Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
ООО «Строительная деталь», именуемое в дальнейшем «Поставщик», в лице директора, Благонадежной Надежды Ивановны, действующего на основании устава, с о...полностью>>
'Программа'
Программа общественных обсуждений лучших практик реализации мероприятий «Дорожных карт» субъектов Российской Федерации по обеспечению доступности и ка...полностью>>
'Расписание'
Волгоград . Бурова Софья «Маленький негритёнок» Дебюсси «Кантилена» Пуленк Чулкова Вера Анатольевна Концертмейстер – Анфиногенова Елена Митрофановна 8...полностью>>
'Конкурс'
Заказчик: ООО «Управляющая компания «Прибалтийская», 8(40145) 6-85-10, 238510 Калининградская область, г.Приморск, ул. Янтарная, д.6-В, ИНН 3904606305...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

1

Смотреть полностью

УДК 33.911.3

А. Г. Гранберг1

ИДЕИ АВГУСТА ЛЁША В РОССИИ

Приводится ретроспективный анализ оценок труда А. Лёша «Географическое размещение хозяйства» советскими экономистами и географами и другими исследователями. Оценивается влияние идей А. Лёша на пространственные экономические исследования в СССР, на исследования по теории географии и экономики пространства в современной России.

Идеи А. Лёша, пространственная экономика, географическое размещение хозяйства, теория «штандорта», теория размещения производства, теория центральных мест, экономическая география.

Двадцать лет назад я с энтузиазмом принял предложение написать главу о распространении идей А. Лёша в СССР в готовящуюся книгу к 80-летию выдающегося исследователя [25]. Для меня это было особенно важно потому, что редакторами и авторами международной памятной книги являлись ученые-регионалисты, с которыми мне посчастливилось установить продуктивные и дружеские контакты в 1970-х гг.

Однако когда я приступил к работе над своей главой, то сразу столкнулся с большими трудностями. Задача оказалась комплексной. Во-первых, необходимо было оценить, насколько известна в СССР главная работа А. Лёша, издававшаяся на русском языке только один раз (в 1959 г.) и давно ставшая библиографическим раритетом. Во-вторых, в отличие от науки на Западе, в СССР еще не предпринимались серьезные попытки всестороннего, системного изучения теории А. Лёша. В-третьих, советские экономисты и географы были тогда мало знакомы с многочисленными аналитическими работами по теории А. Лёша в западной литературе. Очевидно, необходимо было принимать во внимание специфику проблем пространственной организации экономики СССР, т. е. существенные отличия объекта и предмета исследований в СССР по сравнению с работой А. Лёша. Наконец, важно было оценивать влияние колебаний международных отношений и внутренней политики.

Безусловно удовлетворен тем, что изданная книга получила международное признание, а перевод моей главы нашел отклик в среде советских экономистов и географов и цитируется в контексте продолжающихся дискуссий о выдающемся научном труде [6].

Возвращение к теме накануне 100-летия А. Лёша происходит в условиях радикально изменившегося мира, включая и Россию. Несомненно, что поли­тические, идеологические, экономические трансформации в советском и пост­советском пространстве оказали сильное воздействие на жизнь идей А. Лёша.

Моя первая попытка изучения и популяризации А. Лёша была бы неосуществима без поддержки моих коллег и друзей из городов Карлсруэ и Мюнстера (особенно Рольфа Функа и Райнера Тосса), предоставивших мне немецкое издание труда А. Лёша и ряд научных статей, посвященных его творчеству. Существенную помощь тогда оказали отечественные коллеги М. Бандман, О. Пчелинцев, А. Якобсон. При подготовке данной статьи мне помогли своими советами и предоставляемыми публикациями Г. Гольц, Ю. Липец, А. Пилясов, А. Скопин, В. Холина, В. Шулер и другие коллеги, которым я выражаю свою искреннюю благодарность2.

ОЦЕНКИ ТРУДА А. ЛЁША В СССР

«Die raumliche Ordnung der Wirtschaft» («Пространственная организация хозяйства») Августа Лёша [28] была переведена в СССР с англоязычного издания «The Economics of Location» [29] и опубликована в 1959 г. под названием «Географическое размещение хозяйства» [9]. В результате двойного перевода исчезло понятие «пространственная организация», имеющее особо важ­ное смысловое значение в лексиконе А. Лёша. Аннотация гласила: «Книга Лёша представляет интерес для советских специалистов как первооснова теории «пространственной экономики», то есть современной буржуазной теории размеще­ния производства в капиталистических странах с учетом взаимодействия всех определяющих его факторов. С практической точки зрения интересна также методика расчетов различных вариантов размещения предприятий отдельных отраслей хозяйства».

Конец 1950-х гг. был периодом активизации экономической мысли в СССР. Шел поиск более эффективных форм и методов управления эконо­микой, активизировались разнообразные формы общественной жизни. Рас­ширение международных контактов облегчало доступ к достижениям зарубежной науки, хотя и оставались существенные ограничения. Именно в эти годы в СССР начинают развертываться математико-экономические ис­следования, и поэтому повышенное внимание обращается на западный опыт математизации экономической практики. Поэтому можно сделать вывод, что русское издание книги А. Лёша, хотя и задержалось, но оказалось весьма своевременным.

Первые комментарии к книге А. Лёша были даны редактором перевода и автором вступительной статьи Я. Фейгиным — известным специалистом по проблемам размещения производства. «В странах Западной Европы и в США, — писал Я. Фейгин, — этот труд рассматривался как первооснова теории «пространственной экономики», в которой учение о штандорте связано воедино с экономическим районированием, международной торговлей и т. д. Другие, более поздние работы различных авторов большей частью воспроизводят глав­ные положения Лёша полностью или с некоторыми поправками. Поэтому, хотя первое издание вышло в свет еще в годы Второй мировой войны, книга представляет интерес и в настоящее время» [9, с. 7].

Общая оценка книги А. Лёша по критериям того времени была очень высо­ка. Я. Фейгин отмечал прежде всего широту охвата теоретических проблем размещения хозяйства и значительное продвижение вперед по сравнению с ранее известными советскому читателю работами А. Вебера, Й. Тюнена, Т. Палландера. К достоинствам книги относились методология выбора размещения предприятий и определения рынков сбыта. Разъяснялись и популяризировались идеи А. Лёша о сочетании факторов размещения не только отдельных производств и отраслей, но и экономики в целом, закономерностях образования экономических районов («экономических ландшафтов»), влиянии налоговой политики, технологий, внешней торговли и др.

Большинство критических замечаний Я. Фейгина кажутся сейчас неубедительными и односторонними. Но нельзя забывать, что они писались в условиях господствовавшего убеждения в безусловных преимуществах социалистической, плановой системы хозяйства и только в начале периода наведения мостов между экономистами Востока и Запада. Главные критические оценки Я. Фейгина по существу относились не столько непосред­ственно к А. Лёшу, которого он безоговорочно относил к буржуазным ученым, сколько ко всей немарксистской литературе о капиталистической (рыночной) экономике. Я. Фейгин выражал распространенную точку зрения о невозможности рационализации капиталистического хозяйства и узкоклассовой направленности теорий типа А. Лёша. «Речь идет, конечно, об изучении путей географического размещения капиталистического хозяйства в интересах капиталистов, в интересах капиталистических монополий, а не в инте­ресах народа» [9, с. 133]. С этих позиций Я. Фейгин отвергал суждения А. Лёша о сочетании рыночного саморегулирования и государственного вмешательства в экономику3.

Вместе с тем Я. Фейгин высказывал мнение о применимости ряда положений учения А. Лёша для социалистической экономики, в особенности математических моделей и методов: «Некоторые из них можно критически использовать при анализе транспортных, сырьевых и других факторов, имеющих важное значение для обоснования самых выгодных вариантов новостроек внутри эко­номического района» [9, с. 9]. Особенно многозначительной была следующая фраза в его монографии: «В США отдельные буржуазные экономисты и географы считают, что теория размещения А. Лёша мало подходит для частнокапиталистического хозяйства. Причем некоторые из них, доказывая непригодность этой теории для капиталистической экономики, вместе с тем утверждают, будто она больше подходит для социалистического производства» [20, с. 134— 135]. Я. Фейгин при этом ссылается на книгу М. Грингута [27, с. 272]. К сожале­нию, далее он не развивает это соображение, которое могло бы поднять интерес советского читателя к конструктивному использованию теории А. Лёша.

Спустя 11 лет Я. Фейгин опубликовал новую монографию, основной темой которой было развитие идей В. И. Ленина по рациональному размещению про­изводства [19]. В заключительной части монографии Я. Фейгин снова обращается к анализу зарубежных теоретических исследований, отдавая предпочтение теории А. Лёша. Он приводит длинную цитату из А. Лёша, выступает в защиту его теории от обвинений в несовременности со стороны американского экономиста-географа Мак-Карта, подтверждает приоритет А. Лёша в исследованиях проблем размещения в масштабах всего народного хозяйства.

Различные аспекты учения А. Лёша анализировались советскими экономистами и географами в 1960-х — начале 1970-х гг. При этом заметно изменялся характер критики: более заинтересованное отношение к интернациональным научным ценностям, поиск точек соприкосновения в использовании методических положений и практического опыта4.

Особое место занимают работы О. Пчелинцева. Еще в 1966 г. вышла его книга [13], в которой отмечались заслуги А. Лёша в теории штандорта и исследовании расселения. Спустя почти 20 лет О. Пчелинцев вернулся к теме А. Лёша в связи с развитием теории городского расселения, о чем будет сказано далее.

Основное значение указанной книги О. Пчелинцева состояло в популяризации количественных методов обоснования решений в области размещения про­изводительных сил, воспитании подхода к зарубежным исследованиям не ради критики, а для выделения содержащихся в них элементов, пригодных для использования в условиях социалистической экономики. «Речь идет о формиро­вании новых методов статистического анализа и экономико-математического моделирования, имеющих ряд точек соприкосновения с аналогичными приемами и технико-экономическими расчетами, разрабатываемыми нашей отечественной наукой. Теперь уже нельзя сказать, что работы западных экономистов представляют интерес лишь с точки зрения содержащегося в них фактического материала. Всё растущую ценность приобретает и математический аппарат» [13, с. 8]5.

Много внимания анализу учения А. Лёша уделял крупный советский экономико-географ Ю. Саушкин, активно участвовавший в развитии контактов с зарубежными учеными. В своей энциклопедической монографии «Экономи­ческая география: история, теория, методы, практика», он подчеркивает, что «А. Лёш внес большой вклад в поиски пространственных закономерностей развития производительных сил и непроизводственной сферы» [17, с. 271], дал толчок новому научному направлению, которое, по мнению Ю. Саушкина, скрывается под названиями «пространственная экономика», «социальная физика», «пространственный бихевиоризм». Выражая определенную обиду за свою любимую науку, Ю. Саушкин пишет: «Это направление то настойчиво стучится в двери географии, то не хочет иметь с ней ничего общего» [17, с. 275].

Ю. Саушкин отдавал явное предпочтение расселенческим концепциям А. Лёша, почти всегда объединяя их с теорией центральных мест В. Кристаллера. «Заслуги Кристаллера и Лёша заключаются в том, что они сделали попытку открыть закон взаимного пространственного размещения населенных пунктов, увидеть поддающийся расчету порядок в кажущемся хаосе размещения горо­дов и селений и, познав объективный закон, применить его при проектирова­нии населенных пунктов на вновь осваиваемых территориях. Другая заслуга этих двух ученых заключается в том, что они стали исследовать особенности географии непроизводственной сферы, тогда как до них делались попытки установить законы размещения отраслей промышленности, сельского хозяйства и др. Эти ученые установили иерархические ступени пространственной системы населенных пунктов и связь между местом населенного пункта в этой системе и его функциональными особенностями — структурой населения, уров­нем обслуживания населения и т. д.» [17, с. 272—273]. Работы Кристаллера и Лёша, по мнению Ю. Саушкина, открыли путь исследованию пространствен­ных систем, их исчислению, широкому использованию математических мето­дов в экономической географии. Однако вряд ли можно согласиться с точкой зрения Ю. Саушкина, что учение А. Лёша основывается на внеисторическом принципе наименьших затрат для удовлетворения потребностей населения в различных видах обслуживания и «поведенческом» факторе, а используемое им понятие экономического ландшафта исходит из антропогеографических пози­ций Ф. Ратцеля. Полагаю, наоборот, выдающаяся заслуга А. Лёша перед эконо­мической наукой заключается как раз в том, что основные результаты его многоаспектной теории выводятся из чисто экономических предпосылок.

Позитивные оценки разных сторон учения А. Лёша встречаются у многих советских авторов. Популярности А. Лёша способствовали также переведенные на русский язык книги В. Бунге, X. Боса, Р. Чорли, П. Хаггета, излагавшие отдельные стороны его учения. В этом же направлении «работали» вступитель­ные статьи советских редакторов, в которых неоднократно подчеркивалось, что идеи А. Лёша были, как правило, пионерными.

Из более поздних критико-аналитических работ можно выделить книгу под редакцией Сапожникова и Смольникова [3]. В ней рассматриваются кон­цепции пространственного экономического равновесия и его регулирования, теория экономических районов, принципы и инструменты региональной экономической политики. «Лёш понимал, что многие видимые аспекты хаотичности капиталистического размещения отражают серьезные проблемы территориальной структуры хозяйства, т. е. подтверждают возможность долговременного отключения от состояния равновесия. По этой причине он поставил вопрос о поддержании условий равновесия. Одновременно он создал и своеобразную теорию экономических районов, призванную, по его мнению, служить дорогой в область новой экономической теории, учитывающей фактор протяженности хозяйства в пространстве. Наконец, эта же теория районов должна была содер­жать элементы нормативности, способствуя решению проблем оптимизации размещения хозяйства с макроэкономических позиций. Лёш не ограничивался лишь выработкой общего подхода к вопросам регулирования «извне», он предложил и конкретные формы такого регулирования» [3, с. 40—41].

Таким образом, спустя почти четверть века после издания А. Лёша в СССР в его учении начали вскрывать новые богатые пласты.

Следует сказать также об интересном опыте преподавания основ теории А. Лёша в курсе «Экономика регионов и размещение производительных сил», который начал читать проф. М. Бандман в Новосибирском университете, и о подготовке учебного пособия, включавшего раздел «Пространственная экономика А. Лёша» (М. Бандман, О. Бурматова, 1986).

Итак, ретроспективный анализ оценок учения А. Лёша в советской литера­туре выявляет их повышающуюся тенденцию, все большее сосредоточение на выявлении возможностей использования важнейших его элементов в социа­листической экономике. На этой оптимистической ноте, пожалуй, и удобно закончить. Однако приходится говорить и о проблемах в анализе и осмыслива­нии учения А. Лёша.

К сожалению, большинство рецензентов и критиков видели какую-либо одну сторону книги в зависимости от своих научных интересов. Органические связи трех частей книги, образующих целостную теорию, анализировались явно недостаточно. В тени оставались мировоззренческие и гносеологические идеи А. Лёша как философа «экономического пространства» и теоретика математи­ческого моделирования социально-экономических процессов. В обширном мно­жестве аналитических комментариев не хватало синтезирующей работы типа статьи С. Валаваниса [31]. Упущением издателей русского перевода книги А. Лёша было невключение в нее вступительной статьи В. Столпера (W. Stolper), дававшей убедительное представление о масштабе личности А. Лёша и система­тизировавшей его научные открытия. Для более глубокого анализа и популя­ризации учения А. Лёша еще требовались значительные усилия экономистов, географов, математиков, философов.

ВЛИЯНИЕ ИДЕЙ А. ЛЁША НА ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ В СССР

Обзор многочисленных комментариев и высоких оценок учения А. Лёша в советской литературе, как можно было надеяться, должен предварить широкую картину его распространения и применения. На самом же деле прав­дивый ответ на поставленный вопрос неоднозначен.

Что можно интерпретировать как факт непосредственного использования учения? По-видимому, к такого рода фактам относятся признание учения в целом или его отдельных положений с одновременным отказом о других тео­ретических воззрений, применение методологии исследований и методических приемов решения определенных научных и практических задач. Таких точно установленных фактов, касающихся учения А. Лёша, было сравнительно немно­го. Во всяком случае недостаточно для того, чтобы утверждать об определяющем непосредственном воздействии идей А. Лёша на развитие советских про­странственных экономических исследований. Гораздо чаще эти идеи использовались косвенно, вплетаясь в ткань уже живущих теорий, методов, методик или тесно соприкасаясь с ними, но не отвергая и не заменяя их.

Вероятно, наибольшее признание получила теория размещения производ­ства, где А. Лёш перекрыл ранее известные классические работы Й. Тюнена и А. Вебера, стал новым эталоном в развитии этого научного направления в СССР. Он оказал также значительное влияние на исследования по систематизации и оценке роли различных факторов, влияющих на размещение предприятий и отраслей. Существенные аналогии прослеживаются между «ориентациями» А. Лёша и «принципами рационального размещения производства» в работах советских экономистов-географов (Я. Фейгин, А. Пробст и др.). Популярность этого направления заметно упала в связи с освоением методов оптимизации экономических решений, открывавших принципиально новые возможности для анализа взаимодействия разнообразных факторов.

Для плановой экономики, так же как и для рыночной, практическое значе­ние имел подход А. Лёша к выбору места размещения нового предприятия, когда размещение всех других производителей и потребителей зафиксировано. Подобная задача часто встречается в проектировании. При этом учитывается большинство факторов, детально анализировавшихся А. Лёшем; существенно модернизировались только расчетные методы (применение математического программирования и т. п.).

В советские учебники по математическому моделированию экономики вошла рассмотренная А. Лёшем задача выбора оптимального маршрута «смешанных» перевозок, использующая закон преломления света [2, с. 136—138; 5, с. 36]. Она интерпретируется как наглядный и глубокий пример изоморфизма систем, ос­новывающийся на одном и том же экстремальном принципе6.

Большое сходство между идеями А. Лёша и работами советских экономистов проявилось в вопросах обоснования рациональных рыночных зон. Так, в книге Е. Ханукова [21], по-видимому, независимо от А. Лёша тщательно разработаны методы определения рациональных границ потребления однородных и взаимозаменяемых продуктов с учетом издержек производства и транспортировки.

Взгляды А. Лёша на конструктивное экономическое районирование привле­кали внимание в связи с задачами усиления «территориального подхода» в хозяйственном механизме. О. Пчелинцев в неопубликованной работе 1985 г. под­черкивал актуальность экономической направленности теории центральных мест А. Лёша, особенно то, что она представляет экономическое пространство как результат действий, в первую очередь, экономических, а не природных или политических сил. Он также отмечал значение введенного А. Лёшем понятия экономической границы и формирования экономических районов на основе оптимизации таких экономических категорий, как транспортные издержки и рента по местоположению. Добавлю, что не потеряли своей актуальности и соображения А. Лёша о политике освоения новых районов (в частности, для Сибири, Дальнего Востока, Севера): выбор столицы, формирование скелета главных городов и магистральных дорог на начальном этапе развития.

Теория расселения и рыночных сетей А. Лёша, популяризировавшаяся в переводных работах В. Бунге, П. Хаггета, X. Боса и др., вначале была воспринята, главным образом, в среде теоретико-географов. Работы Г. Гольца, Б. Родомана, Б. Эккеля и др. по проблемам самоорганизации городов и городских агломераций обнаруживают влияние основных «топологических» идей А. Лёша. То же можно сказать о концепции «узловых районов» Б. Родомана. Узловыми района­ми им называются моноцентрические ареалы, объединенные центробежными и центростремительными потоками вещества, энергии и информации [15, с. 97]. Интерес к этой части учения А. Лёша возрос в связи с активизацией деятель­ности по формированию и рационализации взаимосвязанных систем размеще­ния производства и расселения.

Одна из работ О. Пчелинцева (1985 г.) построена как сопоставление предложений А. Лёша и реальной ситуации по ряду аспектов: теоретическая иерархия малых, средних и больших городов и новые концепции «единой системы расселения», «инверсии пространства», «нуклеарной системы», «диффузии инно­ваций» и др. Теория А. Лёша использовалась для обоснования эффективности иерархической концентрации населения в противоположность рассеянному населению. Она, по мнению О. Пчелинцева, удовлетворительно объясняла мно­гие процессы пространственного взаимодействия производства и расселения в СССР, особенно на первых стадиях урбанизации. И хотя О. Пчелинцев критически относился к целому ряду положений теории А. Лёша (объяснение возникновения самых крупных городов и их оптимальной специализации, недостаточная разработка вопросов субурбанизации и процессов образования горо­дов в «новых» районах, недооценка специфики сочетания старых и новых структур в системах расселения и т. д.), создается ощущение, что полемика с гипотезами и аргументацией А. Лёша стимулировала поиск новых решений.

Из всех частей книги А. Лёша наименьший отклик в СССР находила теория пространственного экономического равновесия. По крайней мере, до 1980-х гг. для большинства ученых (и тем более — практиков) она казалась совершенно несовместимой с той центральной плановой экономикой, которая функционировала в СССР.

Однако новосибирская научная школа думала иначе. Здесь разрабатывалась и модифицировалась пространственная (мультирегиональная) модель, в которой регионы рассматривались как субъекты рыночной экономики, макси­мизирующие благосостояние своего населения в условиях межрегиональных ры­ночных отношений. Структура этой модели гораздо проще, чем система пространственного экономического равновесия А. Лёша; её информационной основой являлись региональные межотраслевые балансы. Созданное математическое обеспечение позволяло проводить эксперименты по определению состояний эко­номического равновесия в системе республик и регионов СССР при разных гипотезах о внешнем регулировании [16]. В будущем планировалось усложнить и детализировать эту модель, постепенно приближая ее к замыслу А. Лёша. Власти весьма критически относились к нашим научным экспериментам.

Тем не менее по заказу ООН была разработана модифицированная модель пространственного экономического равновесия, на основе которой ис­следовались сценарии долгосрочного развития мировой экономики в разрезе 15 регионов. При этом использовалась база данных, подготовленная группой экспертов под руководством нобелевского лауреата В. Леонтьева для проекта ООН «Будущее мировой экономики» [11].

По отдельным направлениям пространственной экономики исследования западных (включая А. Лёша) и советских ученых двигались параллельно, сопровождаясь неоднократными «перекрытиями» с обеих сторон7. Приходится кон­статировать, что во всей книге А. Лёша нет ни одного упоминания о советских исследованиях и их отражении в планировании пространственной структуры национальной экономики. Между тем в 1920—1930-х гг. в СССР создавалась собственная научная школа, во главе которой стояли И. Александров, Н. Баранский и Н. Колосовский, разрабатывались масштабные региональные программы. Обращаясь к учению А. Лёша сегодня, стоит задуматься о субъективных причинах, ограничивавших его влияние в СССР.

Об одной причине уже говорилось: книга А. Лёша издавалась на русском языке один раз и небольшим тиражом (немецкое и английское издания были практически недоступны), а многочисленные, но разрозненные комментарии, дававшие представление о предмете и методологии книги, не позволяли воспроизводить суть всего учения и тем более понять его в деталях (в отличие от форм популяризации А. Лёша на Западе).

Вторая причина заключалась в том, что массовому читателю А. Лёша в 1950-х — начале 1960-х гг. были мало знакомы идейные истоки учения, на которые он делал многочисленные ссылки и которые развивал (неоклассика, теория общего экономического равновесия и др.). С другой стороны, за исключением ссылок на Гегеля, книга А. Лёша не затрагивала корней марксизма (теорий утопического социализма, классической политической экономии), не говоря уже об экономи­ческой теории самого К. Маркса, доминировавшей в советской среде.

Определенную роль сыграло и то обстоятельство, что выход книги А. Лёша на русском языке совпал с «экономико-математическим бумом» в СССР, когда особое внимание привлекло освоение метода «затраты-выпуск» (межотраслевого баланса) и линейного программирования. Принципы межотраслевого баланса оказались привлекательными для плановой экономики и довольно быстро нашли применение в исследованиях экономики регионов и межрегиональных взаимодействий. Благодаря линейному программированию открылись возможности находить точные решения в таких ситуациях, для которых Лёш мог применить только эмпирический подход или же ограничиваться логическим анализом записанных математических зависимостей (задачи оптимального размещения предприятий, нахождения оптимальных зон сбыта, определения опти­мальной специализации предприятий и т. д.). Значительный прогресс в исследо­ваниях обещала школа У. Айзарда, предлагавшая новый методический аппарат (первые публикации в СССР появились почти одновременно с книгой А. Лёша). Примерно в это же время в среде экономистов-географов, по мнению Ю. Саушкина [17], внимание переключилось на «количественную революцию» в географии, связанную с именами Б. Берри, В. Бунте, В. Гарисона, У. Уорнца.

Объективные трудности непосредственного «переноса» теории А. Лёша на экономику СССР были обусловлены многими социально-экономическими особенностями данного объекта, которые не учитывались в его теории. Пробле­ма выделения общих или сходных свойств различных социально-экономических систем с точки зрения применимости тех или иных теоретико-методологических конструкций, как известно, вообще чрезвычайно сложна. А в 1950— 1980-х гг. она была еще осложнена многими идеологическими, политическими и экономическими предубеждениями.

Теория Лёша ориентировалась на рыночную экономику с элементами внешнего регулирования; в экономике СССР в то время решающую роль играло централизованное планирование с элементами хозяйственной самостоятельности в текущей деятельности; принципиально различались соотношения социальных и политических сил, экономическая роль государства, т. е. все существенные условия функционирования пространственной экономики. Поэтому многие теоретические постановки и конкретные задачи, рассматривавшиеся в книге А. Лёша, в принципе не годились для социалистической экономики (свободная конкуренция, максимизация числа независимых экономических объектов и т. п.), либо в то время значение их недооценивалось (роль прибыли в деятельности предприятий, сочетание различных экономических интересов, политика географической дифференциации цен и налогов и т. п.). С другой стороны, в книге Лёша почти не рассматривались факторы, играв­шие решающую роль в пространственной экономической политике СССР, например, распределение государственных инвестиций.

Анализировавшиеся А. Лёшем процессы размещения производства и населения не охватывали характерные для СССР ситуации ускоренной индустриализации и урбанизации8. Уже сам факт, что в книге А. Лёша не было ни одного упоминания об СССР, не способствовал «узнаванию» в ней «своих» проблем.

О. Пчелинцев отмечает такую историческую закономерность, не укладывающуюся в теоретические схемы А. Лёша. В возникновении и быстром росте городов СССР особо важную роль играли не обслуживающие, а «спорадические» отрасли промышленности с преобладанием крупных специализированных предприятий (добывающая промышленность в восточных и северных районах, новые отрасли машиностроения и химической промышленности). Эти градообразующие отрасли затем притягивали предприятия отраслей обслуживания, отклоняя их географию от правильной геометрической формы. Соответственно «неправильно» (в сравнении с рыночными сетями А. Лёша) формировалась и структура расселения. Иначе (по сравнению с теорией А. Лёша) выглядела и роль транспорта, особенно на Севере и Востоке. Строительство железнодорожных магистралей в большей степени влияло на формирование сети городов, чем наоборот (поскольку транспорт часто выступал как районообразующий фактор, а уже затем — как обслуживающий). Ю. Саушкин также делал вывод, что размещение населенных пунктов в промышленных районах и на территориях пионерного освоения не укладывается в геометрию В. Кристаллера и А. Лёша [17, с. 275]. Вместе с тем он приводил другие примеры, подтверж­давшие теорию А. Лёша (Центральная Индия с равномерно заселенной сельской местностью).

Итак, попытка ответить на вопрос о жизни идей А. Лёша в СССР выявляет многоплановую, отчасти противоречивую картину. Но ведь и советская эконо­мика несла в себе много противоречий; ее ожидали неизбежные перемены.

НАЧАЛО БОЛЬШИХ ПЕРЕМЕН

«Перестройка» СССР, начавшаяся с приходом к власти Михаила Горбачева в 1985 г., ускорила тенденции конвергенции двух мировых систем, ослабила существовавшие идеологические барьеры. Благодаря этому более интенсивным становится поиск объединяющих научных идей. Усиливается внимание и к трудам А. Лёша, проводятся специальные семинары с обсуждениями возможностей применения его теории для решения актуальных задач перестройки советской экономики.

Особенно хочу выделить доклад О. Пчелинцева, представленный в 1985 г.: «Август Лёш: важный этап в развитии теории городского расселения». В докладе подчеркивалась актуальность теоретических положений А. Лёша для про­гнозирования процессов урбанизации, формирования экономических ландшафтов, определения экономических границ регионов, использования рыночных регуляторов экономического развития. О. Пчелинцев отмечал также: «стоит еще раз взглянуть на книгу А. Лёша с методологической точки зрения как на источник теоретических инноваций, способных также и сегодня облегчить переход от традиционной географии производства к подлинно современной и остро необ­ходимой географии ускорения научно-технического прогресса». К сожалению, доклад О. Пчелинцева не был опубликован.

Большое значение имели советско-немецкие семинары, на которых сопос­тавлялись концепции, инструменты и результаты пространственной организации экономики и регионального развития в странах Запада и Советском Союзе. Проблематика двусторонних семинаров, собиравших национальные команды регионалистов, охватывала и научное пространство А. Лёша. Первый семинар состоялся в Карлсруэ в 1981 г., последующие — в Иркутске (1983), Трире (1987), Киеве (1989).

В книге, опубликованной в 1986 г. [25], я предполагал вероятные направления исследований, связанных с дальнейшей разработкой идей А. Лёша: •

  1. Более глубокое восприятие логики и методологии системы А. Лёша, объединяющей частные теории; более полный учет динамики научно-технического прогресса, структурных сдвигов в экономическом развитии, социальных и эко­логических факторов.

  2. Развитие идей о роли пространства в экономическом развитии, преодоление ряда облегченных теоретических представлений «точечной» экономики и разработка теоретических основ пространственной плановой экономики.

  3. Разработка принципов регулирования пространственного экономическо­го равновесия применительно к социалистической экономике и соответствующих математических моделей. Актуальность этого направления возрастала в связи с расширением сферы товарно-денежных отношений в управлении национальной экономикой СССР, применением экономических регуляторов в управлении региональным развитием и межрегиональными отношениями.

  4. Обобщение теории расселения во взаимосвязи с размещением производства, в частности, по таким линиям: взаимосвязь специализации производства и сети поселений, непрерывность и дискретность системы расселения, ее динамика. Значение этих проблем усиливалось в связи с переходом экономики СССР на интенсивный путь развития, предполагающий, в том числе, более экономное использование свободных территорий, ограничение роста крупных городов, повышение роли обслуживающих отраслей.

5. Совершенствование принципов формирования экономических районов при более реалистичных предпосылках (по сравнению с теорией А. Лёша), учета социальных факторов и с ориентацией на сближение экономических и административных границ.

6. Модернизация математических моделей А. Лёша (особенно моделей оптимизации и экономического равновесия) с использованием нового математического аппарата и возможностей компьютерной информатики. Развитие методологических подходов, сочетающих математическое моделирование, эмпирический анализ, экспертные оценки и т. д.

Указанные направления и сейчас остаются актуальными, за исключением их ориентации на плановую социалистическую экономику. Тогда я стоял на платформе развития рыночных отношений в экономике СССР и не мог предвидеть, что уже через пять лет произойдет распад СССР и начнется быстротечная трансформация постсоциалистической экономики в рыночную.

УЧЕНИЕ А. ЛЁША В НОВОЙ РОССИИ

Российское научное сообщество теперь воспринимает себя как часть единой мировой науки. Происходит реальная конвергенция экономических систем России и Запада. С этих позиций пересмотрены прежние настороженные оценки «зарубежной» теории А. Лёша, о которых говорилось выше. Парадоксально, но сейчас книга А. Лёша воспринимается более современной и адекватной отечественной реальности, чем 20—50 лет назад.

Российская школа пространственной и региональной экономики стремится более активно включаться в мировую исследовательскую сеть. Об этом говорят факты участия в международных программах и проектах по региональному развитию, проведение в 1993 г. в Москве Европейского конгресса Ассоциации региональной науки.

Безусловным достижением нового времени является приобщение молодежи к изучению научного наследия А. Лёша. Многие новые учебники по региональной экономике и экономической географии включают изложение его основных теоретических положений. В свой учебник «Основы региональной экономики» я включил параграф «Учение о пространственной организации хозяйства А. Лёша». В нем, наряду с краткой характеристикой структуры его теории и важнейших результатов, обращается внимание на особенности методологии А. Лёша в сравнении с марксистской школой, что было недопустимо в прежние годы: «Основной метод А. Лёша — это абстрактно-теоретический анализ в его математической форме. Различие метода А. Лёша и большинства экономистов, мыслящих менее абстрактно, можно показать на примере объяснения такого важного феномена в пространственной экономике, как территориальное (или пространственное) разделение труда.

Например, К. Маркс и последователи его учения (в том числе В. И. Ленин для условий дореволюционной России) объясняли «происхождение» территориального разделения труда региональными различиями условий производства: наличием или отсутствием соответствующих почвенно-климатических условий (для сельского хозяйства), природных ресурсов (для добывающей промышленности), трудовыми навыками населения и другими факторами. Методологический подход А. Лёша совершенно иной. Вопрос ставится так: какие условия необходимы и достаточны для возникновения территориального разделения труда? При этом А. Лёш исходит из того (как ранее Й. Тюнен и А. Вебер), что территория абсолютно однородна и изначально «пуста». Учитываются только два фактора: эффект концентрации про­изводства в одном пункте (падение предельных издержек производства с увеличе­нием выпуска) и транспортные затраты по перемещению продукции до потребите­лей, равномерно распределенных по территории. Для каждого вида производства существует свой рациональный предел концентрации (экономии на масштабе), пре­вышение которого перекрывается ростом транспортных затрат. Очевидно, что для разных видов производства сочетания указанных двух факторов дают разные оптимальные решения. И уже поэтому возникают разные концентрации разных производств по территории, т. е. территориальное разделение труда» [7, с. 65—66].

В учебнике «География мирового хозяйства» авторы подробно излагают теорию центральных мест (в том числе отмечая вклад В. Кристалл ера), рыночных ареалов, пространственного равновесия с математическими формулами, гра­фиками, картами [10].

А. Лёш пришел и в среднюю школу. В учебнике В. Холиной для 10—11 классов «География человеческой деятельности» [22] приводятся краткая биография ученого и главные идеи его теории экономического ландшафта. И, наконец, феномен информационной эры: сейчас наиболее доступная информация об А. Лёше на русском языке — это рефераты по его книге, размещенные на большом числе веб-сайтов.

В связи с развитием рыночных отношений в постсоциалистической России усилилось внимание к теоретическим положениям А. Лёша о соотношении рынка и государственного регулирования, «синтезе ограничений и свободы», «правилах игры» на национальном рынке, устанавливаемых государством. Большинство ученых-регионалистов исключают возможность возврата к централизованной плановой экономике, но выступают принципиальными оппонентами радикального либерализма.

Среди новых публикаций, посвященных творчеству А. Лёша, следует выделить глубокую статью В. Шулера «Теория экономического ландшафта на фоне XX столетия». В ней А. Лёш характеризуется как вьдающийся мыслитель прошедшего века, внесший значительный (и пока недостаточно оцененный) вклад в философию, логику и методологию научных исследований. Автор утверждает, что А. Лёш предвосхитил синергетическую революцию в современной науке. Весьма интересны сопоставления теории А. Лёша с парадигмами и парадоксами философа Карла Поппера и экономиста (нобелевского лауреата) Фридриха фон Хайека. «Герой нашего времени» — так называет автор один из разделов статьи, повторяя название знаменитого романа русского поэта и писателя Михаила Лермонтова. «Жизненный путь А. Лёша, жившего и работавшего в условиях жесточайшего тоталитарного режима, сохраняя достоинство человека и преданность идеалам науки, любящего свою страну, трогательно относившегося к своей малой родине — Швабин и вполне ощущавшего себя гражданином Мира, — важная моральная поддержка для нас в борьбе с материальными трудностями и в поисках новых ориентиров» [24]. Далее автор рассуждает о путях, на которых можно придать второе дыхание стройной и законченной теории А. Лёша. Он указывает на два возможных направления: динамизация теории экономического ландшафта и исследование виртуальных географических объектов.

Ряд оригинальных исследований российских ученых по теории географии и экономике пространства, к сожалению, еще мало известны на Западе. Отмечу книги А. Арманда о самоорганизации и саморегулировании географических систем [1], А. Важенина об эволюционных процессах в системах расселения [4], В. Шулера о самоорганизации городского расселения [23], Б. Родомана об ареалах и сетях [14], Б. Зимина о размещении производства в рыночной среде [8], С. Тархова о топологическом и морфологическом анализе пространственных сетей [18], работы В. Бугроменко и Г. Гольца. Думаю, они заслуживают внимательного изучения с точки зрения проблем, поставленных А. Лёшем.

Новый российский журнал «Пространственная экономика» начиная с пер­вого номера пытается вносить свой вклад в развитие научного наследия А. Лёша. К юбилею ученого готовится ко второму изданию на русском языке его главный труд, теперь уже в переводе с оригинала (автор перевода — В. Н. Стрелецкий) и с «правильным» названием: «Пространственная организация хозяйства».

Процитирую последнюю страницу издаваемой книги, которую А. Лёш озаглавил «О пространстве». На мой взгляд, она исключительно важна для понимания мировоззрения ученого.

«Если бы все события совершались одновременно, то не существовало бы понятия о развитии, а если бы все находилось на одном и том же месте, то не было бы понятия о своеобразии. Лишь пространственный фактор создает спе­цифические особенности, развивающиеся затем во времени. Наше бренное существование возможно, в конечном счете, только потому, что не все явления одинаково приближены к нам, не все события обрушиваются на нас одновре­менно, и мир каждого индивидуума, его народа и всего человечества в целом ограничен. Разумеется, горизонты отдельных людей различны, но в области экономической и всякой иной деятельности наш кругозор ограничен таким образом, чтобы мы могли поступать разумно и найти себе путь в сложной жизни. Но даже в этом маленьком мирке нашему пониманию доступна лишь его внутренняя сфера. В глубину проблем мы проникаем, сужая их границы. Пространство создает и защищает нас своей ограниченностью. Своеобразие — вот чем мы расплачиваемся за наше существование.

Развивать это обусловленное пространством своеобразие и не допустить мир до хаоса — вот в чем заключается искусство политики. По мнению автора, один из удачнейших результатов его исследования заключается в том, что, рассматривая размещение хозяйства, он смог доказать следующие положения.

Свободная инициатива нормальных людей при условии, что им предостав­ляется возможность творить в целесообразных условиях, дает результаты, в целом желательные как с политической, так и с экономической точки зрения, поскольку мощные силы самопроизвольного развития, когда они правильно направлены и служат союзником государственной экономической политики, избавляют от необходимости затрачивать сверхчеловеческие усилия для скрупулезного планирования мельчайших деталей. Могучие дисциплинирующие факторы пространственного порядка стремятся сохранить, несмотря на свободу развития, географические и культурные основы существования.

Проблема географического размещения хозяйства не только открывает но­вое поле деятельности для экономической науки, но и ведет, в конечном счете, к новому подходу ко всей экономической теории. Даже статическая теория достигает здесь запоздалого расцвета. Статическое состояние, неизменное во времени, меняется в пространстве. Жизнь — это не только развитие во времени, но и многообразие в пространстве. Пространство — вот стимул для творческих сил. Передо мной витает образ такой экономической науки, которая, подобно архитектору, а не историку архитектуры, не столько описывает, сколько созидает!»

Уверен, что новое издание в России главного труда Августа Лёша даст сильный толчок распространению идей великого ученого и умножит ряды его просвещенных последователей.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Арманд А. Д. Самоорганизация и саморегулирование географических систем. М.: Наука, 1988.

  2. Боярский А. Я. Математика для экономистов. М.: Изд-во статистической литера­туры, 1957.

  3. Буржуазная региональная теория и государственно-монополистическое регулирование размещения производительных сил (критический анализ). М.: Мысль, 1981.

  1. ВаженинА. А. Эволюционные процессы в системах расселения. Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 1997.

  2. ГранбергА. Г. Математические модели социалистической экономики. М.: Эко­номика, 1978.

  3. Гранберг А. Г. Об идеях Августа Лёша по пространственной организации хозяй­ства: оценки советских экономистов и географов. Препринт. Институт экономики и организации промышленного производства СО АН СССР. Новосибирск, 1986.

  4. ГранбергА. Г. Основы региональной экономики. М.: Государственный универ­ситет — Высшая школа экономики, 2000 (2001, 2003, 2004).

  5. Зимин Б. Н. Размещение производства в рыночной среде. М.: Альфа-М, 2003.

  6. Лёш А. Географическое размещение хозяйства. М.: Изд-во иностранной литера­туры, 1959.

  1. Липец Ю. Г., Пулярков В. А., Шлихтер С. Б. География мирового хозяйства. М.: Владос, 1999.

  2. Межрегиональные модели мировой экономики / Под ред. Гранберга А. Г. и Меньшикова С. М. Новосибирск: Наука, 1983.

  3. Нейфах А. М. Новые течения в буржуазной науке и размещении производ­ства // Известия АН СССР. Сер. геогр. 1961. № 6.

  4. Пчелинцев О. С. Экономическое обоснование размещения производства. Мето­ды, применяемые в капиталистических странах. М.: Наука, 1966.

  5. Родоман Б. Б. Территориальные ареалы и сети. Смоленск: Ойкумена, 1999.

  6. Родоман Б. Б. Узловые районы // Теоретическая география. М.: Мысль, 1971.

  7. Рубинштейн А. Г. Моделирование экономических взаимодействий в территори­альных системах. Новосибирск: Наука, 1983.

  8. Саушкин Ю. Г. Экономическая география: история, теория, методы, практика. М.: Мысль, 1973.

18. Тархов С. А. Эволюционная морфология транспортных сетей. Смоленск —Москва: Универсум, 2005.

  1. Фейгин Я. Г. Ленин и социалистическое размещение производительных сил. М.: Наука, 1969.

  2. Фейгин Я. Г. Размещение производства при капитализме и социализме. 2-е изд. М.: Госполитиздат, 1958.

  3. Хануков Е. Д. Транспорт и размещение производства. М.: Транспорт, 1955.

  4. Холина В. Н. География человеческой деятельности. Учебник для 10—11 классов. 3-е изд. М., 2002.

  5. Шупер В. А. Самоорганизация городского расселения. М.: Российский откры­тый университет, 1995.

  6. Шупер В. А. Теория экономического ландшафта на фоне XX столетия // Воп­росы истории естествознания и техники. 1995. № 4.

  7. Granberg A. August Losch's Ideas in the USSR: the Past and the Future // Space -Structure — Economy. A Tribute to August Losch / Ed. By R. Funck and A. Kuklinski. Karlsruhe Papers and Economic Policy Research. Vol. 3. 1986.

  8. Granberg A. G. Modellierung der socialistischen Wirtschaft. Berlin: Akademie-Verlag, 1981.

  9. Greenhut M. Plant location in theory and in practice. The economics of space. Chapel Hill, The University of Nord Carolina Press, 1956.

  10. Losch A. Die raumliche Ordnung der Wirtschaft. Jena, 1940.

  11. Losch A. The Economics of Location. New Haven. University Press, 1954.

  12. Space — Structure - Economy. A Tribute to August Losch. 2nd revised and extended edition / Ed. by R. Funck, J. Kowalski and A. Kuklinski. Karlsruhe Papers and Economic Policy Research. Vol. 18. 2006.

  13. Valavanis S. Losch on Location //The American Economic Review. 45.

1 © Гранберг А. Г., 2006

2 Содержание данной статьи отражено в книге, издаваемой в Германии к 100-летию А. Лёша [30].

3 «Позиции автора как защитника частнокапиталистического способа производства особенно проявляются в главе XX, посвященной государственному регулированию экономики, где он всячески предостерегает от чрезмерного вмешательства в «свободную игру экономических сил», рекомендуя в основном облегчать естественные «рациональные процессы», развивающиеся на основе этой «игры»» [9, с. 12]. Разумеется, Я. Фейгин не мог предполагать, насколько эти научные взгляды А. Лёша станут злободневными в современной России.

4 Исключением была статья А. Нейфаха, в которой А. Лёшу приписываются убеждения о невозможности теоретических обобщений, преклонение перед «голым эмпиризмом в науке» и т. д., «ведущее, по существу, к ликвидации науки о размещении производства» [12, с. 118].

5 Я. Фейгин, написавший предисловие и к книге О. Пчелинцева, также усиливает свою конструктивную позицию в отношении методологии ученых капиталистических стран: «Изу­чение современных методов экономического обоснования размещения производства, разра­батываемых и применяемых экономистами и статистиками капиталистических стран, пред­ставляет значительный интерес для наших экономистов и географов. К сожалению, до самого последнего времени методы расчетов, применяемые при размещении промышленности в капиталистических странах, мало изучаются» [13, с. 4].

6 Я. Фейгин, указывая на этот пример использования физического закона и другие «не­экономические» аналогии, незаслуженно, на мой взгляд, критиковал А. Лёша за механицизм, игнорирование различий между законами зоологии, ботаники и экономики [20, с. 12]. В действительности А. Лёш вел важный научный поиск общих свойств процессов, различных по своей физической природе, но выражаемых одинаковыми математическими зависимостя­ми. Замечу, что ранее на эту особенность объективного мира обращал внимание В. И. Ленин в своей философской работе «Материализм и эмпириокритицизм»: «Единство природы об­наруживается в поразительной аналогичности дифференциальных уравнений, относящихся к разным областям».

7 Такая ситуация складывалась и в других экономических исследованиях. Так, в математической экономике линейное программирование советского математика-экономиста Л. Конторовича спустя более чем десять лет было вновь отрыто в США Д. Данцигом. Модель эко­номического роста советского плановика Г. Фельдмана была много позже почти в таком же виде сконструирована американцами Р. Харродом и Е. Домаром. Эти факты общепризнанны [26, с. 17-20].

8 Доля городского населения в СССР выросла с 16% в начале 1920-х гг. до 39% — в 1950 г., 56% — в 1970 г., 65% — в 1985 г. Накануне Второй мировой войны в СССР было только два города-миллионера (Москва и Ленинград). К 1970 г. их стало 10, а к 1985 г. - 22.

1

Смотреть полностью


Похожие документы:

  1. Представлены программа дисциплины, краткий конспект лекций, задания для семинарских занятий, список рекомендуемых источников для изучения дисциплины, тематика контрольных и контролируемых самостоятельных работ, вопросы и тесты для самоконтроля. Удк

    Программа дисциплины
    ... Россия, Италия, Испания, Португалия, Турция, где в этот период идеи ... на основе поведения потребителей. Август Лёш в своей книге « ... Тюнен, А. Вебер, Т. Паландер, А. Лёш). Организационно-производственная школа в России (А. Чаянов, А. Челинцев, А. Рыбников ...
  2. Архив записей из Гостевой книги 2007-2013 гг. Игорь 28 Август 2013 21: 09 |

    Документ
    ... и продолжаете делать. Вы придумали саму идею создания сайта 101 МСП и претворили ... август 1984 по август 1986 ( гагауз Молдова ) сержант Прилукин Александр; Калиненко Игорь (Россия ... было.Привет тебе передают.Кудряшов Лёша РМО Нуртаев Тимур 8 рота ...
  3. Альманах издан при поддержке народного депутата Украины

    Документ
    ... Участники организации культивировали идеи содружества Украины с ... трое. Затем 23 августа – трое. 24 августа – ни одного ... . Васильев К.Г., Сегал А.Е. История эпидемий в России. – М., 1960. Васильев К.Г., Гоженко ... на электрофак, Лёша стал нашим помкомвзвода ...
  4. Мандариновая сказка

    Документ
    ... куда именно должен направиться покинутый Лёша и, пошатываясь, прошла в комнату ... молчала. А ближе к августу мы с мамой отправились покорять ... Диану хоронили здесь, в России. Лялечка осталась в Чехии ... отличное местечко. Ну, иди, иди… Я послушно потащился под ...
  5. Антон Горынин «завтра»

    Документ
    ... : Уже к концу августа девяносто восьмого года Российский ... резервы Центрального банка России сокращаются на один миллиард ... остаётся тебе идти к дяде Лёше и вставать под расстрел вместе ... , с похоронами помогу… Света: Иди отсюда! Вася (направляется к выходу ...

Другие похожие документы..