Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Парк двигателей переменного тока в различных отраслях весьма велик, при этом большинство из них до сих пор включаются в работу путем прямого подключен...полностью>>
'Документ'
9,1 4,35 1,8 5 0,5 13, 1884,4 1 ,8 8,55 1 1,30 Трубы для газопроводов из полиэтилена ПЭ 100 с желтой полосой (ГОСТ Р 50838-95) (сертификат соответстви...полностью>>
'Документ'
В истории человечества можно выделить ряд учений, которые оказали наибольшее влияние на формирование человеческого мировоззрения. Эти учения объясняют...полностью>>
'Документ'

Главная > Автореферат

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

На правах рукописи

ГОЛЕЧКОВА Ольга Юрьевна

Высшая бюрократия Российской империи в конце XIX – начале XX века: А.А. Половцов и его окружение

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Москва – 2013

Общая характеристика работы

Актуальность исследования. Великие реформы 1860–1870-х гг. способствовали чрезвычайному усилению роли чиновничьего аппарата в управлении Российской империей. Бюрократическая элита постепенно увеличивала свое влияние, проникая во все сферы государственной жизни, и в итоге превратилась чуть ли не в реальный центр силы – своего рода соправителя самодержавного монарха. Попытки Александра III изменить соотношение сил в свою пользу не привели к серьезным результатам. При Николае II элита еще больше вышла из-под контроля верховной власти. Поначалу ее представители рассчитывали усилить собственную влиятельность из-за неопытности молодого императора. В дальнейшем, когда ближе к рубежу веков Николай II выработал собственный стиль поведения с высшей бюрократией и стал гораздо более самостоятельным в принятии кадровых решений, правительственные чиновные круги стали предпринимать попытки сохранить свое прежнее влияние на определение политического курса.

Один из ярких представителей этой высшей бюрократии – член Государственного совета Александр Александрович Половцов – оставил уникальный по содержанию дневник. На страницах этого источника автор затрагивал широкий круг проблем. Он писал о политических событиях, ключевых фигурах той эпохи, детально пересказывал разговоры с ними, а также излагал сплетни и слухи, циркулировавшие в обществе. Диапазон освещенных в дневнике тем, обширность политических связей Половцова и его нахождение в непосредственной близости от эпицентра политических событий вкупе с большим количеством ценной информации, содержащейся в дневнике, позволили автору диссертации выделить такое понятие, как так называемый круг Половцова. Данное понятие использовано в настоящей диссертации для изучения процессов, протекавших в среде высшей бюрократии на рубеже XIX–XX веков.

Использованный подход – сужение объекта исследования до отдельного круга лиц из правительственных сфер, – с одной стороны, позволил диссертанту избежать построения чересчур абстрактных, не основанных на конкретном источниковом материале исторических конструкций и неуместных обобщений. С другой стороны, он способствовал максимальной персонализации описываемых событий. Автор рассматривает целый ряд отдельно взятых сюжетов, прежде чем предложить какое-то их концептуальное обобщение, выводящее на ту или иную характеристику высшей бюрократии. Вместе с тем объем и разнообразие использованных диссертантом источников, ранее не введенных в научный оборот, позволили автору избежать и сведения темы к комбинации тех или иных околобиографических сюжетов. Это позволило аргументировано сформулировать авторскую концепцию о формах бюрократического воздействия на самодержца и о приемах противодействия монарха такому давлению.

Настоящая диссертация посвящена деятельности представителей высшей бюрократии, принадлежавших к кругу Половцова. Автор сосредоточил внимание именно на том, что, как и почему становилось объектом обсуждения и пристального внимания чиновников, входивших в эту группу. Диссертант концентрируется на изучении блока вопросов, связанных с проблемами отставок и назначений ключевых политических фигур. Параллельно с рассмотрением этих событий анализируются проблемы взаимоотношений правительственной элиты и императора. При этом особое внимание уделяется тому, как представители круга Половцова воспринимали монарха, как менялось их отношение к самодержцу. Подобная постановка вопроса позволила автору проанализировать и другую проблему: каким образом информация, полученная отдельными чиновниками в правительственных верхах, транслировалась в общество и какие последствия имел такой ход событий для внутренней политики в целом и для репутации правительства и самодержца.

Таким образом, тема диссертации, основанная на недостаточно представленном в историографии источнике личного происхождения одного из лиц, входивших в высшую бюрократию, и представляющая крайне субъективную – составленную на основании критерия близости к автору данного источника – выборку представителей правительственных кругов, не является классическим биографическим исследованием.

Именно благодаря отходу от жестких рамок политической биографии у автора работы появилась возможность существенным образом расширить диапазон изучаемых проблем. Так, в диссертации, во-первых, анализируется роль неформальных коммуникаций в системе самодержавной власти и механизмах принятия правительственных решений. Во-вторых, разбираются взаимоотношения в среде правительственной элиты, оценивается ее самовосприятие. В-третьих, исследуются особенности восприятия представителями высшей бюрократии самодержца. Подобная проблемная оптика может быть экстраполирована и на другие вопросы, связанные с изучением высшей бюрократии рубежа XIX–XX веков и ее роли в формировании политического курса империи.

Предмет, объект и задачи исследования. Внутренняя политика самодержавия в конце XIX – начале XX века стала основным предметом исследования. Объектом диссертации явилась деятельность представителей высшей бюрократии круга Половцова. Автор рассматривает степень их влияния на кадровые перестановки в правительстве, взаимоотношения элиты и монарха, а уже с этой точки зрения – конкретные факты политической истории России изучаемого периода.

Недостаточное внимание в историографии к предмету и объекту исследования обусловило следующие исследовательские задачи:

Во-первых, реконструировать в хронологической последовательности неизданный дневник Половцова за 1893–1909 гг. как цельный исторический источник и оценить его значение.

Во-вторых, изучить деятельность представителей высшей бюрократии круга Половцова в первые годы правления Николая II, выявить и систематизировать основные проблемы, которые интересовали лиц, входивших в это сообщество, определить характерные для представителей высшей бюрократии приемы воздействия на самодержца.

В-третьих, проанализировать обострившийся на рубеже XIX–XX вв. кризис во взаимоотношениях монарха и правительственной элиты и проследить его развитие вплоть до складывания – после фундаментальных перемен в политической системе империи в 1905–1906 гг. – нового политического режима.

Методологической основой работы стали основные обязательные принципы создания исторического исследования – историзма, научной объективности и системности. На эти методологические основы опирались конкретные методы данного исследования – историко-сравнительный и проблемно-хронологический. Оба метода обеспечили широкие познавательные возможности для всестороннего изучения заявленных проблем.

Хронологические рамки работы определяются в соответствии с предметом и объектом исследования границами неизученного дневника Половцова (1893–1909 гг.). Таким образом, выбранный период позволяет сосредоточиться на тех из рассматривавшихся Половцовым вопросов, которым прежде в исторических исследованиях не уделялось должного внимания.

За исключением отдельных разделов обобщающего характера изложение ведется по хронологическому принципу. Внимание последовательно фокусируется на наиболее важных для представителей круга Половцова внутриполитических и внешнеполитических событиях. В каких-то из этих событий автор дневника сам принимал участие, о каких-то писал достаточно подробно. Хронологическая развертка темы осуществляется путем достраивания излагающихся в дневнике Половцова сюжетов с помощью данных других источников.

Поскольку изложение материала привязано преимущественно к событиям внутренней политики, отобранным в соответствии со степенью внимания, уделенного им автором дневника и его окружением, а не к биографии Половцова, то деление работы по главам соотнесено со значимыми вехами именно правительственной деятельности. Исследование захватывает последний год правления Александра III, затем автор обращается к начальному периоду царствования Николая II. Далее рассматриваются в основном наиболее значимые кадровые перестановки в правительстве и реакция на них представителей высшей бюрократии. Рубежом в исследовании стал 1899 года, а именно – назначение Д.С. Сипягина министром внутренних дел. Данное кадровое решение верховной власти имело особое значение, поскольку может быть воспринято как первое назначение нового императора, явившееся результатом исключительно его собственных размышлений и представлений о том, каким критериям должен соответствовать чиновник, занимающий этот пост. Данное решение вынашивалось императором в течение долгого времени и состоялось, несмотря на мощную оппозицию в среде бюрократии и на лоббирование других кандидатов ближайшими родственниками монарха. Затем автор разбирает ключевые события внутренней политики 1899–1906 гг., останавливаясь в том числе на выборе преемника Сипягину, а затем на отдельных сюжетах революционного периода, особенно важных для круга Половцова. Диссертант показывает, что верховная власть оказалась вынужденной все чаще прибегать к лавированию, обращаясь и к элементам модернизационной политической культуры. Последующий период, отраженный в дневнике достаточно фрагментарно, рассматривается преимущественно с точки зрения информационной ценности сведений, приводимых Половцовым, и возможности их интерпретации путем сопоставления с данными других источников.

Степень изученности проблемы. В силу специфики темы диссертации автор был вынужден проследить развитие ее историографии по двум основным направлениям. Во-первых, рассмотрено изучение деятельности непосредственно самого Половцова. Во-вторых, прослежена эволюция исследования высшей бюрократии Российской империи конца XIX – начала XX века.

Биография Половцова – государственного деятеля, мецената, главы Императорского Русского исторического общества, издателя, мемуариста и, наконец, влиятельного приближенного Александра III – до сих пор не подвергалась специальному комплексному изучению. В исторической науке разрабатывались лишь отдельные вопросы. Так, П.А. Зайончковский рассматривал период пребывания Половцова на посту государственного секретаря. Ученый подготовил текст дневника этого периода к публикации1. Кроме того, вышло несколько работ о культурно-просветительской деятельности Половцова2. Между тем его деловая активность так и не стала объектом отдельного анализа. Примечательно, что практически все авторы работ о Половцове находят его финансовые дела крайне неутешительными, но при этом оперируют одной и той же цитатой из мемуаров С.Ю. Витте3. М.В. Друзин уделил внимание промышленной деятельности Половцова в Богословском горном округе в общей статье об уральских горнозаводчиках4.

Вышло несколько биографических статей о Половцове. Так, сразу после его смерти в 1909 г. в ряде журналов были помещены краткие справки о его жизнедеятельности5. В 1966 г. П.А. Зайончковский, публикуя дневник, подготовил достаточно подробный очерк о Половцове6. Ученый вкратце охарактеризовал его взгляды и деятельность. В частности, в статье уделено особое внимание участию Половцова в работе Императорского Русского исторического общества. Кроме того, в очерке проанализирован дневник, но, как показывает автор диссертации, П.А. Зайончковский сконцентрировался на описании лишь опубликованного им дневника (1883–1892 гг.), что привело к некоторым неточностям в анализе наследия Половцова более позднего периода (1893–1909 гг.).

Новый виток интереса к биографии Половцова относится уже к постсоветскому времени. В 1993 г. появилась работа И.Г. Непеина7. В справочнике Д.Н. Шилова была опубликована биографическая статья о Половцове8. В 2006 г. в журнале «Наше наследие» вышла упоминавшаяся выше статья Г.Е. Прохоренко. Авторы этих работ пользовались преимущественно дневником, изданным П.А. Зайончковским. Также перечисленные авторы главным образом отталкивались от его же биографической статьи о Половцове. В 2008 г. в статье опять же биографического характера С.А. Никитин дал более подробную характеристику Половцову, но не привел каких-либо принципиально новых данных. По всей видимости, названный исследователь также анализировал преимущественно дневник 1883–1892 гг., поскольку в статье он ошибочно указал, что «дневник Половцова полностью расшифрован по подлиннику и издан заново»9.

История изучения высшей бюрократии Российской империи конца XIX – начала XX века выглядит более внушительной. Начало этой историографической линии было положено еще дореволюционными исследователями. Между тем в дореволюционной историографии тема поднималась нечасто либо изучалась односторонне. Такая ситуация была обусловлена прежде всего политической обстановкой в стране, наличием цензуры. Значительная часть работ данного периода содержит ярко выраженную негативную оценку бюрократии. Б. Брозоленко отмечал оторванность чиновников от жизни, связывал с ними «господство рутины и сухого формализма», «неоправданную централизацию власти и подавление всякой самодеятельности в обществе и возможности контроля со стороны»10. И. Ольшевский и Е.П. Карнович писали о формализме делопроизводства, волоките как характерных особенностях российской бюрократии11.

Л.А. Тихомиров подробно рассмотрел функции и роль высшей бюрократии. По его мнению, одной из главных причин неустроенности государства стали реформы Александра II, которые наградили чиновничество чрезмерной властью. С 1861 г. высшая бюрократия все более узурпировала власть, что привело к нарушению принципа самодержавия в России12. Б.Н. Чичерин также видел в бюрократии деструктивную силу. Он полагал, что «корень» «главного зла России» – царствовавшего повсеместно «безграничного произвола» – заключался в «бюрократическом управлении», которое «все более и более» захватывало «власть в свои руки». Необходимо было «вырвать монарха и развращающего влияния господствующей бюрократии»13.

П.Н. Семенов в работе «Самодержавие как государственный строй» отметил, что причиной нарушения функционирования самодержавного аппарата стали реформы Александра I, модифицировавшие бюрократическую систему. С учреждением министерств в 1802 г. верховная власть (император) была поставлена в положение «премьера» над бюрократией, утратив возможность лично следить за ходом конкретных дел. Это привело к «расхищению верховной власти» и к воспроизводству странной формы правления, извращенной олигархии, состоявшей из случайных, постоянно менявшихся лиц. Такие лица, по словам автора, прикрываясь верховной властью, «черпали» в ее санкции безответственность и тем самым компрометировали ее14.

Таким образом, дореволюционные авторы давали в основном частные оценки отдельных сторон деятельности бюрократии. Кроме того, ими было сконструировано несколько моделей функционирования самодержавного государства. Но из-за ограниченной источниковой базой, а также общего – преимущественно публицистического – характера исследований ни одна из проблем изучения высшей бюрократии не получила в этих работах глубокого развития.

После 1917 г., в первые десятилетия советской власти, вопросы функционирования самодержавного государства, его институтов и высшей бюрократии не находились в поле зрения историков и исчерпывались общими рассуждениями о кризисе царизма. Если в каком-либо контексте и говорилось о чиновничестве, то исключительно штампами об антинародной сущности бюрократии15.

Интерес к истории самодержавия в целом и к деятельности высшей бюрократии в частности заметно возрос во второй половине 1960-х гг. Как отметил Ю.Б. Соловьев, такой поворот произошел в связи с «полувековым юбилеем свержения царизма». Актуальной стала считаться проблема кризиса самодержавия, исследователи обратились к изучению причин упадка этого государственного строя16. В 1968 г. первым изданием вышла монография Н.П. Ерошкина «История государственных учреждений дореволюционной России»17, в которой автор дал общую характеристику государственного аппарата царской России.

В 1970 г. была опубликована книга П.А. Зайончковского «Российское самодержавие в конце XIX столетия». В ней рассматривались деятельность высших государственных учреждений, функционирование местного аппарата управления, а также конкретные преобразования эпохи Александра III18.

Стали появляться исследования, авторы которых более обстоятельно изучали те или иные государственные учреждения, а также их личный состав. В этом ряду выделяется еще одна работа П.А. Зайончковского «Правительственный аппарат самодержавной России в XIX веке»19. В 1969 г. вышел труд С.Л. Эвенчик об одном из видных представителей высшей бюрократии изучаемого периода – К.П. Победоносцеве20. В серии работ Ю.Б. Соловьева исследована тема взаимоотношений самодержавия и дворянства21.

В 1984 г. был издан коллективный труд (Б.В. Ананьич, Р.Ш. Ганелин и др.) «Кризис самодержавия в России, 1895–1917 гг.» В этой работе отношения между высшей бюрократией и императором и в среде представителей бюрократии нередко упрощались до таких штампов, как, например, «разгул распутинщины» и «очевидный развал власти». Характерно преувеличение политической роли императрицы Александры Федоровны. Неоднократно говорится о «политике Александры Федоровны и Николая II», то есть императрица вводится в политическое пространство в качестве ведущего субъекта власти. Между тем определенным достижением работы по сравнению с предыдущей советской историографией является попытка выделить отдельные группировки в правительстве. В частности, авторы говорят об особой роли группы, сложившейся вокруг вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Изучению подвергнуты конкретные правительственные меры и деятельность отдельных политических деятелей, таких как Витте, И.Л. Горемыкина, В.К. Плеве. Также можно заметить отхождения от утвердившегося в советской историографии мнения, что за императора правило его окружение. Авторы изучали процесс влияния ряда политических фигур на императора, а также то, каким образом могло оказываться давление на персону монарха и лоббирование отдельных мер. Так, указывается, что Плеве попал на пост министра внутренних дел по рекомендации В.П. Мещерского. Тем не менее нельзя не заметить, что авторы несколько преувеличивали роль отдельных представителей высшей бюрократии в их отношениях с монархами. Например, они считали возможным отметить, что влияние М.Н. Каткова и К.П. Победоносцева на политику Александра III было столь велико, что в бюрократических кругах их «не без основания рассматривали» «как второе правительство, существовавшее рядом с законным»22.

В целом в советский период значительно расширился круг изучаемых источников по истории бюрократии, исследования приобрели конкретно-исторический характер. В то же время общие выводы этих исследований, обусловленные идеологизированностью гуманитарных наук, оставались прежними и сводились к констатации безликости русского чиновничества, выставлению бюрократии как слепого инструмента в руках самодержавия.

В постсоветский период тематика исследований высшей бюрократии значительно расширилась. Более представительной стала и источниковая база работ. Все это позволило существенным образом уточнить роль и место высшей бюрократии в системе управления Российской империи.

В 1996 г. Б.В. Ананьич, Р.Ш. Ганелин и В.М. Панеях опубликовали книгу «Власть и реформы. От самодержавной к советской России», ставшую переработанным и существенно расширенным в хронологическом отношении изданием упомянутого выше коллективного труда 1984 г. В данной работе авторы отказались от некоторой марксистской терминологии и особо радикальных выводов, но основной подход остался тем же. В частности, авторы указали, что реформаторство в России никогда не затрагивало самодержавных основ власти23. Кроме того, в этой книге были сокращены некоторые разделы изучаемого периода.

В 1970–1980–е гг. роль вышей бюрократии в формировании аграрной политики на рубеже XIX–XX вв. подробно освещалась в работах М.С. Симоновой, самой обширной из которых стала монография «Кризис аграрной политики царизма накануне Первой русской революции»24. А.В. Ремнев изучал роль Комитета министров в системе органов власти Российской империи25. В 2010 г. на основе его кандидатской диссертации была издана монография26.

В 2010 г. вышла книга А.Ю. Полунова о Победоносцеве, подготовленная на основе докторской диссертации. В работе пересмотрена принятая в историографии концепция относительно влиянии Победоносцева на политику самодержавия. Признавая его роль в правительстве Александра III, автор утверждает, что невозможно говорить о Победоносцеве как о «неформальном премьер-министре». Более того, по мнению исследователя, влияние обер-прокурора Синода уменьшилось в последние годы правления Александра III и возрасло только с восшествием на престол Николая II27.

В 1999 г. была опубликована совместная книга Б.В. Ананьича и Р.Ш. Ганелина «Сергей Юльевич Витте и его время»28. Исследователи представили Витте как одного из лидеров высших бюрократических кругов своего времени, проанализировали его взаимоотношения с другими фигурами государственного олимпа, проследили динамику расстановки сил в правительстве на рубеже XIX–XX веков29. Почти одновременно, в 1998 г., вышла книга А.П. Корелина и С.А. Степанова о Витте, в которой подробно характеризуются программа преобразований этого политического деятеля, его отношения с П.А. Столыпиным и многие другие вопросы, значимые для оценки деятельности и властного ресурса высшей бюрократии30. В том же году была издана монография В.Л. Степанова о Н.Х. Бунге. Исследователь считает, что реализация намеченной реформатором программы могла бы стать исторической альтернативой развития России31.

В последнее десятилетие деятельность отдельных политических фигур нередко становилась темой кандидатских диссертаций32.

Проблему взаимоотношений бюрократической элиты периода русско-японской войны изучал И.В. Лукоянов33. В 2009 г. на русском языке вышла работа канадского историка Д. Схиммельпеннинка ван дер Ойе о политике самодержавного правительства в отношении Японии34. Американский исследователь Питер Уолдрон предложил концепцию функционирования романовского режима на протяжении всего трехсотлетнего периода его истории35.

Н. Элиас36 и позднее Р. Уортман37 продемонстрировали, как самодостаточным объектом исследования может стать двор суверена и придворное сообщество во всех своих социокультурных коммуникациях – как непременный элемент пространства власти, сложный социальный организм с системой иерархии, распределения ролей и символических ритуалов.

Новым направлением исследований стало изучение союзов, локальных сетей, коммуникаций представителей элиты. Одной из подобных коммуникационных институций стали салоны начала XX в., о которых были написаны сразу две заметные работы – книга М.М. Леонова о салоне В.П. Мещерского и более обобщающее исследование Д.И. Стогова. Леонов предпринял попытку разобраться в «дружеских» связях российской бюрократической элиты и исследовать салон Мещерского как площадку для контактов правительственных чиновников и представителей общественности38. Темой работы Стогова стали правомонархические салоны и их взаимоотношения с властью самодержавной России39.

Таким образом, за последние десятилетия в отечественной и зарубежной историографии была проведена значительная работа по изучению как деятельности высшей бюрократии в целом, так и ее отдельных представителей. Однако весь этот массив исследований так и остается неиспользованным для реконструкции подробной и обстоятельной биографии Половцова, его взглядов и общественно-политической деятельности. Причина подобного невнимания к указанному представителю высшей бюрократии заключается в том, что кроме дневников самого Половцова и отдельных кратких упоминаний в источниках личного происхождения, вышедших из круга его современников, практически не сохранилось других документов об этом деятеле. В то же время имеющиеся на сегодняшний день наработки в изучении высшей бюрократии имеют для настоящей диссертации главным образом рамочное значение. Они ценны именно своим проблемным диапазоном, но вместе с тем практически никак не затрагивают те сюжеты, которые рассматриваются в настоящей диссертации. Именно поэтому в ходе своего исследования автор диссертации не ссылается на работы предшественников. В тех случаях, когда диссертант разбирает проблемы, становившиеся ранее в той или иной мере объектом исследования, эти проблемы получают принципиально новую интерпретацию.



Похожие документы:

  1. Пособие для поступающих в вузы

    Реферат
    ... половцами ... Российской империи"), а также составлен "Свод законов Российской империи ... высшей бюрократии ... конце XIX- начале XX в. в российской прозе продолжался расцвет основного литературного направления второй половины прошлого века ... его окружения, началом ...
  2. Н. М. Карамзин «История Государства Российского»

    Документ
    ... ежегодные набеги половцев, постоянные ... здание Российской империи потрясло мощное ... высших рядах царской бюрократии и ... со всем его окружением. Отношение к ... марксистами в конце XIX века многих основополагающих ... начале XX века. В 1906 г. появился его ...
  3. Н. С. Присяжный Авторский коллектив

    Документ
    ... его окружение были ... XIX веке 4.6.1. Экономическое развитие России в первой половине XIX века В первой половине XIX века Российская империя ... конце XIXначале XX века. ... бюрократия и тесно связанная с ней крупная буржуазия, часть кадровых военных и высшее ...
  4. Александр Николаевич Боханов Николай II

    Документ
    ... начале XX века русско японская война и последующие социальные волнения в Российской империи ... характеризовавших русскую политическую сцену в конце XIXначале XX века, верующий в Бога, почитающий ... царем и его окружением. Но ведь в конце концов дело было ...
  5. Литература светлой памяти великого русского

    Литература
    ... начале XX века человек, получая высшее ... открытий в конце XIX начале XX веков, дали настолько ... веков, в результате постоянных войн Киев­ской Руси с печенегами, хазарами и половцами ... Российской империи ... коррумпированной бюрократии». ... недр его окружения.... ...

Другие похожие документы..