Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Постановление Правительства Республики Казахстан от 2 октября 2013 года № 1042Об утверждении Правил осуществления пенсионных выплат из пенсионных нако...полностью>>
'Документ'
Цель: Отметить особенности химического состава и строения углеводов в связи с выполняемыми ими функциями. Рассмотреть процессы переваривания и всасыва...полностью>>
'Документ'
алоэтажное строительство -бревенчетые дома -каркасные дома -кирпичные дома -бани -дома эконом класса -фундаменты -монолитные чаши бассейнов Обслуживан...полностью>>
'Документ'
Одним из наиболее важных дидактических принципов развивающей системы Занкова Л.В. является принцип ведущей роли теоретических знаний в обучении. Наряд...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

Робертсон утверждает, что развитие процесса глобализации зависит от взаимовлияния четырех компонент – национальных систем, систем международных отношений, отдельных индивидов и человечества в целом. Динамику глобализации культуры ученый предлагает интерпретировать с позиций так называемой «волюнтаристской теории» и формулирует три ее аналитических тезиса. Во-первых, он считает, что в качестве «глобальных игроков» выступают и отдельные индивиды и человечество в целом. Во-вторых, необходимо учитывать независимую от политики и экономики динамику становления глобальной культуры. В-третьих, глобальное поле, т.е. транснациональное культурное пространство пребывает в непрерывном преобразовании. Таким образом, по Р.Робертсону, движение и трансформация являются основными признаками этого динамично развивающегося пространства.

В связи с анализом теории глобальной культуры Робертсона следует рассмотреть социальные взаимосвязи, включающие язык, литературу, этику, искусство и т.п., проблему идентификации общества и личности относительно глобального контекста, интерпретировать явления мультикультурности, кросскультурности, полиэтничности и противоречия, связанные с возникновением новой – глобальной идентичности. С использованием концептуальных идей М.Кастеллса, определившего идентичность, как «источник смысла и жизненного опыта человека», по-новому выглядит и проблема социокультурного местничества. Действительно глобализация культуры способствует формированию таких идентичностей, которые противостоят логике доминирующих на уровне национального государства культурных и социальных моделей.

Перспективы развития глобальной культуры связываются в теории Робертсона с моделями возможного упорядочения транснационального культурного пространства в аспекте социальных взаимодействий. Эти модели, именуемые Робертсоном «образами мирового порядка», апеллируют к введенной немецким философом и социологом Ф.Тённисом (1887) дихотомии «община – общество». Робертсон предлагает четыре модели – два варианта мировой общины, «глобальной деревни», и два варианта мирового общества, «глобального города». Каждый из них выступает как тип социокультурной организации транснационального культурного пространства.

Соотношение частного и общего, проблема гомогенности и гетерогенности глобальной культуры раскрываются Робертсоном с помощью введенного им понятия «глокализация». Концептуальное содержание этого понятия указывает на нарастание в процессе исторического формирования мира как единого целого тенденций универсализации формата культуры и локализации её содержания. Кроме того, в концепции Р.Робертсона выявлен факт релятивизации различных культур в условиях глобальности, чем и обеспечивается множественность интерпретаций глобального контекста участниками межкультурных взаимодействий.

Таким образом, исходя из теории глобальной культуры Р.Робертсона, формирование транснационального культурного пространства рассматривается как длительный процесс, динамика которого определяются логикой поэтапной универсализации формата культуры и появлением разнообразных модусов ее локального содержания. Соответственно этому становятся все более разнообразными наборы идентичностей, групповых и индивидуальных, и ослабевает их связь с национальными культурными и социальными моделями.

Теория глобальной культуры американского антрополога А.Аппадурая,27 сформировавшейся в середине 90-х гг. ХХ в., разрабатывает новый концептуальный и понятийный аппарат, фокусированный на рассмотрение современных глобализационных процессов.28 Методологической доминантой в его аналитических построениях выступает представление об «организованном хаосе» как способе существования транснационального культурного пространства. Аппадурай выделяет пять хаотически распространяющихся по планете потоков, образующих ландшафты глобальной культуры. Это этноландшафты, (еthnosсареs), медиаландшафты (mediascapes), техноландшафты (tесhnоsсарes), финансовые ландшафты (financescapes), идеоландшафты (ideoscapes). Через семантику английского суффикса - sсаре А.Аппадурай пытается передать идею их текучести, иррегулярности. Эти ландшафты играют роль конструктивного материала для формирования множества «воображаемых миров», фиксирующих исторически сложившиеся индивидуальные и групповые представления людей, заселяющих планету. Соотнесенность повседневного существования современного человека с воображаемыми мирами, по Аппадураю, является существенным фактом глобализации культуры

Что понимается под этими ландшафтами? «Этноландшафт» - это совокупность потоков, образуемых миграций отдельных личностей — переселенцев, беженцев, гастарбайтеров, туристов, бизнесменов, студентов и т.п. групп, формирующих «движущийся мир». Их мобильная активность, подчёркивает Аппадурай, значимо влияет на внутреннюю и внешнюю политику национальных государств. Техноландшафт это глобальная непрерывно изменяющаяся сфера технологических достижений, которые. стремительно увеличивают потенциал мобильных коммуникаций, обеспечивают проницаемость границ, разделявших мир прежде. Финансовый ландшафт движение глобального капитала и инвестиций, связывающих экономики различных стран регионов в единый мирохозяйственный комплекс. Медиаландшафт характеризует расширение электронных возможностей воспроизводства и распространения информации по всему миру, а также конструирование образа самого мира в национальных и международных СМИ. Медиаландшафты преподносят людям материал для строительства воображаемых миpoв, с помощью которых люди осмысляют и свою собственную жизнь, и жизнь в других уголках планеты. Идеоландшафты представляют собой потоки образов, отличаясь лишь политическим содержанием идеологии государств и различных социально-политических движений. Морфология идеоландшафтов, согласно Аппадураю, определяется конкретными национальными или транснациональными контекстами.

Взаимодействие между этими пятью ландшафтами Аппадурай описывает через системно­-синергетический подход, теорию хаоса, позволяющей рассматривать динамику различных неупорядоченных культурных форм. Зарождение новой глобальной — организации мировидения и культуры он вводит такие понятия, как «локальность», «соседство», «постнациональный мир» и «транснации». Так, локальность трактуется ААппадураем как особый местный контекст взаимодействия и одновременно аспект социальной жизни. В этом смысле содержание локальности противоположно определению понятия «соседство». Соседство характеризует социальные формы, в которых локальность, как измерение или ценность, может быть реализована различными способами. Соседства, по Аппадураю, - это сообщества в пространстве, реальном или виртуальном, обладающие потенциалом к социальному воспроизводству. В глобализирующемся мире, которому свойственны детерриториализация, распространение диаспор и транснациональные связи, производство локальности превращается в сложный и болезненный процесс.

Под «постнациональным миром» Аппадурай понимает 1) процесс перехода к глобальному порядку, в котором национальное государство ветшает, и возникают иные формы лояльности и идентичностей; 2) возникновение мощных альтернативных форм организации глобальной «перекачки» ресурсов, образов и идей, которые либо представляют конкурентную силу традиционным ннациональным, либо выдвигают мирную альтернативу — предложение крупномасштабной политической лояльности; 3) распространение новых форм национальной лояльности, которые не будут жестко обусловлены административно территориальным устройством. По его мнению, на смену им придет транслокальное сообщество, диаспора сохраняющая особую идеологическую связь с мнимым местом своего происхождения. С одной стороны, транснации будут важнейшим социальным контекстом, в котором и становится образ «призрачной родины», сформулированный воображением мигрирующего населения и отождествляемый с реальной территорией а с другой - транснации несут в себе элемент постнациональной картины мира, поскольку в их сфере часто зарождаются постнациональные движения.

Формирование транснационального культурного пространства связано с «организационным хаосом» культурных потоков, стимулирующих возникновение воображаемых миров. Воображение становится, согласно Аппадураю, главной социальной силой, благодаря которой люди непрерывно стремятся осуществлять реальные и виртуальные взаимодействия в транснацнональном культурном пространстве, что способствует возникновению новых групповых и индивидуальных идентичностей. Текучие ландшафты глобальной культуры размывают пространство национальных культур и способствует становлению постнационального мира.29

«Базовые характеристики транснационального культурного пространства- глобальная мобильность и локальная скованность»- меняют образ глобального мира, Ж.Аттали в его работе «На пороге нового тысячелетия», написанной в конце 80-х гг. ХХ в. указывает на опасность превращения самого человека в объект рынка. В этой связи он обращает внимание на приход глобального культа «индустриального каннибализма» и процесс культурной мутации человека. Главными действующими лицами ХХI в. становятся номады - кочующие богатые и бедные, привилегированные и отверженные. В книге психолога Альберта Налчаджяна «Этнопсихологическая самозащита и агрессия» говорится, что номадизм – частный случай более общей адаптивной стратегии ухода или бегства от фрустрации и стресса, вызванных девальвацией национальных ценностей. Номадизм – один из примеров комплексной этнической регрессии, когда у представителей определенного этноса или у всего этноса в целом возникает желание к переселению в другие края и сохранению старой системы ценностей, или выстраивание новой.

Характерной приметой глобального странника выступают номадические предметы, обладающие портативностью и способность обеспечить их владельцу относительно высокую степень автономности, уничтожающей традиционную привязку ко времени и месту. Главным назначением таких предметов, функционирование которых основано на микросхеме, является манипулирование информацией. Постепенно сосредотачивая в себе жизнь, разум, а также ценности тех, кто их создаёт и затем использует, они становятся как бы продолжением человеческих органов чувств, биологических функций, то есть своеобразным протезом личности.

Этот образ глобального мира дополняют работы З.Баумана конца 90-х гг. ХХ в. («Глобализация: последствия для человечества» и «Жидкий модерн»), в которых выявляется тенденция развития мобильности, как базовой характеристики человеческого существования в глобализирующемся мире. Современное общество, как глобальное общество потребления, характеризуются неустойчивостью, быстрой сменой объектов желания, круговоротом соблазнов. Предвкушение удовлетворения потребностей, своеобразное «путешествие» за мечтой становится продуктом потребления. Современный человек превращается в собирателя ощущении, который находится в постоянном движении, поиске чего-то нового и неизведанного а степень мобильности человека становится основным показателем его социального статуса. Этому в определенной степени способствует «инсценированная аутентичность» (Д.МакКаннелл, 1976), когда номада эпохи постмодерна становится пилигримом, пребывающим в поиске подлинности жизненного опыта, наслаждения не только визуальными, но вкусовыми, обонятельными, тактильными ощущениями другой культуры (Дж.Урри, 1998).

Глобальная поляризация мира порождает два способа переживания действительности. Глобально мобильные личности постоянно живут во временном дефиците тогда как люди, вынужденно привязанные к территории страдают от избытка незаполненного времени. Они живут в пространстве, осознавая свою связь с ним как непреодолимое препятствие.

Одним из эффектов формирования транснационального культурного пространства выступает культурная гибридизация, которая связана с космополитизмом как формой идентичности, имеющей творческий характер. Для индивидов, вовлеченных в процесс культурной гибридизации, границы историко-культурных регионов утрачивают свое былое значение. На первый план выдвигается идея планетарного патриотизма. Взаимодействия в транснациональном культурном пространстве порождают гибридную в культурном отношении мировую элиту, некую особую общность людей, объединяемых своим участием в международной политике, наднациональных научных, культурных, общественных и иных организациях, работой в средствах массовой коммуникации. Ученые, художники, музыканты, архитекторы, театральные деятели и кинематографисты, чья профессиональная практика протекает преимущественно на международном уровне, становятся центром гибридизации мировидения и культуры. Эти формы гибридизации несут и разрушительные тенденции, угрожающие разрывом с историко-культурным культурным прошлым, социокультурной унификацией и обезличиванием.

Оценки культурной гибридизации в реальной глобализации культуры и философии разнятся в зависимости от степени вовлеченности субъекта той или иной группы в транснациональное культурное пространство. Противостояние позиции глобальной мобильности и локальной скованности, обоснованное в конкретных характеристиках человеческой деятельности, чревато катастрофическим объемным разрывом между космополитами и локальными личностями, сохраняющими тесную связь с родными для них культурами, идеями и традициями.

В определенной мере этот разрыв пытается преодолеть образование, которое несёт на себе двойную нагрузку - межкультурной передачи культурных ценностей и мировидения и поддержания социальной стабильности в обществе. Хотя основная тенденция развития образования в процессе глобализации выражается в его интеграции в мировой рынок услуг. Большинство мер, направленных на полномасштабное включение образования как сферы бизнеса в сеть глобальных и местных экономических взаимосвязей и взаимозависимостей, подобны приёмам, характерным для экономики постиндустриального общества. Борьба за потребителя образовательной услуги происходит теперь именно в транснациональном культурном пространстве. Ярким примером диалога европейской культуры с «глобальным контекстом» и призывающая содействовать воспитанию у студентов и всех граждан чувства причастности к совместным ценностям и общему культурному пространству является Болонская декларация, когда воспроизводство локального и универсального предлагается решать через содержательное наполнение образовательных программ. Позитивному решению задач в этой сфере будут способствовать и пограничные науки - социолингвистика, лингвофилософия, философская компаративистика, философское страноведение. социокультурные исследования и т.п.

1 Вестник РФО №3 2003) с.110-114

2 См. Колесников А.С. Философская компаративистика: Восток- Запад. СПб, Издательский дом Санкт-

Петербургского государственного университета. 2004

3.Назарчук А.В Этика глобализирующегося общества. М. 2002

4 См.: Torchinov E.A. Philosophical Studies (Sinology and Indology) in St.Petersburg, 1985-90, Vol. 42, N. 2, 1992; Рудой В. И., Островская Е. П. О специфике историко-философского подхода к изучению индийских классических религиозно-философских систем // Методологические проблемы изучения истории философии зарубежного Востока. М., 1987, с. 74-94; Рудой В. И., Островская Е. П., Ермакова Т. В. Классическая буддийская философия. СПб, 1999

5 Halbfass W. Indien und Europa. Perspectiven ihrer geistigen Begegnung. Basel Stuttgart. 1981.

6 Beyond Orientalism. The Work of Wilhelm Halbfass and its Impact on Indian and Cross-Cultural Studies.

Eds. Franco Eli and Karin Preisendanz. Amsterdam / Atlanta.GA.1997

7 Said E.W.) Culture and Imperialism. NY. 1993

8 Hirst P.& G.Thompson . Globalization in Question. The International Economy and possibilities of Governance. Cambridge: polity Press. 1996

9 Федотова В.Г. Неклассические модернизации и альтернативы модернизационной теории // Вопросы философии. №12, 2002 с.4-5

10 См. Х.Блюменберг Жизненный мир и технизация феноменологии // Вопросы философии. №10.1993.

11 Алиева Ч.Э. Проблема концептуализации сравнительной философии: история, теория и методология философской компаративистики. СПб. 2004. Часть 2.

12 Петякшева Н.И. Латиноамериканская «философия освобождения» в контексте компаративистики. М. 2000. С. 153

13 Шульгин Н.Н. Альтернативная герменевтика в диалоге культур // Вопросы философии. №12.2002. С.22, 23

14 Там же. С. 27, 28, 47, 29, 43, 49

15 Петякшева Н.И. Латиноамериканская «философия освобождения» в контексте компаративистики. М. 2000. С.220

16 Шульгин Н.Н. Альтернативная герменевтика в диалоге культур // Вопросы философии. №12.2002. С.32, 33

17 Гафарова Ю. Современная герменевтика и культурная антропология: обеспечение идентичности в современном мире // Научно-практическая конференция. Минск. 2004

18 Эко У. Сказки тысячи и одной ночи, рассказанные в Багдаде // L'Espresso, 20 марта 2003 г. (URL: /stories/03/03/03/3288/174607.html)

19 Гирц К. Интерпретация культур. М. РОССПЭН. 2004; Гафарова Ю. Прикладная герменевтика и интерпретативная антропология: теоретические модели разрешения противоречий процесса глобализации // Международная научно-практическая конференция. «Глобализация: плюсы и минусы… М. 2004.

20 Гирц К. «Насыщенное описание»: в поисках интерпретативной теории культур // Антология исследований культуры. Т.1. Интерпретация культуры. СПб. 1997. С.115-141

21 Рикёр П. Конфликт интерпретаций. Очерки герменевтики. — М., 1995. — С. 18.

22 Ду Вэймин. Глобальное сообщество как реальность: изучение духовных ресурсов социального

развития // Китайская философия и современная цивилизация. М. 1997. С.15-28

23 Сизиков А.А. Транснациональное пространство и общество потребления в Концепции глобализации З. Баумана. II Проблемы современной экономики СПб, 2004. — №З (11). С. 238-240.

24 Андерсон Б. Воображаемые сообщества. Размышления об истоках национализма. М. 2001; Smith A.D. Toward a global culture // Featherstone M. (ed.), Global Culture. L. 1990; Albrow M. The Global Age. Cambridge, 1996; Eade J. (ed.) Living the Global City. Globalization as a local process. L., NY. 1997

25 Шмитт К. Планетарное напряжение между Востоком и Западом и противостояние Земли и Моря //Основы геополитики. - М.: Арктогея, 1997.— С.530

26 Robertson R. Globalization: Social Theory and Global Culture. London: Sage, 1992

27 Appadurai. A. Modernity at Large: Cultural dimensions of Globalization. Minneapolis, London. 1996;

Appadurai A. Global ethnoscapes: notes and queries for a transnational anthropology // Fox R.G. (ed.)

Interventions: anthropology of the present. L. 1989

28 Сизиков А.А. Транснациональное культурное пространство в концепции глобализации А.Аппадурая II Состояние и перспективы развития туризма в CНГ, Материалы научно-практической конференции. Ч.1. СП6.: Институт управления и экономики, 2004. — С.76-98.

29 Featherstone M. Undoing Culture: Globalization, Postmodernism and Identity. London: sage. 1995



Похожие документы:

  1. Учебное пособие Москва 2008

    Документ
    ... случае, аксиологии и философской компаративистики), позволяют их « ... глобальную арену. С другой стороны, формы, а следовательно и поле ... к революционным переменам, Зиммель ... ?id=000199990368 3. Колесников А.С. Кросскультурное взаимодействие ...

Другие похожие документы..