Однако, если исходить из того, что семантика понятия «сувенир» (как уже отмечалось выше) определяет памятную сущность как основной социокультурный смысл сувенирной вещи, то следует признать необходимость разведения указанных понятий. Сувенирное изделие, безусловно, может служить подарком, может быть и декоративной вещью, не имея практической функции (хотя существуют и утилитарно-декоративные сувениры разного рода). А вот декоративные и подарочные изделия-товары, не обладающие общезначимой памятной функцией, не могут считаться сувенирами. И, безусловно, далеко не всякая безделушка представляет собой сувенир, несмотря на то, что в торговле предлагается в качестве сувенира.

Каковы же с профессиональной точки зрения признаки сувенирности изделия (и как произведения дизайнерского творчества, и как произведения прикладного искусства)? Основным признаком общезначимого сувенира является его способность вызывать у многих людей сходные ассоциации с каким-либо памятным местом, исторически значимым событием, явлением, известной личностью, ее деятельностью, оригинальным зданием, сооружением, произведением художественной культуры, национальными особенностями народа, страны, региона, края, воплощенными в характерных особенностях материальной культуры. Степень общезначимости зависит от меры культурной ценности, общеизвестности и общепонятности темы, сюжета, отражаемых в образном решении сувенира. Безусловно, уровень значительности тематики сувениров не может и не должен быть одинаковым.

Общезначимость памятной сущности сувенира связана с его информационно-коммуникативной и познавательной функциями, способствующими пропаганде художественными средствами разнообразных достижений культуры и воспитанию людей.

Художественность и оригинальность сувенирной вещи, создаваемой в качестве товара широкого потребления, является вторым ее существенным признаком наряду с общезначимой памятной функцией. Именно благодаря профессиональному художественному осмыслению и воплощению той или иной темы (сюжета), отражаемой в сувенирном изделии данного вида, назначения, адресованности, оно приобретает художественную образность, оригинальность и эстетическую выразительность.

Разумеется, степень образности, оригинальности и выразительности различных сувениров не может быть одинаковой. Это зависит как от особенностей вида (типа) изделия, памятной темы, сюжета, материала, конструкции, технологии изготовления вещи, так и от профессионально-творческих способностей, мастерства, таланта создателей сувениров.

Художественная образность и эстетическая выразительность сувенира способствуют осуществлению им информативно–коммуникативной и познавательной функций, а также реализуют воспитательную, эстетическую и гедонистическую функции в их взаимосвязи.

Сувенир как вещь-товар может быть приобретен для себя или в подарок кому-либо. Но это не просто подарочное изделие (подарить можно любой товар), а памятный подарок, вещь с общезначимой памятной функцией. Подарочная функция, способность служить памятным подарком является третьим признаком сувенирной вещи. Это определяет необходимость привлекательности товарного вида изделия, что обеспечивается, помимо художественных его достоинств, эстетическими свойствами конструкционных и отделочных материалов, технологией изготовления, совершенством производственного выполнения самой вещи и ее упаковки (если она предусмотрена). Сама упаковка сувенира, как подарочного изделия, должна обладать сувенирной функцией, рекламностью, привлекательностью, особенно значимой для подарка.

Четвертым признаком профессионально задуманной и выполненной сувенирной вещи (наиболее трудным для выявления, требующим понимания сущности сувенира, общей культуры, вкуса) является непротиворечивость целевого назначения вещи и ее общезначимой памятной функции, т.е. уместность превращения определенного вида (типа) вещи в сувенир, соответствие практического назначения и социально-культурного памятного смысла вещи.

Если для многих видов декоративных изделий (как промышленного, так и кустарного изготовления), предназначенных для украшения жилища или человека, равно как и для изделий утилитарно-декоративного назначения (примером которых являются многие изделия народных художественных промыслов) выражение общезначимой памятной функции в форме вещи может быть достаточно органичным, не противоречащим по смыслу их культурной сущности, то для большого числа видов бытовых изделий, имеющих сугубо утилитарное назначение, превращение в сувенир неуместно.

После выявления различий между индивидуально значимыми и общезначимыми по своей памятной сущности сувенирами, а также определения основных признаков последних (позволяющих по праву считать их таковыми), необходимо найти верный подход к систематизации этой своеобразной по назначению и чрезвычайно многообразной по структуре и составу ассортиментной группы изделий-товаров.

В немногочисленной литературе, посвященной вопросу классификации сувениров, а также ряде нормативных документов, касавшихся этого вопроса в связи с планированием и учетом производства сувенирных изделий в нашей стране, относящихся к 1970 –– 1980-м гг., отражены подходы к типологизации этих изделий, явно некорректные с научной точки зрения [3], [4], [5], поскольку в них нарушен принцип систематизации объектов на том или ином иерархическом уровне по какому-либо одному, а не по нескольким признакам (основаниям) классификации одновременно.

Безусловно, систематизация сувенирных изделий в целях анализа и оценки формирующегося их ассортимента является непростой задачей ввиду необычайного разнообразия моделей этих изделий (по сравнению со многими другими ассортиментными группами товаров). Это разнообразие соединяет в себе видовые, сюжетно-тематические, материальные, конструктивно-технологические, композиционно-стилевые и, безусловно, содержательно-семантические признаки, определяющие морфологию ассортимента сувениров.

Исторически на формирование многообразия сувениров влияли многие виды, жанры и стилевые направления народного и профессионального искусства. В этот процесс внесли свой вклад: и самые разные виды художественных ремесел, воплощавшихся в произведениях народного прикладного искусства, и народный лубок, и самобытные разновидности деревянной, текстильной и керамической народной игрушки (в том числе игрушки-забавы и музыкальная кустарная игрушка); и профессиональное декоративно-прикладное искусство всех видов и жанров; и профессиональные искусства живописи, скульптуры (в основном камерная мелкая объемная пластика и барельеф) и графики (в том числе гравюра, офорт); искусство миниатюры; ювелирное искусство; медальерное и монетное искусство; искусство создания орденов, восходящее к геральдике; архитектура и дизайн; искусство книги (включая искусство иллюстрации и шрифта); искусство фотографии; искусство плаката; искусство рекламы; искусство разнообразных свето-цветовых и музыкальных эффектов, основанных на достижениях современных технологий.

Многие виды и типы бытовых изделий, выполняющих определенные утилитарные функции, выпускаются в сувенирном исполнении (при условии непротиворечивости утилитарно-технической сущности вещи и ее сувенирного смысла), что существенно расширяет ассортимент сувениров, добавляя к чисто декоративным изделиям с общезначимой памятной функцией декоративно-утилитарные и утилитарно-декоративные сувенирные вещи. Практически нет конструкционных и отделочных материалов, из которых не изготавливались бы кустарные и промышленные сувениры, как традиционных, давно использовавшихся народными художественными промыслами, так и современных, естественных и искусственных, синтезированных людьми в ХХ в. и начале ХХI в.

Для выявления необходимой и достаточной группы оснований систематизации сувенирных изделий целесообразно предварительно составить перечень вопросов-ориентиров, существенных как для создателей, так и для потребителей этих изделий. Вот эти вопросы:

        1. Что за вещь представляет собой сувенир определенного вида (типа), для чего она предназначена?

        2. Как и где используется определенная сувенирная вещь, в какой потребительской ситуации и в какой предметной среде?

        3. О чем напоминает данный сувенир, какова его памятная тема и сюжет?

        4. На какой контингент потребителей ориентирован этот сувенир? Способен ли он служить в качестве подарка?

        5. Из каких материалов выполнена данная сувенирная вещь, какова технология его изготовления?

        6. В каком жанре искусства и в каком стиле выполнен сувенир, соответствует ли он какому-либо модному направлению, характерному для сувенирных изделий определенного вида?

        7. Соответствует ли розничная цена сувенира его потребительной ценности?

Из перечисленных вопросов шестой сложен для понимания неспециалистами, но актуален для критического анализа и оценки художественного уровня конкретных моделей сувениров (или их видов, типов) искусствоведами, художниками, дизайнерами.

Седьмой вопрос имеет значение не только с позиций торговли, учитывающей перспективы сбыта тех или иных сувенирных изделий в зависимости от спроса на них и покупательной способности определенных групп населения, на которых рассчитано создание этих вещей-товаров. Он важен также для профессиональной оценки адекватности художественно-семантических достоинств конкретных сувениров, потребительских свойств, определяемых их назначением, качества материалов, совершенства выполнения этих изделий (кустарным или промышленным способом) запрашиваемой розничной цене.

Первые пять вопросов, понятных как создателям сувениров (тем, кто их придумывает и производит) и тем, кто их продает, так и покупателям таких изделий, отражают (в порядке их перечисления):

–– телеологическое основание типологии –– вид сувенирного изделия и его целевое назначение;

–– ситуационное и средовое основание –– обстоятельства, условия, время и среда использования вещи;

–– тематическое основание –– тематико-сюжетные направления ассортимента сувениров, независимо от вида и назначения вещи;

–– основание, определяющее адресованность сувениров тем или иным группам потребителей;

–– материально-сырьевое и технологическое основание.

Каждое их этих оснований необходимо само по себе, но взятое в отдельности недостаточно для разработки типологии рассматриваемых изделий. Для всестороннего анализа существующего ассортимента сувениров и формирования его на перспективу целесообразно в качестве его структурной типологической основы разработать ассортиментную матрицу, взаимоувязывающую и соподчиняющую все перечисленные выше признаки (основания) систематизации (учитывая шестой и седьмой вопросы-ориентиры, важные для профессионального анализа и оценки ассортимента сувениров). Такая ассортиментная матрица, в отличие от существовавших ранее в нашей стране товароведных классификаций, нередко представлявших собой некорректно составленные (с позиций научной систематизации) номенклатурные перечни групп (видов, типов) изделий-товаров, должна служить методической основой типологического моделирования ассортимента изделий с учетом их специфики.

Очевидно, что в типологии сувенирных изделий определяющими основаниями систематизации будут: назначение вида изделия (его рабочая и/или социально-культурная функции); тематика сувенира; его адресованность определенным группам потребителей с учетом ситуации и среды использования изделия. Эти признаки (основания) смогут образовать основные оси ассортиментной матрицы. Остальные (из рассмотренных выше признаков) будут дополнительными, развивающими основные. На пересечении осей матрицы выявляются возможные и уместные типы (ассортиментные единицы) сувенирных изделий, которые в процессе их художественно-семантического осмысления, разработки и освоения в производстве воплощаются в конкретных моделях ассортимента.

Охарактеризованный выше подход к типологизации и моделированию ассортимента изделий бытового назначения, безусловно, может быть целесообразным для многих других групп изделий, и приемлемым для предприятий промышленности и торговли в условиях конкурентной рыночной экономики, свободной от государственного планирования, но использующей в целях наибольшей эффективности методы маркетинга и дизайна в их взаимосвязи.

Спецификой сувенирных изделий, как у же отмечалось, является их разнообразная по тематике и сюжетам общезначимая памятная функция, многообразно воплощаемая художественно-образными средствами в различных по назначению, материалам, способам изготовления изделиях, социально-культурная сущность которых не противоречит стремлению сделать их сувенирами.

Все виды и типы сувениров с позиций преобладания эстетической или утилитарной функции в их сущности, или гармонии обеих функций можно разделить на чисто декоративные изделия, изделия декоративно-утилитарные и утилитарно-декоративные.

Следует отметить, что изделия народных художественных промыслов (разумеется, подлинные, сделанные мастерами-художниками, а не подражания им, бездарные массовые поделки) по самой своей культурно-смысловой сущности, своеобразию национальных, региональных и местных традиций народного предметного художественного творчества, воплощаемых в форме, художественных приемах декорирования, композиционно-стилевых решениях характерных видов изделий, создаваемых из определенных материалов ремесленными способами, конечно же, могут служить сувенирами, в том числе сувенирами-подарками. Их общезначимая памятная функция заключается именно в своеобразии запоминающихся декоративных и декоративно-утилитарных видов (типов) изделий, воспринимаемых как знаки традиционной для данного народа рукотворной предметной культуры, обладающей общепризнанной художественной ценностью.

Широко известными примерами сувенирных изделий такого рода являлись произведения мастеров-художников Палеха, Хохломы, Федоскино, Жостово, Вологды, Гжели, Городца, Павловского посада, Дымково, Мстеры, Холмогор, Тобольска и других мест российских народных художественных промыслов. Многие из них существуют и сегодня.

Сувенирные изделия, являющиеся объектами дизайнерского творчества и рассчитанные в основном на машинное производство (которое при необходимости сочетается с кустарным), могут, как упоминалось, быть или декоративными, или декоративно-утилитарными, или вещами, в которых утилитарная функция превалирует над декоративной.

К первой группе относятся вещи, не имеющие практической полезности, культурно-художественная ценность которых, воплощаемая в своеобразном декоративном решении, отражающем определенную памятную тематику, является единственной и достаточной потребительной ценностью, их целевым назначением.

Примерами таких сувениров являются разнообразные нагрудные сувенирные значки, памятные медали, гербы; сюжетно-декоративные панно (выполняемые из металла литьем, травлением, штамповкой, чеканкой; или из дерева техникой маркетри, выжигания, резьбы; или керамики, или текстиля); сувенирная скульптура малых форм (статуэтки, бюсты, портретные барельефы, мелкая пластика); объемные масштабные модели памятников архитектуры, скульптуры; масштабные модели различных видов транспортной техники, связанной с историей города (в Санкт-Петербурге –– это прежде всего модели кораблей и судов); декоративные изделия-символы и эмблемы; сувенирные игрушки-украшения, игрушки-забавы.

Вторую группу составляют вещи, потребительная ценность которых характеризуется двумя функциями, в одинаковой степени определяющими их целевое назначение: утилитарной и специфически сувенирной функцией, отражаемой в оригинальном декоративном композиционно-стилевом решении.

Примерами подобных декоративно-утилитарных сувениров могут служить только технически простые бытовые изделий, выполняемые из разных материалов. Это емкости различного назначения (шкатулки, коробочки, футляры, пеналы и т.п.); посуда (столовая, кофейная, чайная, винная), столовые приборы, предметы сервировки стола; вазы, кувшины, кружки, бочонки, блюда, подносы, подставки под горячее, разделочные доски; светильники-ночники, декоративные подсвечники; настенные и настольные календари; настенные и настольные приборы информации о времени, температуре, атмосферном давлении; папки адресные, папки для бумаг, для нот; бювары, обложки для книг, для документов, закладки в книги; брелоки для ключей; портмоне, монетницы, очечники; настольные (и возможно, настенные) сигаретницы, спичечницы, а также зажигалки, пепельницы; различные украшения (бижутерия); некоторые виды настольных игр (шашки, шахматы, нарды и т.п.); полиэтиленовые и тканевые мешки для подарков.

Третья группа сувенирных изделий включает предметы утилитарного назначения, социально-культурная сущность которых не противоречит приданию им художественно-образными средствами, памятной функции. Целевое назначение изделий этой группы определяется их практическими свойствами, а сувенирная функция выступает как дополнительная и притом достаточно автономная по отношению к утилитарной. Памятная сущность воплощается в таких вещах, как правило, в каком-либо знаке, эмблеме, надписи, обобщенном, стилизованном изображении, поясняющих семантический смысл сувенира. Сувенирный характер подобных изделий отражается также в художественно-образном решении упаковки (если она предусмотрена для конкретных изделий того или иного вида, типа).

Примерами третьей группы сувениров являются (также как и второй группы) технически простые изделия бытового назначения разных видов и типов, выполняемые, как правило, машинным способом из различных материалов: металла, дерева, пластмассы, текстиля и т.п. Это могут быть предметы личной гигиены и туалета; приборы для письма (шариковые и перьевые ручки, карандаши со сменными стержнями разных типов); наручные часы; несессеры различного назначения; карманные зажигалки; небольшие карманные фонарики; наборы школьно-письменных принадлежностей в пеналах; наборы принадлежностей для рукоделия в коробках; принадлежности для коллекционирования небольших предметов (в том числе значков, монет, медалей, марок, открыток); принадлежности для занятий художественным творчеством; принадлежности для рыболовства, спорта, туризма; изделия с применением часовых, радио- и музыкальных устройств (в том числе с «секретами», по форме подражающие предметам материальной культуры прошлого времени).

Поскольку социально-культурный смысл, памятная функция сувениров выявляется в их художественно-образном решении, для всех групп, видов и типов сувениров большое значение имеет уровень их эстетической ценности. В связи с этим представляется важным выявить критерии эстетической оценки сувенирных изделий, как системы оснований, исходя из которых может быть осуществлен четко структурированный анализ тесно взаимосвязанных эстетических свойств объекта (как носителя эстетической ценности), позволяющий обосновать профессиональное суждение эстетического вкуса критика-искусствоведа, эксперта-исследователя или дизайнера-практика [6].

Речь идет именно о профессиональной оценке рассматриваемых изделий, а не обыденной оценке сувениров (равно как и многих других изделий-товаров), характерной для немалого числа тех, кто производит, продает или покупает сувениры. Их суждение чаще всего базируется на расхожих поговорках: «На вкус, на цвет товарища нет», «Сколько людей, столько мнений», «Что кому нравится» и уверенности представителей торговли в том, что раз берут какие-то сувениры, раз на них есть спрос, значит продукция нравится покупателям, что бы там ни говорили профессионалы.

Увы, в таких суждениях есть резон с коммерческой точки зрения, обусловленный тем, что далеко не у всех покупателей достаточно развит эстетический вкус и, соответственно, требовательность к художественным достоинствам приобретаемых ими изделий. При этом игнорируется социально-культурное значение сувениров как носителей того или иного уровня представлений о достопримечательностях места, где они производятся и продаются. Эти представления отражают в той или иной степени уровень материально-художественной и духовной культуры общества (разумеется, с учетом его дифференциации).

В качестве критериев эстетической ценности произведений дизайна и прикладного искусства выступают сложившиеся на данном этапе развития культуры общественные эстетические идеалы, нормы, представления о красоте, применительно к определенной сфере жизнедеятельности людей, соответствующей предметной среде, группам изделий того или иного назначения в разных ситуациях их использования и восприятия [6].

«Носителями таких идеалов могут являться, так называемые, культурные образцы» –– эталоны изделий определенного вида (типа), в которых эстетические нормы, представления, соответствующие данному времени, находят наиболее яркое воплощение. При этом необходимо учитывать, что эстетические идеалы принадлежат субъектам –– индивидам, социальным микро- и макрогруппам, нации, народу, межнациональным и интернациональным сообществам людей. И одни из них, ставшие достоянием общечеловеческой мировой материальной (или духовной) художественной культуры, признанной классики очень долго сохраняют свое высокое значение всеобщего идеала, в то время, как другие, особенно формирующиеся под влиянием механизмов моды в сфере массовой культуры, скоропреходящи и отнюдь не всеобщи» [6, с.16 –– 17].

Следует отметить, что помимо эстетических идеалов, воплощаемых в материализованных культурных образцах-эталонах, существуют также (прежде всего у профессионалов) интегрированные, обобщенные представления о должном уровне красоты вещей того или иного вида (типа), сложившиеся как в индивидуальном, так и в групповом эстетическом сознании в определенное время.

Основой красоты, как известно, является гармония, понимаемая как стройность, упорядоченность, соразмерность элементов формы, а также как диалектическая взаимосвязь компонентов формы и содержания (сущности) вещи. Степень гармоничности формы и структуры вещи обусловливает степень ее эстетической ценности для субъекта восприятия и оценки.

Система оснований эстетической оценки базируется на диалектике отношений категорий формы и содержания (в дизайне и прикладном искусстве), категорий художественной образности и эстетической выразительности, выявляющих при анализе этих отношений многогранность красоты произведений дизайна и прикладного искусства.

Такой подход позволяет выделить следующие группы оснований эстетической оценки изделия:

–– гармония формы и содержания (содержательно-эстетическое основание);

–– гармония строения (организации) формы (формально-эстетическое основание);

–– оригинальность формы;

–– стилевая характерность и согласованность элементов формы;

–– уровень качества выполнения изделия.

Все эти группы оснований представляют собой разные грани эстетического идеала, разные слои красоты объекта для субъекта эстетического отношения.

Гармония формы и сущности изделия достигается выраженностью в форме утилитарно-технической стороны сущности вещи, определяемой как красота целесообразности, и вместе с тем отражением в форме социально-культурной стороны сущности вещи, которая может быть названа красотой образности.

Гармония строения (организации) формы обеспечивается достижением композиционной целостности. Ее можно определить как красоту гармонической упорядоченности формы.

Оригинальность формы достигается как содержательно-эстетическими, так и формально-эстетическими приемами композиции. При этом оригинальность композиционного замысла, способов и приемов его воплощения может приобретать самостоятельную эстетическую ценность (помимо отражения в форме соответствующих сторон сущности вещи, также способствующих достижению ее новизны, непохожести на аналогичные изделия). Эта грань эстетического идеала может быть названа красотой своеобразия формы.

Стиль вещи выражается в ее качественной определенности, проявляющейся в закономерном единстве и взаимосогласованности элементов формы (отражающих структурные взаимосвязи и смысл элементов содержания), ее специфической характерности и отличии от других родственных вещей или сходстве с ними, в зависимости от различия или подобия приемов стилеобразования. Стилевая характерность вещи и согласованность элементов формы представляют собой красоту стилевой гармонии.

Высокое качество выполнения изделия (машинным или кустарным способами, или их сочетанием) достигается культурой производства и/или мастерством изготовления вещи и определяется как красота воплощения авторского замысла в материале.

Без совершенства изготовления вещи при всех достоинствах ее содержательно- и формально-эстетических свойств, оригинальности композиционно-стилевого решения и привлекательности материалов, она не может быть положительно оценена эстетически. Такова закономерность эстетического восприятия вещей.

Безусловно, все рассмотренные и охарактеризованные основания эстетической оценки изделий, являющихся результатом дизайнерского творчества или творчества художников прикладного искусства, определяют эстетическую ценность этих вещей лишь в совокупности, взаимосвязи и взаимообусловленности.

В сувенирных изделиях различных видов и типов, декоративных, декоративно-утилитарных и утилитарно-декоративных, проанализированные основания эстетической ценности конкретизируются с учетом специфики этих изделий и многообразия отражения их семантической природы в художественно-образном решении.

В декоративных и декоративно-утилитарных сувенирах красота их образности, выявляющая соответствующую им памятную функцию, преобладает над красотой целесообразности формы, свойственной больше утилитарным изделиям-сувенирам. Красота образности сувениров первых двух групп проявляется: в отражении в их форме культурного смысла таких изделий для определенных групп потребителей и ситуации их использования; в выявлении в признаках формы современных тенденций развития стиля и моды родственных видов (групп) сувенирных изделий; в стилевой характерности сувениров (вместе с их упаковкой, если она предусматривалась).

Гармония строения (организации) формы, актуальная для всех групп сувениров, проявляется в организованности объемно-пространственной структуры, тектонической организованности формы, гармоничности пластической, цветофактурной и графической составляющих композиции вещи (разумеется, с учетом особенностей сувенирных изделий разных групп, видов и типов).

Красота целесообразности формы, имеющая определенное значение для утилитарных изделий-сувениров, проявляется в функциональной выразительности их формы, в выявлении в форме особенностей конструкции изделий, технологии их изготовления и отделки и, безусловно, в подчеркивании композиционными средствами эстетической значимости используемых материалов.

Красота воплощения авторского замысла в материале (совершенство выполнения вещи) отражается в качестве выполнения всех элементов формы, конструктивных сочленений и сопряжений поверхностей, в качестве отделки и декорирования поверхностей (в том числе важных для всех групп сувениров декоративно-изобразительных, орнаментальных и графических элементов композиции). Конечно, как и для большинства изделий-товаров, для сувениров важна сохраняемость товарного вида в течение расчетного (предполагаемого) срока использования вещи в соответствии с ее назначением.

Насколько же соответствуют по ассортиментной структуре и художественному уровню выпускаемые в настоящее время в нашей стране (и прежде всего в Санкт-Петербурге) сувенирные изделия рассмотренной в статье типологической структуре сувениров и критериям их эстетической ценности? И насколько полно отражены в ассортименте сувениров, продаваемых в Санкт-Петербурге, возможные тематические направления, связанные с историей, личностями, достопримечательностями нашего города, которые могли бы воплотиться в общезначимых сувенирах, обладающих способностью осуществлять информационно-коммуникативную, познавательную, культурно-воспитательную и художественную функции?

Изучение ассортимента сувениров, представленных в магазинах города, позволяет очень обобщенно ответить на эти вопросы.

Безусловно, соответствуют (с учетом своей специфики) критериям эстетической ценности декоративные и утилитарно-декоративные изделия, выпускаемые известными в России и за рубежом народными художественными промыслами. Но только подлинные изделия, а не плохие подражания, использующие нередко традиционные для этих изделий формы и приемы декорирования без понимания существа канона соответствующих направлений этого народного творчества, без должного мастерства и художественного вкуса.

Совершенно не соответствуют таким критериям выпускаемые в больших количествах и продаваемые как в отделах крупных универмагов, так и в некоторых магазинах, и просто на улице (вблизи музеев) гламурно осовремененные матрешки с безвкусно, хотя и тщательно выполненной росписью, плохой композицией декоративного рисунка, ничего общего не имеющие с прототипами таких образцов народного художественного творчества.

Не выдерживают профессиональной критики также многие декоративные пластмассовые, керамические или стеклянные тарелочки (настенные украшения), кружки, стаканы с плохо скомпонованными и дилетантски выполненными изображениями видов нашего города и его пригородов. Исключение составляют кружки-бокалы, чашки с блюдцами, тарелки десертные с обобщенно стилизованными и художественно совершенными изображениями достопримечательностей Санкт-Петербурга, выпускаемые Императорским фарфоровым заводом (бывшим Ломоносовским).

В ассортименте сувенирных изделий декоративно-утилитарного назначения (представленных в универмаге «Гостиный двор»), помимо большого количества росписной под Хохлому деревянной посуды, характерной для изделий этого промысла, а также самоваров и чайников с «хохломской» росписью, покупателям предлагается немало сувениров на петербургскую тематику, представляющих собой плохие (пропорционально искаженные) масштабные модели известных памятников со встроенными в них часами в круглой оправе золотистого цвета, аналогичные по размеру наручным часам. Такие модели выполняются из металла и самоцветного камня.

В качестве примеров можно привести модель Александровской колонны (стоящей на Дворцовой площади), в постамент которой вмонтированы часы, диссонирующие по смыслу и композиции с самим памятником; грубо искаженную в пропорциях, силуэте и деталях модель башни Адмиралтейства, в основание которой также вставлены круглые часы; скульптурные модели сказочных грифонов с золочеными крыльями, украшающих Банковский мостик через канал Грибоедова, над которыми на дугообразных кронштейнах закреплены такие же часы, как и в упомянутых выше сувенирных изделиях.

Эти и подобные им декоративно-утилитарные сувениры (представляющие собой современные интерпретации каминных и настольных часов –– скульптурных композиций со встроенными в них часами ХVIII –– ХIХ веков) демонстрируют плохой вкус их создателей и отсутствие мастерства.

Есть в ассортименте декоративных общезначимых сувенирных изделий и мелкая пластика –– металлические модели памятников, выполненные в своем большинстве дилетантски.

Примерами являются модель памятника Э. Фальконе Петру I на Сенатской площади

–– «Медный всадник», модель памятника Петру I в Выборге и модель его бюста работы Б. Растрелли. Не обойдены вниманием создателей подобных скульптурных сувениров и знаменитые четыре скульптурные группы П. Клодта, установленные на Аничковом мосту –– «Конь с водничим». Мелкие, отлитые из металла, плохо выполненные модели этих скульптур смонтированы на слишком для них больших, немасштабных постаментах из камня. В некоторые их этих постаментов вставлены часы, аналогичные упомянутым выше.

К сожалению, почти нет в ассортименте сувениров медалей, выштампованных чеканкой из металла, с рельефными изображениями исторических деятелей, памятных событий, скульптурных и архитектурных памятников города (например, скульптур Летнего сада или Александровского сада, дворцов, театров, мостов с их решетками и торшерами), кораблей и судов, построенных в Санкт-Петербурге, и т.п. Такой вид сувениров был широко представлен в их ассортименте еще четверть века назад. В настоящее время они вытеснены дешевыми значками с печатными рисунками и надписями, никак не связанными с упомянутой выше тематикой медалей.

Зато под видом сувениров выпускается и предлагается покупателям масса самых разнообразных безделушек вроде раскрашенных фигурок собачек, кошечек, гномов, амуров, лебедей и прочих статуэток, не имеющих никакой памятной функции, часто художественно безвкусных, а то и просто бездарных.

Практически нет в ассортименте сувениров технически простых утилитарных изделий с той или иной памятной функцией, а также декоративных настенных и настольных сувенирных изделий из металла, керамики, стекла, ткани, выполненных промышленным способом как произведения не прикладного искусства, а дизайна. Виды и типы таких художественно и семантически значимых изделий были перечислены в этой статье (в качестве примеров сувениров этих групп) при рассмотрении типологии сувенирных изделий.

Многие тематические направления сувениров, которые могли бы отражать значимые исторические события нашей страны, известных ее городов и, конечно, Санкт-Петербурга, Москвы, их достопримечательности, памятники и, безусловно, напоминать о знаменитых личностях России (и нашего города) –– полководцах, мореплавателях, летчиках, космонавтах, ученых, изобретателях, писателях, поэтах, художниках, архитекторах, певцах, музыкантах, композиторах, театральных деятелях –– фактически не находят своего воплощения в соответствующих видах современного ассортимента сувенирных вещей.

Причины падения художественной культуры в рассмотренной области предметного творчества заключаются в следующем. Ассортимент такой специфической группы промышленных и кустарных изделий формируется в большой мере стихийно и непрофессионально, основываясь на представлениях о сувенирах тех, кто их производит и продает, с учетом спроса на те или иные разновидности этих товаров, но без исследований запросов и предпочтений разных контингентов покупателей (в том числе людей с развитым вкусом и высокой культурой).

К созданию многих сувенирных изделий не привлекаются профессиональные дизайнеры и художники прикладного искусства, правда, и сами Союзы художников и дизайнеров России мало интересуются этой областью творчества.

Вопросы художественного уровня и социально-культурного значения современного ассортимента сувениров в настоящее время не затрагиваются профессиональной критикой, оставаясь за пределами внимания искусствоведов. Хотя очевидно, что такая критика, воплощаемая в монографиях, публикациях, в периодической печати, в Интернете, передачах на радио и телевидении, могла бы оказывать серьезное влияние на повышение вкуса тех, кто создает и предлагает покупателям и тех, кто приобретает на память разнообразные сувенирные вещи.

Список литературы

  1. Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. А. М. Прохоров. –– 2-е изд. –– М.: Советская энциклопедия, 1983. –– 1600 с.

  2. Словарь иностранных слов. –– 11-е изд., стереотип. –– М.: Рус. яз., 1984. –– 608 с.

  3. Новикова Л. Знаковая функция сувенира // Декоративное искусство СССР, 1970, № 1 ––
    С.31 –– 33.

  4. Орловский Э. И. Сувениры. –– М.: Экономика, 1974. ––183 с.

  5. Амельянчик В. К., Черняев Н. И. Задачи художественного конструирования сувенирных изделий в отрасли // Архитектура и художественное конструирование в судостроении, вып. ХХХIV, 1983, –– С. 52 –– 75.

  6. Медведев В. Ю. Принципы и критерии эстетической оценки промышленных изделий –– произведений дизайна: учеб. пособие –– 3-е изд., испр. и доп. –– СПб.: СПГУТД, 2006. –– 76 с.

Вестник СПГУТД. –– Серия 2. –– 2011. –– № 3 –– С. 19 –– 27.

11. КОНЦЕПЦИЯ ДИЗАЙНА В МОНОГРАФИИ

А. А. МЕЩАНИНОВА «DESIGN. ТОЧКА НАД i»

В статье критически рассматривается концепция дизайна, представленная в монографии А. А. Мещанинова «DESIGN. ТОЧКА НАД i».

В отечественной литературе, посвященной проблемам дизайна, анализу его исторического развития, различных точек зрения ведущих специалистов на природу дизайна, его цели и задачи, связь с другими сферами творчества, на его роль и место в материально-художественной культуре, давно не появлялось монографий концептуального характера, претендующих на то, чтобы внести свой вклад в выявление сущности дизайна и общественного значения этой профессии.

Среди работ, изданных еще в 60 — 70-е гг. прошлого века, специалистам хорошо известны книги К. М. Кантора «Красота и польза» [1] и В. Л. Глазычева «О дизайне» [2]. Последняя была переиздана под названием «Дизайн как он есть» в 2006 г. [3]. Гораздо менее популярными были книга З. Г. Бегенау «Фунция, форма, качество» [4] и заслуживающая внимания серьезная работа А. И. Мазаева «Концепция «производственного искусства» 20-х годов. Историко-критический очерк» [5].

Среди концептуальных монографий, изданных в 1990-х годах, наиболее значимыми можно считать работы В. Р. Аронова «Теоретические концепции зарубежного дизайна» [6] и М. А. Коськова «Предметное творчество» [7]. Обе послужили основой докторских диссертаций их авторов. Уникальной в своем роде и научно вполне обоснованной концепцией дизайна явилась докторская диссертация Е. Н. Лазарева «Дизайн как технико-эстетическая система» [8]. Что касается немногих учебников и учебных пособий, посвященных не только истории, но и теории дизайна, изданных в 2000-е годы, то они не соответствуют (в части теории) своему названию и вводят читателей в заблуждение [9].

Поэтому можно приветствовать появление в 2008 г. новой книги, отражавшей авторскую концепцию понимания дизайна в его развитии и современном существовании в мире культуры, названной «Design. Точка над i» [10]. Ее автор — известный в Санкт-Петербурге среди коллег по профессии дизайнер А. А. Мещанинов, имевший все основания заявить о своем видении природы дизайна, поскольку давно, разносторонне и плодотворно работал в сфере дизайнерской деятельности.

Двадцать лет он был сотрудником Ленфилиала ВНИИ технической эстетики, из них около десяти лет руководил отделом комплексных исследований института. В период создания Союза дизайнеров СССР в 1987г. принимал активное участие в формировании профессионального по составу Правления Ленинградской организации Союза дизайнеров СССР, был одним из секретарей Правления, а позже неоднократно избирался членом Правления нашей региональной организации Союза дизайнеров России.

Одним из первых в нашем городе открыл свою частную дизайн-студию и успешно работал над разнообразными проектами вместе с сотрудниками как «свободный дизайнер» (по аналогии со свободными художниками — членами Союза художников). За свою многолетнюю успешную деятельность в дизайне был удостоен звания «Заслуженный деятель искусств России» и позднее награжден Почетным знаком «За заслуги в развитии дизайна».

В последние годы автор больше времени уделял педагогической деятельности в качестве заведующего кафедрой дизайна Санкт-Петербургского института телевидения, бизнеса и дизайна, сосредоточиваясь на задачах и методах преимущественно мультимедийного дизайна.

Стремясь во всем быть оригинальным, автор книги (и, разумеется, художественно-графического решения ее обложки) для образного подчеркивания смысла названия в слове «Design», написанном по-английски белым крупным шрифтом на черном фоне, специально выделяет красным цветом крупную точку над вертикально ориентированной надписью «Точка над i» (вместо полоски буквы i).

Но как признает в предисловии сам автор, в русском написании эта точка исчезает, поскольку вместо латинского i, появляется й. И приходится писать по-русски «Дизайн. Точка над й», принося читателям извинения за несоответствие заявленному смыслу русского написания слова, ибо не говорят «точка над й». Лучше было бы, следуя авторскому замыслу, полностью написать на обложке название по-английски: «Design. Dot the i’s», а рядом в переводе на родной язык, не мудрствуя лукаво, написать «Дизайн. Точки над и». Поскольку именно так: не точка, а точки принято у нас выражать стремление разобраться в чем-то досконально, уточнить, что-либо во избежание недоразумений, расхождений в понимании сущности вещей и явлений, т.е. дойти до истины.

Монография А. А. Мещанинова структурно разделена на две части. Часть I. «Дизайн как инструмент культуры», включает четыре главы: 1.Эволюция воззрений на дизайн и на его приоритеты; 2. Природа и агенты художественной коммуникации в искусстве; 3. Искусство и дизайн. Единство противоположностей; 4. Дизайн как культурный медиатор.

Часть II. «Эстетика и этика дизайна» состоит из трех глав: 1. Роль композиции как средства выразительности; 2. Роль стиля как средства выразительности; 3. Этика профессии.

Подзаголовок книги — «Теоретическое обсуждение природы дизайна в общедоступном изложении» подразумевает пусть и популярное, но основанное на объективных фактах, а не домыслах, логически доказательное и методологически не противоречивое изложение авторской концепции, исключающей какие-либо конъюнктурные идеологические выпады в отношении дореформенной истории отечественного дизайна, а также авторов работ, посвященных дизайну, изданных в советское время.

К сожалению, приходится констатировать, что рассуждения автора монографии, касающиеся истории советского дизайна, начиная с предисловия к книге и продолжаясь в некоторых ее главах, замешаны на очернительстве и искажении реальных фактов, что не соответствует этике научной дискуссии (устной или печатной).

Следующее рассуждение автора (из предисловия к монографии) метафоричное по форме и издевательское по существу, подтверждает сказанное выше. «Поднявшееся на волне хрущевской оттепели 50-х годов советское «художественное конструирование» пробило брешь в культурном железном занавесе, обнаружив для себя незнакомый пласт явлений, взглядов и движений в мировой художественной культуре, среди которых дизайн к тому времени занял видное место … Для нас же, энтузиастов дизайна, он был диковинным, прекрасным заморским цветком, который очень хотелось бы выращивать в своем коммунальном садике. Но под жесткими рентгеновскими лучами идеологических догматов, лишенный свободной рыночной атмосферы произрастания, на обезвоженной почве примитивного промышленного производства, этот цветок в Союзе был обречен быстро захиреть. Однако этого долго не происходило, поскольку он скорее представлял собою не цветок, а декорум политической системы — цветочную клумбу, искусно нарисованную на холсте, подобно очагу папы Карло» [10, с.4].

Столь грубого искажения довольно короткой истории советского дизайна можно было бы ожидать от молодого человека, узнающего о прошлом нашей страны от современных «культур-политтехнологов», успешно промывающих мозги населению через средства массовой информации. Но автору ко времени издания книги перевалило за 70 лет, и он многие годы (как отмечалось в начале статьи) работал в системе ВНИИТЭ и не мог не знать реального состояния дел с поступательным развитием дизайна в Советском Союзе.

Какой-такой «декорум политической системы» могло представлять собой наше художественное конструирование? Какие-такие «идеологические догматы» мешали его становлению и развитию в нашей стране? Этот вид творчества не сопоставим ни с художественной литературой, ни с изобразительным искусством, ни с театром и кино, где идейная заданность содержания произведений искусства играет немаловажную роль. Дизайн же связан с миром вещей и предметной средой жизнедеятельности людей.

Именно на основе постановлений правительства страны (ради повышения качества промышленных изделий средствами дизайна) и была организована государственная система межотраслевого и отраслевого дизайна в СССР, которая с началом «реформ» 1990-х годов перестала существовать вместе с многими НИИ и КБ разных отраслей народного хозяйства.

При поддержке правительства был создан в 1987 г. Союз дизайнеров СССР (к сожалению, слишком поздно) как еще один из творческих союзов страны. После распада СССР в пореформенной России он был реорганизован в 1992 г. в Союз дизайнеров Российской Федерации.

Говорить о примитивности промышленного производства в Советском Союзе — значит искажать исторические факты. Вернее говорить об отставании от промышленно развитых стран. Но это свойственно и нынешней России, также как и многим другим странам.

Автор книги не мог не знать и не видеть определенных успехов внедрения методов дизайна в производство многих моделей станков, аппаратов, механизмов, приборов; средств транспорта (не столько индивидуального, сколько общественного — наземного, морского, воздушного); в создание разнообразных видов изделий бытового назначения — телевизоров, радиоприемников, магнитофонов, электропроигрывателей, радиокомплексов, любительской съемочной и проекционной фотокинотехники; мебели, светильников, часов, металлической, керамической и стеклянной посуды, игрушек, сувениров, украшений, а также промышленной графики и упаковки.

Если одежда, выпускавшаяся отечественными предприятиями, далеко не всегда была разнообразной и модной (хотя и добротно сделанной), то ассортимент отечественных тканей разных видов был, как известно, очень богатым, не в пример тому, что предлагается покупателям сегодня.

К сожалению, далеко не все проекты наших дизайнеров внедрялись в производство, особенно комплексные разработки и, тем более, дизайн-программы. Но это, увы, в той или иной степени характерно для результатов деятельности не только дизайнеров, но и архитекторов, и инженеров в разных странах мира, что должно было быть хорошо известно эрудированному автору монографии. Так что социалистическая экономика здесь не причем.

Он сам был вынужден признать, что либеральная рыночная экономика, пришедшая более двадцати лет назад в России на смену плановой социалистической экономике, отнюдь не способствовала развитию дизайна в нашей стране. Наоборот, поле деятельности отечественных дизайнеров резко сократилось, а иллюзии развеялись. Многие изделия, которые могли бы стать объектами разработки дизайнеров России, либо перестали выпускаться у нас вообще, либо создаются без участия дизайнеров. Нашим бизнесменам оказалось куда проще и выгоднее не заниматься разработкой и производством изделий промышленного или бытового назначения, а импортировать требуемую продукцию из-за рубежа и перепродавать ее по «рыночным ценам» российским покупателям.

Следовательно, для тех дизайнеров, имеющих большой опыт работы в различных областях дизайна, которым тесно в рамках узкой специализации либо только дизайна рекламы, либо интерьера, либо костюма (в основном для состоятельных заказчиков), остается возможность передачи своего багажа знаний и умений молодому поколению одаренных, мечтающих посвятить себя этой престижной профессии. К таким специалистам относился и автор монографии, совмещавший, подобно некоторым коллегам, все сокращающуюся проектную практику с преподаванием.

Рассмотрим основные положения предлагаемой концепции дизайнерской деятельности, следуя за мыслями автора в выделенных им по-своему аспектах проблемы в той последовательности, в какой она определена структурой построения материала книги.

Первая ее глава посвящена анализу «эволюции воззрений на дизайн и его приоритеты». И хотя историко-культурный аспект дизайноведения в той или иной степени и с разных позиций уже разрабатывался в упоминавшихся выше работах [1], [3] — [7] и многих других, автор счел важным показать «эволюцию профессии как результата переосмысления ее задач по мере изменения социокультурного фона и дрейфа цивилизации» [10, c.11].

Можно согласиться с точкой зрения автора на исторический период и причины зарождения дизайна как профессии. «Главной причиной возникновения дизайна считается реакция на девальвацию традиционных культурных ценностей и дегуманизацию среды в период формирования массового машинного производства в середине ХIХ века. Экспансия машинной индустрии была не только сопряжена с социальной напряженностью, но и породила критику зародившегося, как мы теперь бы сказали, «дикого» капитализма с гуманистических позиций» [10, c.12].

Совершенно обоснованно в отличие от многих историков дизайна, автор считает заблуждением провозглашение выдающегося английского художника прикладного искусства, художника-орнаменталиста и книжного графика, писателя, искусствоведа, основателя, пропагандиста и активного участника «Arts and Craft movement» Уильяма Морриса родоначальником дизайна. «Думаю, сам У. Моррис удивился бы, к порождению какой проектной идеологии он считается причастным» [10, с.12]. Тем более, что он полагал принципиально невозможным создание эстетически и художественно совершенных вещей машинным способом.

Слишком беглое объяснение причин быстрого заката эстетических принципов модерна, возникшего на переломе ХIХ — ХХ веков, несколько поверхностно. Угасание этого яркого, своеобразного стилевого художественного течения к началу первой мировой войны объясняется не только его принадлежностью к элитарной художественной культуре и эстетической «томной изощренностью», но, главное, невозможностью совместить присущие ему декоративную орнаментальность и индивидуальность творческой манеры авторов произведений модерна с технико-экономическими требованиями серийного производства промышленной продукции и зарождающейся индустриальной архитектуры.

Кратко излагая сущность эстетики функционализма, сознательно порывавшей связи со всем наследием художественной культуры, прежде всего в архитектуре и предметном окружении человека, автор справедливо упоминает Баухауз, «сконцентрировавший в своих стенах все идеи переустройства материальной среды на основе «великого отказа» и признания ценностей функционализма» [10, с.14]. При этом он утверждает, что отсюда и ведут обычно существование дизайна «как осознанного и обособившегося метода проектирования объектов человеческого окружения» [10, с.14].

Однако даже при очень беглом рассмотрении основных вех эволюции дизайна никак нельзя игнорировать опыт творческой деятельности П. Беренса, приглашенного кампанией АЭГ в качестве художественного директора еще в 1907 г., т. е. за 12 лет до создания Баухауза В. Гропиусом. Проектирование электротехнических изделий бытового и производственного назначения, предназначенных для крупносерийного изготовления, задуманное как формирование фирменного стиля концерна АЭГ, было именно опытом реального дизайна. При этом никакого заранее продекларированного (как в манифесте и программе Баухауза) «социально-миссионерского характера дизайна как универсального способа преодоления противоречий в человеческой жизнедеятельности за счет «честного» проектирования массового продукта для широких масс» [10, с.15 –– 16] деятельность П. Беренса и не носила. Выступая в 1909 году перед промышленниками на своей выставке, посвященной работе в АЭГ (его доклад «Искусство и промышленность» был опубликован в «АЭГ-Цайтшрифт»), он в частности говорил: «Благодаря тому, что речь идет о вещах, обладающих большим массовым значением, часто и повсюду используемых в быту, вполне вероятно, что высокоразвитая техника станет на службу культуре. Через массовое производство вещей потребления, соответствующих совершенным эстетическим требованиям, со временем вполне возможно привить вкус населению» [11, с.39].

Что бы ни писал автор монографии по поводу миссионерской функции дизайна (в первой главе и далее), отрицать воспитательную задачу этой профессиональной деятельности среди прочих социально значимых ее задач, о чем вслед за П. Беренсом говорили и писали многие зарубежные и отечественные специалисты, нелогично. Разумеется, речь идет о воспитании хорошего вкуса.

Но в том, что функционализм способствовал выработке «эстетики чистой формы, где конструкция и материал как зрительное отражение индустриальной технологии, служили выражению утилитарной функции» [10, с.16], а этот постепенно совершенствующийся неизобразительный язык абстрактно-геометрических форм (свойственный объектам новой архитектуры и дизайна) становился самостоятельной культурной ценностью, обладающей к тому же коммерческой привлекательностью, автор, безусловно, прав.

Однако, свойственное автору нигилистическое отношение к проблеме социальной ответственности дизайна (тем более, если эта концепция принадлежит не только советским, но даже леворадикальным профессионалам дизайна Запада) не позволило ему трезво оценить серьезный вклад в исследование сущности дизайна, сделанный немногими отечественными и зарубежными специалистами и тем более (боже упаси!) принять их точку зрения на социальную роль дизайна в обществе.

В подразделе первой главы, названной им «Красота и польза» (в точном соответствии с наименованием монографии К. Кантора [1]) он с ядовитым сарказмом «развенчивает» идеи и К. Кантора, не удосужившись, видимо, глубоко вникнуть в диалектику и методологию философского анализа проблемы, и Т. Мальдонадо, возглавлявшего Ульмскую школу дизайна (после ухода с директорского поста М. Билла), и В. Папанека — автора замечательной книги «Дизайн для реального мира» [12] — последовательного противника идеологии «общества массового потребления».

Разумеется, никто из названных теоретиков и практиков дизайна не считал, что предметный мир (среда и ее компоненты — вещи) создаются одними только дизайнерами, особенно технически сложные объекты, комплексы и системы. Но история дизайна дает немало примеров того, что многие виды технически простых вещей (одежды, мебели, посуды, светильников, ручных инструментов разного назначения, игрушек, украшений, сувениров) разрабатывались от начала и до конца именно дизайнерами (как художниками-конструкторами, а не просто стилистами-рисовальщиками модной формы изделий). А также того, что многие свежие и оригинальные идеи, касающиеся не только формы, но и конструкции, и даже технологии изготовления изделий, принадлежали именно дизайнерам.

Извлеченные из последней книги К. Кантора «Правда о дизайне» [13] высказывания о преувеличенной апологетами дизайна социальной роли дизайна, якобы способного благодаря только проектированию предметной среды, соответствующей избранным социальным целям, изменить и социальные отношения, вне контекста общих его рассуждений о дизайне, не могут дать представление о концепции в целом.

Ополчившись против концепции гуманистически ориентированной социальной роли дизайна, автор попутно объявляет ложными, бесперспективными теоретические исследования взаимосвязей категорий «красота» и «польза» в дизайне. «… Поиски этой онтологически присущей объекту красоты порождали массу несообразностей и недоумений, разрешить которые не могла ни классическая, ни марксистская эстетика, ни буржуазный позитивизм. Выискивание в конкретных объектах дизайна «эстетических свойств» породило целые отряды экспертов, деятельность которых ничем не отличалась от практики средневековых алхимиков или каббалистов» [10, с.22].

Подвергая «сокрушительной» критике действительно несовершенные из-за скороспелости их создания методические материалы отдела экспертизы ВНИИТЭ (видимо к ним относятся издевки автора), он при этом проявляет собственную явно недостаточную осведомленность в серьезных вопросах эстетики (или незаинтересованность в их изучении), а кроме того оставляет здесь за пределами своего суждения категорию «польза».

А ведь именно выявлению степени полезности вещи для потребителей (пользователей): ее функциональности, эргономичности, надежности, и безопасности в потреблении (помимо выявления эстетической ценности) и занимались отечественные и зарубежные эксперты, анализируя и оценивая методами квалиметрии потребительскую ценность вещи для определенных групп потребителей и ситуаций потребления. И красота, и польза объектов (в их взаимосвязи и многообразном проявлении) являются предметом дизайнерской проектной деятельности.

В. Глазычев в заключении к своей книге «О дизайне» [2] определял в качестве предмета художественно-проектной дизайн-деятельности создание целостного значения потребительной ценности объекта разработки. При этом в эстетической ценности вещи образно отражается ее потребительная ценность, т.е. полезность вещи, способность удовлетворять какую-либо утилитарную потребность. Хотя, разумеется, эстетическая ценность этим не исчерпывается. В ней воплощается и социально-культурная сущность вещи, и знаково-коммуникативная ее сущность, и социальный символизм вещи (как признака социального статуса ее обладателя), связанный с престижностью в потреблении.

Безусловно, полезность может рассматриваться не только с позиций потребителей изделий, но также и с позиций промышленно-торгового бизнеса. Для бизнеса любая вещь — это товар, успешный сбыт которого (в том числе и с помощью дизайнеров рекламы и дизайнеров самих изделий) приносит прибыль.

Однако автор монографии придерживался здесь своей точки зрения: «Не лучше обстояло дело и с пресловутой пользой. Если для пионеров функционализма ее выражение через форму и мыслилось основной задачей формообразования, то бишь, создания красоты, то дальнейшее развитие воззрений заставило противопоставить эти два понятия и поручить дизайнеру снимать их противоположность своими усилиями. Потуги эти были напрасны, ибо и то и другое идет своими путями и никак ни взаимодействует вообще» [10, с.22]. То, что такое суждение не соответствует истинному положению вещей в практике дизайна и логике диалектического взаимодействия красоты и пользы в сфере архитектонических искусств, автора не смущает.

Он исподволь подводит читателей к мысли о том, что дизайн представляет собой лишь форму социальной коммуникации в культуре, ссылаясь при этом на мнение Д. Нельсона — известного американского дизайнера, автора книги «Проблемы дизайна» [14]. Хотя основным в концепции Д. Нельсона является понимание дизайна как обслуживающей профессии в условиях «цивилизации суперкомфорта» и одновременно как внутренне свободной творческой деятельности, как способа профессионального самоудовлетворения художника в современном мире [3].

В следующем подразделе первой главы, названном «Дизайн как наука проектирования» автор продолжает развивать свое видение сущности дизайна, подвергая критике развивавшиеся во второй половине ХХ века научные подходы к проектированию сложных системных и средовых объектов дизайна, полагая все это ненужным наукообразием и считая, что гораздо продуктивнее «громоздких и неэффективных» для дизайна методов системного анализа и формализации процесса проектирования (с учетом многих взаимодействующих факторов) является концептуальный подход, базирующийся на «творчески-интуитивных» методах поиска решений.

Такая точка зрения игнорирует принцип научной обоснованности дизайнерского творчества. Дизайнер (но не стилист) должен всегда учитывать при проектировании объекта его связь с другими объектами в определенной среде, где они вместе воспринимаются, и, конечно, с человеком (или группой людей), использующим данный объект. Дизайнер, в отличие от художника, не может опираться в своем творчестве лишь на художественный вкус, талант, мастерство, развитую интуицию, хотя все это ему необходимо. Дизайнерское творчество включено в сложный процесс проектирования, промышленного производства, сбыта изделий для их потребления.

Следовательно, оно обусловлено системой сложно взаимосвязанных факторов, требующих их учета и в процессе предпроектного исследования и непосредственно в процессе дизайн-проектирования, и в процессе анализа и оценки результата этого процесса, воплощаемого в дизайн-продукте. Игнорирование важности аналитического подхода к задачам, решаемым дизайнером, упование лишь на творческую интуицию нередко приводит к разного рода просчетам, ошибкам, неудачам, снижающим реальные потребительские свойства дизайн-продукта при том, что внешне он может быть достаточно привлекательным.

Этому феномену специально посвящена книга Д. Нормана «Дизайн промышленных товаров» [15], в которой почти не уделяется внимания эстетическим вопросам проектирования изделий, поскольку автор под словом design понимает не столько художественно-конструкторское, сколько инженерное проектирование и сосредоточивает внимание читателя на различных просчетах конструкторов, недостаточно или совсем не учитывающих человеческий фактор, особенно психологию потребителей, при разработке промышленных изделий (чаще бытового назначения), что делает вещи неудобными для человека, вызывая у потребителя отрицательное отношение и к ним, и к их создателям. (Переводчику следовало бы иначе назвать эту книгу в русском переводе).

В следующих подразделах первой главы монографии: «Падение камня, породившее лавину», «Влияние на дизайн структуральных идей» и «Мультимедиа и дизайн» кратко, но не таким уж общедоступным языком, не требующим от читателей навыков в чтении научных текстов (как заявлено в аннотации) излагается последовательно сущность идей постмодернизма, понятий структурализма и семиотики во взаимосвязи с дизайном и наконец, мультимедиа (в связи с развитием новой области дизайн-деятельности).

Несмотря на существование очень большого количества публикаций, посвященных постмодернизму, семиотике и мультимедиа, автор счел нужным дать своим читателям хотя бы обобщенное представление об этих явлениях культуры, науки, и техники в целях подтверждения своей точки зрения о необходимости отбросить старые представления о природе дизайна и развенчать окончательно (как утопические) идеи о социальной ответственности дизайна, его «миссионерской» роли в преобразовании жизни общества путем гуманизации предметной среды жизнедеятельности людей.

Хотя на самом деле ни постмодернизм, ни структуральные идеи в семиотике сами по себе не подтверждают его мнение. А вот что касается мультимедиа, то их влияние на жизнь общества в наше время отрицать невозможно, но только это влияние служит коммерческим интересам бизнеса, который и дизайн использует в этих же целях.

Излагая особенности постмодернизма, автор книги почему-то забыл упомянуть о сущности модернизма, на смену которому пришло это явление в разнообразных областях культуры (публицистике, литературной критике, эстетике, философии). Модернизм принес в историю культуры креативизм (сменивший традиционализм) провозгласил абсолютную ценность новаторства и превратил индивидуализм в господствующий принцип общественного сознания.

А это «привело к тому, что исчезли все общезначимые нормы вкуса, — каждый человек получил право считать собственные суждения равноправными любым другим и это не могло не иметь катастрофических последствий для общего уровня эстетической культуры буржуазного общества — особенно ярко это проявилось… в так называемой массовой культуре, ставшей носительницей китча…» [16, с.369]. Культура расслоилась на «элитарную» и «массовую», пронизавшие все ее области: культуру производственную и бытовую; культуру поведения и речи; уровни и содержание образования и способ заполнения досуга, и конечно, уровни художественной культуры. В модернизме «непохожесть, оригинальность, новизна становятся критерием индивидуальности, независимо от меры общественной ценности и истинности этого нового — ведь все критерии общезначимости и объективной истинности отвергнуты, даже применительно к научному познанию природы, не говоря уже о социальных науках и всей сфере гуманитарности» [16, с.371].

Постмодернизм, заявивший о себе в 60-е — 80-е годы ХХ века, отразил очередную переоценку ценностей в сфере эстетического общественного сознания. Это название этимологически и исторически связано с термином «постиндустриальное общество». Среди его характерных черт откровенный ретроспективизм и поиски образного языка, понятного не только профессиональной и культурной элите, но и широким кругам населения.

В архитектуре это явление характеризовалось радикальным эклектизмом, синтезирующим тенденции историзма в новом прочтении, соответствующем духу последней трети ХХ века. Помимо архитектуры, как известно, под широким знаменем постмодернизма собрались такие пестрые явления художественной культуры этого периода ее развития, как театр абсурда, французский «новый роман», американский «новый журнализм», всевозможные новые направления в живописи — от поп-арта до фотореализма и абстрактного экспрессионизма.

В дизайне же это «брожение умов» породило «экспериментально-концептуальный» дизайн и «арт-дизайн». Однако в дизайне знаково-коммуникативный и игровой аспекты художественной ценности у большинства видов его объектов имеют значительно меньше возможностей для своего проявления, чем в перечисленных выше областях искусства.

Исключение могут составлять уникальные интерьеры жилых и общественных зданий, авторские образцы одежды Haute couture, уникальные образцы текстиля, мебели, светильников, украшений, игрушек.

В постмодернизме предпринимались и предпринимаются попытки синтезировать реалистические, натуралистические, романтические способы воспроизведения (или отражения) реальности с сюрреалистическими, гротескными, символическими и абсурдистскими формами под флагом поиска новых языков современной художественной культуры [16]. Однако вытесняя идеологию модернизма, постмодернизм несмотря на провозглашаемые им идеи, не смог устранить ни расслоения культуры на элитарную и массовую, ни индивидуализма как особой возможности самоутверждения авторов «креативных» произведений, ни субъективизма в определении критериев общественной значимости эстетической и художественной ценности этих творений. Все это отражает противоречия идей постмодернизма (переходной фазы в истории современной культуры Запада), стихийно стремящегося к реализации принципа плюрализма, способствующего «избыточности» культуры как результата и источника ее творческого развития, что проблематично в век глобализации.

Во второй главе анализируемой монографии «Природа и агенты художественной коммуникации в искусстве» рассматриваются сущность коммуникативной функции искусства, особенности диалога между творцом художественного произведения и тем, кто его воспринимает (связанного с проблемой адекватности восприятия в искусстве), природа художественного образа — одной из важнейших категорий классической эстетики.

Автор осознавал, что эти проблемы достаточно глубоко и разносторонне исследованы многими учеными. Но, не желая следовать традиционным методам научных трудов, основанных на анализе «чужих текстов и цитатах из авторитетных источников» и не позволяя себе затруднять читателей своей монографии изучением специальной научной литературы (отсылая их к первоисточникам), он сознательно избегал тонкостей семиотического рассмотрения затронутых вопросов и сосредоточивал внимание читателей непосредственно на акте коммуникации и условий, при которых он происходит. «Здесь интересны как цели, преследуемые участниками диалога, так и те психологические механизмы сознания, которые позволяют им этот диалог осуществлять. Затем можно проследить, имеют ли эти цели и механизмы что-либо общее в актах коммуникации в искусстве и дизайне. При удаче, это выведет нас на важные обобщения о природе и целях дизайна» [10, с.49]. Так обосновывал автор важность этой главы для его книги, а также выделение данного аспекта рассмотрения проблемы.

Если принять его точку зрения о приоритете коммуникативной функции искусства (и дизайна) над другими его социально-культурными функциями, то ход рассуждений о художественной коммуникации в искусстве может казаться вполне убедительным.

В этой главе книги (не очень-то простой для понимания не только учащимися, но и многими практиками дизайна, не имеющими необходимого уровня эрудиции) немало верных наблюдений, обобщений и умозаключений. Логичным представляется и рассмотрение проблемы «диалога в искусстве» художника и зрителя на основе последовательного анализа сущности и взаимосвязи понятий «искусство», «художественная культура», «художественный образ», «культурные смыслы и ценности», «психология восприятия образа», «свойства личности» (как субъекта восприятия произведения искусства).

Интересны и продуктивны выводы автора о свойствах, определяющих сущность образа художественного произведения, а также о психических свойствах личности, создающей или воспринимающей произведение искусства. Хотя некоторые из них весьма субъективны. Например, утверждение о том, что невозможно адекватно выразить (описать) слова