Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Урок'
Образовательная - ознакомить учащихся с классификацией текстильных волокон; познакомить обучающихся с наиболее распространенными растениями - источник...полностью>>
'Документ'
3.1. В графе "А" формы по строкам указываются типы объектов, подлежащие обследованию и указанные в Приложении (относящиеся к транспортным средствам; о...полностью>>
'Документ'
70-80 шерашкахь литература кхиаран коьрта башхаллаш. Проза,драматурги: Хамидов 1-Хь, Айдамиров А. кхоллараллин обзор."Д1а коч - схьа коч"; "Дарц" цхьа...полностью>>
'Документ'
В целях выполнения требований Правил благоустройства территории города Иркутска управлением по охране окружающей среды и экологической безопасности Ко...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

Андреев Э.М.

д.филос.н., профессор, действительный член Российской академии социальных наук, гл.н.с. ИСПИ РАН,

ПРОЕКТОЛОГИЯ КАК ОСНОВА МЕТОДОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ И РЕШЕНИЯ КЛЮЧЕВЫХ ПРОБЛЕМ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ

Ключевые слова: методы и технологии социального проектирования, синергетика, модернизация России, евразийский проект.

В связи с необходимостью масштабной модернизации и адекватного новой социальной реальности реформирования российского общества особую актуальность в современный период приобретают вопросы и проблемы социального проектирования. Для успешной разработки и реализации эффективных социальных проектов решающее значение имеют научное исследование методологии и практическое совершенствование технологии социального проектирования. При этом следует иметь в виду, что в современном мире происходит принципиальное изменение методологии научных исследований и разработки новых технологий.

В основу современной методологии науки закладываются процессы самоорганизации. То же самое происходит и при разработке новых технологий. Так, к примеру, главная идея нанотехнологий, по Фейнману (1959 г.), состоит в том, чтобы получать совершенные материалы, не имеющие дефектов на атомном уровне. Это придаёт этим материалам новые физико-химические свойства. Размещая же атомы от наноуровня к макроуровню, создать новый материал в промышленных масштабах невозможно, поскольку потребуется больше времени, чем существует вселенная. Выходом из положения и является самоорганизация. Иначе говоря, необходимо создавать не конкретные материалы путём механического перемещения атомов, а такие условия, при которых атомы сами займут те положения, в которых мы хотим их видеть. Для этого надо очень хорошо представлять себе методы и способы самоорганизации и конструировать соответствующие модели. Именно поэтому теория самоорганизации, или синергетика (от греческого – «совместное действие»), всё чаще рассматривается как новая методология науки и ключ к новым технологиям.1

Однако в какой конкретной форме наиболее успешно реализуется ныне синергетический подход в единстве данных названных качеств? Ответ на этот вопрос дают сама жизнь, современная теория и практика: таковой одной из первых следует выделить проектологию.

29 мая 2014 года в г. Москве Российской академией наук, Научным советом РАН по проблемам евразийской экономической интеграции, модернизации, конкурентоспособности и устойчивому развитию при участии других российских и зарубежных интеллектуальных центров была проведена Международная научная конференция «Проблема устойчивого развития человечества в системе «природа – общество - человек». Она была приурочена к 90-летию выдающегося российского учёного П.Г. Кузнецова (1924 - 2000) – одного из тех, кто стоял у истоков разработки нового научно-практического направления, связанного с проектологией.

В своей работе «Проектология» П.Г. Кузнецов подчёркивает, что сам этот термин был использован им ещё в 70-х гг. XX века в надежде, что наступит такое время, когда потребность человечества в проектировании своего собственного будущего должна будет породить новую профессию – инженеров истории. Рассматривая проектологию как синтез двух направлений развития разума человечества – технетики (Г. Крон) и социоэтики (немецкая классическая философия), учёный считал, что если говорить точнее, то обе части можно рассматривать как замысел Н. Кузанского. Вернувшись почти на шесть веков назад, мы можем найти общий источник как технетики, так и социоэтики. Развитие последней кажется совсем независимым от развития технетики, но именно здесь мы и обнаруживаем необходимость их органического синтеза. Как сама технетика, так и её основы, лежащие в математике и в физике (лучше говорить в математической физике) встретились с непреодолимыми трудностями. Разрешение этих трудностей оказалось невозможным без социоэтики. Это тот же самый разрыв, который с потрясающей силой выразил великий И. Кант, - между звёздным небом над головой и нравственным законом внутри нас.1

Именно Н.Кузанскому принадлежит мысль о связи ума и измерения. Далеко не всем известно, что он считал «tens» («дух») производным от «tensurare» (от «измерения»). В этом смысле «умный» - это человек «измеряющий». Такое «обожествление» измерительных процедур в наблюдении природы, рассматриваемой как продукт творения, считал П.Г. Кузнецов, есть единственный путь к постижению акта творчества.2

У технетики и социоэтики имеются свои аналитики и синтетики. Первые предполагают «овладение знанием» своего предмета. Однако владение знанием ещё не означает умения пользоваться им в решении проблем, которые ставит перед человечеством сама жизнь! В связи с этим обнаруживается противостояние аналитики и синтетики. Условно их можно разделить на два течения, отмечает П.Г. Кузнецов. Одно идёт к пониманию истории как процессу, в котором должно быть определено место Человека и разума в безграничном Космосе, т.е. мы имеем дело с вопросом о смысле жизни. Мы ждём ответа на этот вопрос из анализа исторического опыта человечества. Но «история ничему не учит. Она не Учитель, а Надзиратель. Она лишь жестоко наказывает за незнание её уроков». Актуальность этой фразы, сделал вывод учёный, весьма важна и в наши дни.

Переход от аналитики к синтетике, определяет он, есть переход к вопросу: «Что делать?» Теперь мы можем назвать ту область, в которой мы встречаемся с синтетикой в социоэтике. Это область целевых комплексных программ, тех самых, которые обеспечивают превращение возможного в действительное. Последние и представляют собой типичный пример человеческого творчества в разработке планов коллективных действий. Другим примером этой области является «конструирование организацией».

Научные результаты, какими бы они ни были и в какой бы предметной области они ни получены, сохраняются в «памяти» человеческой цивилизации в форме математического описания. В настоящее время, в связи с развитием вычислительной техники, эти результаты могут храниться в «памяти» вычислительных машин, образуя своеобразный «банк научных теорий». Синтез техники и социоэтики, продолжал свои определения П.Г. Кузнецов, состоит в том, что проектология имеет дело не только с правильными, но и истинными теориями – вне зависимости от предметной области как в живой, так и в неживой природе. Соответствие предсказаний с экспериментальными данными, наблюдаемыми в реальности, называется истинностью теории. Мы нуждаемся в инструменте или в методе, который управляет процессом создания научных теорий.1

Всю науку и всё искусство проектологии, по П.Г. Кузнецову, можно рассматривать как овладение методом совершения открытий. Великие педагоги всегда мечтали о превращении учёбы в процесс познавательного творчества или в процесс творческого познавания. Все должны почувствовать в жизни непередаваемую радость акта творчества, акта совершённого открытия. На этом фоне видно скудоумие того, что называется «бюрократией», - мы всё время слышим жалобы государственных мужей, что на решение тех или иных проблем у государства нет денег. «Полноте, не мелите вздор! – отвечал на это П.Г. Кузнецов. – Если чего-то не хватает, так это умишка! Мозгов не хватает, а не денег».1 Ведь уже все финансовые магнаты обнаружили, что лучший способ богатеть – это сидеть на типографском станке, который печатает денежные знаки. «Открытие», совершённое мировой финансовой олигархией, без всякого сомнения, требовало ума, но открытия подобного рода не относятся к классу открытий, которые решают проблемы будущих поколений. Когда лопнет эта финансовая авантюра, тогда и наступит эра проектологии, делал своё сбывающееся ныне предвидение российский учёный, разрабатывавший методологические проблемы и модели масштабных проектов.

Метод, который отличает проектологию от метода математической логики, писал он, есть метод анализа и разрешения противоречий. Кое-что о природе этого метода удалось узнать разработчикам диалектической логики. Это был необходимый, но ещё недостаточный результат разума. Фактически же мы имеем дело с научной революцией, поскольку наука переходит от описания природы как мира пространственно-протяжённых тел к совсем другому миру – миру движений. Если первому миру соответствует математический мир, т.е. мир математической логики, то другой мир есть мир движений, которому соответствует мир диалектической логики. Только последняя и позволяет говорить о «постижении непостижимого». Н.Кузанский говорил об этом непостижимом как о постижении бесконечного. В этом смысле все виды математического описания реальности есть описания конечного мира, а для понимания этого мира необходимо понимание бесконечного.2

Некоторый намёк на различие между описанием и пониманием можно получить, отмечал П.Г. Кузнецов, если попытаться понять фундаментальное различие (и даже противоположность) между человеком и вычислительной машиной. Само собой разумеется, что существует тождество между человеком и машиной, состоящее в том, что они оба могут обнаружить различия в двух текстах. Однако они противоположны в том, что слова текста у человека сопровождаются возникновением образов, а у машины при любом тексте образов не возникает.

Образ, вызываемый чтением текста, есть смысл. Именно наличие смысла отличает разум математика от вычислительной машины, но обращение к смыслу, т.е. к образу, который скрыт за значком математической теории, требует, по П.Г. Кузнецову, величайшей деликатности.3

***

Проектология в судьбоносной для России истории – это не какая-то чисто внешняя, случайная и конъюнктурная, абстрактная по отношению к реальной человеческой жизни категория, а её внутренняя черта, поистине фундаментальное и глубинное свойство, способность не только к выживанию, но и к повышению уровня жизнедеятельности, развития государства и общества. Благодаря этому свойству, этой способности Россия в течение всей своей истории совершила немало настоящих прорывов в развитии, каждый из которых можно рассматривать как новый мегапроект. При этом важно подчеркнуть, что сфера «проектирования» судьбы страны всегда выходила за рамки чисто материального прагматизма.

Начиная с принятия христианства – духовного «мегапроекта» - через титаническое собирание русских земель вопреки междоусобицам и смутам, ордынскому игу и т.д. – Россия осуществила грандиозный имперский проект Петра I, осознала себя как «Третий Рим», реализовала масштабный социалистический проект, создала развитую индустрию, системы здравоохранения и национальной безопасности, науки, образования и культуры. В нашем недавнем советском прошлом было реализовано немало успешных и значимых больших проектов, оказывающих позитивное влияние на жизнь народа не только в рамках одной отрасли. Так, в своё время проект строительства Транссиба дал большой толчок к развитию не только прилегающих регионов, но целых отраслей промышленности. Комплексными явились проекты ГОЭЛРО, атомный и космический проекты, развитие авиационной промышленности, железнодорожного транспорта, систем телерадиокоммуникаций и т.п.

Современная Россия также готова и стремится к продолжению традиции развития через реализацию крупных инфраструктурных, экономических и духовных проектов. Среди недавних успешных больших инфраструктурных проектов можно назвать создание спортивно-рекреационного кластера и проведение Зимних Олимпийских игр в Сочи; развитие инфраструктуры на дальнем Востоке для проведения форумов АТЭС; строительство автомобильных и железных дорог; проект по развитию высокоскоростного железнодорожного транспорта; расширение сети телекоммуникаций, развитие Интернета. Данные проекты являются важными, развивающими страну, улучшающими жизнь её народа. Однако Россия ныне ставит перед собой задачу осуществления принципиально новых мегапроектов, которые позволят двигаться в направлении освоения нового высокотехнологического уклада, формирования иной для современного мира модели управления и на этой основе – достижения высокого качества жизни и повышения потенциала человеческого развития.

Наступил период, когда своё будущее Россия должна выстраивать в качестве самостоятельного цивилизационного центра, вступающего в иной фазис интеграционных взаимодействий с другими центрами, осознанно формируя свой собственный самобытный путь, опираясь при этом на свою ценностную матрицу.1

Тесная интеграция на новой ценностной, политической, экономической основе, считает президент России В.В. Путин, - это веление времени. Мы предлагаем модель мощного наднационального объединения, способного стать одним из полюсов современного мира и при этом играть роль эффективной «связки» между Европой и динамичным Азиатско-Тихоокеанским регионом.2

Классическое евразийство в этих условиях как бы обретает второе дыхание, к нему возникает повышенный интерес, поскольку оно, несмотря на всю свою противоречивость, представляет собой сегодня единственный концептуальный социальный проект, который способен предложить реальную позитивную социально-гуманитарную программу – доминанту интеграции.3 Евразийский союз – это проект сохранения идентичности народов, исторического евразийского пространства в новом веке и в новом мире. Евразийская интеграция – это шанс для всего постсоветского пространства стать самостоятельным центром глобального развития, а не периферией для Европы или Азии… Это единение, в котором каждый сохранит своё лицо, свою самобытность и политическую субъектность. В своём выступлении на заседании клуба «Валдай» президент страны особо выделил следующий вывод: вместе с партнёрами будем последовательно шаг за шагом реализовывать этот проект. И мы рассчитываем, что он станет нашим общим вкладом в сохранение многообразия и устойчивости мирового развития…4

Таким образом, новый российский интеграционный проект для Евразии – это глобальная заявка на самостоятельную, конструктивную позицию в мире, на создание иной, основанной не на принципах атлантизма и неолиберализма социально-экономической, социально-политической и социально-культурной систем. Этот геополитический проект в отличие от западного – не проект потребительского общества, нацеленного на взращивание «квалифицированного потребителя», который способен умело пользоваться результатами деятельности других. Евразийский проект сегодня призван, может и должен быть основан на антиэксплуататорском мировоззрении, на социально-культурной миссии. Причём, двойной миссии, ибо, сохранив себя как альтернативу Западу с его политикой «управляемого хаоса на пространствах Евразии», он будет по мере своей реализации способствовать развитию различных общественных систем, а значит, утверждению многообразия и уникальности всего мира в целом.

Весьма характерно, что мишенью Запада на пространстве Евразии является не столько какая-либо из конкретных идеологий развития того или иного проекта, осуществляемого Россией, сколько сама российская проектность как таковая.1 В то же время непонимание, равно как и игнорирование современного проектного характера всемирно-исторического процесса ведёт к глубоко ошибочному видению России только как части Европы, либо к представлению о том, что в западных проектах России нет места вообще, либо к предположению о ее возможном расчленении или низведении до уровня сырьевого придатка.2

Между тем потребность в интеграции и консолидации своего цивилизационного пространства, а значит, в формировании и реализации собственного глобального и целостного проекта для России естественна и объективна. Для проектирования же и осуществления столь масштабных процессов в истории, каковыми являются ныне экономические, социально-политические и культурные процессы евразийской интеграции, необходимы также и определённые объективные основания. И они у России имеются и заключаются в самой большой и богатой ресурсами территории в мире; выгодном пространственном положении; особом культурно-цивилизационном коде, культуре, религии; в выдающихся научных достижениях; успешном опыте создания сверхсложных технических и социальных систем; в опыте переустройства мировой социально-экономической системы и в практике системного антикапитализма и др.3 Поэтому именно Россия как геополитический центр Евразии, обладающий самыми мощными на постсоветском пространстве экономическими, военными, политическими, информационными и психолого-волевыми ресурсами, исторически призвана стать одним из основных центров и стержней новой архитектоники мира.

На самом деле, в обозримой перспективе предполагается, что речь идёт вовсе не о какой-то реставрации разрушенного СССР, а, прежде всего, о реинтеграции на иной, по-новому демократической и культурной основе той евразийской общности исторически связанных и родственных народов СНГ, которая перед лицом новой социальной реальности, вызовов и рисков современного сложного и динамично развивающегося мира им всем необходима.

Не секрет, что в целом представленные политическим руководством России к обсуждению и для реализации новые концепты и идеология развития, а также Евразийский интеграционный проект, вне сомнения, содержат целый ряд позитивных идей, положений, установок и позиций. Однако вместе с тем они вызывают и немало конкретных вопросов, касающихся сегодняшней ситуации в стране: о причинах стагнации российской экономики; о результатах реализации шести национальных проектов и стратегий инновационного развития, модернизации; о реформах политической системы, сфер образования, науки и культуры; решении многих других проблем, связанных, прежде всего, с серьёзным отставанием России в повышении человеческого потенциала, а также с определёнными показателями макропсихологического состояния российского общества, уровня его субъектности, человеческого развития в целом и др.

Проблема - не в том, чтобы избежать рисков и уязвимости вообще, а в адекватных выборах возможных альтернатив действия в контексте сложного социума, его кризисных состояний: в отказе от какого-либо радикализма, утверждений гуманистически ориентированной модернизации, новой экологической и социальной политики и т.д. Эти уязвимости и риски можно не только минимизировать, но и предотвратить с помощью интегрального теоретико-методологического инструментария, основанного на полипарадигмальности современного знания, на новом синтезе естественных, социальных и гуманитарных наук, на содружестве политической элиты и учёных.1

Жизнеспособность государственности и общества в России и других странах определяется ныне, прежде всего, тем, как они проектируют и «производят» своё будущее. Инновационная система управления, опираясь на достижения современной науки, рассматривает будущее не как угрозу и не как следствие, а как причину настоящего. Поэтому она стремится к формированию социального взаимодействия нового типа, которое всё больше включает в себя культурные составляющие и всё больше подчиняется логике культурно-духовной коммуникации. Сама культура при этом является способом ценностного, смыслового понимания реальности, качественной оценки и освоения гуманистических норм жизни, т.е. сферой поиска, проектирования и конструирования новых социальных и личностных источников и устоев человеческого мира, без которых невозможно сформировать общество, базирующее собственное благосостояние на внутреннем развитии своих граждан и не позволяющее приносить их в жертву очередным проектам «светлого будущего», навязанного им новоявленными реформаторами извне.

Таким образом, историческая миссия России как государствацивилизации настоятельно требует ныне реализации не только очередных проектов развития транзитных инфраструктур или структур освоения месторождений сырья, имеющих узконаправленный, узкоспециальный характер, но и осуществление проектов создания инфраструктуры следующего уровня человеческой цивилизации, связанного с солидарным развитием различных стран, народов и культур. По сути, речь идёт о создании альтернативы неолиберальной парадигме глобального доминирования. И такие проекты в России уже есть. Одним из них, с нашей точки зрения, может стать проект Транс-Евразийского пояса RAZVITIE (ТЕПР).1

1 Иванов В.В. Какая наука нужна России? // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник. Вып. 9. Ч.I / РАН. ИНИОН. Отд. науч. сотруд.-ва и межд. связей. Отв. ред. Ю.С. Пивоваров. - М., 2014. - С.78.

1 Кузнецов П.Г. Из научного наследия мыслителя. К 90-летию со дня рождения Побиска Георгиевича Кузнецова (1924-2000). - М.: Концепт, 2014. - С.95-96.

2 Там же, с.96.

1 Там же, с.102.

1 Там же, с.103.

2 Там же, с.104.

3 Там же.

1 См.: Якунин В.И. Интегральный проект солидарного развития на Евро-Азиатском континенте (научно-практическая концепция). Доклад на заседании Президиума Российской академии наук 11 марта 2014 года. - М.: ИСПИ РАН, 2014. - С.9-10.

2 Путин В.В. Новый интеграционный проект для Евразии – будущее, которое рождается сегодня // Известия. – М., 2011. - 3 октября.

3 Валовая М.Д. Россия и евразийская интеграция: проблемы и перспективы // Россия в новой социально-политической реальности: мониторинг вызовов и рисков. - М., 2013. - № 1. - С.112-113. См.: /2013/09/19/stenogramma.site.html.

4 См.: www.rg.ru/2013/09/19/ stenogramma.site.html.

1 Павленко В.Б. Мифы «устойчивого развития». «Глобальное потепление» или «ползучий» глобальный переворот? - М., 2011. - С.40, 42-43.

2 См.: Пономарёва Е., Рудов Г. Евразийская интеграция и цивилизационное пространство России // Обозреватель – Observer. – М., 2013. -= № 9. - С.25-26.

3 Там же, с.24.

1 См.: Кравченко С.А. Новые уязвимости и риски современного этапа развития российского общества // Россия в новой социально-политической реальности: мониторинг вызовов и рисков. – М., 2014. - № 1. С.13-20.

1 См.: Якунин В.И. Интегральный проект солидарного развития на Евро-Азиатском континенте (научно-практическая концепция). Доклад на заседании Президиума Российской академии наук 11 марта 2014 года. - М.: ИСПИ РАН, 2014.

9



Похожие документы:

Поиск не дал результатов..