Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Особенность психологии ребенка младшего школьного возраста заключается в том, что он еще мало осознает свои переживания и далеко не всегда способен по...полностью>>
'Документ'
Настоящим в соответствии со статьей 428 Гражданского кодекса Российской Федерации Клиент присоединяется к действующей редакции Правил банковского обсл...полностью>>
'Документ'
Команды обработки строк называют также цепочными командами. Отличие в том, что под строкой символов здесь понимается последовательность байт, а цепочк...полностью>>
'Документ'
Приглашаем участвовать в работе VII Международной научно-практической конференции «Наука и образование: история, современность, перспективы», которая ...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

130

Александр Кондратов: «Книга о букве»

Александр Михайлович Кондратов
Книга о букве

«Кондратов А.М. Книга о букве»:

Советская Россия; М.; 1975;

Аннотация

О языкознании написано много интересных научно-популярных книг. О грамматологии – ни одной. «Книга о букве» – первая попытка рассказать об увлекательных и разнообразных проблемах, которые решает наука о письме. Рассказ о грамматологии строится как серия очерков, в которых излагаются основные проблемы этой науки. При этом главное внимание уделено наиболее важным темам – происхождению письма, его ранним этапам, типам письменности, их соотношению, общему направлению развития письма, а также методам дешифровки.

Александр Кондратов
КНИГА О БУКВЕ

«Они не воздвигали себе пирамид из меди, надгробных стел из железа. Они не оставили детей-наследников, которые произносили бы имена их, но сделали своими наследниками писания и книги поучений, которые они создали.

Они назначили себе папирусные свитки в качестве жрецов-чтецов и доску для писания взамен любимого сына. Книги поучений – пирамиды их, а кисть была их ребенком. Поверхность камня стала женой их… Человек погиб и тело его – прах. Все близкие ушли в землю, но то, что он написал, заставляет помнить о нем того, кто читает… Они скрывали свою магию от всего мира, но ее можно прочесть в их поучениях.

Они ушли, и имена их забыты. Писания их напоминают о них».

(Восхваление знаменитых авторов, папирус Честер-Битти, J. V.

Перевод акад. М. А. Коростовцева).

Глава первая. «Азы об азбуке»…

КАЖДЫЙ ГРАМОТНЫЙ ЧЕЛОВЕК…

«

аждый грамотный человек знает о…» Как часто мы употребляем это выражение! В самом деле: каждый грамотный человек должен знать о международном положении и об успехах в освоении космоса, о загадках древних цивилизаций и об олимпийских играх, и еще о многом, очень многом. Но вместе с тем существует любопытный парадокс: осведомленный в самых разных областях жизни, политики, культуры обычно поразительно мало знает… о самой грамоте. О расшифровке древних письмен написано немало интересных и увлекательных книг. О том, как Франсуа Шампольон нашел ключ к египетским иероглифам, молчавшим многие сотни лет, рассказывает Керам в своей замечательной книге «Боги, гробницы, ученые». Тот же Керам много места отводит расшифровке таинственных иероглифов хеттов в книге «Узкое ущелье и Черная гора». Книга Э. Добльхофера «Знаки и чудеса» рассказывает о многих других дешифровках: крито-микенского слогового письма, клинописных знаков Древнего Востока – аккадских, угаритских, эламских, древнеперсидских и т. д. Книги, посвященные погибшим цивилизациям древности и новейшим открытиям археологии, касаются и письмен, как прочтенных, так и еще не разгаданных. «Каждый грамотный человек» читал многие из этих книг. Он знает о подвиге Шампольона и о Бехистунской скале, где выбита трехъязычная надпись, давшая ключ к расшифровке клинописи знаков. «Каждый грамотный человек» имеет представление о нерасшифрованных по сей день надписях на печатях, найденных в долине реки Инд или на деревянных дощечках «кохау ронго-ронго» острова Пасхи… Но стоит задать ему вопрос о его собственной грамоте – и, как правило, почти «каждый грамотный человек» становится в тупик.

Например: и русские, и белорусы, и украинцы – народы, очень близкие друг другу, родные братья по языку и культуре. Почему же в украинском письме буква «и» означает не звук «и», как с русском, а звук «ы», а буква «е» передает звук «э», а не «е»? Наши братья по языку, славянские народы, – такие, как сербы, хорваты, болгары, – пользуются письмом, очень близким нашему. Создателями его являются Кирилл и Мефодий. Но почему другие, братские славянские народы, – поляки, чехи, словаки, употребляют письмо на латинской основе (кстати сказать, очень неудобное для передачи характерных шипящих звуков, обильных в славянских языках)?

И славянское, и латинское письмо восходят к одному древнему прототипу – греческому алфавиту. Буква «а» и в русской, и в латинской азбуке передает «а», буква «о» – «о», буква «е» – «е» (или «э»). Эти гласные имеют одинаковое звучание в алфавитах на латинской и на русской основе. Но почему в этих алфавитах одинаковые по форме буквы «с», «н», «х» передают различные звуки?

Вряд ли кто, кроме узкого круга специалистов, знает, что наши буквы «ш» и «щ» являются… потомками иероглифов Древнего Египта. Да, тех самых иероглифов, которые удалось расшифровать Шампольону! Последние исследования показали, что детям легче запоминать японские иероглифы, чем латинские буквы, Буквы кажутся им слишком «абстрактными», отвлеченными и похожими друг на друга. А ведь наверняка «каждый грамотный человек» на вопрос: «Что легче изучать – буквы или иероглифы?» – ответит: «Ну, конечно, буквы!»

Мы привыкли к нашему буквенному письму, а также к алфавитным знакам письмен, построенных на латинской азбуке (английский, немецкий, испанский, французский и многие другие языки). И все иные письмена кажутся нам какими-то экзотическими редкостями, пережитком древних эпох. Между тем привычным для нас алфавитным письмом, которым написана и эта книга, пользуется менее половины человечества. Большая часть населения Земли живет в странах, где применяется иероглифическое и слоговое письмо. Кстати сказать, и финикийцы, которых принято именовать «изобретателями алфавита», на самом деле писали слоговыми, а не алфавитными знаками. Да и письмо, которым мы пользуемся, также можно назвать «алфавитом» весьма условно.

«РУССКАЯ ИЕРОГЛИФИКА»

Алфавитным принято называть письмо, где каждый знак передает определенный звук того или иного языка. Но давайте обратимся к нашей русской азбуке. Разве все ее буквы соответствуют одному звуку русского языка? Нетрудно увидеть, что не все.

Вот буквы «я», «ю», «е»… Таких звуков в русской речи нет. И если сделать запись с помощью других русских букв, то вместо «я» получим «йа», вместо «ю»– «йу», вместо «е» – «йе». Или, если прибегнуть к знакам международного фонетического алфавита (вспомните знаки для транскрипции в англо-русских словарях), звучание, передаваемое этими буквами, можно представить в виде «ja», «ju», «je». И это – не отдельные звуки, а сочетание двух – «согласного плюс гласного» – звуков. Иными словами, буквы «я», «ю», «е», – не алфавитные, а слоговые!

Таким образом, в русской азбуке, помимо знаков для отдельных звуков («а», «б» и др.), есть и слоговые знаки. Ну, а что передает буква «мягкий знак»? В русском языке звука, соответствующего ей, нет и не может быть, Буква эта, как вы отлично знаете, означает «мягкость согласного на письме». То есть не сам звук, а определенную характеристику звука (мягкость). Буква «мягкий знак» позволяет нам отличать на письмо слова «мол» и «моль», «кол» и «коль», «топ» и «топь» и т. п. Ибо «н» твердое и «н» мягкое, «л» твердое и «л» мягкое – это разные звуки; передаются же они на письме в первом случае – буквой «л» и буквой «н», а во втором – сочетаниями «ль» и «нь». Значит, в русской азбуке, помимо букв-звуков и букв-слогов существуют еще «вспомогательные буквы», обозначающие не сам звук, а его определенный признак.

Однако и этого мало. Вверху или внизу страниц книг дается их нумерация. Знаки цифр органически входят в наш алфавит. Мы можем записать число «десять» с помощью букв, в виде отдельного слова, и с помощью цифр, – сочетанием «1» и «0». Чем же, являются знаки цифр? Очевидно, что передают они не звук, не слог и не признак звука, а целое слово: «1» передает слово «один», «2» – «две» и т. п. Знаки для слов называются логограммами (от греческого «логос» – «слово»). И в нашем письме не только цифры являются логограммами.

Вот, например, математические знаки `+`, `−`, `!`, `=` и т. д. Каждый из них может быть прочтен как слово: «плюс» или «прибавить», «минус» или «отнять»; «факториал» или «произведение всех чисел от единицы до данного числа» (5! – это произведение 1X2X3X4X5 и т. п.), «равно» или «равняется». Число подобных знаков-логограмм в математике велико – оно значительно превышает число букв русского алфавита. И, помимо математики, многие другие науки широко пользуются символическими знаками, знаками-логограммами. Тут и физика, и химия, и астрономия, и математическая логика. В последнее время специальные знаки-логограммы появляются и в работах биологов, лингвистов, психологов, экономистов.

Впрочем, логограммы употребляются нами не только в специальных статьях и научных монографиях. Своеобразными логограммами можно считать и сокращенные написания слов, аббревиатуры, Например – «ВВС» – «Военно-Воздушные Силы», «и др.» – вместо «и другие», «см.» вместо «смотри», «стр.» вместо «страница», «ТВ» вместо «телевидение» и т. д. и т. п. (это также – аббревиатуры, даже не одного слова, а нескольких: «и так далее», «и тому подобное».

Число различных букв нашей азбуки равно 32 (или 33, если считать еще и букву «ё»). Различных знаков-логограмм насчитывается несколько тысяч. Если исходить из общего числа знаков, употребляющихся в письме, то тексты – во всяком случае, научные тексты – на русском языке следует считать не «буквенными», а «буквенно-логографическими». Часть слов записывается фонетически, с помощью знаков, перестающих звуки или отдельные слоги или признака звуков – вспомните «мягкий знак»), а часть – с помощью специальных знаков-логограмм, означающих целые слова.

Наше письмо, и принципе, могли бы быть чисто фонетическим: все цифры, научные термины и символы можно передавать и с помощью слов, записанных буквами. Не 2x2 = 4, а «дважды два равняется четыре». Не «Н2О», а «аш два о» или просто «вода». «Не „5!“», а «пять в факториале», или «один умноженное на два, умноженное на три, умноженное на четыре, умноженное на пять». Но такой переход на чисто фонетическое письмо нецелесообразен: записи математиков, физиков, астрономов и других ученых стали бы громоздкими, потеряли бы они и строгость в однозначность, свойственную терминам науки. В формуле Е = mс2 каждый символ обозначает одно четко определенное понятие физики. А слова «энергия», «равно», «масса», «скорость», «свет», «квадрат» имеют по нескольку значений.

При желании можно было бы проделать и обратную процедуру: ввести для каждого слова специальный знак-логограмму, а фонетические знаки, передающие не отдельные слова, а лишь слоги или звуки, упразднить. Запись тогда стала бы очень емкой, экономной… Но представьте себе, сколько тысяч и даже сотен тысяч знаков потребовалось бы изучать! Да и как быть со словоизменением, со всеми падежными окончаниями, глагольными суффиксами и т. п.?

В языках типа китайского или полинезийских, распространенных в Океании, слова не изменяются в роде, числе, падеже. Нет там и особых глагольных окончаний. В русском же языке, как вы знаете, есть шесть падежей, три рода, глагол бывает в двух залогах, трех временах и т. д. И все это выражается в виде различных окончаний, «приклеенных» к одному корню. Предположим, что мы ввели знак Н2О – логограмму, обозначающую слово «вода». Как тогда передать множественное число – «воды»? Падежную парадигму «вода – воды – воде – воду – водой – воде»? Вводить особые знаки? Это слишком громоздко. Вероятно, проще! было бы оставить один – «основной» – знак и добавлять к нему окончания, записанные не логограммой, а буквами.

Кстати сказать, именно так мы и поступаем, когда пишем «14-го мая» или «5-е сентября», пли «1-й раз», «3-я попытка» и т. д. Логографическое письмо – письмо, в котором каждый знак передает отдельное слово – слишком громоздко. Письмо чисто фонетическое, как показывает развитие науки на протяжении последних пятисот лет, также нерационально. Поэтому-то мы и пользуемся письмом смешанным, фонетически-логографическим или, как его называют, – иероглифическим.

«Иероглифами» иногда именуют письмо, знаки которого имеют рисуночный характер, являются «картинками». Но ведь не назовем же мы «иероглифами» рассказы-рисунки Херлуфа Бидструпа или вывески! Рисуночный характер могут иметь и знаки-логограммы, передающие слова, и фонетические знаки. В средние века писцы делали заглавные буквы рукописей в виде зверей, птиц и т. п. – но такая стилизация не делает само письмо «иероглифическим». Рисуночный знак нельзя называть иероглифом, если мы не знаем, как он читается, что ему соответствует в языке – звук, слово или же просто какое-то понятие в «языке рисунков».

Вот почему под термином «иероглифика» обычно понимают не письмо, знаки которого имеют рисуночный характер, а письмо смешанное. В нем одни знаки служат для передачи слов, а другие – звуков (или слогов). Таким «смешанным» письмом были и письмена Древнего Египта, и письмена Двуречья, и письмена хеттов, обитавших когда-то в Малой Азии. Таким письмом, по существу, является и наша русская азбука, если вспомнить о тысячах знаков – логограмм, которые применяются в различных отраслях науки.

В древних системах письма, например, в египетской иероглифике, шумерской клинописи, употреблялись так называемые детерминативы, «немые» или «ключевые» знаки. Сами знаки чтения не имели, но указывали, к какому кругу понятий относится то или иное слово, Например, шумеры ставили специальный детерминатив после имен богов. Египтяне сопровождали глаголы, передающие движение, детерминативом-рисунком двух идущих ног и т. д. «Ключи», детерминативы есть и в нашем языке. Это заглавные буквы, благодаря им мы отличаем имя «Лука» от слова «лука»(род, падеж от «лук»), имя «Лев» от названия царя зверей – «лев» и т. д. (В немецком письме – и в датском – заглавными буквами-детерминативами обозначаются вообще все имена существительные!)

Как видите, параллелей с иероглифическим письмом находится довольно-таки много.

ЧТО ТАКОЕ ГРАММАТОЛОГИЯ!

Тайны древних письмен, расшифровка неведомых знаков – область, безусловно, увлекательная и романтическая. Неудивительно, что наш «каждый грамотный человек» знает о древних письменах больше, чем о современных. Между тем неразгаданные письмена – лишь небольшая часть поистине необъятного моря письмен, дошедших до нас из глубины веков. А дешифровка знаков – только начальный этап кропотливой работы историков и филологов над древними текстами.

В наши дни, как и в древние времена, тексты пишутся разными шрифтами и разными системами письма, на различных материалах бумаге, камне, металле. Язык меняется с ходом лет, меняется и письмо, этот язык передающее. Меняется орфография, меняются алфавиты, меняются начертания букв, меняются сами буквы. И темпы изменения языка не соответствуют темпам изменения письма. Сравните, например, изменения в языке, произошедшие со времен Петра Великого, и гораздо более сильные изменения в письме (хотя обычно письмо изменяется медленней, чем язык).

Всеми этими вопросами занимается история письма: начиная с времен палеолита, когда первобытный человек наносил на скалы символические знаки, и кончая современными книжными шрифтами. Но история письма неотделима от его теории, раскрывающей законы, что лежат в основе исторических изменений. А изменения эти поистине огромны: от конкретного рисунка к абстрактной букве, от наскальных росписей до современных электронных вычислительных машин, с которыми путано общаться на «языке цифр» и кодовых программ (так называемая «машинная письменность»). Основные вехи в истории письма ученые смогли наметить уже в XIX веке. Но теоретическое осмысление этой истории начинается только сейчас, когда на помощь пришли точные методы теории информации, кибернетики, теории знаков и других дисциплин, родившихся на «стыке» наук.

История и теория письма имеют не чисто «академический» интерес: лишь на основе законов развития письма можно производить орфографические реформы. Почему мы пишем после буквы «ц» гласную «и», а в слове «цыган» – «ы»? Почему мы говорим «карова», а пишем «корова»? Эти вопросы возникают у нас с тех пор, как мы начинаем учиться письму, управляемому, «нормируемому» орфографией. Орфографические правила– лишь частный случай общей проблемы, – отношения устной речи и письменного текста, будь это русская азбука или японская иероглифика, студенческий конспект или текст для автоматического ввода и электронную вычислительную машину. И с этой проблемой тесно связана другая, столь же древняя, как я само письмо, обучевие грамоте, чтению и письму.

Проблема эта в ваши дни начинает решаться С полиций кибернетики. Мозг рассматривается как ультрасложная вычислительная машина, а правила орфографии – как особые алгоритмы, «программы действия», позволяющие «считывать» текст или, наоборот, кодировать звуки речи в особые знаки письма. И здесь намечается интереснейший «стык» науки о письме и кибернетики, причем на помощь приходят и такие, казалось бы, далекие дисциплины, как физиология, криминалистика, психиатрия, психология…

Что же говорить о связи науки о письме с археологией, этнографией, древней историей, – этими «главными поставщиками» материала!

В последние годы любопытный союз намечается и со сравнительно молодой дисциплиной – социологией. Проблемы национального письма были одними из самых актуальных в ходе культурного строительства в нашей многонациональной стране после Октября. Не меньшую актуальность они имеют сейчас в странах Азии, Африки, Океании, сбросивших ярмо колониализма.

Вопросы, связанные с начертанием знаков, расположением письменных и печатных строк и текстов касаются как науки о письме, так и эстетики – на стыке их появляется «эстетика письма».

Одна из самых насущных проблем современной научно-технической революции и связанного с нею «информационного взрыва» – это проблема создания особого «машинного языка», системы записи, одинаково понятной и мозгу человека, и электронному мозгу вычислительной машины. Проблема эта может быть успешно решена лишь в тесном сотрудничестве науки о письме с теорией автоматов, теорией информации, теорией алгоритмов и другими «кибернетическими» дисциплинами.

Мы говорим «иаука о письме»… Наука, включающая историю письма и его теорию, вопросы орфографии и психофизиологии письма, дешифровки и «машинной письменности»… Как называть эту науку, которая находится еще в пеленках, которая пробует сочетать точные методы математики с традиционными методами исследования, сложившимися в прошлом столетии? Одни авторы называют пауку о письме «графемикой» (от греческого «графо» – «пишу»), другие употребляют термин «грамматография», третьи «филография» («любовь к письму» – название под стать филологии, «любви к слову»). Употребляется даже термин «графология» (обычно применяемый к изысканиям, пытающимся найти связь между почерком и характером человека). На наш взгляд, самым удачным наименованием молодой науки о письме является термин «грамматология». Его ввел в 1952 году известный востоковед И. Е. Гельб в книге «Исследование письма», впервые сформулировавшей круг задач, стоящих перед наукой о письме. Термин «грамматология» принят большинством советских ученых и широко распространен за рубежом, Быть может, в будущем предложат другое, еще более удачное, название для науки о письме. Дело не в термине – ведь и наука о языке, по сути дела, имеет два наименования: «филология» и «лингвистика» (причем последнее не совсем грамотно, ибо соединяет латинский корень «лингва» – «язык» с древнегреческим окончанием «тика»).

С каждым годом становится все яснее, что наука о письме быстрыми темпами превращается в такую же разветвленную, фундаментальную и многогранную отрасль знания, какой стала в нашем веке ее старшая сестра – наука о языке.

Глава вторая. Язык рисунков

«ПРЕДМЕТНОЕ ПИСЬМО»

ы настолько привыкли передавать сообщения с помощью знаков письма, что письмо кажется нам не только самым надежным, но, пожалуй, и единственно возможным способом записи информации. Однако это не так. «Писать» можно не только с помощью знаков письменности, но и с помощью самих разнообразных предметов и вещей.

«Предметное письмо» можно найти в любой части света у народов, не имеющих «настоящей» письменности.

В 1852 году президенту США был доставлен дипломатический пакет, где вместо обычной бумаги с текстом лежали предметы. Индейцы племени моки предлагали дружбу и торговлю. Вот как «рассказал» это письмо индеец, доставивший пакет (очевидно, не надеясь на догадливость президента и его советников): одна из фигур представляет собой народ моки, вторая – президента. Шнурок – это дорога, которая их разделяет; перо, привязанное к шнурку, – место встречи; неокрашенная часть шнурка – расстояние между моки и местом встречи; окрашенная часть – расстояние между президентом и этим местам. Несколько перьев между неокрашенной и окрашенной частями шнурка обозначают племя навахо, что живет между Вашингтоном и моки. Значение же тростниковой курительной трубки, приложенной к пакету, не нужно было объяснять – она давно стала символом войны или мира; принять ее – значило принять дружбу и мир, отвергнуть – вступить на тропу войны.

Разумеется, понять значение шнурков в этом «предметном письме» без помощи переводчика затруднительно. Однако у коренных жителей Нового Света существовало и такое предметное письмо, с помощью которого можпо было записывать самые разнообразные сведения, а затем человек, знающий эту «грамоту», легко мог прочитать «письмо» без переводчика. Речь идет о кипу (или квипу) – «узелковом письме», употреблявшемся в древнем государстве инков, охватывавшем территории нынешних Перу, Боливии, Эквадора, северной засти Чили. Кипу состояли из одного прочного шнура или толстой веревки (узел кипу, найденный в погребении, весил почти 4 килограмма!) и нескольких нитей, укрепленных на ней, «Для войны, управления, дани, церемоний имелись различные кипу, и в каждой из них множество узлов и привязанных нитей– красных, зеленых, голубых, белых и т. д.; так же как мы находим разницу в наших 24 буквах, размещая их различными способами, чтобы передать различные звуки, так и индейцы получали большое число значений при помощи различного расположения узлов и их цветов», свидетельствует испанский историк Гарсиласо де ла Вега, и его сообщению можно доверять, ибо сам он происходил из рода инков.

Таким образом, в письме кипу существовала своего рода «азбука». Например, нить красного цвета означала войско или войну; зеленого – зерно; белого – серебро или предложение мира; желтого – золото; черного – смерть или несчастье. Простой узел передавал числительное 10, двойной – 100, тройной – 1000.

Любопытно, что современные пастухи, индейцы Перу и Чили, и по сей день употребляют шнуры с узлами для «записи» нужных им сведений, Разумеется, это – наследие кипу инков, только узелковое письмо индейских пастухов упростилось по сравнению с кипу.

Но и в других странах когда-то было широко распространено подобного же рода «письмо» – летописи и легенды говорят, что оно было в Китае и Японии, этнографы имели возможность видеть «узелковые записи» на Гавайских островах и у индейцев Калифорнии, на острове Сулавеси и в Анголе, в Океании м Центральной Америке. Да и наши «узелки на память», которые мы завязываем с помощью носового платка, также являются пережитками тип некогда повсеместно распространенного способа записи сообщений.

Схематизация изображения мужчины и женщины (пещеры Испании и Южной Франции).

Какими хитроумными и сложными ни были бы знаки «предметных письмен», вроде перуанского кипу, все-таки эти средства общения ограничены. Кстати нужно сказать, что и по сей день ученые не пришли к единодушному мнению о том, что же представляли собой письмена кипу – есть точка зрения, что никаких сложных записей с помощью узлов и разноцветных нитей сделать было нельзя, и, вопреки свидетельству Гарсиласо де ла Вега, узелковые письмена служили лишь для статистических записей, т. е. были чем-то вроде счетов; есть мнение, что кипу – это комбинации магических чисел, которые выражали представления о созвездиях, охраняющих покой мертвых – ведь недаром кипу находят исключительно в погребениях инков!

«Предметное письмо», знаки собственности, бирки и метки – это лишь первые шаги, сделанные человечеством, чтобы одержать победу над временем и пространством. Однако главный недостаток «предметных письмен», кипу и меток состоит в том, что с их помощью нельзя передать действие, динамику событий и виде развернутого текста. Они, так сказать, статичны, а и силу этого привязаны только к идиому конкретному событию, передают одно сообщение. По уже со иромепп палеолита люди широко использовали и другое средство фиксации событий, происходящих II мире или сознании – речь идет о живописи и непосредственно связаным с нею рисуночным письмом – пиктографии.

ЧТО ТАКОЕ ПИКТОГРАФИЯ

В Испании, в пещере Альтамира, около ста лет назад были найдены удивительно реалистические изображения бизонов, диких кабанов, горных козлов. Здесь же, в пещере, находились следы жилья людей каменного века, живших около 15–20 тысяч лет назад, Но связь между шедеврами живописи и первобытными людьми казалась большинству ученых слишком невероятной. И лишь когда в той же Испании и Южной Франции, а затем и в других местах от Урала до Атлантики были обнаружены новые произведения наскальной живописи и графики, стало ясно: изображения сделаны руками людей каменного века.

Самые древние рисунки имеют возраст двадцать, а то и тридцать тысяч лет. Изображения животных выполнены с поразительным знанием их анатомии и повадок. Но и по сей день остается неясным смысл и предназначение рисунков. С какой целью первобытные мастера покрывали ими стены своих темных пещер? Одни исследователи предполагают, что рисунки передавали «ощущения художника», его радость по поводу удачной охоты. Другие исследователи полагают, что изображения служили своего рода «магическими знаками», рисунками-заклинаниями, с помощью которых можно одолеть могучих бизонов и мамонтов, стремительных козлов и кабанов.

Какая гипотеза права? Трудно ответить на этот вопрос с уверенностью. Ведь едва ли не каждый год приносит новые открытия памятников первобытного искусства (только в Пиренеях известно более ста пещер с живописью палеолита!), а с каждой новой находкой углубляются (а порой и коренным образом пересматриваются) представления о материальной и духовной жизни наших прапрапредков. Но ясно одно: уже с самых первых лет существования человеческого общества у людей появилась потребность не только в звуковом языке, но и в «языке рисунков».



Похожие документы:

  1. Александр Михайлович Кондратов

    Документ
    ... «атлантидах» и рассказывает заключительная книга трилогии, посвященной «новым атлантидам». Александр Михайлович Кондратов Атлантиды ищите на ... механизмом, указывала заглавные буквы, которые соответствовали остальным буквам, выгравированным на пластине, ...
  2. Александр Солженицын Архипелаг гулаг

    Документ
    ... экономист-аграрник Александр Васильевич Чаянов; будущий «премьер-министр» Н. Д. Кондратьев; Л. Н. ... книги: ищется, не оставили ли мы проколов или точек под буквами ... с казаками, эмигрантским корпусом и Михайловичем, и отстаивать Югославию от коммунизма. ...
  3. Архив записей из Гостевой книги 2007-2013 гг. Игорь 28 Август 2013 21: 09 |

    Документ
    ... ряд. мех-вод-Кондратьев Сергей-ряд. ... Владимир Владимирович записан в Книгу памяти. Дубровских Вячеслав ... талантом! Ты - МОЛОДЧИНА с большой буквы - и это правда! С праздником 3-х ... Владлена и майора Черенкова Александра Михайловича.Вас ещет \"Угрюмый ...
  4. Инструкция. Выберите вариант ответа, который Вы считаете правильным, а также подберите в качестве ответа необходимое сочетание букв или цифр. Вкаком районе обитания восточных славян существовало пашенное земледелие?

    Инструкция
    ... ответа необходимое сочетание букв или цифр. В ... пропущенное в тексте: «...Александру Михайловичу было дано княжение, ... » 2) «Степенная книга» З) Хронограф 4) Разрядные книги В честь какого ... Желябов 2)Михаил Муравьев 3) Кондратий Рылеев 4) Павел Строганов ...
  5. Философия политики как предмет и метод. Понятие политического 10 Что мы вкладываем в понятия "философия" и "политика"? 10

    Документ
    ... -- Александра Эткинда8 в книге "Хлыст" и Михаила Агурского в книге "Идеология ... его отцом Алексеем Михайловичем. Развеселые красочные ... бывшего хлыста Кондратия Селиванова. Селиванов ... – санскрита, его отдельных букв, слогов, мистических "заклинаний ...

Другие похожие документы..