Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Результаты шестого традиционного открытого турнира на призы СК «АВЕРС» по кумите киокусинкай карате «Кубок Урала 2015», прошедшего 08.02.2015 года в г...полностью>>
'Отчет'
2.2. решение вручную задачи 1 с помощью алгоритма Балаша, метода ветвей и границ (только для задач, содержащих ограничения-фильтры), графическую иллюс...полностью>>
'Документ'
C5 № 1. Антикодоны тРНК поступают к рибосомам в следующей последовательности нуклеотидов УЦГ-ЦГА-ААУ-ЦЦЦ. Определите последовательность нуклеотидов на...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:
Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

«Я ДЕВУ В СОЛНЦЕ ЗРЮ СТОЯЩУ...»

(апокалиптический сюжет и формы

исторической рефлексии: 1695–1742 гг.)

ЕЛЕНА ПОГОСЯН, МАРИЯ СМОРЖЕВСКИХ

Изображение Богоматери в виде апокалиптической Жены хорошо известно в иконографии Украины: именно так было при­ня­то изображать Софию Премудрость Божию «киевской редакции» [Филимонов, 7–8; Pylypiuk]1. Эта иконография опирается на сюжет 12-й главы Апокалипсиса: Иоанн Богослов видит в небе Жену, облеченную в солнце, в венце из 12-ти звезд, которая стоит на месяце. Затем появляется «змий велик чермен» («нарицаемый дьявол и сатана»), он хочет пожрать младенца, которого рождает Жена. Но младенец «восхищен» к престолу Всевышнего, а на бой со змеем выходит архангел Михаил, который и свергает змея на землю. Змей, однако, продолжает преследовать Жену; для спасения Жене даны были крылья орла, а когда змей испустил поток, чтобы потопить Жену, земля отверзла «уста своя» и поглотила поток. В соответствии с толкованием на Апокалипсис Андрея Кесарийского, Иоанну Богослову в этом видении предстала Богоматерь, которая являет земную церковь [Толкование, 42]2.

Уже начиная с 1680-х гг. этот тип изображения в составе панегириков, написанных украинскими авторами и обращенных московским правителям, получает прямое политическое значение. Этому, на первом этапе, способствовали открывшиеся военные действия против Оттоманской Порты («неверных», которые «ратовали» церковь), а несколько позднее — попытки сторонников Софьи Алексеевны построить систему аргументов в пользу коронования и самостоятельного правления царевны. Приведем несколько примеров.

В 1680 г. Лазарь Баранович, возглавлявший Черниговскую и Новгород-Северскую епархии, посвятил свое богословское сочинение «О пяти ранах Иисуса Христа» (Чернигов, 1680) ца­рю Федору Алексеевичу [Каратаев, № 880; Богданов, 230]3. К этому изданию было приложено несколько иллюстраций, на одной из них гравер изобразил Богоматерь в рост на груди двуглавого орла. Чуть ниже справа были расположены царь Федор, царица Агафья и патриарх Иоаким. Слева под Богоматерью помещена картина победы под Чигириным (1678 г.): всадник4 гонит мечем врагов и, одновременно, пронзает копьем многоголового апокалиптического змея [Ровинский, № 173]. Война России с Турцией представлена, как мы видим, сюжетом 12-й главы Апокалипсиса: для спасения от турецкого змея церкви-Богоматери даны крылья российского орла.

В 1683 г. Иван Щирский гравировал авантитул для нового, теперь уже прямо панегирического сочинения Барановича «Благодать и истина» [Степовик 1988, 55]. Баранович изобразил правление двух царей как союз Благодати (ее воплощает святой патрон царя Ивана Иоанн Креститель) и Истины (представленной апостолом Петром — патроном царя Петра) в союзе с Премудростью (царевной Софьей). На авантитуле Щирский поместил фигуру Иисуса Христа, который благословляет царей Иоанна и Петра. Над ними распростерла свои крылья София Премудрость Божия «в виде апокалипсической Жены, с распущенными волосами и с крыльями орла» [Ровинский, 1939]5. В нижней части гравюры христианское воинство избивает «адские силы»: слева всадник поражает мечем «аспида и ва­силиска» (крылатого треглавого змея), справа такой же всад­ник топчет копытами «льва и змия», от всадников во все стороны бегут турецкие воины в чалмах (рис. 1).

Наконец, в марте 1689 г. Софье была поднесена панегирическая гравюра работы Леонтия Тарасевича. Гравюра не сохранилась, но сведения о ее поднесении и ее краткое описание находится в «расспросных речах» Сильвестра Медведева, подьячего Семена Недеина и полковника Ивана Перекрестова6. Гра­­вюра была посвящена второму Крымскому походу (1686 г.). Приведем описание этой гравюры, данное В. Бориным, в руках которого, наряду с описанием из расспросных речей, была пропись к гравюре:

Вверху Бог Отец и Святой Дух в виде голубином, от коего исходят семь лучей, достигающих до главы Богоматери, означающих седмь даров духа Святого: Премудрость, Разум, Совет, Крепость, Ведение, Благочестие, Страх Божий или же: Веру, Надежду, Любовь, Чистоту, Смирение, Благодать и Славу Божию. По сторонам Господа Саваофа — Святые, соименитые царям Петру и Иоанну: Св. Апост. Петр с ключами в руке и святой Иоанн Предтеча, а ниже — София Премудрость Божия: Богоматерь с воздетыми вверх руками (Оранта) и с младенцем Христом в «орле». Следует сказать, что Богоматерь представлена по отношению Ее к воплощению Сына Божия и основанию Им на земле церкви Своей. По сторонам «орла» святые: преп. Антоний и преп. Феодосий и еще другие святые. Внизу же были помещены «признавая к ратному строю» — князь В. В. Голицын, верхом на лошади, в характере Георгия Победоносца, побеждающего крылатого змия и льва великого, сиречь турок и татар; с другой же стороны и также на конях <...> Петр и Иоанн, в характере Св. мучеников Бориса и Глеба» [Борин, 6].

После отстранения Софьи от правления, оттиски этой гравюры по приказанию Петра I отбирались, не сохранилось ни одного экземпляра [Богданов, 240]7.

Первый интенсивный период идеологического строительства при Петре I приходится на время Азовских походов8. Летом 1695 г. русские войска осадили турецкую крепость Азов. В самом начале кампании, летом 1695 г. Петр I писал Андрею Виниусу в Москву: «Несумненно веруем, яко сыны адские не одолеют нас» [ПБПВ I, № 45]. Во втором Азовском походе (1696 г.) Петра сопровождало знамя, на котором тема адских сил, в борьбу с которыми вступил царь, получает осмысление непосредственно в контексте Апокалипсиса. Знамя («зна­мя гербовое <...> морского регимента») было украшено изображением Спасителя в золотой ризе и царском венце, верхом на белом коне. Из уст Спасителя исходит меч, рядом помещена надпись из Апокалипсиса (1, 16): «Из уст его мечь обоюду остр изострен исходяй». Здесь же были изображены апостолы Петр и Павел, которые держат камень, а над ними — отверстые небеса и голубь [Старинные знамена, 35].

Эпизоды Апокалипсиса, в которых небесное воинство побеждает адские силы, широко представлены на царских знаменах XVI–XVII вв. В описях такие знамена могут числиться под названием «знамя <...> Видение св. Иоанна Богослова». Не­бесное воинство выступает здесь под предводительством Спасителя или архангела Михаила [Старинные знамена, 26 и след.]. Прототипом для этих знамен был «Великий стяг» Ивана Грозного (1560 г.), который, в свою очередь, воспроизводит композицию иконы «Церковь воинствующая» («Благословенно воинство небесного царя»). Эта икона, «навеянная песнопениями и образами Апокалипсиса», была написана в 1550-е гг. в Макарьевской мастерской и посвящена взятию Казани в 1552 г. (хранилась в Успенском соборе Кремля у царского места) [Антонова, Мнева, 128–131]. Сюжет об апокалиптической Жене, однако, ни на иконе, ни на знаменах представлен не был. Он не являлся актуальным и во время Азовских походов, по крайней мере, до взятия крепости.

Летом 1696 г. Азов был взят, а 18 августа 1700 г. Петр пышно отпраздновал в Москве заключение мира с Портой. Азовскому взятию и заключению мира была посвящена икона «Азовская Богоматерь». Икона сохранилась в собрании ГИМ, В. Г. Брюсова относит ее создателя к Московской школе и датирует икону самым началом XVIII в. [Брюсова, 181, цв. илл. 39] (рис. 2). На то, что икона была посвящена именно заключению мира, указывают как надписи на самой иконе9, так и вирши, помещенные под ней10.

В центре иконы изображена Богоматерь с младенцем, парящая над землей. За ней помещен двуглавый орел, причем крылья его расположены таким образом, что фигура Богоматери кажется крылатой. Чуть выше находится надпись, которая воспроизводит слова из «Апокалипсиса» (12, 14): «И дана быша жене два крыла орла великаго». Над головой Богоматери — солнце. В нижней части иконы, слева, помещен всадник в латах, убивающий копьем змея. Рядом со змеем изображен лев. Змей представляет на иконе Турцию, лев — Швецию, войну которой Петр объявил на следующий день по заключении мира с Портой. Как указано в виршах к иконе, «дадеся Девою и ея Сыном над змием победу прекрасну, / Внегда даст тако и надо львом победу равну».

Справа в нижнем ряду изображен Петр I верхом, за ним — царевич Алексей, оба в царских коронах. Руки Петра подняты вверх, и перун (громовая стрела) проходит через правую руку царя (царь, фактически, «низводит» небесный огонь на врагов11).

В самом низу, под ногами всадников, живописец расположил две крепости, разделенные рекой. Слева — Азов, справа — Кизикермен. Над рисунками крепостей помещены две над­писи. Левая (со стороны Азова) восходит к стиху из Апока­лип­сиса (14, 8): «Паде, паде град великий Вавилон». Надпись справа (над Кизикерменом) взята из Евангелия (Мтф., 11, 23): «И ты, Капернауме, иже до небес вознесыйся, до ада снидеши».

Река на иконе, как можно полагать, представляет не только реальный ландшафт, в котором расположен Азов, но и поток, который испустил змей, догоняя Жену. Такой же двойственностью обладает и остров, изображенный между двумя крепостями: это не только географическая реалия, но и камень, брошенный ангелом в море и ставший знамением гибели Вавилона («И взят един ангел крепок камень велик яко жернов и вверже в море, глаголя: тако стремлением ввержен будет Вавилон град великий» — Отк. 18, 21). То есть камень-Петр представлен здесь орудием Промысла в разрушении Азова-Вавилона. Аналогичную семантику имеет и камень на знамени морского регимента, описанном выше.

Попытки сторонников царевны Софьи Алексеевны использовать икону Софии Премудрости Божией для доказательства права царевны на самодержавное управление государством отнюдь не дискредитировали сам сюжет в глазах Петра I: для молодого царя он значил, как можно полагать, много больше, чем один из аргументов в полемике о власти. «Посвященные правительнице произведения <...> связанные с представлениями о Софии-Премудрости Божией <...>, — указывает А. П. Богданов, — оказали известное влияние на общественное сознание. По крайней мере аналогия Российского царства с образом Софии-Премудрости Божией сделалась <...> явной» [Богданов 2001, 242]. Вопрос о том, какое значение такая аналогия имела для Петра I в первые годы его самостоятельного правления, требует самостоятельного исследования, для нашего исследования важно, что она вела к использованию образов Апокалипсиса.

В декабре 1702 г. в типографии Киево-Печерской лавры был издан Патерик с посвящением Петру I. Фронтиспис к изданию 1702 г. (рис. 3) был гравирован Леонтием Тарасевичем, автором композиции, послужившей прототипом для «Азовской Богоматери». Тарасевич довольно точно воспроизводит московскую «Азовскую Богоматерь» (то есть свою же композицию 1689 г., но уже подправленную и отнесенную ко взятию Азова). Однако вместо крылатой фигуры Богоматери в полный рост, парящей над землей, Тарасевич использовал традиционное для фронтисписов Печерского патерика изображение двуглавого орла с иконой Знамения Пресвятыя Богородицы на груди [Кондаков, 103 и след.].

Некоторые детали московской иконы были или непонятны Тарасевичу, или не казались к 1702 г. важными. Так, перун здесь более не проходит через руку Петра, то есть сюжет низведения царем небесного огня и аналогия с Моисеем утрачены. В результате жест Петра выражает, как можно полагать, изумление и радость. Далее, все перуны (а орел у Тарасевича испускает перуны из обеих лап) направлены на льва: в новой ситуации, когда врагом России стала Швеция, именно лев становится центральным символом, представляющим врага. Всадник со змеем, напротив, оттеснены в левый угол композиции. Наконец, река с островом, разделявшая две крепости на иконе, замещена на гравюре Тарасевича небольшой пейзажной композицией с проплывающей над ней тучей, она более не связана с изображением Азова и Кизикермена (обе крепости включены в композицию как изображенные на отдельных листах с неровными краями, это — прошлые победы). В некоторых случаях мы находим у Тарасевича изменения, отражающие требования локального характера. Так, змея убивает уже не юный безусый и безбородый всадник, а усатый казак средних лет, такие же усатые казаки помещены теперь за спиной Петра (вполне вероятно, что здесь Тарасевич изобразил вполне конкретных людей, и среди них, в таком случае, должен был быть и гетман Мазепа).

Тарасевич, как мы видим, предпринял попытку приспособить образы Апокалипсиса, знаменовавшие для Петра взятие Азова, к новой политической ситуации. Главный смысл компо­зиции представлен теперь сюжетом, которому отведена центральная вертикаль: российский орел поражает перуном швед­ского льва.

В самом начале 1700-х гг. апокалиптический сюжет как сюжет победы в войне со Швецией использовали и авторы панегирических пьес Московской академии. Здесь, как и в случае с гравюрой Тарасевича, мы встречаем попытки приспособить «азовский» сюжет к новой ситуации. Так, пьеса «Страшное изображение втораго пришествия Господня» была представлена в феврале 1702 г. и посвящена первым победам в войне («находкам» осени 1701 г. и главной из них — при Эрест­фере). Пьеса, как явствует из заглавия, построена вокруг апокалиптического сюжета. Соответственно, здесь представлены «лютейший зверь, имея на главе рогов десять», дьявол, архангел Михаил и «Премудрость божия на дузе с крестом». Действие пьесы сопровождается «видением измены солнца и луны возвещающу близ второе пришествие», за которым «звез­ды с небес низпадают» [Пьесы школьных театров, 88 и след.].

Наконец, образы и темы Апокалипсиса широко использовал в своих проповедях Стефан Яворский. Среди них находим две недатированные, но, видимо, ранние проповеди на одну и ту же тему «Знамение велие явиля на небеси, жена оболчена в Солнце»; проповедь, произнесенная в Москве в 1706 г., «Видях Сатану, яко молнию с небеси спадоша» и др.

Однако, ни Тарасевич, ни составитель «Страшного изображения второго пришествия», ни Стефан Яворский не угадали настроений царя. Их построения оказались за пределами тех тем и сюжетов, которые были использованы Петром в процессе идеологического строительства первых лет Северной войны (1702–1708 гг.).

Новую актуальность в рамках петровской официальной идеологии апокалиптический сюжет приобретает с перенесением военных действий на Украину и переходом Мазепы на сторону Карла XII. В манифестах конца 1708–1709 гг. Петр на­меренно сближает «еретика» (протестанта) Карла и «богоот­ступника» (тайного католика) Мазепу в их желании уничтожить православие на Украине [ПБПВ VII, № 2786, 2787 и др.].

Одним из самых ярких сочинений этого периода стала «Служба благодарственная <...> о великой Богом дарованной победе <...> под Полтавою» [Служба 1709]. Она была составлена сразу после победы ректором Московской академии Феофилактом Лопатинским и вскоре напечатана (точную дату публикации мы не знаем, на титульном листе место и год издания не означены). Известно, что Петру служба понравилась: по указу царя жалованье ректора академии было увеличено с 200 до 300 рублей [Пекарский II, 200].

Служба содержит целый ряд отсылок к Апокалипсису. О том, что Феофилакт видел в апокалиптической тематике своего сочинения именно возвращение к идеям, разработанным в азовский период, свидетельствует другое издание, также составленное в стенах Московской академии по случаю Полтавской победы — «Политиколепная апофеозиз» (описание триумфальных ворот, построенных в Москве в декабре 1709 г.). Феофилакт принимал непосредственное участие в его подготовке. На фронтисписе этого издания было помещено изображение всадника в латах и дракона, исполненное Михаилом Карновским [Быкова, Гуревич, 96] (рис. 5). Гравер точно скопировал левую часть фронтисписа Киево-Печерского патерика 1702 г. работы Тарасевича, развернув лишь фигуру льва таким образом, чтобы и змей, и лев оказались под копытами коня12. Лев и змей получают теперь новое значение: на гравюре они представляют Карла и Мазепу.

Полтавская служба, составленная Феофилактом Лопатинским, строится по типу праздничного богослужения и состоит из малой вечерни, великой вечерни и утрени. Малая вечерня Полтавской службы является своего рода вступлением к «благодарственной песни», то есть великой вечерне и утрене. Эта первая часть службы посвящена вопросу о том, какое благодарение принести Богу, владеющему всем и «не требующему наших благ». Вторая часть службы (великая вечерня) включает в себя чтения из священных книг (избранные главы из Исхода, Левита и пророчества Софонии), а также литию. В состав утрени входят благодарственный канон, чтение из Евангелия (фрагменты Евангелий от Матфея и Луки) и чтение
8-го псалма. Если великая вечерня посвящена прославлению собственно победы и построена преимущественно вокруг темы «Исхода», то утреня — изображению побежденных врагов, Карла XII и Мазепы. Именно в этой последней части службы Феофилакт обращается к Апокалипсису.

Утреня начинается с рассуждения о «лжехристианстве» (протестантизме) еретика Карла, Феофилакт называет его «враг креста святого» и «божественных икон борец и посмеятель». Несколько ниже к этим обвинениям присоединено и указание на то, что еретик Карл не почитает Богородицу.

Победу над Карлом-лжехристианином Феофилакт описывает, обращаясь к «Апокалипсису»:

Явися иногда змий велик чермн на небеси, егоже хобот оторже третию часть звезд небесных: ста Михаил противу ему во брани со аггелы своими, и не возможе змий, и аггели его, и место не обретеся их к тому на небеси, и возвеселишася о сем небеса и вси живущии на небеси: явися ныне на землю лев свейский, вышше человек о себе помышляя, и к своему зломыслию многую часть земных привлече, ста противу ему Богом хранимый царь российский, и сотре его, вся воя его, возвеселися о сем земле, и вси православнии живущии на ней, ныне бо спасение и сила и область Христа Его, яко низложен бысть клеветник братии нашея и уничижен уничижаяяй нас.

В этом отрывке Феофилакт использует, как мы видим, целый ряд стихов из «Апокалипсиса» (12, 3–12): «И явися ино знамение на небеси: и се, змий велик чермен»; «и хобот его отторже третию часть звезд небесных»; «И бысть брань на небеси: Михаил и аггели его брань сотвориша со змием» (который есть «змий великий, змий древний, нарицаемый диавол и сатана»); «Низложен бысть клеветник братии нашея»; «Сего ради веселитеся, небеса и живущии на них. Горе живущим на земли и мори, яко сниде диавол к вам» (Отк. 12, 12). Перефразируя сло­ва Апокалипсиса, Феофилакт призывает землю не печалить­ся, а возвеселиться, как возвеселились небеса: «дьявол», свергнутый с небес Михаилом, побежден на земле православным царем Петром I.



Похожие документы:

  1. Апостол на церковнославянском гражданским шрифтом

    Документ
    ... кровь и огнь и курение дыма. Солнце преложится во тьму, и луна ... же исцелевшаго человека с нима стояща, ничтоже имяху противу рещи ... мужие Афинейстии, по всему зрю вы аки благочестивыя. ... угодити жене. Разделися жена и дева. Непосягшая печется о Господних, ...
  2. Сочинения Григория Саввича Сковороды собранныя и редактированныя проф. Д. И. Багалеемъ

    Документ
    ... духъ, будто въ солнцѣ второе солнце. Солнце— это главная библейская ... снословно изображаютъ Двву Богоматерь, дев­ственное сердце, непорочность души ... и Сына человѣческаго, стояща одесную Бога! Видятъ и ... Внутрь же его выну зрю мерзость едину. Путь шу ...
  3. Александр Николаевич Радищев

    Документ
    ... с долбнею76 на мосту стоящ, так иные повествуют, ... . С неизреченным услаждением зрю слезы ваши, орошающие ланиты ... громом и молниею и в солнце являя смертным свою существенность, жизнь ... 49 Муссы – музы, девять богинь греческой мифологии, покровительницы ...
  4. Александр Дугин Метафизика Благой Вести

    Реферат
    ... с небом, а самого Христа — с Солнцем. Если в земной жизни Дева Мария стала плотским престолом ... , рече, мужие афинейстии, по всему зрю вы аки благочестивые. Проходя бо ... : "Исус же видев Матерь, и ученика стояща, егоже любляше, глагола Матери Своей ...
  5. Курс орксэ, модуль «основы православной культуры». Содержание (4 класс, 4-ая четверть) Урок №1. Россия наша Родина Урок №2. Культура и религия

    Урок
    ... поэмы "Иоанн Дамаскин") Я зрю Его передо мною С толпою ... дремавший Разбудил поля, Улыбнулась солнцу Сонная земля. Понеслись удары ... – Неужели правда, что девять десятых милосердного поступка остается с ... святое место. «В храме стояще славы Твоея, на небеси ...

Другие похожие документы..